Текст книги "Разбитое сердце узурпатора. Часть 2 (СИ)"
Автор книги: Екатерина Скибинских
Соавторы: Ива Лебедева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)
Глава 35
Шэн мгновенно изменился в лице. Попытался резко сесть и зашипел от вспыхнувшей в ране боли, но я тут же ткнула его ладонью в здоровое плечо, удерживая на месте.
– Сиди, идиот! Разойдется шов!
– Не разойдется, – глухо отрезал он, все же приподнимаясь на локтях. – Слушай меня внимательно, Линь-эр. Твоя семья в полной безопасности.
– Откуда такая уверенность?! – вырвалось у меня сдавленным всхлипом. Руки снова задрожали, мокрая ветошь выскользнула из пальцев и упала в таз. – Если заговорщики или люди князя Ланя прознали про безопасный дом, они могли нажать на отца! Они могли…
– Твои отец, мама и брат с невестой уже за пределами столицы, – перебил он, сжав мою дрожащую ладонь. – Слышишь? На случай любого изменения первого плана всегда существовали второй и третий. Как только я не подал сигнала о том, что мы с тобой благополучно прибыли в укрытие, Тайная Гвардия обеспечила их выезд под видом купеческого каравана. Это был отдельный приказ, понимаешь? Их маршрута не знал никто, кроме самого императора и меня.
Я замерла, глотая воздух.
– Откуда вообще взялась засада в предместье?! – шепнула я, вглядываясь в его заострившиеся скулы. – Возница… он ведь сворачивал точно туда!
– Убежище наверняка слила какая-то мелкая сошка, – процедил Шэн, и на его скулах заходили желваки. – Какая-то тварь продалась за золото заговорщиков, думая, что выполняет простой заказ. Но эти крысы искали вас, госпожа, и стреляли в вас. Они не знали, что твою семью вывезли совершенно другой дорогой. Для Ланя твои родные – отыгранный материал, им нужна была ты, чтобы шантажировать двор или предъявить живое доказательство обмана Сына Неба. А еще вернее пытать тебя, чтобы вызнать, зачем ты вообще понадобилась императору.
Я смогла сделать глубокий вдох. Сердце все еще колотилось о ребра, как безумная птица, но липкий ужас за родных постепенно начал отступать, сменяясь ядовитой усталостью.
– Значит… они уехали? В безопасности? – тихо переспросила я.
– В полной, – жестко подтвердил Шэн, а затем его пальцы чуть сильнее, но невероятно бережно сжали мою руку. – А вот тот, кто отдал приказ устроить засаду у ворот, и тот, кто направил туда арбалетчика, долго не проживут. Я лично позабочусь об этом, госпожа. Как только смогу встать.
– Вот именно, когда сможешь. – Я сердито ткнула его пальцем в здоровое плечо, вынуждая лечь обратно, а то вскинулся мне тут. – А пока не можешь, лежи смирно и лечись! Я попробую сходить на разведку до ближайшего предместья и послушать, что вообще говорят о вчерашнем происшествии в Запретном городе.
– С ума сошла?! – снова подскочил Шэн и тут же зашипел сквозь зубы, потому что стрела в грудь – это все же не шутки, даже если ты здоровенный варвар, на котором все заживает как на собаке, судя по количеству шрамов. – Госпожа, не вздумайте!
– Мы должны знать, что происходит. – Я прижала упрямого осла обратно к постели обеими руками. – Я верю тебе про мою семью, но… знать все равно надо. Не дергайся, никто не собирается соваться в центр и даже расспрашивать людей. Я надену шляпу с вуалью и просто пройдусь по рынку на окраине, куплю немного овощей, заодно услышу все, о чем говорят торговцы. Лучшего сборника новостей и сплетен все равно не найти, а опасности никакой, по сути.
– Госпожа, вы пропустили мимо ушей то, что я сказал?! Князь Лань собирается вас пытать! Чтобы вызнать секреты императора! Вы же…
– Я смогу промолчать, даже если меня поймают. – Кривая усмешка сама скользнула по губам. – Уж поверь, молчать под пытками я… сумею.
Сама себя за язык поймала в последний момент, чуть изменив конец фразы с «привыкла» на «сумею». Еще я в перерождении не признавалась всяким варварам в такой напряженный момент! Я даже родителям об этом не рассказывала.
Хотя Шэну, наверное… потом когда-нибудь… но не сейчас!
Я на пару секунд задумалась, ушла в эти мысли и не сразу обратила внимание на то, как раненый осел перестал брыкаться и бессильно обмяк под моими руками. Вся его прежняя запальчивость улетучилась в один миг, уступив место какому-то жуткому, свинцовому оцепенению.
– Шэн? – Я потормошила его за здоровое плечо, чувствуя, как под моей ладонью окаменели его мышцы. – Эй, ты чего? Рана опять закровоточила?
Варвар медленно перевел на меня взгляд. В глубине его темных зрачков не было ни гнева, ни упрямства – лишь тупая, выжигающая душу боль.
– Не нужно… – прочистив горло, глухо проговорил он. – Пожалуйста, госпожа, не говорите так. Даже в шутку.
Я растерянно моргнула, отнимая от него руки.
– Да я же просто… к слову сказала! Чтобы ты понимал, что я не кисейная барышня и не падаю в обморок от первой же угрозы!
Шэн закрыл глаза и рвано выдохнул. Я видела, как тяжело вздымается его грудь под свежими повязками, ему явно хотелось высказать все, что он думает о моей «храбрости», но он заставил себя сдержаться.
– Я знаю, что вы не кисейная барышня, Линь-эр. Вы самая сильная и упрямая девушка из всех, кого я встречал. Но пока я дышу, вам не придется ничего «выдерживать». Ни пыток, ни допросов, ни страха. Если вы попадете к людям Ланя… значит, я уже мертв. А пока я жив, никуда вы одна не пойдете.
– Дождитесь вечера, – подытожил варвар, не сводя с меня серьезного взгляда. – Наш благодетель сходит на разведку, он все равно собирался на рынок за травами и овощами. Даос все узнает и все нам расскажет. А вы останетесь здесь. Со мной. Это… мое единственное условие.
Я посмотрела на наши сцепленные руки, на его бледное, искаженное сдерживаемой болью лицо, и вся моя решимость моментально улетучилась. Спорить с раненым гигантом, который ради меня готов был сбежать прямо с кровати, казалось сейчас последним свинством.
– Ладно, – ворчливо сдалась я, опустившись обратно на край тахты и укрывая его плащом по самые плечи. – Убедил, осел упрямый. Сижу на месте. Но если старик принесет плохие новости, мы уезжаем отсюда в ту же секунду!
Глава 36
Ну и гады же они оба! Вот прямо коварные гады, заговорщики, прохиндеи! Сговорились! И когда, главное, я же с них глаз не спускала! Ну, разве что когда даос варвара по нужным делам выводил, туда-то я за ними не ходила… тьфу!
Старый лис с благостной улыбкой и фарфоровыми четками и Шэн, мой собственный варвар, на которого я уже начала полагаться как на скалу, страшно ловко все провернули! Я бы даже восхитилась, если бы не бесилась до скрежета зубовного.
Когда старик сказал, что сходит на разведку, он сначала заварил лечебный суп, наполненный не только травами, но и видимыми глазом искорками энергии ци. Ядовито-зеленое варево с пряным запахом и плавающими в нем кусочками корней, похожими на сморщенные пальцы столетнего старца, даже выглядело таинственно, под стать отшельнику-даосу.
«Для укрепления сил, барышня, – сказал он с такой безмятежной улыбкой, что мне сразу стало подозрительно. – Вам обоим нужно восстановиться перед дальней дорогой».
Я тогда еще подумала, что Шэну после стрелы в грудь такой супчик нужен ведрами. Он бледнел, когда пытался просто привстать, чтобы напиться. Ему это зелье было просто необходимо.
А мне оно досталось за компанию и чтобы не теряла сил, ухаживая за больным. Логично же? Вот и я так подумала.
И что же? Этот суп, как выяснилось позже, был не просто укрепляющим, он был настоян на столетнем женьшене, который в народе называют корнем жизни, с добавлением каких-то горных трав, что даже в столичных аптеках днем с огнем не сыщешь. Вся эта смесь должна была в разы ускорить заживление раны для варвара, а мне придать сил и здоровья, потому что я, как ни крути, тоже вымоталась.
Но старый хрыч и мой «верный» телохранитель промолчали о главном! О том, что этот суп еще и усыпляет ровно на сутки! Для раненого это отличная возможность поспать, чтобы тело восстанавливалось без лишних движений. А для меня произвол и наглое надувательство!
Я вовсе не собиралась спать. Мне нужно было оставаться настороже, следить за Шэном и быть готовой к любой опасности. А вместо этого я бессовестно отключилась, едва допила даосский отвар. Провалилась в беспросветную черную бездну без сновидений, даже не почувствовав, как голова коснулась жесткой подушки. Проспала так крепко, что старый пройдоха успел не спеша сходить на рынок, вернуться с кучей сплетен и, наверное, раза три перезаварить свой травяной чай!
Зато когда я открыла глаза, Шэн выглядел уже совсем иным человеком. Бледность сбежала с его лица, взгляд прояснился. Рана заживала прямо на глазах, края стянулись сукровичной корочкой, казалось, минула по меньшей мере неделя, а не какие-то одни сутки. Вот что значит настоящий столетний женьшень в руках знающего травоведа!
Я, конечно, кипела от злости за то, что меня так нагло усыпили, но вынуждена была признать: трюк сработал. Мой варвар теперь мог уверенно ступать, пусть и с легким ощущением боли, а не истекать кровью на каждом шагу. Да и я сама перестала качаться от слабости и головокружения.
И вот теперь мы стояли посреди полутемного зала обители, внимая докладу седого даоса. Я про себя уже прикидывала изощренные способы мести этим двоим заговорщикам: монаха хотелось наказать, лишив его любимых фарфоровых четок, а для Шэна придумаю нечто совсем немилосердное, едва мы выберемся из этой передряги.
Впрочем, сладкие мечты о расплате мгновенно испарились. Новости, доставленные стариком из предместья, оказались одна тревожнее другой.
– В столице теперь сложно и смутно, – сказал он негромко. – Князь Лань захватил часть Запретного города. Не весь, но достаточно, чтобы блокировать императорский дворец, в котором заперся Сын Неба. Говорят, он серьезно ранен и мятежники уже празднуют победу.
– Ранен? – переспросила я, и сердце сделало странный кульбит. Почему меня это задело? Мы теперь чужие люди, а у меня есть варвар, и… о боги, о чем я вообще думаю?!
– Так говорят, – пожал плечами даос. – Но я сомневаюсь. Слишком быстро все произошло. Слишком гладко для заговорщиков. Подозреваю, что Сын Неба сам подставился под удар, чтобы выманить князя Ланя из укрытия. Лучше разом передавить всех змей, чем вылавливать потом по одной.
– Это в его духе, – буркнула я и тут же прикусила язык, потому что Шэн на другом конце комнаты резко поднял голову и уставился на меня с каким-то странным, почти испуганным выражением.
– Что в моем духе? – переспросил он хрипло, будто от сильного волнения.
– Это не про тебя, – отмахнулась я. – Про императора.
Шэн чуть заметно расслабил плечи, но я успела заметить его напряжение. Странный он сегодня. Еще более странный, чем обычно. Но разбираться с этим сейчас было некогда.
– Это не все, – продолжил даос, и я снова повернулась к нему. – В городе ищут вас, барышня. Ищут ту самую «исчезнувшую дочь инспектора Ли». Слухи, что вы жива, уже пошли. Князь Лань пообещал награду в десять тысяч таэлей золотом за вашу голову.
– Сколько?!
– Десять тысяч таэлей золотом, – безмятежно повторил даос, медленно отпивая чай из своей пиалы. – За такую сумму, барышня, даже самый праведный отшельник задумывается, так ли уж грешна измена. Впрочем, вам повезло: на рынке пока думают, что вы спасаетесь бегством где-то у южных границ, а не прячетесь в трех ли от столичных ворот.
– Десять тысяч… – пробормотала я, чуя, как по спине пробегает липкий холодок. – С ума сойти. Да за такие деньги за мной охотиться начнет вся Поднебесная!
Я нервно сжала кулаки, чувствуя, как земля снова уходит из-под ног. Вся эта комбинация князя Ланя – игра на уничтожение. Раненого Ван Июя заблокировали во дворце, а меня объявили главным трофеем этой проклятой охоты.
Шэн, до этого тихо стоявший у стены, резко сделал шаг вперед. Его лицо превратилось в суровую каменную маску, темные глаза зажглись жестоким опасным блеском.
– Пусть только попробуют прийти, – глухо прорычал варвар. – Десять тысяч таэлей не спасут никого, кто посмеет протянуть к вам руки. Я лично вырву язык каждому, кто произнесет ваше имя на этом рынке.
Я уставилась на него, опешив от такой нечеловеческой всепоглощающей ярости.
– Шэн, успокойся! – вырвалось у меня. – Не надо ничего никому вырывать! Нам просто нужно убираться отсюда, пока на нас не напали!
– Куда убираться, барышня? – тонко ухмыльнулся даос, глядя на нас с легким прищуром. – На всех дорогах патрули.
– Гуй вам в печень! – выпалила я, чувствуя, как внутри закипает почти привычная уже злость. – И что с моей семьей?
Глава 37
Даос помедлил, и эта пауза стоила мне целого года жизни.
– Господин Ли с семьей успел уйти в самый последний момент, – наконец сказал старик. – Они выскользнули до того, как мятежники окончательно перекрыли дороги. Соседи из поместья Фу тоже исчезли. А вот в самом доме генерала неожиданно объявилась та самая наложница Пей Сы, о которой столько дней судачили на рынках. Ведет себя как законная хозяйка и уже разослала приглашения старейшинам клана на «восстановление справедливости».
– Вот же змея! Я выгнала ее, разоблачила обман, а она…
– Она вернулась, потому что считает вас мертвой, – спокойно перебил Шэн. – Без вас нет и угрозы для ее планов. Наложница рассчитывает, что тетушка Фу не выдержит давления и согласится на развод. Или просто не вернется, и проблема решится сама собой.
– Не согласится, – твердо возразила я, хотя в глубине души не была так уверена. Тетушка иногда бывала не к месту подвластна эмоциям. Впрочем, с ней Ле-ле, а эта малышка отлично научилась кусаться в ответ на любые выпады.
– Неважно, – отрезал Шэн. – Ищейки князя Ланя прочесывают предместья, они ищут вас и скоро доберутся до этой обители. Нужно уходить.
– Уходить? – Я требовательно уставилась на его перевязанную грудь. – Твоя рана едва затянулась! Куда ты собрался?
– Я выдержу, – бросил он тоном, не терпящим возражений. – Мы идем к вашим родителям. Вы ведь хотите их увидеть?
Великое небо, как же я этого хотела! Маму, папу, Юханя, Ваньцин, Гусян. Убедиться собственными глазами, что они живы и невредимы. Что кошмар прошлой жизни не повторился и мне не придется снова жечь поминальные деньги над их табличками, сгорая от бессильного горя.
– Ты знаешь, где они?
– Знаю, – кивнул Шэн, с невероятной ловкостью перемещаясь по келье и собирая наши немногие вещи. – Тайный караван должен был доставить их в горное убежище. Оно обустроено так, что там можно безопасно скрываться хоть сто лет.
– Еще и в горы карабкаться?! После стрелы в груди?! – Я шагнула к нему, чувствуя, как все внутри сжимается от страха. – А если ты рухнешь на полдороге, что мы будем делать?!
– Не рухну. – Этот упрямый бамбукоголовый варвар лишь поджал губы, даже не замедлив своих сборов.
Он двигался удивительно легко для человека со свежей пробоиной под ребрами. Повезло же нам встретить даоса-лекаря! Просто чудное совпадение. Ей-богу, если бы эти двое еще не усыпляли меня без спросу, цены бы им не было!
– Если вы пойдете рядом, я выдержу все.
Я хотела съязвить, обругать его дурацким варваром и последним ослом, но слова застряли в горле. Глядя в его темные серьезные глаза, я поняла: этот бамбук действительно пойдет за мной, даже если для него это будет означать погибель. И от этой мысли стало одновременно и страшно, и до одури сладко.
Даос тем временем уже собирал узел с припасами. Он действовал с той неторопливой, но выверенной точностью, которая бывает только у людей, привыкших жить на краю пропасти. Закончив, старик протянул мне плотный сверток:
– Здесь сушеное мясо, лепешки, мази для перевязки и тонизирующие пилюли. Дорога через кручи – единственный чистый путь. Люди Ланя сжимают кольцо вокруг предместья, к ночи они будут здесь. Уходить нужно прямо сейчас.
– Спасибо, почтенный, – тихо произнесла я. – Мы не забудем твою помощь.
– Небеса не зря свели вас вместе, барышня, – усмехнулся старик, но смотрел при этом прямо в глаза Шэну. – Вы оба обязаны дожить до завтра. Иначе все, что было, что есть и что должно случиться, потеряет всякий смысл.
Я не поняла, что он имел в виду. Но переспрашивать не стала, времени до визита людей князя Ланя оставалось все меньше.
– Идем, – сказала я, поворачиваясь к Шэну. – Сможешь встать?
– Да чего бы я не смог, – ухмыльнулся варвар и действительно поднялся с лежанки. Вот только губы чуть побелели. М-да… Рана поджила, конечно, и тонизирующие пилюли даоса с женьшенем и лимонником в составе тоже отличная вещь. Но по-хорошему Шэну все равно надо лежать, а не по горам бегать…
– Давай вместе, – сказала я, подходя к нему и закидывая его руку себе на плечо.
Этот упрямый осел оказался таким тяжелым! Я ощутила его вес, его тепло, его дыхание у своего виска, и внутри все сжалось в тугой узел. Да что ж такое! Нельзя сейчас отвлекаться на глупости, на неправильные чувства, это опасно! Я не должна думать ни о чем, кроме того, как выбраться живыми. Только вот сладить с самой собой оказалось невероятно трудно.
Я чувствовала, как мое сердце бьется быстрее, когда он опирается на меня. Как мои пальцы хотят сжаться на его талии, чтобы поддержать его. Как я хочу сказать ему что-то теплое, что-то, что он запомнит, если…
– Не думайте о плохом, госпожа, я сумею вас уберечь, – тут же высказался варвар, будто прочитав мои мысли.
– Я думаю о том, какой ты тяжелый, – соврала я. – Как ты вообще такой здоровый вымахал на пустом рисовом отваре?
Шэн широко ухмыльнулся, будто я ему комплимент сделала. И уверенно перенес большую часть веса с моих плеч на собственные ноги, будто и не валился недавно от каждого движения. Я даже заподозрила его в том, что только что он нарочно на мне вис, а не от слабости.
– Я варвар, госпожа. Мы едим лошадей, – подмигнул этот прохвост и выпрямился окончательно, уверенно отстраняясь от меня и направляясь к выходу.
– Да по тебе и видно! – фыркнула я, выходя с ним из кельи.
Ночь встретила нас прохладой и звездами. Они были такими яркими, такими близкими, что казалось – можно дотянуться рукой. Где-то вдалеке выла собака, и я почему-то вспомнила, как в детстве отец говорил, что собачий вой всегда к перемене погоды. Ох, нет, только дождя в дороге нам и не хватало!
Так или иначе, но нести наши скудные пожитки я ему все равно не позволила, сложила все в соломенную корзину с лямками и закинула себе за спину. А этот остолоп свое оружие пусть несет и себя самого. Так ему и сказала!
Мы простились с даосом тремя глубокими поклонами и обещанием когда-нибудь встретиться. А потом безлунная ночь сомкнулась над тропинкой и рассыпалась крупным горохом звезд, в свете которых заросли по бокам нашего пути казались черными, как разлитая тушь.
Через час мы вышли к небольшому ручью. Вода уютно журчала по камням, вокруг было очень тихо и как-то мирно, безопасно, что ли. Только Шэн дышал тяжелее обычного, и я не выдержала:
– Давай передохнем. Хотя бы полпалочки.
Варвар не стал спорить. Опустился на траву, прислонившись спиной к толстому бамбуковому стволу, и закрыл глаза.
– Ты как? – спросила я, глядя на его бледное лицо.
– Жив, – ответил он, не открывая глаз. – А вы, моя госпожа? Сильно устали?
– Как минимум тоже жива, – усмехнулась я. – Хотя, честно говоря, уже не уверена, что это хорошо.
Он открыл глаза и посмотрел на меня. В его взгляде было столько всего: и усталость, и тревога, и что-то еще, чему я не хотела давать имя.
– Не говорите так, – сказал он тихо. – Никогда.
– Почему?
– Потому что если вас не будет в живых, то и меня не станет. Мне незачем будет жить.
Глава 38
Я резко отвернулась, чтобы он не видел моих глаз. Смотрела на воду, на звезды, на что угодно, только не на него. Потому что если бы я посмотрела на него сейчас, то, наверное, не смогла бы сдержаться. Так бы и выпалила все, что на уме и на сердце.
– Ты говоришь это, потому что я тебя спасла? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
– Я говорю это, потому что вы – моя госпожа, – ответил несносный бамбукоголовый варвар. – А еще потому, что вы первый человек, который в этой жизни не смотрел на меня как на оружие или грязь. Который не унижал.
– Не смотрела и не унижала? – переспросила я, поворачиваясь к нему. – Да я тебя сто раз обругала! Орала и ногами топала!
– Это было другое, – улыбнулся он. – Вы ругались, но ваши глаза всегда были добрыми. Я никогда не видел в них страха или отвращения.
Мне было нечего на это сказать, ведь он прав. Даже когда я злилась на него, я никогда не боялась. Чувствовала рядом с ним безопасность, даже когда он был ранен и беспомощен. Это странно, неправильно, но это было. Ох, да что там, я, кажется, снова наступила на те же грабли. Я влюбилась…
– Ладно, – сказала я, вставая и отряхивая платье. – Отдохнули – и хватит, ползем дальше.
Шэн поднялся на удивление легко и пошел впереди, отводя от меня ветки кустов и деревьев, низко свисающие на тропу.
Я какое-то время послушно шагала следом, оставаясь настороже. Ловила момент, вдруг, не дай бог, он оступится или покачнется от слабости. Надо успеть подхватить.
– Шэн, – позвала я, когда мы вышли на открытый участок, где ветер был особенно сильным.
– Да, госпожа?
– Ты когда-нибудь думал о том, что будет после всего этого?
Он молчал так долго, что я уже решила, что он не ответит.
– Думал.
– И что же?
– Я думал о том, что хочу, чтобы вы были рядом всегда, – сказал он. – Все остальное неважно.
Угу, вот и выяснила. И что теперь? Я не знала, что ответить, так что просто кивнула, забыв, что он на меня не смотрит, и пошла дальше.
За спиной, где-то далеко внизу, в предместьях столицы, залаяли собаки. Ох, хоть бы это были просто псы, а не гончие князя Ланя.
Шэн тоже услышал этот гулкий далекий лай. Почти незаметно для неопытного глаза он изменил шаги: теперь его сапоги ступали по горной тропе совершенно бесшумно, а каждое движение стало по-кошачьи мягким и собранным. Он слегка притормозил, поджидая меня, и, когда я сравнялась с ним, накрыл мою ладонь своей шершавой рукой.
– Это псы охотников из нижних деревень, – тихо сказал он, нагнувшись к самому моему уху. – До кручи ищейкам не добраться еще часа три. Ветер дует вниз, наши следы они не почуют.
– А если это ищейки Ланя? – не выдержала я, покрепче сжимая его пальцы. – Вдруг засаду устроили не только на дороге, но и в ущелье?
– Не устроили, – уверенно отрезал варвар. – Горный проход к тайному убежищу знают лишь трое во всей Поднебесной. И князя Ланя среди них нет.
«Зато среди них есть Сын Неба…» – с тоскливым озарением пронеслось у меня в голове.
Я снова посмотрела на его профиль в свете луны: резкие скулы, темная прядь волос, падающая на лоб, чуть прищуренные глаза. И как этот человек вообще мог знать о тайных тропах императорских ищеек? Откуда в нем эта въевшаяся в кровь повадка воина, привыкшего повелевать, а не подчиняться? Но эти вопросы растаяли сами собой, едва Шэн чуть сильнее сжал мою руку, бережно увлекая за собой в тень развесистого кедра.
– Шэн… – тихо позвала я, когда мы остановились на узком карнизе над обрывом, откуда открывался вид на покрытые туманом долины.
– Линь-эр? – Он снова назвал меня по имени, совсем без хозяйского «госпожа», и от этого глубокого бархатного тона внутри опять сладко звякнула тонкая струна.
– Когда мы придем к моим родителям… когда все это закончится… – я замешкалась, сглатывая ком в горле и уставившись на свои измазанные в горной грязи туфли, – ты ведь правда не уйдешь? Не исчезнешь, как только вернешь меня семье?
Шэн замер. Он медленно повернулся ко мне всем корпусом, абсолютно забыв про рану в груди, поднял здоровую руку и едва ощутимо, самыми кончиками пальцев, коснулся моей щеки, убирая выбившийся локон.
– Я уйду только тогда, когда ты сама укажешь мне на дверь, Линь-эр. Но пока ты позволяешь мне идти рядом… я буду с тобой. На этой тропе, в горах или на краю света.
Ночной ветер донес из долины новый, более частый лай псов, но змеиный клубок страха под ложечкой неожиданно разжался. Пусть ищут. Пусть шлют хоть тысячу наемников князя Ланя. Пока этот бамбукоголовый упрямый варвар держит меня за руку, я больше ничего не боюсь.
Через два часа лай за спиной утих. Мы поднялись достаточно высоко, чтобы достичь уровня луговых трав, которые вымахали выше чем по пояс, и шли через них еще какое-то время, пока не оказались в узком проходе между двумя скалами. Его невозможно было заметить со стороны, так густо это место заросло вьюном. Только если точно знать, где находится каменная щель, можно было отодвинуть завесу лиан и пробраться внутрь.
Это и был путь в небольшую скрытую долину среди горных пиков.
– Через сутки будем на месте, – сказал Шэн, снимая с моей спины короб. Всю дорогу я тащила наши пожитки, потому что мужчина шел впереди и держал наготове оружие. Это уже не говоря о том, что он все еще был ранен.
Не так много у нас оказалось вещей, чтобы у меня даже мысль возникла, что можно переложить часть груза на кого-то другого. И самое правильное во всем этом было то, что Шэн об этом даже не заикнулся, хотя я видела, как ему не по себе и хочется отобрать у меня короб.
Но он не только варвар, он опытный воин и понимал, что важнее. Свободные мужские руки – это гарантия безопасности. Ну вот так устроена жизнь, что поделать.
– Госпожа, днем идти не следует. – Поскольку небо над горами стремительно светлело, Шэн решил устроить привал. – Мы, конечно, уже далеко ушли, но лучше быть осторожными, а еще нам требуется отдых. Вот тут, под скальным навесом, будет удобнее. Садитесь, я сейчас все устрою…
– Вот еще, – сердито одернула я его. – Ты забыл уже про стрелу в грудь? Сам садись, это я все устрою.
– Давайте вместе? – после короткого, слегка как будто ошарашенного молчания предложил варвар.
Мне от этого «вместе» вдруг стало тепло и удивительно легко на душе.
– Давай, – просто сказала я. – И перестань уже метаться между «вы» и «ты». То так, то эдак говоришь, меня все время это сбивает. Раз набрался храбрости звать меня домашним именем, то и выкать больше незачем.
– Хорошо, Линь-эр.
