Текст книги "Не твои наследники (СИ)"
Автор книги: Елена Николаева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)
Глава 33. Моменты счастья
Маша
Проснувшись ближе к обеду, Руслана в постели не застаю. Наверное умчался в офис, трудоголик упёртый.
Быстро спрыгиваю с кровати, принимаю душ, привожу себя в порядок. В честь выходного дня надеваю трикотажный спортивный костюм. Отправляюсь на поиски Исаева. Надеюсь, хотя бы сегодня он работает дома.
– Да, оставляйте здесь. В углу. Рядом с камином, – раздаётся голос Дана из глубины гостиной. Поспешив спуститься по лестнице, направляюсь к нему. Что если он приоткроет завесу тайны и расскажет мне о вчерашнем происшествии?
– Привет, – здороваюсь и замираю, рассматривая перед собой огромную пушистую ель под два метра высотой. Запах свежей хвои мгновенно ударяет в нос и начинает кружить голову. Божжжеее… Как в детстве, только намного лучше! – Ого… Красотка какая… Просто мечта…
– Нравится? – интересуется Галецкий.
– Шутишь? Очень нравится! Я в полном восторге, – выдыхаю, всё ещё находясь под приятным впечатлением. О такой я постоянно в детстве мечтала. Но папа покупал небольшие, ссылаясь на то, что в зале недостаточно места для двухметровых ёлок.
– Отлично. Значит Руслан будет доволен.
– Это его идея? – заинтересованно вскидываю бровь.
– А чья же? Первая ёлка за несколько лет. Решил устроить для тебя Рождество. Уже виделась с ним?
– Нет. А где он?
– В кабинете. Работает.
– Кто бы сомневался, – загадочно улыбаюсь, предвкушая с ним встречу.
Виделись недавно, а я уже соскучилась.
– Что-то не так? – ухмыляется Дан.
– Нет, всё отлично, кроме одного… – беру паузу, задумчиво кусая губу. Вряд ли он признается, но попытаться, конечно же, стоит. – Дан, будь другом, а? – перехватываю его взгляд, который он бросает поверх моего плеча. Мило улыбаюсь, состроив глазки. Надеюсь, приём сработает.
– Могу быть кем угодно, принцесса, кроме твоей второй половинки, – шутит мужчина.
От его слов меня внезапно бросает в жар. Щёки покрываются стыдливым румянцем.
– Перестань, я серьёзно, – стерев с лица улыбку, беру себя в руки. – Что вчера произошло? Ты, кстати, как? С тобой всё в порядке?
– Как видишь, всё отлично, Маша. Руслан тебе не говорил?
– Нет.
– Значит скажет, когда посчитает нужным, – лицо начальника охраны становится невозмутим.
– Дан, ну хоть намекни. Он не скажет. Ты же его знаешь. Он уехал с вами, не успев вернуться домой из аэропорта. С кем он подрался?
– Волнуешься за него?
– Разве не очевидно?
Он снова ухмыляется, бросая короткий взгляд поверх моего плеча.
Ну уж нет, не уйдёшь, пока не узнаю правду!
– Мы нашли человека причастного к взрыву на строительном объекте. Задержание пошло немного не по плану. Маш, всё нормально. Ты лучше ёлкой займись. Мужские проблемы не должны волновать женщину. Меньше знаешь, крепче спишь…
– И ты туда же, – фыркаю я, осознавая, что эти двое сделаны из одного теста. – Конспираторы чертовы, – ворчу.
– Угу, – соглашается Дан, упрямо гипнотизируя мои глаза своими.
– Ладно, – сдаюсь я. – Не хочешь рассказывать и не надо. Пойду к начальству. Там и устрою бойкот.
– Иди, иди, – хохочет Дан, уточняя время на наручных часах. – Отвлеки его от работы. Пусть поможет тебе звезду на верхушку надеть. Лестницу принести?
– Всегда мечтала сделать это, сидя на плечах мужчины. А игрушки где?
– Скоро доставят. И там ещё ящик на кресле. Посмотри, может что-то из старых возьмёшь. Вон он тебе поможет с гирляндами, – Дан кивает куда-то мне за спину.
Почувствовав на себе чей-то взгляд, резко оборачиваюсь. Нахожу глазами источник тепла и моментально утопаю в бархате графитовых глаз. Мурашки по коже разбегаются. Оперевшись плечом о стену, Руслан внимательно наблюдает за мной. В уголках прищуренных глаз резвятся морщинки. Такой красивый, уютный в домашних хлопковых штанах и свитшоте.
Сразу захотелось подойти и прижаться к нему всем телом…
Но я застываю на месте. Хочу, чтобы он сделал это сам.
Мы смотрим друг другу в глаза. От его взгляда по коже пробегает ток. Обнимаю себя за плечи, испытывая характерную для данной ситуации дрожь.
Руслан, словно считывает моё желание. Оттолкнувшись плечом от стены и ринувшись с места, берёт курс в мою сторону. По пути прихватывает коробку с игрушками. Опускает рядом на диван. Когда пространство между нами сужается до нескольких сантиметров, я размыкаю руки, сплетаясь с ним объятиями. Волна жара накрывает с головой. Окутывает полюбившимся запахом. Зарываюсь носом на мужской груди и притихаю как мышь. Сегодня Исаев работает дома и это что-то невероятное. Что-то, во что мне верится с трудом…
– Решила подкатить к Дану? М? Признавайся… – хриплый, с игривым оттенком голос опаляет мой висок.
Если шутит, уже хорошо. Но я всё равно взволнованно сглатываю.
Что он слышал из нашего разговора? Неужели всё?
Дан тоже хорош. Нужно было догадаться, почему он постоянно бросал взгляды мне за спину.
– Он не ведётся на мои уловки, – судорожно выдыхаю, подстраиваясь под его волну. – Увы.
– Смотри мне, Маша, – его руки, сжимаясь на моей талии в огненное кольцо, сдавливают крепко-крепко, словно я могу раствориться и ускользнуть. Вынуждают меня встать на носочки. Встретиться глазами с мужчиной, без которого я уже не представляю свою жизнь.
– Будет жаль его увольнять... – добавляет, не сводя с меня темнеющих глаз.
В каждой шутке есть доля правды. И эта доля сейчас отражается в его силе.
Моё сердце, то и дело частит. Его же бьётся размеренно и спокойно.
Врёт ведь. К Дану он не станет ревновать. Ему он доверяет, как самому себе. Есть такие люди, за которыми чувствуешь себя, как за каменной стеной.
– Поможешь мне с ёлкой? – хочу продлить этот чудесный, почти семейный момент, пока Рус не смылся в кабинет за свой чертов ноутбук. Тем более к этому располагает обстановка, настроение и мощный гормональный взрыв.
Уверена, этот мужчина способен быть добрым и нежным, а ещё любящим, просто не привык делиться этими сокровищами ни с кем. Хранит как реликвию под семью замками. Однажды я смогу подобрать к ним правильные ключи. Возьму всё себе. Только нужно немного подождать. Всему своё время, Маша…
– Госпожа Исаева желает натянуть звезду на верхушку? – игриво поднимает бровь, посылая недвусмысленный намёк. Резко подхватывает под попу. Подбрасывает вверх, словно невесомую маленькую девочку. Под мой растерянно-радостный визг усаживает к себе на живот.
Обхватываю его руками и ногами. Но этому весельчаку баламуту мало закружить меня вокруг своей оси, он зарывается лицом в мою грудь, приступая покусывать и жечь дыханием кожу. Затем добавляет щекотки под рёбрами. Извиваясь от специфических ощущений, визжу, не в силах выносить фонтан брызжущих эмоций. Во мне взрываются целые галактики. Ярко и незабываемо. Как самые красивые в мире фейерверки.
Потеряв равновесие, мы оба с громким хохотом заваливаемся на ворсистый ковёр. Сначала он на колени. Затем, опрокидывая меня на спину, наваливается сверху. Фиксирует к полу обе руки.
Несколько долгих секунд мы заходимся смехом. Таким искренним, звонким и радостным, что у меня от счастья начинает кружиться голова, а на глазах предательски выступают слёзы.
Кажется, я только что заглянула в святая святых.
Узнала его настоящего.
Увидела и ощутила себя в раю…
– Всё хорошо, малыш? – подмяв меня под себя, Исаев внимательно изучает моё лицо. Настроение скачет, словно теннисный мячик. Только что было весело, а сейчас хочется разрыдаться от эмоций, распирающих мою грудь.
– Да, – шепчу я, задыхаясь. Никак не выходит выровнять дыхание. Чувствую, как меня снова под ним бомбит.
Горячий, уютный, родной – утопаю в нём, погружаясь в наш собственный вакуум. Никого вокруг не замечаю и не слышу. Только шум своего сердца и его отрывистое тяжёлое дыхание.
Прикрываю веки, чтобы полностью погрузиться в этот кайф, и вдруг ощущаю, как его мягкие губы касаются моих глаз. Сначала одного. Затем второго. Собирают слезинки. Спускаются по лицу к подбородку. Прижавшись ко мне сильнее, Рус накрывает мой рот своим. Толкается между губ языком. Аккуратно скользя по плоти, будто выпрашивая поцелуй.
– Маша… – шепчет задушенно, прижимаясь на инстинктах пахом.
С глухим стоном раскрываюсь. Впускаю его в себя. Сталкиваемся языками. Его вкус, как доза хмеля, попадает в кровь и разносится по телу острым возбуждением. Он тотчас сминает губы. Так страстно, что в животе мощный вихрь рождается, закручивается воронкой и сносит все петли и крючки, которые до этой секунды сдерживали весь наш напор…
***
Минута…
Вторая…
Третья…
Мы в космосе. Мы парим. Нам хорошо. Мы лечим друг другу раны. Душевные, не физические. Это нужнее. Это в кайф.
Прикипаю к нему. Впускаю его под кожу. Позволяю глубоким чувствам прорастать внутри меня. Это так приятно и боязно одновременно. Одуряюще, с примесью жгучей горечи.
Что меня с ним ждёт?
Как мы будем жить дальше?
Будет ли у нас настоящая семья или брак по расчёту?
Я хочу от него детей…
С безумным голодом и остротой ловим ещё немного счастья, а затем разрываем поцелуй с характерными шумными вдохами. Лёгкие наполняются воздухом до отказа. Наши хмельные взгляды соединяются. Мы дышим отрывисто и горячо друг другу в губы. Плоть приятно саднит. Сердца синхронно выбивают чечётку. Мир медленно прекращает вращаться. Пространство увеличивается. Мы возвращаемся в тела.
– Вчера я ездила в салон. Купила свадебное платье, – шепчу, переводя дыхание. – Его сегодня должны доставить к нам домой. Оно тебе понравится.
– Я в курсе. Мне пришла эсэмэска на сотовый из банка, – Руслан целует оголившееся во время веселья плечо, а затем приподнимается на локтях, чтобы не давить на меня всем своим шикарным телом.
Об инциденте с Петром ему не могли не доложить. Но Исаев о нём не спрашивает. Как будто ничего особенного не произошло. Я тоже не решаюсь портить этот чудесный момент. Поговорю с ним о бывшем муже в другой раз. Надеюсь, с Авдеевым всё в порядке. И он больше не станет совершать необдуманных поступков.
– Пригласительные из печати доставят прямо в офис к твоей помощнице. Она разошлёт их гостям. Рестораном занимается распорядитель, меню ты уже видел и одобрил, – обращаюсь к своему будущему мужу.
Так странно об этом думать. Всё случилось слишком быстро. Нереально быстро. Свадьба за день до Нового года мне кажется сном.
– Отлично. Ты умница, – чмокнув кончик моего носа, Рус поднимается с пола, утягивая меня за собой. – Пойдём-ка в кабинет, у меня для тебя кое-что есть.
– А звезда?
– Подождёт до обеда твоя звезда. Сначала сюрприз. Потом обед. Затем я помогу тебе украсить ёлку гирляндами. Мне ещё нужно поработать сегодня.
***
– У тебя никогда не бывает выходных? – интересуюсь, заходя за ним в кабинет.
– Почему? Сегодня же я дома.
Руслан подходит к сейфу, открывает его и выуживает оттуда небольшую кожаную коробочку.
– Ты же работал. Обычный рабочий день с перерывами на выходной, – шучу я, хоть и понимаю, что у таких бизнесменов, как мой Исаев, выходные – это роскошь. Я сама вкалывала практически без выходных. Это сейчас я с ним расслабилась. А мне ещё проект сада для Георгия нужно доделать вовремя. Господи, как всё успеть, когда навалилось столько забот?
– Подойди ко мне, – Руслан садится в рабочее кресло и указывает на свои колени, – Присядь.
Не сводя с него взгляда, приближаюсь к столу. Вспоминаю, как мы занимались здесь сексом, и щёки воспламеняются. Под кожей разливается палящий жар.
Руслан смотрит так, словно раздевает меня взглядом, прокручивая эту же сцену в голове.
В его глазах пробуждается что-то тёмное и одновременно будоражащее.
– Садись, Маша, – повторяет, протягивая мне руку.
Обхожу стол, неотрывно глядя ему в глаза. Касаюсь кончиками пальцев кольца Венеры. Чуточку медлю, обводя эту редкую и уникальную линию на руке, затем соединяю наши ладони. Они накрепко сцепляются – не разорвать. Если бы в этот момент подо мной разверзся пол, Рус бы точно меня удержал.
– Кресло выдержит? – моё трепетное волнение выдаёт севший голос. Чувствую, как по пальцам проскакивает ток.
– Я думал, во время хорошего секса женщины сбрасывают вес. Ты набираешь? – тянет на себя, вынуждая встать на кресло коленями по обе стороны своих бёдер и оседлать их.
Вот же ж самодовольный гад!
Сажусь лицом к лицу. По мышечным волокнам проносится искрящийся импульс. Взрывается в паху. В точке горячего соприкосновения.
– Будешь подшучивать, наберу, – шумно выдыхаю, опуская ладони ему на плечи. – У Ольги Павловны, между прочим, получаются очень отменные булочки.
– Набирай на здоровье, – Рус не оспаривает, только мило ухмыляется.
– Вот и наберу, – усмехаюсь ему в ответ.
– А как же, – соглашается он.
Зажав пальцами язычок молнии на моей спортивной кофточке, тянет его вниз. До тех пор, пока его наглому взору не открывается ложбинка груди.
– И? – вскидываю неверяще бровь. Дыхание тут же сбивается. Паршивец заинтересованным взглядом оценивает округлые формы в полупрозрачном кружевном лифчике. Мои соски под шквалом летящих мурашек болезненно каменеют.
– Ты будешь такой же вкусной и красивой булочкой. Не волнуйся, – вскидывает на меня затянутые поволокой глаза и добавляет заметно охрипшим голосом, – я помогу тебе сбросить лишние килограммы в постели. Можешь ни в чём себе не отказывать…
– Эй! Мастер по сексу, – я закатываю глаза, резко застёгивая молнию до самого горла. Одним единственным движением лишаю его возможности любоваться моей грудью. – У тебя тестостерон валит из ушей.
– Жадина… – выпрямляя спину, недовольно цокает языком.
– Ты можешь думать о чём-нибудь другом, кроме секса?
– Могу, конечно, но с каменным членом в штанах сложно сосредоточиться на расчётах, – шумно выдыхая, он поворачивает кресло так, чтобы я увидела экран ноутбука. – Смотри.
– Что это? – разглядываю заманчивый архитектурный проект.
– Чертежи эко-отеля, который я хочу построить в Черногории. Там я присмотрел подходящий кусок земли. Если выгорит её купить, займусь расширением бизнеса. Открою сеть отелей и развлекательных комплексов. Вот здесь. Шикарный отдых за небольшие деньги – это то, что нужно для туристов.
Он пролистывает фотографии с участком, расположенным на берегу лазурного моря. Вокруг красивая природа. Много солнца. Белоснежные яхты на фоне морского дна. Неподалёку знаменитый монастырь Острог…
– С фруктовыми садами на террасах и крыше? – приступаю рассматривать детали, которые раньше мне бы показались чем-то невероятным. – Как ты генерируешь столько интересных идей?
– Ты меня вдохновляешь, – неожиданное заявление просто выбивает воздух из лёгких. – Поработаешь над своей частью. Уверен, ты превратишь эту громадную конструкцию в райский уголок. Трансформируешь отель в фруктовый сад.
– Хорошо, – лепечу, с замиранием сердца прослеживая, как Рус открывает коробочку, в которой находится комплект обручальных колец. Впервые их вижу. Широкие. Массивные. Гладкие. Изготовленные в классическом стиле. Судя по серебристо-белому оттенку – из платины.
Выуживает одно из трёх. Помолвочное с прозрачным, как слеза, камнем размером с большую горошину. Оно идёт в паре с моим обручальным.
– Когда… приступать? – всхлипываю, как только холодный метал начинает скользить по фаланге, идеально её обхватывая.
– Чем раньше, тем лучше, – надев на меня ювелирное украшение, убеждается, что кольцо сидит отменно. – Теперь ты официально являешься моей невестой, Мария Викторовна. Только попробуй на церемонии ответить мне «нет».
Сжав мою кисть в своей ладони, вскидывает на меня многозначительный взгляд.
– И что ты мне сделаешь, Руслан Георгиевич? – с вызовом впиваюсь в его глаза своими. Уголки наших губ одновременно изгибаются вверх в искренней улыбке.
– Женюсь на тебе дважды, Мария Викторовна, – произносит и следом отвлекается на звонок.
Глава 34. Доверие и сомнения
Маша
– Да! Слушаю тебя, – Руслан бросает на меня короткий взгляд и сухо добавляет: – Я перезвоню.
Сбрасывает звонок. Отложив телефон экраном вниз, обнимает меня за талию.
– Посидишь минуту? – поглаживая спину, смотрит прямо в глаза. – Я потороплю Павловну с обедом и завершу кое-какие дела. Только никуда не уходи. Ладно?
– Если тебе нужно поговорить с глазу на глаз, я могу выйти, – заявляю ему.
Не нужно быть гением психологии, чтобы догадаться о том, что при мне Исаев не захотел вести разговор.
С одной стороны осознаю, что мы не настолько сблизились, чтобы не скрывать от меня секреты. Понимаю и то, что у мужчин должны быть свои тайны как и у женщин. Но с другой стороны мне хочется, чтобы было больше доверия между нами. Чтобы он был искренним со мной.
– Сиди здесь. Я туда и обратно. Посмотри ещё раз проект. Если возникнут какие-то идеи, запиши.
Рус аккуратно ссаживает меня с колен. Встаёт с кресла. Поцеловав в висок, подхватывает сотовый и отправляется к выходу. Через пару секунд за ним захлопывается дверь.
– Отлично, – ворчу я, подавляя в себе обиду.
Руслан не человек, а какая-то сплошная загадка! Думаю о нас и вспоминаю детскую считалочку с ромашкой: любит, не любит, плюнет, поцелует, к сердцу прижмет, к черту пошлёт…
Опустив взгляд на стол, замечаю футляр с кольцами. Считалочка в моей голове автоматически прекращается. Я поднимаю подарок. Вертя в руке, повторно оцениваю качество металла и работу мастера. Красивые. Смотрятся целостно и гармонично. Наверное, я бы тоже такие выбрала. Без орнамента и лишних пафосных заморочек. В этом наши вкусы полностью совпадают, что несомненно радует. А потом вспоминаю и будто обжигаюсь:
«Божжжеее… Всё же не по-настоящему… Без любви у него… Ради какого-то гребаного контракта!»
Инстинктивно захлопываю коробочку, спускаясь с небес на землю. И весь недавний заряд счастья сдувается, как воздушный шар.
Да, он ревнует меня к другим мужчинам.
Да, он хочет меня, как женщину.
Бывает нежным и милым. Страстным и горячим. Вспыльчивым. Но…
Всё это обычные человеческие инстинкты, а я хочу настоящей любви. Как ребёнок жаждет сладостей – так и я жажду, чтобы меня любили…
Отношу кольца в сейф. Не хочу, чтобы посторонние к ним прикасались. Ставлю на полку футляр. Подсветка внутри ящика выхватывает на верхней полке несколько глянцевых снимков и обручалку из золота. Обычную. Чуть пошире, чем была у Петра. Судя по размеру – мужскую. Любопытство берёт верх над моральными принципами. Тянусь рукой к фотографиям. Прихватывая кольцо, уже понимаю, кто на снимках запечатлён. А когда мой взгляд сполна оценивает счастливых новобрачных, моё сердце обрывается словно подрезанное ножом. Падает, расшибаясь в лепёшку. Спустя секунду заходится в бешеном ритме, напоминая затравленное раненное животное. Его будто жалят током, а оно бьётся… бьётся… бьётся…
Что есть силы пытается вырваться из клетки, бежать на свободу.
***
– Он был женат? – слышу свой сиплый голос.
В горле мгновенно пересыхает. С трудом сглатываю, разглядывая миловидную русоволосую девушку на фото.
Кто она? Руслан никогда не делился со мной своим прошлым. Не рассказывал о бывшей жене. Почему они расстались? Судя по этим фото, они сделаны не так уж давно. Когда успели развестись? Из-за чего? Был ли этот брак по любви или как у нас, по договору? Сколько лет он длился?
Боже мой, столько вопросов, а некому их задать. И у него не спросишь. Поймёт, что рылась в личных вещах. Сама этого до жути не люблю. Да и Руслан хотел бы, давно рассказал. Но кто я такая, чтобы делиться со мной сокровенным? Если бы эти фото для него ничего не значили, хранил бы он их на память?
В соцсетях о его прошлом ничего не сказано. Никакой информации о личной жизни Исаева нет.
«Женщины Руслана – подневольные птицы…» – вспоминаю разговор с Андреем и меня накрывает ледяным цунами. Изморозь по коже расползается. Что он знает о нём такого, чего не знаю я?
Почему, по его мнению, Рус не умеет любить? Я же чувствую, что это не так. Да взять, к примеру, сегодняшнее утро! В тот момент я даже было поверила, что между нами нечто большее, чем страсть. Он смотрел на меня таким взглядом, каким смотрит влюблённый мужчина на свою женщину.
Что не отпускает его? Что держит? Возможно, в этих фотографиях и кроются ответы на все мои вопросы. Но как тут узнаешь? Он не из тех мужчин, которые привыкли трепаться обо всём и выражать свои чувства открыто. Он предпочитает находиться в своей непробиваемой оболочке. Да если бы у меня появился шанс её нащупать, я бы разбила этот чертов панцирь вдребезги! Чтобы больше не смог им прикрываться.
Господи, на что я подписалась?
Поворачиваю фото, пробегаю глазами по надписи:
«Спасибо, что ты есть. Лисичка».
Скользнувшая по щеке слеза картинно приземляется на витиеватую букву «Л». Разлетается по бумаге мелкими брызгами. Я заторможенно прослеживаю, как расплываются чернила, но стирать кляксу не берусь.
– К черту всё! – поспешно возвращаю фотографии обратно в сейф. Туда же отправляю обручальное кольцо.
На сегодня с меня достаточно эмоционального перегруза. Но как теперь быть?
Я же не смогу о ней не думать! Эта симпатичная блондинка в платье невесты и с обручальным кольцом на безымянном пальце всегда будет стоять между нами, пока я не узнаю правду.
Лучше бы я и дальше ждала его за столом. Лучше бы ничего этого не видела. Зачем я только полезла сюда? Зачем???
Смахнув с ресниц выступившие сентиментальные слёзы, отношу наши с Русланом кольца обратно на стол. Не успеваю опустить футляр на гладкую отполированную поверхность, как дверь кабинета неожиданно для меня распахивается.
– Да, Вадим, я передам ей всё, – внезапно Руслана в этих стенах становится слишком много. Я перестаю дышать. И только когда не выдерживают легкие, делаю судорожный вдох. – Скажу, чтобы не волновалась по пустякам. Спасибо тебе. Пока.
***
По спине пробегает ток. Ощущаю между лопаток прилипший взгляд. Неспешные приближающиеся шаги отзываются в теле волнительными реакциями. Меня будоражит и одновременно штормит от отчаяния. Я ревную. Так сильно, что не нахожу себе места.
Дыши, Маша. Ему не нужно об этом знать.
Вдох-выдох…
Вдох-выдох…
Кажется отпускает. Немного.
– Шаханин звонил, – спустя мгновение утыкается носом в макушку. Втягивает мой запах. Дрожу. – Твои лабораторные анализы в порядке. Нет поводов для беспокойства. – обнимает меня со спины. Целует затылок. Спускаясь ниже губами, обжигает изгиб шеи и плеча.
О чём он думает сейчас?
Чего хочет от меня?
Где мне взять информацию о его прошлом? Не к Соболю же идти. Это было бы сверх глупостью, которую можно допустить.
– Я знаю, – отвечаю, затрагивая важную для меня тему. Флёр счастливого утра развеялся, и теперь я хочу поговорить о его методах общения с определёнными людьми. В данном случае меня волнует Пётр.
– Знаешь? – отрывается от шеи, сосредотачиваясь на моих словах. – Тебе уже звонили из клиники? Когда?
– Не звонили. Вадим Николаевич, видимо, счёл нужным сначала доложить тебе. Почему он лично мне не перезвонил? Он обещал связаться со мной.
Секунда замешательства. Разворачивает к себе лицом.
– Маша, он звонил не только по твоему делу. Давай-ка, ты не будешь обижаться, – приподнимает пальцами мой подбородок и устремляет взгляд в мои глаза. – Всё хорошо, и это главное.
– Я видела Петра. Думаю, ты и так в курсе.
– Он хреново понимает нормальный язык, – замечаю, как нервно сцепляет зубы.
– И твои люди решили объяснить ему более доходчиво, едва не убив? – с осуждением смотрю на него.
– Что за бред? – вспыляется Руслан, убирая от меня руки. Другой реакции я и не ждала. – Это он тебе впарил эту чушь?
– Это не чушь! – повышаю тон из-за того, что Исаев пытается уклониться от правды. – Я видела его лицо. Он всё ещё в шоке. Выглядит крайне затравленным. Какого черта, Руслан? Что за методы?
– А что ты хотела? – психуя, разводит руками. – Заиметь ещё парочку долгов на крупную сумму? Если ублюдок не понимает по-хорошему, я объясняю доходчиво! Что он тебе сказал?
– Неважно, – фыркаю я, намереваясь покинуть кабинет. Но не тут-то было!
Руслан ловко перехватывает за талию. Рывком усаживает на стол, да так, что у меня спирает дыхание. Ставя ладони по обе стороны бёдер, заключает в ловушку из рук.
– Маша, – склоняется надо мной. Взгляд горячий, прожигающий до костей. Пылает нетерпением. Пугает. – Ты не уйдёшь отсюда, не дав мне ответ. Что с тобой случилось? Какая муха тебя укусила? Меня не было пару минут.
Его бровь изгибается в недоумении.
Нервно сглатываю, не зная, что предпринять и как избежать расспросов. Кажется, я ещё больше подставила Петра. И эти фото, что в сейфе… Что они для него значат?
Нутро вспарывает неприятное жгучее чувство.
– Пусти. Мне нужно к папе, – говорю, пробуя сдвинуть его с места. Рус только сильнее наваливается на стол. Настолько близко, что наши дыхания сплетаются в один поток.
Глаза в глаза, и пульс срывается частить по новой…
– Пару минут назад я интересовался его состоянием. Там всё по-прежнему, – заверяет меня. – Не мучай себя. Отдохни. Оттого, что ты будешь просиживать часами рядом с отцом, ничего не изменится. Ты нужна мне здоровой и уравновешенной женщиной. Ясно?
– Только здоровой и уравновешенной? Может, ещё какие-то варианты рассмотрим? – не упускаю шанса отчебучить глупость.
Боже, да что со мной такое?
– Любой, – надавив интонацией, Рус сдвигает брови к переносице. Сверлит меня хмурым изучающим взглядом. – Напомню, что я давал тебе шанс уйти. Теперь, милая, ты принадлежишь мне. Всё, что касается тебя, касается также и меня.
– Он мой отец. Позволь мне самой решать, что мне делать. Ладно?
– Что тебе сказал Авдеев? – выражая неудовольствие, его ноздри вздрагивают. – И не пытайся юлить, иначе я лично у него спрошу.
Картинно закатываю глаза. Деваться некуда. Всё равно уже проболталась. Да и Пётр очередного допроса уж точно не выдержит. Окончательно слетит с катушек. А на свекровь мне давно наплевать.
– Признался, что мои частые выкидыши – это дело рук его матери. Она поила меня какой-то дрянью. Хотела нас развести. Поэтому внушала нам обоим, что проблема во мне и я непригодна стать матерью.
– Вот тварь… – выцеживает Руслан, собирая пальцы в кулаки.
У меня от утробного звука и хруста костяшек кожа изморозью покрывается.
– Руслан, можно тебя попросить?
Не шевелюсь. Смотрю в нечитаемые холодные глаза. Он молча выпрямляется и отходит к окну. Напрягшись всем телом, погружается в состояние фрустрации.
Уловив нехорошее предчувствие, соскакиваю со стола.
– Рус, ты меня слышишь? – иду к нему. – Рус, посмотри на меня.
– Что? – проморгавшись, пробует сфокусировать на мне взгляд.
– Ты же не… – теряясь в догадках, опускаю ладони ему на грудь. Ощущаю, как бешено колотится его сердце. Таким взбешённым я никогда его не видела. Вернее не чувствовала. Он до сих пор сдерживает ярость у себя внутри. – Оставь их в покое. Бог им судья. Я хочу забыть об этом кошмаре. Ты не должен вмешиваться. Пообещай мне, пожалуйста.
Хочу обнять его за шею, но он ловит мои руки, как будто знает, что начну умолять, поэтому сразу проводит черту.
– Я не даю обещаний, которых мне не сдержать, – сухо отвечает.
– Что это значит? – бегаю взглядом по его хладнокровному лицу.
– То и значит, Маша. Эта конченая тварь первым делом лишится своей должности. Пойдём обедать. Павловна, наверняка, уже накрыла стол.
Знала, что он бывает не многословен. Но чтобы настолько… от него не ожидала.
И что теперь будет? Он ведь этого так не оставит…
