Текст книги "Позволь мне остаться (СИ)"

Автор книги: Екатерина Аверина

Соавторы: Анна Бигси
сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 20 страниц)

Глава 53

Мирон

Лия уходит, оставив нас с Юлей наедине. Не могу сказать, что сильно рад этому, но так действительно правильно. Есть вещи, которые мы можем решить только вдвоем. Я благодарен своей мудрой девочке за сказанные слова. Очень правильные слова. Если изначально я собирался поставить Юле условия и выкинуть из своего дома, то теперь считаю, что нужно договориться. Ради сына.

Перевожу взгляд на лицо бывшей и ловлю легкую усмешку на ее губах.

– Она же тебе в дочери годится, – язвительно тянет Юля и чуть прищуривается, изучая мое лицо. Ждет реакции, но ее не будет.

Я спокойно воспринимаю нашу с Лией разницу в возрасте. Она никоим образом не мешает нашим отношениям.

– Юль, оставь мою личную жизнь в покое, – спокойно отвечаю я. – Она тебя никоим образом не касается.

– А если я хочу, чтобы касалась? – изящная бровь вопросительно изгибается.

– Чего? – не сразу доходит смысл. – Ты хочешь сказать, что на что-то надеялась? – жесткая ухмылка растягивает мои губы. – Напрасно.

Этот вариант я не стал бы рассматривать даже если бы она осталась последней женщиной на планете. Никогда и ни за что.

– Почему ты так категоричен? – Юля накрывает мою руку своей и облизывает губы. – У нас общий сын. Ради него мы можем попытаться…

– Сюр какой-то, – скидываю ее руку и растираю лицо ладонями. – Юль ты че обдолбалась?

– Почему? Только не говори, что я тебе больше не нравлюсь.

– Точно дура, – качаю головой и поднимаюсь на ноги. – Не нравишься. У меня есть любимая женщина, с которой я хочу провести всю оставшуюся жизнь. Это непреложно.

– Неужели ты действительно запал на эту малолетку? – хмыкает Юля, грациозно встает и идет ко мне, но я выставляю вперед руки, не давая приблизиться.

– Я не запал, а полюбил, – мой голос ровный и уверенный. Я не сомневаюсь в своих словах.

– Что она тебе может дать? – язвительно смеется бывшая. – Да она даже не знает, что с членом делать.

Не собираюсь ни с кем делиться умениями Лии, тем более с ней. Это наше, личное и закрытое для посторонних.

– Хватит! – рявкаю раздраженно, а Юля вздрагивает. – Не лезь в мою постель! Уходи. Не получилось у нас разговора.

– Ладно, я все поняла, – она примирительно поднимает руки. – Давай договариваться.

В следующие полчаса мы действительно конструктивно беседуем и находим варианты, которые устроили бы нас обоих. А главное, не мешали бы Демьяну. Он остается жить со мной, а к матери будет ездить два раза в год на каникулы. Сама она по возможности будет приезжать к нему. Встречи будут происходить на нейтральной территории.

– Можно звать сына, – заключаю, наконец, я и залпом осушаю остывший чай.

– Подожди, – Юля ловит меня за руку. – Мне нужно тебе кое-что сказать.

– Говори, – высвобождаюсь и опираюсь ягодицами на подоконник. – Я весь внимание.

– Прости меня. За то, что не вернулась тогда. За то, что столько лет не давала тебе видеться с сыном, – смотрю на нее как на сумасшедшую. Неужели прозрела. – Я была обижена и злилась на тебя за то, что предпочел мне службу. А ты даже не попытался меня вернуть.

– Зачем? Ты все решила за всех, – равнодушно пожимаю плечами. – Да и не было тогда возможности.

А может не любил просто. Трахались задорно, а близости душевной не случилось. Я это сейчас очень четко осознал. После того, как в моей жизни появилась Лия. Она словно глаза мне открыла и наполнила чувствами до краев. Моя маленькая фея.

– Знаешь, я все это время считала, что ты мой. Даже на расстоянии. Казалось, только поманю, как ты с радостью меня примешь. Оказалось напрасно, – Юля криво усмехается. – Наверное, давно надо было поговорить.

– Да уж. Ладно, было и прошло.

Зовем Демьяна и вместе рассказываем ему о своих решениях. Он по ходу корректирует, но в целом согласен. Можно выдыхать. Понимание достигнуто. Провожаем Юлю до машины, выпускаем Харда и идем обратно к дому.

– Как это у тебя получилось? – спрашивает сын.

– Да черт его знает, – хмыкаю я. – Сам в шоке.

Поднимаюсь в комнату, Лия ждет меня. Такая нежная и домашняя. В легком халате и с распущенными волосами.

– Все хорошо? – осторожно интересуется.

– Более чем, – притягиваю ее к себе за талию. – Не без твоей помощи.

– Да брось, я не при чем…

– Не скромничай, – целую в губы, мягко растягивая удовольствие. – Потрешь мне спинку?

– Какой-то подвох, да? – подозрительно прищуривается малышка, а я смотрю на нее самыми честными в мире глазами.

– Конечно нет, – стягиваю футболку и расстегиваю ремень на джинсах. – Мне просто нужна помощь.

– Тогда придется помочь… – обреченно вздыхает Лия, томно облизывает губу и словно небрежно развязывает пояс халата. Он немного распахивается, демонстрируя аппетитную фигурку моей девочки. Полностью обнаженную. Ждала меня… Крышу сносит мгновенно, а кровь устремляется в пах.

Грозно рычу, стягиваю с себя боксеры, с Лии халат и, закинув ее на плечо, несу в ванную. Она звонко смеется и не сопротивляется. Сдается моему напору и силе нашего общего желания.

Эпилог

Лия

Открываю глаза, потягиваюсь и поворачиваю голову к окну. Матовые белые занавески покачивает ветер из приоткрытого окна. Ночью было прохладно, я отключила климат-контроль и впустила в комнату немного лета. Солнечная дорожка тянется по светлому паркету, забирается на кровать, ползет по хрустящей белой простыне. Касаюсь ее пальцами и улыбаюсь. Меня переполняет тепло и тихое, уютное счастье. Оно перехватывает дыхание и заставляет сердце биться чаще. Оно окрыляет, делает меня легкой, как пушинка. Кусаю губы, посылая мысленную благодарность тому, кто каждый день учит меня заново жить и радоваться.

Спустив ноги на теплый пол, как ребенок, шагаю прямиком на дорожку света, раскидываю руки в стороны и смотрю, как за окном шелестит густая зелень деревьев. Кружусь, пока не начинает покачивать, и смеясь, падаю обратно на постель.

Сегодня такой день… Я до последнего не верила, что он может со мной случиться. Ночные кошмары все еще кажутся слишком реальными, а счастье похоже на тончайшее стекло, которое в любой момент лопнет. У меня получилось. Я шагнула на это стекло, и оно меня держит, надо лишь наступать осторожно и не оглядываться.

Я знаю, что никогда не забуду те два страшных года, что сломали меня. Я лишь надеюсь, что однажды смогу научиться воспринимать их как опыт, который вопреки логике и назло тем, кто в меня не верил, сделал меня сильнее.

Кокетливо накрутив темный локон на палец, отпускаю его и поднимаюсь. Подхожу к манекену и обхожу по кругу сказочное белое платье с сияющим подолом, будто его окунули в серебряную пыль. Провожу подушечками пальцев по вышитому корсету и невесомой, прозрачной накидке с длинным рукавом так же, как и нижняя часть платья, покрытым лёгкой серебряной пылью.

Рядом стоят туфли. Еще две недели назад они были самой обычной свадебной обувью. Алина сделала из них шедевр. Тончайшие серебряные линии и завитки повторяют узор на корсете платья.

В пакете лежит нижнее белье и подвязка. Сегодня я стану женой самого лучшего мужчины во Вселенной. Самого сильного, самого надежного, самого справедливого, самого горячего, нежного, доброго.

На глаза наворачиваются слезы. Неужели это правда? Кто-нибудь, умоляю, скажите, что я действительно проснулась.

– Доброе утро, – в спальню заходит сестрёнка.

Проснулась…

– Иди ко мне, – тяну к ней руки.

Юми с радостью обнимает меня, а я прижимаюсь губами к ее темной макушке.

– Я очень тебя люблю, – шепчу малышке. Никак не привыкну к тому, что они с Демьяном практически ровесники. Для меня Юми все еще та девочка, которая осталась на улице одна. – Никогда не забывай об этом.

– И я тебя люблю, – тихо отвечает сестренка. – К нам приехали.

– Кто?

– Тётя Алина и тётя Ирина.

– Они же просили называть их по имени, – смеюсь я.

– Ой, – пищит Юми.

– Я быстро приму душ и спущусь.

– Я передам.

Сестренка уходит, а я беру чистое полотенце и отправляюсь в ванную. На полке стоит шампунь Мирона. Открываю крышку и вдыхаю терпкий мужской запах.

Мужчины уехали еще позавчера вместе с Дёмой и Егором. У них что-то вроде мальчишника на природе. Рыбалка, уха, шашлыки и разговоры не для женских ушей.

Мы с девочками вчера тоже здорово посидели у нас во дворе. Пили легкое вино, ели роллы и много смеялись. А ночью звонил чуть выпивший Мир и наговаривал мне в трубку такое… До сих пор внизу живота приятная тяжесть.

Ополоснувшись, надеваю длинный шелковый халат и выхожу в холл.

– Как самочувствие, невеста? – спрашивает жена Ворона.

– Хорошо.

– Ну-ка, вытяни вперед руку, – просит Алина.

– Зачем? – не понимаю я.

– Просто так. Тебе сложно что ли? – улыбается она.

Вытягиваю. Алина с Ирой смотрят на мои пальцы, на меня, затем переглядываются.

– Что-то не так? – тревожно слежу за женщинами.

– Ты вообще не волнуешься? – с ноткой скепсиса спрашивает Ирина.

– Нет, а должна?

– Ну, не знаю, – теряется Алина. – Это все же замужество.

– Я понимаю. Если бы я боялась, я бы не согласилась на предложение Мирона. Я не боюсь и не волнуюсь. Я уверена в нем. Мы с ним уже прошли через ложь во спасение друг друга. И я точно знаю, что он не причинит мне вреда, даже если однажды ему снова придется солгать. Вы поможете мне с платьем?

– Конечно. Веди, – улыбается мне Ирина.

Юми варит для всех кофе и тоже остается с нами. Мне ничего не дают делать, разве что только белье надеть самостоятельно. Алина долго наносит легкий летний, чуть мерцающий макияж. Прической тоже занимается она, а Ира помогает затянуть корсет, расправить юбку и застегнуть крохотные пуговички на накидке. Всовываю ступни в туфли, становясь выше на несколько сантиметров.

– Как с картинки, – выдыхает Алина.

– Правда, куколка, – соглашается с ней Ирина. Я тут же мрачнею. – Ой, извини, – спохватывается она.

– Ничего. Я понимаю, что ты имела ввиду. Мне приятно. Спасибо вам, – обращаюсь к обеим женщинам.

За нами приезжает Фин, а Игнат повезет к ЗАГСу Мирона. Выходим с Ирой и Алиной на улицу. У моего уже бывшего телохранителя на губах появляется едва заметная улыбка. Он открывает для меня заднюю дверь. Ира придерживает платье, пока я устраиваюсь в машине. Они с Алиной садятся с обеих сторон от меня, а Юми забирается вперед, к Фину.

– Лий, а чего там с опекой? – тихо спрашивает Ира. – Мир решил? А то из Гаранина слова клещами не вытащишь.

– Решил. До совершеннолетия он будет опекуном Юми. Мне бы не дали, нам сразу сказали. А Мир все решил.

– Хорошо, – кивает жена Ворона. – Как они с Демьяном уживаются? – еще тише интересуется она. – А то у наших война. Караул просто.

– Пока вроде нормально. Мне кажется, Дёме понравилась роль старшего брата. А еще Мирон вернул нам папино наследство, – заламываю пальцы. – Я еще не разбиралась. Он недавно привез мне все документы. После свадьбы хочу поступить в университет и начну во все вникать. Мир обещал помочь.

– Вот такой у меня брат, – с улыбкой говорит Алина. – Только ему не говорите, что я им горжусь. Зазнается! Фин, – толкает подголовник его сиденья, – тебя это тоже касается. А то знаю я вас, мужиков. Те еще сплетники.

– Вот сейчас было обидно, – смеется он, сворачивая к ЗАГСу.

Мирон в костюме выглядит потрясающе. Передает букет цветов Ворону и идет к нам. Сам открывает дверь. Помогает выйти Алине, а затем подает руку мне. В его глазах неподдельный восторг и теплая нежность. В сочетании с брутальностью и внутренней силой такой коктейль пьянит и мгновенно кружит голову.

– Моя девочка, – восхищенно произносит мой будущий муж. Ведет к нашим друзьям и отпускает, чтобы первым уйти в здание старого ЗАГСа, красующегося в лучах июньского солнца.

А меня под руку по дорожке ведет Ворон. Хотелось бы увидеть на его месте отца. Я представляю себе, как они с мамой смотрят на меня и радуются. Их дети, наконец, в безопасности и счастливы благодаря людям, которые в эту самую минуту нас окружают.

Павел крепко сжимает мою руку и передает ее Мирону. Хлопает друга по плечу. Отходит к жене.

В зале много живых цветов. Букет таких же зажат у меня в руке. Алина занимает место у пианино и играет для нас что-то легкое.

– Я объявляю вас мужем и женой, – сообщают нам. – Можете поцеловать невесту.

Мир разворачивается и нежно касается моих губ своими. Меняется музыка, нам хлопают наши друзья, всхлипывает кто-то из женщин, а у меня сердце только теперь начинает стучать громче и быстрее от настоящего волнения. Справлюсь ли я с ролью жены такого мужчины как Мирон?

Обязательно справлюсь!

КОНЕЦ