Текст книги "Графиня (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 6

В итоге пока Стужев и Савелий спешно выносили бессознательных ребят одного за другим, я нашла Ржевского и попыталась привести его в чувство. Больше всего пугало то, что он стал полупрозрачным («Витязи» его вообще не видели), а ещё не осязаемым – мало того, что моя ладонь проходила сквозь него, так ещё и по щекам похлопать не получалось.

Но не могу же я его тут оставить!

В итоге пришлось экстренно шевелить извилинами и обращаться к менталу, а так же регенерации. Хоть что-то да должно помочь!

И у меня получилось! Покрыв призрака золотой сеточкой ментального контроля и пустив по ней регенерирующий импульс, я добилась того, что он вздрогнул всем телом, затем выгнулся, словно я пропустила по нему ток, следом резко сел, начал взволнованно озираться и только через пару секунд уставился на меня.

– Полина? Что произошло? Я умер?

– Ты ожил! – рассмеялась с откровенным облегчением и хотела уже обнять, но мои руки прошли сквозь него. – Черт… Дима, я так испугалась! Ты был похож на мертвого!

– Знаешь, я и был мертвым… – растерянно пробормотал поручик, начав лихорадочно себя ощупывать, а затем встал, подавая мне руку, но мы снова не смогли друг друга коснуться. – Хм, а вот это мне не нравится… Что вообще произошло? И чем так мерзко воняет?

– Тварь была энергетическим вампиром. Она питалась вашей энергией, – пояснила я, вставая сама. – Мне удалось заразить её гнилью и она протухла.

– Ну слава богу! – шумно выдохнул Ржевский и обратил внимание на Стужева и Дока, которые бодрой рысью возвращались за последним «Витязем» – Олегом. Нахмурился, тревожно взглянул на меня и спросил: – Кто-то еще пострадал?

– Олег, Айдар и Денис, – не стала скрывать я и махнула ему рукой, предлагая тоже уйти из этого жутковатого места. – Тварь сумела подцепить ребят на свои крючья, которые выкачивали из них энергию. Надеюсь, живы. Доспехи чуть светятся, значит большой опасности нет. Надеюсь, это обычное энергетическое истощение. Сам как?

– Как после недельного запоя, – ворчливо признался призрак. – Полина, а как ты меня оживила? Можно еще десять порций?

– Для тебя хоть сотню! – рассмеялась с облегчением, но когда мы вышли из разлома, добавила: Только чуть позже, хорошо? Сначала помогу ребятам, а потом займемся тобой. Мне тоже очень не нравится, что ты потерял сознание. Это очень опасно, особенно в разломе. Я даже вынести тебя не могла. А если бы он закрылся, пока ты внутри?

– Не думаем о плохом, Полиночка, не думаем! – вскинул руку поручик. – Всё у нас будет хорошо, иначе просто не бывает. Мы Ржевские!

И то верно.

Так как Док уже успел вызвонить Бориса и тот подъехал на своём фургоне ближе, то парней уже погрузили внутрь. Стужев остался следить за разломом, дожидаясь его закрытия, Ржевский тоже изъявил желание побыть в роще, чтобы потом изучить фон, ну а мы отправились домой.

Не рискуя ничьим здоровьем, уже в операционной я одного за другим вскрыла доспехи «Витязей» и, посоветовавшись с Доком и Сергеем Анатольевичем, проконтролировала впитывание энергетических ядер пациентами. Щену Савелий сунул в руку огненное ядро, Айдару металлическое, а Жуку водяное. И правильно, пусть становятся сильнее! А то где это видано? Что ни разлом, то потеря сознания! Сколько можно?

Сама я все три раза придирчиво контролировала, чтобы ядра усваивались постепенно, тонкой струйкой, не перегружая организмы бойцов шквалом энергии, и именно это по словам Сидоренко было оптимальным вариантом энергетической подпитки. В итоге все трое очнулись снова полными сил и даже выразили желание закрыть ещё разлом-другой. Кулаки так и чесались.

– Ждем командира, – категорично заявил Док. – Как скажет, так и будет. А пока бегом разминаться на тренажеры! И чтоб без нового уровня не возвращались! А то удумали мне тут помирать накануне моей свадьбы! Охламоны! С того света достану и верну! Будете у меня вместе с Ржевским покой мирных граждан охранять!

Посмеявшись, тем не менее бойцы задумались, а потом дружно поинтересовались: сколько ещё нужно поглотить ядер, чтобы повысить уровень. Ну очень актуальный нюанс!

– Думаю, ещё по два-три, а то и по четыре, – прикинул Док, перед этим просканировав каждого. – Будем делать ежедневно под присмотром Полины. Благодаря её контролю, поглощение идет мягко, без рывков. До двойки догоним всех, даже не обсуждается. А потом будем поглядеть. Всем всё ясно? Марш разминаться!

– Так точно! – рявкнул дружный хор и все трое умчались в сторону спортзала.

– А вы? – поинтересовалась у Савелия, который о чем-то глубоко задумался. – Не хотите стать сильнее?

– Да вроде бы и хочу, – хмыкнул Док, – да только целительских ядер, как таковых, боюсь, в природе не существует. Не видел, не слышал, даже не читал. Аномалии же сплошь агрессивные, а целительская энергия – она другого толка. А ментал употреблять не рискну, даже не предлагайте.

– А регенерацию? – предложила я. – Я помогу. Если пойдет отторжение – изыму, я справлюсь. Эй, Док… соглашайтесь! – С каждым новым предложением эта идея нравилась мне всё больше. – Сделаем из вас универсала. Замените меня, когда я… ну, сами знаете. У вас получится, я чувствую! И Ярослава привлечем. Нас уже трое! Не придется никому надрываться и в случае чего сможете оказывать помощь бойцам даже на месте. А?

– Вот умеете вы соблазнять, Полина, – крякнул Савелий. – А вот согласен я! Черт с вами! Сейчас?

– Да.

Ну а чего тянуть, да?

В итоге, никому ничего не сказав и шифруясь, как малолетки, мы с ним заперлись в операционной, сам Савелий лег на стол, я встала рядом с банкой нужных ядер наизготовку, и вложила первое в мужскую ладонь.

Я видела, Савелий дико волнуется, сама тоже ощущала определенный мандраж, но первое поглощение прошло хорошо. Пускай у Дока и выступил пот на висках, а губы пересохли, да и сам он несколько раз морщился от явно не самых приятных ощущений, тем не менее я сумела помочь ему поглотить новую для него стихию и плавно ввести её в ядро, смешав с основной целительской энергией.

Затем под моим присмотром он провел малую циркуляцию, мы убедились, что не происходит ни отторжения, ни отравления, и Док поглотил ещё два ядра. Последнее далось ему уже с усилием и мы сразу поняли, что пока всё. Хватит. Не стоило перегружать не самый юный организм непривычной ему энергией, чтобы не схлопотать передоз и энергетическую кому.

Зато в тренажерный зал Савелий практически побежал. Вприпрыжку!

Сама я, радуясь, что мои планы по расширению состава универсальных специалистов претворяются в жизнь даже быстрее планируемого, для разнообразия сходила в свой кабинет, заглянув в ноутбук и на почту рода и обнаружила там ряд отчетов от Банщикова по разломам. Почитала, порадовалась, полюбовалась на количество нулей на счету рода и снова спустилась вниз, на полдник. Ну или обед, ведь его мы с Егором пропустили, позавтракав только в двенадцатом часу.

Неожиданно позвонил Потапов и, искренне извинившись, информировал, что в течение суток прибудут сразу три борта из разных точек нашей необъятной страны: почти одновременно открылись крупные разломы в Магадане, Владивостоке и, внезапно, в Тбилиси, который территориально входил в состав империи. При этом майор клятвенно заверил, что из Владивостока вместе с ранеными едет один, а из Тбилиси сразу два квалифицированных специалиста, так что проблем по идее возникнуть не должно. Медикаменты и расходники тоже будут, даже не вопрос.

Это здорово…

Но как насчет палат? Каждый борт везет от пяти до восьми бойцов, в общей сложности – двадцать. А мы ещё вчерашних не выписали вообще-то!

Опять уплотняться? Так банально некуда!

В общем, я заглянула в тренажерку, где мужики азартно тягали железо, порадовала Дока всей этой замечательной информацией, на что он смачно ругнулся и пообещал научиться отращивать министрам рога и свиные пятачки, а потом мы начали думать. В принципе тех, кто поступил в понедельник, можно было уже выписывать. Но тех, кого оперировали только позавчера, ещё нет. Итого двадцать семь человек. Тогда как у нас всего четыре палаты по четыре кровати. В каждую можно поставить максимум ещё одну кровать, итого двадцать.

Куда девать ещё семерых?

– Ну, допустим, ещё четверых можно временно разместить в операционной, – прикинул Савелий. – Остаются трое. Нда, задачка уровня «тетрис» – впихнуть невпихуемое… Не в коридоре же их держать, в самом деле!

– В гостиной? – предложила. И самой этот вариант не нравился, но вариантов не оставалось.

– А почему бы, собственно, и нет? – вдруг хмыкнул Док. – Только не в нижней, а в верхней, а? И тех, кто уже на поправку идет. Можно даже всех семерых. У нас вроде никаких посиделок в ближайшие два-три дня не планируется? А парней предупрежу, чтобы лишний раз по этажу не шастали. В туалет только внизу, и в гостиную только в правом крыле, а?

А это мысль!

– Так и сделаем, – обрадовалась я и отправилась к Ульяне – давать задание на приобретение недостающей мебели.

После этого зашла к себе и распечатала документы по раненым, среди которых оказался юный княжич Ираклий Эристов (грузин), затем графский наследник Анатолий Ходкевич из Магадана и напоследок внук генерала Саранцева, Евгений. Генерал был уже в отставке, но Потапов указал в примечании, что прежде курировал службу внутренней безопасности.

И это помимо трех баронетов и одного барона.

Блеск!

А обычные люди в «Витязи» служить больше не идут, да?

Как бы то ни было, унывать я не собиралась и, не поленившись дочитать до места, где Потапов обозначил примерное время прибытия каждого борта, отметила, что грузины прилетят к полуночи, вертолет из Магадана – в районе полудня следующего дня, а ещё через час и последний. При этом именно первая вертушка доставит восьмерых довольно сильных бойцов (большинство тройки-четверки, один ультра), из Магадана везут пятерых и тоже довольно сильных, а из Владивостока семерых, но там преимущественно пятерки, один шестого ранга.

Да уж, попотеть придется всем!

Одно радует – разломы уже закрыты и «добавки» не будет.

Пока обсуждали с Савелием и Сидоренко примерный план действий, вернулся Стужев, обрадовавший нас, что разлом закрылся и ни он, ни Ржевский пока больше не почуяли напряженность в пространстве. К сожалению, прямо сейчас повторить эксперимент не получится: и мне, и Савелию стоит отдохнуть перед множеством операций, да и ребятам лишний раз рисковать не стоит, чтобы быть отдохнувшими и готовыми выехать на любой другой вызов.

Я же вдруг вспомнила, что завтра у нас суббота, то есть как минимум нерабочий день у Ренаты, так что наведалась к ней и поинтересовалась, есть ли у неё кто на примете.

– Знаешь… Нет, – покачала головой моя пока единственная палатная медсестра. – В стоматологии я не прижилась, ни с кем не сдружилась, да и специфика там совсем другая. С нашего курса почти ни с кем не общаюсь. Это тебе надо у Аллы или у Ольги узнавать. Ну или у Анатолия Петровича. Я про Румянцева, ректора медуниверситета. Ты ведь с ним в хороших отношениях?

Точно! И как я могла забыть?

Тут же позвонив Румянцеву, обрадовала его тем, что нам снова везут работу, и нет, не стала просить о врачебной помощи, а вот совета попросила. Найти мне толковую медсестру, которая согласится выйти на работу уже завтра. А лучше подъедет сейчас, чтобы я на неё глянула и одобрила.

– Да, умеете вы озадачивать, ваше сиятельство, – усмехнулся мужчина. – Дайте мне полчаса и я вам отзвонюсь.

Прошло двадцать минут и Анатолий Петрович обрадовал меня, что есть у него кандидатура порядочной женщины. Пятьдесят пять лет, вдова. Екатерина Станиславовна. Последние полгода не работала, ухаживала за тяжело больной матерью, но похоронила её чуть меньше месяца назад, ищет работу. И вроде нигде прямо не отказывают, ни ничего хорошего уже не предлагают – возраст. А опыт у неё хороший. Оперблок, хирургия, травматология. Последние четыре года даже старшей отработала, но сейчас все вакансии заняты, и она готова работать хоть палатной, хоть операционной – жить-то на что-то надо. Пенсию она, конечно, получает, но с зарплатой эти деньги не сравнимы – меньше половины.

– Жду, – заверила мужчину, мысленно потирая руки. Если выгорит, будет у меня и старшая! Толковый руководящий состав тоже просто так не найти, многие с гонором и своим видением идеального отделения.

А ведь по уму мне их надо несколько! Каждую в своё отделение. Но это потом, как госпиталь заработает. Хотя, если подумать, искать персонал надо уже сейчас. Осталось-то всего ничего – каких-то две, максимум три недели!

Как я и надеялась, Екатерина Станиславовна Чернова подъехала в течение сорока минут. Приятная ухоженная женщина с затаенной грустью в глазах, она очень внимательно выслушала меня, затем рассказала о себе, мы заглянули в палаты и затем в сестринскую, где она пообщалась с Ренатой, но в моём присутствии, и когда стало ясно, что женщина готова выйти на работу уже завтра и её всё устраивает (как и нас), я провела ей экстренную диагностику. Убедилась, что никаких противопоказаний к допуску нет и из всех болячек – небольшой невроз и хроническая усталость, попросила приобрести мультивитамины и пропить курс, а так же позвонила Зое, чтобы она оформила мне нового работника.

Пока палатной медсестрой на двенадцатичасовой рабочий день (они будут с Ренатой сменщицами два через два), а дальше видно будет. Покажет себя хорошо – поговорим о должности старшей в какое-нибудь из отделений госпиталя. Всё-таки палатными пусть работают молодые и не особо опытные, а старшими нужно брать тех, кто разбирается во всех тонкостях нашей работы.

Когда и этот не самый сложный, но достаточно важный вопрос был решен, я отыскала Ржевского, которого к своему удивлению обнаружила в гостиной правого крыла, где он вместе с остальными мужчинами с интересом смотрел научную передачу об истории машиностроения (но его никто не видел), и позвала к себе.

Вместе мы поднялись в кабинет и там я, усадив его в кресло и снова для верности окутав мелкой ментальной сетью, пустила по нему разряд энергии регенерации.

– Ну как?

– Ух, бодрит! – воскликнул поручик, лихо подскакивая на ноги и даже пробежавшись до окна и обратно. Подошел ко мне, аккуратно коснулся и аж просиял, когда у него получилось. – Полиночка, ты моя радость! В следующий раз не раздумывай – реанимируй меня сразу! Хм, как думаешь, а с другими так можно?

– Не думаю, – качнула головой. – Всё-таки ментал – штука опасная, не хочу навредить им, не понимая, что делаю.

– То есть… – гусар уставился на меня с некоторым возмущением, – ты действовала наобум?

– Ну да, – я улыбнулась. – Но, как видишь, всё получилось. Да ладно, не трясись. Ты всё равно мертвый. Куда мертвее?

– Вот знаешь… кхм! Не утешила.

Поворчав, но недолго, поручик снова меня поблагодарил, галантно расцеловал руки и, заявив, что отправится на поиск новых пространственных возмущений, убыл на улицу. Я же, прикинув, чем стоит заняться, едва не шлепнула себя по лбу. Вот я балда!

О пациентах-то мы подумали, а вот о врачах, которые к нам тоже летят, нет!

И я снова отправилась на поиски Савелия.

К счастью, о врачах подумал он, да и остальные наши целители, если уж на то пошло – я как раз увидела распечатки документов в их руках и застала момент обсуждения, с кого лучше начать. При этому уже было решено, что Щен и Борис, как самые мобильные, временно переедут со своими кроватями прямо в спортзал (я изумилась, но мужчины не возражали), а всех троих целителей временно разместят в их комнате.

Кровати Ульяна уже заказала.

– Да уж, идея с гостиницей явно вышла провальной, – в итоге цокнула я. – Мои жильцы ютятся кто где, зато в их комнатах кто только ни живет. Кстати, об этом. А вы мне за постой вообще платите?

И посмотрела в первую очередь на Семена и Матвея.

– Неа, – смутился рыжий целитель, но тут же закономерно возразил: – Мы вообще-то командировочные по приказу министерства. Если не путаю. Но нам никто денег не выдавал. Вы правы, надо разобраться. И это… Мы уже на вас работаем или как?

Хороший вопрос!

А ведь я обещала заплатить за помощь и Румянцеву, и Демидову…

А мне самой вообще за это всё заплатили? Между прочим, первые пациенты были выписаны уже неделю назад! Где деньги?

– Док? Вы же отправляли все отчеты в своё ведомство? Что по деньгам?

– Секундочку!

Не тушуясь и позвонив Потапову, Савелий быстро выяснил, что первые отчеты уже обработаны в финансовом отделе и платежи по ним начнут поступать на мой счет уже с понедельника. Выписка по каждому пролеченному бойцу придет мне на почту с детальным разъяснением, это всенепременно. Воронежские целители – командировочные, всё верно. Как нет денег? Непорядок! Потапов разберется. И Сидоренко тоже командировочный, однако уже с подачи графа Каменского. Но тот его уже оформил через ведомство, так что Потапов тоже прояснит этот момент.

Что ж…

– Значит, на меня вы еще не работаете, – резюмировала я, сразу увидев, что целители скисли. – А что такое?

– Да, как бы…

Матвей замялся, но более бойкий Семен ответил:

– Как бы нас обратно не вернули. К вам аж три специалиста летят. Скажут нам выметаться и всё.

– Пф, – я выразительно фыркнула. – Никто из моего дома без моего разрешения выметаться не будет. Я вас в деле видела, меня всё устраивает. Да, не ультра-класс, но и Москва не сразу строилась. Так что если хотите остаться в моем будущем госпитале, пишите своему руководству рапорт на перевод. Оформлю вас пока в приемное отделение, опыта вам как раз на него хватает с избытком, а как нормально откроемся, так уже будем смотреть, у кого к чему душа лежит. Ну как? Согласны?

– Да!

– И даже про зарплату послушать не хотите? – улыбнулась с лукавством.

– Э-э…

Мужчины переглянулись и, смутившись, кивнули.

– Хотим.

– Сколько вы получали у себя?

– Восемьдесят, – вздохнул Семен. – Это если со всеми ночными и в полторы смены. – Ну а так шестьдесят плюс-минус.

Да уж… По меркам медсестры – шикарно. По меркам графини и врачей из частных клиник – ни о чем.

– В общем, что я могу предложить? – подумав, поняла, что прямо так сходу сказать будет сложно, ведь всё действительно зависит от количества дежурств и общей нагрузки. – Думаю, от сотни до полутора вы точно получать будете. Скорее всего больше. Конкретную сумму скажу на днях, когда обсудим это с моим бухгалтером. Пока госпиталя нет, питание и проживание – тысяча в сутки. Заплатите, как получите командировочные. Подойдете к Ульяне, она всё просчитает. Как только будет готов госпиталь и сдан жилой дом – выбор за вами. Можете найти себе квартиры в городе, а можете забронировать место на первом этаже общежития. Квартиры я отдам семейным, таким, как Жанна, это не обсуждается.

В два голоса заверив меня, что предложение идеальное и общежитие на первое время – то, что надо, следом целители поинтересовались, могут ли они позвать друга. Мол, рукастый и башковитый, как раз то, что мне нужно.

Выяснив ряд моментов, дала добро, но сразу предупредив, что пока будет только собеседование, без работы и проживания. Селить нам больше некуда.

Глава 7

Когда и этот вопрос был решен, неожиданно поинтересовался своей судьбой Сидоренко, в привычной ему рассудительно-доброжелательной манере заявив, что тоже желает работать именно в моём госпитале. Мол, отдохнул он на пенсии полгодика – и хватит. А тут у нас и движ, и поколение молодое растить надо… А квартирку он купит сам, для него это не проблема. Но работать хочет именно хирургом, никак иначе. Можно совместить с заведующим, но чтоб был доступ к операционной.

– Должность ваша, – заверила я его с нескрываемым удовольствием и повернула голову к задумчивому Демидову. – А вы что скажете, Ярослав?

– Командуйте, ваше сиятельство, – улыбнулся он. – Я ваш с потрохами. Кем поставите?

– Как насчет вакансии полубога? – улыбнулась, хитро переглянувшись с Савелием, который тоже расплылся в предвкушающей улыбке. – Мы тут подумали с коллегой и решили, что ваша регенерация обязана получить развитие и должное применение. На моём примере видите, что в тандеме с целительством она идеально его дополняет. А если получится научиться скрывать доспехи, то цены вам не будет. Что скажете?

Озадаченно кхекнув, мужчина серьезно задумался, но потом просветлел лицом и кивнул.

– Я ваш от и до, Полина Дмитриевна. Готов. Что делать?

– Пока ничего, – покачала головой с улыбкой. – Сейчас ваша главная задача – встать на ноги. Кстати, как нога?

– Как новенькая! – сочно рассмеялся Демидов и посмотрел на меня так, что стало даже немного неловко. – Мы с Сергеем уже закончили курс насыщения хряща кальцием, сейчас разминаем с Жанной. Но что я хочу сказать? Как родная! Обещайте на свою свадьбу подарить мне танец.

Рассмеявшись, кивнула.

– Обещаю. А вы готовьтесь – починим всех, кого к нам привезут, займемся вашей второй ногой, а потом и за развитие регенерации примемся.

Мы поболтали ещё немного, причем о всяком разном. Сидоренко намекнул, что у него есть знакомый профессионал, который тоже горит своей работой, причем выдающийся в своём городе нейрохирург, к тому же ещё не очень старый (чуть за пятьдесят), но вот незадача – нет у него правой кисти. В аварии раздробило. Напрочь. Протез-то поставили и в быту он с ним прекрасно управляется, но для целителя важны обе руки и путь в магическую медицину ему перекрыт напрочь. Только и остается, что работать медстатистиком, да заведующим, но грех такого специалиста раньше срока со счетов списывать.

Вот если б я его глянула…

– Приглашайте, – согласилась. – Глянем. Если человек достойный, будем возвращать руку.

В итоге договорились, что оба: и Михаил из Воронежа, и Петр из Калуги подъедут ко мне в понедельник после обеда (это если никакой форс мажор не случится), а потом меня нашел Стужев и утащил наверх.

Во-первых, ужинать, во-вторых, тискать Арчи, в-третьих, отдыхать. Первых бойцов привезут к полуночи и стоит решить, будем ли мы хоть кого-то из них лечить сразу или всех оставим на утро. А если будем, то стоит отдохнуть заранее. Хотя бы часа три, но подремать.

– Не хочу, – сморщила нос, но позволила после сытного ужина утащить себя на кровать и сама обняла Егора, как та самая панда – свой бамбук. Арчи к этому моменту уже сладко сопел на своей подстилке, ведь днём набесился с ребятишками и Ульяной, которая за ним охотно присматривала в отсутствие Егора. – Но с тобой полежу с удовольствием. Ты ведь ничем не занят?

– В твоём полном распоряжении, – заверил меня почти муж. – И если не спится, то хотел бы обсудить некоторые нюансы по свадьбе. Сама знаешь, время летит неумолимо, стоит озадачиться этим уже сейчас.

– О, да, – вздохнула, но сразу воспряла. – А мы с девочками уже озадачились! Немного.

Следующие два с половиной часа мы азартно обсуждали самое разное. Сначала я рассказала о нашей идее сделать свадьбу капельку тематической: в определенном цвете. Егору идея понравилась, тем более это касалось лишь женских платьев, но никак не мужских костюмов. С них будет достаточно и галстуков, либо бутоньерок нужных оттенков, надо будет подумать. Своим родителям он уже позвонил, они оба искренне за нас рады и приедут за пару дней до торжества, так что надо будет подумать, где их всех разместить. А потом мы стали думать, где именно будем праздновать свадьбу и о списках гостей. В идеале сначала стоило определиться именно с гостями, чтобы понять, какие площади нам понадобятся. На двадцать человек? Тридцать? Пятьдесят? А может и вовсе сто?

В общем, начали считать. С моей стороны только мать. Совсем не приглашать нельзя, всё-таки… мать. Затем все до единого домочадцы, включая слуг и детей. Это двенадцать человек и Ржевский. Затем Светлана Прокопьевна, Рената и Алла, Жанна с сыном, Тимур, все до единого целители. Ректор! Естественно, Банщиков и «Витязи», даже не обсуждается. Немного подумав, упомянула и Зою, и Вадима, и даже Соловьева с Алещуговым. Все они, так или иначе, внесли немалый вклад в моё становление, как графини. И просто были хорошими людьми.

У Егора семья оказалась больше: родители и сестры, Петр с супругой и отпрысками и Лидия с дочерью. Последнюю я бы с радостью «забыла», но всё же родня. Ну а будет вести себя вызывающе – отправлю на унитаз, у меня с этим быстро. Помимо этого Егор хотел бы пригласить и своих друзей, которых набралось примерно десять пар. Кто-то с женами, кто-то с подругами. Но это не точно.

Итого… Шестьдесят пять человек. Плюс-минус. Возможно, кто-то подтянется ближе к празднику. Например, Екатерина Станиславовна. Если окажется действительно хорошим человеком и просто профессионалом своего дела, будет странно приглашать остальных, но не её. Опять же Михаил маячит на горизонте, как и Петр. Да и в целом открытие госпиталя.

В итоге решили, что народу наберется от шестидесяти до сотни, окончательно смотреть будем ближе к дате.

Когда этот вопрос был решен, мы перешли к обсуждению места. Я хотела открытый павильон и торжество на улице, но это если погода не подведет. Стужев шутливо заверил, что персонально отгонит от Твери все тучи заранее, лишь бы ничто не испортило нам праздник.

А я подумала о разломах… Может и их все заранее ликвидировать? Эх, мечты-мечты…

В общем, договорились, что завтра я всех лечу, а Егор ищет нам место и распорядителя, который займется всем, чем обычно занимаются такие люди на свадьбах. Поиском нужного цвета пригласительных, составлением цветочных композиций, меню, программы, платья для невесты… В общем, всем-всем, чтобы я не волновалась ни о чем. Мне и так есть чем заняться.

Финансовую сторону вопроса он тоже берет на себя.

– Я говорила, что люблю тебя?

– М-м… Сегодня вечером точно нет.

– Люблю.

– Вечность бы слушал.

Увы, время неумолимо подбиралось к полуночи и совсем скоро я услышала стрекот вертолетных лопастей. Даже пошутила, что воякам пора строить тут полноценную вертолетную площадку для удобства, на что Стужев хмыкнул и «по секрету» сообщил:

– Да, я уже рекомендовал им подумать над этим. Всё-таки дорожное полотно и берег не предусмотрены для частых посадок вертолетов. Мы с Доком уже прикидывали, чуть дальше будущего госпиталя есть пустырь, там раньше была платная огороженная автостоянка, но сейчас заброшена. Не знаю, почему. Я подал мысль Ибрагимову, дальше пусть сами думают. Идем, глянем, кто прибыл.

Мы как раз успели спуститься вниз, встретив в холле и капитана Шапошникова, который тоже у нас прописался (бесплатно, непорядок!) и уже встречал сопровождающего, который летел с ранеными. Капитан Тамаридзе был типичным горцем с орлиным носом и горячим взглядом темно-карих глаз, но обо мне уже явно наслышан, потому что первым делом отдал честь и представился, затем вручил сопроводительные документы на бойцов и целителей и деловито поинтересовался, куда всех размещать.

– Да прямо сюда, – разрешила я щедро, показывая на холл рядом с собой. – Дальше мы сами.

При этом первыми бойцы сопровождения начали закатывать каталки, но где-то между пятой и шестой в особняк вошли два возрастных дядечки на вид лет шестидесяти. По ощущениям – под сотню. Оба невысокие, но крепкие, с ясными и очень умными глазами. Первый был до ужаса похож на Эйнштейна – особенно непокорными кудрями и усами цвета соль с перцем, звали его Вахтанг Лионидзе. Без отчества. Да, он сам попросил. Второй горец был ещё более седым, но лысым, зато с бородой. Звали его Давид Ратиев.

Оба были целителями первого уровня и сходу попросили звать их исключительно по именам. При этом меня уважительно называли «ваше сиятельство» и никак иначе, искренне поблагодарили за наличие обустроенной комнаты, попросили позаботиться об ужине для них и дали понять, что через полчаса будут готовы к операции. Ну или операциям, как пойдет.

А как пойдет?

Присмотревшись ко всем без исключения пострадавшим, которым не повезло зачищать мощную лавовую аномалию (все до единого были горелыми пирожками), я прикинула свои шансы не перенапрячься, и поняла, что они крайне низки. Придется действовать поэтапно.

И, пожалуй… Да, надо попробовать. Надо!

Но сначала проконсультируюсь с остальными.

Пока Док, как самый компанейский из нас, помогал разместиться приезжим аксакалам, Стужев, спустившийся вниз вместе со мной, изучал пострадавших откровенно мрачным взглядом. И я точно знаю, какие в этот момент его одолевали мысли.

Слишком много. Слишком много для меня одной…

Но разве я одна?

– Егор, – я сама шагнула к нему и привлекла внимание, первая обняв его за талию, – только без паники. Моя главная задача – вскрыть. Остальным займутся специалисты. Клянусь, я буду себя беречь, мне есть ради чего жить.

– Ты самая умная и проницательная Зараза, – мягко усмехнулся Стужев, обнимая меня в ответ. – Начинаю подумывать над тем, чтобы тебя переименовать.

– О, нет, не надо, – запротестовала со смехом. – Мне очень нравится мой позывной. Оставляет простор для действий. А ты шел бы спать, а? Обещаю, присоединиться максимум часа через два-три, не позже. Лучше хорошенько поработаем с утра, как все отдохнут. Кстати, поздравляю с единицей. Как насчет того, чтобы сделать тебя ультрой?

– Яд… – Егор поморщился, – не самая приятная стихия. Но ты права. Смотрю на этих бойцов, вспоминаю сегодняшний разлом и четко знаю – ты права. Не время быть слабым. Займемся сразу, как освободишься и отдохнёшь. И только под присмотром Дока. Хорошо?

– Как скажешь.

Я была само благоразумие, заодно подумав о том, что стоит приживить регенерацию и Стужеву. Почему нет? Он сильный маг. Опытный мульт. Он справится, уверена. Тем более регенерация сама по себе довольно мягкая способность, Док даже не пикнул.

А уж под моим присмотром и вовсе всё пройдет идеально!

Хм, а если… Сначала приживить регенерацию? Всем по очереди нашим ребятам, а? Это ведь будет настоящий прорыв! Даже если не научатся сходу использовать её сами, то мне будет намного проще их лечить, как в случае с Ярославом!

А ведь это идея, черт возьми! Гениальная идея!

И почему она не пришла мне в голову раньше?

Осталось только узнать, сколько у нас этих ядер всего, чтобы не прогадать. Да, это очень важно!

В итоге, когда мне удалось отозвать в сторонку Дока, в моей голове роилось столько интересных мыслей, что я вывалила их на Савелия одним махом. Он даже растерялся поначалу.

– Так, стоп. Полиночка, не так быстро. Про Егора понял, одобряю. Но не яд, ни в коем случае. Опасная штука, очень. А вот регенерация – это мысль. Отличная, скажу я вам, мысль. Свою я уже, можно сказать, почти освоил и даже кое-что опробовал, мне понравилось. По ядрам так сразу не скажу, но я себе запасец изначально оставлял сотни в две, надо глянуть, сколько осталось. На наших точно хватит. Идея великолепная, поддерживаю от и до. Но не с разбегу, постепенно. А вот насчет Вари не совсем понял. Вы уверены?