Текст книги "Наследник по крови (СИ)"

Автор книги: Елена Николаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 38

Макс

– Я буду ждать вас в мэрии во вторник, Максим Андреевич. Мы обязательно уладим все формальности, и тогда вы сможете приступить к реализации вашего фантастического проекта. Первый транш уже на месте, так что ни о чём не беспокойтесь, – понижает тон приглашённый на свадьбу чиновник.

Вижу как загораются глаза у нашего прикормленного столичного мэра.

Деньги бесспорно любят все. Особенно те, кто находятся у власти.

За последний год Левицкий нехило зажрался, но сумма, которую он потребовал в качестве взятки, несущественна по сравнению с той огромной прибылью, которую я рассчитываю получить от проекта.

– Я рад, Дмитрий Сергеевич, – натянуто улыбаюсь, поддерживая настроение градоначальника. – В понедельник моя помощница свяжется с вашим секретарём, чтобы уточнить время встречи.

– Разумеется, дорогой! – кивает мэр, пожимая мне руку. Затем переводит взгляд на присоединившегося к нам отца и добавляет: – Я, пожалуй, оставлю вас наедине. Несколько напутствующих слов главы семейства сыну не помешают. А вам, Максим Андреевич, я желаю построить с Кристиночкой крепкую семью! До скорой встречи, господа, – намекнув о втором завершающем транше, мэр решает откланяться.

– Кровосос хренов, – цедит сквозь зубы отец, глядя вслед Левицкому.

Наблюдая за реакцией старшего Пожарского, понимаю, что он от злости кипит внутри, но снаружи сохраняет абсолютное хладнокровие, как и я.

Мы оба не испытываем симпатии к мэру, но прекрасно понимаем, что в современном мире бизнес не может развиваться без связей. Необходима поддержка влиятельных людей. А я не привык торговаться.

– Порой даже те, кого мы считаем своими союзниками, могут раздражать больше, чем заклятые враги.

– Совершенно верно, – соглашается отец, теряя интерес к персоне градоначальника.

– Надеюсь, сегодня Илья не удивит меня каким-нибудь неожиданным поступком? Иначе я за себя не ручаюсь, – твёрдо говорю, перехватывая внимание отца.

– Остынь, Максим. Я запретил ему покидать страну. Лучше позволь тебя поздравить с приобретением земли! – сменив тему, батя ободряюще хлопает меня по плечу. – Осталось заложить первый камень на месте фундамента, и всё пойдет как по маслу. Я в тебя верю, сын! Вот она, моя плоть и кровь! – с гордостью смеряет меня взглядом.

– Благодарю, отец, – транслирую скупую реакцию, машинально отвлекаясь на весь приглашенный бомонд: медийные лица, бизнесмены, чиновники, политики, элитные продажные шлюхи. Все так или иначе связанны друг с другом. Половина из них принадлежит к кругу депутата Брагина – моего будущего тестя.

Тошно смотреть на всю эту лощённую и лживую толпу.

Душа жаждет чего-то настоящего, неподдельного, без ханжества и фальши. Без притворного лицемерия, от которого хочется блевать. Именно так бы выразилась моя мать.

Оттянув ворот рубашки, морщусь, желая, чтобы это шоу под названием «гражданский брак» поскорее закончилось.

– Ты как будто не рад, – замечает отец, уточняя время на наручных часах.

– Тебе показалось, – сухо выдаю.

Тело охватывает внезапное напряжение. Возникает сильное желание закурить.

А ещё лучше опрокинуть в себя порцию крепкого алкоголя.

Это какой-то пиздец. Гребаный день!

Какого хрена я сегодня на взводе?

Внутри зреет непонятное беспокойство, но оно не связано с предстоящим событием, с этим всё абсолютно ровно. Свадьба для меня – это своего рода бизнес-проект. Однако то, что происходит у меня в душе, за заржавевшей грудиной, не поддаётся никакой логике.

Бомбит так сильно, что руки начинают дрожать. Раскачивает душу, как на качелях.

Ищу взглядом Тимура. Он занят беседой с главой банка «Росстройинвест», с которым мы тесно сотрудничаем. Дава со Стасом по-прежнему отсутствуют. По привычке достаю из кармана мобильный, чтобы их поторопить.

– Когда займётесь вырубкой леса? – спрашивает отец.

– Утрясу с Левицким формальности и где-то к концу мая начнем зачистку сектора. Застройку планирую реализовать в июле. Думаю, впишемся в сроки.

– Осторожнее с экологами, – хмурится отец. – Эти защитнички леса – тот ещё гемор. Как только загонишь технику на площадку, они создадут тебе кучу проблем.

– Разберусь, – хладнокровно чеканю, вдыхая сгущающийся вокруг меня воздух. Тревога при этом не отпускает.

– Не сомневаюсь, сын. Сколько я тебя помню, ты всегда стремился к высоким целям, чтобы не быть просто «маленьким человеком». Ты всегда был готов менять вокруг себя мир. Я видел это в тебе с самого начала твоего пути. У нас с тобой так много общего, Максим. И я безмерно горжусь тобой! Твоя мама тоже бы тобой гордилась. Земля ей пухом…

– Что?.. – я на миг теряюсь, как только отец затрагивает прошлое.

Его слова буквально опаляют мне нервы. Задевают за живое и вспарывают заскорузлые на сердце раны.

Мама…

Душа в который раз до боли сжимается.

Хорошо, что она не видит и не слышит весь этот цирк.

Мне очень тяжело говорить о маме, и я не хочу обсуждать эту тему с отцом.

Он потерял это право, когда предал её. Когда променял на шлюху, называя Владу любимой женщиной.

– Не трогай мать, – приглушённо рычу, багровея от злости. – Она – единственная, кто остался чистым воспоминанием в моей памяти. Не смешивай её со всей этой грязью!

– Сын… – произносит папа на выдохе. Его пальцы нервно трут щетину на подбородке.

Не желаю ничего слышать. Мне плевать на его оправдания. Рождение Ильи и уход отца в другую семью стали причиной болезни моей матери.

– Иди к Владе, – пресекаю наш дальнейший разговор тяжелым взглядом, ощущая, как вибрирует в руке мобильный. Я сжимаю девайс так сильно, что он почти трещит. – Оставь мать в покое.

– Однажды ты простишь меня за мой выбор и всё поймёшь, – отец с трудом выговаривает слова, как будто его горло сдавила невидимая рука.

– Смерть мамы я тебе никогда не прощу, – вытолкнув оставшуюся горечь из груди, отворачиваюсь лицом к толпе и принимаю входящий от Давида.

Глава 39

Макс

– Слушаю, – отвечаю хриплым голосом, прерывающимся из-за спазма в горле.

Воспоминания о матери всегда вызывают боль.

Она была настоящим ангелом, воплощением доброты и мудрости. Кристина ей в подмётки не годится. И я не уверен, что когда-нибудь встречу женщину, похожую на мать.

– Ты там в порядке, старик? – весело спрашивает Дава, словно уже навернул с друзьями пару бокалов шампанского. – Кристина в холле.

Равнодушно воспринимаю информацию о прибытии невесты. Это праздник Брагиной, не мой.

Для реализации моего плана мне хватило бы штампа в паспорте и ужина на двоих. Для любимой дочери депутата этого катастрофически мало.

Нужен пир с царским размахом, о котором будут судачить в СМИ, двухметровый эксклюзивный торт, три свадебных наряда от кутюр стоимостью в целое состояние и сложности столового этикета – в этом вся гребаная элита.

С шумом выдыхаю отработанный в легких кислород. Пульс выдает 90 ударов в минуту. Никаких эмоций, кроме раздражения, не испытываю. Кристина – всего лишь удобная жена.

Удивляюсь, как она мирится с моим равнодушием.

Мы даже трахаемся без чувств, на голых инстинктах, когда нужно сбросить напряжение, не целуясь, не произнося ласковых слов.

Сука… Поскорее бы этот фарс закончился.

– Решили свинтить и накидаться без меня, предатели хреновы, – проговариваю ровно, обводя взглядом толпу и не замечая фальшивых улыбок. – Где вы, черт вас дери?

И всё же я волнуюсь.

Чувствую, как по коже пробегает дрожь.

Как воздух в горле превращается в густую, раскалённую пыль. Я снова поправляю воротник рубашки.

– Да здесь мы, здесь, – торопливо отвечает Давид. – В нескольких метрах от тебя.

– Мать вашу, где это «здесь»?

Требую от друга больше информации. Народу тьма. Хрен пойми где их искать.

– На террасе, у выхода. Рядом со статуей Купидона, – грубовато смеется Руднев. – Ты видишь нас?

Натыкаюсь взглядом на пухлого херувима с луком, а затем спускаюсь вниз. Давид, разговаривая со мной, делает селфи. Стас вдохновенно сосётся с какой-то моделью на камеру, тиская её задницу.

Эффектная девушка. Красное платье на ней сидит, как вторая кожа. Облегает изящные формы: бедра, попу, пышную грудь…

– Вижу, – сухо отзываюсь.

– Отлично! – выдаёт Руднев. – Сейчас заберу Илону и займём со Стасом наши места.

Давид отключается, а я не могу оторвать взгляд от спутницы Черкасова.

Медленно убирая мобильный в карман брюк, изучаю её.

«Кто она?» – задаюсь вопросом, ощущая за грудиной волнующие вибрации.

Слишком знакомые черты…

Сходство с Иванной настолько разительное, что сердце само по себе выдаёт под ребрами серию глухих ударов.

Блядь… Блядь…

Это какой-то злой рок – видеть её в каждой незнакомке. Хотеть её до безумия и не иметь возможности прикоснуться.

«Это не Ива», – нервно усмехаюсь, обманывая себя.

«Откуда ей здесь взяться?»

Ощущения её присутствия усиливаются. Атмосфера сгущается. Кровь в венах закипает. В каждой клетке моего онемевшего тела усиливается жар.

Глядя на знакомый цвет локонов, собранных в идеальную прическу, я с трудом делаю вдох. Воздух застревает на уровне кадыка, а сердце, словно вырвавшись из оков, одним мощным толчком ударяется о грудную кость.

Ива…

Профиль один в один.

Нет смысла себя обманывать. Мои инстинкты кричат об этом с той самой секунды, как только я её увидел.

У меня не может быть зрительных галлюцинаций.

Это она. Я узнаю её из тысячи. Я помню каждый изгиб её стройного тела, её гибкую спину, изящную талию, шикарную грудь, которая сейчас выглядит лучше, чем прежде. Помню тонкий аромат её бархатистой кожи. Вкус её пленительных губ…

Стас наклоняет девчонку ниже. Отрываясь от её рта, ведет губами по скуле, целует тонкую шею за ухом. Девочка трепещет в его руках, а я закипаю. Глядя на открывшееся бедро, с трудом подавляю вспышку ревности.

Сука!

Отчего я хочу их обоих убить?

Обезумевший до изломанных бровей и расширившихся зрачков, пялюсь на бесстыжее представление и горю в аду.

Чертов херувим довольно усмехается и словно подъёбывает своим лукавым взглядом, мол, смотри Макс, какая охуенная у Черкасова блядь!

Значит, на на студентку друга потянуло? Зелёную, неопытную в минете…

– Пиздец… – хриплю, растирая ладонью грудак под горлом.

Только не Стас.

Сука, только не Черкасов!

А с хера ли?

Она же чётко дала понять, что эта роль её не устраивает.

Лёгкие разрывает от резкого вдоха. Вспышка ярости ослепляет глаза.

Морщусь, вспоминая разговор в бане, и становится дурно до тошноты от планов лучшего друга:

«– Так я теперь свободен. Ты её ножки видел? А грудь! Ни грамма пластики. Всё своё. Натуральное. Девочка красивая, свежая. Как Джульетта у Шекспира. Научить её сосать как следует и получать удовольствие не составит труда».

«Долбаный Ромео!» – рычит во мне разбуженный зверь.

Значит, ради Камиллы её сюда припёр? Или правда захотелось чего-то особенного? Не приторного. Не такого, как у всех.

Но почему Ива?!

Сука, ты, Черкасов!

Он её трахает?

Как давно?

Ей это нравится?

С ним хорошо?

Блядь! Этот говнюк на днях разорвал брак!

– Вашу мать… – сжимая мобильный в кулаке, издаю приглушенное рычание.

Ревность впивается в горло, как клещи из ржавого раскаленного железа, сжимает глотку до мушек перед глазами. Но эти ощущения ничто, в сравнении с теми, которые встряхивают мою душу спустя минуту, когда наши с Ивой взгляды встречаются.

«Здравствуй, маленькая…» – с тяжелым вздохом я прикрываю веки и перестаю дышать.

Глава 40

Ива

– Я хочу взять свои слова обратно, – шепчет на ухо Стас, выпрямляясь вместе со мной.

Испытывая головокружение, я едва стою на ногах. Эта слабость отнюдь не от поцелуя. Она вызвана безумным волнением, внезапно охватившим моё сердце.

Я словно попала под прицел чьих-то глаз, и этот тяжёлый взгляд ощущается каждой клеточкой моего тела жгучим покалыванием.

– Какие ещё слова? – спрашиваю у Стаса, восстанавливая дыхание.

– Я жажду продолжения, Ива. Твои губы – это нечто… Ты – космос, девочка… – прижав меня к себе, Черкасов медленно водит носом по моему виску, при этом тиская попу. Вдыхает мой аромат, пока я с ног до головы погружаюсь в чрезмерный жар. Даже дышать становится трудно.

– П-продолжения? – я нервно сглатываю, не совсем понимая, что он имеет в виду. Моё сердце учащённо ломится сквозь рёбра наружу. Уже и кожа горит.

Напоминаю себе, что для Станислава я всего лишь фиктивная фигура и не более того.

О каком продолжении идёт речь? Он обещал не приставать ко мне, но не сдержал слова.

Что на него нашло?

Зачем полез целоваться в губы?

Бож-ж-же, столько вопросов…

Он же не имеет в виду секс?

– Для начала предлагаю начать с нескольких свиданий, – говорит Станислав, будто читая мои мысли. – Ты же свободна? Парня у тебя нет?

– Нет, – выпаливаю, не подумав, и как только я хочу возразить, Черкасов тут же прижимает указательный палец к моему рту, не давая возможности высказаться.

– Тс-с… Давай-ка об этом чуть позже поговорим? Не здесь, – предлагает он, ровняя на мне накидку. – В более спокойной обстановке. Ладно?

– Стас, я не считаю нужным это обсуждать, – нахожу его глаза своими, отмечая боковым зрением, как он как бы невзначай поправляет брюки в районе паха.

Даже не хочу думать о том, как подействовал на Черкасова наш поцелуй!

К черту!

Всё пошло не по плану.

Он поймал меня врасплох!

Чер-р-рт! Что за невезуха с мужиками?

Такого поворота событий я не ожидала.

– Почему же? – серые глаза внимательно изучают моё лицо.

– Потому что я не стремлюсь к новым отношениям с мужчиной.

– Был неприятный опыт?

– Да, – тяжело выдыхаю, сосредотачиваясь на бабочке под воротничком рубашки Черкасова. Замечаю, как дёргается острый кадык, и сама сглатываю. Попытка заменить Макса другим мужчиной не увенчалась успехом.

Станислав не тот, кто мне нужен.

Абсолютно не тот.

И отвечать на поцелуй было отчаянной глупостью.

– Хочешь совет, Ива? Попробуй представить чашку, наполненную прокисшим соком. Представила?

– Да, и что?

– А теперь представь, что будет, если ты подставишь чашку под чистую проточную воду? Со временем она вытеснит непригодную для питья жидкость и заменит собой. Кислый запах уйдет как и неприятный вкус. Улавливаешь смысл?

– Ничего не выйдет, Стас, – даю абсолютно взвешенный ответ. – Нет необходимости меня исцелять.

– Посмотрим, – хитро прищуривается Черкасов, по-собственнически обнимая за талию. – Ты меня не знаешь, Ива. Поэтому не даёшь мне шанса. Но я не монстр. Не сделаю ничего такого, что тебе не понравится.

– Я уже слышала эти слова и больше в них не верю.

– Стас, харэ девчонку тискать, – напоминает о себе Давид, что-то печатая в телефоне. – Князь нервничает. Лучше идите к Пожарскому. Я найду Илонку и присоединюсь к вам через минуту.

– К Пожарскому? – моё сердце пропускает сокрушительный удар и стопорится где-то между сломанных рёбер. Холодный пот по телу. Адская боль внутри. Ни вдохнуть, ни выдохнуть не получается.

На инстинктах поворачиваю голову к арке – убийственный выстрел в сердце…

До боли знакомые глаза, как два копья, врываются в душу…

– О… Боже… – и я, как столкнувшийся с айсбергом Титаник, медленно иду ко дну…

***

Сердце в груди с треском разрывается на ошмётки.

От сильной вспышки боли уходит земля из-под ног.

Не могу поверить своим глазам.

Князь – это Максим…

Максим Пожарский…

Тот, кто украл мою душу.

В кого я влюбилась без оглядки и себя отдала.

Моя жизнь… и моя боль…

– Ива?.. Ива, чёр-р-рт подери, – пугается Станислав, когда моё тело становится ватным, и я едва не стекаю Черкасову под ноги. – Ты в порядке?

Крепкие руки поддерживают меня, прижимают к мужской груди.

От всплеска адреналина я вся трясусь. Инстинктивно хватаюсь за плечи Стаса, чтобы не рухнуть в преисподнюю, которую Макс открыл для меня своим присутствием.

Это его тяжёлый взгляд я чувствовала на себе.

Зачем? Зачем меня сюда привезли?

Боже, что за глупая шутка?

Кому был нужен этот спектакль?

– Ты в порядке? – повторяет Черкасов.

Я едва различаю его слова. Какофония звуков и голосов разрывает мне голову.

– Я… Я не уверена… – задушено шепчу.

– Посмотри на меня, Ива, – командует Стас. – Ты бледная, как мел.

Устремив растерянный взгляд на обеспокоенного мужчину, жадно тяну воздух ртом. Горло перехватывает спазм. Я задыхаюсь, как рыба, выброшенная на берег. Лёгкие обжигает огнём.

Господи… Мир вокруг меня плывет и рушится на части. В глазах печёт.

Только бы не заплакать. Только бы не выдать своих чувств.

Я знала, что он женится на другой. Максим этого не скрывал. Но я и подумать не могла, что окажусь в этот момент рядом с ним рука об руку.

Я не желаю за этим наблюдать!

Это больно! Чертовски больно! Это убийственно!

Чувствую, как медленно умираю внутри. Каждая клеточка моего тела чернеет, превращаясь в пепел. Я вся горю. Разодранное в клочья сердце обильно кровит.

Я этого не вынесу.

– Я хочу домой, – хриплю я, понимая, что не выдержу здесь больше ни минуты.

Если я подойду ближе – там и подохну.

– Сейчас? – спрашивает Стас, пребывая в полном замешательстве.

– Да, – чувствую, как к горлу подкатывает паника. Глаза наполняются слезами.

Я понимаю, что должна взять себя в руки, но как это сделать?

Как???

Глава 41

Ива

«Дыши, Ива, дыши!» – приказываю себе, скользя отчаянным взглядом по Черкасову.

– Только не сейчас, – слышу его ответ. – Я не могу просто взять и уйти. Сегодня женится мой близкий друг. Я должен разделить с ним это событие. Понимаешь?

– Так оставайся с друзьями. Не стоит обо мне беспокоиться, – порываюсь уйти, но Стас останавливает меня. Крепко схватив за запястье, возвращает на место.

Мы снова оказываемся лицом к лицу.

– Объяснись, – в висок толкается хриплый выдох.

Господи, ну и угораздило же меня попасть в переплёт…

Если бы я знала, кто такой Князь, я бы никогда не сблизилась со Стасом! Не оказалась бы на этой чертовой свадьбе! Не сгорала бы сейчас под колючим взглядом Макса! Он острее ножа.

Ток… Ток… Ток под кожей.

Миллионы раскалённых иголочек расползаются по всему телу и жалят… жалят… жалят…

Зачем он смотрит?

Максу должно быть пофигу!

После того, как отправил меня на аборт, он месяц молчал! Месяц! Ни одной попытки сближения! А теперь его вид красноречиво говорит о том, что он готов меня убить.

– Стас… Это платье. Оно… – не знаю, что бы такое соврать, чтобы побыстрее слинять отсюда, поэтому выпаливаю первое пришедшее на ум: – Я не могу в нём нормально дышать. Оно сдавливает грудную клетку.

– Ты заверила меня, что в этом платье тебе удобно, – хмурится Станислав.

– Я ошиблась, прости, – виновато поджимаю губы, стараясь выглядеть правдоподобной.

– Супер… – закатывает глаза Черкасов.

– Ты его знаешь? – неожиданный вопрос Давида застаёт меня врасплох.

– Кого? – спрашиваю, автоматически поворачивая голову к другу Черкасова.

– Его, – весьма наблюдательный Руднев кивает в сторону Макса, и моё сердце снова делает кульбит. Я инстинктивно прослеживаю взгляд Давида и сталкиваюсь с не менее пристальным вниманием Пожарского.

Чер-р-рт…

Почему он сосредоточен на нас, а не на солидном мужчине, который стоит рядом и что-то энергично ему рассказывает?

А что насчёт друзей?

Они, скорее всего, не знают о наших краткосрочных отношениях. Максим слишком скрытный, чтобы делиться пикантными подробностями. И если это так, значит, всерьёз он меня не воспринимал, несмотря на его желание сделать меня содержанкой.

Почему?.. Почему я влюбилась в него?

С одной стороны я горю желанием уйти, а с другой…

С другой стороны я хочу его поздравить и посмотреть ему в глаза.

– Так вы знакомы, Ива? – Стас присоединяется к вопросу.

– Нет, – с шумом вздыхаю, сквозь слёзы выдавливая улыбку. Уверена, сегодня мы оба будем притворяться. Так даже интереснее. В любом случае, как только появится возможность, я отсюда сбегу. А пока буду делать вид, что Пожарский для меня совершенно чужой человек. Мне не стоит показывать свою слабость. Я должна быть сильной. Должна!

Господи, зачем я себе вру?

Мне даже трудно подобрать слова, чтобы выразить свои чувства в данный момент.

В душе столько эмоций накипело. Их необходимо выплеснуть, иначе я сойду с ума. Банально не вывезу этот вечер.

– Ты сможешь выдержать церемонию? – спрашивает Черкасов, кладя ладонь мне на спину. – Я попрошу доставить для тебя другое платье.

– Не стоит, Стас. Полчаса потерплю, а дальше посмотрим.

– Тогда пойдём, я представлю тебя Максиму.

Глава 42

Максим

– С помощью нашего агентства ваша компания сможет привлечь новую аудиторию покупателей. Вам уже известен наш охват – мы работаем в крупных городах, где есть и будет спрос на новые квартиры. Кроме того, наше агентство является официальным партнёром одного из ведущих банков страны, а это весомый аргумент в пользу сотрудничества!

Речь бизнесмена Корнева, представителя сети риелторских агентств недвижимости, входящей в число лидеров национального рынка, приходится воспринимать как раздражающий фон.

Всё моё внимание приковано к Иве. К ней, сука! К этой соблазнительной молоденькой девочке, чей образ не выходит у меня из головы. Не к важным переговорам, которые я привык вести не отходя от кассы, не к Кристине, моей будущей жене, замаячившей в дверях холла в идеальном наряде невесты, не к гостям и не к этому грандиозному грёбаному маскараду!

Я смотрю на ту, которая при каждой нашей встрече вызывает в моей очерствевшей душе губительный шквал. Бесит и одновременно приводит в восторг.

«Зар-р-раза!» – мысленно прорычав, расчленяю Черкасова острым, как скальпель, взглядом.

Где он её выцепил?

Как? Когда?

О чём они так много говорят?

Что за хрень с ней происходит?

Она нервничает?

Ей плохо?

Под прицелом фотокамер и сотен глаз, я порываюсь вперёд, но вовремя себя останавливаю. Моё место здесь. У арки. Рядом с регистратором брака.

Дьявол! Что она со мной творит?

Рациональное мышление напрочь застревает в заднице.

Тебе, Пожарский, не помешало бы взбодриться и воспользоваться мозгами. Но как этого достичь, если перед глазами всё время мелькает красная тряпка, которую хочется немедленно удлинить, заштопать и превратить в монашескую рясу?

Черкасов, сука, что за квест?

Зачем ты привёз её сюда?

Доктор_оторви_и_выкинь, мать твою! Какого черта ты её лапаешь? Руки бы тебе повыдергивать, развратник хренов! Пластический хирург в пятом, мать его, поколении…

– Что скажете, Максим Андреевич, готовы ли вы рассмотреть наше предложение? – голос Корнева врывается в мою голову очередным жужжанием.

Половина интересующей меня информации прошла мимо ушей. Как это, блядь, возможно?!

Я не могу думать о бизнесе, когда рядом стоит отвлекающая внимание засранка.

Сука, они трахались?

Что между ними было?

Пиздец… Зачем мне об этом знать?!

И тут же возникает ещё одна навязчивая мысль:

«Она ему сосала?»

А-а-р-р-р!!!

Заглушив в голове навязчивые догадки, набираю в легкие побольше воздуха. Нужно ответить Корневу, иначе он примет меня за дебила.

– Борис Степанович, давайте все условия обсудим в офисе, – я с трудом выдыхаю, ощущая предельное напряжение. – Мне необходимо посоветоваться с юристом, чтобы понимать риски и последствия своего выбора. Моя помощница свяжется с вашей на следующей неделе. Договорились? – впервые за время нашего диалога я обращаю внимание на собеседника и пожимаю ему руку.

– Да-да, конечно! – с готовностью соглашается бизнесмен. – Вернёмся к нашему вопросу чуть позже. Тем более вас хотят поприветствовать друзья.

***

Натянуто улыбнувшись, я улавливаю в воздухе шлейф знакомого парфюма. На автомате втягиваю аромат с тонким и очень аппетитным медовым акцентом. Он мгновенно проникает в ноздри и растекается по венам приятной сладостью.

Одурманенный, я на мгновенье зажмуриваюсь, погружаясь в воспоминания: бабушкин сад с цветущими деревьями в конце мая, ароматный миндальный пирог, запах парного молока и маминой пудры, которой она любила пользоваться. Счастливые моменты в кругу близких оживают в памяти ностальгическими чувствами. Такими, от которых сердце в кулак сжимается и щиплет в носу…

Инстинктивно поворачиваюсь к источнику аромата. Ваня так близко, глаза в глаза – и меня сносит очередной волной ревности. Срабатывает непреодолимое желание прикоснуться к ней, собрать пальцами мурашки на её теле, ощутить её дрожь…

– Здравствуй, старик! – приветствует Черкасов.

Не успеваю опомниться, как Стас заключает меня в дружеские объятия и хлопает по спине.

Сцепляю зубы и с трудом сдерживаюсь, чтобы не оттолкнуть друга и не врезать кулаком по его самодовольной роже. Сияет, как жопа павиана во время брачного периода.

«С чего, блядь, столько радости?» – мысленно проворчав, затягиваюсь тягучим воздухом и даю себе ровно три секунды, чтобы прийти в себя.

Но хрен там!

Из-за всей этой ситуации под рёбрами невыносимо зудит.

Скорей бы этот цирк закончился.

– Здравствуй, Стас, – снимаю с себя руки Черкасова, и он сразу же переключается на Иву. По-собственнически обнимет её за талию и притягивает к бедру.

– Познакомься, Макс. Я недавно о ней рассказывал. Это Иванна, студентка медуниверситета – моя девочка, – последнее слово звучит как выстрел в голову с близкого расстояния. Мозги с черепом разносит в ошметки, внезапная остановка сердца на фоне затяжного шума в ушах. Мир, как в матрице, застывает.

Ебаный в рот…

«Моя девочка»?..

Я не ослышался?..

Иванна – девочка Черкасова?

Блядь… Что за идиотская новость?

Это же хрень собачья… Чушь!

«Не-е-ет» – губы дёргаются в нервной усмешке.

Это какой-то сюр. Не верю.

Свадебный розыгрыш?

Мать вашу, что за подстава?

Поймав растерянный взгляд Ивы, тяжело сглатываю. В воздухе становится всё меньше кислорода, а животные инстинкты…

Эти твари, сука, как назло обостряются. Неудовлетворённая потребность в этой девушке сводит с ума. Сцепив до скрежета зубы, напоминаю себе, что был у Иванны первым. Первым, мать её! От этого гребаного воспоминания пах прошивает болезненной вспышкой. Такой, что дух выбивает из груди.

Я в полном ахере и с напрочь затуманенной башкой… Не могу разобраться в своих чувствах. Рациональное мышление отсутствует.

Она мне отказала, чтобы что? Найти себе мужика без обязательств?

Для свободных отношений самое то!

«Кто ты?»

«Что ты творишь?»

Выражая взглядом немой вопрос, я пялюсь на неё в упор. Не могу оторвать глаз от безумно милого лица. Хочу насмотреться вдоволь. Глаза её запомнить хочу: огромные, блестящие, напуганные, насквозь пронзающие душу.

Всё моё напускное спокойствие вмиг летит к чертям.

Ладони в кулаки сжимаются.

Красивая молодая сучка в дорогой соблазнительной обертке с булыжниками в ушах.

Ива жуёт облизанную Стасом губу и смотрит, как затравленный котёнок. Душу наизнанку выворачивает.

Блядь…

Почему с ним? С моим лучшим другом?

Почему?

Нацепив маску безразличия, я внутренне разрываюсь от эмоций, но вида, сука, не подаю. Нужно держать лицо перед гребаной публикой. Один неверный шаг – и всё похерю к чертям.

«Чего тебе не хватало, малыш?»

Я бы мог ей всё это дать: роскошные наряды, украшения с бриллиантами, поездки, безбедную и беззаботную жизнь, всё, чего бы она не пожелала! Но Ива переметнулась к Черкасову. Пришла с ним в качестве его шлюхи. Потому что Стасу серьезные отношения на хрен не упёрлись. Он только избавился от жены.

«И как прикажешь это понимать?»

– Музыка! – командует организатор, прерывая наш затянувшийся немой диалог.

На фоне долбящего в висках пульса разливается мелодия скрипок. Ко мне присоединяются друзья. Кристина, держась за руку отца, ступает на красную дорожку. Я должен смотреть на свою невесту, но вместо этого мой взгляд прикован к Иванне. Подавив излишние эмоции, я нежно обхватываю пальцами её хрупкую кисть. Адреналин в венах взрывается. От этого контакта огненными языками опаляет нутро. Уверен, её тоже…

– Макс, – целую покрытую мурашками руку и отпускаю, предварительно сжав. – Рад познакомиться, Ива. Моему другу несомненно повезло.