![](/files/books/160/oblozhka-knigi-65-metrov-si-378647.jpg)
Текст книги "65 метров (СИ)"
Автор книги: Елена Ахметова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)
Глава 15.2
В чате так долго царила подозрительная тишина, что я успела запаниковать: не хватало ещё, чтобы у меня на станции куда-то запропастился целый лейтенант юстиции!
Потом в беседу наконец-то подключился Дирк и сухим казённым тоном отчитался, что Светлана попросту увлеклась отдыхом в туристической зоне, но уже наставлена на путь истинный и направляется в жилой блок. Я выдохнула с облегчением и вдруг ощутила, как разжимается ледяной комок напряжения где-то внутри.
Кажется, события последних дней и впрямь повлияли на меня так, что это было видно даже со стороны. Я не справлялась. Не тянула. Тетя Алия просто заметила это первой – вот и крутилась рядом, пытаясь взять хотя бы часть задач на себя. Тоже не справлялась, конечно, но у нее-то и опыта в управлении станцией не было никакого – она всю жизнь заведовала муниципальным детским садом на материке, а не переполненным дурдомом с искусственным пляжиком и острой нехваткой пресной воды.
Наверное, мне следовало извиниться за свое поведение. Тетя Алия не стала бы таить обиду и крутить носом. Она наверняка простит мою дурацкую вспышку и даже посочувствует – и от одной мысли об этом ледяной узел в животе начинал закручиваться туже.
Чужого сочувствия я бы точно не потянула. А времени на истерики и драмы у меня не было. Совсем.
Светлана добавила веселья – явилась недовольная, отчитала нас с Ростиславом и Матти за вмешательство в чужое расследование и несанкционированную спасательную операцию на территории другого государства, но милостиво согласилась взять на себя бюрократические формальности. Из этой линии поведения я сделала вывод, что, если бы мы не сорвались в Индию на гидроплане, Мите пришлось бы ждать, пока спасательную операцию организуют через три ведомства как минимум, и спасти бы уже никого не успели, – а теперь вот переживают из-за полномочий. Человек-то в порядке, а как быть с выделенным на поиски бюджетом? Не говоря уже о том, что время пребывания лейтенанта на морской платформе резко сократилось…
Я брезгливо поморщилась, но просьбу Светланы оставить ее наедине с пострадавшей выполнила без пререканий. По крайней мере, ей хватило совести взять на себя бумажную возню, и на том спасибо – сил ещё и на это у меня бы точно не хватило. Я чувствовала себя выжатой до предела, натянутой, как струна, которая вот-вот лопнет, и любая мысль о каких-либо дополнительных задачах вызывала странное внутреннее сопротивление. Словно где-то в голове еще держался из последних сил одинокий предохранитель, ограждавший меня от нервного срыва.
– Комиссия по расследованию причин аварии ещё не вернулась с «Новой Кубани»? – неохотно спросила я у Дирка, который провожал Светлану до комнаты Миты и теперь дожидался меня в коридоре.
– Ещё нет, – отчитался он и отработанным жестом подсунул мне многоразовый стакан с кофе. – Пару минут назад пришел сигнал об обратном старте, шаттл будет здесь через два часа семнадцать минут. Ремонт «Королевны» идёт с небольшим опережением графика, все оказалось не так плохо – электроника почти не пострадала. Ваша постоянная помощница стабильна. Следующая дежурная бригада медиков выведет ее из лечебного сна, если все будет продолжаться в том же духе.
Я несколько приободрилась. Лусине шла на поправку – а с остальным как-нибудь разберемся, даже если виновными в аварии признают наземные службы и откажут в выплате страховки. Возьму кредит, в конце концов, – о расширении штата и, тем более, строительстве госпиталя на орбите придется забыть на несколько лет, но жили же мы как-то и без этого!
Кофе тоже оказался выше всяких похвал, и я взглянула на Дирка с проклевывающейся симпатией. Он неуверенно улыбнулся в ответ и, кажется, собирался что-то сказать, но тут Ростислав отцепился от Матти и мимоходом положил ладонь мне на плечо.
– Верно ли я понимаю, что у тебя ещё есть два часа свободного времени?
Я рассеянно кивнула и обернулась, но тут Дирк поймал меня за запястье. Вздрогнул, словно получив заряд статического электричества по всем пальцам, но руку не выпустил.
– Представители реестра уведомили, что пришлют комиссию для разбора жалобы капитана Соколова уже завтра, – предупредил он. – Будут какие-либо указания на их счёт?
Я вывернулась из-под ладони Ростислава и выпрямилась, нахмурившись. Резервный номер в мансарде гостиницы был занят комиссией по расследованию причин аварии, и девать ещё и представителей реестра было некуда, а улестить их пляжной зоной возможным не представлялось. И приспичило же им прилететь именно в период цветения!
– Так, – я собралась с мыслями, пытаясь отрешиться от ощущения лопнувшей струны в голове. – О цветении капли уже объявили по громкой связи? Отлично. Если кто-то из постояльцев пожелает покинуть платформу, организуйте шаттл до материка этим вечером, а освободившийся номер забронируйте для комиссии. В юридическом отделе вам подскажут, в какой аэропорт обратиться для аренды шаттла. Если же никто из постояльцев не захочет улетать, поднимите списки дежурного персонала и посмотрите, кто будет на сутках в день прилёта комиссии. Возможно, кто-то согласится уступить свою комнату на одну ночь. За доплату, разумеется.
– А если комиссия захочет задержаться? – чуть нахмурился Дирк.
Я развела руками – заодно и запястье высвободила. Где-то под солнечным сплетением уютно сворачивалась клубком веселая злость.
– Тогда это их проблема, – с непривычной лёгкостью заключила я и, подхватив под локоть терпеливо дожидавшегося окончания разговора Ростислава, без промедления потянула его вперед по коридору жилого отсека.
– Капитан твой – козел, – с прискорбием сообщила я на случай, если Ростислав как-то умудрился упустить этот факт. – Подсуропил же… и как с моментом угадал!
– Если начальник не дерьмо, то он дерьмо-начальник, – философски заметил Ростислав, посмеиваясь. – Куда ты меня так целенаправленно тащишь, собственно?
Я даже притормозила от неожиданности – и запоздало смутилась.
– Ну… к себе?.. – неуверенно произнесла я.
В спину мне тут же прилетел кто-то из обслуживающего персонала – пробурчал извинения и помчался дальше. Я нырнула к стене, прикрывшись от людского потока Ростиславом.
– У тебя дверь не закрывается, – горячим шепотом напомнил он, нагнувшись ко мне.
– А у тебя – болезный капитан на соседней койке лежит, – с невеселым смешком констатировала я и отстранилась. От бодрящей злости не осталось и следа. – Действительно. Сказала бы, что не знаю, что на меня нашло, но… а ты-то на что рассчитывал, когда спрашивал у меня о свободном времени?
– Ну, вообще-то я не отказался бы узнать, что на тебя нашло, – пробормотал Ростислав и взъерошил волосы себе на затылке. – Но потом. Раз оно уже нашло… «Фалкон» стоит пустой. Команда туда не слишком рвётся, сама понимаешь. Но… ты уверена?
Я подумала о том, что на стоянке все равно полно народу. Инженеры сервисных служб, охрана, диспетчеры, члены экипажей с соседних кораблей – десятки людей, столько же длинных языков и в два раза больше любопытных глаз.
Начальству не положено заводить проходные романчики. Это дурно сказывается на репутации и при неосторожном выборе партнёров даёт неплохой рычаг влияния. А уж если начальство – женщина…
– Нет, – твердо сказала я.
Ростислав угрюмо кивнул и выпрямился, разом вознесшись на голову надо всем народом в коридоре. Я полюбовалась на его волевой подбородок со следами непривычно светлой щетины, плотно сжатые губы и тень обиды в глазах… а потом взяла его за запястье и без лишних слов потянула в противоположный конец коридора, в тупичок с дверью без номеров и табличек.
Дверь согласилась принять мастер-код с первого раза и распахнулась, являя техническую кладовку с ровными стеллажами коробок. Здесь хранили всякую мелочевку вроде шаровых кранов для внутренней разводки и запчасти для портативных опреснителей, – они не занимали много места, и между стеллажей кто-то из ребят в вечном поиске уютного закутка для отдыха предприимчиво втиснул большое старое кресло.
Я втянула Ростислава внутрь и ввела на смартфоне код для блокировки двери. Та с готовностью пискнула, закрываясь, и в кладовке погас свет. К счастью, найти Ростислава было куда проще, чем черную кошку в темной комнате, а из-за невозможности что-либо рассмотреть все остальные чувства будто бы обострились – и я потянула вверх его футболку, комкая в пальцах мягкую ткань, нагретую теплом чужого тела. Ростислав с каким-то странным судорожным звуком втянул воздух и прижал меня к себе – вплотную, так тесно, что мне пришлось выгнуться, когда он наклонился за поцелуем. Его ладони скользили по моей спине, не то притискивая меня сильнее, ближе, глубже – не то попросту вытаскивая блузку из-под брюк, чтобы наконец-то коснуться обнаженной кожи.
Я самодовольно мурлыкнула и толкнула Ростислава в кресло, тут же забравшись к нему на колени. Пряжка ремня на страже юношеской чести простояла недолго.
– Да, – хрипло пробормотал Ростислав, поймав меня за бедра и бессознательно скользя по ним ладонями вверх-вниз, – я должен был догадаться, что черта с два ты позволишь мне быть сверху…
Глава 15.3
Смартфон на запястье вибрировал уже некоторое время. Протяжно выдохнув, я сползла на плечо Ростислава, прижалась щекой к разгоряченной коже и все-таки открыла глаза.
– Ей-богу, если ты собираешься ответить… – угрожающе пробормотал Ростислав на выдохе.
Я не дослушала. Звонила тетя Алия – видеозвонок я отклонила и перевела аудиовызов на гарнитуру, которую так и не удосужилась снять.
– Ты немного невовремя, – честно сказала я.
Ростислав скосил на меня глаза и, убедившись, что обращалась я не к нему, мстительно толкнулся вверх. Я стиснула зубы, и выбить из меня удалось только еще один длинный вздох.
– Дирк вычеркнул второго кандидата из списка женихов для Фаи и отказывается объяснять причину, – не дала сбить себя с толку тетя Алия. – Что у вас такое произошло? Твой помощник злой как черт!
Искушение просто сбросить вызов было велико. Я небезосновательно подозревала, что основная причина, из-за которой Ростислав выбыл из числа потенциальных женихов, тете Алие не понравится. А Дирка как раз понять было легко – если уж меня эта тема моментально вывела из себя, то он как непосредственно вовлеченное лицо, наверное, бесится от одного напоминания, в какой маразм его угораздило ввязаться!
– Я перезвоню, – все-таки пообещала я и постучала по гарнитуре, разрывая связь.
Ростислав драматически прикрыл глаза. Я несколько устыдилась, но вставать не спешила: мне было слишком тепло, хорошо и спокойно, чтобы шевелиться лишний раз. Если бы реальность в лице тети Алии не напомнила о себе так скоро, неизвестно, сколько бы я просидела у Ростислава на коленях – благо он и сам не порывался двигаться. Просто полулежал в кресле, выравнивая дыхание, и скользил ладонями по моей спине и бедрам – рассеянно, будто бы в глубокой задумчивости, но, стоило мне дернуться, как его расслабленные руки моментально остановились и напряглись, не позволяя мне отстраниться ни на йоту.
– Если это женская осторожность проснулась, то пусть еще поспит, – пробормотал Ростислав, не открывая глаз, и прижал мою голову щекой к своему виску. Его вторая рука лежала на моей пояснице, и я почувствовала себя пришпиленной бабочкой в чьей-то коллекции. Ассоциация вышла даже чересчур точной, потому что выйти из меня Ростислав не потрудился. – Все равно поздновато.
– Знаю, – с прискорбием согласилась я и поерзала. Внутри что-то отозвалось горячей пульсацией – и, кажется, это была не я. – Если бы женская осторожность проснулась вовремя, то мы бы захватили фонарик.
– Зачем? – Ростислав так озадачился, что даже позволил мне приподнять голову.
– Здесь свет не включится, пока мы не откроем дверь, – честно созналась я и неуверенно покосилась в густую черноту за спиной. – Мои трусики, положим, у меня на левой щиколотке, а вот где твои, я понятия не имею. Не говоря уже обо всем остальном.
Ростислав что-то неразборчиво пробормотал себе под нос, дотянулся до моей щиколотки и сдернул трусы окончательно. Куда они делись, я тоже не рассмотрела: экраны смартфонов помогали мало, а других источников света не было.
– Эй! – праведно возмутилась я и дернулась было за его рукой, но меня тут же прижали обратно, вынуждая устроиться на полулежащем в кресле мужчине. – Мне же еще нужно встретиться с представителями реестра!
– Кажется, ты меня использовала, – сокрушенно констатировал Ростислав, не меняя позы. – Потом еще и поматросишь и бросишь, как пить дать…
– Ну, план был примерно такой, да, – признала я и, сдавшись, расслабленно растеклась по его груди.
Грудь, напротив, как-то странно напряглась.
– Вечно с тобой все навыворот, – невесело хмыкнул Ростислав после паузы. – Вот интересно, если бы мы все-таки добрались до постели, какова вероятность, что после секса ты бы отвернулась к стене и захрапела?
Как назло, именно в этот момент мне приспичило зевнуть, и праведно возмущаться и заявлять, что я не храплю, было поздно: специалист по связям с общественностью уже ржал, гнусно и бессовестно, довольный удавшейся шуткой. Вообще говоря, мне и спать не хотелось, а зевать потянуло из-за того, что в кладовке становилось душновато, но я и это предпочла оставить при себе.
Мне было хорошо. Ему, надеюсь, тоже. Если не усложнять, то хорошо будет еще пару дней – аккурат до вылета «Фалкона» на Марс.
Вполне достаточно, чтобы отдохнуть и вернуться в рабочую колею с новыми силами.
Глава 16.1. Добра соль, а переложить – рот воротит
Во второй раз смартфон звонил куда дольше и настойчивей. Ростислав не выдержал и нахально сдернул его с моего запястья, хриплым шепотом сообщил в микрофон, что «Зарина очень-очень занята», и запихнул браслет куда-то между подлокотником и сиденьем, не дав мне даже взглянуть, кому я так несвоевременно понадобилась.
– А если это что-то важное? – не своим голосом спросила я и смущенно кашлянула, чтобы избавиться от томной хрипотцы.
– Потом утонем вместе со всеми, – словно вторя моим собственным мыслям, отмахнулся Ростислав и потянулся за поцелуем, опалив горячим дыханием шею и грудь.
От неожиданности я покрылась мурашками – раз, другой, – и безнадежно потерянный, казалось бы, настрой вдруг вернулся, напрочь сметая здравый смысл и все опасения скопом. О пропущенном вызове я вспомнила гораздо позже, когда снова растеклась по расслабленному мужчине – на этот раз совершенно без сил. В дурацкой шуточке про стенку и храп забрезжил пугающе высокий процент правды, и я заставила себя встряхнуться.
На поиски смартфона ушла ещё четверть часа, пока Ростислав не смилостивился и не вытащил его самолично. Я подсветила пол кладовки, никаких признаков своих брюк рядом с креслом не заметила и уселась Ростиславу на колени как была – но на сей раз боком. От греха подальше.
Ростислав обречённо ругнулся себе под нос и откинулся на спинку кресла – не выпуская, впрочем, меня из объятий, так что от греха отстраниться так и не получилось. Но теперь на страже моей нравственности стеной встали семь пропущенных вызовов от Фаи и три – от Дирка. Массированную атаку на мою личную жизнь завершало сообщение от Ракеша в мессенджере. Прочитав, я на мгновение подвисла, как нечищенная система, не сразу поняв, о чем вообще речь. На всякий случай перечитала ещё раз, но буквы не спешили складываться в новые слова.
– Да что там? – не выдержал Ростислав и тоже заглянул в свой смартфон.
Напрягшиеся мышцы его ног подо мной без лишних слов подсказали, что специалиста по связям с общественностью тоже не оставили в стороне, хотя его происходящее вообще никак не касалось.
– Тебе тоже написали, что Светлана Ракшина арестовала тетю Алию? – растерянно уточнила я, все ещё не веря прочитанному. – Что за ерунда?!
Ростислав пожал плечами и расцепил руки.
– Пойдём-ка, переговорим лично, пока сюда не добрался вертолет служб правопорядка. Потом, боюсь, до самых слушаний ничего не добьемся.
Я кивнула и соскочила с его коленей. Чертыхнулась – вот надо же было притащить его именно в эту кладовку! В туристической части освещение хоть на движение реагирует…
Переведенный в режим проектора смартфон выпустил тусклый лучик. Кружок сероватого света неохотно выдал, что Ростислав отделался куда легче, чем я: его джинсы так и болтались у него на щиколотках, а разуться он вообще не соизволил. Футболка поникшим стягом свисала с одной из коробок на стеллаже.
Моя одежда валялась по всей кладовке, как будто Ростислав развлекался тем, что пытался закинуть каждую снятую вещь как можно дальше, ни разу не повторившись с направлением. Блузка нашлась у самого входа, аккуратно повешенная на крючок. Брюки – четко по центру помещения. Бюстье непонятно как попало за кресло, и, когда я потянулась за ним, провалилось за спинку, так что Ростиславу пришлось ещё и двигать мебель.
Резинка для волос и мои трусики так и не нашлись. Я пометалась по кладовке, чертыхаясь, собрала волосы в пучок, заткнув его первой попавшейся железкой неясного происхождения, натянула брюки на голое тело и выскочила в коридор.
Но зажегшийся в кладовке свет с поисками не помог, и я, махнув рукой, помчалась в туристическую зону, параллельно вызванивая Фаю. Она не брала трубку. У Дирка было постоянно занято. У Светланы – тоже.
– Погоди, – не выдержал Ростислав, как-то естественно и без вопросов увязавшийся следом, и набрал Матти Виртанена.
Тот, к моему облегчению, трубку взял сразу. Ростислав скороговоркой выпалил слова приветствия и перевел звонок на громкую связь.
– … оказывается, я все это время работал над чужим делом, – невесело рассмеялся голос Матти из его смартфона. – Светлана сейчас в своем номере вместе с подозреваемыми. Вряд ли у нее будет время вводить кого-либо в курс дела, сейчас она обязана сформировать отчёт с неопровержимыми уликами и протоколами о допросах до того, как сюда прибудет конвой. Подожди несколько дней, ей наверняка понадобятся ещё и показания госпожи Гильмутдиновой, а она, по крайней мере, будет иметь право делиться подробностями в частном порядке.
– Да я бы вообще-то предпочла, чтобы для начала подробностями поделились со мной! – возмутилась я. – То есть это все не ошибка?! Тетю Алию действительно арестовали из-за похищения Миты? Да она же под угрозой расстрела не вспомнила бы, как ее зовут!
Смартфон пару секунд хранил напряжённое молчание.
– Ростислав, я был бы весьма признателен, если бы ты в следующий раз предупреждал, прежде чем переводить звонок на динамики, – прохладным тоном сообщил Матти и тяжело вздохнул. – Впрочем, да, о чем это я, ты же нарочно…
– Ага, – без тени раскаяния подтвердил Ростислав. – Так мы заглянем, расскажешь, что за ерунда, раз уж начал?
На этот раз трубка высказалась по-фински – с такой экспрессией, что я сочла за лучшее не интересоваться переводом. Но Ростислав невозмутимо сказал: «Две минуты», – сбросил звонок и уверенно потянул меня за собой – к Матти, ни секунды не сомневаясь, что сумеет уболтать следователя на небольшое должностное преступление.
Я понадеялась на то же самое и послушно двинулась следом.
Глава 16.2
Матти открыл дверь и ненадолго замер в проеме, внимательно всматриваясь мне в лицо, словно опасался, что я начну биться в истерике, едва переступив порог. Я и впрямь была к этому чертовски близка, а потому немедленно соорудила морду кирпичом и вежливо поздоровалась.
Следователь перевел взгляд на Ростислава, но проблеска совестливости не обнаружил и там, а потому с обречённым вздохом посторонился, позволяя войти. Гостиничный люкс с видом на море, куда заселили особо важное должностное лицо, отличался от комнаты тети Алии и Фаи только тем, что койка здесь была всего одна, и на место второй втиснули узкий рабочий стол. Сейчас его украшал одинокий лэптоп, интимно подмигивающий индикатором зарядки, и для разговора все равно пришлось выйти на балкончик.
Я сразу устроилась у балюстрады, но на этот раз не рискнула громоздиться сверху, не уверенная в собственной координации, – только облокотилась и склонила голову набок, всем видом олицетворяя готовность слушать.
Матти неуверенно покосился на свободный стул – воспитание мешало ему спокойно сидеть, пока женщина стоит. Ростислав, движимый теми же соображениями, даже попытался сам устроиться у ограды, но выслушал многообещающий скрип и предпочел не рисковать.
– Сидите, – скомандовала я, поняв, что терзаться расшаркиваниями эти доморощенные джентльмены могут до самых слушаний. – Мне комфортнее на солнце. Лучше расскажите, какого… – я выдохнула и сжала в пальцах нагретое железо балюстрады. – Что произошло?
Матти посомневался, но всё-таки уселся на свободный стул и устало потёр ладонью лицо, что-то невнятно пробормотав себе под нос. Ростислав ответил ему широкой и бессовестной улыбкой.
– Госпожа Ракшина смогла выделить время для беседы как коллега с коллегой, – пробурчал Матти из-под ладони. – Мы… в общем, я этого не говорил…
– Да нас здесь вообще не было, – заверил его Ростислав.
Матти хмуро уставился на него исподлобья, но уважение к чужим должностным инструкциям так и не разглядел.
– Я этого не говорил, – с нажимом повторил он, – но мы обменялись информацией, дополнили друг другу картину событий и обнаружили кое-что странное. Вы говорили, что госпожа Гильмутдинова-старшая и ее дочь ничего не получат, если с вами произойдет что-то подозрительное, и я не рассматривал их как основных подозреваемых из-за отсутствия мотива. Но что, если вас и не пытались убить?
Я открыла рот… и снова закрыла.
Матти ссутулился и положил руки на стол, не поднимая глаз.
– Вот и я этот вариант не рассматривал, – пробурчал он. – Но именно так все и сходится. Если убрать с дороги Миту, которая толком не подпускала никого к ремонту «Королевны», ракета останется без должного обслуживания и, вероятнее всего, не сможет состыковаться с космической станцией. Чтобы точно исключить вашу смерть, в пилотское кресло следует усадить вашу помощницу. Без Лусине вы как без рук, без «Королевны» не можете снабжать «Новую Кубань» пресной водой, а тут ещё поиски пропавшего инженера-механика, комиссия по расследованию причин аварии и ещё тысяча и одно дело, требующее вашего непосредственного внимания. Очевидно, что вам понадобится помощь. Но вы нелюдимы, с трудом принимаете кого-либо в команду и предпочитаете иметь дело только со знакомыми. А тут на станцию прилетает ваша тетя, у которой есть подруга с личным шаттлом и какой-никакой, а опыт работы в руководящей должности. А ещё ей очень, очень нужны деньги. Много.
Матти потёр шею и снова уставился в стол.
– Плюс ко всему, госпоже Гильмутдиновой-старшей ничего не стоило связаться с персоналом станции, сказать, что она хочет устроить сюрприз любимой племяннице и навесить на «Королевну» новые компенсаторы за свой счёт. В этом случае ей беспрепятственно выдают контакты Миты, потому что в обход нее с ракетой ничего не сделать. Прошлое же Миты ни для кого на станции не секрет, а слетать в ее родную деревушку и договориться о пристанище для беглянки – проще простого, благо у госпожи Гильмутдиновой-старшей есть гидроплан. – Матти всё-таки посмотрел на меня. – Помните, мы не очень удачно приводнились на реку и повредили правый поплавок? Так вот, он уже был аналогичным образом погнут до этого. Мы просто довели повреждения до критической точки.
Про поплавок я ничего не помнила. Только про то, как Матти зачем-то задерживался у гидроплана, – и то смутно, потому что в голове странно звенело, и картинка перед глазами казалась мутной, словно я смотрела сквозь запотевшее стекло.
– А время вылета «Королевны» – открытая информация, потому как частные суда обязаны сообщать о передвижениях для координации окон вылета, – глухо продолжал Матти. – Госпожа Гильмутдинова-старшая могла подгадать момент, чтобы вы точно не вылетели на неисправной ракете. Кроме вас, «Королевну» пилотирует только Лусине, и об этом тоже все знали…
Я сморгнула, пытаясь избавиться от пелены перед глазами, и качнулась вперед, но устояла, хотя взмокшие ладони противно проскользили по балюстраде, почти не давая поддержки.
Если бы не Дирк, я могла и впрямь отчаяться настолько, чтобы прибегнуть к тетиной помощи. Она ведь предлагала, и неоднократно. Ей и впрямь были нужны деньги на штраф за незаконного внука. Очень много.
Станция столько не приносила. Но это в норме, потому что вкладывать в нее приходилось немногим меньше. А если вынудить людей и технику работать на износ, ничего не ремонтируя и не расширяя… станции, конечно, придет конец уже через полгода-год: морская вода и ядовитые водоросли немилосердны. Но выручки будет достаточно и не на один штраф.
А у меня, в конце концов, осталась бы ещё «Новая Кубань», которая, по совести, как раз и приносила большую часть дохода. Зато у тети наконец-то был бы долгожданный внук, ради которого она была готова даже выдать дочь за неизвестного мужика – раз уж отнять у меня бразды правления станцией никак не удавалось.
Это выглядело настолько правдоподобно, что меня саму передёрнуло от отвращения. Так-то легко я поверила в то, что тетя, знавшая меня с пелёнок, способна отправить в космос на неисправной ракете мою лучшую подругу, а незаменимого инженера-механика вернуть толпе мизогинистичных придурков?..
Но она ведь и правда могла. В семейные ценности тетя всегда верила больше, чем они того заслуживали.
Я прикрыла глаза и наклонилась вперед, почти повиснув на вывернутых руках. Кожа на ладонях болезненно натянулась, и это отрезвляло.
– Нет, – отнюдь не так твердо, как должна была, произнесла я. – Не может быть. Простите, но я не верю.
И, наверное, чувствовала бы себя гораздо лучше, если бы к этому «не верю» могла бы приложить хоть одно доказательство тетиной невиновности. Но этот нерожденный ребёнок толкал ее на такие шаги, что я и раньше начинала сомневаться в ее здравомыслии.
– Я не выдвигаю обвинений, – сразу же отперся Матти. В его позе мне почудилось что-то настороженное, словно он готовился ловить меня – вне зависимости от того, в какую сторону я начну падать, и это заставило меня выпрямиться и поднять голову. – Это не мое дело и даже не моя юрисдикция. Ваша тетя в любом случае имеет право на звонок, и вы сможете переговорить лично, как только она закончит давать показания.
Ростислав молча встал и притянул меня к себе. Я уперлась, не позволив спрятать лицо у него на груди, но всё-таки тяжело привалилась к нему плечом.
Матти скользнул взглядом по руке Ростислава у меня на спине и тактично промолчал.
– А с твоим делом что? – спросил Ростислав, бездумно поглаживая меня по плечу. Кажется, его это успокаивало куда больше, чем меня саму.
Состояние своего дела Матти охарактеризовал по-фински – с такой интонацией, что я предпочла не пополнять словарный запас.
– Госпожа Гильмутдинова-старшая понятия не имеет, кто такой капитан Соколов, – сообщил следователь. – А о «Фалконе» знает только, что это корабль, с которого ее племянница позаимствовала шаттл на пару дней. Более того, госпожа Гильмутдинова-старшая надеялась, что «Фалкон» уберется отсюда как можно скорее. Вместе с шаттлом, разумеется, потому что тогда Зарине пришлось бы всерьез рассмотреть другое предложение аренды. Госпоже Гильмутдиновой-старшей невыгодно лишать «Фалкона» капитана, потому что это означает, что корабль так или иначе задержится на станции. Это не она. Более того, все теории, которые я строил, пытаясь связать похищение госпожи Кумар, аварию «Королевны» и отравление Макса… – Матти выдохнул, явно проглотил ещё пару экспрессивных выражений на родном языке и нехотя признал: – Все они неверны. Похоже, здесь вообще нет никакой связи. Я вернулся к началу.