Текст книги "Наследник по крови (СИ)"

Автор книги: Елена Николаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 28

Макс

– Тимур, у меня завтра важный день. Какого хрена ты вытворяешь?

Переглянувшись с другом, я иду за ним, придерживая полотенце на бёдрах.

Черт знает зачем я согласился пойти с ним в баню именно сейчас, когда мне совсем не до этого!

– Проходи, не ломайся как девчонка. Попаришься, сбросишь напряжение, а потом поедешь домой в хорошем настроении, – говорит Валевский, открывая дверь парилки, сделанной из липы. В ноздри ударяет пар с приятным ароматом эвкалипта. В комнате, отделанной деревом, стоит легкий туман.

– О-о-о, какие люди! Здорова, Князь! – радостно восклицает Дава, едва только он и Стас попадают в поле моего зрения.

– Здорова, парни, – выдаю, присаживаясь рядом с Черкасовым на лавку.

Вот же черти…

Могли бы предупредить.

– Мы думали, что Тимуру не удастся уговорить тебя покинуть офис. Адвокат, он приехал с водилой? – интересуется Стас у Тимура.

– Разумеется, – подтверждает Валевский и берёт ковш, чтобы плеснуть воды на раскалённые камни.

Раздаётся шипение. Густой пар наполняет парилку, оседая на коже горячей испариной.

– Супер! – усмехается Стас. – Теперь можно как следует расслабиться.

– По какому поводу праздник? – я уточняю у своих друзей, с которыми прошёл огонь и воду, и не по одному кругу.

Чувствую, эта ночь у нас будет насыщенной и длинной.

Чересчур длинной, потому что парни явно задумали какой-то масштабный пиздец…

– Официальный развод Черкасова и твоя женитьба – чем не повод? – размышляет Давид, поправляя съехавший на глаза банный колпак.

Праздник по поводу моей женитьбы не беру во внимание, а вот развод Стаса…

– Как? Уже? – я с удивлением смотрю на своего друга, вспоминая его женитьбу, как будто это было вчера.

У близкого товарища и его избранницы состоялась свадьба года!

Тогда мне казалось, что ребята были по-настоящему счастливы.

Ровно до того дня, пока Черкасов не узнал, что его любимая и идеальная жена изменила ему с одним из его сотрудников. Кажется, это был анестезиолог, которого в тот же день Черкасов уволил из своей клиники, испортив ему резюме.

Можно сказать, что годовщина свадьбы лучшего пластического хирурга страны и начинающей модели международного уровня прямо-таки удалась…

А потом начался выматывающий бракоразводный процесс. И длился он примерно три месяца.

– Я думал, Камилла тебя не отпустит. Эти её бесконечные истерики, угрозы и попытки преследования…

– Она не настолько бесстрашна, Макс, – ухмыляется Черкасов. – К тому же, у этой продажной шлюхи не было особого выбора. Пусть теперь попробует жить как все, обычной жизнью. Со мной, видимо, ей было хреново.

– Тем не менее, крови она из тебя попила достаточно. Когда это случилось?

Стас бросает ленивый взгляд на смарт-браслет:

– Ровно три часа и тринадцать минут назад. Так что теперь я официально холост. В этом определенно вижу огромные плюсы: никто ежедневно не разносит психику, свободным я дольше проживу, у меня будет секс без обязательств. Сука, я буду трахаться с кем захочу и когда захочу! Пиздец! Возможно даже, найду себе молоденькую содержанку. А хуле? Пусть теперь Камиллу трясёт, пусть эта стерва почувствует, какого мне было в тот вечер, когда я увидел, как она сосала тому уебку.

– Рублевский коттедж и виллу в Испании она выцарапала у тебя?

– Шутишь? Нет, конечно. Обойдется. Дом в пригороде и «немец» – это всё, что она от меня получила, не считая доведённого до идеала тела. Ты не представляешь, как я рад, что у нас нет общего ребёнка. Я, пиздец, как рад!

***

– А что? Было такое желание? – уточняет Дава у Черкасова, тем самым неосознанно затягивая петлю на моей шее.

Я до сих пор не могу смириться с тем, что Крис залетела. Черт бы её побрал!

Как можно было так протупить?

Вдобавок Ива… и этот гребаный аборт, после которого осталось горькое, отравляющее послевкусие.

Я, сука, схожу с ума!

Знаю, что не следовало вмешиваться, но я не мог перестать думать о том, что моя семья будет манипулировать ею. Я хотел, чтобы Ваня была со мной: чистая, нежная и свободная девушка, не обременённая ребёнком. В итоге я сам налажал…

Повёл себя как недотраханный пацан.

Мало мне было Кристины?

Мало?

Чер-р-рт!

Сцепив зубы, откидываюсь спиной на бревенчатую стену и делаю глубокий медленный вдох.

– Проскакивало! Охренеть, да? – Стас шокирует своим ответом. – Я даже мечтал создать с этой сукой красивую и крепкую семью, нарожать наследников, приобрести виллу на Мальдивах, чтобы проводить там лучшие дни нашей жизни. Теперь на всю эту чушь у меня выработанный иммунитет.

– Руднев, а у тебя никогда не возникало желания завести своего? – включается в разговор Тимур. – Ты же каждый божий день в вагины девочкам заглядываешь, роды принимаешь. Ничего в душе не дрогнуло?

– Да ну тебя, на хрен, Валевский! – фыркает Дава. – От чего там может дрогнуть? Ты кончаешь, каждый раз глядя на судью?

– Блядь… – вздрагивает Тимур, выплескивая остатки воды на камни. – Нашел с чем сравнивать. Я ж теперь полгода без виагры и лоботомии бабу не трахну.

Парни ржут. В парилке становится горячо. Перебираемся на верхние полки, чтобы усилить эффект. Тимур выхватывает из ведра березовые веники и подходит к нам.

– А что там Светлана, бывшая твоя, вроде как беременна? – обращается к Давиду, шлепая себя по спине прутьями.

– Мне похуй, – высекает Руднев. – Эта не моя проблема и ребёнок не мой.

– Мда… Отец твой не особо разборчив в шлюхах. Мать как?

– А что мать? – сняв колпак, Дава вытирает лицо от пара. – Она подавлена, подала на развод. Отец не хочет её отпускать и продолжает спонсировать свою новоиспеченную любовницу. Ничего не изменилось с тех пор, как я уехал в Европу работать к немцам.

– Быстро же Светуля переметнулась от тебя к отцу. Одним словом – целеустремленная девушка, расчетливая.

– Сука она меркантильная, вот и всё. Не удалось от меня залететь, подстелилась под отца.

– Возглавишь новую клинику Рудневых? – спрашиваю я.

– Это желание моей матери, не моё. Я туда ногой не ступлю, пока там бывшая является заведующей. А ты чего такой замученный? – Дава поворачивается ко мне. – Что-то случилось или работа затрахала? Смотрю, ты совсем не рад предстоящим событиям. Как себя чувствует Крис?

– Нормально, – отвечаю я, устало прикрывая глаза. Стараюсь, как можно реже думать о личной жизни и больше о текущих делах.

– Стас, отходи-ка ты его веником, пусть расслабиться, а то скоро наш архитектор на людей кидаться будет. Я пойду, проверю, всё ли готово у Ярика.

Глава 29

Макс

– А-а-а, сука! Горячо-о! Еще давай. Ещё! Твою ж мать! Ста-а-ас!

– Ещё? – уточняет Черкасов, резво орудуя вениками.

Жалит ими. Жалит. Жалит, словно пытается выбить из меня душу.

Хо-р-ро-шо…

Кожа накаляется докрасна и горит.

Разомлев до неприличия, я не выдерживаю и тупо начинаю орать, выпуская из себя всё скопившееся за день напряжение:

– А-а-а! Стас, блядь! Терминатор ты хренов! Печет, сука-а! Хватит! Хватит!

– Отлично, – усердно пыхтит Черкасов. – Терпи! Давид, плесни-ка ещё воды. Нужно выпороть дурь из этого душнилы.

По голой заднице и по шее прилетает горячим веником, словно кипятком окатывает.

Ещё раз и ещё, аж яйца сжимаются в комки.

Стас не перестает хлестать березовыми ветками.

– А-а! Твою ж мать! Сам ты душнила! – ору во весь голос.

Сука, я не мазохист, но мне приятно.

Пиздец, как приятно!

Какое же это блаженство – чувствовать, как с внутренним жаром в тело возвращается энергия и проясняется ум.

– Всё! Всё! Жжёт! Стоп, Стас! Больше не могу!

Взмолившись, я поднимаюсь с полки в чем мать родила.

– Может, ещё разок? – скалится Стас.

– Да ну тебя в жопу, Черкасов! Давида уложи под веник. Его и отхаживай. С меня хватит. Чер-р-рт!

Изнемогая от духоты, я выскакиваю из парной и сразу же ныряю в бассейн. Холодная вода мгновенно бодрит и приводит тело в тонус.

– Ух! Как хорошо! – довольно рычу я, выныривая из воды и отряхивая волосы. Сделав глубокий вдох, встречаю идущего в мою сторону Тимура.

– Всё готово! – говорит он и прыгает ко мне в бассейн. Дава и Стас наперегонки бросаются за ним. Погружаются бомбочками в воду, обливая меня дождем из брызг. Затем выныривают и ржут как дети.

– Ну что там? Девчонки уже на месте? – спрашивает у Валевского Давид.

Отфыркиваясь от воды, я выхожу из бассейна и устремляю на парней ошарашенный взгляд.

– Какие, на хрен, девчонки?

Парни переглядываются между собой, сохраняя невозмутимый вид.

– В смысле «какие»? Массажистки там, стриптизерши, – на полном серьёзе размышляет Стас. – А ты каких хотел на свой мальчишник? Кадышеву и ансамбль «Золотое Кольцо»?

– Черти… – бурчу я, надевая халат.

На самом деле я рад, что ребята вытащили меня из офиса в баню и взбодрили. Даже настроение улучшилось, я будто заново родился, почувствовал прилив сил, только вот с девочками друзья погорячились. Не до них мне сейчас. Хочется тишины и покоя, отдохнуть в чисто мужской компании, поболтать о пустяках и тупо расслабиться.

– Стас, Дава, давайте к столу, хватит резвиться! – зовёт Тимур, подплывая к лестнице.

Насладившись прелестью прохладной воды, парни покидают бассейн, накидывают халаты и с довольными лицами заходят в комнату отдыха.

– Ну как тебе здесь? – спрашивает Валевский.

– Здорово, – говорю, опускаясь на мягкий кожаный диван. Обвожу взглядом комнату. Здесь царит непринуждённая атмосфера, но при этом очень уютно и чисто. В воздухе витает аромат лесных трав. Интерьер выполнен в скандинавском стиле: мебель из дуба, старинные лампы, несколько картин неизвестного художника. В углу стоит шест для стриптиз-шоу, который пока никем не занят.

– Живого места на мне не оставили, изверги, – добавляю, оценивая счастливые морды друзей.

– Да ладно тебе, Макс. Лучше поблагодари нас за то, что мы тебя вытащили и приобщили к великой тайне банно-оздоровительного процесса! – вещает Давид. – Щас все дурные мысли из тебя окончательно выгоним.

Тимур смеётся, поднимая со стола бутылку с вискарём. Разливает алкоголь по стаканам.

Стас и Дава устраиваются в креслах напротив.

Подцепив с тарелки кусочек ароматного стейка, я отправляю его в рот и с аппетитом пережевываю.

– М-м-м… Невероятно вкусно, – озвучиваю, забирая у Тимура свою порцию крепкого напитка.

– Да, Ярик знает толк в мраморной говядине. Ну что, мужики, давайте выпьем за нашу дружбу! – предлагает адвокат. – Пусть она будет крепкой, как этот двадцатилетний ирландский виски, и пусть ничто не омрачает её! За нас!

– За нас, друзья! – произносит Стас.

– За дружбу! – добавляет Давид.

– Ура! – скандируем хором.

После тоста мы наслаждаемся закусками и ведём непринуждённую беседу. Я кратко рассказываю о своих планах на ближайшее будущее. Дава с Черкасовым делятся информацией об открытии сети клиник.

Опрокинув в себя четвертую порцию виски, я слегка уплываю. Возвращаюсь мыслями к Иванне, и меня накрывает сумасшедшей тоской. Душу словно катком по горячему асфальту черти раскатывают. Так и тянет взять в руки телефон и совершить очередную глупость.

Только с какого хрена мне ей звонить?

Потому что я давил на неё, и теперь чувствую свою вину?

Или, что ещё хуже, переживаю за неё больше, чем за будущую беременную супругу.

Ну уж нет, малыш.

Не лезь ко мне в голову!

Иди ты к черту!

Ты поставила точку, я согласился с твоим решением, хватит преследовать меня.

Хватит сверлить мне душу своим невинным взглядом!

– Макс? Эй, ты где витаешь? – щёлкая пальцами перед моим носом, Давид выводит меня из задумчивости.

Вздрагиваю и сразу же включаюсь в разговор, чтобы не возвращаться мыслями к Иве.

– Валевский, а что там у тебя с твоей Миланой? Вы уже долгое время вместе, и она вроде как ждёт, что ты женишься на ней.

– Ждёт и сводит своей ревностью с ума. Нутром ощущаю, что пора покончить с холостяцкой жизнью и зачать ребёнка, но вот предложение сделать не решаюсь. Запутался, твою мать.

– Так-так-так… – тянет Черкасов. – А что это наш адвокат стал таким неуверенным засранцем?

– Не поверишь, Стас, в моей жизни случился армаггедец по имени Вика. Дочь армейского друга. Соплячка мелкая двадцати лет. Ну какая из меня, сука, нянька? Жить с ней полгода под одной крышей – это полный пиздец!

Поперхнувшись сыром, быстро откашливаюсь, а затем устремляю на адвоката охреневший взгляд, явно транслируя вопросы, которые не могу озвучить вслух. У самого такая же херня. Башкой понимаю, что Ива мне не пара, молоденькая совсем, а внутри всё этому пониманию противится и бурлит. Видно не мне одному свезло с беззащитной и юной девочкой. Вот ещё один кандидат в психушку нарисовался.

Твою ж мать…

– Ты Милану любишь? – не понимаю, зачем я спрашиваю об этом Тимура. Как будто его ответ поможет мне разобраться в себе и закроет мои личные гештальты с Кристиной.

– Возможно, – отвечает Валевский, разливая по стаканам остатки алкоголя.

– Что значит «возможно»? – возмущается Станислав, утягивая с тарелки бутерброд с копчёным лососем.

– То и значит, – отмахивается Тимур.

– Блядь… Не делай моей ошибки. Если не уверен, какое к черту предложение? – хмурится Черкасов, принимая у Валевского стакан. – Слушай, Тимур, а Вика эта, симпатичная? Целка наверное? Необъезженная кобылка… – Стас прищуривается, и на мгновение его мысли уносятся куда-то далеко. Явно за пределы этой комнаты.

– Ебать, вы серьёзно? – фыркает Давид. – Какого хрена вас на писюх молоденьких тянет?

– Кого это «вас»? – устремляю на Руднева озадаченный взгляд, встречаясь с его любопытно-пронзительным.

Я не делился с друзьями мыслями об Иве. Но этот рыжий оракул словно насквозь меня видит, чтоб его…

– В смысле «кого»? – продолжает Давид. – Адвоката со Стасом, ясен пень. Черкасова недавно на студентку потянуло. Зелёная ещё. Не уверен, что сосать умеет.

– Так я теперь свободен, – парирует Черкасов. – Ты её ножки видел? А грудь! Ни грамма пластики. Всё своё. Натуральное. Девочка красивая, свежая. Как Джульетта у Шекспира. Научить её сосать как следует и получать удовольствие не составит труда.

– Смотри, не влюбись, Ромео, – ухмыляется Дава. – Ты с ней на свадьбу к Максу придешь, чтобы Камиллу позлить?

– Возможно, но я не уверен. Мне плевать на бывшую жену и на её нервные клетки. Просто мне захотелось чего-то особенного. Не приторного. Не такого, как у всех. И теперь я могу себе это позволить… – задумчиво произносит Черкасов, а у меня аж изжога от его слов к горлу поднимается. Отчего-то меня это сильно злит. Чувствую, как напряжение в теле снова нарастает. Сдавив ладонью стакан, делаю вид, что у меня всё заебись.

– Дава, где там твои стриптизерши? – отпив алкоголь, Валевский откидывается на спинку дивана. – Пусть уже станцуют, раз пришли.

– А я массаж хочу, – говорит Руднев. – Макс, а ты как? Похоже, ты снова задумался о делах.

– Я в порядке, – отвечаю, допивая спиртное, а затем беру пример с Тимура: откидываюсь на спинку дивана и прикрываю глаза. – От массажа ступней я бы не отказался…

Глава 30

Макс

В комнате звучит спокойная музыка, под которую на шесте танцуют две полуголые девицы.

Парни курят кальян. В воздухе стоит густой ароматный дым, от которого у меня слегка кружится голова и першит в горле.

За вечер я выпил достаточно, но не настолько пьян, чтобы терять контроль над своими мыслями и действиями. Хоть сейчас было бы уместным послать всё к чертовой матери, расслабиться и выпустить пар.

Пах весь гудит от напряжения.

Поправляю под халатом затвердевший член.

– Вам приятно? – мурлычет в ухо женский голос.

Тонкие пальчики пробегаются по моему затылку и спускаются к плечам, доставляя невероятное удовольствие.

– Да. Спасибо, Рита, но, думаю, с меня хватит.

Я пытаюсь сесть, но руки незнакомки мягко и в то же время настойчиво возвращают меня обратно. Скользят под ворот халата и наглаживают грудь. Ногти нарочно царапают соски, и я вздрагиваю, хватая девчонку за запястья.

– Тихо, Максим… – слышится томный шёпот у виска, от которого по коже бегут мурашки. – У вас напряжены мышцы шеи… плеч и спины. Расслабьтесь, я помогу вам избавиться от зажимов.

– Ладно, – говорю я хрипло, прочищая горло.

Покайфую минут десять и свалю домой.

Хочу, чтобы девочка помассировала мне стопы. В них столько чувствительных точек, что я готов кончить только от этого. От чудодейственного массажа ног.

– Князь, тебе какая больше нравится? Брюнетка или блондинка? – напоминает о себе Руднев.

– Ты о ком? – спрашиваю я со стоном. Пальцы массажистки снова творят чудеса. Она так умело массирует мою шею, что головная боль, вызванная дымом кальяна, постепенно отпускает.

– Я о танцовщицах.

– М? – говорю я, лениво приоткрыв один глаз и посмотрев на Давида. – Да мне по хрену. Можешь разделить их со Стасом.

– Уверен?

– Абсолютно.

– Макс, в этой бане два массажных кабинета. Один из них занят Валевским, второй пока ещё пуст. Может, свалите туда? Ритуль, покажи-ка ты ему, как делается массаж тестикул.

– Я, пожалуй, схожу за вискарем, – озвучивает Стас и выходит из комнаты.

Девушка послушно убирает с моего затылка руки и огибает диван. Опускается передо мной на колени. Садится между моих разведённых ног. Её ладони проникают под полы моего халата и медленно движутся вверх по расслабленным бёдрам. Пах тяжелеет. Я чувствую, как усиливается моё возбуждение, и кровь приливает к члену с новой убойной силой. В затылок прилетает волна кипятка.

Откидываю голову на спинку дивана и слегка съезжаю к краю, медленно опускаю веки. Схожу с ума. Перед глазами снова плывёт. Мелькают фигуры калейдоскопа. Проносится в голове весь гребаный, тяжелый день. А за ним, как вишенка на торте, всплывает размытый образ Иванны.

Не могу решить: злюсь я на неё или хочу, чтобы меня трогали её нежные руки.

«Ваня…» – мысленно зову.

Она смотрит на меня в упор и что-то тихо шепчет, касается своими губами моих, и я непроизвольно сглатываю, облизывая пересохшие губы. Дыхание учащается.

Её взгляд пронзительный, полон тоски и нежности, он настолько доверчив и раним, что возникает желание сию же секунду застрелиться.

Блядь, Макс…

Блядь…

Сука, я собой ни хуя не горжусь…

Нет, маленькая, в этом ты не права.

Так хреново, как сейчас, мне никогда не было.

Растерев лицо ладонями, распахиваю уставшие глаза. Сажусь и пытаюсь собраться с мыслями.

Зачем мне этот чертов массаж тестикул?

Не нужно трогать мои яйца, не нужно к ним прикасаться и мять их кому попало!

Пространство вокруг меня медленно раскачивается, словно я не на диване сижу, а нахожусь на палубе яхты в открытом море. Тонкие женские пальцы раздвигают мои ноги шире и обхватывают под халатом гудящий ствол. Мягко сдавливают. Жар бросается мне в лицо. Резко вдохнув прокуренный воздух, я ловлю тонкое запястье. Фиксирую руку Риты. Не хочу, чтобы мне надрачивала какая-то левая девка. Тупо. Не. Хочу.

Завтрашний отходняк мне явно не понравится.

Будет весь день тошнить.

– Свободна, – я с хрипом выдыхаю, убирая ладонь массажистки со своего члена.

Рита смотрит на меня с недоумением, часто моргает, её глаза горят похотью, девочка жаждет продолжения, я же встаю с дивана, нахожу среди своих вещей портмоне, достаю из него несколько крупных купюр и запихиваю ей в лифчик.

– Домой езжай. Или займись парнями. Как хочешь.

Дёрнув её за плечо, поднимаю с пола.

Пару секунд девушка пристально смотрит мне в глаза, словно хочет понять, не изменю ли я своего решения. Не дождавшись от меня никаких действий, Рита уходит к Давиду. Садится к нему на колени и выпивает из своего бокала шампанское, которое мы заказали для девчонок в баре.

– Ты дал Кристине обещание хранить ей верность? – спрашивает Руднев, оправившись от легкого шока. – Сегодня у тебя мальчишник. В такой день можно позволить себе отступить от правил. Можно разок согрешить.

– Ну вот ты с Черкасовым согрешишь за нас троих, а мне пора домой, – отвечаю, натягивая на себя боксеры.

– Пожарский, у тебя на личном фронте вообще как? – не сумев пролезть в мою голову, Руднев пытается вытащить из недр души недостающую информацию. Собственно, тут нечему удивляться. Так странно с товарищами я себя ещё не вёл. – Что-то ты сильно темнишь, старик. Нормально всё?

– У меня всё зашибись, Давид, – бурчу я, снимая халат. – Трахну Кристину и лягу спать. Завтра архиважный день. Мне нужно хоть немного отдохнуть. Иначе журналисты напишут, что глава строительного концерна всю ночь бухал и трахал баб. А затем явился на открытие проекта года в потасканном виде.

Если честно, ебал я такой мальчишник. Возможно, в другой раз мне бы это понравилось, а сегодня противно. Прикасаться, целовать и трахать блядей давно не вставляет. Я правда хочу домой. Под душ. Затем отключиться от всего мира. Забыться на пару часов. Уснуть мертвым сном, чтобы этот тяжелый день остался в прошлом. Стерся из моей памяти.

Одеваюсь. У выхода из комнаты отдыха встречаюсь с Черкасовым. Он принес ещё бутылку виски и смотрит на меня слегка ошарашенным взглядом.

– Не рановато?

– В самый раз, старик.

– С Кристиной что-то? – хмурится Стас.

– Просто устал. Празднуйте без меня.

– Ладно. Завтра созвонимся.

– Пока.

Выйдя на улицу, я делаю глубокий вдох. Это помогает мне прояснить мысли. Затем я достаю телефон и, не раздумывая, набираю номер Кристины.

– Макс?.. – на том конце провода я слышу немного охрипший после сна голос.

– Привет. Ты спала?

– Что-то случилось? – волнуется она.

– Нет. Всё в порядке, малыш. Тебе чего-нибудь привезти?

Кристина сглатывает и на пару секунд замолкает.

– Мне?.. То есть, да. Хочу спелое манго и… тебя…

– Скоро буду.