Текст книги "Сказки Королевства. Часть 2 (СИ)"
Автор книги: Елена Добрынина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)
– Ага, я тоже видел… – Альм вклинился в разговор с непринужденностью несущегося во весь опор экипажа. – Как сверкнет, как зыркнет, – все чуть не попадали… Кстати, я тоже не прочь разделить сладость общения с вашим Владетелем….
Взгляды всех присутствующих обратились к мальчишке. Ашт-Ар смотрел на сорванца изучающе и неодобрительно, Стражница с Целителем – задумчиво и самую капельку тоскливо.
– Я бы, конечно, не рекомендовал, – шепнул Аодхан второму советнику, – но он все-равно везде пролезет.
– Нет так нет, я просто предложил, – тут же развел руками Балагур и смиренно отошел в сторонку, будто и не замечания, как взгляды, направленные в его сторону, тут же сменились на настороженные,
достал из кармана губную гармошку, и над лагерем опять понеслись душераздирающие стоны.
Белый дромадер повернул в сторону мальчишки красивую гордую голову и издал странный, утробно-урчащий звук, на который тут же откликнулись остальные животные, одобрительно склоняя шеи.
– А им нравится! – сообщил мальчишка Целителю слегка обиженно.
– Может, мне бы тоже нравилось, будь я пустынным животным, – пожал плечами тот.
Советник же внимательно прислушивался к звукам и неожиданно подал голос
– Этот достойный юноша может ехать с нами.
– Слышал, я достойный юноша! – мальчишка хвастливо поиграл бровями.
– Я тоже так считаю, – неожиданно согласился Аодхан, – только нужно уточнить, чего достойный-то… Подзатыльник, например, ты сегодня вполне уже заслужил. Ну что, Мэбхн, порадуем Великомудрого своим визитом? Виверн его знает, когда еще представится такая возможность..
Ехать пришлось целый день. Дромадеры шли, казалось, неспешно, плавно, меланхолично даже, но скорость держали неплохую. Альм время от времени слезал со своего непривычного средства передвижения, идущего последним в караване, догонял своих друзей и трусил рядом дабы поболтать..
– Господин Ибдхард! – окликнул он в очередной раз Целителя. Тот посмотрел на мальчишку, оторвавшись от книжки, из которой что-то перерисовывал с подозрительно довольной улыбкой.
– Почему, кстати, «господин»-то? – продолжал меж тем паренек. – Виррэн даже мне титул отстегнул, а уж тебя-то вряд ли бы обошел стороной. Так что спорить готов, что ты у нас минимум эйяр.
– Да у нас тут, вообще, как я погляжу, куда пальцем ни ткни – в лорда попадешь, – заметил тот не слишком довольно. – Ты чего хотел?
– Спросить… Ты Айру у себя оставишь?
– Разумеется.
– Чудненько. Тогда я от вас снова к драйгам отправлюсь, не дают они мне покоя.
– Прямо сейчас? – в голосе исследователя послышалась надежда.
– Ну уж дудки, пока никуда я от вас не денусь. Кстати, на тебя я до сих пор обижен.
– Отомсти мне и со мной не разговаривай, – предложил Аодхан.
– Не-а, – весело подмигнул Альм, – я лучше в честь тебя песнь сложу.
Целитель закатил глаза.
– Только сделай одолжение, исполняй ее перед своей благодарной публикой, – и легонько потрепал своего дромадера по загривку.
Мальчишка ухмыльнулся лукаво и вернулся в конец каравана.
Только к середине ночи караван прибыл к стоянке кочевников. Дорога порядком утомила всех гостей племени, но, когда на горизонте показалось поселение племени, об усталости уже никто и не вспоминал.
– Ух ты, откуда среди песков такая пышная растительность? – удивился Альм, рассмотрев на горизонте пальмы, зеленую траву и кустарники, и с нетерпением уставился на Ашт-Ара в ожидании ответа.
– Владетель пустыни наделен величайшим даром чувствовать воду и призывать ее по своему желанию, – отвечал второй советник. – Там, где долго стоит наше племя, возникает оазис, – он сделал широкий плавный взмах рукой.
– Правитель пустыни обладает водной магией, действительно удобно, – одобрил Целитель.
Когда караван подъехал еще ближе, стало видно, что вся растительность и сама стоянка расположены около не слишком большого серповидного озера. На другом берегу серпа, прямо по центру его «лезвия» высился широкий, величиной с несколько обычных, белый шатер с красными и черными узорами.
– Жилище Великомудрого? – осведомился Аодхан у их проводника.
Тот учтиво поклонился в знак правильности такой догадки.
– Владетель Али-Ран примет вас завтра, сейчас же вы можете дать отдых телу и душе в ваших покоях. Вот шатер для вас, – Ашт-Ар указал на бело-красную палатку неподалеку от того места, где они стояли. А для девы-воительницы похожий установлен на женской половине оазиса, – он махнул рукой на противоположный край «серпа».
– Хм… – Аодхан задумчиво смотрел то на палатку, в которой им с Балагуром предстояло обитать, то на самого Альма, сияющего ярче начищенного медного таза, – а нельзя их с Мэбхн местами поменять?
– У нас так не принято, – сокрушенно покачал головой советник, словно этот факт глубоко печалил его самого. – Женщинам нельзя на мужскую половину. Жены могут жить в шатре у мужа, если он так хочет… – и, прежде чем Целитель успел что-то возразить, добавил: – тогда они должны носить покров и прятаться от взглядов других мужчин, чтобы не вводить их в искус.
– Понятно… вообще не наш вариант, – подытожил мальчишка, поглядывая на посмеивающуюся Стражницу, – так что, господин Ибдхард, сладость общения нам сегодня делить с вами, – и он широко улыбнулся начинающему кипятиться Аодхану.
– Покров только не забудь нацепить, – буркнул тот сердито, – желательно звуконепроницаемый, а то я уже чувствую непреодолимый искус… Надрать тебе уши, например.
– Господин Ибдхард! – раздался в темноте громовой шепот Альма.
– Изыди!
– Ваше Целительское Величество!
– Сгинь!
– Аодхан!
– Ну, чего надо?
– Как по-твоему лучше «.. всем хорош, но грубиян».. или «…умник, только хулиган»?
– Юное дарование, – проникновенно протянул Целитель после непродолжительного молчания, – смотри не захлебнись в своем таланте.
– Тогда явно первый вариант, – решил Альм и добавил ворчливо: – Ты, кстати, в курсе, что твоя фамилия ни с чем не рифмуется?
– Я должен переварить эту трагическую новость, – пробормотал Целитель и добавил громче: – в тишине. Так что, Альм, катись к вивернам.
Новый день принес гостям племени массу новых впечатлений. Ранним утром, едва приезжие успели глаза со сна продрать, к ним в шатер зашли двое молодых мужчин-кочевников. Один поставил на середину шатра широкий поднос, полный угощений. Второй – тяжелый кувшин с водой и две стопки чего-то из белой ткани – то ли одежды, то ли полотенец.
Оба прислужника молча поклонились удивленно взирающим на них гостям, и тихо выскользнули из шатра.
– Ух ты, смотри, чем тут кормят, – Альм сразу же оказался рядом с подносом и протянул было к особенно приглянувшемуся ему лакомству свою пятерню, но тут же, ойкнув, отскочил и, потирая затылок, недовольно уставился на Целителя. Тот, возлежал на своем спальном месте, приподнявшись на локте, и с благодушным видом поигрывал круглым белым камешком, невысоко подбрасывая его вверх.
– Сначала мыть руки, юное дарование, – назидательно проговорил Аодхан.
– Не думал, что ты такой зануда, – покачал головой мальчишка, – бессмертным существам не пристало париться по такой ерунде.
– Вот, помню, в бытность мою практикантом, – слегка мечтательно начал Ибдхард, даже потянулся с видимым удовольствием, – пришлось нам как-то выводить из брюха одного грязнули паразита длиной…хм… ну, можно было бы два раза вокруг шатра обмотать и на бантик завязать… Его потом даже в банке заспиртовали в назидание тем, кто руки перед едой не моет. Паразита, не грязнулю..
– Умеешь же ты настроение испортить, – проворчал Альм, но на водные процедуры, тем не менее, отправился, – и аппетит, между прочим, тоже.
Целитель скептически хмыкнул, сел, скрестив ноги, и с любопытством принялся изучать стопку белых одежд, лежащих перед ним.
Балагур, не смотря на жалобы запихнувший в рот сладкий медовый пирожок, через минуту присоединился к этому увлекательному занятию.
– Эй, так нечестно… твое лучше, – вынес вердикт мальчишка, – у меня простая тонкая рубаха и штаны, а у тебя и вышивки всякие, и фасончик явно поинтереснее..
– Утешься и съешь еще чего-нибудь, – радушно предложил Аодхан, пристально изучая как раз вышитый узор, – желательно как можно более клейкое и вязкое..
– Что там такого интересненького? – сразу сделал стойку Альм, пропустив рекомендацию мимо ушей.
– Примитивные народные мотивы, – не спеша разглядывая странного вида платье, произнес Целитель.
Вся вышивка состояла из белых и черных кругов со спиралью и повторяющейся крапинкой в центре. Иногда эти круги сливались в один большой, иногда располагались рядом, ведя странную игру.
– Ммм… вон там на тарелках такие же, – мальчишка ткнул пальцем в сторону угощений, – дашь померить?
Мужчина только красноречиво приподнял темно-рыжую бровь, мол, не советую, а затем встал и подошел к подносу. Юнец был прав: по бокам глиняных тарелок и пиал также тянулась вязь белых и черных кругов-спиралей.
– Руки не забудь вымыть, – буркнул сорванец и, шикнув, схватился за лоб: следующий камешек, щелчком брошенный Целителем отправился именно туда.
– Эй, ты мог мне глаз выбить! – запротестовал Балагур.
– Мог, – согласился Аодхан, – но я, видишь ли, милостивый, поэтому ограничился пока синяком. Цени.
Пока «милостивый» изволил трапезничать, Альм усердно переодевался.
– Ну как? – хвастливо подбоченился паренек и покрутился, демонстрируя новый наряд.
Помимо рубахи и штанов из тончайшей молочно-белой шерсти дромадеров на нем наличествовал короткий жилет из той же ткани с некоторым подобием капюшона.
– Превосходно, – одобрил Целитель, – знаешь, что мне нравится в этой одежде больше всего?
– Что? – не без подозрения осведомился мальчишка.
– Отсутствие карманов. Возможно, это убережет наши уши от новых граней твоего таланта.
Паренек сначала сделал вид, что надулся, а потом не выдержал и задорно рассмеялся.
– Что планируешь делать? – спросил он.
– Сначала, пожалуй, стоит узнать, когда у уважаемого Владетеля приемные часы, а потом найти кого-нибудь, кто сможет мне ответить на ряд вопросов. Их у меня накопилось… определенное количество.
– Ладно, жду тебя снаружи, – уведомил Балагур и, натянув капюшон на русую голову, вышел из шатра.
Аодхан появился несколько минут спустя. Одет он был сходно со своим юным коллегой, только вышитые понизу рукава рубашки безжалостно закатал и капюшон своего удлиненного, до колен, расшитого жилета накидывать не стал.
И началось веселье.
– Любезнейший, где тут у вас целители обитают? – обратился рыжеволосый гость к первому попавшемуся на его пути местному жителю. Тот, увидев перед собой незнакомца, неожиданно начал кланяться, что-то бормотать и предпочел быстренько исчезнуть из поля зрения последнего.
Аодхан удивленно посмотрел на Альма, тот в ответ только плечами пожал.
Вторая попытка оказалась ничуть не лучше.
– Виверны знают что, – высказался Целитель, – попробуем иначе… Милейший, где тут у вас Ашт-Ар бегает, не подскажете?
Третий по счету пойманный кочевник, услышав знакомое имя, тут же закивал и показал рукой на стоящий в стороне шатер. Там-то и был найдет второй советник. Гостей он встретил со всем почтением, но столь ранним их приходом, кажется, был удивлен.
– Великомудрый Али-Ран приглашает вас в свой шатер вечером, когда зной уступит место живительной прохладе и беседа будет особенно приятной, – ответил он на вопрос о времени их визита.
– Это похвально, – кивнул Аодхан, – но нам бы кое-что узнать, а народ у вас что-то нервный слишком…
– Вы можете спросить все, что вас интересует, у меня, – смиренно вздохнул Ашт-Ар.
По мере того, как господин Ибдхард озвучивал свой «ряд вопросов», томные веки второго советника все больше и больше приподнимались, так что под конец глаза его стали напоминать две большие голубые плошки. И было с чего: вопросы подобрались на диво разнообразные – от методов исцеления и местных лекарств до состава некоторых блюд и значений символики, от способов ведения хозяйства и специфики местных диалектов до некоторых «несоответствий вашего фенотипа местности проживания»…
– Светлая кожа легче обгорает на солнце, но вы все-равно живете в подобном климате… – как раз пояснял Целитель свой последний вопрос..
Альм стоял слегка позади своего старшего товарища молча, но с таким хитрющим видом, будто сам эти вопросы придумывал.
– Давайте сделаем так, – чуть помолчав, ответил советник, – мы осмотрим оазис, а потом я отведу вас к Иль-Сину – он отвечает за приготовление лекарств и эликсиров и сможет дать исчерпывающие ответы на эту часть ваших вопросов. Что касается интереса к нашим культурным особенностям, Великий Владетель сможет, как никто лучше, рассказать вам об этом.
На том и порешили.
Прогулка по оазису вышла очень познавательной.
– «А тут у вас что?» – «Ну-ка, ну-ка, как вы сказали?», – «А по-другому пробовали?», – «А это что за значки?» – «А можно узнать, сколько времени это занимает?» – «Почему нельзя?» – «А можете продемонстрировать?»… – вопросы сыпались из Аодхана словно из прохудившегося мешка, полного под завязку, изрядно нервируя всех окружающих, кроме него самого и Альма.
– Ты отбираешь у меня хлеб, – с веселым видом пожаловался ему последний, – обычно не давать всем скучать – моя забота. Но ты и сам неплохо справляешься.
– Что мне совершенно не важно, так это то, скучают эти господа или нет. А вот образ жизни их весьма и весьма интересен. Только сведения из них хоть палкой выколачивай. Вот выращивают они ячмень, пальмы финиковые, опять же… а сколько времени надо, чтобы эдакую красоту организовать, не признаются. То ли здесь они годами здесь сидят, то ли и маги жизни среди них имеются. Попросил показать, как они воду ищут и к поверхности ее призывают – разволновались так, будто им что-то непристойное предложили… Надеюсь, хотя бы их Иль-Син окажется более разговорчив.
Главный лекарь кочевников – нестарый еще мужчина с небольшой светлой бородкой, заплетенной в замысловатый жгут, носил на лбу широкую полотняную повязку и длинные волосы убирал в тугой узел, дабы ни один волосок ни попал в снадобье. Беседа их с Целителем длилась не один час. Все, что касалось лекарств и ингредиентов, Иль-Син обсуждал охотно, показывал и редкие яды, добытые у
самых разных обитателей пустыни, и необычные пустынные растения, больше похожие на колючки, и о методике диагностики, которую узнал от деда, а тот – от своего деда, рассказывал вполне открыто. Да и, в целом, производил впечатление на редкость интеллигентного и просвещенного эльна. Но стоило сделать шаг чуть в сторону и спросить о значении тех же самых вышитых символов, – и все: он, как и остальные кочевники начинал глупо кланяться, а то и воздевать руки вверх, к величайшему неудовольствию своего коллеги.
От леди Мэб Аодхану время от времени прилетали вестники, судя по смешкам и покачиванию головы последнего, весьма вольного содержания.
– Чем так занята наша «дева-воительница»? – принялся за расспросы Альм, – и где она, кстати?
– На женской половине. Читает женщинам пустыни лекции о… всякой чепухе. Имеет феноменальный успех. Пишет, нам лучше пока туда не соваться…
– Ого, – впечатлился мальчишка, – лекции о свержении тиранов-мужчин, что ли?
– Нну, можно и так сказать, – загадочно протянул Целитель, и парнишка вконец развеселился.
– Печенкой чую, Владетель еще десять раз пожалеет, что вас сюда притащил.
Великомудрый пригласил приезжих под сень своего шатра, когда жара пошла на убыль. К этому времени Аодхан с Альмом вволю нагулялись, освежились и снова были полны жаждой деятельности.
Прислужники провели гостей под просторный купол, усадили на расшитые циновки вокруг красной скатерти, сплошь заставленной яствами. Светловолосые девушки с кувшинами в руках, разодетые по местной моде – в широкие штанишки и короткие кофточки тут же легкими гибкими движениями приблизились к гостям, наливая в их кубки неизвестный напиток, бросая на них любопытные взгляды и тоненько хихикая. Еще одна светловолосая в похожем же наряде уже восседала на циновках и на вошедших смотрела, слегка прикусив губу. Стайка «подавальщиц» тут же набежала к ней и принялась, смеясь, быстро-быстро что-то наговаривать, постреливая глазками в сторону приезжих.
– Ну и что это, Мэбхн? – наконец не выдержал Целитель. – Вы свергли Владетеля и устроили тут матриархат?
Девушки пришли от его слов в ужас и, захлопав голубыми глазами, уставились на Стражницу.
– Не пугай девчонок, – рассмеялась леди Мэб, – Великомудрый скоро будет. Здесь такое представление о гостеприимстве: сначала нужно дать время гостям оглядеться, расслабиться, поговорить друг с другом, а потом уже настает черед хозяина их беседой развлекать.
Альм, не терявший времени даром, уже вовсю ухмылялся и подмигивал подавальщицам, вызывая у тех новые приступы смешливости и румянец на щечках. На соседа мальчишки они поглядывали несколько боязливо, но тот их словно и не замечал вовсе: смотрел неотрывно и тягуче исключительно на гостью в голубом и, если судить по неуловимо меняющемуся выражению на лицах этих двоих, между ними происходил внутренний, неслышный остальным, разговор.
Спустя несколько минут установившееся было равновесие в шатре было нарушено появлением Владетеля с сопровождением.
Трое мужчин появились из-за плотной занавеси, отделявшей это помещение шатра от соседнего и заняли свои места на циновках по другую сторону скатерти. Тот, что сел во главе стола, очевидно, и был Великим Али-Раном: и манера держаться и внешний вид его отличались от остальных кочевников. Возраста Владетель был довольно почтенного, но от старости весьма далек. Держался величественно, обладал достаточно мягкими для кочевника чертами лица. Его волосы и тонкая длинная борода выкрашены были в золотисто-рыжий цвет, одежды же он предпочитал носил черные, густо расшитые шелком и серебром. Светлые, почти белесые глаза, смотрели из-под тяжелых век пристально, почти также обманчиво-расслабленно, как и у сидящего по его левую руку Ашт-Ара.
По правую руку Владетеля расположился сухощавый старец, одетый, как и второй советник, в красное с белым, с благообразной седой бородой и очень цепким взглядом на изборожденном морщинами лице.
– Мы рады приветствовать в своем шатре тебя, Айо-Дхан, тебя, дева-воительница и вашего юного друга. Будьте здесь гостями и да озарит Солнце ваш путь, – начал на правах хозяина Великомудрый. Его приятный голос журчал прохладным ручейком среди жаркого дня.
– Мы тоже все переполнены счастьем, – скороговоркой произнес Аодхан, заставив Али-Рана моргнуть, а Мэб украдкой закусить изнутри губу, дабы не расплыться в невежливой улыбке, – но очень бы хотелось знать, что же послужило этому причиной.
– Разделите с нами нашу пищу и насладитесь сполна вкусом и ароматом блюд, – все также неторопливо отвечал Владетель, – о делах же поговорим после.
– Да чтоб тебя виверны драли, – буркнул под нос и так измученный ожиданием Целитель, и тут же три пары глаз с подозрением уставились на него.
– Айо-Дхан пожелал вам новых… ранее не изведанных наслаждений, – широко улыбнувшись, «перевел» Альм.
– Их самых, – не слишком радостно подтвердил главный переговорщик.
Угол тонких губ Ашт-Ара странно дернулся, но он смолчал. Взгляды Али-Рана и старика потеплели, кажется, подобное пожелание пришлось им по вкусу.
– Мне передали, что за день вы успели осмотреть чуть ли ни все, что есть на оазисе, – начал неспешную беседу Владетель, едва гости наполнили свои тарелки, – и как вы находите наши края? – последний вопрос был задан тоном столь куртуазным, будто Владетель находился сейчас не в шатре кочевников, а на великосветском приеме.
– Чудесные края, Ваша Мудрость, – поспешила ответить Мэб, – здесь столько удивительных и необычных для нас вещей…
–.. о которых никто не может дать нам вразумительный ответ, – продолжил Аодхан, – да и народ здесь несколько… дерганый. Сказать толком ничего не могут, только кланяются.
– Они покорны воле Великого Али-Рана, – раздался сухой надтреснутый голос старца. Речь рыжеволосого ему явно пришлась не по душе.
– Разглашение важных сведений чужакам карается у нас смертью, – лакомясь сладким южным фруктом пояснил Великомудрый. – Перестраховываются и правильно делают.
Повисло напряженное молчание.
– Может, тогда вы нам хоть что-нибудь разгласите? Вас же вряд ли касаются эти… досадные ограничения? – не без ехидства поинтересовался Целитель, смотря прямо в глаза Владетеля.
Старик было вскинулся, возмущенный столь непочтительным поведением, но был остановлен жестом своего господина.
– Подожди, Аль-Хаим. Солнце не преклоняется ни перед кем, свет его в равной степени простирается на все, что есть под ним, и ярость его неудержима, – произнес он непонятное и повернулся к гостю: – Ашт-Ар передал мне твои вопросы, и, хотя число их велико, я постараюсь ответить на те, что смогу..
Наш народ пришел на эти земли так давно, что мы не участвовали в битве эльнов за владычество, после которого боги создали Королей. Мы всегда почитали только богов, и так и останется впредь. Что составляет нашу жизнь здесь, в пустыне, что делает ее возможной? Солнце, дающее тепло, силу, саму возможность жизни и оно же карающее и сжигающее… луна, дающая прохладу, воду, темноту и покой глазам. День и ночь. Огонь и вода. Жизнь и смерть. Мужчина и женщина. – по мере того как голос Великомудрого Али-рана журчал, обволакивал, пальцы его водили по рисунку на черном вышитом рукаве, поглаживая то белую, то черную спираль попеременно.
– Ты видишь, за простотой этих символов скрывается очень много значений.
– Двойственность мира, это я понял, – кивнул Аодхан.
Сейчас на его лице и следа не осталось от недавнего недовольства, глаза горели интересом и неотрывно следили за действиями Владетеля.
– Белые круги – это, очевидно, солнце…
– Да, в полной своей силе светило становится белым и свет дает такой же, – согласился Али-Ран и продолжил: – Мой род, род Владетелей всегда обладал способностью призывать воду…
– Поэтому ваш наряд черного цвета? – вклинился в разговор Альм.
Великомудрый кивнул, подтверждая правильность догадки и продолжил:
– … поэтому половина благословения богов, – его пухлый палец погладил изображение черного вышитого круга, – была с нами. Мы искали милости Солнца.
– А спираль? – спросил вдруг невпопад Целитель.
Но Великомудрый вопрос понял.
– Наши предки представляли Солнце в виде свернувшегося клубком Белого Змея.
Аодхан поморщился так, будто сбылись его худшие предположения.
– Почему именно Змея? Не с потолка же? – озадачился он. – Сегодня мы беседовали с Иль-Сином об обитателях пустыни, и о белых змеях он ни слова не упомянул.
– Ты прав, этому есть причина. Я уже говорил, что мой народ искал милости Солнца. И говорил это не просто так. По легендам когда-то давно пустыню населяли солнечные боги, спускавшиеся на землю в виде белых сияющих змеев, и снискать их благословения было не так просто. Многие пытались и погибали. Редким смельчакам удавалось остаться в живых после общения с богами. Но те, кто выжил, отличались от остальных: кожа их со временем светлела и переставала бояться солнца, они получали способность слышать и понимать все, что происходит в пустыне, а их склонность к целительству возрастала многократно. Разумеется, дети Солнца высоко чтились среди нашего народа.
– Чтились? То есть сейчас таких нет? – уточнил Целитель. Он заметно помрачнел, но на Владетеля смотрел все так же пристально, ожидая ответа.
– Нет, Айо-Дхан, и давно. Еще до того, как боги дали этому миру Королей, божества Солнца стали избегать нас, а потом и совсем скрылись за туманной пеленой.
– Вы хотите сказать, что все, о чем вы говорили до этого, происходило еще до появления Туманной Стены? – тут же сделал «стойку» главный исследователь этого уже канувшего в прошлое явления.
– Именно так, – Владетель Али-Ран казался довольным такой догадливостью гостя.
Аодхан обвел слегка ошарашенным взглядом всех присутствующих, словно призывая их в свидетели, потом усмехнулся чему-то задумчиво и снова обратился к Великомудрому.
– Дайте-ка угадаю, что было дальше: меньше года назад, когда Туман исчез, ваши божественные гады снова откопались, но тут возникли какие-то трудности… иначе бы нам ни за что не услышать такие интереснейшие подробности..
Старый Аль-Хаим резко выпрямился, метнул недобрый взгляд на Целителя, и снова был остановлен правителем.
– Ты проницателен, – похвалил гостя Великомудрый, перебирая перстами золотистую бороду. Светлые глаза его при этом сузились и взгляд, обращенный на собеседника, стал тяжел. – Так и было. Мои люди несколько раз видели белых сиятельных змеев, точно таких, как описано в легендах. Те, появлялись – и тут же исчезали, никого к себе не подпуская. И так, до тех пор, пока я не принял решение найти их во что бы то ни стало.
– Поэтому вы начали нападать на наши границы? – спросила Мэб, и сейчас, серьезная со слегка нахмуренными бровями, она, и вправду, похожа была на воительницу, не смотря на свой необычный наряд.
Али-Ран медленно кивнул, соглашаясь.
– Мы должны были проверить.
– Можете больше не искать, – несколько отрешенно произнес Аодхан, рассматривая узоры из спиралей на пиале, и слегка передернул плечами: – видели мы ваших драгоценных змеев.
Правитель и двое его советников как по команде подались вперед и, хищно раздув ноздри, принялись сверлить его требовательными взглядами:
«Где?»– «Когда?» – «Ты уверен?»
– Уверен-уверен, – мелахнолично отвечал Целитель, не отрываясь от своего занятия, – не так давно… А по поводу «где?» – вам понравится..
Он, наконец, изволил поднять слегка насмешливый взгляд на правящую верхушку кочевников и не без удовольствия продемонстрировал им один из увлекший его значков, на котором две спирали – черная и белая, свиваясь, образовывали единый черно-белый круг.
– Там, где Солнце встречается с Луной, огонь с водой, а день – с ночью, – изрек, наконец, гость, чрезвычайно довольный собой.
– Что все это значит? – нетерпеливо переспросил Али-Ран?
– Так и знал, что вся эта велеречивость годится только на то, чтобы собеседникам нервы трепать, – проворчал Аодхан и все же пояснил: – Там, где пустыня выходит к морю. На побережье этого добра – на всех желающих хватит. Хоть всех скопом забирайте, я только порадуюсь.
– А,может, не стоит так активно разбрасываться собственным имуществом? – вставил свое ценное мнение Альм.
«Забирайте?» – «Собственным имуществом?», – тем временем переспрашивали Великомудрый с советниками, удивляясь, не послышалось ли…
– Ага, – подтвердил юнец, не забывая угощаться сладостями и заранее отодвигаясь от рыжеволосого подальше. – Он у нас тоже своего рода Владетель, только ни разу не Мудрый, а Милостивый… вон, змеев божественных пачками раздает, это исключительно от великой широты души, не иначе.
– Завидуй молча, юное дарование, – не стерпел Аодхан. – Тебе, сколько ни проси, ни одного не отдам, даже самого завалящего.
– Так они на твоей земле? – выделил главное правитель кочевников.
Целитель только руками развел, мол, сам не рад, но что поделать.
– Приезжайте да смотрите, – обратился он, наконец, к Али-Рану, – только покажете потом, что вы с этими пресмыкающимися делать будете, мне до ужаса интересно… а можете вообще там с ними и поселиться… – и прежде, чем Мэб смогла хоть что-то возразить, развил тему
– По-крайней мере Виррэн от меня отстанет с этими своими претензиями по поводу населения. Вон ему целая прорва народа. А вам – ваше благословение. Меня только не донимайте – и все будут довольны. Ну как?
Он с энтузиазмом разглядывал слегка ошеломленного таким внезапным ходом переговоров правителя.
– Все это надо как следует обдумать, – произнес, наконец, Владетель. – Сколько дней пути отсюда до твоих земель?
Аодхан послал вопросительный взгляд Стражнице. Ей для ответа на этот вопрос и карта не требовалась: земли и границы Королевства и окружающих его владений она и так чувствовала.
– Дня три, Великомудрый, – ответила она.
Али-ран кивнул благодарно и ненадолго задумался, поглаживая бороду.
– Посмотреть, разумеется, стоит, – изрек он и повернулся ко втором советнику. – Вот что, Ашт-Ар, собери все, что необходимо для похода, и отправляйся с нашими гостями к побережью.
Тот почтительно склонил голову перед Владетелем и, повинуясь плавному жесту последнего, поспешил покинуть шатер.
А вскоре и гости последовали его примеру. Выезжать решено было затемно, и всем следовало хорошенько выспаться.
– Ты уверен? – первым делом спросила Мэб Целителя, когда они вышли на улицу.
– О, совершенно нет, Мэбхн, – улыбнулся он ей столь очаровательно, что она сразу заподозрила неладное, – но мне нужно проверить кое-какие предположения.
Не сказать, чтобы это ее успокоило, скорее напротив: насмотрелась она в свое время на методы его «проверок». Это других он бережет, хотя и за язвительным словом в карман не лезет, а вот себя не щадит ни в работе, ни в изысканиях своих. Она усилием воли прогнала нахлынувшие было тревожные воспоминания: сейчас-то все совсем иначе, да и дважды не умрешь, а со всем остальным они справятся…
Потянулись изматывающие, бесконечные дни пути. Хуже всего приходилось, пожалуй, бедолаге Ашт-Ару. Кроме общих тягот долгого перехода по пустыне, ему еще приходилось отбиваться от бесконечных вопросов Аодхана. Тот, получивший от Владетеля информацию к размышлению, и достаточное количество времени для того, чтобы ее обдумать, порождал их в таком числе, что второй советник не раз и не два пожалел, что вообще ввязался в это сомнительное мероприятие.
– Так как же, все-таки, происходило то самое «общение» ваших предков с солнечными божествами, в результате которого выживали немногие? – начал Целитель разговор в очередной раз.
– В преданиях, которые до нас дошли, говорится о том, что сначала белый змей должен распробовать вкус жизненной силы эльна. Для этого пришедший за благословением надрезал ладонь и орошал песок рядом со змеем своей кровью. Если тот соглашался вкусить подношение, то можно было переходить к следующему этапу… – устало, но с неизменной вежливостью ответил кочевник.
– Укус? – слегка нетерпеливо вопросил исследователь и, перехватив слегка укоризненный взгляд томных голубых глаз, пожал плечами: – Это самый очевидный вариант.
– Да, укус, – согласился со вздохом Ашт-Ар, – и если после него эльн выживал, он становился, как уже рассказывал Великомудрый…
– С этим пока все ясно, – быстро пресек Аодхан очередную попытку советника увести разговор в накатанную уже колею, – а что со змеем после такого продуктивного «общения» происходило?
– То мне неизвестно, – с выражением вселенской скорби и терпения произнес кочевник, чем обрушил на свою голову новую лавину вопросов.
«Какие симптомы наблюдались у укушенных?» – «Есть ли данные о том, кто из эльнов лучше всего проходил данную процедуру?» – «Была ли предварительная подготовка, и если да, то в чем состояла?».. и прочая и прочая..
