Текст книги "60-летняя истинная для 400-летнего дракона (СИ)"

Автор книги: Елена Байм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

33. Перепалка

Первой мыслью было возразить, напомнить старшему герцогу, что я не девочка, чтобы мной командовать, а потом задумалась, ведь его светлость сказал эти слова не со зла.

Наоборот, своим отношением он всем показал, что принял меня в семью, невзирая на мое неблагородное происхождение. А значит, я теперь должна подчиняться правилам, как и любой его член семьи.

Поэтому, чтобы не бросить тень на род Биреков, не испортить его репутацию, наша сделка с Эдом отменяется. И в этот момент глубоко внутри я почувствовала, что уже и не рада своему новому почетному статусу.

Лучше бы я и дальше оставалась безродной Бертой, и могла бы продолжать вести себя так, как хочу. Не беспокоясь о том, что подумают обо мне люди.

Но самое страшное было теперь для меня – это держать свой язык за зубами и никому не острить, а вот этого я не могла гарантировать. И не очень хотела…

– Ваша светлость. – вдруг вступилась за меня дочь. – Благодарю, что вы благосклонно отнеслись к моей маме.

– Ну а как же иначе… – с гордостью в голосе перебил ее Кэлвин.

Но Адель продолжила:

– Видите ли, у мамы есть свои договоренности и своя взрослая жизнь. В связи с чем, прошу не ограничивать ее общение с … ее истинным. Я на собственном примере ее понимаю. Эта связь очень крепкая, ее нельзя вот так взять и забыть. Поэтому…

– Поэтому пусть граф либо женится, либо не морочит ей голову. Видишь ли, моя милая, я наслышан о графе Эдварде Блайде. – в этот момент герцог Бирек красноречиво посмотрел в сторону Эда. – По юности он был еще тот ловелас и ходок. Пудрил женщинам голову, а потом, правда женился, но через пятьдесят лет разводился.

– Это не ваше дело! – Эд подошел и встал напротив него. Его глаза метали молнии, но Бирек даже не шелохнулся. С хладнокровным спокойствием продолжил свою безэмоциональную сухую речь:

– У него даже сейчас есть любовница и наложница.

– Имею право! Я не женат.

Бирек поправил:

– В разводе. Поэтому ваша репутация, мой дорогой гость, не позволяет мне оставить Берту на ваше попечение, и не мечтайте.

И тут неожиданно Блайд улыбнулся.

– Уважаемый герцог, я понимаю вашу заботу и даже рад, что у моей истинной такой щепетильный в вопросах чести свекор, только вот неувязочка, это не только мое желание, это приказ. Самого Императора! Мы с Бертой должны прожить под одной крышей три месяца.

Старший Бирек нахмурился.

– Отец! – Ксавьер тронул его за рукав.

– Так и быть. – сдался герцог. – Пока я буду ждать аудиенции у Императора, вы будете жить под одной крышей у меня в замке.

Эдвард Блайд выдохнул, но оказалось, что зря. Кэлвин продолжил:

– Берта в хозяйских покоях на этаже рядом с дочерью, ну а вы – в гостевых, в дальнем крыле, с отдельным входом и прекрасным видом на высокие горы. Но так как крыша одна, то проблем с исполнением приказа Императора точно не будет.

– Я не согласен! – тут же возразил Блайд.

Бирек хитро прищурился:

– Я готов сделать вам исключение, только если вы пришлите сватов или … если Берта сама меня об этом попросит.

Все присутствующие в комнате перевели на меня взгляд. А в моей голове до сих пор звучали слова – «любовница и наложница».

Нет, я не хочу больше страдать. Я ведь за эти дни успела привязаться к графу, и даже, кажется, больше – влюбиться.

Поэтому я расправила плечи, посмотрела Эду в глаза и уверенным тоном ответила:

– Пусть будет вид на горы с отдельным входом. С удобствами, к которым граф так привык.

В гостиной воцарилась тишина. Которую нарушил грозный рык Эда:

– Берта!

Я не сдержалась, и тихо ему прошептала:

– И не рычи на меня!

Заметив взгляды, тут же поправилась, пожимая плечами:

– А то денег не будет... Плохая примета.

34. Правда

– Так! – старший Бирек потер руки. – Я сейчас же зову своих слуг, и пусть они начинают грузить вещи в карету, через час выдвигаемся в сторону портальной арки.

Адель вопросительно взглянула на меня. Я кивнула. Но она все равно подошла, обняла, увела к себе в спальню, и пока Ксавьер развлекал сыновей, активировала полот тишины и спросила:

– Берта… Мама… Пожалуйста, расскажи, как так вышло, что Адель – твоя дочь. Ой… – тут же прикрыла рот рукой, а ее глаза расширились от боли, от осознания того, что она мне рассказала перед своей свадьбой, что она не моя дочь. А пришла в ее тело из другого мира.

Я тяжело вздохнула и ее обняла.

– Девонька моя, не вини себя, твоей вины нет. Мою дочь погубил ирод проклятый. Но ему воздалось по делам, благодаря тебе. И я очень рада, видеть продолжение дочери в твоих сыновьях. И к тебе я отношусь точно также, как и моей дочери. Я люблю тебя, внуков. Только…порой… порой… мне не хватает ее…

И как бы я не крепилась, но голос предательски задрожал. Понимая, что Адель нельзя волноваться, иначе пропадет грудное молоко, я постаралась сдержать слезы. Смахнула рукой слезинку, что все-таки потекла по моему лицу.

– Берта… – ласково произнесла Адель.

Мы сидели с ней рядом, прижавшись друг к другу. И в этой тишине я чувствовала ее поддержку, искреннюю заботу обо мне.

Но вдруг она взволнованно повернулась, схватила за плечи и легонько так потрясла:

– Берта! Ты же не знаешь самого главного! Адель – жива! Только она переместилась в мое тело. Я видела ее! Она – там! В моем мире!

Я отшатнулась.

Жива?! Как?! Я же держала ее тонкую, холодную руку. Видела, как жизнь покидает ее тело. Я столько месяцев оплакивала ее.

– Не может быть… Нет… – выдохнула я, чувствуя, как мир вокруг меня начинает вращаться.

Адель взяла меня за руку. И мягко произнесла:

– Я видела ее в вещем сне, она сама мне его показала. Она переместилась в другой мир. У нее все там хорошо. Есть свой дом, заботливый муж.

Другой мир! Эти слова прозвучали надеждой. Я считала ее умершей. Даже пробовала смириться, а она – ЖИВА!

Воздуха стало не хватать, я открыла рот, пытаясь его втянуть. А затем схватилась за грудь, стараясь унять бешено колотящееся сердце. Голова закружилась, и я почувствовала, как руки трясутся.

– Мама! Что с тобой? – Адель не на шутку перепугалась, а я не могла говорить.

– А…а… – ни одного слова не смогла произнести.

– Берта! Прошу, не волнуйся… У нее все хорошо. Она вышла замуж, счастлива, и она беременна. Так что у тебя скоро будет еще один внук или внучка.

– Она – жива? – прохрипела я, цепляясь за девичью руку, чтобы не упасть. Я хотела увериться, что не ослышалась, и все правильно поняла.

– Жива. – повторила Адель.

И когда я немного успокоилась, она подробно мне все рассказала. А я еще два раза просила ее повторить, вспоминая даже незначительные, на первый взгляд, детали.

И больше не могла держать слезы в себе. Моя девочка жива, жива, и это самое главное.

Обняла крепко Адель. Попросила дать мне немного перед отправлением времени, потому что мне надо побыть одной …

Адель меня поняла, и кивнула. Еще раз обнявшись, я вышла, и не в силах ответить на вопросы идущего по лестнице за мной Эда, я зашла в комнату и только хотела закрыть дверь, как в узкую щель протиснулась рука графа, а вскоре протиснулся и вездесущий дракон.

– Берта, скажи, что случилось? На тебе лица нет.

Я хотела его выгнать, но не смогла. Мое тело сотрясли сильные и громкие рыдания, инстинктивно я прижалась к Эду, к его груди и обняла…

35. Берта

Несмотря на то, что очень хотелось выговориться, я держала себя в руках. Вернее, в своих руках меня держал граф, но я не сопротивлялась. Мне даже понравилось…

Оказывается, так приятно чувствовать, что есть кто-то, кто может тебя поддержать. Последние двадцать лет я практически не расслаблялась, не позволяла даже ночами ныть над судьбой.

Но если я со стороны выглядела черствой и хладнокровной, на самом деле, мне тоже хотелось тепла. Уютного дома, детских криков, любящего мужа, смотревшего на меня с уважением и готового за меня с детьми постоять. А я бы стала ему настоящей опорой. Маленький дом с огородиком, двое детей…

Я грустно улыбнулась. Видимо с годами тоска по несложившемуся прошлому стала усиливаться. Надо, наверное, соглашаться на предложение зятя, жить отдельно от них. Не хочу превратиться в сварливого и докучающего всем старшего Бирека.

Буду лучше приезжать к внукам пару раз в неделю. Все-таки взрослые дети должны жить отдельно от нас. Обязательно поговорю с дочерью, чтобы Ксавьер, как минимум, жил с Адель и сыновьями в дальнем крыле, то, которое с отдельным входом.

А то нервные клетки не восстанавливаются… При этом Кэлвин Бирек будет стареть, и с каждым годом становиться сварливей, а даже мне, женщине с выдержкой, порой хочется его чем – нибудь зашибить.

Немного успокоившись, я нехотя освободилась из объятий дракона, и покидав свои немногочисленные вещи в сумку, решила спуститься к дочери и помочь ей.

И снова дракон меня опередил. Галантно распахнул дверь, придержал ее, выхватил у меня сумку, и молча сбежал по лестнице вниз.

Я только и успела, что пожала плечами. Странный он порой… Но отдать должное, меня не обижал, наоборот, заступался, да и в трудную минуту помог.

Эхх, решено, не хочу быть неблагодарной, сдержу наше соглашение с ним, а после перееду в свой дом. И если сначала я рассчитывала, что дом мне купит Эдвард (чтобы не тратить деньги зятя и дочери), то после слов старшего Бирека, я в этом стала сомневаться. Кутила и заядлый игрок – у таких деньги отродясь не водятся. Еще удивительно, что граф сохранил за собой поместье, а может он его заложил?

Ну, это не мое дело. В любом случае, я могу рассчитывать лишь на зятя – самого уравновешенного и умного в семье.

И когда все вещи были собраны, Адель с Ксавьером, сыновьями и старшим герцогом расселись поудобней в карете. Мне досталось единственное свободное место рядом со сватом.

Я же, как только представила, что практически целый день мне придется провести в одной компании с Кэлвином, в закрытом экипаже, из которого не сбежать, я переменилась в лице, не удивлюсь, если от такой радости побледнела.

И вдруг почувствовала горячее дыхание за спиной.

– Пока у нас с тобой соглашение, я не позволю тебе ездить в карете с драконами, кроме меня.

Обернулась, горя желанием с ним для начала поспорить. А потом решила – так это же хорошо! Теперь у меня есть прекрасный повод ехать отдельно. Но то, что произошло далее...

Я, честно говоря, не ожидала, и не была уверена, что выживу после такой езды – Эд подошел ко мне, держа под уздцы жеребца.

Я же в своей жизни никогда не ездила верхом, и, кажется, была не готова начинать обучаться этому в свои шестьдесят лет.

Однако, не дожидаясь моего ответа, граф шустро вскочил на него и подхватил меня, усадив впереди. Я даже не успела пискнуть, все произошло слишком стремительно.

– Извини, Эдвард, но я всю дорогу буду бояться, что упаду. Лучше я поеду в карете… с дочерью… – решила добавить, чтобы не провоцировать его лишний раз.

Но граф на мои возражения усмехнулся, и вжав меня в свое тело, двусмысленно прошептал:

– Поверь, ты не будешь бояться. Я всю дорогу буду тебя отвлекать…

36. Исповедь Эда

Смущенная напором графа, я замолчала. И, если честно, распаленная его горячим шепотом, все чего-то ждала. Но ничего не последовало…

Вернее, последовало, но не то, что я ожидала.

Эд действительно меня отвлекал – рассказывал про свою жизнь, начиная с рождения. Как отец, согласно распоряжению Императора «О воспитании драконов», отдал его наставникам, и до пяти лет, он не видел ни отца, ни мать. Поэтому очень обрадовался, когда пришла пора совершить оборот.

Поскольку это значило, что его вернут к отцу на целый месяц! И, действительно, целых тридцать пять дней он жил с родными, купаясь в их заботе, любви.

А потом снова наставники – и так до двадцати лет. Ему разрешали связываться с родителями один раз в месяц по артефакту связи. При этом занятия были три раза в неделю, а в остальные дни, наставники ходили в игорный дом, дом утех, и тратили деньги, что присылали родители за его воспитание.

Как только Эду исполнилось восемнадцать лет, он стал вместе с наставниками прогуливать занятия и наслаждаться праздным образом жизни.

Поэтому, когда по завершению наставничества, вернулся домой, то не чувствовал привязанности и особой связи с родителями.

Увидев, каким он вырос, отец и мать пытались его перевоспитать, и тогда, он сразу женился, на первой встречной драконице, чтобы потребовать у отца отдельное поместье для молодой семьи, и полагающуюся ему сокровищницу, как наследнику рода.

Все, что выделил отец, он за пятьдесят лет спустил, и тогда решил развестись и жениться на другой драконице, ради ее приданого. Хоть он и был беден, но очень красив, и самое главное, единственный наследник – что делало его завидным женихом, и он мог выбирать. Поэтому ожидаемо выбрал ту, у которой больше всего было приданое.

– Эмм, Эд… – я решилась его прервать. – Если мы и дальше поедем на лошади, то по приезду в замок я не смогу разогнуться. Давай, подождем карету, и я туда пересяду.

Эдвард косо на меня посмотрел. Молча помог мне спуститься, сам тоже спрыгнул с коня. Привязал его к рядом стоящему дереву.

Я обернулась – мы остановились посреди дороги. Вдалеке виднелись жилые дома. Кареты видно не было.

– И что дальше? – спросила я, не понимая, что он задумал.

Граф отошел от меня на шаг, и неторопливо начала расстегивать свою рубаху. Я шумно сглотнула.

– Ты что задумал?

Но он продолжал упорно молчать. Неторопливо стянув рубашку, бросил ее на траву, и начал провокационно развязывать шнуровку у штанов.

– Я обернусь драконом, и мы долетим до портального перехода.

– Только не в когтях!!! – возмущенно возразила я, вспоминая прошлую поездку.

– Я предполагал, что ты полетишь на спине. А сейчас извини, но мне надо полностью оголиться. Иначе после оборота мне нечего будет надеть. Как отойду и стану драконом, прошу, забери и сохрани мою одежду.

Я кивнула. И продолжала внимательно за ним следить.

И тут впервые граф Эдвард Блайд смутился.

– Я думал, ты отвернешься. – растерянно произнес он.

– Да что я там не видела! Все как у всех. – ох, чувствую, зря так сказала. Но уже поздно. Во всем виноват мой острый язык.

Однако Эдвард не рассердился, лишь загадочно улыбнулся и стянул портки. Мда, зря я думала, что в прошлый раз зрение подвело. Не подвело… Эд был не просто мужчина, а мужчина-а-а-а-а-а-а!

К моему разочарованию, мне не дали вдоволь полюбоваться. Через пару секунд на его месте стоял огромный серебряного цвета дракон.

Он сразу подошел ко мне, ткнулся мордой в плечо, словно прося его погладить. Я не сдержалась, протянула руку, провела по его чешуе. Он заурчал.

А затем подставил крыло, чтобы я взобралась на него. В этот раз полет прошел быстро и вполне сносно.

Вскоре мы были метрах в треста от портального перехода, дракон опустился, и лег на землю плашмя, чтобы мне было не страшно спускаться. Он специально выбрал безлюдное место в овраге, чтобы никто не увидел голого графа.

Когда он оделся, мы поднялись из оврага наверх.

– Тааак, твои будут минут через пятнадцать – двадцать. Предлагаю, пока их ждем, перекусить и выпить в таверне.

Я отказалась. В прошлый раз, когда перемещалась аркой, меня так тошнило, больше подобного не хочу. Поэтому предложила просто пройтись, погулять.

Эд кивнул, подставил свой локоть, и мы пошли по дороге. Удивительно, но с Эдом было даже приятно молчать. Такое чувство, что я шла со своим старым другом.

– Слушай, а Адель тоже должна отдать своих сыновей наставникам?

Граф пожал плечами:

– Это на усмотрение их отца. Раньше было жестко – неповиновение строго каралось. Но были случаи, когда главы родов находили какой-нибудь компромисс. Даже я, видя, какими неблагодарными тунеядцами выросли старшие сыновья, младшего – Шейтона, отдал своей матери на воспитание. У нее были связи, она выправила бумагу, что приглашает наставников к себе в дом, а на самом деле воспитывала сама, так, как считает нужным.

– И как результат?

– Кхм… результат превзошел то, что я ожидал. Младший сын вырос умным, трудолюбивым и добрым. Но я боюсь его открыто выделить среди всех сыновей. Мой старший сын – Уильям, очень завистлив. Он ждет не дождется, когда я помру, чтобы получить титул Главы рода и нашу сокровищницу, вернее то, что от нее осталось. И он уже доказал, что способен на гадости, даже в отношении младшего брата.

– И что будешь делать? Вряд ли вашему роду нужен такой глава.

Эдвард хитро улыбнулся.

– Я уже все придумал. Я дал им невыполнимое задание, пообещав тому, кто его выполнит, мое уважение и титул. А сам уже оформил бумаги, что следующим Главой будет мой младший сын. Остался месяц до подведения итогов. Соберу всех и объявлю, что задание выполнил Шейтон.

– И все поверят? – что-то мне не понравилась его идея, учитывая, какими выросли его сыновья.

– Надеюсь. Вон смотри, показалась карета.

Я напрягла зрение, и впрямь, к арке подъезжала дочь со своей семьей. Мы пошли им навстречу, чтобы встретить и вместе всем переместиться в замок старшего Бирека.

37. В замке Бирека

После приезда в родовой замок Биреков, началась суета. Еще на крыльце нас встречала такая толпа народа, что заиграй музыка, и можно было думать, что вернулся не герцог, а народ вышел на коронацию своего короля.

И самое страшное, это все оказались слуги. Кэлвин видимо решил, что жене и невестке полагается отдыхать после родов, и на каждое движение, на каждый чих, должен быть у них отдельный слуга.

С одной стороны, очень трогала такая забота, но это же сколько денег он на ветер спустил!

К тому же я очень хорошо знала Адель и Алису, она не привыкли к такому вниманию, умеют многое делать сами, и вряд ли смогут смириться с таким количеством слуг.

Даже мой зять, привыкший к роскошной жизни, очень смутился, и взяв под локоть отца, отвел его вдаль. Судя по активным жестикуляциям, Ксавьеру тоже не понравилось такое решение. Хорошо, что у дочери муж не тюфяк.

Потому что, когда они возвратились, Кэлвин позвал управляющего и ушел с ним в кабинет.

Но при этом не забыл про Эдварда Блайда. Как и грозился, отправил его ночевать в гостевые покои, которые находились в самом даааальнем крыле.

Как только мы все разошлись по выделенным нам покоям, разложили вещи, как постучалась служанка и доложила, что ужин готов.

Я вошла в гостиную, служившую столовой, последней. Моя дочь сидела со старшей сестрой, они радостно о чем-то шептались, смеялись.

При виде меня Алиса подошла и меня обняла.

– Берта, а я ведь давно подозревала, что мать недолюбливает младшую сестру не просто так! Жаль, что ты не открылась нам сразу. Спасибо тебе, что заботилась и вырастила не только Адель, но и меня вместе с нашей сестрой Авелин!

Алиса подошла, обняла меня. Я растрогалась и всплакнула.

– Ой, а знаете последнюю новость?

От этих слов я вздрогнула, слишком много в последнее время новостей. Уже скоро при упоминании этих слов глаз будет дергаться.

– Не томи, говори. – улыбнулась Адель.

– Представляете, три дня назад, прямо посреди ночи ни с того, ни с сего загорелось родовое поместье мерзкого развратного старика, за которого маман сосватала Авелин, и та сбежала из дома. Причем его тело нашли только на следующий день. Оно было обезображено до неузнаваемости. Говорят, перед смертью его страшно пытали. Граф умер в муках. Но кто это сделал? Зачем?

– Наверное это сделал отец одной из загубленных им молодых девушек. – покачала головой дочь. – Зато теперь Авелин может спокойно возвращаться домой. Надо бы с ней как-то связаться.

И вдруг внутри меня зародилось подозрение. А случаем, это не тот омерзительный граф? Я попыталась вспомнить наш разговор с Эдом. Точно, это было ровно три дня назад. Он тогда ворвался в мою комнату на следующее утро, и сказал, что всю ночь не мог уснуть. Мучила бессонница. А что если…

Да ну, не может быть. Это, наверное, обычное совпадение. Да и вряд ли этот граф и тот старик одно лицо.

Но весь ужин эта мысль не отпускала. Тогда я решила разведать больше информации и обратилась к светящейся счастьем Алисе:

– А как звали погибшего графа?

– Граф Либертайн! И честно скажу, этот отвратительный старикашка заслужил все то, что с ним произошло.

Я кивнула. И снова нахлынули воспоминания, только теперь мне не было больно. Я была отомщена!

– Простите, что-то нехорошо себя чувствую после дороги. Пойду, прогуляюсь…

Кэлвин лукаво на меня посмотрел:

– Берта, если вы ищите Эда, то нашего крыло от него разделяет высокая и широкая стена. Там нет даже калитки. Чтобы пройти к нему, надо сесть в карету и ехать не менее тридцати минут. В свое время это было сделано специально, чтобы гости не могли мешать нашей семье и появляться в замке, когда им взбредёт в голову. К тому же, я настойчиво советую сократить количество встреч с ним. Я понимаю, что возможно это приказ Императора, но граф Эдвард Блайд – не тот дракон, знакомством с которым нужно гордиться. Поэтому предлагаю дождаться вам выходных.

Я видела, как Алиса недовольно посмотрела на своего мужа. И судя по тому, как он дернулся, она пнула его ногой под столом.

Но у меня сейчас не было никакого желания спорить. Я хотела уединиться и еще раз подумать над услышанным. Поэтому поднялась на свой этаж и прошла в спальню.

Раздеваться не стала. Рухнула, как есть на кровать и уставилась в потолок.

Впервые за меня кто-то вступился. И не просто вступился, а наказал обидчика, рискуя попасться сам… Несмотря на трагичную ситуацию, на душе было приятно, словно с нее сбросили груз.

И только я собралась укладываться, как окно зазвенело. Я не поняла. Затаила дыхание и прислушалась.

Снова странный стук. Будто кто-то кидал камешки. Я подошла к окну и глянула вниз. Никого не было видно.

И вдруг меня привлекло шевеление на высоком дереве, что росло напротив окна. Я пригляделась, и в свете луны увидела Эдварда. Он сидел на ветке и мне махал…

Я распахнула окно:

– Ты что творишь? Возомнил себя птицей?! – я не на шутку перепугалась за него, стоило взглянуть вниз.

– Вообще – то, на минуточку, я дракон! – с губ этого уверенного в себе дракона не сходила озорная улыбка.

И в этот момент я почувствовала себя девочкой, к которой прокрался жених, пока строгий отец спит…