Текст книги "Величайшие танковые командиры"

Автор книги: Джордж Форти

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)

Танки против танков

Как мы видели, немцы проявили мало интереса к танкам и построили только горстку А7V. Однако рано или поздно должно было произойти столкновение танков, и первое такое официально зарегистрированное событие имело место 24 апреля 1918. Немцы выделили 14 своих тяжелых танков A7V для действий в районе Виллер-Бретоннэ. Они были разделены на 3 группы. Первая группа из 3 танков действовала вместе с 228 пехотной дивизией. Вторая группа из 6 танков поддерживала 4 гвардейскую пехотную дивизию. Третья группа из 5 танков была придана 77 резервной пехотной дивизии, которая должна была атаковать Каши. Группа 1 провела тяжелый бой в Виллер-Бретоннэ, захватила много пленных в деревне и уничтожила аэродром. Группа 2 тоже действовала успешно, пока ее танки не вышли из строя от поломок и вражеского огня. Группа 3 вскоре после начала боя потеряла танк, который провалился в глубокую воронку. Второй танк вышел в точку в 700 ярдах от Каши и натолкнулся на головной взвод 1 батальона Танкового Корпуса, имевший 2 самки и 1 самца. Первыми в бой вступили самки, но их пулеметы ничем не могли повредить вражескому танку, и оба машины были разбиты. Потом появился самец, которым командовал лейтенант Ф. Митчелл. Он вступил в бой и добился 5 попаданий из своих 6-фн пушек. Пытаясь уйти от огня, A7V вылез на крутой склон и перевернулся. Потом прибыли 3 остальных немецких танка. Англичане атаковали их и прогнали, При этом один из немецких экипажей бросил свою машину. Как пишет история Танкового Корпуса: «Знаменательно то, что победителем в первом в истории танковом бою стал танк № 1 из 1 взвода роты «А» 1 батальона Танкового Корпуса».

Победа

В августе 1918 началась последняя фаза Первой Мировой войны. Битва при Амьене началась 8 августа и завершилась через 100 дней подписанием перемирия 11 ноября 1918. Британские, французские и американские танки сыграли важную роль в этих боях. Их количество значительно увеличилось. Для поддержки английского наступления на Амьен было собрано более 600 танков, что вылилось в еще более мощный танковый удар, чем под Камбрэ. 9 августа к 6.00 эти танки пробили вражескую оборону на глубину 7,5 миль, взяли 16000 пленных и захватили более 200 орудий. В ходе непрерывных боев до конца войны в действие были введены почти 2000 танков и броневиков Британского Танкового Корпуса. Из общей численности корпуса в 10500 человек погибли 3000 офицеров и солдат. Общие потери танкового корпуса с 1916 по 1918 составили 7116 человек.

С сентября 1916 по ноябрь 1918 французские танки принимали участие в 4356 отдельных стычках, британские – в 3060, американские – в 250, что дает общее число 7666. Поэтому не удивительно, что, по словам одного из немецких историков, немцы были разбиты «не гению маршала Фоша, а «генералом Танком».

Хотя танк так хорошо показал себя в годы войны, и его будущее казалось безмятежным, наступивший мир почти сразу отзвонил погребальные колокола большей части танков всех трех союзных армий. Вдребезги разлетелись мечты множества юных, полных энтузиазма, отлично подготовленных офицеров этого элитного корпуса, что привело в неописуемый восторг всех противников танка. К несчастью, среди них было слишком много старших офицеров британской, французской и американской армий, которые презирали танки и бредили возвращением к более спокойным методам ведения войны. «Возвращение к истинному солдату», как это патетически назвал один из таких критиков. Для любого мало-мальски трезвого человека было ясно, что дни лошади на поле боя сочтены. Однако танку пришлось снова вести тяжелейшую битву, чтобы доказать свое право выйти на поле боя и победить.

3. Между войнами

Первые дни мира оказались несчастливыми для Британского Танкового Корпуса. На день подписания перемирия его силы составляли 25 батальонов. 18 из них находились во Франции, причем все, кроме 18-го, уже участвовали в боях. 7 батальонов находились в Англии, из них 4 завершили обучение и были готовы вступить в бой. Кроме того в Суонэдже находился центр обучения и подготовки резерва, который состоял еще из 2 батальонов плюс целый батальон офицеров. И вся эта грозная сила буквально испарилась после перемирия. Уже через год от нее осталось всего 5 батальонов.

Британские танки – годы на обочине

Сэр Хью Эллис после войны был понижен в звании до бригадного генерала. Он принял командование Центром Танкового Корпуса, в которых входили центральная школа, склады танкового корпуса, батальон учебных мастерских в Бовингтоне и артиллерийская школа в Лалворте. Он и его прежний штаб, в частности Бонни Фуллер, вели долгие тяжелые бои, чтобы помочь корпусу выжить. Слишком влиятельные силы в армии в это время хотели видеть новый корпус распущенным или слитым с другим родом войск. Армейский Совет бесконечно менял свою точку зрения. То рождалась идея элитного корпуса. То возникало предложение иметь 2 корпуса: для поддержки пехоты и для самостоятельных действий. То всплывало предложение передать танки Корпусу Королевских Инженеров. Лишь в 1922 было принято твердое решение сохранить постоянный Танковый Корпус в составе 4 батальонов. 18 октября 1923 он был переименован в Королевский Танковый Корпус.

Однако охота на танки продолжалась. Возражения возникали против механизации армии вообще, и против танков в частности. Эти грязные, шумные машины следует уничтожить, чтобы кавалерия могла вернуться в блеске прежней славы! Однако очень быстро выяснилось, что армия ничего не может поделать без бронированных машин. Броневики оказались самым дешевым и эффективным средством поддержания единства Британской Империи, в особенности в Индии и на Среднем Востоке. Таким образом, с января 1920 по июля 1921 были сформированы 12 рот бронеавтомобилей. Их укомплектовали личным составом Танкового Корпуса. Подполковник (позднее генерал-майор) Джордж Линдсей первым организовал взаимодействие броневиков с авиацией на Среднем Востоке. Это был исключительно эффективный и дешевый способ установить контроль над территорией. Таким образом, солдаты Танкового Корпуса продолжали службу, сначала на броневиках, потом на легких танках. Они приобретали ценный опыт в таких отдаленных местах, как северо-западное индийское приграничье, Шанхай, Палестина, Египет.

Русский фокус

Основные силы танкового корпуса находились дома, хотя кое-кто побывал и за границей. Кроме танковых частей в составе британской оккупационной армии в Германии, можно вспомнить короткий волнующий эпизод, известный под названием «Русский фокус». Несколько английских танков с экипажами были отправлены на юг России, чтобы помочь бороться с большевиками. Один эпизод этого вояжа заслуживает упоминания в данной книге. Он показывает скрытую колоссальную мощь нового оружия и отвагу танковых командиров. Единственный британский танк стал решающим фактором в захвате большого города, а именно Царицына, и капитуляции 40000 большевистских солдат. Несколько танков (3 тяжелых Mark V и 3 «Уиппета») находились в составе затребованных подкреплений, после того, как большевики отбили все атаки белых. Один из танков Mark V с экипажем капитана Уэлша вместе с другим танком с русским экипажем прорвал проволочное заграждение и пересек первую линию окопов. Совсем как под Камбрэ, Уэлш развернулся и пошел вдоль окопа, очищая его от противника. В результате казачья кавалерия сумела продвинуться вперед и закрепиться на захваченных позициях. 2 дня пришлось ждать прибытия запасов топлива, но его оказалось достаточно лишь для одного танка. Mark V Уэлша снова пошел в атаку, но теперь под командованием майора Э.М. Брюса, командира Танкового Подразделения Юга России (которое теперь состояло из 57 Mark V и 17 «Уиппетов»). Он ворвался прямо в Царицын и сумел захватить целый город. Во второй Мировой войне этого не сумела сделать целая германская танковая армия!

Черный берет

В марте 1942 черный берет был официально принят в качестве головного убора Королевского Танкового Корпуса (КТК) вместо полевой пилотки, которая была совершенно непригодна для ношения внутри танка. Это была инициатива Эллиса, на которого в годы войны большое впечатление произвели береты французских альпийских стрелков, хотя он считал из берет слишком большим и мягким, а берет басков ему казался слишком маленьким. Был найден компромисс, и новый берет стал носить весь личный состав КТК, несмотря на первоначальное ворчание и смешки вне корпуса. В конце концов, черный берет стал символом танковых войск во всем мире.

Механизация

Несмотря на все предубеждение против механизации, царившее в армии, при объективном взгляде на положение дел становилось ясно, что, либо британская армия будет механизирована, либо она окажется в хвосте у всего мира. Когда генерал сэр Джордж Милн стал начальником Имперского Генерального Штаба в марте 1926, он заявил, что намерен механизировать армию. Танкам он отводил ведущую роль. Чтобы подчеркнуть свои намерения, он выбрал помощником по военным делам Фуллера. Однако сопротивление было слишком сильным, и до полной механизации оказалось довольно далеко. Чтобы показать степень враждебности по отношению к механизации, приведем слова государственного секретаря по военным делам Дафф Купера, сказанные в 1936 (!) в защиту кавалерии. «Это похоже на то, что великого музыканта просят отбросить скрипку и посвятить себя игре на граммофоне». Такая глупость на столь высоком уровне привела к трагической нехватке танков в британской армии, когда началась война.

Несмотря на подобный идиотизм, пионеры-танкисты выжили. Это было волнующее время, когда рождались новые идеи, которые сразу можно было проверить на практике. Например, создать экспериментальную полностью механизированную бригаду. Личности, подобные Фуллеру, Броуду, Мартелу, Лиддел-Гарту оказывали свое влияние на эволюцию танка и танковой тактики в будущем. Они не говорили в унисон. Единым было только требование механизации армии. Все имели свое представление о необходимых типах танков, о том, как ими следует командовать. Отлично сбалансированное Экспериментальное Танковое Соединение, созданное в 1927, быстро доказало свое превосходство над обычными для того времени войсками. Однако очень печально, что его опыт не был принят во внимание высшим командованием британской армии.

Теоретики и практики

Фуллер и Лиддел-Гарт были прекрасными примерами мыслителей, которые выдавали постоянный поток книг и статей по теории и практике танковой войны. Оба смотрели в будущее и отстаивали создание мощных бронетанковых соединений, в которые будут входить все рода войск (танки, артиллерия, инженеры, пехоты), и которые будут действовать в тесном взаимодействии с авиацией. Впервые Фуллер изложил эту концепцию в своих лекциях в 1932, но Англия осталась глуха, зато в Германии и России его слова упали на благодатную почву. Однако позднее Фуллер начал склоняться к мнению, что танки должны действовать самостоятельно, не связываясь с другими войсками, которые неизбежно будут снижать их скорость передвижения. Лиддел-Гарт стал признанным экспертом по танкам в 20-х и 30-х годах. Его работы изучались во всем мире. Однако в конце 30-х, непонятно почему, он начал сомневаться в собственных взглядах и пересмотрел свои же теории. Тем не менее, его первые работы были распространены очень широко, особенно в Германии.

Если Фуллер и Лиддел-Гарт были мыслителями, то Мартел в Англии и Дж. Уолтер Кристи в Соединенных Штатах были инженерами, которые воплощали теории на практике, проектируя и строя танки. Крошечные танкетки Мартела были дешевыми и потому популярными. Однако они не имели серьезной защиты и не могли применяться кроме как для разведки. Кристи имел исключительно трудный характер. Как и многие другие изобретатели, он остался непризнанным в собственной стране. Однако его революционная подвеска, которая позволяла развивать высокую скорость на пересеченной местности, была принята русскими. Это помогло им создать лучший танк Второй Мировой войны Т-34 и дало начало развитию целой серии удачных бронированных машин, способных добиться еще большего на современном поле боя.

Кроме них были и солдаты, такие как Линдсей, Броуд, позднее Хобарт, Поуп и Крокер в Англии, Чаффи и Воорхис с США, Лутц и Гудериан в Германии, де Голль во Франции. Всем им приходилось сражаться с косным предубеждением в своих армиях, когда они пытались формировать танковые части и готовить танкистов согласно новым доктринам. В некоторых случаях их задача была исключительно трудной, так как приходилось бороться не только с неизбежной нехваткой людей и машин, но и пробивать в жизнь теории «мыслителей» на машинах, которые выдавали «инженеры». Эти проблемы в разных странах выглядели по-разному, и даже у немцев имелись свои сложности.

Ни один из знаменитых британских танкистов Первой Мировой не может похвастать серьезными успехами в это время, ни Суинтон, ни Эллис. Суинтон в 1919 ушел в отставку, хотя и сохранил интерес к вездеходам. Его имя тесно связано с производством полугусеничных грузовиков французской компанией Ситроен-Кегресс. В 1934 его сделали почетным комендантом Королевского Танкового Корпуса. Этот пост Суинтон занимал до 1938. Эллис был связан с танками гораздо прочнее, как командир корпуса. Ему пришлось вынести основную тяжесть битвы за выживание, но в то же время он ухитрялся еще и отстаивать интересы тех, кто воевал под его командованием. После его смерти в статье в журнале «Танк» генерал-майор Линдсей так написал о 20-х годах: «Это были очень трудные времена для молодого корпуса. Ему приходилось драться за существование со старой системой. Мне исключительно помогали его советы и помощь… Я думаю, что и сегодня мало кто из танкистов осознает ту гигантскую работу, которую проделал Хью Эллис ради придания корпусу прочного положения». В мае 1934 Эллис получил звание генерал-майора и стал комендантом Танкового Корпуса. На этом посту он оставался до 1945.

Королевский Бронетанковый Корпус

4 апреля 1939 британский государственный секретарь военного министерства Лесли Хор-Белиша объявил в парламенте, что новые механизированные кавалерийские полки будут объединены с батальонами Королевского Танкового Корпуса. Таким образом, будет создан новый Королевский Бронетанковый Корпус. Увы, времени на формирование нового соединения уже не оставалось. Даже совершенно очевидные уроки, полученные во время германского блицкрига в Польше, военное министерство предпочло не заметить. Оно сохранило танки в подчиненном положении и не позволило ввести командные должности для танкистов. Все, на что решились консерваторы от военного дела, – это создание поста инспектора КБК и советника от КБК при британском экспедиционном корпусе. Вивьен Поуп стал первым инспектором КБК, а позднее и танковым советником при экспедиционном корпусе.

Танки Содружества

Первые механизированные подразделения Австралийских Вооруженных Сил были созданы в 1908 (Австралийский Добровольческий Автомобильный Корпус) и 1 австралийская рота легких патрульных машин (6 Фордов-Т, вооруженных пулеметами Льюис). Они хорошо проявили себя на Среднем Востоке в годы первой Мировой войны, но АВС проявляли мало интереса к танкам до 1926. Наконец, австралийцы решили отправить в Англию офицера (лейтенанта Э.У. Лампереда) учиться на инструктора-танкиста. Также было решено закупить 4 средних танка Виккерс. 15 декабря 1927 было торжественно объявлено о формировании Австралийского Танкового Корпуса. Однако первое подразделение (1 танковый взвод капитана Э.Т. Пенфолда) сумело выйти на парад только в 1930. Историки отмечают «огромный энтузиазм и повышенное чувство ответственности в этом новом подразделении». Ламперед, который уже стал капитаном, был назначен инструктором и адъютантом. Другим важным человеком в маленьком подразделении стал механик Джордж Дэвидсон, который много лет поддерживал танки в исправном состоянии, в том числе весь период Великой Депрессии 1930 – 37. В 1935 были закуплены новые танки (35 единиц Виккерс Легкий Mark VIA). Через 2 года был сформирован второй танковый взвод.

Эмблемой танкистов стал прямоугольник из 3 равных полос с цветами КТК (коричневая, красная, зеленая), нашивка танкиста с «восходящим солнцем АВС и девиз «Paratus» на свитке в основании. Испробовав несколько типов головных уборов, австралийцы в отчаянии воззвали к коменданту КТК, который прислал им 60 черных беретов.

Тем временем, с 1933 по 1939 были сформированы 3 роты бронеавтомобилей. Вместе с танковыми взводами они стали основой Австралийского Танкового Корпуса, который был создан после начала Второй Мировой войны.

На другой стороне земного шара канадцы стартовали в годы Первой Мировой войны. Они создали тогда 2 танковых батальона. Оба были переправлены в Англию, но до Франции не добрались. Как только война закончилась, они были распущены. Человек, который стал «отцом» Королевского Канадского Танкового Корпуса начал свою службу в пехоте. Он был ранен и награжден во Франции. Потом он служил в 1 канадской бригаде пулеметных автомобилей. 2 Военных Креста и 2 Военных медали были свидетельством храбрости Уорти Уортингтона, которому в 1936 было поручено создать Канадскую Танковую Школу в Лондоне, Онтарио. Через 2 года школа перебралась в Кэмп Борден, когда из Англии прибыли первые танки. Однако только 12 августа 1940 был подписан приказ о формировании Канадского Танкового Корпуса. В конечном итоге его численность достигла 20000 человек. Уортингтон сформировал и возглавил 1 танковую бригаду, которая в 1941 отправилась за океан. Его имя стало синонимом танка в канадской армии.

Трудные времена в Соединенных Штатах

В конце первой Мировой войны американский танковый корпус насчитывал более 20000 солдат и офицеров. Около 12000 находились во Франции, остальные делились примерно поровну между Кэмп Полк и Кэмп Кольт. Хотя 11 ноября 1918 был утверждена численность танкового корпуса в 1803 офицера и 25535 солдат, к маю 1919 большая часть из них была демобилизована. В 3 танковых бригадах осталось 300 офицеров и 5000 солдат. Имелись также Танковый Центр (роты ремонта и хранения) и штаб танкового корпуса. Через несколько месяцев конгресс еще больше урезал состав корпуса – до 154 офицеров и 2508 солдат. На вооружении корпуса состояла коллекция самой разномастной техники: 218 танков Рено FT, 450 Рено американской постройки, 25 британских тяжелых танков Mark V, 100 танков Mark VIII. Рокенбах был назначен комендантом Танкового Корпуса, но к несчастью для обоих «методичный ограниченный генерал не подходил для этого поста. Его больше интересовало сохранение статус кво, а не продолжение исследований, конструирование и тренировка – 3 важнейшие составляющие деятельности энергичных, развивающихся сил».

Танковый Корпус так и не получил возможности опробовать свои мускулы в мирное время, так как в 1919 совет военного министерства, который исследовал возможности использования танков, пришел к заключению, что «танковая служба должна находиться под общим контролем командования пехоты и не может являться самостоятельным родом войск». Танкисты, вроде Паттона, Эйзенхауэра и Серено Бретта пытались отстоять свои позиции, но не сумели. 2 июня 1920 конгресс принял акт о национальной обороне, который упразднял корпус и передавал все танковые подразделение в подчинение командованию пехотных войск. Всем танкистам впредь надлежало числиться, как проходящим службу в пехоте (танковой). Инициатором этого плана был Першинг, а потому любое сопротивление было бесполезно. Батальоны были расформированы, а роты розданы по одной на пехотную дивизию. Военное министерство заявило, что главной задачей танков будет «обеспечение непрерывного продвижения стрелков во время атаки». Министерство также заявило, что нужны только 2 типа танков – легкие (до 5 тонн) и средние (до 15 тонн), чтобы их можно было перевозить по железной дороге, а также использовать существующие мосты и переправы.

Рокенбах протестовал против уничтожения своего любимого дитяти, но напрасно. Он был понижен в чине до полковника, а Паттон превратился в капитана. Когда Танковый Корпус потерял свой статус, Паттон быстро сообразил, что получит лучшие шансы на продвижение по службе, если вернется в кавалерию. Он подал официальный рапорт в августе 1920. Рапорт был подписан, и через месяц его 3-летнее пребывание в танковых войсках завершилось. Однако он сохранил сильный интерес к этому оружию и старался следить за всеми новинками в стране и за рубежом. Он почти не принимал участия в механизации кавалерии и больше не появлялся на сцене, пока Танковые Войска не были созданы во второй раз. Рокенбах тоже ушел в тень, проведя несколько лет в качестве командира горстки танков, сохраненных в Кэмп Миде. В 1933 он ушел в отставку.

К счастью, несколько человек сохранили интерес к танкам. Военный министр Дуайт Ф. Дэвис посетил Англию в 1927, чтобы проследить за маневрами британского Экспериментального Танкового Соединения. Маневры произвели на него большое впечатление, и он решил, что американская армия должна последовать примеру британцев. Вернувшись в Америку, он немедленно приказал генералу Чарльзу П. Самераллу, занимавшему тогда пост начальника штаба, организовать аналогичное соединение. В следующем году в Форт Миде было создано Экспериментальное Механизированное Соединение. Хотя пресса сначала окрестила его «гордостью армии», на самом деле это было не более чем кучка изношенных машин. Их возможности быстро принесли им новую и менее вежливую кличку «газолиновой бригады». Власти штата Мэриленд отказывались помогать, заявив, что танки портят дорожное покрытие!

Несмотря на скверный старт, ничто не могло помешать второму пришествию механизации. В ноябре 1930 Механизированное Соединение возродилось, благодаря рекомендациям Совета по механизации, в котором первую скрипку играл Эдна Р. Чаффи. Этот замечательный офицер, который стал «отцом» американских танковых войск, вел тяжелую борьбу за механизацию армии, особенно своего собственного рода войск. Эдна Романца Чаффи родился в Джанкшн Сити, Канзас, 23 сентября 1884. В 1906 он поступил в военную академию. Он был блестящим кавалеристом и пошел в кавалерию по стопам отца, однако не получил возможности показать себя в Первую Мировую Войну, так как служил в штабах во время наступлений под Сен-Миелем и в Аргоннах. Только после войны он превратился в пламенного сторонника механизации. Несмотря на свою любовь к лошадям, а, может быть, благодаря ей, он уверовал в необходимость применения брони на поле боя, чтобы заменить животных и обеспечить огневую мощь, защиту и мобильность, о которой «натуральная» кавалерия могла только мечтать. Именно на его конторке в отделе G3 военного министерства появилась знаменитая резолюция генерала Саммералла «сформировать Механизированное Соединение». Чаффи постепенно продвигался вверх по служебной лестнице и в 1938 стал командиром 7 кавалерийской бригады (механизированной). Именно эта бригада родилась из Механизированного Соединения.

В 193 °Cовет решил, что соединение должно иметь: штаб, батальон легких танков, 2 механизированных пехотных батальона, батальон полевой артиллерии, инженерную роту и медицинское подразделение, всего около 2000 человек. Командовать Соединением был назначен полковник Ван Воорхис, командир 12 кавалерийской бригады. Боб Гроу, его S3 (или адъютант, если искать британский аналог) перешел вместе с ним в новую часть и позднее писал:

Механизированное Соединение в Юстасе не кавалерия. Хотя командир и S3 были кавалеристами, и бронеавтомобильные войска относились к кавалерии, это соединение имело все рода войск и службы… Во время первой демонстрации, чтобы сориентировать Ван Воорхиса и меня, Бретт (заместитель командира) руководил атакой пешком, додавая сигналу цветными флагами. Из этого мы сделали первый основной вывод: вся техника должна оставаться мобильной на поле боя так же, как на шоссе, а командиры должны научиться думать и командовать с машин.

Ван Воорхис, который позднее стал генерал-лейтенантом, заложил основные принципы новых механизированных войск, и потом стал известен, как «дедушка танков».

Как и в Англии, в Штатах ощущалась нехватка средств. Популярный стишок язвительно сообщал: «Танк вроде бочки, все деньги сожрет. И в этом году никто танков не ждет». Внутри американской армии существовала всеобщая неприязнь к механизированным войскам. Они принимали участие в 10 полевых учениях и 10 маршах, начиная с 1931, и всегда добивались хороших результатов. Однако, когда командование решило, что их основная задача – провести механизацию армии – выполнена, Механизированные Войска были распущены. Начальник штаба армии генерал Дуглас МакАртур (который позднее прославился в боях против японцев на Тихом океане) своей директивой приказал всем родам войск и службам «принимать механизацию и моторизацию настолько, насколько это практично и желательно». Всем было разрешено проводить свои эксперименты. Например, пехота должна была создать боевые машины, которые позволяли бы вести разведку, перехватывать разведку противника, выполнять обходы флангов, вести преследование и другие типы операций, которые обычно возлагались на легкую кавалерию.

К несчастью для кавалерии, Актом о национальной обороне от 1920 только пехоте было позволено иметь танки. Чтобы обойти этот формальный запрет, кавалеристы решили называть свои танки «боевыми машинами». Это привело к смешным ситуациям. Легкий танк Т-2 одновременно был и боевой машиной Т-1. Таким образом, хотя процесс механизации и продолжался, сами Механизированные Войска более не существовали. Это было страшным ударом для таких людей, как Ван Воорхис и Гроу, которые так много сил отдали созданию самостоятельных механизированных частей. Тем не менее, распущенное соединение стало ядром подразделений механизированной кавалерии, созданных в Кэмп Ноксе, Кентукки, в 1933. Это ядро было введено в состав 1 кавалерийского полка, который получил в название добавочный эпитет «механизированный». В конце концов, из этого ростка выросла 7 кавалерийская бригада. Когда началась Вторая Мировая война, она состояла из 2 механизированных кавалерийских полков, насчитывавших 112 боевых машин, 1 полка механизированной артиллерии (16 гаубиц 75 мм), плюс оружейные, медицинские и квартирмейстерские службы. 16 января 1933 конгресс изменил название Кэмп Нокс на Форт Нокс, и он стал постоянным местом расквартирования механизированных сил американской армии. Листовка, выпущенная к 50-летию танковых войск, сообщала: «Эти новаторы имели новую идею. Они увидели, что механизированные Войска армии США способны выполнять операции, используя свою скорость, огневую мощь, шоковое воздействие и большой оперативный радиус. Они увидели в танках стратегическую угрозу – оружие, которое командиры могут использовать, чтобы решить исход войны. Они приняли танки, как шоковое оружие, способное парализовать противника страхом».

Американские танковые войска, начиная со Второй Мировой войны, стремительно росли. Успех тактики блицкрига стал ясен всем. Но, как и английская армия, американская в период между войнами страдала от нехватки средств и почти полного отсутствия интереса к танкам со стороны высших командиров. Однако кое-где дела обстояли иначе.