Текст книги "Величайшие танковые командиры"

Автор книги: Джордж Форти

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

Битва за Бельгию

Замедление темпа наступления союзников привело к появлению амбициозного британского плана. Было предложено, чтобы 21 группа армий обошла с севера Линию Зигфрида, пересекая каналы и реки в северной Бельгии и Голландии. Это могло сократить войну. Важнейшей частью плана был захват серии мостов – через Маас севернее Эйндховена, через Ваал у Неймегена и, наконец, через Рейн возле Арнема. Сначала операция Маркет Гарден» развивалась успешно. Но, к несчастью, примерно в этом районе находился на переформировании II танковый корпус СС. Он сумел раздавить легко вооруженный парашютный десант. Немцы также сумели остановить ХХХ корпус Хоррокса и не дали ему соединиться с парашютистами. Таким образом, все надежды на скорую победу рассеялись.

Тем не менее, продвижение союзников было значительным. 4 танковая дивизия Вуда, которая наступала на правом фланге, с момента прорыва из Нормандии прошла более 700 миль. Отдельные танки намотали на спидометры не меньше 1500 миль. Британские танки также прошли огромное расстояние. Союзники были уверены в своей победе и считали, что Германия разгромлена. Поэтому они были застигнуты врасплох, когда 3 немецкие армии – 6 Танковая СС, 5 Танковая и 7 Армия – насчитывавшие более 250000 солдат, 16 декабря 1944 начали генеральное наступление в заснеженных Арденнах. Последовавшая Битва за Бельгию стала самым серьезным кризисом, с которым командование союзников столкнулось в Западной Европе. Достигнутая немцами внезапность была следствием самого оглушительного провала разведки. Аналогом можно считать лишь такой же внезапный удар в этом районе в 1940. Более миллиона человек участвовали в последней отчаянной попытке Гитлера переломить ход войны на западе, чтобы потом полностью сосредоточить силы против России.

Вновь назначенный главнокомандующим на западе фельдмаршал фон Рунштедт писал в своем приказе: «Солдаты Западного Фронта! Настал ваш великий час. Большие ударные силы начинают наступление против англо-американцев. Я больше ничего не буду вам говорить. Вы все чувствуете сами. На карту поставлено все! Мы должны отдать все, чтобы сделать невозможное во имя фатерланда и нашего фюрера!» План операции «Вахта на Рейне» был детищем Гитлера. Он разослал копии фон Рунштедту и Моделю с пометками на конверте «не изменять». Верховное командование пришло в ужас, ознакомившись с планом. Однако, после покушения на фюрера, никто не осмеливался протестовать.

Гитлер выбрал генерал Зеппа Дитриха в качестве командующего 6 Танковой Армией СС, которая должна была сыграть главную роль в наступлении. Слева наступала 5 Танковая армия генерала барона Хассо фон Мантейфеля, а 7 Армия генерала танковых войск Эриха Бранденбергера прикрывала левый фланг ударной группировки. Фельдмаршал Модель, командующий группы армий «В», осуществлял общее оперативное руководство. Фон Рунштедт пришел в ужас, когда впервые ознакомился с деталями плана. Он считал его слишком амбициозным для имеющихся у немцев сил, и потому предложил наступление с ограниченными целями, надеясь отбить у союзников выступ в районе Аахена. После войны он так прокомментировал происходящее: «Мне оставалось только повиноваться. Это была нереальная операция, а самой большой глупостью было определение в качестве цели Антверпена. Если бы мы вышли к Маасу, нам оставалось только опуститься на колени и благодарить бога. Только его волей мы могли дойти до Антверпена». Совершенно неожиданно против плана выступил и Дитрих, который изложил свой протест Йодлю, хотя его мнение тоже осталось без внимания. (На допросе после войны Йодль назвал Дитриха «хорошим солдатом, который никогда не презирал армию, как другие генералы СС».) Главный удар должны были нанести 4 танковые дивизии Дитриха, танковой армии Матейфеля отводилась вспомогательная роль. Это была еще одна пощечина армии, так как ее офицеры пытались убить Гитлера.

Генерал фон Мантейфель был строгим и верным командиром. Он отличился в России, командуя 7 танковой дивизией. Потом он командовал танковой дивизией «Гросс Дойчланд», прежде чем был назначен командующим 5 Танковой Армией, перепрыгнув через командование корпусом. Этот пруссак имел Рыцарский Крест с Мечами, Дубовыми Листьями и Бриллиантами. (Бриллианты он получил 18 февраля 1945.) Он был назначен командующим 3 Танковой Армией на Восточном Фронте, «последней надеждой рейха», в возрасте всего 48 лет. Как фон Рунштедт и Дитрих, он не слишком надеялся прорваться к Маасу. Мантейфеля очень беспокоило положение, в котором окажутся его дивизии, если им повезет зайти достаточно далеко. Мантейфель показал свою храбрость еще до начала битвы, когда отправился на линию фронта, переодетый полковником из разведки. Он лично ознакомился с местностью перед атакой. Бранденбергера тоже беспокоила его роль. Он имел лишь горстку боевых машин в качестве поддержки на свои 4 дивизии, которые должны были прикрывать южный фланг наступления от 3 Армии Паттона. А Паттона немецкие генералы уважали!

Немцы для наступления выделили 8 танковых дивизий, которых поддерживали 17 народно-гренадерских дивизий, 1 панцер-гренадерская и 2 парашютные дивизии, плюс многочисленные бригады и специальные части. Таким образом, для операции «Вахта на Рейне» были собраны самые мощные силы, которые немцы бросали против западных союзников в одной операции. Их поддерживали II истребительный и III зенитный корпуса Люфтваффе.

Эти мощные силы тайно выдвигались на исходные позиции, которые находились против самого слабого участка фронта союзников. Его занимали плохие войска, и их было мало. Здесь находились 6 американских дивизий V и VIII корпусов, чьи подразделения были либо слишком зелеными, не имея боевого опыта, либо наоборот, измотанными и потрепанными в результате боев. Наступление началось на рассвете 16 декабря. Плохая погода приковала к земле авиацию союзников. В некоторых частях началась паника, и немцы сначала сумели добиться определенных успехов. Некоторые неопытные американские командиры сдались. Но были места, где события приняли иной оборот. Можно вспомнить маленький бельгийский городок Сен-Вит, где вписал свое имя в историю один из самых знаменитых американских танковых командиров. Это был бригадный генерал Брюс К. Кларк. Он начала службу рядовым в 1917, постепенно рос, и в 1925 стал офицером инженерного корпуса. В 1940, когда родились американские танковые войска, он стал командиром 24 инженерного батальона и начальником инженерной службы дивизии. Потом он занял пост начальника штаба 4 танковой дивизии и отправился за океан в качестве командира боевого командования А 4 танковой дивизии. После тяжелых боев в августе 1944 он был награжден Крестом за выдающиеся заслуги и Серебряной Звездой. В ноябре 1944 он стал генералом и командиром боевого командования В 7 танковой дивизии. Благодаря ему, разрозненные части в Сен-Вите превратились в единую команду и сумели отбить все атаки врага. Они использовали тактику «бей – беги», которую после войны Мантейфель назвал «одним из лучших способов ведения боя». Кларк вспоминал:

В качестве командира боевого командования В я проанализировал ситуацию и решил, что возможной целью немцев будет Сен-Вит с мостом через реку Сальм. Но настоящая цель, скорее всего, находилась у меня далеко в тылу. Может быть, это был Ла Манш. Я мог медленно отступить на несколько километров, отдав часть территории, но при этом не допустив уничтожения моего командования. Это позволило бы частям у меня в тылу подготовить оборонительные позиции и организовать контратаку. Поэтому, отступая по километру в день, я побеждал. А немцы, потеряв возможность пройти несколько километров в день, проигрывали. Таким образом, я должен был использовать свои танки для обороны и замедления продвижения противника, как для собственного наступления.

«Кларк Сен-Витский», как его можно было называть, помешал установлению связи между 5 и 6 танковыми Армиями и сломал германское расписание. После войны он командовал 4 и 1 танковыми дивизиями. Во время Корейской войны он был командиром I и VIII корпусов. В годы Берлинского кризиса Кларк командовал 7 армией и Центральной группой армий НАТО.

Конечно, мелкие изолированные действия, такие как Кларка в Сент-Вите или знаменитая оборона Бастони 101 парашютно-десантной дивизией генерала МакОлифа, сами по себе не могли остановить наступление немцев. Требовалась гораздо более серьезная операция. 19 декабря Эйзенхауэр решил передать Монтгомери командование американским 1 и 9 Армиями, оказавшимися к северу от прорыва. Паттон получил приказ прекратить наступление на Саар, повернуть свою 3 Армию на 90 градусов и ударить на север во фланг немцам. Кроме того, Эйзенхауэр немедленно отправил в Арденны свой единственный резерв – 82 и 101 парашютно-десантные дивизии. Монтгомери развернул ХХХ корпус, чтобы блокировать немцам дорогу к Маасу и заставил 1 Армию Ходжа удерживать северный фас прорыва. Таким образом, битва в Арденнах была скорее американской, чем английской. Для американцев это вообще была самая крупная битва войны, они потеряли около 78000 человек. Задача Паттона, внешне эффектная, оказалась довольно легкой потому, что он еще несколько дней назад приказал штабу изучить вопрос контратаки через сектор 1 Армии. Скорость наступления 3 Армии была просто замечательной. В результате 4 танковая дивизия Вуда деблокировала осажденную Бастонь. Уверенность, что Паттон может сделать все, что угодно, разделяли его солдаты. «Если придет Джордж, все будет в порядке!»

Немцы упрямо продолжал наступать, сметая все препятствия. Однако они уже выдыхались, а сопротивление американцев становилось все сильнее. К Рождеству наступление было остановлено на линии Эльзенхорн – Мальмеди – Марш – Сен-Убер – Бастонь. Все дороги в Маасу были прикрыты. Погода улучшилась, и в бой вступила союзная авиация. К середине января 1 и 3 Армии сомкнули фронт, и группа армий была готова к решительному наступлению на Германию. Хотя часть атакующих сумела отойти в полном порядке, они потеряли более 100000 человек и примерно 800 незаменимых танков. Монтгомери позднее писал: «Битва в Арденнах была выиграна в основном благодаря прекрасным боевым качествам американского солдата… Если бы качество немецких соединений находилось на таком же высоком уровне, как в первые годы войны, а их командиры сохранили прежний пыл и инициативу, временный эффект контрудара мог оказаться гораздо тяжелее. Противник не сумел развить успех первых решающих дней. Бои показали, что он уже не может сравниться с прекрасными, стойкими американскими войсками». К несчастью, Монтгомери добавил еще кое-что, о том, как ему пришлось брать командование на себя. Это возмутило Брэдли и Паттона настолько, что они дружно заявили, что скорее подадут в отставку, чем будут подчиняться ему. «После того, что случилось, я не могу служить под командой Монтгомери. Если вы отдадите ему командование всеми сухопутными силами, вам придется отправить меня домой. Если Монтгомери будет стоять надо мной, я потеряю доверие своих подчиненных», – сказал Брэдли Эйзенхауэру.

К концу января все завершилось, и американские войска находились на тех позициях, которые занимали 16 декабря. Это была тяжелая битва. Союзники потеряли 75000 солдат убитыми, ранеными и пленными, а немцы – 120000. Несомненно, это было тяжелым ударом для Третьего Рейха, и серьезно ослабило его способность защищаться на западе и на востоке. Хотя «Вахта на Рейне» задержала наступление союзников почти на 6 недель, она, вне всякого сомнения, ускорила окончательное поражение Германии.

К Одеру

Утром 12 января 1945 русские начали свое самое крупное за всю войну наступление, нацеленное в самое сердце Германии, прямо на Берлин. Оно началось на 8 дней раньше, чем планировалось, чтобы облегчить положение в Арденнах. По всей линии фронта, от Балтики до Карпат, одновременно не менее 5 армий начали неумолимо надвигаться на врага. 1 Украинский Фронт Конева отбросил 4 Танковую Армию на 12 миль назад в первый же день, так как превосходил немцев в танках по крайней мере в 7 раз. На севере нанесли удар другие фронты – 1 Белорусский Жукова, 2 Белорусский Рокоссовского, 3 Белорусский Черняховского, 1 Прибалтийский Баграмяна, 2 Прибалтийский Еременко. Немцы были вынуждены отступать повсюду, хотя отдельные дивизии и подразделения и добивались ограниченных успехов. Брайан Перретт объяснил это в «Рыцарях Черного Креста»: «Не было никакой разумной стратегии… Противник имел слишком много танков, слишком много противотанковых орудий, слишком много самолетов, чтобы можно было что-то предпринять… Однако последние дни Панцеваффе не были отмечены фатальными столкновениями на поле боя. Закат армии произошел скорее от того, что были перерезаны питающие артерии». Когда рухнула немецкая система снабжения, когда закончились боеприпасы, запасные части, пайки, это вынудило немцев бросать или уничтожать технику и присоединяться к все возрастающему потоку беженцев. Они пытались сдаться западным союзникам, чтобы не попасть в лапы Красной Армии.

31 января Жуков вышел к Одеру после 300-мильного марша. Конев сделал это неделей позже. Им несомненно помогло странное решение Гитлера нанести контрудар в Венгрии. Гудериан, который сейчас исполнял обязанности начальника штаба армии, убеждал фюрера сосредоточить все силы для защиты Одера, но безуспешно. Услышав о решении Гитлера перебросить 6 Танковую Армию в Венгрию, Гудериан «потерял самообладание и выразил свое недовольство Йодлю в самых доходчивых выражениях. Однако он в ответ лишь пожал плечами… Гитлер не принял мою точку зрения и подтвердил намерение атаковать в Венгрии, чтобы отбросить русских за Дунай и деблокировать Будапешт». Нужно ли говорить, что после этого «Гейнц-Горячая голова» больше не находился на службе у Гитлера. 21 марта он был отправлен в отставку. Гудериан решил отправиться в Тироль, чтобы там «сидеть и дожидаться конца войны». После капитуляции он попал в плен к американцам.

Последнее наступление, известное как Fruhlingserwachen (Распрямление пружины) было обречено, еще не начавшись. Фашисты имели против себя слишком большие силы. Они также предполагали, что почва замерзнет, но этого не произошло. Поэтому вскоре Зепп Дитрих был вынужден отступить, потеряв большую часть тяжелой техники, в том числе около 500 танков и штурмовых орудий. Перретт пишет: «Панцерваффе проиграли свою последнюю крупную битву… Разочарованные танкисты теперь сражались только чтобы выжить и не попасть в плен к русским… Дезертирство стало повсеместным… Войска потеряли уверенность в своих командирах». Реакция Гитлера на эти новости была типичной. Он впал в безумную ярость и приказал Гиммлеру передать солдатам, что они его опозорили. Поэтому он требует сорвать почетные нашивки с надписью «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер». Когда 1 танковая дивизия СС получила этот приказ, солдаты срезали нашивки, сняли награды и отправили все это Гитлеру в плетеной корзине!

В фатерланде

На западе ситуация складывалась точно так же. Три большие группы армий – 21 группа Монтгомери на севере, 12 группа Брэдли в центре и 6 группа Деверса на юге – двигались вперед. Танки шли в авангарде наступления. Например, 3 Армия Паттона к началу апреля находилась в 60 милях восточнее Рейна. Ее передовые части встречали только слабое сопротивление разрозненных немецких отрядов. 21 апреля направление ее наступления было изменено. Армия начала форсировать Дунай и вступила в Чехословакию и Австрию. Немецкие дивизии начали массовую сдачу в плен. В первые 8 дней мая произошел окончательный крах немецкой военной машины. 3 Армия расколола рейх надвое и лишила Гитлера даже тени шанса на последнее «славное» сопротивление. Всего за 281 день боев солдаты Паттона освободили 1200 населенных пунктов с населением более 50000 человек. Они уничтожили 144500 вражеских солдат, ранили 386200 и захватили в плен 1280688 человек. Эта армия прошла самый длинный путь и сделал это быстрее других армий. Несомненно, что во многом она обязана этим одному человеку, своему жесткому командиру, генералу Джорджу Смиту Паттону. Он не прожил достаточно долго, чтобы насладиться заслуженной славой. 12 декабря 1945 Паттон скончался от ранений, полученных 9 декабря, когда его штабная машина столкнулась на дороге Франкфурт – Мангейм с тяжелым грузовиком. Паттон всегда говорил, что мечтает умереть от «последней пули в последней битве». По его мнению, это была единственная достойная для солдата смерть. Газета «Нью-Йорк Таймс» писала:

История протянула руки и обняла Джорджа Паттона. Он завоевал свое место. Его следует поставить в первую шеренгу американских военных лидеров… Задолго до конца войны Паттон стал легендой. Развязный позер, обвешанный пистолетами, глубоко религиозный и злостный богохульник, легко впадающий в гнев, он прежде всего был бойцом, хотя легко мог заплакать, так как под маской дурно воспитанного грубияна скрывалось доброе сердце… Горячий и безжалостный в бою, он шел к цели с ледяной непоколебимостью. Он больше не был безоглядным рубакой, а трезвым и мыслящим знатоком военного дела. Он не был человеком мира. Возможно, он предпочел бы погибнуть в расцвете славы, когда его солдаты, которых он любил, верно следовали за ним. И вся нация будет столь же верно хранить память о нем.

Решающая сила

Когда закончилась Вторая Мировая война, танк вне всяких сомнений заслужил титул «короля поля боя», который впервые получили еще в 1940 танки «Матильда II». Американские историки отмечали: «Танки, как мобильное оружие сухопутных сил, закончили Вторую Мировую войну, захватив себе львиную долю побед союзников. Энтузиасты танковых войск вообще считали танк главным оружием сухопутных сил». Танковые командиры всех уровней еще раз показали, как выигрываются битвы. Хотя, если быть честными, нужно признать, что танковые соединения всех армий в конечном итоге превратились в сбалансированные механизированные соединения, укомплектованные всеми видами оружия. Именно они выигрывали сражения, а не одни только танки. Однако именно танк был ядром и самой важной частью этих соединений. Он сочетал в себе 3 важнейшие характеристики: огневую мощь, защиту и мобильность. Гудериан, Роммель, Жуков, Рокоссовский, Паттон и остальные блестяще их использовали. Но теперь появилось новое, еще более мощное оружие. Сумеет ли атомная бомба, которая так драматически возвестила о наступлении новой эры, увести танк на второй план? Означает ли ее рождение закат танковых командиров?

5 Танковая Армия

47 танковый корпус, генерал танковых войск Генрих фон Люттвиц. Состоял из двух танковых дивизий. 9 танковая дивизия, переформированная после боев в Нормандии, была переброшена в Голландию, а теперь – в Арденны. Она имела более 100 танков, в том числе приданные «Тигры». Учебная танковая дивизия, которая была практически уничтожена в Нормандии, была заново сформирована. Кроме того, корпус имел специальную бригаду охраны фюрера плюс танковый батальон из состава дивизии «Гросс Дойчланд».

5 танковый корпус, генерал танковых войск Ойген Вальтер Крюгер. Имел в своем составе 116 танковую дивизию, известную, как «Гончие». Она понесла тяжелые потери в Нормании, но получила большие подкрепления и теперь имела более 100 танков.

29 танковый корпус, генерал-лейтенант Карл Деккер. Танковых частей не имел.

Барон фон Люттвиц ранее командовал 20, а потом 2 танковыми дивизиями. Он должен был захватить Бастонь. Вальтер Крюгер командовал двумя танковыми корпусами, а ранее, в 1942 – 43 – 1 танковой дивизией. Карл Деккер ранее командовал 3 танковой дивизией. Все они были способными, опытными командирами, которые участвовали во многих танковых сражениях.

6 Танковая Армия

1 танковый корпус СС, группенфюрер СС Герман Присс. Он состоял из 1 танковой дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» (одна из самых сильных германских дивизий с приданным 501 батальоном тяжелых танков СС), 12 танковой дивизии СС «Гитлерюгенд» (переформированная после боев в Нормандии, но испытывающая нехватку опытных командиров). Кроме них имелась 150 танковая бригада, сводное соединение, которым командовал Отто Скорцени.

2 танковый корпус СС, обергруппенфюрер СС Вилли Биттрих. Состоял из 2 танковой дивизии СС «Дас Рейх» (сражалась в России и Нормандии и прославилась своими зверствами), 9 танковой дивизии СС «Гогенштауфен» (также переформированная после Нормандии и Голландии).

Герман Присс имел Рыцарский Крест с Мечами и Дубовыми Листьями. Ранее он командовал 1 и 3 танковыми дивизиями СС. Вильгельм Биттрих был летчиком-истребителем в годы первой Мировой войны и являлся отважным и способным солдатом. Когда-то пламенный нацист теперь был «больным и усталым от приказов из Берлина и холуев вокруг Гитлера».