Текст книги "Графиня (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Не забывала я и о том, чтобы под присмотром Дока помогать впитывать стихийные ядра «Витязям», сама даже не думая печалиться о том, что мне это пока недоступно. Пф, я и так крутышка! Куда уж больше? Да-да, ещё не ультра, но… Успею. Мне не горит.

Зато когда мужчины зачистили в четверг очередной насильно активированный разлом с ментальными тварями, похожими на стеклянных скатов (они были ещё и летающими!), никто из них не словил смертельный импульс и из разлома все до единого вышли на своих двоих. Да, всем пришлось выложиться, причем явно на все триста процентов, и пускай внутрь меня не пустили и я ничего не увидела, но по тому, как каждый скакнул в ранге, а Егор наконец стал ультрой, всё было понятно и так.

– Поздравляю, – просияла я в пятницу утром, когда внимательно изучила своего будущего мужа и рассмотрела его возросшую силу. – А у вас принято проставляться за ультру?

– В целом да, но… чуть позже, – усмехнулся Егор, нагло зарываясь носом в мои груди. – Если помнишь, завтра у Савелия и Дарьи свадьба…

Черт, точно!

То-то мы вчера платья перед последней подгонкой меряли!

– А значит сегодня у нас мальчишник, а у вас девичник.

– М-м… – протянула в некоторой растерянности. – А где? И что?

– У вас не знаю, спроси у Ульяны, вроде как она всё организовывает. А у нас в стрипбаре.

– В смысле⁈ – Я аж проснулась окончательно и с возмущением уставилась на Стужева.

– Шучу, – рассмеялся этот паразит. – Просто в баре. Посидим, выпьем, отдохнем. Эта неделя и впрямь выдалась напряженной. Не волнуйся, радость моя, это будет бар, где работают только мужчины. Савелий поклялся.

– М-м… Ну ладно, – проворчала, не торопясь успокаиваться вот так сразу. – А когда?

– Точно не знаю, но ближе к вечеру. А что?

– Вообще-то у нас рабочий день, – усмехнулась. – И не знаю, как тебе, а мне надо на работу.

– Вообще-то, – передразнил меня Егор, – ты у нас специалист широкого профиля со свободным графиком, я узнавал.

– И что? – парировала я. – Вообще не работать теперь? Тем более сегодня у нас назначена операция с Мироновым. Это парень, который в коме. Я вроде нашла причину, дело в ментальном вмешательстве, но там идет активное отмирание нейронов, так что придется потрудиться. И не факт, что он сразу придет в себя. В любом случае реабилитация ему предстоит длительная.

– Я в тебя верю, – невероятно серьезно заявил Стужев и поцеловал так, что аж голова закружилась и пришлось вцепиться в его плечи, как в единственно надежную точку опоры. – И остальные тоже. Ты справишься.

Ну и как после такого не справиться? Ни шанса!

Глава 11

Тем не менее сразу я никуда не побежала. По уже приятной сложившейся традиции мы позавтракали у себя в спальне (точнее у Егора, потому что своей я больше не пользовалась), затем я узнала, что именно мы дарим молодым (банально, но оптимально – деньги), следом нашла Ульяну и выяснила, что девичник у нас в семь вечера и это СПА-салон, выкупленный аж до полуночи, ну а потом с чистой совестью отправилась в госпиталь, где до полудня успела проверить не только состояние бойцов, поступивших позавчера, но и кое-какую документацию, уже оформленную Зоей.

Порадовалась тому, как щедро платит за своих вояк министерство, изучила итоговую смету Соловьева, который уже закончил облагораживать двор и даже ставить красивую кованую ограду с распашными воротами. Да обсудила необходимость строительства закрытого виадука, который бы объединил госпиталь и реабилитационный центр на уровне второго этажа.

Это сейчас лето и можно перевезти пациента из одного здания в другое по тропинке, а зимой так лучше не рисковать. Как и в непогоду!

Как бы то ни было, у меня были и деньги, и ресурсы, в том числе человеческие, и одобрение от Ибрагимова лично, который приезжал к нам на прошлой неделе и я устроила ему экскурсию по обоим зданиям (генерал мне очень понравился в отличие от своего племянника), так что проблем возникнуть не должно. Тем более за дело обещал взяться Евгеньич.

Ну а пока я прошла в операционную, где меня уже дожидался пациент, активировала доспех, который ради соответствия своему новому статусу сделала перламутрово-белым с золотисто-зелеными отблесками и менее воинственным по крою, улыбнулась всем присутствующим (Савелию, Владимиру и Петру), и мы приступили к операции.

Для верности проверили все до единого органы брюшной полости, убеждаясь, что они работают в штатном режиме и патологий нет. Кровь, позвоночник, лимфа, магическое ядро стихии металла. Последнее ушло в спящий режим и было видно, что на пути к отмиранию, но критичный порог ещё пройден не был, и волноваться я не спешила.

Затем мы переключились на мозг и я сразу указала мужчинам на участок, отвечающий за сознание, и соседние ему. Именно там шел процесс отмирания клеток. Думаю, вначале был задет именно клауструм, но сразу об этом никто не догадался, а потом стало поздно.

В итоге, влив в пациента убойную дозу пептидов и липидов, мы с целителями сосредоточились на восстановлении именно этого участка и за каких-то полтора часа почистили мозг от отмерших клеток, не подлежащих восстановлению, выведя крупицы через кровь и мочу пациента, и нарастили недостающее.

Очень сильно выручал Райкин, ведь он специализировался именно на нейрохирургии, тогда как я отвечала за чистую регенерацию, а японец следил за работой остального организма.

Как бы то ни было, на первый взгляд мы справились на отлично и Док, вколов пациенту бодрящих витаминов, аккуратно вывел его из комы.

И у нас получилось!

Пускай речь мужчины была откровенно заторможенной, внимание рассеянным, а реакции вялыми, главное мы сделали – вернули ему сознание. Ответив на ряд ключевых вопросов и тем самым показав, что рассудок при нем, как и память, мужчина отправился в единственную палату реанимации при оперблоке, где следующие сутки за ним будет безотрывно наблюдать дежурный врач и медсестра.

Ну а мы, поздравив друг друга с новой ступенью своих возможностей, пожали друг другу руки и разошлись кто куда.

Петр писать отчет, Владимир планировать следующую операцию, Савелий морально готовиться к мальчишнику, а я к девичнику!

Остаток дня лично у меня прошел замечательно. Радуясь свободной минутке, я прошлась по дому, где в последнее время стало гораздо тише, ведь от нас съехали все до единого пациенты и целители из Воронежа, как и Ярослав, ведь в городе у него была своя квартира. Капитан Шапошников тоже перебрался в специально выделенный для него кабинет в госпитале, как и Галя, которая теперь работала санитаркой в реабилитационном центре и жила в общежитии первого этажа.

Туда же съехали и Семен с Матвеем, и Михаил, и ещё несколько молодых ребят из других городов, присланных к нам министерством. На втором этаже в отдельной квартире поселилась Жанна с сыном, сбежавшая от бывшего мужа-абьюзера буквально с одним чемоданом и документами, невролог Попов с супругой, да молодая пара целителей Юра и Оксана, которых я взяла работать в приемное отделение.

При этом Владимир Като предпочел снять освободившуюся комнату в левом крыле у меня, как и деды Вахтанг и Давид, да главный врач госпиталя тоже не спешил съезжать, предварительно убедившись, что я не против.

Слишком уж им всем нравилась стряпня Дарьи, и возможность собраться в общей гостиной вечерком, да потрепаться за жизнь с умными людьми. Я тоже против ничего не имела, тем более сейчас всем комнат хватало, и даже парочка свободных оставалась. На всякий случай!

При этом я уже намекала и Дарье, и Ульяне, что у нас есть две квартиры в доме при госпитале, которые они могут смело занять со своими мужчинами и я не буду против, но женщины почему-то пока не спешили воспользоваться моим щедрым предложением. Ну да их дело, заставлять не буду.

Ближе к вечеру, когда мы с Егором уже выгуляли Арчи и он похвастал мне тем, что щенок уже выучил команду «сидеть» и «дай лапу», меня нашла Дарья и объявила пять минут на сборы. Пора ехать на девичник!

При этом сама она выглядела ну ни разу не готовой, зато отчетливо паникующей, так что пришлось брать нашу фею за руку и буквально силой внушать, что она весела и спокойна, а еще безмятежна, словно лотос на бескрайнем лугу. Или пруду? В целом неважно. Важно то, что Дарья чуток успокоилась, мы принарядились и отправились отдыхать в СПА-салон.

На лимузине!

Всю дорогу наша главная невеста ворчала, что это бессовестное расточительство и барство, что она на такое не подписывалась и вообще, но Ульяна слишком мечтательно вздыхала, прямо говоря, что всю жизнь мечтала покататься на лимузине вот так – без особого повода, и Даша успокоилась.

Вместе с нами на девичник ехали Алевтина и Лиля, Ирина и Рената, Алла и даже Жанна. За детьми осталась присматривать Светлана Прокопьевна, заверившая нас, что у неё всё под контролем и все будут вовремя накормлены и уложены. У неё с этим не забалуешь.

Ну а потом мы приехали в центр отдыха… и начали отдыхать! Вкусный ужин и хамам, минеральные обертывания и массаж, маникюр и педикюр, масочки на лицо, руки и ноги, кому надо – эпиляция…

Это был поистине роскошный девичник!

При этом никто не пил, разве что витаминные коктейли и ароматный чай, и беседы велись самые что ни на есть задушевные.

О мужчинах и детях. О планах на будущее. О мечтах. О том, какие мы все молодцы…

А потом в наш девичий рай ворвались мужики в масках и с автоматами и заорали:

– Всем на пол, это ограбление!

Серьезно? А что с нас грабить? Простынки?

Завизжали работницы салона, неожиданно упала в обморок Ульяна, побледнела Дарья, напряженно застыла на свом месте Жанна, зловеще прищурилась я и лишь Аллочка милым голоском уточнила:

– Господа, простите, если вопрос покажется вам глупым: но вы не ошиблись? У нас ничего нет, ни драгоценностей, ни наличных. Мы не брали их в спа-центр, он проплачен банковским переводом…

– Заткнись! – К ней подскочил один из мужчин и отвесил такую хлесткую пощечину, что голова Аллы мотнулась в сторону, а она сама упала на Ренату, которая еле успела её подхватить. – Всем молчать! На пол!

Все остальные испуганно переглянулись и начали медленно-медленно сползать со своих кушеток и кресел на пол, вздрагивая, когда то один, то другой грабитель с грохотом опрокидывал каталки с маникюрными инструментами и едой.

Складывалось ощущение, что они пришли просто побуянить. Не ограбить…

Но какой в этом смысл?

– Ты!

Всего мужчин было семеро, но я прекрасно понимала, что даже одной автоматной очереди достаточно, чтобы убить всех присутствующих, так что когда один из них ткнул пальцем в меня, догадалась, что ограбление – не главная их цель.

Главная цель я.

Но кто они? Не понимаю!

– Иди сюда!

Он говорил коротко, отрывисто. Его лицо скрывала балаклава, так что были видны лишь глаза, но… Мне показалось, или он говорит с акцентом? Знакомым таким…

Медленно поднявшись и не делая резких движений, с заранее поднятыми руками, я выпрямилась и зашагала вперед, мимолетно радуясь, что успела сменить простыню на халат, который подвязала поясом на узел. Правда, ноги босые… Но пока получалось выбирать чистые участки пола, хотя эти дегенераты уже разбили стеклянный столик с бокалами и осколки щедро усыпали кафельное покрытие зала. Им-то может и нормально, они в берцах, а вот я…

Будет больно и обидно. Не смертельно, нет.

Хотя…

Зачем оставлять их в живых, да?

Каких-то пять метров я преодолевала максимально долго, успев понять, что одаренный тут только один. Тот, кто со мной говорил. Остальные обычные люди и в принципе мне не составит большого труда вывести их из строя. Увы, у каждого в руках автомат и пальцы на спусковых крючках.

Если ошибиться, будет плохо. Плохо…

Надо вывести их отсюда.

И потом им обязательно будет плохо!

Краем глаза я заметила, как один из выродков подходит к Алле и, бесцеремонно дернув её за волосы, заставляет запрокинул голову.

– Босс, я хочу эту. Давай тоже возьмем. Всё равно остальных в расход.

Что⁈

– Гиви, ну какой ты дебил… – процедил мужчина, к которому я шла, когда притихшие сотрудницы салона через одну заголосили, да и за моей спиной кто-то издал истошный вопль. – Тихо!

Выстрел в потолок прозвучал оглушающе и моментально настала тревожная тишина.

– За что? – тихо спросила я, тоже застыв в двух шагах от мужчины. – Что вам надо? Я могу заплатить. Много. Очень много.

– Заткнись, – процедил бандит, сам делая шаг ко мне и хватая за руку, тут же больно сжимая запястье. – Нам уже заплачено. Гиви, живо!

Ах, заплачено…

Понимая, что тянуть дальше уже нельзя, а шанс лишь один, я прикрыла глаза и сконцентрировалась на задаче. Я никогда этого не делала. И вряд ли рискну снова. Но сейчас…

Зря что ли изучала книгу по ментальному контролю? Сейчас!

Пользуясь тем, что мужчина сам держит меня за руку, я проникла в его организм ментальными щупами и они, словно ядовитые змеи скользнули в его голову и взяли её под контроль. Да, вот так. Вот так!

– Так, бабы! – снова рявкнул «босс». – Кто хочет прожить чуть дольше, метнулись вон в тот угол! Живо!

И автоматом указал туда, куда было нужно мне. За диван.

Я же, перехватив несколько взглядов своих подруг, коротко кивнула. Выполняйте, быстрее!

Даша и Рената подхватили Ульяну, остальные друг друга и, нервно дрожа, выполнили странный приказ. Странный для всех…

– Гиви, да брось ты уже эту шалаву! – рыкнул главарь, как и я видя (а может и нет), как его пособник продолжает удерживать Аллу за волосы, не позволяя уйти с остальным.

– Босс, но…

– Я сказал брось, – процедил тот, кого я продолжала контролировать, чувствуя, как у меня под носом становится подозрительно влажно.

К счастью, нового приказал хватило, а Алла, недолго думая, сама уползла за диван, откуда протянулось сразу три пары рук и мою диетсестру затащили под не самое качественное, но всё же прикрытие.

– А теперь вы, – рыкнул главарь. – Подошли ко мне. Живо!

Озадаченно переглянувшись, тем не менее бандиты начали подходить, причем один из них даже заметил:

– Босс, это… она припадочная, кажись. У неё кровь.

– Так и должно быть, – гнусно ухмыльнулся мой миньон.

Вот только потом всё пошло не по плану.

Снова распахнулась дверь, в зал один за другим ворвались «Витязи» знакомой мне расцветки, причем первым шел Стужев и именно с его обеих рук по помещению распространилась ментальная сеть, которую я отчетливо видела. Миг – и сеть накрыла всех семерых бандитов, отчего они застыли, как болванчики. Кто-то вполоборота, кто-то с занесенной ногой, кто-то начав поднимать оружие.

Но их это уже не спасло.

Пока остальные четверо «Витязей» под прикрытием незнакомых ребят в форме разоружали и заковывали в наручники остальных бандитов, Егор подошел к нам и первым делом обнял меня.

– Почему кровь под носом? – поинтересовался глухо, пока я, мысленно чертыхаясь, проверяла остальное состояние организма, который, к счастью, не пострадал.

– Я этого… – буркнула, взмахнув рукой, – под ментальный контроль взяла. Они планировали всех убить. Кроме меня, полагаю. Хотела сначала женщин обезопасить, затем позволить себя увести и уже снаружи выключить одного за другим. Прости, не успела. Сходу не получилось, они могли занервничать раньше времени и начать стрелять.

– Ясно. – Прижав меня к себе ещё крепче и, подозреваю, желая сказать гораздо больше, чем это короткое «ясно», Стужев шагнул к бандиту и сдернул с него балаклаву. – Хм-м… Какие люди…

– Ты его знаешь? – озадачилась, потому что сама видела этого грузина впервые. Неприятный какой-то тип…

– Да, видел в списках «разыскивается», – скривился Егор. И пусть лица я его не видела, ведь он до сих пор был в доспехе, но по голосу отчетливо это слышала. – Барам Абашидзе. В имперском розыске. Странно… Говорили, что он скрывается в горах. Очень странно видеть его здесь. А если так?

Стужев поднял руку и прижал центр своей ладони ко лбу Абашидзе, после чего задал вопрос:

– Зачем тебе Полина?

Взгляд грузина окончательно остекленел, а с губ сорвалось безэмоциональное:

– Это заказ.

– Чей?

Неожиданно мужчина затрясся всем телом, его глаза закатились, изо рта показалась пена, но я чувствовала, как Стужев надавил менталом, и Абашидзе прохрипел:

– Кня… жи… кхе… Дол… го…

И упал, содрогаясь в жестких конвульсиях.

– Понятно, – процедил Егор, как и я расслышав всё самое главное. – Ну и мразь…

– Егор! – услышав в тоне жениха мрачную решимость, я сама вцепилась в него обеими руками. – Ты что задумал?

– Ничего, счастье моё. Ничего, – пугающе мягким тоном заверил меня Стужев, но я ему не поверила. – Не волнуйся, тебе нельзя. А с братцем я разберусь. Так, как он того заслуживает. Не сам, нет. Ни в коем случае. Верь мне. Договорились?

Поколебавшись, кивнула.

– Да.

– Умница.

В этот момент к Абашидзе подскочил Док и с рыком «а ну не подыхать, урод» вколол ему дозу чего-то убийственного, отчего бандит моментально расслабился и его лицо приобрело блаженно-дебильное выражение. Но помирать он и впрямь перестал.

Ну а потом «Витязи» ловко утащили своих пленников прочь, Стужев лично смел все осколки в дальний угол одним затейливым комплексным заклинанием, Савелий деактивировал доспех и мы с ним оказали помощь всем пострадавшим. В основном это были небольшие ушибы от падений в обморок, три тихих истерики, одна с жутким подвыванием (женщине сделали успокоительный укол и она уснула), опухшая щека Аллы и приступ икоты у Лили.

В остальном никто не пострадал, только испугались. Понятно, что сильно, может даже очень сильно, так что девичник был однозначно испорчен и мы отправились домой под присмотром своих мужчин.

При этом Док сам связался с хозяйкой салона и они договорились, что именно он возместит ущерб за всё сломанное и разбитое, как и моральный ущерб сотрудницам. Сотня тысяч каждой.

– Но… Почему? – изумилась я. – Почему Савелий? Это же Абашидзе виноват!

– Нам так проще, – мотнул головой Егор, чье лицо так и оставалось мрачно задумчивым всю дорогу. – Хозяйка салона его дальняя родственница, а с Абашидзе сейчас и ржавого пятака не взять, всё его имущество арестовано и под следствием. Заодно разберемся без полиции, сами.

И в глазах его в этот момент сверкнуло такое, что я предпочла прижаться щекой к его груди и притихнуть. Нет, не хотела бы я стать его врагом. Никогда.

В итоге едва не забыла спросить главное:

– А как вы узнали, что на нас напали? Тимур же с вами был, как и Ржевский!

– Ты думаешь, за вами больше никто не присматривал? – загадочно усмехнулся Стужев. – У Бати хватает патрульных машин, да и просто сотрудников. Всегда кто-нибудь присматривает за домом и госпиталем, вот и сейчас я не стал снимать охрану. Как чувствовал. Ржевский говорил, что всю неделю за домом велось наблюдение, причем профессиональное, но не удалось выяснить, кем и зачем. Когда патрульные увидели, что в салон входят вооруженные люди, то старший смены сразу позвонил мне. Об одном только переживал: чтобы не открывали стрельбу сразу. Как видишь, моя догадка оказалась верна. Хотели бы убить – наняли бы снайпера или что-нибудь в таком роде. А так это была прежде всего акция устрашения.

– И похищение?

– Скорее всего, – кивнул и снова помрачнел, окутывая меня своей аурой, словно хотел спрятать от всего мира. – Не угомонился, значит… Зря. А ты не волнуйся, ясно? Я сам разберусь.

* * *

– Ясно. Да. Я всё понял. Конечно. Проконтролирую лично.

Завершив ну очень непростую беседу с сыном императора, цесаревичем Алексеем, курирующим не только «Витязей» с «Добрыничами», но и новый проект графини Ржевской, который уже прозвали в министерстве и среди вояк «госпиталь второго шанса», князь Долгорукий устало прикрыл глаза и потер переносицу.

Дурак… Какой же дурак…

Идиот просто.

И где он ошибся? Где не досмотрел?

Почему у него выросло… Это?

Своего ума нет, так можно же просто быть хорошим исполнителем! Так нет… даже на это не способен. Наследничек хренов!

Ну да ничего. Ещё не поздно всё исправить. Ещё не сам император звонил.

Да и у него есть козырь.

– Катенька, душа моя, как твоё самочувствие?

– Тяжело, мой князь, – не стала лгать княгиня, действительно довольно тяжело переносящая позднюю беременность.

И рада бы прервать… Тайком! Солгать, что само, но…

Целители уже сказали князю, что будет сын. И она понимала: рискнет избавится от плода – и умрет следом. Не простит. И эти его «душа моя»… Ложь. Всё ложь. Нет у него ни души, ни сердца. Сплошной расчет. А ведь когда-то было иначе… Давно. Слишком давно, чтобы эти воспоминания грели ей душу. Слишком давно…

А рано утром, не успел княжич даже проснуться, до самого утра ожидая звонка от Абашидзе, как к нему в спальню вошел отец и безапелляционным тоном приказал:

– Собирайся.

– Куда? – озадачился Игорь, которого ко всему прочему ещё и похмелье мучило.

– В Норильск, – криво усмехнулся князь. – И благодари провидение, что твои шавки не успели причинить Ржевской вреда. Забудь о ней. Ясно?

– В смысле… – с оторопью протянул Долгорукий-младший.

– Абашидзе взяли во время налета на СПА-центр, где отдыхала Ржевская, и уже допросили менталисты цесаревича.

Каждое слово упало на княжича гранитной плитой и придавило. Несколько раз он открыл и закрыл рот, но не удалось выдавить ни звука.

– Ты до сих пор не под следствием только потому, что она не просила. Понимаешь?

Князь заглянул в глаза сыну, но скривился, когда понял, что внутри пусто.

– Собирайся. Самолет в Норильск вылетает через полтора часа.

– Почему в Норильск? – тихо спросил Игорь, с трудом фокусируя взгляд на отце.

– За последний месяц там открылось семь разломов. Император призывает тебя на службу.

– В Норильск⁈

– Предпочтешь тюрьму?

– Не, ну в Норильск, так в Норильск… – скривился Игорь, мысленно расчленяя суку Ржевскую на тысячи окровавленных частей. – Чего сразу в тюрьму-то… А когда обратно?

– Не скоро, сынок. Не скоро…