Текст книги "Наследник по крови (СИ)"

Автор книги: Елена Николаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 9

Ива

– Тебе помочь справиться с ремнем? – холодный тон отрезвляет как затрещина.

Я набираю в легкие кислорода и вскидываю голову вверх, смотрю на Максима и внутренне протестую.

Он не заставит меня! Не заставит!

А по собственной воле я даже не стану его целовать!

Вальяжно откинувшись на спинку сиденья и слегка раздвинув ноги, Пожарский сверлит меня надменным взглядом, молча намекая на то, чтобы я приступила к делу.

Под ширинкой замечаю внушительных размеров бугор, и внутренности по новой сотрясает.

Он не может… Не может меня хотеть!

У него есть женщина! Пусть хочет её!

Не знаю, что на меня находит в этот момент. Ревность, любовь, ненависть, обида, отчаяние – всё смешивается в гремучую взрывоопасную смесь. Его порочная ухмылка становится спусковым механизмом. Из меня выстреливает истерика, и я нахожу силы броситься на него с кулаками. Луплю его по животу, по груди, по плечам. Мажу по виску ладонью, второй по лицу достаю, кричу как сумасшедшая, аж связки немеют, обзываю, упрекаю, пока Макс снова не лишает меня возможности двигаться. Захватывает в кольцо своих сильных рук. Ногами обвивает мои ноги. Грудь к груди. Сердце к сердцу – и всё… Снова этот невыносимый внутренний взрыв. Мне больно! Больно! Больно! Душа в клочья, сердце вдребезги! Внутренности в узлы. Находясь с ним в тесном контакте, пылаю.

Зачем он так со мной? Для чего издевается? Я ему не нужна.

Почему не бросит меня здесь одну и не уедет?

– Пусть тебе Кристина сосет. Подонок! – хриплю ему в шею, брыкаясь и захлебываясь слезами. Дышу надрывно и часто, так часто, что легкие кипятком шпарит. Они как будто трещат по швам. Ребра в груди выкручивает от мышечного напряжения и боли. – Пусти меня, подонок! Пусти!

– Ива, всё! Хватит! Давай поговорим? Просто поговорим, – рычит мне в висок, прижимая к себе ещё крепче.

– О чём?! – кричу, извиваясь и чувствуя его эрекцию лобком. Низ живота простреливает током. – О чём мне с тобой разговаривать? Ты никогда меня не слышал! Я не буду тебе сосать! Иди к черту, Макс! Вали к своей Кристине! Убирайся!

– Не нужно мне сосать! – рявкает так, что я содрогаюсь. – Я не за этим к тебе приехал!

– Тогда зачем? – череда судорожных всхлипов вырывается изнутри. От перенапряжения и неизвестности дрожит всё тело. Поведение и слова Пожарского вызывают диссонанс. – Зачем ты приехал? Зачем ты меня нашел? Чтобы сделать мне больно? Ты сделал! Сделал! Теперь уезжай! – желание расцарапать ему лицо настолько сильное, что я умудряюсь высвободить руку и полоснуть ногтями по его нижней губе и подбородку.

– С-сука! – шипит он, по новой перехватывая мне руки. Заводит их за спину и накрепко сцепляет запястья одной ладонью. Второй фиксирует голову, схватив за волосы на затылке.

Ток. Ток. Ток.

По всему телу слетает ток.

Я бьюсь в истерике, как птица, запутавшаяся в сетке.

– Ненавижу тебя! Ненавижу! Ты сумасшедший… – шиплю на нерве, встречаясь с его диким горящим взглядом.

– Притворялась со мной? – выталкивает мне в лицо.

– Нет! – отвечаю без раздумий.

– Значит нравилось? Да? Кончала со мной, потому что было охуенно?

– Да! Да! Да! Глупо отрицать очевидное! Было охуенно! И что?! Что с того?

Выплеснув эмоции, не отвожу взгляда от лица Максима. Наши дыхания сплетаются. Его глаза мгновенно чернеют, наливаются похотью. Взгляд опускается ниже, на мои губы…

Господи, нет…

***

Не успеваю опомниться, как Пожарский рывком минует последние миллиметры расстояния и накрывает ртом мои губы. С такой яростью берёт их в плен, что внутренности взмывают вверх, словно ты пролетаешь опасный поворот на американских горках. Влагалище сводит сладостным спазмом. Бож-ж-же… Он ведь ещё не засунул в меня язык, а я уже умираю и рождаюсь заново.

Злость, обида, боль, наслаждение и жгучая тоска по нему смешиваются в один безумный коктейль и сотрясают душу.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не разжать челюсти и не впустить его так глубоко, как он того хочет.

– Ваня… – горячечный шепот толкается мне в рот. Порывистое дыхание Макса опаляет лицо. Напористый язык скользит между губ, давит на сцепленные зубы, и я чувствую, как в подрагивающем животе рождаются миллионы бабочек. Трепещут крыльями и задевают самые чувствительные точки.

Ток… Ток… Ток…

Под кожей ток становится болезненной щекоткой.

Мириады горячих иголочек вонзаются в мышцы и безжалостно плавят моё тело и мозг.

– Впусти меня… Дай язычок… – хрипит Максим, напирая и продавливая моё упрямство. Отпускает руки. Обнимая за талию, подтягивает выше, усаживает на себя верхом. Снова губы пленит. Зафиксировав ладонью затылок, страстно со стоном меня целует. Напирает… Уверенными движениями языка и губ усмиряет мою гордыню и, боже… проникает внутрь… Заставляет дышать только им.

Мамочки, я сдаюсь… Я позорно сдаюсь…

Надпивая с ним горького хмеля, становлюсь пьяной и безнадёжной.

Комкая затекшими пальцами мокрую рубашку, отвечаю на поцелуй, позволяю прихватывать губами мою плоть, жадно засасывать язык.

– Малыш…

Сталкиваемся ртами, сплетаемся языками и нутро по новой сотрясает.

Руки, которыми он сжимает меня, как в тисках, начинают дрожать, а губы… Губы Макса становятся нежными, мягкими, сочными.

Какой же он вкусный, Господи…

Макс, как запретный плод, терпкий и одновременно сладкий. Вкусив его, становишься зависимой на всю жизнь.

Целую… Господи, целую… Поглаживаю колючие скулы, за крепкую шею обнимаю, путаюсь пальцами в мокрых волосах, затылок царапаю…

Воспоминания той самой ночи оживают в памяти яркими вспышками.

Удар, удар, удар – мой пульс уверенно сходит с ума.

Испытывая острую потребность в любви, не могу сдержать слезы. Жгучие и соленые – они катятся по щекам.

Максим собирает влагу губами. Зацеловывает лицо. В шею толкается его возбужденное дыхание… жаркие губы обжигают грудь… прокладывают дорожку к ключице, зубы прихватывают плечо и меня сотрясает. Адским электрическим разрядом пробивает тело насквозь.

Я судорожно тяну воздух. Схватив ладонями лицо Максима, в глаза заглядываю. Мне страшно. Там столько чувств. Столько эмоций бурлит. Такая гамма оттенков намешана… В них отражается целый мир и одержимое желание мной обладать…

Глава 10

Ива

С ума сойти…

Зачем ему я?

Чего он от меня хочет?

Смотрю на Макса и сердце в груди разрывается. Тоска и щемящая нежность наполняют его до краев, заново исцеляют. Оно стучит, как сумасшедшее, вылетая из груди.

– Отпусти… – сиплю я за миг до того, как наши губы врезаются друг в друга. Слипаются как магниты – не разорвать. Хватка на моих бедрах усиливается, шпарит током.

Макс вновь меня целует. Жестко вторгается в рот языком. Жадно выпивает стон. Душу из укрытия выманивает. Ломает меня не только морально, но и физически. Так филигранно это делает, что я не понимаю, в какой момент всю себя ему отдаю.

Отвечаю с такой же страстью и одержимостью, словно от этого процесса зависит моя дальнейшая жизнь.

Забирай…

Всю забирай себе…

Только не отпускай…

Не надо, не отпускай…

Касаюсь пальцами разгоряченной мужской груди. Мягкая темная поросль волос приятно щекочет кожу. Не сумев сдержать порыва, расстегиваю на его рубашке ещё одну пуговицу и забираюсь ладонями под мокрый шелк, лихорадочно сжимаю напряженные мышцы плеч, ощупываю трапецию, глажу крепкую шею, снова скольжу по твёрдой груди…

Господи… я одержима им… Одержима…

Его так много. Максима слишком много.

Весь салон этим мужчиной пропах. Каждый атом кислорода насыщен его запахом. Пьянит.

От ощущения его языка у меня во рту хочется стонать в голос. Внизу живота усиливается горячее томление.

Захлебнувшись страстью, я беззастенчиво пью его вкус. Посасываю влажные губы, смешиваю нашу слюну, испытывая невероятный кайф. Между ног становится слишком мокро. Там всё пульсирует и горит. Требует разрядки.

Мне мало поцелуев. Мало. Безумно мало…

Хочу Максима… До смерти его хочу.

Рехнулась от вязкой, отравляющей похоти, от бешеной потребности ощущать его в себе.

Господи, что со мной?

Я никогда не испытывала такого яростного желания и нужды в сексе. Даже в первую нашу ночь я не хотела его так, как хочу сейчас. Меня ломает, как наркомана. Выкручивает изнутри.

Найдя промежностью вздыбленный член, прижимаюсь к нему сильнее.

О-ох…

Точки соприкосновения пробивает мощнейшим электрическим импульсом. Оба вздрагиваем.

Зубы Макса впиваются в мои губы, и я мычу. Приглушенный стон мужчины сливается с моим.

Содрогаясь от губительного разряда, я едва не взлетаю к звездам.

Хочу ещё… кончить хочу.

Не успеваю об этом подумать, как попу ошпаривает болью. Макс стискивает ягодицы и толкается твердым членом мне в пах.

Разряд. Сильный. Долгий. С затяжной горячей пульсацией…

Ощущения зашкаливают, и я вместе с Максом шиплю.

Бож-ж-же… как хор-р-рошо…

Меня накрывает. Топит наслаждением.

Трясёт с такой силой, будто я вцепилась за оголенный провод.

А Макс чувствует. Считывает эмоции. Господи, он чувствует, чего я хочу.

Подаваясь раз за разом пахом вперед, вжимает в себя, трахает через одежду. Попу ладонями мнет. Толкается в меня каменным членом. Приглушенное рычание мужчины растворяется в моём рту. Судорога нас обоих прошивает. Стонем, погружаясь в безумное удовольствие. Хаотичное трение тел сводит с ума. В глазах разлетаются искры. Меня бросает то в жар, то в холод, то снова в жар.

Я вся горю… Плавлюсь в его сильных руках и пылаю… А он целует – мягкую, податливую, влажную от дождя и похоти. Мамочки, как он целует, захватывает весь мой язык, аж губы немеют. Я бы за него душу продала. И за этот поцелуй тоже.

Почему он не мой, Господи?

Почему он не мой?

Зачем он жаждет меня так сильно, что оба с катушек летим?

Зачем я снова ему подчиняюсь? Ведь его постель буду греть не я, а его жена. Скоро… Совсем скоро. И от этого моя жизнь ещё горше становится, а я не могу ничего поделать. Не могу нас остановить.

Как справляться с губительной зависимостью?

Как бороться с убийственным влечением?

Макс всегда берёт то, что хочет. Получает своё. А я?…

Я глупая… Глупая… Глупая влюбленная девочка… Я же снова его потеряю…

Снова обожгусь…

Толчок… Толчок… Толчок…

Ревность раздирает сердце на части, но мне так хорошо сейчас, что я предпочитаю об этом не думать. Отключаю голову и подстраиваюсь под ритм. Целую моего мучителя в губы, стремительно приближаясь к цели.

Ещё чуть-чуть… Боже мой, ещё чуть-чуть, и я взорвусь, рассыплюсь на атомы…

Сама ему помогаю, скольжу по члену, двигаю бедрами навстречу. Прижимаясь к Максу, трусь, как голодная кошка, высекая на стыках искры. Хочу, чтобы взял меня по-настоящему. Кожа к коже… Плоть к плоти… Без презерватива. Наголо. Как есть. Больше нет смысла предохраняться…

– М-м-м-м… – на пике оргазма вгрызаюсь в его язык.

Содрогаюсь… Содрогаюсь… Содрогаюсь, проживая сладостные спазмы, и протяжно мычу…

***

Максим рывком хватает меня ладонью сзади за шею, тоже мычит, но вероятно от боли. Пальцы в мышечную ткань загоняет и сдавливает до мелькающих пятен перед глазами. Второй рукой вжимает меня в свой пах. Я сгораю, сокращаясь на нём. Обезумевшая от ревности сильнее кусаю за язык, от этого аж трясусь, и только потом разжимаю зубы, переходя на громкий гортанный стон.

Дрожь… дрожь… дрожь…

По всему телу мгновенно расходится сладостная, заряжающая дрожь.

Мышцы влагалища пульсируют. Длительные спазмы сводят с ума. Всё тело пробивает током.

Мам-м-ма-а-а…

Судорожно всхлипываю, прижимаясь лбом к его лбу. Наши бёдра вибрируют. Тела пылают. Сердца надсадно стучат.

Скользя по горячему бугру чувствительной плотью, продлеваю кайф до максимума.

– Блядь, Ива… блядь… – хрипит Максим, вдавливая в меня свой горячий член и с шипящими звуками матерится. Лицо напряжённое, красное. Макса крупно трясёт. Опуская веки, он в губы мои до крови вгрызается. Я в его. Как одичалые звери шипим и яростно жалим друг друга, стараясь укусить побольнее. Вкус горького железа на языках распаляет и без того отчаянное безумие, а через секунду он, кажется… кончает… Содрогаясь подо мной и рыча мне в рот, прижимает к себе и стискивает так крепко, что ребра начинают трещать.

Бах! Бах! Бах! Ба-бах! – в голове гремит пульс.

Надсадное дыхание Макса опаляет шею.

– Не шевелись, малыш… Замри, блядь, замри…

Я пытаюсь! Честно пытаюсь не двигаться, но не могу.

Мне хочется его трогать. Обнимать, прижиматься губами к вспотевшей соленой коже. Слизывать его вкус… ласкаться щекой об его щетину и тянуть запах с влажных волос…

– Ванька… ч-чер-р-рт… Ваня! – вздрагивает, когда сжимаю на нем ягодицы. С рычащим стоном в шею кусает, и я тотчас замираю. Расслабляюсь и дышу им. Дышу… Дышу… Дышу… Заново любовью отравляюсь.

Ощущаю натертой плотью, как пылает жаром его пах, как дёргается под ширинкой всё ещё каменный член, как Макса штормит и подбрасывает от каждого моего судорожного вздоха, от каждого нечаянного прикосновения пальцев или губ к его коже…

Гром сотрясает небеса, но этот звук до моего слуха словно сквозь вату доносится. Я вся растворяюсь в Пожарском. Вся. До последнего атома в него ухожу.

Господи, что это было?

Что между нами только что было?

Какая-то сумасшедшая связь…

Ненормальная.

Неземная.

Космическая.

Божественная…

Умом понимаю, что это неправильно, а сердцем… Сердцем тянусь к нему. К моему любимому Монстру. Крепко обнимаю за шею.

Осознаю, что не имела права терять голову, но чувства… Они сильнее меня, сильнее всех предрассудков и здравого смысла.

Не представляю, как дальше жить. Прижимаюсь к Максиму сильнее. Его насквозь прошивает судорогой, и он стонет, сдвигая меня с члена.

– Не ерзай, малыш. Замри.

Макс морщится. Дышит тяжело. А я плыву, не в силах собрать себя в кучу. Мне до чертиков хорошо. Не хочу, чтобы этот момент заканчивался.

– Тебе больно? – я растерянно интересуюсь, уставившись на него.

– Нет. Всё зашибись… – хрипит он, встречаясь со мной безнадёжно пьяным взглядом. Кончики чувственных губ дергаются в улыбке, а затем Макс прикрывает веки и расслабленно откидывает голову на спинку сиденья. – Мне с тобой хорошо… Слишком охуенно, чтобы утверждать обратное… Вот только не мешало бы помыться. Придется заехать в отель.

Глава 11

Макс

Месяц с лишним, блядь…

Месяц с лишним я к Иве не прикасался…

Столько времени прошло с той поры, как я решил больше не испытывать судьбу и не связывать себя с этой непредсказуемой девочкой.

Месяц с лишним, сука, я пытался о ней не думать!..

Не думать, не вспоминать, не представлять…

Пытался не анализировать то, что я видел в доме отца. Да и зачем?..

Зачем мне было анализировать поступок молоденькой глупой девчонки с которой я всего лишь потрахался? Всё и так с ней было предельно ясно, без самокопания и гребаного анализа.

Всё. Было. Предельно. Ясно.

Ровно до этого переломного момента…

Твою мать…

Твою ж мать!

Тяжело сглатывая, прикасаюсь бедром к её теплому бедру, и меня снова накрывает грязной животной похотью. Под кожей начинает зудеть, а кончики пальцев покалывать от предвкушения.

На мне висит её запах. Он туманит разум и въедается в мозг.

Все мои установки против Иванны летят к чертям. Все до единой.

Бешеная потребность трахнуть девчонку по-настоящему сводит с ума… Заряжает яйца по новой. Пах снова тяжелеет… сука…

Что со мной не так?

Что с ней не так?

С нами обоими?..

Она ведь сделала свой выбор. Не в мою пользу. Иванна меня отшила. Я вычеркнул её из личных планов.

Тогда какого хера сейчас между нами было?

Гребаная химия? Парад небесных планет? Взрыв в космосе? Колдовство? Встряхнуло так, что до сих пор в себя не могу прийти. Что за мистическое притяжение такое?

Какого хрена у меня, взрослого мужика, напрочь отказали тормоза?

Я, сука, тупо спустил в трусы, не вынимая из них члена! Кончил от поцелуя. От её мягких податливых губ как мальчишку повело. Затрясло, будто в лихорадке. Развезло, как от алкоголя.

Словно недотраханный пацан, поддался искушению.

Слетел с катушек, невзирая на сигналы инстинктов:

«Не твоё, Макс. Не лезь! Отпусти и пошли к черту! Забудь!»

Отпустить и послать не смог. Ни тогда, ни сейчас.

Один, мать её, звонок…

Всего один звонок – и я сорвался к ней.

Бросил все запланированные дела и помчался сломя голову на поиски Иванны.

– Глеб, у тебя два часа в запасе, чтобы сменить одежду и вернуться за нами.

– Вас понял, Максим Андреевич, – отвечает водитель, вручая мне ключ-карту от люкса и мои документы. Я сразу же покидаю тачку, подхватываю девчонку на руки и несу в отель.

***

Ива напряжённо сопит.

После того, как я пресек её возражения по поводу обеда в номере, она не проронила ни слова, тем самым дала мне возможность поразмыслить над патовой ситуацией с её особенным положением. Хотя что тут было размышлять? Итог и так очевиден: нет беременности, нет проблемы. В первую очередь для Ильи. Внебрачный ребенок от Ивы никак не вписывается в его предстоящий брак. Отец этого не потерпит. На кон поставлена многомиллиардная сделка. Он к ней готовился несколько лет. Да и Ване эта беременность ни к чему. Девочка молодая, здоровая. Ей учиться нужно. Родит, когда придет её время. Только не от Ильи.

Черт бы побрал этого гребаного засранца!

Как знал, что братец мне с ней подосрет. Сукин сын, мать его!

Сукин сын!!!

Зажав эмоции в кулак, молча захожу с Иванной в лифт. Поднимаемся на последний этаж.

Всё это время, уткнувшись носом мне в ухо, девчонка щекочет его дыханием.

Тёплый поток воздуха шпарит током, нутро плавится, между ребрами расползается жар. Тактильный голод раскатывает душу по-черному.

Что ж я к этой шлюхе "зеленой" тянусь? Ведь девчонка совсем. Красивая, свежая, милая, нежная – не подкопаться. Зачем ей эта грязь?

Какого хуя меня от неё трясет и развозит?

Месяц не ломало. Месяц! Пока не услышал в трубке знакомый голос, пока в живую с ней не столкнулся. Глазища невинные не увидел и всё… понеслось…

Захотел её. Как проклятый захотел.

И сейчас хочу, словно я полжизни ни с кем не трахался.

Ведьма мелкая с обликом ангела – вот она кто.

Месяц я глушил в себе похоть силой воли. Месяц!

Все, что горело внутри – подавлял. Абсолютно всё: живые эмоции, желания, мысли о ней, странные ощущения, которые при этом испытывал… В работу уходил с головой. Занимался новыми проектами. Загружал себя по полной, чтобы не оставалось времени для самокопаний и нездоровой тоски.

Ночью доползая до кровати, отключался без чувств. Благо Кристины под боком не было. Отдыхала в Европе, и я от неё отдыхал. А сейчас я снова как в аду.

Один звонок, блядь…

Всего один звонок, и я к ней сорвался как безумный.

Сука! Внутри весь горю.

Жар под кожей выедает клетки. Мышцы зудят. В них кровь кипит.

Если Иву не выпущу из рук и не встану под холодный душ, у меня точно сорвет чердак.

Проведя ключом-картой по замку, захожу в люкс и сходу захлопываю дверь. Интуитивно нахожу ванную.

Зайдя внутрь, ставлю Иву на ноги. Сам приступаю расстегивать ремень.

– Зачем ты снял этот люкс? – выталкивает она зажатым от волнения горлом. Пройдясь взглядом по ванной комнате, туго запахивает на груди пиджак. – Ты мог бы привести себя в порядок дома. И я… тоже…

– Мог, – говорю ей, вытаскивая полы мокрой рубашки из-под пояса брюк. – Но тогда у нас не было бы времени для разговора. Раздевайся, Ива. Тебе нужно согреться в горячей ванне. Одежду отправим в прачечную. Там её постирают и высушат. Ты, наверное, голодная? Что тебе заказать на обед?

– Я хочу уйти, – девчонка непрерывно дрожит и нервно кусает губы. – Я проявила слабость. Я не должна была… – бросив эти слова, срывается прочь. Перехватываю её за талию у двери и возвращаю обратно.

– Ключ у меня. Нам придётся поговорить, Иванна! Ты не покинешь номер, пока мы не обсудим то, что я видел. То, что уже месяц жрёт меня изнутри! – рыкнув, захлопываю и эту дверь. От громкого хлопка девчонка вздрагивает.

– Что тебя жрёт? – едва слышно шевелит губами.

– Твой поступок, – отвечаю, глядя на девчонку в упор. Снова закипаю. Злость и бешеное желание сорваться на ней подступают к горлу.

– Ты знаешь, почему я отказалась, – теряется, отступая назад.

– Нет, не знаю! – вспылив, подхожу ближе. – Я не знаю, зачем ты к нему вернулась? Почему ты выбрала его? Почему Илья, Ива? Зачем?

– Я не понимаю, о чём ты?

Глава 12

Макс

– Должна понимать!

– Ты говоришь загадками! О каком выборе идет речь? Я не умею читать мысли, – выдаёт с таким видом, словно мы разговариваем на разных языках.

– Ива… – несдержанно рычу, срывая с себя мокрую рубашку, затем ремень. Бросаю вещи на раковину. Замечаю, как нервничает. Губы девчонки обиженно подрагивают. Ловлю её блуждающий взгляд. Голубые глазища невольно сползают на мой обнажившийся торс.

– Я… Я не… – выпустив судорожный выдох, Иванна краснеет, словно никогда не лицезрела мужчин в полуобнаженном виде. Дыхание ещё больше сбивается. Реакция на меня срабатывает как часы.

Охуеть… Пусть только попробует соврать, что я ей безразличен…

Подхожу к Иве вплотную.

Отреагировав, девочка вскидывает пылающее жаром лицо. Наши глаза встречаются, и я интуитивно ощущаю, как между нашими телами проскакивает слишком опасная искра.

– Что ты хочешь от меня услышать? – ломается её мелодичный голос. – Твоё предложение было неуместным в сложившейся ситуации. Что я должна была выбрать? Роль содержанки? У вас с Кристиной назначена свадьба. Твоя невеста беременна, а теперь и я ношу под сердцем ребёнка, и не знаю чей он. И что с ним делать, я тоже не знаю. Я растеряна…

Выпалив, Иванна отводит обеспокоенный взгляд к окну. Часто моргает, пряча от меня повлажневшие глаза.

– Поэтому ты решила, что Илья разрулит твои проблемы? А когда не дозвонилась к нему, использовала мой личный номер. Для чего ты пытаешься мне внушить, что я причастен к твоей беременности? Ты мне ясно дала понять, что нам не по пути.

Ива сглатывает, когда я перехватываю пальцами её лицо за подбородок и вынуждаю на меня посмотреть.

– Я не ангел, чтобы творить добро для таких девочек… как ты… Моё решение тебе не понравится. Но оно поможет избавить нас от вороха проблем. Всех нас, включая Илью.

Рассматриваю её выразительное лицо, обрамленное шикарной копной темно русых волос.

Красивая девочка, очень красивая.

Надавив большим пальцем на пухлую нижнюю губу, оттягиваю вниз, едва сдерживая порыв наклониться и впиться зубами в сочную плоть. Сорвать бы горячий поцелуй.

Никогда никого не целовал с такой жадностью как эту девчонку. Не испытывал столько страсти. Не кайфовал от мягких, податливых губ, от их вкуса…

Красивая…

Провожу пальцем по чистой бархатной коже, любуюсь аккуратным носом, длинными густыми ресницами, ныряю в её глубокий взгляд… Сердце от этого начинает гулко биться и перехватывает дыхание.

Ведьма… С аккуратными точеными скулами, с маленьким острым подбородком, с лицом, похожим на сердечко. Не девушка, а нежная фарфоровая куколка.

Сука… Как я мог в неё вляпаться? Как мог поверить в эту чистоту и невинность?

Охреневаю от того, как виртуозно она управляет моими эмоциями.

Я не могу её послать.

Пиздец, как хочу оттолкнуть от себя, как шлюху, но не могу. Сил не нахожу.

Стою рядом, изнывая от желания повторить наш вечер…

Хочу эти пухлые губки чувствовать на своем члене…

Я помню, какие они горячие и приятные…

Помню, как меня от них трясло…

– Отойди от меня… – сипит Иванна, когда я в необдуманном порыве проникаю большим пальцем ей в рот. Подушечкой касаюсь тёплого, влажного языка, и меня внутри сотрясает.

Тело превращается в натянутый нерв.

«К черту…» – выдёргиваю изо рта палец, приходя в себя.

К черту эти её невинные уловки!

Есть объективная реальность, есть четкий жизненный уклад, жесткие правила, которым я привык следовать вопреки собственным желаниям и воли.

В первую очередь я обязан думать о репутации семьи.

В случае с Ваней выбор хоть и сложный, но очевидный.

Не могу я поступить иначе. Не могу и не хочу…

– Ты сделаешь аборт, – ставлю девчонку перед фактом. – Давай будем честны, Иванна. Этот ребенок ни тебе, ни Илье не нужен. Ему, так точно не нужен.

Прикусив губу, Ива ошарашено моргает. Глаза наливаются ненавистной мне влагой.

Да, я поступаю как последний подонок, но потом сама же мне спасибо скажет.

Ну куда ей сейчас рожать? Зачем?

Сука! Как можно было пренебречь защитой во время секса?

Дебил ты, Илюха… Какой же ты дебил…

Сколько ещё раз я должен буду устранять твои косяки?

Сколько?..

– У судьбы просто дурацкое чувство юмора… – произносит Иванна, прерывая мой внутренний диалог. – Аборт… Конечно же аборт… Иного выхода не существует.

Она кривит насмешливо губы, тем самым вынуждает меня почувствовать себя идиотом.

– Я такая наивная дура… Как же я сразу не догадалась о столь простом решении проблемы. Макс?.. – вздыхает, глядя снизу вверх немного затравленным взглядом. – Что, если он твой? Даже если вероятность ровна одному проценту? Что тогда?