Текст книги "Позволь мне остаться (СИ)"
Автор книги: Екатерина Аверина
Соавторы: Анна Бигси
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)
Фин за соседним столиком один. Но все же рядом и это немного успокаивает.
– Ты не обижайся, если я назойливая, – смеется девушка. – Город чужой. Ни друзей, ни знакомых. Даже прогуляться не с кем, а одной страшно, вот я за тебя и вцепилась. Прости, – опускает виноватый взгляд на чашку.
Мне становится стыдно за то, что я сразу плохо о ней подумала, и я протягиваю руку через стол, касаясь ее пальцев. Заглядываю в расстроенные глаза. Может быть, я и пошла бы погулять в парк, но я не могу. Слишком опасно.
«Мы можем пройтись по территории Центра» – пишу ей на своем телефоне. Здесь есть закрытая часть с аллеей и скамейками.
Девушка радостно кивает, и мы отправляемся на прогулку под присмотром Фина и нескольких камер, расположенных по периметру. Моя новая знакомая незнакомка много говорит, иногда стреляя в меня острыми вопросами-пулями и тут вмешивается Фин:
– Нам пора ехать, Лия.
Мне кажется, я слишком радостно закивала ему в ответ, потому что мужчина улыбнулся и приложил палец к губам, пока моя собеседница не видит.
Он сопровождает меня до своей машины и предлагает выбрать комфортное место. Сажусь на заднее сиденье наискосок от него. Помня инцидент с резкими тормозами и собственным носом, пристегиваюсь.
Фин поправляет зеркало и аккуратно везет меня домой. А тут …
Стоит мне войти в гостиную, как уши закладывает от громкой музыки. Пахнет сигаретным дымом, а на столе стоит открытая бутылка какого-то алкоголя.
– «Ма-ма», – выдыхаю я, прикрыв рот ладонью. Мирону это не понравится...
– Хей! – с лестницы кричит Демьян. Глаза блестят, но мне все же кажется, что он трезвый, просто решил снова показать всем зубы.
Жестами показываю, что мне ничего не слышно. Очень громко играет музыка. Дёма вырастает передо мной дикой, взъерошенной тенью с обнаженным по пояс торсом и хулиганской улыбкой на губах. Достает пульт из кармана и щелкает им, изображая выстрел из пистолета. В доме становится тихо. Взгляд его светлых глаз застывает на уровне моих губ.
– Will you go on a date with me? (Ты пойдешь со мной на свидание?) – хрипло спрашивает парень. Отрицательно кручу головой. – You're so beautiful. I've been fantasizing about you all morning (Ты такая красивая. Я фантазировал о тебе все утро) – с открытым сексуальным подтекстом произносит он, а мне становится не по себе.
Уперев ладони в его грудь, пытаюсь оттолкнуть наглеца, но он такой сильный. Как отец. Что делает, сумасшедший? И правда решил, что ему можно ко мне приставать? Зачем? Назло отцу или…?
Делаю шаг от него. А Дёма смеется:
– If you don't want a date, let's just fool around. I almost died of boredom today (Если ты не хочешь идти на свидание, давай просто подурачимся. Я сегодня чуть не умер от скуки). Не знаешь, – переходит на ломанный русский, – о чем хочет говорить Мирон? А кто тебе больше нравится: я или он? – коварно улыбается, как настоящий Демон. – Не торопись выбирать. Я еще покажу себя.
Я совсем не понимаю, чего ожидать от него дальше, особенно когда он снова громко включает музыку и делает глоток алкоголя прямо из горла той самой бутылки.
– Ты что творишь, сопляк?! – голос Мирона проносится над нами словно раскат грома и с легкостью перебивает музыку.
Глава 29
Мирон
Только сейчас, видя Лию в руках сына, я осознаю, насколько сильно ее присвоил. Всю, без остатка. Сам того не замечая, увяз в этой девочки по самые гланды.
«Моя» – ревностно бьется в груди. Никому не позволю касаться ее против воли и причинять дискомфорт. Даже собственному сыну!
В несколько шагов сокращаю расстояние между нами. Хватаю ухмыляющегося пацана за шкирку и без труда отдергиваю в сторону. Бутылка из его рук летит на пол, разбивается и заполняет комнату терпким ароматом крепкого алкоголя. Моего, блядь, коньяка!
– Э-э-э, полегче, – пытается вывернуться Демьян, но я значительно сильнее и шансов у него нет.
– Не дергайся, – встряхиваю, как нашкодившего котенка, и тащу к лестнице. – Лия, все хорошо?
Оборачиваюсь и замираю на пару мгновений. Она кивает, но губы предательски дрожат. Маленькая моя… Напугалась выходки охреневшего подростка. Блядь! Сам виноват, должен был предвидеть и предотвратить. Ярость разгоняется внутри подобно лесному пожару, пожирая все больше пространства. Был бы кто-то другой, втащил бы не разбираясь. Но это же пацан совсем. Глупый еще, упрямый и борзый. Это не освобождает от ответственности, поэтому тащу мальчишку наверх.
– Release me! (Отпусти меня!)
Не реагирую. Я слишком зол и не готов к переговорам. Да и дипломат из меня, прямо скажем, так себе. Это больше к Ворону. Потому и проблем с сыном у него не возникло, а я, по ходу, огребу по полной.
Завожу Демьяна в его комнату. Сразу в ванную. Включаю в душевой кабине холодную воду и засовываю мальчишку туда, чтобы охладился и протрезвел наверняка. Дергается и рычит, но справиться со мной не может. Это и к лучшему, будет понимать, кто здесь главный.
У меня нет опыта общения с подростками и детьми. Только с собаками. Но, я думаю, разница не слишком велика. Пока это «альфач» не убедится, что вожак в этом доме я, проблемы будут множиться. А я не хочу, чтобы в этом противостоянии страдала Лия.
– Да за что? – рычит Демьян, но больше не пытается вырваться. Первый урок усвоен.
– В себя приди, – толкаю его вперед и выпускаю из захвата.
Выпрямляется и трясет головой, разбрызгивая воду с волос в разные стороны.
– What have I done? (Что я сделал?)
Подозрительно прищуриваюсь и сканирую его взглядом. Неужели правда не понимает?
– Девочку мою напугал, мало? – цежу сквозь зубы и тяжело дышу.
Конечно, бить пацана я не собираюсь, но впечатать кулак в стену очень хочется.
– Пф, чем? – Демьян раздраженно закатывает глаза.
Просто не получается. Придется объяснять более доступно.
– Она не говорит, – медленно наступаю, а он пятится. – И не может отказать пьяному отморозку. Этого достаточно?
Смотрю снизу-вверх. Глаза в глаза. Демьян нервно ведет плечами и отводит взгляд в сторону. Все же признает, что слабее физически. Уже хоть что-то.
– Я не… отморозок, – повторяет с сильным акцентом. Не факт, что понимает смысл этого слова. Объяснять не буду, сам погуглит.
– Да? – дергаю бровью. – А ведешь себя именно так!
– Nay, Myron, – снова переходит на английский, но под поим давящим взглядом, подбирает русские слова и продолжает. – Я не сделал бы ей ничего.
История не терпит сослагательного наклонения. И проверять, что было бы, мы тоже не будем.
– Сейчас мы договорим, ты пойдешь и извинишься, – терпеливо объясняю я, умышленно сбавляя градус. – И не смей больше прикасаться к Лие без разрешения.
– Твоего? – агрессивно оскаливается сын.
Какой же еще маленький и бестолковый. Даже улыбает. Но я не позволяю себе смягчиться. Вопрос нужно закрыть прямо здесь и сейчас, чтобы не возникло недопониманий в будущем.
– Ее разрешения, Демьян, – стучу пальцем по своему виску. – Это для тебя игра и приколы, а для нее нет. Она боится.
– I didn't know (Я не знал) – бормочет растерянно, кажется, наконец, догоняя суть случившегося.
– Теперь знаешь.
– Oh shit (О черт) …
– Дем, услышь меня, – выдыхаю устало, но все же удерживаю его взгляд. – Я готов на многое закрыть глаза. Но есть жесткие табу, которые не потерплю даже от родного сына, – ухмыляется, но уже не так дерзко, как хочет показать. – Моя женщина, в моем доме будет чувствовать себя в безопасности, – чеканю каждое слово, стараясь внятно донести информацию. Один раз. – Я, как мужчина, это гарантирую и не позволю тебе, сопляку, подрывать мой авторитет.
– Kick me out? (Выгонишь меня?) – снова дерзкий выпад.
Понимаю, что ему тяжело. Все меняется в голове и душе. Но сейчас речь не о наших сложных взаимоотношениях, а об уважении к девочке, что живет в этом доме. Нельзя нападать на слабого и беззащитного. Всегда найдется тот, кто сможет заступиться. И это придется усвоить, как отче наш.
– Это слишком просто, – довольно усмехаюсь. – Я придумаю, как донести свою мысль. Не поймешь через голову, зайду с другой стороны.
– Okay, I get it (Окей, я понял), – он примирительно поднимает руки, а меня немного отпускает. Неужели получилось достичь понимания? Хочется в это верить, но я реалист.
– Я не враг тебе, но и ты не будь врагом, – говорю уже совсем другим тоном. – Все понимаю, многое упустил. Жалею, что не мог быть рядом столько лет. Но я рядом сейчас. Дай мне шанс.
Долго смотрим друг другу в глаза. Я все сказал. Демьян думает и пыхтит, раздувая ноздри. Взмахивает мокрой шевелюрой и протягивает руку.
– Извини, – с акцентом, но по-русски.
Улыбаюсь и пожимаю его ладонь. Надеюсь, перемирие продлится долго. Нет я не рассчитываю, что дальше все будет просто. Не будет. Но первый кирпич в фундамент наших взаимоотношений мы все-таки уложили. А раз на то пошло, решаю быть до конца откровенным и рассказать все, что происходит.
– Твоя мать решила приехать в Россию, чтобы тебя забрать. Просто так не отступится.
– Я не хочу, – качает головой и пытается выдернуть ладонь, но я не позволяю и чуть сильнее сжимаю.
– Ты уверен, что хочешь остаться? – возмущенно смотрит на меня, верхняя губа агрессивно подрагивает. – Мне придется начать войну за тебя, и ты должен быть на моей стороне. Иначе все бесполезно.
– I'm sure (Я уверен) – без тени сомнения. – Не вернусь к матери. Ей на меня всегда было плевать.
От его признаний внутри болезненно карябает чувство вины, но я не могу изменить прошлое. Хотя все еще в силах побороться за будущее.
Отпускаю его руку. Морщится и растирает костяшки.
– Тогда завтра едем делать ДНК тест. Всего лишь формальность для суда.
– А если не подтвердится? – первый раз за все время слышу в голосе панику.
– Подтвердится, – ободряюще хлопаю сына по плечу. – Я уверен. А потом сделаем новые документы.
– Окей, – кивает Демьян.
– Теперь извинись перед Лией и наведи в доме порядок.
– Я? – смешно округляет глаза.
Неожиданно, правда?
– Ну ты же перевернул все вверх дном? – равнодушно пожимаю плечами. – У меня прислуги нет.
– Oh shit (О черт) …
Пока я готовлю ужин, Дема убирается в доме, а Лия и Хард ему помогают. Наблюдаю за ними и не могу сдержать улыбки. Он извинился и стал более осторожен с нежной девочкой. Молодец. Я рад, что урок все же усвоен. Ближе от этого мы не стали, но я надеюсь взаимопонимание все же найдено.
Ужин почти готов. Они заканчивают уборку, и все вместе стекаются на кухню.
– Вкусно пахнет, – констатирует Демьян, втягивая носом аромат еды.
– Голодные? – усмехаюсь я.
Лия с улыбкой кивает и опускается на стул.
– Бегемота бы съел, – сын устало падает на соседний.
Лия смеется и пишет в блокноте «слона».
– Правда? – он вопросительно дергает бровью, а девочка кивает.
И снова слышен смех. Даже атмосфера становится более легкой.
Накладываю в тарелки спагетти с соусом и ставлю на стол. Еще салат и чай.
– Good (Хорошо)
Ужин протекает в приятной обстановке. Без напряжения. Дема рассказывает о своей жизни за границей, периодически переходит на другой язык, но быстро поправляется. Смешной такой, но в то же время не пустой. Своеобразный парень, но хочется верить, что еще не поздно заложить в него правильные принципы. Чтобы он стал настоящим мужчиной, а не мудаком. Я очень постараюсь это сделать.
Тарелки пустеют, Лия собирает их в раковину и сразу моет. Меня дергает от этого. Хочется запретить и сделать самому, но я не позволяю себе вмешаться. Ей это нужно, чтобы чувствовать свою значимость. Чтобы делать хоть что-то. Пусть.
Демьян клюет носом, засыпая буквально на ходу.
– Иди спать. Завтра у тебя тяжелый день, – хлопаю его по плечу и отхожу с полотенцем к Лие. Забираю тарелки и вытираю их.
– Чего? – непонимающе хлопает длиннющими, как у девчонки ресницами.
– В клинику поедем и я нашел учителя по русскому.
– Не-е-ет, – качает сын головой, а я лишь усмехаюсь.
Правила есть правила, придется подчиняться. Иначе депортация…
– Да. У нас будет суд, – напоминаю ему. – Школу придется заканчивать. У тебя хоккей еще… подумаю, что можно сделать.
– Ты знаешь? – сын удивленно округляет глаза.
– Конечно, – хмыкаю я и убираю посуду по местам. – Видел твои матчи.
– Правда?
– На ноуте есть записи, завтра покажу.
– Ладно, I'm going to sleep (Я спать) – говорит вперемешку и поднимается на ноги.
Демьян уходит, а мы остаемся с Лией наедине. Она долго вытирает руки и смотрит на меня как-то странно. Не могу идентифицировать ее взгляд.
– Все хорошо? – уточняю на всякий случай.
Кивает. Но остается очень загадочной. Подозрительно прищуриваюсь и наблюдаю за ней. Подходит ближе, смотрит в глаза и часто дышит.
– Что с тобой, малышка?
Лия чуть слышно выдыхает и кладет ладони мне на плечи. Замираю, боясь пошевелиться и спугнуть ее настрой. Девочка облизывает пересохшие губки, встает на носочки и, зажмурившись, прижимается к моим.
Тихо смеюсь, заключаю в объятия и углубляю поцелуй. Моя девочка соскучилась. От осознания этого факта тепло разливается внутри, а сердце колотится так быстро, что едва не выпрыгивает из груди.
– Сладкая моя, – шепчу хрипло, дурея от ее поцелуев, запаха, близости. С ума сводит меня эта девчонка и ее недоступность тоже. Но я кремень и жестко контролирую себя
Подсаживаю Лию на столешницу и встаю между ее разведенных бедер. Заметно нервничает, елозит по поверхности, но не останавливает меня и это придает уверенности.
Жадно целую свою девочку в шею и за ушком, постепенно возвращаясь к губам. Глажу ее по спине, пробравшись под футболку. Нежная, бархатистая кожа покрывается мурашками, а дыхание Лии сбивается. Боится, но я не наглею. Просто приучаю ее к своим рукам. Даю привыкнуть к себе. Все у нас будет, просто не так быстро. Я буду ждать сколько потребуется.
Лия немного расслабляется, осторожно гладит мою шею в ответ, зарывается пальцами в волосы и массирует затылок. Охуенно так, что можно кончить. Прижимаюсь теснее, но не позволяю ничего лишнего. Просто хочу чувствовать ее всю. Ее острые соски ощущаются мной даже через тонкую ткань футболки. Так хочется попробовать их на вкус, но еще слишком рано.
Позволяю себе лишь накрыть упругое полушарие ладонью и, сорвав тихий вздох, осторожно погладить сквозь ткань.
Лия вздрагивает и распахивает глаза. Венка на ее шее колотится слишком быстро. Напугал… опять.
– Все хорошо, – нежно ласкаю сосок пальцами, едва прикасаюсь через ткань футболки. – Больно не будет.
Я готов остановиться в любую секунду. Она тихо выдыхает, кажется и не дышала все это время. Закусывает губу и смотрит мне в глаза. Так доверчиво и испуганно. Но не моими действиями, а собственной реакцией. Нутром чувствую ее возбуждение и смятение. Ни в коем случает не тороплю, позволяя ощутить весь спектр эмоций. Контроль сильно выматывает, но я внимательно слежу за ее реакцией, чтобы не перейти тонкую грань. Но пора заканчивать, ибо я тоже не всесильный.
– Маленькая моя, – улыбаюсь и целую немного припухшие губки. – Пойдем в душ и спать.
Поплывший взгляд Лии снова фокусируется на мне. Такая горячая, отзывчивая девочка, что сносит крышу. Никому не отдам.
– К тебе или ко мне? – прищуриваюсь и тихо посмеиваюсь над тем, как она приходит в себя.
Девочка задумывается на пару мгновений и указывает пальчиком мне в грудь. Отлично, я согласен. Подхватываю ее под ягодицы и несу наверх. Лия теснее прижимается ко мне и часто дышит в ухо.
Срочно в душ, а то еще одну ночь сладкой пытки мне не выдержать.
Глава 30
Лия
Весна набирает обороты. Там, где я выживала последние два года, в это время может быть уже жарко и люди спокойно ходят по улицам в футболках и шортах, а здесь за последние две недели мы разве что из теплых курток переоделись в легкие. И мне хорошо.
Я радуюсь не такому горячему солнцу, как на Юге. Радуюсь хвойным деревьям за участком Мирона. Радуюсь тому, что без цепей и ошейника могу выходить во двор и спокойно гулять.
Я все сильнее влюбляюсь в утро. С восходом солнца Мирон дарит мне теплый поцелуй. Я провожаю его на службу, кутаюсь в огромную толстовку с его запахом и пью чай, стоя на крыльце и слушая, как фыркает Хард и поют птицы.
Минуты покоя наедине с собой до пробуждения Демьяна с его гитарой, до поездки к психотерапевту как красивые камушки, найденные в море, складываются в мою личную копилку.
Слизывая с губ сладость чая, иду к краю участка, чтобы коснуться зеленых лап высоких елей. Мне просто хочется это сделать. Как дети учатся ходить, я учусь делать крохотные шаги к собственным желаниям. Отыскиваю их в себе при помощи Надежды, долго рассматриваю, изучая со всех сторон, и делаю самое сложное – исполняю.
Трудно не оглядываться, когда тебя выгуливали по двору на цепи. Руки все еще тянутся то к горлу, то ощупывают воздух, дабы убедиться, что меня ничего не держит.
Где-то здесь за мной присматривает Фин. Как выяснилось, это позывной, а зовут молодого мужчину Артем, и его жена, Ярина, как и жена его друга, Катя, тоже столкнулись с мужской жестокостью. После того, как Артем и его друг, Роман, освободили своих женщин, они открыли охранное агентство. Мне кажется, ребята занимаются чем-то еще, раз с ними работает Мирон, но меня не посвящают. Пусть. Я не злюсь. Мне нравится слушать Фина. Он много рассказывает о том, как сложно было его жене, как они до сих пор выкарабкиваются из ее страхов. Как важно, чтобы рядом был правильный человек. Он тоже мне помогает и в копилочке хороших людей добавилась пара плюсиков.
Сделав еще один глоток остывшего, сладкого чая, смелее шагаю вперед. Меня догоняет Хард. Бросает под ноги мячик.
– «Сейчас поиграем», – беззвучно обещаю ему. – «Я почти дошла».
Пёс берет любимую игрушку в зубы и идет рядом, иногда нетерпеливо забегая вперед и заглядывая мне в глаза.
Рассмеявшись, глажу его между ушей и оказываюсь у той самой дальней ели – конечная точка моего путешествия по огромной территории подполковника Авдеева.
Красивое дерево. Старое, мощное. Или у меня дух захватывает от того, что я никак не решалась сюда дойти, глядя на него из окна. Такая глупость, и мне самой за себя становится стыдно. Ведь это просто участок, просто дерево.
«Не просто. Это было желание», – напоминаю себе.
Возвращаюсь с Хардом к дому. Кидаю ему мяч, и пёс радостно уносится за ним к дальним кустам.
– Доброе утро, Лия, – ко мне подходит Фин с сигаретой, зажатой в губах. Вынимает, прячет ее в кулак. Мне очень хочется ответить ему «Доброе утро», но я снова как рыба, лишь открываю рот. – Как прогулялась? – Показываю ему большой палец вверх. – Демонёнок еще спит? – Киваю.
Фин здесь еще и поэтому. За Демьяном он тоже присматривает. Парень стал вести себя спокойнее в отсутствии отца, но Мирон все равно переживает после инцидента двухнедельной давности. Да и, когда он возвращается домой, его сын тут же выпускает колючки, удерживая дистанцию между ними. Не доверяет. И еще мне кажется, он боится, но считает себя мужчиной, поэтому никогда не признается.
Хард остается поиграть с Фином, а я проголодалась и возвращаюсь в дом. Мимо меня, ничего не видя перед собой, проходит взъерошенный, сонный Дёма в одних штанах, бессовестно сидящих низко на косточках бедер. Мирон его за это ругает, но сейчас то отца нет …
Пожав плечами, поднимаюсь к себе, оставляю толстовку на кресле и отправляюсь на кухню. Сегодня мы едем в гости к Ире. Мне хочется сделать что-то для нее. От души, за доброту, женские советы, поддержку. Может пирог? Но я не умею.
Захожу на кухню. Демьян глотает воду прямо из графина. Она стекает по его подбородку и торсу. Парень морщится, отряхивается. Что-то мне подсказывает, что вчера кто-то опять забирался в отцовский бар, потому что я даже сквозь сон слышала, как он допоздна играл на гитаре и бродил туда-сюда мимо комнаты Мирона. И сейчас, Дёма снова уходит. Останавливается в дверях, возвращается за графином и оставляет меня одну.
Второй раз мы снова встречаемся на кухне. Демьян выглядит гораздо лучше. И даже соизволил надеть футболку. А я сижу и смотрю ролики с простыми рецептами, не отступая от своего желания приготовить для Иры вкусный подарок, раз ничего другого я пока сделать не могу.
Дёма хлопает дверями холодильника. Находит апельсин, впивается зубами в корочку и счищает ее почти до середины крупного фрукта. Дальше ловко орудует руками.
– Будешь? – разделив пополам, протягивает мне половинку. Забираю, и мы опять молчим. Я по понятным причинам, а он просто дистанцируется.
Нахожу свой блокнот. Они теперь разбросаны по всему дому.
«У тебя скоро репетитор» – напоминаю парню.
– I canceled. Отменил, – он засовывает в рот остатки апельсина. Его щеки смешно раздуваются. Так заметно, что Демонёнок еще совсем мальчишка.
«Это как?»
– My head hurts (Голова болит).
«Отец будет ругаться»
– Ты меня ему сдашь?
«Нет. Но он все равно узнает. И про то, что ты лазил в его бар. Зачем?»
– I was bored (Мне было скучно).
«А как ты обычно развлекался дома?» – решаюсь задать еще один вопрос, пока он готов говорить.
– Скейт, байк, эээ … – по привычке щелкает пальцами в воздухе, подыскивая правильные слова. – клубы, девушки. Рlayed guitar on the street and got into the police for it. My mother screamed terribly (Играл на гитаре на улице и попадал за это в полицию. Мать ужасно орала) – морщится, будто съеденный апельсин был невыносимо кислым.
«Наверное, она волновалась» – предполагаю я.
– No. She doesn't care about me. My stepfather was angry that he had to interfere. That's why the mother screamed. (Нет. Ей на меня наплевать. Мой отчим был зол за то, что ему приходилось вмешиваться. Поэтому мать кричала.)
«Тебе нравилось ее злить, да?» – кажется, я начинаю понимать.
– Ммм, – тянет он, снова переходя на русский. – Так она замечала, что я есть. Не знаю, правильно ли объяснил, – разводит руками.
«Правильно. Твоему отцу точно не наплевать»
– Не знаю, – Дёма отворачивается к окну. – I do not believe (Я не верю). Никому.
«И мне?» – подхожу и протягиваю ему блокнот, чтобы увидел написанное.
– Почему ты не говоришь? – Демьян задает неожиданный и очень болезненный для меня вопрос, так и не ответив на мой.
Раз уж мы разоткровенничались, коротко пишу ему про убийство папы, про пропавшую сестру и про то, что Мирон меня спас.
– Oh shit… – выдыхает он, запуская пальцы в свои волосы, взъерошивая их и глядя на меня с ужасом и одновременно сочувствием. – Sorry. I was acting like an asshole (Извини. Я вел себя как придурок)
«Все нормально. Не хочешь мне помочь, чтобы тебе снова не стало скучно?» – улыбаюсь ему.
– Чем?
«Давай приготовим пирог вместе?»
– Я не умею.
«Я тоже. Заодно и научимся»
– Bye bye, Miron's кitchen (Прощай, кухня Мирона), – смеется он.
Запускает видео с рецептом. Мы вместе еще раз внимательно его смотрим, потом с ужасом разглядываем газовую духовку, но все же решаемся довести задуманное до конца.
Пока замешиваем тесто и готовим простую фруктовую начинку, пытаемся еще немного пообщаться. Демьян засыпает меня вопросами. Фыркает, не желая знакомиться с друзьями отца, и соглашается только, когда я говорю, что там будет девочка. Правда, умалчиваю о том, что Ворон вряд ли подпустит этого юного обольстителя к своей дочери.
Когда кухня наполняется ароматом выпечки, мы с Дёмой счастливо улыбаемся, глядя друг на друга. Не знаю, как он, а я чувствую себя настоящим героем.
К приезду Мирона мы успеваем собраться. Правда Демонёнок опять превращается в мрачного ежа. На плече гитара, взгляд исподлобья. Мне очень хочется, чтобы они все же нашли общий язык не только из-за необходимости Дёмы остаться здесь. Он же хочет, и это заметно, но не верит.
В гости едем с пирогом и под живую музыку. Демьян тихо напевает что-то на английском себе под нос, Мирон то и дело порывается высказать ему насчет пропуска занятия с репетитором. Взглядом прошу этого не делать, и подполковник крепко сжимает мою ладонь, молча глядя в лобовое.
Ехать оказывается далеко, но быстро. По платной дороге в закрытый элитный поселок. Останавливаемся у ворот. Ждем, когда они отъедут и плавно въезжаем в просторный двор.
Я смотрю по сторонам и иногда бросаю косые взгляды на Демьяна. Он закрылся и делает вид, что ему все равно, куда мы приехали.
– О, ну наконец-то, – нас встречает сам Ворон.
Протягивает руку сначала Мирону, затем Демьяну. Парень отвечает на рукопожатие под строгим взглядом отца.
К нам подходит симпатичный парнишка. В нем с легкостью прослеживается схожесть с Вороном.
– Мой сын, Егор, – нам представляют парня.
– Демьян, – криво ухмыляется Демонёнок.
В глазах Егора загорается что-то такое, от чего мне вдруг становится жалко нервы обоих отцов. Кажется, эти двое точно найдут общий язык.
Ладонь Мирона ложится мне на спину и внутреннее напряжение медленно уходит. А когда к нам выходят Ира, Надя и еще одна, пока незнакомая мне женщина, становится и вовсе спокойно.
Егор быстро улавливает, что Демьян еще плохо говорит по-русски, и легко переходит на английский. Я слышу, как парни тихо обсуждают варианты побега с данного мероприятия.
– Только попробуйте, – тихо осаживает их Ворон, удивляя меня внимательностью.
Наверное, это и правда опыт. У него тоже сын-подросток и он уже понимает, чего от него можно ждать. Пальцем указывает парням в потолок, намекая, что сбежать они могут разве что в комнату Егора. Это же озвучивает вслух. Ребята переглядываются и уходят.
В это время с лестницы как раз спускается девочка, ради которой Дёма сюда поехал. Он на нее заглядывается, она кривит аккуратно накрашенные губы и опускает его на землю одной колкой фразой, на которую оборачиваются все присутствующие взрослые:
– Боже, теперь в нашем доме два задрота.
Демьян меняется в лице.
– Is it a girl? (Это девочка?) – возмущенно шипит.
– Is it a boy? (Это мальчик?) – она передразнивает его.
– Hey! – Демонёнок возмущенно вскидывает руки, а дочка Ворона, сделав абсолютно невозмутимое лицо, спускается к нам. – Okay. We'll see who's not a boy here (Ладно. Мы еще посмотрим, кто здесь не мальчик) – зло бросает он, и скрывается на втором этаже вместе с Егором.
– Да не обращайте внимания, – Ира подходит к нам, широко улыбаясь, и сгребает меня в объятия. – Лия, пойдем со мной, а мужчины пусть мясом занимаются.
По инерции оборачиваюсь на Мирона, но его взгляд абсолютно непроницаем. Не делает поблажек и не дает подсказок. Приходится решать самой. Набираю в легкие побольше воздуха, как перед прыжком в воду и согласно киваю.
