Текст книги "Величайшие танковые командиры"

Автор книги: Джордж Форти

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц)

Подъем Панцерваффе

Создание Панцерваффе, которые промчались по всей Европе в 1939 – 40, началось за 10 лет до этого по инициативе генерала Ганса фон Секта, первого главнокомандующего рейхсвера (1920 – 26). По условиям Версальского договора численность германской армии была ограничена 100000 человек. Вспомним статьи договора.

Статья 160.До 31 марта 1920 германская армия должна иметь не более 7 пехотных и 3 кавалерийских дивизий. После этой даты общая численность армии государств, составляющих Германию, не должна превышать 100000 человек, включая офицеров и персонал складов. Деятельность армии должна ограничиваться исключительно поддержанием порядка на территории государства и охраной его границ. Общая численность офицеров, включая личный состав штабов, вне зависимости от их состава, не должна превышать 4000 человек.

Это было унижение некогда гордой германской армии. Однако фон Сект решил извлечь пользу даже из такой ситуации. Он требовал, чтобы каждый военнослужащий этой маленькой армии был хорошо обученным командиром и инструктором, способным учить других. Таким образом, «Версальская Армия» превратилась в костяк для создания будущей массовой армии Третьего Рейха, которая будет создана, как только Германия оправится от поражения. Генерал фон Сект был убежден, что любая будущая война будет мобильной, сухопутные и воздушные силы будут тесно взаимодействовать в ходе боев. Он писал: «Кратко говоря, вся будущая война видится мне использованием мобильных армий, относительно небольших по численности, но превосходного качества. Ее действия будут гораздо более эффективными, благодаря применению самолетов».

Гейнц Гудериан

Сект добился того, что его маленький офицерский корпус (всего 4000 человек) использовал каждую возможность побывать за границей, посетить иностранные армии, ознакомиться с новыми идеями. Больше всего их витало в воздухе Великобритании, и не было более горячего адепта новой философии, чем Гейнц Гудериан. Он родился 17 июня 1888 в семье прусского офицера. Гудериан закончил кадетский корпус и в феврале 1907 был зачислен в 10 ганноверский егерский батальон, которым командовал его отец. В январе 1908 он стал лейтенантом и вел нормальную жизнь молодого офицера: скачки, охота и прочее. Он был талантливым лингвистом и позднее стал переводчиком с французского. Гудериан также владел и английским. В 1913 он был зачислен в военную академию и принимал участие в испытаниях на кавалерийских маневрах радиосвязи. К несчастью, испытания закончились провалом, хотя причиной его была некомпетентность командира дивизии и его штаба, а не ошибки Гудериана и его отделения связи. В результате, в начале Первой Мировой войны германская армия так и не использовала весь потенциал радиосвязи. Гудериан сначала служил в 5 кавалерийской дивизии, а потом в штабе 4 Армии.

В конце войны он был отправлен в Прибалтику для формирования добровольческих частей. Германия пыталась удержать эти государства, отторгнутые от России по Брест-Литовскому договору. После провала этой затеи, Гудериан вошел в число 4000 офицеров фон Секта и начал специализироваться на военном использовании механизированных частей. Предубеждение и отсутствие интереса к механизации армии сильно мешали, и Гудериану приходилось делать не все так, как хотелось. Однако, когда к власти пришел Гитлер, он быстро осознал потенциал танков. Гитлер побывал на одном из учений, где Гудериан демонстрировал бронетанковое соединение, состоящее из легких танков, бронеавтомобилей, мотоциклов и противотанковых орудий. Фюрер воскликнул: «Это то, что мне нужно! Это то, что я буду иметь!» С этого момента Гудериан пользовался его неограниченной поддержкой.

Танковые дивизии

Именно Гудериан первым увидел в танковых дивизиях главное оружие будущей армии Германии. Именно он руководил созданием нового оружия. Он видел бронетанковые соединения состоящими не из одних только танков, а в комбинации с другими видами оружия и службами. Именно этим Гудериан отличался от «чистого» танкиста Фуллера и от французов и американцев, привязавших танки к пехоте. Его танковые дивизии должны были стать главной ударной силой в надвигающейся войне, а не группой поддержки.

1934 – 35 годы были самыми важными в формировании Panzerwaffe. При поддержке Гитлера и несмотря на сильное сопротивление консервативной армейской верхушки, были созданы танковые войска Panzertruppe. Их командиром стал генерал Оскар Лутц, а начальником штаба – Гудериан. Первое соединение – 1 танковый полк – было сформировано в октябре 1934. Но чуть ранее были утверждены спецификации на легкий (Pzkpfw II) и средний (Pzkpfw IV) танки. Именно они, вместе с крошечным Pzkpfw I и появившимся позднее средним Pzkpfw III, стали основой высокоэффективных танковых войск нацистов.

15 октября был подписан приказ о формировании первых 3 танковых дивизий. Сначала их структура сильно напоминала британское экспериментальное танковое соединение 1927. Их офицеры и солдаты получили ценный боевой опыт в Испании, где они воевали на стороне франкистов в качестве «добровольцев». В Испанию были направлены 4 танковых батальона и 30 противотанковых рот. Они смогли отработать новую тактику, которая потом легла в основу блицкрига, а именно взаимодействие с авиацией. Танковые части и пикирующие бомбардировщики стали действовать совместно.

Французский подход

Французская армия в годы Первой Мировой войны с большим энтузиазмом приняла легкие танки. Возможно, Франция построила больше танков, чем любая другая страна. Но после войны эпидемия всеобщего разгона танковых частей поразила и французов. Однако, они выбрали самый наихудший метод действий. Несмотря на то, что генерал Эстьенн, который был начальником танковой академии с 1921 по 1926, предложил идею создания механизированных соединений, в которых танки были бы главным компонентом, а другой энтузиаст танков генерал Думенк предложил формировать танковые дивизии, французское верховное командование решило иначе. На маршала Петэна танки в годы войны не произвели большого впечатления, и он видел в них лишь дополнение к пехоте. Например, в 1925 он отправил танки в Марокко, чтобы помочь подавить восстание рифов, однако он так и не создал новой тактики, которая позволила бы французской армии полностью использовать потенциал танка. В 1920 танки были переданы в состав пехотных частей, а подразделения Штурмовой Артиллерии распущены.

Эстьенн продолжал заявлять в публичных выступлениях и лекциях, что следует создавать тактику механизированной войны, что необходимы соединения, способные двигаться днем и ночью, покрывая большие расстояния со всей техникой и вооружением, и способные после этого наносить сокрушительные удары по врагу. Он также настаивал на создании новых легких танков. В 1926 их начали строить в значительных количествах, однако их сводили в небольшие группы и отдавали в качестве резерва пехотным дивизиям и корпусам. Увы, французы так и не изменили своего мнения. Они видели в танках только средство поддержки всемогущей пехоты. К такому заключению их подтолкнул успех противотанковых пушек во время Гражданской войны в Испании. Отсюда французы сделали вывод, что самостоятельные танковые соединения имеют не слишком большое значение. В разговоре с британским начальником Комитета Имперской Обороны французский начальник штаба генерал Гамелен характеризовал немецкие танки, действовавшие в Испании, как плохо защищенные и пригодные только для отправки на помойку. В другом случае он заявил: «Вы не можете надеяться прорвать вражеский фронт с помощью танков. Танк не может быть самостоятельным оружием. Он может уйти вперед, но потом ему придется вернуться за топливом и боеприпасами». Франция так и не осознала значения танков, пока не стало слишком поздно вообще что-либо делать, хотя в это время на сцене уже появился еще один великий танковый командир Шарль де Голль.

Шарль де Голль

Он родился в Лилле 22 ноября 1890 в семье профессора. Шарль де Голль в 1913 с отличием закончил военную академию Сен-Сир и был зачислен в 33 пехотный полк, которым командовал Филипп Петэн (позднее он стал маршалом Франции и главой правительства Виши). Де Голль отважно сражался в Первой Мировой войне и попал в плен в битве под Верденом в 1916. Он оставался в плену до подписания перемирия. После войны он преподавал в Сен-Сире, а в 1924 перешел в Высшую Военную Школу, французский штабной колледж. В следующем году он перешел в штаб Петэна. В конечном итоге его представления о будущей войне кристаллизовались в концепцию действий механизированных войск, аналогичную взглядам Фуллера, Лиддел-Гарта и Гудериана. Де Голль также отстаивал необходимость создания мобильных механизированный войск. Однако, к несчастью для него, в то время во Франции господствовала оборонительная доктрина, выражением которой стала Линия Мажино. В 1933 де Голль впервые опубликовал статью, в которой требовал создать танковую дивизию. В следующем году он более полно выразил свои взгляды в брошюре «За профессиональную армию». Там он излагал взгляды Лиддел-Гарта, Эстьенна и Думенка, а потом делал логичное заключение, что французской армии требуется специальный танковый корпус, укомплектованный профессиональными солдатами, а не мобилизованными на 1 год призывниками, которых за это время просто невозможно было чему-то обучить. Он отстаивал независимые танковые войска, насчитывающие 3000 танков в специальных механизированных дивизиях, и указал методы их использования. Брошюра нашла внимательных читателей за рубежом, но ничего не изменила во Франции. Петэн был так взбешен, что вычеркнул его из списка представляемых к новому званию в 1936. В результате этого, де Голль оставался в относительной неизвестности до начала Второй Мировой войны. Когда он получил шанс опробовать свои теории, было уже слишком поздно. Противопоставить отлично организованным и обученным дивизиям Гудериана было нечего.

Механизация кавалерии

В своей книге «Проиграть битву» Алистер Хорн цитирует прелестное выражение, бытовавшее во французской армии в 30-х годах: «Машинное масло грязное, навоз – нет». Оно полностью отвечало взглядам французских кавалеристов на механизацию армии. Один из кавалерийских генералов (Брекар) зашел так далеко, что в 1933 предлагал сохранить кавалерию и никогда больше не использовать танки! Но, как и в остальных европейских армиях, консерваторам пришлось смириться с неизбежным. И они сделали это, проявив гораздо больше гибкости, чем их твердолобые британские коллеги. Еще в 1917 в кавалерийских полках появились маленькие группы бронемашин. В 1930 одна из трех бригад кавалерийской дивизии была механизированной, то есть превращенной в мотопехотную. Мелкие группы броневиков сменил целый полк. Как и американцы, французы прибегли к игре слов, назвав броневики пулеметными автомобилями, так как танки могла иметь только пехота. В 1934 была сформирована легкая механизированная дивизия, состоявшая из танковой бригады, моторизованной стрелковой бригады, разведывательного полка, полка буксируемой артиллерии, инженерного батальона и частей поддержки. Она очень походила на экспериментальные бронетанковые соединения других армий, однако ее танки были слишком легкими. Легкая механизированная дивизия была идеально приспособлена для ведения стратегической разведки, являясь в этом плане прямым наследником кавалерии, но совершенно не могла сражаться с танковыми дивизиями. Она понесла тяжелые потери при столкновении с лучше оснащенными и обученными немецкими танковыми силами.

В середине 30-х годов начали появляться зародыши танковых дивизий, в которых тяжелые танки были сведены в батальоны. Но процесс шел мучительно медленно. Только к сентябрю 1939 4 батальона тяжелых танков Char B были сведены в 2 полубригады, в каждой из которых имелся также моторизованный пехотный батальон. Вместе они образовали первую быстроходную танковую дивизию. Должны были появиться и другие, но, как мы увидим, эффективной боевой силой они не стали.

Как Эллис, Суинтон и Рокенбах, Эстьенн имел все меньше и меньше влияния. Поэтому танки медленно уходили со сцены, так как высшее военное руководство не могло или не хотело видеть, что танк может полностью перевернуть характер войны.

Советский рывок

Советский Союз до начала выполнения первого пятилетнего плана в 1929 не выказывал особого интереса к танкам. До этого основным советским танком был «Русский Рено», являвшийся простой копией французского FT-17. Джон Милсом в книге «Русские танки 1900–1970» приводит цитату из истории советской танковой промышленности Д. Бибергана: «Только в 1929, когда началось выполнение первой пятилетки, и наша промышленности начала подниматься не по дням, а по часам, только тогда мы начали производство отечественных танков. Вождь народа товарищ Сталин лично занялся проблемами проектирования танков и поставил его на правильные рельсы».

Правда это, или только уловка Бибергана, чтобы не попасть на соляные копи, мы выяснять не будем. Ясно одно – Советский Союз не предпринял бы таких больших усилий по строительству танков, если бы Верховный Совет не санкционировал это. Народный комиссар по военным делам Ворошилов еще в 1926 призывал создать такие танковые войска, которые превосходили бы по силе все остальные армии. Он требовал и количества, и качества. Для этого следовало построить новые заводы, обучить новых инженеров и техников, которые смогут спроектировать и построить станки, необходимые для строительства танков. Следовало подготовить солдат, способных обращаться с новым оружием. Это привело к созданию секретной танковой школы в Казани на Волге. Она стала совместным советско-германским проектом. Советы надеялись получить технические знания и опыт немцев. Сами немцы стремились сохранить все в тайне, так как Версальский договор запрещал им иметь танки. Школа была учреждена в 1927, но прошло несколько лет, прежде чем она начала работать по-настоящему. К тому же обе стороны абсолютно не верили друг другу. Например, Ворошилов считал, что война между ними совершенно неизбежна. Учитывая влияние Климента Ефремовича Ворошилова на танковую промышленность, он вполне заслужил упоминания в этой книге. В конце концов он стал маршалом Советского Союза, хотя был скорее политиком, чем солдатом. В 1934 он стал народным комиссаром обороны (просто перемена титула) и оставался в числе советских политических руководителей до мая 1940. Он отвечал за положение дел в Красной Армии, когда генерал Павлов фактически разгромил советские танковые части. Ворошилов частично виноват в столь скверном повороте событий в финскую войну и в катастрофическом начале Великой Отечественной.

Первая пятилетка стартовала 3 апреля 1929. Началось строительство множества новых танков, хотя ни один не был слишком удачным. Немцы тайно доставили в Казань прототипы своих танков, и там они начали проходить испытания. Русские также приобрели за рубежом несколько танков разных типов. В мае 1930 была сформирована первая механизированная бригада, которая состояла из 2 танковых батальонов, 2 батальонов моторизованной пехоты (русские называли их мотострелками), разведывательного батальона, артиллерийского батальона и служб обеспечения. Однако, если говорить в целом, в годы первой пятилетки было построено не слишком много танков. Серьезные изменения произошли только во вторую пятилетку. В 1934 по сравнению с предыдущим годом военный бюджет вырос почти в 4 раза – с 1,5 до 5 миллиардов рублей, резко увеличилось производство автомобилей и танков, были приняты программы строительства легких, средних и тяжелых танков. В 1935 немцы оценивали численность советских танков ужасной цифрой 10000. По другим источникам эта цифра еще выше. Количество грузовиков и тракторов тоже было огромным.

В 1937 в СССР существовало несколько разных типов танковых частей. Механизированные корпуса имели до 500 танков каждый. Их предполагалось дробить между пехотными батальонами для поддержки их действий. Механизированные бригады, укомплектованные легкими танками и мотопехотой. Танковые бригады, в основном состоящие из 3 батальонов средних танков. Стратегия и тактика мобильной войны детально разрабатывалась такими теоретиками, как Михаил Тухачевский и полковник Калиновский. Их теория глубокого проникновения и принципы использования танков были отражены в полевом уставе Красной Армии от 1936. Однако их теории, частично перекликающиеся с работами Лиддел-Гарта и других иностранных теоретиков, не произвели впечатления на Сталина.

Михаил Тухачевский родился в феврале 1893 в Белоруссии. Он закончил Александровское военное училище в 1914, имея чуть ли не самые высокие отметки за всю его историю. Службу он начал в царской лейб-гвардии. Во время Первой Мировой войны он попал в плен и несколько лет провел в Германии в лагере для военнопленных. После войны Тухачевский стал коммунистом и поступил на службу в Красную Армию, где проявил себя очень хорошо. Он пользовался огромным уважением. Например, Ленин отозвался о нем, как о человеке с «проницательным умом, кипучей энергией, смелой инициативой». Тухачевский был одним из главных создателей регулярной Красной Армии. Вместе с Михаилом Фрунзе он заложил основы советских танковых, механизированных и воздушно-десантных войск. Он сменил Фрунзе на посту начальника Генерального Штаба. Однако все это не спасло его от расстрела. Все его работы были уничтожены (исключая экземпляры в секретных фондах Библиотеки им. Ленина). Как писал Ричард Симпкин в своей книге «Глубокая операция»: «Те, кого Сталин подверг чистке, были не просто ликвидированы, их испепелили». Тем не менее, мысли и концепции Тухачевского заложили основу будущих успехов русских в борьбе против немцев в годы Второй Мировой войны и фундамент их послевоенного могущества.

К началу Второй Мировой войны, или Великой Отечественной войны, как ее называют русские, СССР превзошел любую из западных держав в производстве танков. С 1933 по 1935 Красная Армия удвоила свой наступательный потенциал. Газета «Правда» в 1939 заявила, что за предыдущие 5 лет количество танков увеличилось с 6000 до 10000. Сюда входили плавающие танки и хорошо бронированные тяжелые танки, хотя основная масса по-прежнему оставалась легкими танками и танкетками. Некоторые образцы, хотя далеко не все, были отлично спроектированными прочными машинами, способными добиться много на поле боя. Например, Советы с огромной пользой для себя использовали работы Дж. Уолтера Кристи. Интересно звучит замечание, что «к сожалению, он родился в империалистическом лагере, и потому не получил возможности полностью реализовать свои идеи».

Во время Гражданской войны в Испании республиканцы использовали некоторое количество советских танков, в основном легких танков Т-26. Оказалось, что их броня легко пробивается. Танки гибли на минах и под огнем противотанковых пушек. Это дало повод заявить, что танки не следует использовать независимо, они должны лишь поддерживать пехоту. Генерал Павлов, считавшийся в России специалистом по танкам, вернулся из Испании и доложил Сталину и Ворошилову, что «танки не могут играть независимой роли на поле боя». Его новый «практический» опыт был оценен выше, чем теории Тухачевского. В результате идея «глубокого проникновения» была выкинута в окошко. Таким образом, Россия, как и многие другие страны, убедила сама себя, что танки в будущей войне не сыграют особой роли. Исключением здесь была Германия, полностью уверовавшая в новую доктрину.

Не следует считать причиной заката русских танковых войск то, что Сталин уничтожил сторонников теорий Фуллера и Лиддел-Гарта, которые тогда считались «реакционными, буржуазными и не подходящими марксистскому обществу». Павлов стал неоспоримым авторитетом в вопросах танковой войны. Он добился раздробления танковых дивизий на мелкие подразделения. И Советы дорого заплатили за это, когда немцы начали «операцию Барбаросса».

4. Блицкриг

В Германии в 1938 генерал Освальд Лутц был смещен за свои связи с генералом Вернером фон Фричем, ложно обвиненым в гомосексуализме. Его место командующего танковыми войсками занял генерал-лейтенант Гудериан. Таким образом, во время аншлюсса Австрии в марте 1938 он командовал всеми танковыми войсками. Он был страшно разочаровал огромным количеством поломок и отказов техники, но по крайней мере получил время для решения этой проблемы до начала войны. Гудериан пользовался большой популярностью в танковых войсках, хотя был строгим и требовательным командиром. Возможно, он был ведущим танковым экспертом в германской армии, поэтому совершенно не удивительно, что он командовал своим корпусом уверенно очень успешно.