Текст книги "Графиня (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 15

Выйдя из дома, причем не на наш задний двор, а к реке, где по заверениям Егора мировые энергетические потоки были особенно активны и видны, Стужев начал учить меня входить в легкий транс и активировать ментальное видение.

Это было… Сложно. Но интересно!

Получаться начало не сразу, я всё никак не могла уловить то самое состояние, когда сознание частично покидало тело, становясь чем-то зыбким, эфемерным, отчего приподнималось метров так на десять выше и начинало видеть пространство свысока. Причем не реку, траву и деревья, а их энергетические слепки.

Но потом…

Потом мы смешали наши энергии, как во время двойной медитации, и Егор показал мне, как видит мир своими глазами.

И это было фантастически прекрасно!

Всего лишь небольшой участок реки и берега, но я вдруг увидела этот мир не материальным, а его духовный слепок. Как в тот раз, когда поглотила третье ментальное ядро! Не так ярко и глобально, но это было именно то самое!

– Хм-м, а вот это интересно, – пробормотал Егор, плавно вернув меня в бренный мир всего через десять секунд, чтобы я ни в коем случае не перенапряглась. – Вместе получается увидеть ярче и масштабнее. Но сам смысл ты поняла?

– Да, прекрасно! – заверила его и задумчиво прикусила губу, тут же посмотрев жениху в глаза. – Егор…

– Нет.

– Я ещё ничего не сказала, – прищурилась.

– Но я уже всё понял, – усмехнулся, но тут же посерьезнел. – Полина, нет. Никаких ядер. Особенно ментальных. Запрещаю, ясно?

– На каком основании? – Я ещё не злилась, но напряженность росла.

– Как твой наставник, командир и будущий муж. – Стужев приблизил ко мне своё лицо, говоря прямо в губы и заглядывая глубже, чем просто в глаза. – Как очень любящий тебя мужчина. Ментал очень опасен. Безумно. К тому же в тебе его более чем достаточно, нужно лишь начать развивать. А вот с этим у тебя всё не очень, верно? Давай договоримся: с этого дня и каждый вечер будем проводить двойную медитацию и выход в астрал. Уверен, у нас получится. Это поможет тебе ощущать все свои способности более гармонично и может даже шагнуть на новую ступень. Я чувствую, ты уже в шаге от этого. Договорились?

Ну вот умеет же подбирать аргументы?

– Договорились.

А потом мы ушли домой. Бессовестно баловать Арчи и меня!

Четверг прошел в штатном режиме: с утра привезли четверых бойцов из Воркуты, затем две операции ребят из реабилитационного центра и под вечер – принудительно открытый разлом с чрезмерно зубастыми и шустрыми улитками, которые тоже оказались регенератами, так что пришлось вызывать два команды «Добрыничей»: пока маги огня и льда жгли и замораживали тварей, остальные крошили их в фарш и торопливо собирали ядра, не позволяя монстрам регенерировать.

С боссом локации справились так же, как с энергетическим вампиром, позвав меня: я заразила десяток каменных копий гнилостными бактериями, мужчины забросали ими чудовище, выросшее с двухэтажный дом, а когда оно начало корчиться в агонии, то сумели разрубить пополам и добраться до его ядра, пока регенерация не заработала в полную силу.

При этом я сразу попросила бойцов не сдавать эти пять сотен ядер Банщикову, потому что ответа от Ибрагимова на мою просьбу пока не дождалась, а придержать их для себя.

Не возражал никто. Даже «Добрыничи», которые ещё не знали подробностей, но явно что-то подозревали, ведь видели, что Егор стал ультрой, да и остальные «Витязи» поднялись в уровне.

Чуть подумав и посоветовавшись с Доком и Стужевым, я предложила потихоньку усиливать и их. В самом деле, почему нет? Главное, чтобы министерство дало добро и ресурсы. Двое-трое, да даже пятеро сеансов в день для меня вполне реальны, особенно если раненых не везут. Зато бойцы действительно станут сильнее и будут попадать к нам реже.

Егор, подумав, пообещал написать обо всем этом подробный рапорт и отправить в верха, причем сразу через Ибрагимова. Тот мужик толковый, должен понять выгоду нашего предложения.

И это было действительно так.

Рапорт Егор написал утром, отправил в районе десяти, а уже в одиннадцать мне лично звонил генерал и уточнял детали. Скрывать не стала. Зачем? Но сразу дала понять, что дело это не супер-быстрое, к каждому нужен индивидуальный подход и время, но всё равно к завершению разговора мне дали зеленый свет и обе команды «Добрыничей», командированных в Тверь, в качестве подопытных.

Отлично!

При этом в пятницу вечером, как Егор и обещал, к нам с визитом и кучей документов подъехал его товарищ – Глеб Жданов. Лет сорока, щуплый, взъерошенный, в очках – типичный «ботаник». Если бы не одно «но». Он был ультрой!

Даже Егор удивился, ведь когда виделся с ним несколько лет назад, Глеб был твердой четверкой, да и сейчас по его внешнему виду сложно было сказать, что этот человек действительно сильный маг, но факт оставался фактом. При этом я отчетливо видела, что он активно развивал дар природы, воздуха и ментала, и именно эта тройка у него идет основной, буквально спаянной силой.

Как интересно…

Была ещё земля, вода и песок, но очень сильно фоном, Глеб их буквально пробудил и только. Сильно вглубь гостя я не ныряла, так что не смогла сказать, есть ли в нем ещё нераскрытые почки, но и так сила духа этого мужчины впечатляла.

А уж когда я познакомила его с Ржевским и рассказала о том, к каким выводам пришла сама, то и вовсе стало ясно – Глеб готов душу продать, чтобы поработать с нами в тандеме. Со мной и поручиком.

– Смотрите, что мне удалось выяснить самому! – тараторил он возбужденно, разложив на моём столе в кабинете карту региона. – Вот тут, тут и тут – ключевые опухоли. Причем заметьте, это не Тверь! Это древние курганы с захоронениями. И именно вокруг города! При этом ни в одной из точек не было зафиксировано ни одного разлома за последние тридцать лет, я узнавал.

– Откуда? – не поверил Стужев, пытливо щурясь.

– Есть… способы, – уклончиво ответил ученый, но потом не выдержал и цокнул. – Остались у меня контакты с работы, ребята иногда подкидывают кое-какую информацию. Ничего секретного, да и я до сих пор под всякими подписками и прочим. В общем, вот. Есть у меня мысль, что это своего рода будущие ретрансляторы глобальных разломов, которые по вашим словам, Полина, раскроются снаружи. И вся Тверь станет одной огромной аномалией! Как открытая рана, кишащая опарышами. Ядовитыми, зубастыми и очень агрессивными опарышами размером с быка! Понимаете?

Ужас!

Медленно выдохнув, спросила:

– А что насчет разломов-грибов? Что у вас есть по ним?

– Это именно грибы, да! – возбужденно сверкнул глазами Жданов. – Но это не плоды, а скорее некое побочное проявление роста грибницы. Основная её суть – это всё-таки разветвленная система каналов. Принцип кровеносной системы. А разломы – энергетические всплески, пробивающиеся в наш мир в тонких местах. Случайности, не более.

– Допустим, – я нахмурилась. – Но тогда какова цель?

– А её нет, – хохотнул Жданов. – Полина, какая цель у бактерии? Размножаться и пожирать питательную среду. Всё! Это не разумное существо, не армия врага. Это тупая амеба, которая растет там, где есть еда.

– И что для неё еда? – напряженно уточнил Стужев.

– А вот это хороший вопрос! – Жданов взбудоражено потер руки. – И единого ответа у меня нет. Но есть ряд предположений. Во-первых, это крупные скопления магически одаренных людей. Все маги так или иначе оставляют после себя густой энергетически след. И грибница её чует! Питается ею! Во-вторых, это такие древние места, полные некротики, как вот эти курганы. Там захоронены десятки тысяч людей! Иногда даже сотни тысяч! Внешне эти места никак не обнаружить, даже при поверхностном энергетическом сканировании, но если копнуть чуть глубже, то видно, что именно в этих местах повреждена целостность энергетической структуры самой планеты и каким-то образом это стало благоприятной средой для развития грибницы.

Хм, логично… Вирусы всегда активнее в ослабленном организме, чем в здоровом.

– И в-третьих, это искусственно загрязненные места. Химические заводы, мусорные полигоны – именно в таких местах я наблюдал активный рост грибницы. Но заметьте, без разломов. За редким исключением. Всё-таки аномалии чаще всего открываются именно вблизи людских поселений, тогда как рост самой грибницы мощнее в «грязных» местах.

– А что насчет лекарства? – полюбопытствовала я, когда уложила эту информацию в голове.

– Всё… сложно, – помрачнел Жданов. – Я пробовал выжигать зараженное пространство менталом, но это крайне малоэффективно. Пока разлом не открыт, грибница находится по отношению к нам в некоем пятом измерении. В астрале, если будет угодно. В иной плоскости, но вместе с тем именно рядом с нами, а не где-то ещё. Воздействовать на неё иными стихиями бесполезно, они просто не видят точки применения. Ментал, ну… За час я смог выжечь корень грибницы длиной в метр. Да, смог. Но что в итоге? Я выложился в ноль и следующие три дня приходил в себя, а корень отрос обратно за сутки.

– А если заразить грибницу ментальной бактерией? – предположила я то, что обдумывала уже не первую минуту.

– А такие бывают? – растерялся Глеб, на что Стужев и Ржевский как-то слишком уж синхронно хохотнули и взглянули на меня. – Что? Вы уже что-то пробовали? У вас получилось?

– Не пробовали, – сразу произнесла я, вскидывая руку и с осуждением глядя на весельчаков. – Но я умею создавать гнилостные бактерии, которые успешно противостоят тварям из разломов. А что если эти бактерии способны зацепить и саму грибницу?

– Хм-м…

Задумались все. Я особенно.

– А знаете, надо попробовать, – с умным видом протянул Жданов. – На небольшом участке, чтобы не спровоцировать неконтролируемую цепную реакцию. Что скажете?

– Скажу, что сначала Полине стоит освоить ментал в большей мере, чем сейчас, – категоричным тоном заявил Стужев.

– Охотно научу! – Просиял ученый и взглянул на меня с азартом маньяка.

И вот как-то даже не знаю…

– Я сам, – категоричным тоном отрезал Егор, явно тоже разглядев в приятеле чрезмерный энтузиазм. – Давайте так, всю эту неделю мы с Полиной будем активно практиковать, а вы с Дмитрием составьте подробную карту Твери и её окрестностей на предмет созревающих разломов. Наш метод дает неплохой результат и за это время, что мы вскрываем их принудительно, стало меньше тех, что открываются сами. Думаю, это снижает некое напряжение в общей сети, раз уж это единая грибница, как ты утверждаешь.

О? А я и не знала! Так это же здорово!

– Заодно проверим, как разломы реагируют на Савелия и Ярослава. Они уже достаточно сильные регенераты, чтобы подтвердить или опровергнуть нашу теорию. Всё, работаем!

И мы на удивление дружно и послушно покивали. Умеет же он командовать!

Всю следующую неделю, как и было велено, мы работали.

К пятнице мы с целителями вырастили цесаревне Ольге обе ноги и она, в первую очередь предъявив их матери (по видеосвязи), осталась у нас ещё на неделю – проходить курс реабилитации и минерализации.

Ежедневно я кормила своих «Витязей» и первую группу «Добрыничей» ядрами их стихий, которые мне под отчет предоставило министерство, так что именно к пятнице все до единого «Добрынича» скакнули на один уровень, а наши ребята за исключением Щена взяли второй ранг. Он пока добрался только до третьего, но не унывал.

Отчеты по ребятам Док отправлял руководству ежедневно.

Помимо этого мы уже вне отчета накормили пока только наших ребят регенерацией, чтобы они развивали и этот дар, а я объяснила каждому, что это такое и как самому активировать в себе те или иные процессы. Пока минимальные, ведь это было одно-единственное ядрышко исключительно ради зарождения дара, как такового, но уже сейчас было видно, что никто не сидит сложа руки – тренировки шли ежедневно, причем не только физические, но и магические.

И они давали отличный результат!

Не забывала я и о своей работе, уделяя внимание и Ярославу, которого тоже кормила регенерацией, и Владимиру, который тоже изъявил желание стать участником нашего эксперимента, и пациентам, которых к нам везли со всех концов страны регулярно, и особенно реабилитационному центру.

Первые прооперированные парни уже активно учились ходить под присмотром Жанны, выведенный из комы боец работал преимущественно с психологом, но и на тренажерах тоже, а я занималась уже теми, кто потерял зрение и слух – операции оказались не особо сложными, особенно если сравнивать их с травмами цесаревны.

Жданов поселился у нас в особняке, заняв свободную гостевую комнату. С Ржевским они отлично спелись и по вечерам даже чуток выпивали (сама видела!), но в основном, конечно, работали, составляя подробную карту напряженных мест в городе.

Пару раз бойцы даже выезжали на место, но пока только со мной – аномалии не отреагировали ни на Дока, ни на Демидова. Видимо, что-то в них ещё не хватало.

Сами разломы оказались среднего уровня: тройки. Одна огненная с человечками-пламеноидами, вторая водяная с похожими человечками, но состоящими из воды. «Витязи» зачистили их играючи, даже никто не пострадал.

Стужев, как и обещал, тренировал вместе со мной ментальное сканирование и с каждым разом у нас получалось всё лучше и дольше. Ещё не идеально, каких-то сто-двести метров пространства вокруг нас, но я уже видела отголоски корней астральной грибницы, которой непосредственно рядом с особняком действительно больше не было.

Привезли платья, в том числе свадебное, мы с Егором вместе съездили в ювелирный и он купил мне очень красивый комплект украшений. О фате, туфлях, чулках и свадебном букете позаботилась Станислава. А Стужев оплатил. Мне переживать было не о чем.

И я не переживала!

Ну а в пятницу прямо в обед мне было заявлено, что мой рабочий день подошел к концу и у меня вообще-то девичник.

Да ладно? А где?

– Ну, мы тут подумали, – Ульяна и Дарья загадочно переглянулись, – спа с выездом у нас было, но не задалось. Мы решили пригласить сотрудниц на дом. Заодно закажем побольше вредных вкусностей и пригласим аниматора для детей. Что скажешь?

– О? То есть отказаться ещё можно?

– Нет!

Расхохотавшись, дала добро на всё (тем более это всё уже было оплачено женихом!), а в пять к нам нагрянули родственники Егора. Пока только родители и сестры, причем Настя без приятеля, с которым рассталась чуть ли не сразу (подробности мне не поведали, да и ладно), но нам было их где разместить: как раз в двух последних гостевых комнатах на первом этаже.

В итоге ближе к семи Роман Евгеньевич убыл с сыном отмечать его мальчишник, ну а мы, прихватив Наталью, Настю и Тоню, а так же всех обитательниц особняка (не забыла я ни про Жанну, ни про Аллу с Ренатой и Лилей), со всем комфортом расположились в центральной гостиной второго этажа и прекрасно отдохнули, вкушая ресторанные деликатесы и подставляя спины, ручки и ножки под ласковые пальчики сотрудниц салона.

Играла ненавязчивая музыка, велись задушевные разговоры, строились грандиозные планы…

И Уля решилась на признание:

– Олег сделал мне предложение. Мы решили сыграть свадьбу в начале сентября. А ещё я… – она выдохнула и бросила на меня косой взгляд, после чего загадочно улыбнулась и выпалила: – Беременна! Олег знает и очень рад. Вот.

– Поздравляем!

Будущую мамочку и почти госпожу Жукову тут же кинулись обнимать и поздравлять, целовать и просто тискать, в том числе я, ведь была искренне рада тому, что они не испугались ответственности. Всё у них будет хорошо, точно знаю!

– А ещё Олег ищет нам квартиру. – Уля виновато покосилась на меня, но тут же поспешила заверить: – Но я буду работать до конца!

– Угрожающе прозвучало, – усмехнулась я. – Да не волнуйся ты так, главное, чтобы у вас всё хорошо было. Месяца через три начни искать себе помощницу, чтобы подменяла тебя, когда станет тяжело. Заодно успеешь всему обучить перед родами. Договорились?

– Да! Спасибо тебе огромное, Полина! – обняв меня так крепко, что ещё немного – и пришлось бы облачаться в доспех, чтобы не захрустели ребра, Уля, добрая душа, бесхитростно поинтересовалась: – А вы с Егором когда планируете детей?

Ну-у…

– Планируем, – улыбнулась с долей загадочности.

Глава 16

Но, видимо, со слишком уж говорящей долей, потому что будущая свекровь тихонько ахнула и прошептала:

– Вы… уже?

Лгать в такой чудесный день не хотелось и я, подумав, кивнула.

Теперь уже обнимали меня. Наталья даже всплакнула, так что пришлось успокаивать почти свекровь и обещать ей, что как только станет известен пол и мы с Егором определимся с именем для малыша, она узнает об этом в числе первых.

– Я стану тетей? – хитро прищурилась Тоня, а потом расплылась в довольной улыбке. – Здорово!

– Но ты ведь больше не будешь Ржевской? – вдруг спросила Уля и уголки её губ грустно опустились. – Ты будешь Стужева, да? То есть уже не графиня?

Остальные тоже притихли, словно только сейчас это поняли, но я беспечно отмахнулась.

– По мне так очень даже прекрасная замена. А что? Давай я откажусь от титула в пользу Юляши? Завтра с самого утра, а?

– Не-не-не! – Уля даже чуток побледнела. – На надо! Мы люди простые, не надо нам этого гемороя!

Я расхохоталась и пожала плечами.

– Ну а что тогда волнуешься?

– Просто, – она неловко улыбнулась. – Ты была очень хорошей графиней. Столько всего для всех нас сделала…

– Девочки, главное не титул, а человек, – наставительно заявила Наталья, поднимая свой бокал с мохито. – А человек наша Полиночка замечательный! Ура!

Поддержали её абсолютно все, даже массажистки и маникюрщицы, которым тоже наливали, но безалкогольное.

В общем, вечер закончился хорошо. Сытно, вальяжно, умиротворенно. Ну а когда мы разошлись и внизу послышались голоса вернувшихся мужчин, моё личное счастье и вовсе стало безграничным. Мой. Только мой!

И я. Стужева! Звучит, а?

А потом наступило утро.

Суббота.

День моей свадьбы!

Волновалась ли я? Ни капли! Кажется, Егор волновался больше меня, ещё в семь утра выгуляв Арчи и снова принеся мне завтрак в постель. Я его, конечно, добросовестно съела, но потом всё равно утащила пока ещё жениха под бочок, и не выпускала оттуда следующие два часа, капризно заявив, что моему организму остро не хватает обнимашек и срочно требуется интенсивная терапия поцелуями.

– Всё, что пожелаете, моя госпожа, – сверкал своими серебряными глазами Стужев и выполнял любой мой каприз.

О, да!

К сожалению, в районе десяти к нам начали скрестись все, кому не лень, так что пришлось вставать и давать понять окружающим, что мы не забыли о собственной свадьбе. И нет, не сбежали. Ничего не отменяется, ни в коем случае!

В одиннадцать и вовсе пришлось перейти в свою спальню, куда в один момент набилось как-то чрезмерно много народу, но что удивительно: все по делу.

Одна мастерица делала мне прическу. Вторая макияж. Наталья всё это контролировала. Тоня играла с Арчи. Настя мечтательно любовалась моим свадебным платьем из многослойного белого шифона с роскошной пышной юбкой и украдкой интересовалась, будут ли на свадьбе неженатые мужчины.

Пришлось хорошенько напрячь память, чтобы выдать более или менее правдивый расклад, и в итоге я честно призналась, что неженатых будет мало. Буквально единицы. Например, Прохор. Или Семен с Матвеем. Господин Като тоже вроде холост. Варанов… Райкин! А ещё Денис и Боря. Хм, а не так уж и мало у нас ещё холостяков! Но одобрит ли их мама?

И мы дружно покосились на Наталью, которая выразительно приподняла брови, молча интересуясь: какого черта?

– Мамулечка, но ты же сама хотела, чтобы я поскорее вышла замуж, – солнечно улыбнулась Настя. – А всем известно, что для этого нужно как можно чаще ходить на свадьбы и ловить букет невесты. Вот! Буду стоять в первых рядах!

– И я, и я! – заливисто расхохоталась Тоня, уже битый час не спускающая с рук счастливого Арчи. – И мне жениха!

– Ох, девочки, – добродушно рассмеялась моя почти уже свекровь и взглянула на меня с улыбкой. – Какие же вы у меня все красивые. А женихов мы вам найдем самых лучших. Правда, Полина?

– Абсолютная. Как минимум они будут здоровы!

Так, коротая время за незатейливым разговорами, мы дождались, когда приглашенные мастера закончат с моим лицом и прической, затем Наталья сама помогла мне надеть платье и закрепить в локонах длинный шлейф фаты, после чего все трое принарядились сами, приятно удивив тем, что их платья были в выбранном мной стиле – разноцветный пудровый шифон, и мы отправились вниз.

Основная масса гостей уже уехала, ресторан «Лукоморье» находился за городом в живописном месте у реки, ну а меня ждал жених, его отец и белоснежный лимузин, украшенный цветочной композицией из нежных гортензий нужных нам оттенков: розовые, голубые, сиреневые и даже зеленые.

Находился в холле и Ржевский, причем сияя улыбкой ярче всех, но по нашей с ним договоренности остающийся невидимым. Я бы не отказалась, чтобы именно он вел меня к так называемому «алтарю», но явление призрака общественности стало бы слишком резонансным делом и мы решили, что он побудет просто гостем, но очень почетным.

А к мужу меня приведет его отец. Это мы тоже обговорили заранее.

– Ваше сиятельство, вы сегодня бесподобны, – учтиво поклонился мне Роман Стужев, когда мы спустились вниз. – И я бесконечно польщен оказанной чести вручить вас своему сыну.

Сочно рассмеявшись, я тоже заверила мужчину, что бесконечно рада войти в их семью, после чего мы чинно погрузились в лимузин и отправились в «Лукоморье». При этом сам Егор отправился на машине чуть заранее, всем своим загадочным видом дав понять, что именно таков сценарий нашей свадьбы.

Когда мы прибыли, гости нас уже ждали.

Более того, нам организовали полноценную красную дорожку и приглашенный маг воздуха осыпал нас лепестками роз, пока Роман вел меня к свадебной арке, где уже стояла нарядная сотрудница ЗАГСа и тот единственный мужчина, который сумел убедить меня, что любить не страшно.

Любить сладко!

Я смотрела на него и не могла налюбоваться.

Безупречно черный фрак и белоснежная рубашка, серебряный галстук-бабочка и бутоньерка в тон к моему свадебному букету. Гладко выбритые щеки, улыбка на губах и пожар в глазах. Сильный. Смелый. Роскошный мужчина!

Мой. Теперь окончательно мой.

Муж!

– Объявляю вас мужем и женой! – торжественно заявила брачующая нас дама.

А Стужев, надевая на мой пальчик золотой ободок обручального кольца, шепнул:

– Вот ты и попалась, Зараза моя, Полина Стужева. Как ощущения?

– Знаешь, ещё не поняла, – шепнула в ответ, надевая кольцо на его палец. – Но определенно они мне нравятся, муж мой.

– Горько!

А потом нас поздравляли. Родители и родственники Егора и все до единого «Витязи». Слуги особняка и целители госпиталя. Алла и Рената, ректор Румянцев и капитан Шапошников, коллеги и просто друзья.

Пришла и моя мать, причем выглядела хорошо, вела себя любезно и желала нам всяческих благ. Что ж, актриса она неплохая, стоит отдать ей должное… Правда, чуть позже я узнала, что Егор ездил к ней сам и предупредил, что будет лично выплачивать ей содержание в сто тысяч ежемесячно, а она будет вести себя прилично. Всегда!

Лично я не считала, что это выгодное вложение средств, но раз Стужев так решил… Сомневаюсь, что откажется от своих слов. Впрочем, положа руку на сердце, мне было приятно. В глобальном смысле. Очень приятно!

Удивили меня корзины с цветами от князя Орлова и графа Каменского, майора Зосимчука и княжича Эристова. Не ожидала, честно!

В целом не ожидала и прибытия генерала Ибрагимова, но тот, заглянув к нам совсем ненадолго, привел всех присутствующих в шок, особенно меня, когда вышел на импровизированную сцену, поставленную между столиками на открытом воздухе, и зачитал указ императора, по которому Егору Стужеву за выдающиеся заслуги перед отечеством присваивался наследный титул графа и земли близ Твери.

Ржевский загадочно улыбался, Егор тоже не выглядел удивленным, одна я отходила от шока минут двадцать, пока мне не налили яблочного сока и не утянули танцевать.

Вот так выходи после этого замуж за простолюдина! Всё равно графиней осталась!

– Счастье моё, ты не рада?

– Не знаю, – призналась честно. – Я уже настроилась снова быть обычной горожанкой, а тут такое.

– Обычной горожанкой? – На меня взглянули с нескрываемой иронией. – Ты?

– Ха. Ха. – Фыркнула. – А что? Не похоже?

– Ну-у, как тебе сказать? – Стужев щурился и разглядывал, наклонял голову то на один бок, то на другой, под конец мотнул головой и весело заявил: – Неа. Ни с какого ракурса. Ты у меня самая необычная, роскошная, великолепная и просто дивная женщина, Полина Стужева.

– Ваше сиятельство, а вы умеете дамам головы кружить, – разулыбалась я.

– Только тебе, сиятельство моё, – вернул мне улыбку Егор. – Только тебе.

И праздник продолжался.

Я перетанцевала со всеми «Витязями» и целителями, выполнив в том числе обещание, данное Ярославу. Меня кружили в вальсе свекр и ректор, Прохор и Тимур, а ближе к вечеру удивил визитом князь Долгорукий. Точно знаю, мы его не приглашали, но он явился сам. Впрочем, надолго не задержался, лишь крепко пожав руку слегка напрягшемуся Егору, да вручив мне футляр с гарнитуром из золота с сапфирами. Поздравил с бракосочетанием, пожелал всяческих благ и убыл.

Вот и правильно, нечего нам тут тень на плетень наводить!

А букет невесты поймала Варя.

Показалось даже, что девочка не поняла, зачем вышла в центр зала вместе со всеми, но стоило букету оказаться в её руках, как милое личико озарила настолько счастливая улыбка, что никто не посмел отнять у ребенка заслуженную минуту славы и кусочек счастья. Правда, сходу женихи в очередь не выстроились, но чуть позже я видела, как она танцевала с отцом и оба выглядели счастливыми.

И это было здорово.

Заметила я и перепившую Валерию, которая, впрочем, напилась слишком быстро, чтобы успеть досадить нам своим поведением, и её вовремя увели бдительные «Витязи», так что проблем она никому не доставила.

Видела я и мать, которая активно строила глазки моему главному врачу Варанову, а тот вроде как даже и не был против.

Обратила внимание и на то, как беззаботно флиртует с Денисом Настя – их солнечные макушки было видно сразу, а уж две рядышком и вовсе моментально привлекали внимание.

Но не вмешивалась. Зачем?

Мы все взрослые люди и точно знаем, чего хотим от этой жизни. А если нет… Уж простите, я не поводырь. Я Зараза!

А праздник всё продолжался и продолжался… Уже были вручены все подарки, причем не только конверты с деньгами и цветочные корзины, но и самые разные, порой неожиданные подарки. Например, Дарья преподнесла мне букет из шоколадных конфет, которые сделала собственноручно. Уля от неё не отставала и преподнесла букет из сушеных апельсиновых долек в темном шоколаде и клубники в белом. Выглядело фантастически, а аромат стоял такой, что хоть сразу в рот отправляй!

Свекры вручили мне трехтомник по комплексным заклинаниям мультистихийной магии, какое-то редчайшее издание (это уже Егор шепнул).

Савелий преподнёс элегантный браслет-артефакт, который можно было носить вместо массивной восьмерки «бесконечности», суть у него была та же, но исполнение в разы аккуратнее и изящнее. Заодно шепнул, что ещё вчера в районе пяти вечера в госпиталь прибыл контейнер с сотнями ядер всех самых распространенных стихий для прокачки бойцов и лично для меня: пятьсот ядер регенерации и пятьдесят ядер морфизма.

Я чуть прямо там от восторга визжать не начала!

Подарили нам и сертификаты: в салоны, в ювелирный, в модные бутики. А кто-то просто поздравлял, как, например, Ирина или Алевтина, потому что им я сказала сразу: у нас есть всё. И гостей мы зовем не ради подарков, а чтобы разделили с нами наш праздник.

Наше счастье!

В итоге празднование затянулось допоздна, а домой мы вернулись лишь под утро, причем у меня сил не было уже никаких – только мечтательно улыбаться и сладко сопеть в грудь мужа, но он умудрился не только поднять меня на руках в свою спальню, но и раздеть, прическу разобрать, молочко для снятия макияжа мне в руки вручить…

Золото, а не муж!

При этом воскресенье мы сначала проспали, встав только в районе трёх часов дня, затем вальяжно пообедали, от души повалялись, разобрали подарки, выяснив, что деньгами нам надарили около миллиона (ого!), я убрала подаренный князем гарнитур подальше в сейф, запоздало вспомнив, что там лежат семейные украшения Долгоруких…

– Как думаешь, вернуть их князю? Или пусть лежат?

– А что ты планировала сделать с ними раньше? – поинтересовался Егор, с интересом, но без особого азарта, перебирая старинные и массивные украшения.

– Продать, – пожала плечами. – Для меня они никакой ценности не представляют. Ни исторической, ни семейной. Думала, сначала выставить через аукцион, но потом появился доход из разломов и я о них просто забыла.

– Знаешь… Сфотографируй и отправь Долгорукому. Если захочет выкупить, пригласи независимого оценщика и отдай по средней рыночной цене. Если не захочет – выстави на аукцион. А деньги лучше вложить в ценные бумаги. Кстати, я тут глянул адрес, по которому нам пожаловали земли. Угадай, чьи они были раньше?

– М-м?

– Ржевских, – хохотнул Стужев, глядя на мои изумленно распахнутые глаза. – Дима твой признался. Их ещё твой прадед в карты продул Тимирязевым, а те потом разорились и в итоге поселок отошел империи. Озерки называются. В тридцати километрах на юг от города. Кстати, неплохой район. Как насчет того, чтобы построить там загородный дом? Заодно нормальный оздоровительный комплекс, м? Санаторий, три корпуса палат, отдельная столовая, спортзал, бассейн…

– Вот умеешь ты соблазнять, а? – У меня уже загорелись глаза, но я всё равно немного сомневалась. – А с этим корпусом что делать?

– Оставь под интенсивную терапию для реабилитации после операций, – пожал плечами Стужев. – В любом случае бойцы нуждаются в дополнительных занятиях после вашего вмешательства. В итоге вместо семи дней в одной палате будут лежать, допустим, в хирургии три дня, а четыре в терапии и заодно проходить интенсивный курс восстановления. Либо сделай так: это будет корпус для экстренного хирургического вмешательства, как в случае с теми, у кого поврежден позвоночник, а в Озерках пациенты будут проходить именно восстановительный курс: физкультура, массаж и прочее. Что скажешь?

– Скажу, что всё очень заманчиво, но надо думать, – заявила я и благодарно поцеловала своего уже точно мужа. – Спасибо.

– Обращайся.

Усмехнувшись, я так и решила сделать, озадачив его фотографированием украшений, а сама сунула нос в почту рода. И задумалась.

– А существует ли ещё род Ржевских?

– Хороший вопрос, – хмыкнул Стужев, потерев подбородок. – Это надо как минимум проконсультироваться с Алещуговым. Позвонить ему?

– Да, давай. Мне интересно.

Семен Семенович нашего звонка не ждал и удивился вопросу, пообещав перезвонить. Видимо, и сам не знал. Зато всего через двадцать минут твердо заявил, что я имею полное право дать своему второму сыну фамилию Ржевский и сделать его наследником своего рода по отцу, тогда как первенец точно будет Стужевым и прямым наследником Егора. Но для этого, как мы уже поняли, нужно как минимум два сына.