Текст книги "Целуй, пока не поздно (СИ)"

Автор книги: Екатерина Мордвинцева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 10

Мы плыли домой три дня.

Три дня, в течение которых я училась быть человеком.

Звучит странно, да? Я и была человеком. Плоть, кровь, кости – всё на месте. Но внутри меня, в тех глубоких каналах, где когда-то пульсировала магия, а потом проснулась Жница, теперь была тишина. Не пустота – тишина. Как после бури, когда волны успокаиваются, ветер затихает, и только мокрый песок напоминает о том, что шторм был.

Я сидела на корме корабля, смотрела на воду и пыталась понять, кто я теперь.

Лира спала в каюте – после всего, что случилось на острове, она была истощена. Её тело требовало отдыха, но разум отказывался. Она часто просыпалась с криком, рисовала на стенах каюты кровавые картины, а потом снова засыпала. Мэриус говорил, что это нормально – её дар развивается, и видения становятся всё более яркими, всё более невыносимыми.

– Она станет сильнее, – сказал он вчера вечером, сидя рядом со мной на корме. – Или сойдёт с ума. Пока непонятно.

– Ты всегда смотришь в будущее с пессимизмом, – заметила я.

– Я смотрю в будущее с реализмом, – ответил он. – Разница большая.

Я не стала спорить.

К вечеру третьего дня показался берег. Порт Кровавых скал был виден издалека – огни, дым, суета. Но мы не пошли в порт. Мэриус обогнул скалы и причалил к маленькой бухте, скрытой от посторонних глаз.

– Отсюда до утёса полчаса пешком, – сказал он. – Лиру понесу я, ты иди за нами.

– Я не инвалид, – огрызнулась я.

– Ты ранена, – напомнил он.

Рана на моём плече, которую наёмник-иллюзионист нанёс мне ещё на острове, до сих пор не зажила. Я перевязывала её каждый день, но она гноилась, болела, пахла чем-то сладковатым. Мэриус сказал, что клинок был отравлен, но смог нейтрализовать часть яда своей магией. Часть. Не весь.

– Пройдёт, – сказала я.

– Пройдёт, – повторил он, но в его голосе не было уверенности.

Мы поднялись на утёс по старой тропе. Дом встретил нас тишиной и темнотой. Голем-стражник стоял у ворот, но не шевелился – его магический источник, видимо, разрядился за время нашего отсутствия.

– Я перезаряжу его завтра, – сказал Мэриус, открывая дверь ключом (обычным, железным – магический замок тоже разрядился).

Внутри дома было холодно и пыльно. Недели без присмотра сделали своё дело. Лира чихнула, проснулась и прошептала:

– Я дома.

– Да, – ответил Мэриус. – Мы дома.

Он уложил её в её кровать, поцеловал в лоб и вышел в коридор. Я ждала его, прислонившись к стене.

– Тебе нужно отдохнуть, – сказал он.

– Тебе тоже.

– Я проверю защиту.

– Ты устал.

– Я маг, Сайфер. Я могу не спать несколько дней.

– Не надо, – сказала я. – Останься.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул и пошёл за мной в комнату Серафины – ту самую, где я спала до отъезда.

Мы легли на кровать, не раздеваясь. Я прижалась к его плечу, чувствуя тепло его тела.

– Мэриус, – сказала я.

– Мм?

– Ты боишься короля?

– Да, – ответил он. – Он сильнее меня. И у него больше ресурсов.

– А мы? У нас есть я. Жница.

– У нас есть ты, – согласился он. – Но ты ранена. И твой дар нестабилен.

– Он станет стабильным, – сказала я. – Я научусь его контролировать.

– Надеюсь.

Он поцеловал меня в макушку, и я уснула.

Мне приснился сон.

Я стояла в тронном зале. На троне сидел король – не тот, которого я видела раньше, а другой. Молодой, красивый, с чёрными волосами и серыми глазами, как у Лиры.

– Привет, Жница, – сказал он. – Я ждал тебя.

– Я не Жница, – ответила я. – Я – Сайфер.

– Это одно и то же, – усмехнулся он. – Жница – это проклятие. Ты – проклятие. И я собираюсь тебя уничтожить.

– Попробуй.

Он щёлкнул пальцами. Из пола выросли цепи, обвили мои руки, ноги, шею. Я не могла двинуться.

– Твоя сила не работает против меня, – сказал он. – Я – потомок создателей Кубка. Я – твой хозяин.

– Нет у меня хозяина.

– Есть, – он встал с трона, подошёл ко мне, взял за подбородок. – Я. Ты будешь делать то, что я скажу. Или Лира умрёт.

– Не тронь её.

– Тогда подчинись.

Я проснулась в холодном поту.

Рядом никого не было. Мэриус ушёл – наверное, проверять защиту. Я села на кровати, провела рукой по лицу. Сон был слишком ярким, слишком реальным.

«Король не может управлять Жницей, – подумала я. – Это ложь».

Но страх остался.

Я встала, оделась, спустилась вниз. Лира сидела в своей комнате и рисовала – на этот раз не каракули, а вполне осмысленные картины. На одной был я, с чёрными руками. На другой – Мэриус, падающий в пропасть. На третьей – корабль, тонущий в крови.

– Доброе утро, – сказала я.

– Доброе утро, – ответила она. – Ты видела сон?

– Да.

– Про короля?

– Да.

– Он придёт, – сказала Лира. – Не сегодня, не завтра. Но скоро.

– Мы готовы.

– Нет, – покачала она головой. – Мы не готовы. Ты ранена. Папа устал. А я… я слишком маленькая.

– Ты – сильная, – возразила я. – Ты спасла нас на острове.

– Это была случайность, – ответила она. – Я не планировала. Просто… сделала.

– Иногда случайности важнее планов.

Она улыбнулась – грустно, по-взрослому.

– Ты хорошая, – сказала она. – Не такая, как мама.

– А какая была мама?

– Красивая, – ответила Лира. – И грустная. Она всегда плакала, когда думала, что я не вижу.

– Она тебя любила.

– Да. Но не так, как папа. Папа любит меня слишком сильно. А мама – недостаточно.

– Что значит «недостаточно»?

– Она любила меня, но больше любила себя, – сказала Лира. – И свою свободу. Поэтому она хотела уйти к королю. Не из-за шантажа. Из-за себя.

– Ты уверена?

– Я видела её мысли, – ответила Лира. – Она хотела власти. Король обещал ей трон, если она отдаст ему меня. Она согласилась.

– Твой отец знал?

– Догадывался. Поэтому он и убил её. Не в аффекте. Он планировал.

Мир перевернулся.

Я смотрела на девочку, которая рассказывала о смерти матери с такой же будничностью, как о погоде.

– И ты простила его? – спросила я.

– Я простила его, потому что он мой отец, – ответила она. – И потому что мама была плохим человеком. Не настолько плохим, как король, но… плохим.

– Она заслужила смерть?

– Никто не заслуживает смерти, – сказала Лира. – Но иногда смерть – единственный выход.

Мы замолчали.

Я пошла на кухню, разогрела остатки вчерашнего ужина, налила Лире молока. Мэриус появился через час, грязный, потный, с каким-то магическим кристаллом в руке.

– Защита восстановлена, – сказал он. – Но не полностью. Нужно больше времени.

– У нас есть время? – спросила я.

– Не знаю.

Он сел за стол, уронил голову на руки.

– Проклятый Кубок, – сказал он. – Он высасывает все силы.

– Может быть, нам стоит уничтожить его?

– Нельзя, – ответил он. – Он связан с Лирой.

– А если запечатать?

– Я пробовал. Не получается.

– А если я выпью из него по-настоящему? Не так, как на острове – по-настоящему.

– Ты умрёшь, – сказал он.

– Или стану сильнее.

– Или умрёшь, – повторил он. – Я не рискну.

– А если рискнёшь?

– Нет.

– Мэриус…

– Я сказал – нет, – отрезал он. – Ты не прикоснёшься к Кубку. Никогда. Это приказ.

– Ты не мой командир.

– Я твой… – он запнулся. – Я человек, который тебя любит. И я не позволю тебе убить себя.

Мы смотрели друг на друга. В его глазах была боль, страх, надежда.

– Хорошо, – сказала я. – Не буду.

Он кивнул и ушёл в кабинет.

День прошёл в хлопотах. Мэриус чинил защиту, я убиралась в доме, Лира рисовала. К вечеру мы собрались в столовой – втроём, как настоящая семья.

– У нас есть неделя, – сказал Мэриус, разрезая хлеб. – Потом король пришлёт новую группу наёмников.

– Откуда ты знаешь?

– Я получил сообщение от шпиона в столице, – ответил он. – Король в ярости от смерти иллюзиониста. Он хочет отомстить.

– За кого? За наёмника, который убивал детей?

– За принцип, – сказал Мэриус. – Ему не нравится, когда кто-то перечит.

– Мы и не перечим, – сказала я. – Мы просто выживаем.

– Для него это одно и то же.

Лира слушала, не поднимая головы.

– Они придут ночью, – сказала она вдруг. – Через два дня. Будут прятаться в подвале.

– Откуда ты знаешь? – спросил Мэриус.

– Видела, – ответила она. – Они войдут через тайный ход, о котором ты забыл.

Мэриус побледнел.

– Тайный ход? У меня нет тайных ходов.

– У Серафины был, – сказала Лира. – Она построила его, когда узнала, что ты хочешь её убить.

– Я не хотел…

– Ты хотел, – перебила она. – Я видела.

Он замолчал.

– Где вход? – спросила я.

– В подвале, за портретом, – ответила Лира. – Там есть дверь. Она ведёт в пещеру, а из пещеры – в порт.

– Мы заделаем её.

– Поздно, – сказала Лира. – Они уже здесь.

Мэриус вскочил.

– Что?

– Они уже здесь, – повторила девочка. – Я слышу их. Внизу.

Мы замерли.

Я прислушалась. Тишина. Но потом – едва уловимый скрип. Где-то внизу, в подвале.

– Лира, в свою комнату, – сказал Мэриус. – Сайфер, за мной.

Я выхватила кинжал. Мэриус активировал магический щит.

Мы спустились в подвал.

Портрет Серафины висел на стене, как обычно. Но за ним, в полумраке, виднелась чёрная щель.

Дверь. Открытая.

Из щели вылезал человек.

– Стоять! – крикнул Мэриус.

Человек обернулся. Обычный наёмник – кожаная куртка, меч, кинжал. За ним – второй, третий, четвёртый.

– Король передаёт привет, – сказал первый и бросился на нас.

Я успела отбить удар, но наёмник был сильнее. Его меч скрежетал по моему кинжалу, высекая искры.

Мэриус ударил магией – серебряный свет ослепил врагов, двое упали.

– Держись! – крикнул он.

Но я не могла. Моё плечо, отравленное на острове, взорвалось болью. Я ослабила хватку, и наёмник воспользовался моментом – его кинжал полоснул меня по животу.

– Сайфер! – закричал Мэриус.

Я упала на колени. Кровь хлынула из раны – тёмная, густая, с чёрными прожилками.

– Яд, – прошептал наёмник. – Смертельный. Через час ты умрёшь.

Он замахнулся для последнего удара, но Мэриус его сжёг – серебряное пламя вырвалось из его рук, и наёмник превратился в пепел.

Остальные разбежались.

– Сайфер! – Мэриус опустился рядом со мной, прижал руки к ране. – Не смей умирать!

– А я и не собиралась, – ответила я, но голос был слабым. – Просто… немного больно.

– Яд, – сказал он, сканируя магией. – Тот же, что у Серафины. Выжигает дар. Сначала магию, потом жизнь.

– Тогда я умру, – сказала я. – У меня нет магии.

– Есть Жница. Он выжигает Жницу. Если она умрёт, – умрёшь и ты.

– Хорошо, – сказала я. – Тогда… прощай.

– Нет, – он закричал. – НЕТ!

Он начал колдовать – серебряные нити обвивали моё тело, пытаясь вытянуть яд. Но яд не поддавался. Он был создан специально против магии Мэриуса.

– Не получается, – сказал он через минуту, бледный, как полотно. – Ничего не получается.

– Тогда оставь, – сказала я. – Иди к Лире. Защити её.

– Без тебя я не смогу, – ответил он. – Ты – её опора. Ты – моя опора.

– А ты – мой.

Я закрыла глаза.

Мир уплывал.

И вдруг – вспышка.

– Есть способ, – сказал Мэриус. – Один. Но ты не захочешь.

– Говори.

– Я могу отдать тебе свою магию, – ответил он. – Всю. Полностью. Она войдёт в тебя как чужеродная сила, уничтожит яд и заполнит твои каналы. Но я стану… смертным.

– Нет, – сказала я. – Не смей.

– Ты умрёшь, если я не сделаю этого.

– Ты умрёшь, если сделаешь. Без магии король убьёт тебя за секунду.

– Может быть, – согласился он. – Но ты будешь жива. И Лира будет жива. Вы сможете сбежать. Спрятаться.

– А ты?

– А я… я пожил достаточно.

– Нет, – повторила я. – Я не позволю.

– Ты не можешь мне запретить, – сказал он. – Это моё тело и моя магия. Я сам решаю, кому её отдать.

– Мэриус…

– Я люблю тебя, Сайфер, – сказал он. – Поэтому умру, если понадобится. Но сегодня я просто стану человеком. Это не смерть.

– Это хуже смерти для тебя. Ты маг, ты привык к силе.

– А ты привыкла быть солдатом, – ответил он. – Выживем как-нибудь.

Он начал ритуал.

Я не могла двинуться – яд парализовал моё тело. Только глаза работали. Я видела, как серебряная магия течёт из его рук в мою грудь. Как его лицо становится старше, морщинистее. Как волосы седеют на глазах.

Он отдавал мне всё.

Свою силу, свою жизнь, свою душу.

– Не надо, – прошептала я.

– Уже поздно, – ответил он и улыбнулся.

Последняя нить оборвалась. Мэриус упал на пол, бездыханный.

А я – я почувствовала, как чуждая сила вливается в мои каналы, уничтожает яд, выжигает Жницу, заполняет всё внутри.

Боль была нечеловеческой.

Я закричала.

А потом потеряла сознание.

Я очнулась в своей постели.

Надо мной склонилась Лира, бледная, с красными от слёз глазами.

– Ты жива, – сказала она.

– А твой отец?

Она покачала головой.

– Он жив. Но очень слаб.

Я попыталась встать. Получилось – не сразу, но получилось. Моё тело слушалось. Я заглянула внутрь себя – каналы были полны. Серебристой магией Мэриуса. А знакомой чёрной пустоты Жницы не было.

– Он выжег её, – поняла я. – Я больше не Жница.

– Ты больше не проклята, – поправила Лира. – Это хорошо?

– Не знаю, – честно ответила я. – Посмотрим.

Я спустилась в кабинет. Мэриус сидел в кресле, укутанный в плед. Его лицо было серым, волосы – почти белыми. Глаза потускнели.

– Ты как? – спросила я.

– Живу, – ответил он. – Ты?

– Цела. Спасибо тебе.

– Не за что, – сказал он. – Я сделал это не ради тебя. Я сделал это ради Лиры.

– Врёшь, – улыбнулась я. – Ты сделал это ради меня. И ради себя. Потому что не мог смотреть, как я умираю.

– Может быть, – согласился он. – И теперь мы оба – обычные люди. Ну, я обычный, а ты – с моей магией.

– Твоя магия теперь моя, – сказала я. – Я контролирую её. Она работает иначе, чем моя родная. Но я справлюсь.

– Я знаю, – сказал он. – Ты справишься.

Мы сидели в тишине. Лира принесла чай, поставила на стол.

– Король уже знает, – сказала она. – Он празднует. Его главный враг – маг Мэриус – пал.

– Пусть празднует, – сказала я. – Он забыл, что я была солдатом. А не только Жницей.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Мэриус.

– Солдат не сдаётся, – ответила я. – Даже без магии. Даже раненая. Даже если весь мир против.

– И что ты предлагаешь?

– Ехать в столицу, – сказала я. – Сдать короля совету магов.

– Совет магов не станет на нашу сторону. Король их подкупил.

– У нас есть свидетельница, – сказала я, кивнув на Лиру. – Она помнит всё. Она расскажет, как король убил её мать, как охотился за ней, как посылал наёмников.

– Её не послушают. Она ребёнок.

– Она не просто ребёнок. Она – пророк. Её видения – доказательство.

– Или её признают сумасшедшей, – возразил Мэриус.

– Рискнём, – сказала я.

Он смотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул.

– Хорошо. Но сначала – отдых. Мы все на пределе.

Мы отдыхали два дня.

Мэриус восстанавливался – медленно, тяжело. Его тело привыкало к жизни без магии. Он жаловался на слабость, головокружение, тошноту.

– Это нормально, – сказала я. – Ты отдал часть себя. Организм перестраивается.

– Откуда ты знаешь? – спросил он.

– Я тоже теряла магию, – напомнила я. – Правда, не добровольно. Но ощущения те же.

– Ты была сильнее, – сказал он. – Ты выжила.

– И ты выживешь.

Лира рисовала. Теперь её картины стали спокойнее – цветы, деревья, море. Иногда – мы втроём, держащиеся за руки.

– Всё будет хорошо, – сказала она однажды.

– Откуда знаешь? – спросила я.

– Чувствую, – ответила она.

На третий день мы собрались в дорогу.

Мэриус настоял на том, чтобы плыть морем – так безопаснее, чем через портал. У нас был корабль, были припасы, было оружие.

– Если король узнает, что мы едем, он перехватит нас, – сказал он.

– Узнает, – кивнула я. – У него везде шпионы.

– Тогда почему мы едем?

– Потому что если мы останемся, он найдёт нас здесь. И убьёт. А в столице у нас есть шанс.

– Призрачный.

– Шанс есть шанс.

Мы погрузились на корабль. Мэриус поднял паруса – теперь вручную, без магии. Это было тяжело, но он справлялся.

– Я научу тебя, – сказала я. – Управлять парусами, читать карты, ориентироваться по звёздам.

– Я маг, – огрызнулся он. – Я всё это умею теоретически.

– Теория без практики мертва.

Мы отчалили.

Ветер был попутным, небо – чистым. Лира стояла на носу корабля, смотрела вдаль.

– Мы доплывём за два дня, – сказала я.

– Если не нападёт король, – мрачно ответил Мэриус.

– Не нападёт.

– Откуда уверенность?

– Чувствую, – ответила я.

В первый день всё было спокойно. Мы плыли вдоль берега, иногда видели рыбацкие лодки, но они не приближались. К вечеру я приготовила ужин – похлёбку из сушёной рыбы и овощей.

– Вкусно, – сказал Мэриус.

– Я училась в порту, – ответила я. – Там гастрономические изыски не в почёте, но базовые навыки прививают.

Лира съела свою порцию и ушла в каюту рисовать. Мы остались вдвоём.

– Что будет, если совет магов не поверит нам? – спросил Мэриус.

– Тогда мы убьём короля сами, – ответила я.

– Без магии? У тебя есть моя магия, но ты не умеешь ею пользоваться в полную силу. А я – смертный. Лира – ребёнок.

– У нас есть кинжалы, – сказала я. – И отчаяние.

– Отчаяние – плохое оружие.

– Лучше, чем ничего.

Мы замолчали.

Ночью я не спала – стояла на вахте, смотрела на море. Звёзды отражались в воде, луна освещала путь.

Внутри меня магия Мэриуса пульсировала ровно, спокойно. Она не была моей родной, но я привыкала к ней. Она слушалась меня – не сразу, но слушалась.

«Ты справишься», – сказал внутренний голос.

«Я знаю».

Второй день был таким же спокойным. Мы приближались к столице – большим портовому городу с белыми башнями и золотыми куполами.

– Красиво, – заметила я.

– Опасно, – поправил Мэриус. – В каждом доме – шпион короля. На каждой улице – его наёмники.

– Мы не будем ходить по улицам. Мы пойдём прямо во дворец.

– Нас убьют у ворот.

– У нас есть приглашение, – сказала я, доставая из кармана пергамент.

– Откуда?

– Лира нарисовала, – ответила я. – Это подделка, но качественная. Стража пропустит.

– Ты рискуешь.

– Всю жизнь рискую.

Мы причалили к порту столицы вечером. Солнце садилось, окрашивая небо в красный.

– Плохая примета, – сказал Мэриус, глядя на закат.

– Я не верю в приметы, – ответила я.

Мы сошли на берег. Мэриус нёс на руках Лиру – она устала и дремала. Я шла впереди, сжимая в руке кинжал.

Порт столицы был огромным – сотни кораблей, тысячи людей. Мы смешались с толпой, прошли через ворота, двинулись к дворцу.

– Нас преследуют, – сказал Мэриус через десять минут.

– Я заметила.

Двое мужчин в тёмных плащах шли за нами, не отставая.

– В переулок, – скомандовала я.

Мы свернули. Преследователи – за нами.

Я развернулась, активировала магию Мэриуса – серебряный щит закрыл нас от удара.

– Кто вы? – спросил один из них.

– Те, кто идёт к королю с правдой, – ответила я.

– Король не любит правду.

– А я не люблю короля.

Я ударила магией – не смертельно, только отбросила их. Они упали, поднялись, побежали докладывать.

– Теперь нас ждут, – сказал Мэриус.

– Знаю.

Мы пошли дальше.

Дворец был виден издалека – белый, сияющий, с золотыми шпилями. У ворот стояла стража – в парадной форме, с алебардами.

– Стой! – крикнул капитан. – Кто такие?

– Гости короля, – ответила я, показывая пергамент.

Капитан взял его, прочитал, нахмурился.

– Не похоже на подпись короля.

– Он лично дал его мне, – соврала я. – Перед отъездом.

– Странно…

– Пропусти, – сказал Мэриус. – Или ты хочешь объяснять королю, почему задержал его гостей?

Капитан поколебался и махнул рукой.

– Проходите.

Мы вошли во дворец.

Внутри было ещё красивее – мраморные полы, хрустальные люстры, золотые рамы. Слуги сновали туда-сюда, не обращая на нас внимания.

– Тронный зал на втором этаже, – прошептал Мэриус. – Я знаю дорогу.

– Веди.

Мы поднялись по лестнице, прошли через галерею, остановились у высоких дверей.

– Ты готова? – спросил Мэриус.

– Нет, – ответила я. – Но это неважно.

Я толкнула дверь.

Тронный зал был огромным. На троне сидел король – тот самый, из моего сна. Молодой, красивый, с чёрными волосами и серыми глазами Лиры.

– А вот и наши беглецы, – сказал он, улыбаясь. – Я ждал вас.

– Мы пришли не сдаваться, – сказала я. – Мы пришли требовать справедливости.

– Справедливости? – он рассмеялся. – От кого? От меня?

– От совета магов, – ответил Мэриус. – Они здесь?

– Они всегда здесь, – король махнул рукой, и из-за колонн вышли магистры – те самые, что из Академии. – Слушают и смотрят. Но они на моей стороне.

– Мы это проверим, – сказала я.

Я начала говорить. О Серафине, о Лире, о наёмниках, о яде, о Кубке. Лира подтверждала кивками, иногда вставляла слова. Мэриус стоял молча, сжимая кулаки.

Когда я закончила, магистры переглянулись.

– Доказательства? – спросил старший.

– Мой дар, – сказала Лира. – Я – пророк. Я могу показать вам видения.

– Или ты просто сумасшедшая девочка, – усмехнулся король.

– Проверьте, – сказал Мэриус. – Если вы маги, вы можете заглянуть в её разум.

– Нет, – сказал король. – Это опасно.

– Это единственный способ узнать правду.

Магистры долго совещались. Потом старший подошёл к Лире и положил руку ей на голову.

Девочка замерла. Её глаза закатились, тело напряглось.

– Она показывает прошлое, – сказал магистр.

Мы ждали.

Минута. Две.

Магистр убрал руку. Его лицо было бледным.

– Это правда, – сказал он. – Король убил Серафину. Король охотится за Лирой. Король посылал наёмников.

– Ложь! – закричал король. – Она подделала видения!

– Нельзя подделать то, что я видел, – ответил магистр. – Я видел яд в ваших руках. Видел, как вы смеялись, когда Серафина умирала. Видел, как вы планировали убийство Мэриуса.

– Это провокация!

– Арестовать его, – сказал магистр страже.

Стража колебалась.

– Я ваш король! – закричал тот.

– Ты убийца, – ответил магистр. – И тиран. Ты не достоин трона.

Стражники схватили короля.

Он вырывался, кричал, проклинал нас. Но его уводили.

Мы остались в тронном зале – я, Мэриус, Лира и магистры.

– Что теперь? – спросил старший.

– Лира – наследница трона, – сказал Мэриус. – Она – дочь короля. И племянница. Она – законная правительница.

– Она ребёнок.

– Будет регент, – сказал Мэриус. – Пока она не вырастет.

– Вы хотите быть регентом?

– Нет, – ответил он. – Я хочу быть её отцом. Регентом может стать совет. Или Сайфер.

– Я не гожусь, – сказала я.

– Ты – Жница, – заметил магистр.

– Бывшая, – ответила я. – Мэриус выжег мой дар. Я обычный маг.

– С магией Мэриуса, – усмехнулся он. – Неплохой компромисс.

Мы стояли в опустевшем тронном зале. Короля увели. Магистры совещались. Лира смотрела на трон.

– Я хочу домой, – сказала она.

– Мы поедем домой, – ответил Мэриус. – Скоро.

– А король?

– Он больше не страшен.

Мы вышли из дворца. Ночь была звёздной, свежей.

– Ты как? – спросил Мэриус.

– Устала, – ответила я. – И счастлива.

– Почему?

– Потому что мы живы. Вместе.

Он обнял меня. Лира повисла на нас обоих.

– Семья, – сказала она.

– Семья, – согласился я.

Мы пошли к порту, чтобы сесть на корабль и вернуться домой. В Стеклянный дом. На утёс.

Но когда мы зашли в трюм, чтобы взять припасы, я замерла.

Там, в полумраке, стояли люди. Много людей. В чёрных плащах, с мечами, с магическими амулетами.

Их было десять.

Один из них обернулся.

– Здравствуйте, беглецы, – сказал он. – Король передаёт привет. И напоминает, что вы не единственные, кто умеет подделывать видения.

– Что? – спросил Мэриус.

– Лира видела то, что мы хотели, чтобы она увидела, – усмехнулся наёмник. – Король знал всё с самого начала. О вашем плане, о совете магов, о поддельном приглашении. Он всё подстроил.

– Зачем? – спросила я.

– Чтобы вы раскрыли себя, – ответил он. – Теперь совет магов знает, что Лира – опасна. Что вы – опасны. Что король – жертва заговора. Его арест был спектаклем.

– А магистры?

– Наши люди, – улыбнулся наёмник. – Все до одного.

Мир рухнул.

– Ваше путешествие закончено, – сказал он, вынимая меч. – Вы умрёте здесь, в трюме, как крысы. А король получит Кубок и Жницу – даже мёртвую, он знает, как использовать ваш дар.

– Я больше не Жница, – сказала я.

– Это не важно, – ответил он. – Важно, что ты ею была. Кровь Жницы не теряет свойств после смерти.

– Откуда ты знаешь?

– Король учил нас.

Наёмники двинулись на нас.

– Лира, за нас! – крикнул Мэриус.

Я активировала магию – серебряный щит выдержал удар. Но их было десятеро, а мы – уставшие, безоружные, без магии (кроме моей, которая ещё не стала родной).

– Долго не продержишься, – сказал наёмник.

– Ничего, – ответила я. – Мы и не собирались держаться. Мы собирались победить.

Я бросилась вперёд.