Текст книги "Наследник по крови (СИ)"

Автор книги: Елена Николаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Глава 34

Ива

В салоне пахнет свежестью и терпким парфюмом Стаса. Очень необычный древесный запах. Будто что-то цитрусовое раздавили и растёрли прямо на древесной коре.

Вдыхаю аромат и радуюсь, что меня от него не тошнит.

Токсикоз всё ещё случается, но уже не так часто, как раньше, и это сильно упрощает мою изменившуюся за несколько месяцев жизнь.

– Куда мы едем? – спрашиваю, разглядывая за окном сменяющиеся одну за другой улицы города.

– В одно очень хорошее место.

В тишине салона ответ Станислава звучит хрипло и таинственно, и это слегка напрягает.

– А конкретнее? – устремляя взгляд на мужчину, ловлю его ободряющую улыбку.

Поразительно… Как ему удается манипулировать с её помощью и располагать к себе даже таких, как я, разочарованных в мужчинах, наивных дурочек?

Стас – один сплошной позитив.

Батарейка с максимальным зарядом энергии.

Его глаза искрятся радостью, излучают абсолютное спокойствие.

Хочется зажмуриться и окунуться в них. Нырнуть на самое дно.

Я точно знаю, что не захлебнусь и обязательно выплыву.

– Хочешь сорвать мой сюрприз? – мазнув по мне хитрым взглядом, Станислав сосредотачивает внимание на дороге.

– Хочу знать, куда ты меня везёшь. Мне так будет спокойнее.

Мне и вправду будет спокойнее, если не придется разгадывать его ребусы.

– Не нужно меня бояться, Ива. Я не собираюсь тебя обижать. Более того, верну домой, как только ты об этом попросишь. Но сначала позволь мне угостить тебя вкусным обедом. Договорились? – мужчина снова улыбается и мажет по мне коротким взглядом.

– И всё же? – настаиваю я на ответе.

Недовольно вздохнув, Стас всё-таки уступает мне:

– Мы едем в ресторан моего клиента.

– Насчет готовки ты мне соврал? – почувствовав легкое разочарование, устремляю взгляд на дорогу.

– Нет, конечно. Готовить буду я. Закупаться необходимыми продуктами будет намного дольше, чем взять их на кухне у шефа. Ты предпочитаешь рыбу или мясо? Можно приготовить морепродукты. Устрицы любишь?

– Со вкусом спермы? – выскакивает само собой, как только я вспоминаю наш с Пожарским ужин.

Господи, он кормил меня этими устрицами из рук и я с трудом их глотала.

– Кто тебе об этом сказал? – хохочет Станислав, крепче сжимая пальцы на руле.

– Да так. Никто, – отмахиваюсь от объяснений и сглатываю подступивший к горлу комок.

Слёзы едва не выступают на глазах.

Вдыхаю поглубже, задерживая эмоции в центре солнечного сплетения. Дальше не пускаю, иначе разревусь.

Почему? Почему он напомнил об этих чёртовых устрицах?

Господи, почему так больно вспоминать прошлое? Ужин с Максом и то, как он добивался меня той ночью? Брал, присваивал и влюблял в себя…

– На самом деле вкус у них специфический, но не настолько, чтобы…

– Слушай, Стас, – перебиваю его, не выдержав давления в груди, там, где у нас находится душа, – а давай мясо? Я согласна на любое блюдо.

– Предпочитаешь курицу? Индюшатину? Свинину? Говядину? Кролика? – перечисляет он, сворачивая к набережной.

– Мне всё равно, – интуитивно отворачиваюсь к окну.

– Я тебя чем-то обидел? Ты в порядке, Ива? – интересуется мужчина, отметив моё потухшее настроение.

– Прости, можешь остановить здесь? – почувствовав приступ тошноты, указываю на ближайшую стоянку и хватаюсь за ручку двери.

Станислав резко тормозит у обочины. Я пулей выскакиваю из машины и до отказа набиваю легкие свежим воздухом. Тошнота постепенно отпускает. Дышу медленно, чтобы прийти в норму.

– Ты тест на беременность делала? – неожиданный вопрос Стаса приводит меня в замешательство. Я подвисаю и туплю. – Ива?

– Что? – спрашиваю на автомате.

– Тест делала? – повторяет Станислав.

– Делала, – выпаливаю, чтобы поскорее закрыть эту тему.

– И? Что там с результатами?

– Нормально всё. Просто проголодалась. Из-за загруженности в учебе стала плохо питаться. Нервы… Недосып и всё такое…

***

– Ты бледная, – продолжает мой знакомый, рассматривая меня, словно под микроскопом.

– Я не беременна! – внезапно раздражаюсь, и мне становится тут же неловко. – Прости. Со мной правда всё в порядке, просто адски кушать хочу.

Взглянув в глаза мужчины, пытаюсь врать убедительно и даже выдавливаю улыбку.

Беременность – это моё личное, и я не готова этим делиться с посторонними людьми.

– Сейчас пройдет.

– Уверена?

– Да. Я хочу шаурму. Можешь угостить меня обычной шаурмой? – сглотнув набежавшую слюну, добавляю: – С чесночным соусом, с горчицей, с овощами, маринованным огурцом и чтобы побольше говяжьего мяса.

Стас зависает, отражая моё недавнее эмоциональное состояние.

– И лука репчатого побольше, – теперь я искренне улыбаюсь, глядя на его перекошенное лицо.

– Лапуль, до ресторана осталось всего ничего, – говорит он, очнувшись. – Каких-то пару километров. Ты серьёзно не потерпишь?

Брезгливость на физиономии Стаса сменяется недоумением.

– Хочу шаурму, – продолжаю улыбаться как дурочка, испытывая нереальное желание съесть запечённое мясо на вертеле, завернутое в лаваш.

С этой беременностью моё настроение меняется едва ли не каждую минуту.

– Это мусорная еда, – хмурится Его Величество врач.

– И что? – настала моя очередь удивляться. – От неё ещё никто не умирал, – оглядевшись вокруг, нахожу взглядом тот самый ларёк, который несколько минут назад ненавязчиво привлёк моё внимание.

Вот почему я захотела именно эту еду, а не какой-то ресторанный шедевр.

– Я бы поспорил, – склонив голову набок, Стас засовывает руки в карманы брюк и выдерживает недолгую паузу. Ждёт, что я передумаю. Но нет. Я хочу то, что хочет мой ребёнок. Мясо, мясо, и ещё раз мясо.

Из-за моих предпочтений в еде тётя предполагает, что у меня будет мальчик. Сын. Маленький мамин защитник.

Я пока не думаю о поле ребёнка. Больше всего на свете я бы хотела узнать, кто из двоих Пожарских ему отец.

– Как давно ты стал таким избирательным? – интересуюсь, прервав наше молчание. – Неужели тебе не хочется вспомнить студенческие годы? Когда ты с друзьями сидел на лужайке, ел вредные хот-доги, запивая колой, и ржал над тупыми шутками однокурсников. Просто расслабься, Станислав. Ты ничем не рискуешь.

– Я рискую здоровьем кишечника и своей задницей, – вздохнув, Стас выуживает из кармана несколько купюр, а потом захлопывает дверцу в машине и с помощью брелока включает сигнализацию.

– Да ладно…

Прыскаю я от смеха, понимая, что он имеет ввиду очистительную клизму.

– Тебе очень идет черная рубашка, – делаю ему комплимент. О клизме в данный момент говорить вот вообще не хочется.

– Не заговаривай мне зубы, Ива.

Наконец-то я снова вижу его очаровательную улыбку и тотчас пользуюсь моментом:

– Девочкам нужно уступать.

– Ладно, – щурится Стас. – Тогда вечернее платье на свадьбу друга я выберу для тебя сам. По своему вкусу. Согласна?

– Мы ещё не обсудили, пойду ли я с тобой на это мероприятие.

– Ты согласилась! – напоминает мужчина о нашем прошлом разговоре. – Я внёс тебя в список гостей. Так что выбора у тебя нет.

– Выбор есть всегда, – оспариваю его слова.

– Но не всегда бывают возможности, – взяв меня за руку своей теплой ладонью, Стас ведёт к стекляшке. – Я покупаю шаурму, мы с тобой съедаем её в этой сомнительной забегаловке и если выживем, едем в салон за нарядом. Есть какие-то возражения?

– Я не хочу слишком откровенное платье, – мгновенно выдвигаю свои требования.

– А я не хочу есть шаурму, – Стас тормозит у двери, в который раз оценивая меня пристальным взглядом. Мне становится неловко от того, как он задерживается им на груди, а потом и на бедрах. Кажется, что взгляд проникает под джинсы и сканирует меня насквозь, трогает в самых чувствительных местах. Я снова покрываюсь мурашками. Щеки вспыхивают румянцем. Пересыхает от волнения во рту. – У тебя красивая фигура, Ива. Тебе нечего скрывать. Подчеркнем твою шикарную грудь, подберем что-то особенное для тонкой талии с вырезом на бедре, и закончим лук ювелирным украшением. Ты будешь самой неотразимой девушкой на свадьбе.

Глава 35

Ива

Неделя спустя…

«Заеду за тобой в четыре. Надень этот подарок. Сегодня ты должна сиять» – читаю послание от Стаса, которое он написал на открытке и вставил её в шикарный букет. Сегодня красные лилии, дополненные мелкими белыми цветочками и зеленью.

– Распишитесь, пожалуйста, – курьер вручает мне ручку и папку с бланком.

Машинально расписываюсь и отдаю ему документ.

Мужчина возвращает мне паспорт и вручает в руки небольшую запечатанную коробочку.

– Всего доброго, – прощается он и уходит.

Я же застываю на пороге, судорожно соображая, что мне со всем этим делать?

Столько денег в меня не инвестировал ещё ни один мужчина. Хотя нет. Вру. Деньги Макса, которыми он компенсировал мой моральный ущерб, всё ещё при мне. И сумма там не меньше. Даже больше. Просто я не трогаю её. Зареклась не брать оттуда ни копейки.

– Четвертый букет за неделю. Личный парикмахер-стилист. Платье от кутюр за две штуки баксов. Туфельки Джимми Чу. Коробка ещё какая-то. Как это понимать?

– Не знаю. Наверное Стасу нравится тратить деньги, – пожав плечами, отдаю тётке букет и начинаю распечатывать посылку.

– Глупость какая, – крестная закрывает входную дверь. – Он дарит тебе цветы, выказывая свою симпатию. Иными словами ухаживает за тобой. Не просто тратит деньги. Инвестирует!

– Мне не нужны кавалеры, – отмахиваюсь я. – Не радуйся преждевременно. Стас хороший, с ним весело, но он не мой мужчина. Не лежит к нему сердце, вот и всё…

– Ты бы присмотрелась к нему лучше, прежде, чем заявлять такое.

– Бесполезно, тёть Лар. Я пыталась. Стас щедрый, шикарный представитель сильного пола, но нет к нему притяжения. Я люблю другого. Того, кого любить нельзя…

Открываю мятного цвета футляр и застываю с открытым ртом. В коробочке серьги. Не просто серьги, а граненые камни в серебристой оправе. Чистые, прозрачные, как слеза. Размером с большой ноготь.

– Ого, – выдыхает над ухом тётя. – Говоришь, не твой мужчина? А что ж этот «не твой» мужчина дарит тебе отнюдь не дешевые подарки? Это не бижутерия, детка.

– Что это? – сглатываю, замечая, как в моих руках начинает дрожать коробочка.

– «Лучшие друзья девушек», что ж ещё, – хмыкает тетя, обнимая меня со спины. – Не думаю, что пластический хирург станет мелочиться. Элита полудрагоценные камни от бриллиантов отличит на раз-два! Он тебе что-нибудь предлагал?

– В смысле? – отрешенно уточняю я суть вопроса.

– Ива, не будь наивной девочкой. Мужчина дарит такие подарки в двух случаях: либо он хочет серьёзных отношений, либо… – сделав короткую паузу, крестная болезненно опускает с небес на землю: – он хочет тебя в любовницы.

Последнее произнесенное теткой слово бьёт по мозгам горячим током.

Меня бросает в жар.

От неприятных воспоминаний спирает дыхание.

Неужели всем богатым и влиятельным мужчинам для полного удовлетворения жизнью нужны любовницы и содержанки?

Я не знаю Стаса. И мне не хочется лезть к нему в душу, но в отличие от Макса за то время, пока мы общались, он ничего такого не предлагал. Даже не пытался меня соблазнить. Стас всего лишь попросил об услуге, которая не подразумевает интимных действий. Он помог мне в трудную минуту, и я хочу отблагодарить. Отплатить добром за добро.

– А третьего варианта нет? – спрашиваю у тети, касаясь пальцем холодных камней.

Мы могли бы со Стасом дружить, но эта идея кажется совершенно абсурдной, учитывая стоимость подарка в моих руках. Здесь целое состояние. Малознакомым девушкам такие драгоценности не дарят ради общения. Я не его личный психолог. И даже не близкая подруга.

Ощутив тревожность под рёбрами, закрываю футляр.

Их лучше вернуть.

Сразу же после свадьбы.

– А третьего не дано, милая, – отвечает крестная, прерывая мои мысли. – Дружбы между мужчиной и женщиной не бывает. Рано или поздно она заканчивается неожиданным финалом. После мероприятия верни Станиславу серьги. Ты должна ценить себя выше этих камней. Ты бесценна, моя девочка. Даже несмотря на то, что ждешь ребенка. Таких, как ты, в мире нет. Помни об этом. Цени себя каждую секунду, но не лишай возможности радоваться жизни. Она у тебя одна.

– Я и не собиралась их оставлять. После свадьбы верну и на этом всё.

– Ну почему же «всё»? – тётя ободряюще хлопает по плечу. – Если Станиславу ты запала в душу, как умная, порядочная женщина, он сделает всё, чтобы тебя удержать. Возможно, он к тебе присматривается. Не все мужчины сразу определяют «своё». Стать счастливой, детка, не так уж сложно, как кажется. Для этого не нужно резко менять свою жизнь или достигать заоблачных целей. Найди в себе смелость любить в первую очередь себя, а уж потом выбранного тобой мужчину. Жаль, что я это поздно поняла. Но у тебя всё ещё впереди. Вся жизнь впереди. Не забывай об этом. Пойду, поставлю цветы в вазу и начну собираться. У меня сегодня дежурство.

– Ты до утра?

– Надеюсь, что да. М-м-м… – тётя вдыхает сладкий аромат лилий. – Пахнут замечательно. Прелесть какая…

Глава 36

Ива

– Ваня, я побежала! Будь умницей, – доносится тетин голос из коридора.

– Не волнуйся! Буду!

Слышу, как захлопывается дверь. В квартире воцаряется тишина.

Я включаю негромко музыку и подхожу к зеркалу. Поправляю на себе узкое платье в пол. Оно без бретелей. С длинной молнией на боку. С высоким до неприличия разрезом вдоль бедра. То самое, которое неделю назад выбрал для меня Стас. Вкус у него отличный. В платье я выгляжу элегантно и одновременно притягательно. Я не привыкла к такому луку. Но, черт возьми, оно прекрасно! Очень эффектное, с мерцающим декором. Полностью обшито мелкими пайетками. Обтягивающий лиф инкрустирован хрустальными кристаллами.

Моя фигура в этом наряде выглядит потрясающе.

Платье красно-оранжевого цвета привлекает внимание блеском и роскошью.

Застегиваю молнию примерно до середины, и бегунок заедает. Я хмурюсь, дергаю язычок, пробую исправить ситуацию, но ничего не выходит. И тетя, как назло, ушла…

– Блин… – издаю разочарованный стон и опускаю руки.

– Помочь?

Внезапно раздавшийся голос Станислава вынуждает меня вздрогнуть и резко обернуться.

– Стас? – поспешно прижимаю ладони к чересчур оголившейся груди. За неделю она ещё больше разбухла и теперь едва помещается в лифе платья. – Господи, ты меня напугал!

– Если что, мне разрешили войти, – предупреждает Станислав, указывая большим пальцем на дверь позади себя.

Облокотившись на косяк, он открыто рассматривает меня, всем своим видом напоминает голливудского актёра на церемонии вручения «Оскара».

На мужчине белоснежная рубашка, бабочка, дорогой дизайнерский смокинг черного цвета и модные туфли из гладкой, натертой до блеска кожи.

Обувь выглядит слишком дорого, явно ручной работы. От Ильи слышала о такой.

На манжетах поблескивают запонки из драгоценного металла, а в глазах разгорается нешуточный азарт. Стас пялится на меня, не скрывая жгучего интереса.

– Ясно… – лепечу я растерянно, опуская глаза в пол.

– Тётка у тебя зачётная, – замечаю, как он отталкивается плечом от опоры и направляется ко мне. Щёки тотчас покрываются жаром. Чувствую, как приливает огонь к груди. Сглатываю, вскидывая на него смущённый взгляд.

– А твои родители? Они не местные? – спрашивает Станислав.

– Они живут в другом городе, – отвечаю, отворачиваясь к зеркалу и придерживая платье на груди. – Помоги мне с молнией, пожалуйста. Там что-то заклинило.

– Можно? – поймав мои глаза в зеркале, Стас слегка нависает надо мной и выжидающе смотрит. Аромат терпкого парфюма проникает в нос и слегка кружит голову.

– Да… конечно, – нерешительно приподнимаю руку, давая ему возможность закончить начатое.

Пальцы мужчины касаются кожи, и я инстинктивно содрогаюсь, ощущая, как место прикосновения обжигает током. Прикрываю веки, стараюсь не встречаться со Стасом взглядом. Он всего лишь застегивает молнию, а мне уже неловко. Сердце вылетает из груди.

– Готово, – отрезвляет меня своим голосом, который в данную секунду кажется чуть хрипловатым. – Ты не надела серьги.

– Стас… Они слишком…

– Они охрененные.

Станислав не даёт мне закончить мысль. Тянется рукой к футляру, лежащему на комоде, и вынимает из него украшения.

– Я хочу, чтобы ты сегодня затмила всех женщин на свадьбе. Это не обсуждается, Ива.

– В смысле? – втягивая недостающий в лёгких воздух, я стараюсь не думать о том, что мой новый знакомый, опустив глаза, пристально оценивает оформленные лифом полушария груди.

Они вздымаются при каждом вздохе.

– Эти серёжки безумно дорогие. Я боюсь их потерять, – сообщаю, тяжело дыша.

Взгляд Стаса становится осязаемым. Словно трогает. Измеряет. Прикосновение к оголенным участкам тела, даже мимолетное, опаляет.

– Серьги застрахованы, – говорит мужчина, и, словно очнувшись, переключается на моё удивлённое лицо.

Это сколько же они стоят, что их необходимо было страховать?

Хрустальные кристаллы блестят не хуже и по цене гораздо дешевле.

Да кто бы их отличил? На камнях не написано, что это бриллианты!

Это же бриллианты?

– Застрахованы? Правда? – уточняю, чувствуя себя полной дурой.

Но ведь я не виновата, что не привыкла к такой роскоши.

У меня были золотые серьги – подарок родителей на восемнадцатилетие. И когда я потеряла одну из серёжек, я сильно переживала и долго боялась признаться.

– Правда, – подтверждает Стас.

– И я могу не волноваться?

– Можешь.

– Но после свадьбы я хочу их вернуть.

– В этом нет необходимости, – заверяет мужчина, неторопливо расстёгивая застёжки ювелирных изделий.

– Стас, такие подарки не дарят обычным девушкам, – хотелось бы опровергнуть тётину теорию, но увы… Розовые очки давно разбились.

– Ты далеко не обычная, Ива, – противоречит гость.

– Я обычная. Самая что ни на есть обычная. И я не твоя девушка.

– Это можно исправить.

Неожиданное заявление Станислава вынуждает напрячься.

– Как это? – на мгновение я теряю дар речи. – Ты же сказал, тебе нужна фиктивная невеста. На один раз!

– Возможно.

– Как это понять? – недоумеваю я.

– Я не хотел на тебя давить. Расслабься, Ива, – улыбается Стас. – Серьги ни к чему тебя не обязывают.

– Но они стоят целое состояние!

– Исправить кривой нос стоит намного дороже. Как пластический хирург, я могу позволить себе такие траты. И чтобы ты знала – я лично выбирал их для тебя. Они подчеркивают твои особенные глаза. Позволишь?

Я заторможенно киваю, погружаясь в раздумья.

Что значит «не хотел на тебя давить»?

Я не хочу отношений.

И вообще, я жду ребенка! Если Стас об этом узнает, он наверняка сбежит.

– Вот так… – шепчет мужчина, застегивая на мне вторую серьгу.

Кончики пальцев едва касаются моей шеи. Вздрагиваю, ощущая, как они медленно скользят по линии нижней челюсти и смыкаются под подбородком, приподнимая моё лицо.

– Они прекрасны, как и твой образ, Ива.

Я смущаюсь. Прикрываю веки. Ощущения обостряются. Запах Станислава становится насыщеннее. Между нашими телами образуется жар.

Стас так близко, нависает, что я чувствую на губах его горячее дыхание и, замерев как мышь, полностью покрываюсь мурашками. Бешено колотится пульс. Время вокруг нас замирает.

Боже…

Чего он завис?

Мне нужно поправить причёску, накрасить губы, нанести на шею немного парфюма, обуться и накидку не забыть…

Сглатываю.

Пульс становится неуправляемым.

Распахиваю веки, встречаясь взглядом с мужчиной. Его глаза напротив напоминают потемневшую сталь.

Несколько секунд мы гипнотизируем друг друга взглядами, а затем Стас отмирает, отходит от меня к столу, молча снимает со спинки стула накидку для платья и прихватывает обувь.

– Нужно поторопиться, – выдаёт он севшим голосом, присаживаясь на корточки, чтобы помочь мне обуться. – Опоздаем на церемонию…

Глава 37

Ива

Ближе к пяти вечера мы со Стасом попадаем на территорию роскошного отеля с говорящим названием «Кардинал».

Церемония вот-вот начнётся, но у нас есть немного времени, чтобы присоединиться к жениху и встретить вместе с ним невесту.

Свадьба чужая, но я отчего-то безумно волнуюсь. Даже несмотря на свой идеальный вид, чувствую себя зажато и некомфортно.

Мне душно, как в аду.

Трендовый чокер с подвеской в виде цветка слишком плотно прилегает к шее и нервирует. Пайетки на шикарном платье неприятно царапают руки, и я уже жалею, что позволила Стасу купить его. Радует одно – сейчас меня не беспокоит токсикоз. По крайней мере, в этом вопросе организм, в отличие от жестокой моды, со мной солидарен.

Красота требует жертв, однако не должна заставлять нас чувствовать себя в ловушке.

К сожалению, в этом наряде я именно так себя чувствую.

Возможно это из-за нервного перенапряжения.

Нужно всего лишь чуточку расслабиться, а я не могу. Пробую, но не выходит. Душа не на месте, ноет. В груди горит. Мне нужно срочно на воздух. Срочно!

Станислав подъезжает к центральному входу и останавливает тачку у красной ковровой дорожки. Я сжимаю в руках небольшой клатч, смотрю на мужской расслабленный профиль и только сейчас понимаю, как ощущала себя обычная девчонка Шарля Перро, приехав на королевский бал.

– Ты справишься, – замечает моё смятение Станислав.

Подмигнув мне, он выходит из спортивного автомобиля, бросает ключи стюарду и, подойдя к моей двери, помогает мне покинуть небольшой уютный салон.

Ступив на землю, я снова вдыхаю полной грудью. Становится легче. Оглянувшись вокруг, замечаю прибытие гостей. Народу тьма.

Дорогие тачки, стильные мужчины в безупречных костюмах, под стать им роскошные женщины – элита общества, к которой я не принадлежу. Стоит мне об этом подумать, как Станислав берёт меня за руку, сплетает наши пальцы и сжимает ладонь.

– Пойдём. Я познакомлю тебя с остальными друзьями. Уверен, Адвокату и Князю ты тоже понравишься.

– Князю? – уточняю, на секундочку возвращаясь к истории Руси. – Свадьба потомка представителей знатного феодального рода?

– Что-то типа того, – улыбается Стас, ведя меня через холл отеля в сад. – Потом, Ива. Всё расскажу потом. Опаздываем. Гости невесты уже здесь. Нам нужно поспешить. Давид с Тимуром уже на месте.

Пробираясь сквозь толпу людей, мельком оцениваю пятизвездочный отель.

Дизайн холла впечатляет утонченным стилем и притягательной атмосферой. Дорого. Со вкусом. Красиво. Черно-серые тона мрамора украшены золотом. Высокие потолки. Хрустальные люстры, свисающие до пола. Первоклассный уровень комфорта ощущается каждой клеткой тела.

В этом огромном здании заключена неповторимая элегантность.

Такой отель немногие могут себе позволить. Только бизнесмены, чиновники и те, кто умеет делать деньги из воздуха или нечестным путём…

– Черкасов! – в спину долетает мужской голос, как только мы выходим в сад на открытую, украшенную для свадьбы террасу, расположенную над водой.

– Боже, здесь речка, – охаю я, оглядываясь со Стасом назад.

Встречаемся взглядами с человеком, который нас окликнул. Я сразу же его узнаю. Это тот самый друг Станислава – гинеколог Давид. Чувствую, как краснею под его цепкими глазами. Мои щеки заливает кипятком.

– Иванна? – присвистнув, он оценивает мой наряд, а следом и грудь. Задерживается на ней взглядом дольше, чем следует.

Я замечаю, как и другие гости на меня пялятся. Девушки бросают косые взгляды, полные праздного любопытства. Обсуждают, шушукаются. Мне становится не по себе. Хочется чем-нибудь прикрыться. Кажется, что моя налитая гормонами "тройка" сейчас лопнет под тесным вызывающим лифом.

Господи, здесь есть хоть один мужчина, который не зацикливается на женских прелестях?

Ау!!! Хватит на меня глазеть!

– Руднев, ты охренел? – возмущается Станислав, притягивая меня за талию к себе. Я с облегчением выдыхаю, поскольку в этот момент многие теряют ко мне интерес. – Где твоя Илона?

– В дамской комнате, – прочищает горло Давид, поправляя галстук на шее. – Чулок порвала.

– Ну вот и смотри на её порванный чулок. Здесь всё моё. Адвокат где?

– Ждёт нас на месте. Князь сегодня сам не свой. С утра народ из офиса увольняет. А ещё не женился.

– Регистратор с ним?

– Да. Оба под аркой Кристину ждут. Должна вот-вот появиться.

– Если всё так хреново, то нашей печени к утру наступит пиздец, – приглушённо заключает Станислав, шокируя меня словами. – Лучше бы Брагина сбежала из-под венца. Нутром чую, не хочет он этой свадьбы.

– Тимур сказал, что и к проекту охладел, – произносит Давид тем же негромким тоном, обводя взглядом толпу. – Даже доки на землю не сразу открыл, отчего Брагин нехило так занервничал.

– Что, правда, что ли? – удивляется Черкасов.

– Нет, я тебе сейчас, блядь, рассказываю полную ахинею, – нервно выдает Руднев, засовывая руки в карманы брюк.

– На Князя совсем не похоже. Он был одержим идеей, напролом шёл к осуществлению цели. С чего вдруг сорвался? Женится по залёту? – то ли спрашивает Стас, то ли предполагает, оглядываясь в сторону арки, где рассаживается народ и кучкуются фотографы.

Из-за скопления гостей и репортёров жениха рассмотреть не удаётся.

О ком они говорят?

Почему мне тема кажется знакомой?

Я словно переживаю дежавю…

– Так его же плоть и кровь, – хмыкает Давид, доставая мобильный. – Тут по-любому выбор очевиден. Возможно выдалась тяжёлая рабочая неделя. О, Илонка пишет, – Руднев на секунду отвлекается на телефон, – Кристина приехала. Уже в холле. Надо жениху сообщить.

– Дава, сделай-ка нам несколько селфи. Только быстро.

Стас включает экран, активирует камеру и передаёт свой телефон Давиду. Тот набирает чей-то номер, прикладывает свой мобильный к уху и одновременно наводит камеру телефона Черкасова на нас, выбирая подходящий ракурс.

– Ваня… – улыбается Станислав, прижимая меня к себе лицом. – Один поцелуй, и я от тебя отстану. Клянусь.

Я смотрю на мужчину, широко раскрыв глаза, и пытаюсь понять, зачем ему понадобилось целоваться на камеру? Мы не встречаемся, чтобы запечатлеть этот момент на память.

Потом вспоминаю, что я, якобы его фиктивная невеста, и что он об этом поцелуе просил.

Господи, я уже ничего не понимаю.

Он действительно хочет меня поцеловать или это просто формальность?

– Стас… – я шепчу ему практически в губы, когда он наклоняется ко мне и заглядывает в мои глаза. У него красивый рот. Он привлекательный мужчина. Брутал и завидный холостяк. Ничего страшного не случится, если я соглашусь на мимолетное прикосновение губ. Наверное не случится… Думая об этом, я глохну от собственного шума крови в ушах.

– Ты там в порядке, старик? Кристина в холле, – на заднем плане раздаётся голос Давы. Я почти не слушаю его, только улавливаю смысл, глядя на то, как сокращается расстояние между моим лицом и лицом Стаса. – Да здесь мы, здесь. В нескольких метрах от тебя. На террасе у выхода. Рядом со статуей Купидона. Ты видишь нас? Отлично. Сейчас заберу Илону и займём со Стасом наши места.

– Ива… – шепчет Черкасов, касаясь моих губ своими губами. – Один. Безобидный. Поцелуй, – повторяет он, выделяя каждое слово. Его тёплая рука крепче обхватывает мою талию. Другая мягко касается затылка и направляет мою голову так, чтобы наши губы соприкоснулись.

– М-м-м… – довольно урчит, – как вкусно ты пахнешь…

Нежное прикосновение языка на мгновение лишает меня способности двигаться. Стас захватывает мои губы в плен, нежно втягивает их, а затем его язык начинает исследовать мой рот. Под влиянием необъяснимого трепета, я подчиняюсь. Обнимаю его за плечи. Даю ему то, чего он хочет. Целую, чтобы наконец-то порвать натянувшуюся в груди тугую струну.

Мне нужно ЕГО забыть.

Вырвать из сердца Макса Пожарского.

Вытравить из памяти другим мужчиной…