![](/files/books/160/oblozhka-knigi-65-metrov-si-378647.jpg)
Текст книги "65 метров (СИ)"
Автор книги: Елена Ахметова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)
Глава 4.2
Зато управлять шаттлом оказалось даже проще, чем «Королевной». Он был маневреннее, легче и проворней. Если бы не широченная панель управления, цены бы ему не было, а так – я не дотягивалась до кнопок переключения двигателей, и Ростиславу пришлось послужить мне живым удлинителем, благо он-то в рубке мог достать что угодно.
Поначалу я опасалась, что меня он тоже достанет с такой же феерической лёгкостью. Но Ростислав оправдал гордое звание специалиста по связям с общественностью: едва убедившись, что шаттл равномерно движется по правильной траектории к серому пятнышку агростанции и помощь мне больше не требуется, человек-скала дотянулся до кнопок на потолке. Его кресло тотчас отозвалось мерным жужжанием массажного механизма, но через скафандр до нужных мышц не добралось.
Ростислав разочарованно вздохнул, пробормотал что-то вроде «ну, попробовать стоило», утихомирил кресло и затих сам. Вместо него действовать мне на нервы принялся врач из пассажирского отсека.
– Как долго нам ещё лететь? – поинтересовался он, едва мы вышли из атмосферы и перегрузка пошла на спад.
Основная проблема заключалась в том, что как раз об этом я старалась не думать. Когда речь заходит о жертве аварии, три часа – это слишком страшная цифра. Но что я могла сделать?
Разве что выдернуть из смартфона виртуальный экран и начать прикидывать, во что обойдется строительство постоянного госпиталя на агростанции. Постоянно держать врачей на орбите исключительно ради двадцати работников «Новой Кубани» нерентабельно, но это ведь не единственные люди в космосе!
Ростислав скользнул взглядом по колонкам цифр на экране и скептически хмыкнул, но переключил нервничающего врача на свою внутреннюю связь и, похоже, завязал с ним длинный осмысленный диалог. Я благодарно кивнула и с головой ушла в расчёты: с цифрами мне было куда спокойнее, чем с людьми, а автопилот позволил отвлекаться до тех пор, пока не пришел сигнал с агростанции.
«Новая Кубань» к тому моменту успела превратиться из маленького серого пятна на фоне холодной черноты в огромное кольцо, плавно вращающееся вокруг длинного шпиля. Полупрозрачное лицо диспетчера на экране отчасти перекрывало длинный хвост металлически поблескивающего мусора, увязавшегося за главным посадочным сектором.
– О черт, – выдохнула я, разглядев среди этого хвоста покореженный ударом обтекатель «Королевны».
– Выделен запасной стыковочный блок во втором секторе, – дрогнувшим голосом предупредил диспетчер «Новой Кубани». Блок приветственно вспыхнул зелёными огнями, и из него вытянулась длинная лапа стыковочного захвата. Я повернула шаттл ей навстречу.
– Обстановка?
– Главный посадочный сектор разгерметизирован, стыковочный захват погнут и не подлежит ремонту. Из персонала станции никто не пострадал, утечка воздуха – два процента до герметизации соседних с поврежденным отсеков, после – менее сотой доли процента, – отчитался диспетчер в соответствии с инструкцией и тут же от нее отступил: – Лус… все плохо, шеф. «Королевна» протаранила защитный купол посадочного сектора. Страховочные ремни удержали Лусине в кресле, но удар…
– Что удар? – деловито уточнил кто-то из пассажирского отсека.
Я прикрыла глаза и постаралась отключиться. О состоянии Лусине лучше расспросить потом, когда ее осмотрят как положено. Сейчас все будет казаться слишком страшным и опасным.
Она справится, моя королевна всегда справляется. А мое дело – организовать все так, чтобы ей не пришлось бороться в одиночку. А вовсе не стоять над душой у врачей! Даже если очень хочется…
Я оставила скафандр в хранилище возле доков и, убедившись, что хирургическая бригада умчалась делать свою работу, пошла разбираться со своей – благо далеко идти не пришлось.
Темер ждал меня в крошечном кабинете сразу за хранилищем. Принадлежал он не самому директору, а его заместителю – парню лет на пять моложе меня, но уже седому, как лунь, с темным неприятным взглядом. На «Новой Кубани» его недолюбливали точно так же, как и меня – на «Морской ступени», но со временем притерпелись: свою работу Дирк знал и делал на отлично, а что при виде посторонних моментально забился в угол и диковато сверкает оттуда глазами – так можно подумать, я обычно веду себя как-то иначе…
Зато у него уже был готов краткий отчёт о состоянии «Королевны» и список недостающих запчастей, которые он старательно отсортировал по важности. Я поблагодарила, уселась в кресло для посетителей и сложила бумаги на коленях. В первую очередь следовало решить несколько другие вопросы.
А что первыми в списке запчастей стоят треклятые компенсаторы, я и так догадывалась.
– Что с водой? Цистерна уцелела?
Темер покосился мне за спину, на Ростислава: человек-скала, казалось, заполонил собой весь кабинет, и не обращать на него внимания было невозможно. Но я не обращала, и Темеру пришлось поступить так же.
– Уцелела, – подтвердил он и с нескрываемой досадой потёр обширную лысину. – Только воды там – еле как на один полив. Лусине успела предупредить, что на завтра был запланирован ещё один рейс, уже с полной цистерной, но…
– До завтра «Королевну» не восстановят, – обречённо вздохнула я. Список запчастей внушал уныние. – Как долго станция протянет на имеющейся воде?
– Растения – около недели, – оптимистично прикинул Дирк из своего угла, не сводя взгляда с моих рук.
Я спохватилась и перестала машинально мять отчёты.
– Но людям тоже нужно что-то пить, – заметил Темер, – и вода из переработки на эти цели не годится.
Я сглотнула суховатый комок в горле. Когда я сама пила последний раз хоть что-то? Кажется, ещё утром…
– Итого?
– Дня три, – хмуро заключил Темер. – Либо неделю, если отложить полив части растений. Но его уже откладывали, и это ничем хорошим не кончится.
– Не кончится, – вынужденно согласилась я и всё-таки заглянула в список запчастей. Нет, в три дня не уложиться. Да и в неделю – едва ли. – Так.
Я обернулась через плечо, уткнулась взглядом в живот Ростислава (живот тут же машинально втянулся) и неудобно запрокинула голову: человек-скала и без того был ходячим упражнением для шеи, а теснота кабинета вынудила его встать практически вплотную к спинке кресла, что ничуть не упрощало задачу.
– Капитан Соколов не согласится сдать шаттл в аренду на более длительный срок?
Глава 4.3
– Перед полетом на Марс? – хмыкнул Ростислав. – Да ни за что. Команда его сожрёт, если её оставить без дополнительного пространства. Да и шаттл всё-таки пассажирский, цистерна с водой в него попросту не влезет.
Зато в него прекрасно вошли бы станционные бочки личных запасов пресной воды – штук семь точно. Они купили бы ещё неделю времени, а там, глядишь, и «Королевну» вернули бы в строй…
Но нет так нет, команду «Фалкона» тоже можно было понять. Полет к Марсу занимал не один месяц, и за это время запертые в тесноте космического корабля люди успевали надоесть друг другу хуже горькой редьки. Шаттл, чтобы на время спрятаться ото всех, им и в самом деле пригодится.
А у меня будет ещё неполных три дня, чтобы отыскать замену. Хлопотно, но, учитывая проходимость «Морской ступени», – ничего невозможного. К тому же с панелью управления «Фалкона-I» я все равно не справлялась без посторонней помощи – ее проектировали под людей с руками подлиннее.
– Но если вы объясните, в какой ситуации мы оказались… – начал было Дирк, но я остановила его жестом.
– Капитан Соколов в своем праве. Я найду другой корабль.
– Вам придется поторопиться, – неоптимистично заметил Темер.
Я кивнула. Придется, и ещё не раз.
– Повреждения самой агростанции?
– Починим своими силами, – отчитался Дирк, стоило Темеру чуть повернуть голову в его сторону, и тут же мучительно покраснел. Обычная для космонавтов бледность в сочетании с седыми волосами делала его румянец особенно заметным. – Список материалов будет готов только через пару часов. Если вы задержитесь, я сделаю для вас копию.
– Отправьте электронкой, – отмахнулась я и зажмурилась, припоминая, о чем ещё должна была спросить. – Удобрения и питательные смеси?
– Хватит ещё на один урожай, – пожал плечами Темер. – Все под контролем.
Как раз в этом я сомневалась больше всего, но вслух ничего не сказала: смартфон на запястье завибрировал и высветил контакт одного из врачей. Я моментально отвлеклась от технических вопросов и приняла вызов.
– Пациентка стабильна, – сходу сообщила женщина с худым усталым лицом, на ходу снимая медицинскую маску. – Несколько крупных гематом, трещина в ребре, жидкость в…
Я машинально кивала, хотя от волнения, как обычно, ничего толком не понимала на слух – улавливала только успокаивающие интонации и отдельные слова, пока одно из них не выбило меня из колеи повторно.
– Нетранспортабельна? – переспросила я и нахмурилась.
– Здесь есть гравитация, так что заживление проблемой не станет, – тут же заверила женщина. Изображение на экране прыгнуло и повернулось: она сняла хирургическую шапочку и тряхнула головой. – Но перегрузки, даже малые, ей сейчас противопоказаны. Ассистент оставит вам контакты для экстренной помощи и планового вызова бригады через неделю. Если все будет хорошо, пациентка сможет вернуться на Землю через месяц.
– Месяц, – эхом повторила я и сжала пальцами переносицу. – Поняла.
Месяц без Лусине – это было что-то из разряда ужасов для запугивания владелиц морских платформ. Как управляться со всей толпой народа на платформе без помощи подруги, которая со всеми находила общий язык – в отличие от некоторых! – я не представляла.
Но пихать человека с травмами в космический шаттл я и так не собиралась, а что придется обходиться без Лусине на пару недель дольше, чем я рассчитывала, – как-нибудь переживу.
– Я останусь, чтобы проследить за состоянием пациентки в ближайшие сутки, – не придав моей заминке особого значения, продолжила врач. – Сможете организовать для меня обратный шаттл завтра вечером?
Я обречённо кивнула, прикидывая, что было бы куда выгоднее совместить транспортировку врача с первой поставкой воды на «Новую Кубань». То есть шаттл нужно найти в течение половины дня.
Без Лусине.
– Отлично, – с облегчением улыбнулась женщина. – Со мной останется одна медсестра. Остальные вернутся на Землю вместе с вами.
Я снова кивнула и отключилась, прикрыв глаза – ровно на секунду.
– Летим обратно, – скомандовала я, выдохнув, и принялась набирать сообщение для диспетчера «Морской ступени» – чтобы нашел окно и подготовил обновленные списки кораблей с шаттлами на длительной стоянке.
– Могу я полететь с вами? – неуверенно уточнил Дирк из своего угла.
Я взглянула на него поверх смартфона и посмотрела на Темера. Тот равнодушно пожал плечами, не выказывая никаких протестов.
– У меня вахта заканчивается сегодня, – пояснил Дирк. – Две недели выходных. Я хотел бы провести их на Земле, а у вас в шаттле только что образовалось два свободных места, насколько я понимаю.
– Хорошо, – ответила я и отправила сообщение диспетчеру. Смартфон заторможенно мигнул значком отправки – но не доставки: на орбите связь работала с ощутимой задержкой. – Успеете собрать вещи?
Дирк отрывисто кивнул и аккуратно, по стеночке, выскользнул из кабинета, как-то недобро покосившись на Ростислава снизу вверх. Специалист по связям с общественностью понятливо вжался в спинку моего кресла, но в глазах заместителя директора, кажется, так и не реабилитировался.
А у меня и вовсе волосы на загривке зашевелились от ощущения, что эта живая громадина нависла надо мной. Я постаралась, чтобы это было не слишком заметно.
– Вода будет поставляться чаще, но меньшими объемами, пока «Королевна» не вернется на маршрут, – предупредила я, машинально прикидывая, во что мне все это обойдется: аренда шаттла, расход топлива, оплата услуг пилота и еще тысяча мелочей, которые не замедлят рухнуть поперек дороги в самый неподходящий момент.
Но уж лучше так, чем остаться вовсе без урожая, потому что иначе станция в самом сердце горячей капли себя не прокормит.
– Возвращаемся, – хмуро объявила я и поднялась из кресла, хотя, по-хорошему, у Темера наверняка еще были вопросы.
Но я не была готова их обсуждать, а он не стал настаивать в присутствии посторонних. А то, что я не могла спокойно сидеть, когда надо мной отвесной скалой нависал Ростислав Железнов, к делу отношения не имело.
Глава 5.1. Велик хлеб-соль, да все корочки
Разумеется, промышленный опреснитель все ещё стоял в полуразобранном состоянии. Возле развороченного отсека для фильтров маячил Ракеш, выразительно держащийся за голову. Сами фильтры стояли вдоль стены, и из разорванной упаковки выглядывали крепления.
Разумеется, нестандартные.
Вероятно, я выругалась слишком громко, потому что Ракеш расслышал это даже сквозь гомон техперсонала, облепившего кладовку с инструментом, и обернулся с таким горестным видом, что я внезапно осознала: без Лусине будет ещё сложнее, чем можно было предположить.
У некоторых народов общение – неотъемлемая часть культуры. Как правило, чем выше плотность населения, тем больше условностей и традиций нарастает вокруг банального обмена информацией.
Основная проблема заключалась в том, что мои родители почти всю жизнь провели на территории России. А Ракеш родился и вырос в Индии.
По одному его взгляду я поняла, что сейчас мне придется скрести по всем сусекам в поисках коммуникативных навыков, потому что на самом деле Ракешу нужны отнюдь не советы и указания. Что делать с крепежом, техник знал намного лучше меня.
А сейчас ему нужно просто выговориться и лишний раз услышать, что вокруг одни идиоты, а он Д'Артаньян.
В общем-то, я была с ним согласна. Правда, себя я тоже причисляла к идиотам и с трудом представляла, что об этом можно сказать.
Ну что мне стоило проверить коммерческое предложение на поставку фильтров?!
– Мы уже зарядили портативные опреснители работать на бочки запаса, – голосом умирающего лебедя сообщил Ракеш. – Но….
Я сглотнула. Пить хотелось нестерпимо – я была уже почти готова пойти в бар и приобщиться к самогону: это заодно решило бы проблему с нарастающим давлением на виски.
Увы, Ракеш наверняка расценил бы это как отличный повод присоединиться и рассказать об идиотах и Д'Артаньянах еще и из-под хорошего градуса, а рабочий опреснитель был нужен позарез и в кратчайшие сроки.
Я уже собралась с духом и была готова выдать что-нибудь бессмысленное, но подбадривающее, когда вперед шагнул Дирк и хмуро закончил вместо Ракеша:
– …но я занимаюсь ерундой и не знаю, где лежит шуруповёрт? Ты это хотел сказать? – поинтересовался он таким ледяным тоном, что я поежилась.
Ракеш, напротив, немедленно вспыхнул и приготовился подробнейшим образом объяснить, где висят его красные дипломы и благодарности от работодателей, – возможно, даже ногами. К счастью, Ростислава тоже очень волновала судьба опреснителя, и он увязался за нами в технический отсек, не потрудившись даже вылезти из комбинезона под скафандр.
Это был именно тот видок, который немедленно настраивал всех окружающих на исключительно мирный и конструктивный лад, потому как комбинезон места фантазии особо не оставлял. Зато жутковатого вида мускулы, перекатывающиеся под облегающей тканью, фантазии вызывали в изобилии – и довольно неприятного толка.
Когда эта гора начинала дружелюбно улыбаться, все окружающие отвечали тем же. На всякий случай.
– Я гляну? – спросил Ростислав и так непринужденно протянул ладонь для рукопожатия, словно всю жизнь только и делал, что дружил с Ракешем и лез в мой опреснитель. Просто так, чтобы глянуть.
Ракеш заметно растерялся, но руку пожал и даже машинально посторонился, чтобы Ростиславу было удобнее пробираться к развороченной секции. Я только подивилась такой уступчивости – и тут же остановила «специалиста по связям с общественностью» жестом.
– Благодарю вас, Ростислав, но Ракеш и его ребята достаточно квалифицированы, чтобы справиться с проблемой без посторонней помощи. Вы сможете вмешаться в работу основных механизмов не раньше, чем получите соответствующий допуск.
– Да бросьте, – легкомысленно отмахнулся Ростислав и попытался шагнуть вперед.
Я не убрала руку, которой преграждала ему путь, и он налетел на нее животом – и остановился. Я постаралась отделаться от ощущения, что при желании эта ходячая скала могла пройти прямо по мне и не заметить.
– Будьте добры, передайте капитану, что проблема будет решена в течение… – я запнулась и перевела взгляд на Ракеша.
А тот отчего-то немедленно проникся трудовым энтузиазмом и объявил:
– Полчаса! – и, не прислушиваясь к дальнейшему диалогу, рванул к кладовой с инструментами.
– Получаса, – повторила я ровным голосом и опустила руку.
И Ростислав, и Дирк проводили ее таким взглядом, словно я держала в ней как минимум длинный кожаный кнут.
– Вы уверены? – уточнил Ростислав, как-то странно передернув плечами. – По-моему, вы уже успели оценить, как капитан относится к…
О да. Капитана Соколова я знала меньше суток, но уже имела весьма четкое представление о том, что будет, когда тот узнает об очередной задержке. Но что я могла сделать?
– Я уверена в своем персонале, – сообщила я недрогнувшим голосом и убрала выбившиеся из-под капюшона волосы от лица.
Ростислав с сомнением качнул головой, но больше не спорил – издевательски пожелал мне спокойной ночи и удалился в сторону гостиницы. Дирка, в общем-то, тоже ничего уже не держало, но он остался – тронул меня за локоть и тут же отдернул пальцы, точно обжегшись.
А я вздрогнула от неожиданности.
– Да?
– Я могу взглянуть на накладные? – предложил Дирк и убрал руки за спину, словно хотел что-то спрятать. – Возможно, ошибка была не с нашей стороны. В этом случае можно добиться компенсации от поставщика или, по крайней мере, скидки на следующую поставку.
Я заинтересованно выгнула брови. Чего греха таить, это было бы весьма кстати, но…
– Вы же в отпуске, – напомнила я.
– Мне не трудно, – заверил Дирк и улыбнулся – быстро и нервно.
Я не стала противиться и позвонила в бухгалтерию. Там тоже царил бедлам и переполох, но высылать накладные и отыскивать любые документы бухгалтеры, наученные горьким опытом, были готовы в любое время дня и ночи. Я ещё не ушла из технического отсека, когда смартфон Дирка разразился стандартным уведомлением о новом письме.
– Сообщите о результатах главному бухгалтеру, – попросила я и отправила Дирку контакты. – Спасибо.
– Рад помочь, – с жаром заверил он.
Я ответила неловкой улыбкой и нацепила гарнитуру. По дороге домой ещё нужно было выяснить, у кого можно арендовать чертов шаттл – хотя бы для того, чтобы забрать врача с орбиты.
И, возможно, всё-таки выпить.
Глава 5.2
Сообщение диспетчера только усилило это желание. Шаттл с грузоподъёмностью, достаточной для доставки воды на орбиту, был только у «Фалкона», а капитан, по всей видимости, имел на меня зуб. Не то чтобы я его не понимала, но…
– Сбрось мне списки кораблей, запланировавших прилет в течение трёх дней, – попросила я больше от отчаяния, потому как список и так примерно помнила: мы работали преимущественно на постоянных клиентов, и расписание полетов через «Морскую ступень» день ото дня менялось незначительно. По всему выходило, что рейсов до «Новой Кубани» понадобится даже больше, чем я рассчитывала изначально: не держать же против воли на орбите врача, которая и так согласилась присмотреть за Лусине исключительно по доброте душевной!
Смартфон снова тренькнул. Я скользнула взглядом по ровным строчкам с одинаковыми красными пометками и решительно свернула в сторону бара, потому как спасти ситуацию все равно могло только чудо.
Но в баре сидело вовсе не оно.
– Прохлаждаетесь? – мрачно поинтересовался капитан Соколов, невесть как узнав меня в дымном полумраке бара, и опрокинул стопку.
Бармен проследил за стаканом глазами, посмотрел на меня и, видимо, прочёл на моем лице что-то такое, что молча выставил полную на две трети бутыль перед капитаном и ушел на другой конец стойки, где, судя по выкрикам на русском, уже собралась большая часть команды «Фалкона».
– А вы? – вернула я любезность и, подпрыгнув, перегнулась через стойку: бутылка воды с электролитами, пожалуй, все же была куда актуальнее самогонки, чего бы там ни просила исстрадавшаяся душа.
Кто знает, вдруг придётся бежать в технический отсек и вдохновлять людей на подвиги?
– А я напиваюсь, – невозмутимо сознался капитан Соколов и звонко чпокнул пробкой. Судя по точности движений, первую треть бутылки он приговорил в одиночку, но пропить опыт было не так-то просто. – Кажется, это единственное, что я сейчас могу сделать.
– Вот и я тоже, – пробормотала я и так и замерла – животом поперек стойки, не дотягивалась ногами до пола. – Постойте, вы что, уже подали жалобу в реестр?!
Капитан Соколов мрачно отсалютовал мне бокалом.
Я подавилась возмущением и заставила себя выдохнуть.
Козел.
Но авария «Королевны» не его вина. Он и так помог – уже тем, что одолжил и шаттл, и пилота (хоть и без лицензии, зато с очень длинными руками). А «Морская ступень» почти целый день не могла обеспечить «Фалкона» пресной водой, хотя в реестре напротив строки со временем заправки цистерн красовалась гордая цифра в два часа.
Жалоба снимала с Соколова ответственность за задержку вылета «Фалкона» и перекладывала ее на станцию. На меня.
Формально это и были проблемы станции, а не его. Но чисто по-человечески я этого принять не могла – а потому достала из-за стойки бутылку с водой, неграциозно встала обратно на пол и развернулась к выходу. Молча, поскольку искушение нажаловаться на дефицит шаттлов и ранение лучшей подруги (чтоб Соколову, козлу, хоть немного совестно стало!) было слишком велико.
– Вы что, уходите? – удивился Соколов и попытался поймать меня за локоть. Не преуспел, но уйти, когда к тебе обращаются, воспитание все-таки не позволило.
– У меня сложилось впечатление, что вы не скучаете и без моей компании, – хмуро заметила я.
– Не скучаю, – согласился капитан, опрокинул еще одну стопку и замер, прислушиваясь к ощущениям.
Пауза затянулась, и я уже сочла момент подходящим, чтобы откланяться, но тут Соколов посчитал свои ощущения недостаточно острыми, а потому сгреб бутылку и приговорил ее прямо из горла. Я застыла, с некоторой долей уважительного ужаса наблюдая, как движется туда-сюда острый кадык на непробритой капитанской шее и стремительно убывает уровень жидкости в бутыли.
С другого конца стойки капитана поддержали коллективным нетрезвым воплем, плавно перешедшим в хоровой отсчёт времени. Бармен невозмутимо прошел, чтобы забрать ненужную уже стопку.
На счёт «восемь» Соколов хрястнул о стойку пустой бутылкой и пошатнулся, но усидел на барном стуле. Команда разразилась одобрительными возгласами.
Я посмотрела на бармена и выразительно провела ладонью поперек шеи, но он, кажется, и так догадывался, что ребятам с «Фалкона» уже хватит.
– Эй, – окликнул Соколов. Я напряглась, морально готовясь к отвратительному пьяному скандалу, но он, к моему удивлению, и не собирался возмущаться из-за выпивки. – Ваша помощница… – он икнул и отставил бутылку подальше. – Как у нее дела?
– Не очень хорошо, – честно ответила я, – но благодаря вашей помощи врачи успели к ней вовремя. Спасибо. Выставьте счёт за аренду шаттла и услуги пилота на мое имя.
Капитан раздражённо отмахнулся и заявил, что за помощь ему ничего не нужно. Я предположила, что щедрость проявил не столько Соколов, сколько проглоченная им самогонка, и решила отложить спор хотя бы на несколько часов.
В жилом отсеке было непривычно тихо. Я зашла в комнату и остановилась на пороге.
На «Морской ступени» места тоже катастрофически не хватало. Весь вахтовый персонал жил в комнатах по двое-трое. Для себя я не стала делать исключений, хотя сама почти не покидала платформу.
Но со мной жила Лусине, которая одним своим существованием умудрялась делать типовой жилой блок уютнее и будто бы светлее, и сейчас ее отсутствие ощущалось особенно остро.
В комнате было темно и тихо. Только через приоткрытое окно врывался соленый ветер и стучал жалюзи об откос.
Я ещё никогда не ночевала одна. Даже когда Лусине летала на «Новую Кубань», я знала, что она вернётся чуть позже полуночи и неслышно проберется на соседнюю койку, а наутро, отчаянно зевая, сварит такой крепкий кофе, что на его запах сбежится пол-отсека…
Пакет с зернами стоял на месте. Надорванный верх пачки аккуратно прижимала деревянная прищепка. Чайник тоже обнаружился где обычно, в ближайшем шкафчике над плитой, но я так и не поставила его кипятиться.
Во всем этом было что-то чудовищно неправильное.
Я закрыла шкафчик и побарабанила пальцами по дверце. Та отозвалась тревожным бряцаньем, и на руке зажегся экран смартфона. Нужный номер стоял у меня на быстром наборе, но вызов шел чудовищно долго.
– Диспетчер, – произнесла я, глядя перед собой, – а Мита так и не нашлась?