Текст книги "Ученик Белого Дьявола 2 (СИ)"

Автор книги: Джон Голд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

[И вот с таким человеком Небеса меня свели?] – посредник недовольно фыркнул. – [Мог бы выбрать рисунок поинтереснее.]

Гринч недолго думая заплатил за работу сразу двух тату-мастеров. Те поудивлялись минуту: правило «один мастер – одно тату» никто не отменял. Маркус положил на стол ещё тысячу баксов… Вопросы сразу же закончились. Два мастера, включив машинки, принялись наспех набивать первый слой татуировки.

[Почему именно тебя Небеса сделали ключом от моих оков?]

Посредник и так и эдак пытался понять логику Небес и пришёл к весьма неоднозначному ответу. Маркус использовал ЛАЗЕЙКИ в договоре: сначала обход Правила Контакта, а потом включение в чужой контракт. В обоих случаях Гринч досрочно отправлялся или возвращался в миры Пограничной Зоны.

[Раз за разом ты идёшь вразрез провидению Небес. Один в один как твой отец.]

Белому Дьяволу оставалось сделать последний шаг, и печать нулевого ранга будет с него снята.

[Раз мы связаны, я знаю, что именно Гринчу надо сделать. Хех! В конце концов, это будет выгодно нам обоим.]

…

29 ноября, Нью-Йорк (раннее утро)

Кафе «Сонная Лощина»

К семи часам утра, окончательно выбившись из сил, два тату-мастера закончили первый слой татуировки. Получилось чёрт знает что. Выглядит так, будто со старой больной змеи содрали шкуру, накрутили ею мою руку и завязали узел на запястье. Рептилия со злости сморщилась и постаралась испортиться поскорее. Получился максимально непонятный рисунок.

[Идеально,] – смотрю на контур татуировки. – [Теперь через Монитор Здоровья выкрутим метаболизм на все пятьсот процентов. Затем дополнительно простимулируем заживление вливанием эссенции жизни из витаминов.]

На татуировку со сложным рисунком ушёл бы месяц, а то и больше. Два мастера смогли нанести контур за шесть часов. Мы договорились, что в два часа дня я приду к ним за вторым слоем татуировки. Приходится торопиться. Небеса скоро призовут меня.

Вернувшись в кафе «Сонная Лощина», я застал Белого Дьявола не за столиком, а стоящим снаружи около парковки.

– Так вы можете ходить? Хотя зачем я спрашиваю⁈ Вы же нас с Дексом со стройки в мотель перенесли.

Пропустив вопрос мимо ушей, посредник указал на мою замотанную руку:

– Обязательно закончите это дело, мистер Гринч. Это в ваших же интересах.

– Хорошо. Так что вы мне посоветуете?

– Много чего. – Белый Дьявол фыркнул. – Во-первых, никогда никому не рассказывайте про Двойника и не давайте его увидеть другим адептам…

Из короткого, но довольно ёмкого объяснения Дьявола я понял, что Двойник – это некое Дикое божество.

– … Во-вторых, про алхимическую печь и как вы получили первые три уровня закалки тоже никому не говорите. Если надо, сочините историю про наставника-телесника и что вы ходили с ним год по миру Пограничной Зоны…

Последовало довольно ёмкое объяснение о том, что Школа Крови умеет делать из человека эдакую ходячую алхимическую печку.

– … В-третьих, ваши умения «Поток» и «Защитная Сфера». Когда попадёте в Поднебесье, используйте их только за пределами городов. Адепты высоких рангов могут понять, что у вас необычная родословная. В крайнем случае ссылайтесь на талисман от учителя. Особое внимание уделите Сфере Восприятия.

На этом пункте я всё же решил задать вопрос:

– А с ней-то что не так?

– Так же, как и закалка, это ваш козырь, мистер Гринч…

Видя, что я ничего не понял, Белый Дьявол недовольно фыркнул:

– … Пока люди будут считать, что вы на стадии Очищения [1], они будут вести себя менее осторожно. Противник вас недооценит. Ваше восприятие в разы острее нормы… За вами будут следить, мистер Гринч. Адепты и звери любят устраивать ловушки. Причём как союзники, так и враги. Поэтому чем меньше они знают о реальном радиусе вашего сканирования, тем лучше… Вы говорили, что Сфера Восприятия работает в нескольких режимах?

– Всё верно: три режима.

Пассивный режим сейчас сканирует всё на сто метров вокруг. Второй режим – «круговое сканирование» – на пятьсот метров вокруг.

Режим «активное сканирование» – выбирает сектор в виде конуса в выбранном направлении. После событий во Фриджмонте дистанция сканирования выросла до двух километров. В мирах, где плотность духовных частиц выше, радиус сканирования сильно меньше.

Белый Дьявол кивнул.

– Не рассказывайте никому об этом. Чем меньше информации о себе вы даёте другим, тем выше ВАШИ шансы выжить.

– Сэр, вы не сгущаете краски?

Белый Дьявол усмехнулся.

– Наоборот. В Поднебесье личная сила адепта – это буквально всё. До пятого этапа Очищения [1–5] вы никому не интересный новичок. Начиная с шестого [1–6] с вами станут считаться, как с чиновником средней руки. До этого момента надо ещё дожить.

– В смысле «дожить»? А как же законы местных государств?

Помолчав несколько секунд, Белый Дьявол вдруг хитро оскалился:

– Вы кое-чего не понимаете. Жизнь начинающего адепта – это своего рода неогранённый драгоценный камень. Чаще всего адепты вступают в разные организации, чтобы защитить себя и то, чем они обладают. Есть секты, школы, кланы, гильдии и государственные войска. Внутри них тоже случаются разборки, но это лучше, чем стать чьей-то добычей.

– Понял. А в чём разница между этими организациями?

Со слов Белого Дьявола выходит, что кланы поддерживают территориальное управление. То есть государство.

[Всё логично. Кланы – это земля и дань с территории в обмен на защиту.]

Гильдии – это ремесленные объединения по определённым профессиям и направлениям. Гильдия Охотников, воинов, скаутов и строителей… Их много! В каждой стране Поднебесья есть как адепты-наставники, так и мастера своего дела. Именно гильдии отвечают за раздел «сигнатуры» в интерфейсе.

[Адепту желательно состоять в гильдии и иметь связанные с ней навыки. За их подтверждение отвечают мастера гильдий. Только после этого они появляются в интерфейсе жителя Поднебесья.]

Секты – это куда более крупные независимые организации. Эдакое государство внутри государства.

Зачастую секты обладают огромными территориями. Если на землях союзного государства появляются живые стихийные бедствия, вражеская армия или катаклизмы – секты вмешиваются и защищают мир от чудовищ.

[Таким образом, секты сотрудничают со странами, с которыми граничат.]

Ещё есть Школы – это полунезависимые организации, в которых начинающие адепты осваивают базовые техники до восемнадцати лет. Пока «дети-адепты» учатся, к ним приглядываются вербовщики из сект, государств и кланов.

[Независимые адепты автоматически вступают в ополчение той страны, на территории которой сейчас находятся. Последний блок в интерфейсе жителя Поднебесья именно за это отвечает. Если кто-то сбежит с поля боя, его репутация понизится… Адепту придётся вступать в подпольные организации.]

Основная идея в том, что ресурсов для развития АДЕПТОВ – тех самых духовных частиц – в мире Поднебесья не бесконечное количество. Поэтому секты, кланы, государства, странствующие мастера, незаконные организации – все они друг с другом конкурируют за ресурсы.

[Пробиться даже сквозь стадию Очищения [1] – крайне трудно.]

Ещё бывают чудовища, живые стихийные бедствия и катаклизмы, насылаемые Небесами за провинность. Мигрирующие государства, империи чудовищ, представители других рас, восставшие из мёртвых боги… И чёрт знает что ещё.

На пункте о государствах Поднебесья у меня голова начала пухнуть. Последствия от пребывания в алхимической печи снова дали о себе знать. Заметив это, Белый Дьявол остановился.

– Отдохните, мистер Гринч. Опираясь на свой опыт, могу сказать, что у вас в запасе сутки и… примерно семь часов. Точно не больше.

– Спасибо, что назвали время, – в голове туман. – Отдохнуть мне и впрямь не помешает.

Посредник усмехнулся.

– Рекомендую закончить все свои дела в мире Галадры, мистер Гринч. Скоро Небеса призовут вас в один из Центров Получения Гражданства.

Глава 13
Время разбрасывать камни

29 ноября, Нью-Йорк (раннее утро)

Мотель «ФайвЛайф»

Получив от посредника тонну полезной информации, я поехал на такси обратно в мотель. Надо предупредить детектива, что времени осталось немного. Скорее всего, нас перекинет примерно в одно время. Если отметка о пребывании в алхимической печи настолько опасна, Дексу стоит об этом знать.

Стоило войти в номер, как возникло множество вопросов. Лежавшая на тумбочке таблетница куда-то пропала. На её месте валялась скомканная записка.

«Маркус, спасибо за то, что спас меня во Фриджмонте, а потом вытащил из корабля-печи. Я не умею выражаться, поэтому скажу как есть. Пусть каждый из нас дальше пойдёт своей дорогой».

После прочтения оставленной детективом записки у меня, что называется, «подгорело».

– Ах ты чемодан без ручки! – заорал я вслух. – То есть я опять должен стать вашей удачей, мистер Крауч? Ну, держитесь!

И ведь не бросишь гада! Мы прошли вместе через революцию, выживание в другом мире и корабль-печь. Если Крауч по дурости погибнет… меня совесть сожрёт и не подавится.

Хлопнув дверью, я вышел из номера. Мобильного телефона у Крауча пока нет. Возможно, он вызвал такси через администратора-шахматиста.

Когда я пришёл к стойке рецепции, там оказался другой сотрудник.

[Да что у меня за удача такая!]

– Вы тут, случайно, не видели темнокожего мужика? Он выходил из шестого номера и наверняка заказывал такси.

Парнишка лет двадцати с длинными волосами косился на меня как на восьмое чудо света.

– Нет, никто не приходил.

Не отходя от стойки рецепции, я запустил во все стороны сканирующие волны. Поиск по лицу детектива не выдал результатов.

[Значит, Крауч где-то за пределами Сферы Восприятия.]

Голова продолжала гудеть от перегрузки. Надо отдохнуть, а я опять мозги перенапрягаю.

– Стоп! – поворачиваюсь к администратору. – Фил говорил, что через вас можно вызвать машину с молчаливым водителем… Ой, не надо так пугаться!.. Я же не коп и не ваше начальство. Мне нужна машина и как можно скорее.

Увидев на стойке регистрации крупную купюру, парнишка сразу заулыбался.

– Х-хорошо, сэр. Надо подождать полчаса. Чаю?

– Благодарю, – картинка перед глазами поплыла.

Пока ждал машину, принял витамины и заодно Потоком чуть разогнал эссенцию из таблеток по организму. Баланс постепенно восстанавливался.

[Нужно несколько спокойных дней, и я приду в норму.]

Ровно через тридцать минут подъехал пикап с водителем. Сидевший за рулём усатый дядька в тёмных очках не стал спрашивать имя. Вместо этого он демонстративно показал, что на полу крытого багажника лежит плёнка. Сбоку в специальных креплениях – лопата, топор, рулон скотча и бутылка виски с парой стаканов.

– Да вы профессионал! Однако сегодня нам всё это не пригодится… Надеюсь, – смотрю на водителя, а тот и бровью не повёл. – Надо по городу поездить и найти одного человека.

Дядька с недоверием хмыкнул и указал на пассажирское сиденье.

[С моей удачей может сложиться так, что багажник в плёнке и лопата нам могут пригодиться.]

Мы поехали вдоль береговой линии на север от Нью-Йорка. Раскручивая Защитную Сферу на максимум, я попутно сканировал всю округу. С переходом в разряд адептов расход маны и духовных частиц сильно увеличился. Теперь я вижу вообще весь пригород Нью-Йорка.

Через час езды мы доехали до границы округа и повернули от береговой линии на запад. «Режим поиска» до сих пор показывал присутствие детектива Крауча.

[Про «поиск» я посреднику не говорил. А это четвёртый режим работы Сферы Восприятия.]

Доехав до другой границы округа, мы снова свернули – теперь уже на юг – и поехали обратно к району Лоубридж.

Через сорок минут мы без пробок добрались до стройки на месте прежнего 207-го полицейского участка.

Пим!

Сфера Восприятия вдруг выдала совпадение по поиску.

– Нашёлся! – я завертел головой по сторонам.

Крауч сидел в каком-то баре в трёх кварталах от полицейского участка. Когда я сканировал это же место пару часов назад, детектив там ещё не находился.

Уже одиннадцать часов утра. Мне скоро делать второй слой татуировки, а эта сволочь сидит в баре!

В одиннадцать!

Грёбаных!

Часов утра!

[Кто в здравом уме сидит в такое время в баре?]

Когда мы подъехали к нужному месту, я указал водителю на парковку и отсчитал обещанную плату.

– Подождите на парковке. Мне надо кое-куда зайти. Потом поедем в тату-салон.

Водитель глянул на бар, почему-то хмыкнул и вдруг спросил:

– Сэр, я знаю это место… Может, мне приготовить багажник? Могу случайно выбить лампочки уличных фонарей или встать в переулке. Если смешать виски с бензином, получается довольно гадкая огненная смесь. Она даёт много чёрного дыма и привлечёт к себе внимание. Вы под шумок…

– Обойдёмся без этого, – отстёгиваю ремень безопасности. – Мне надо переговорить с одним человеком. Потом можем сразу ехать.

Дядька несколько секунд молчал, обдумывая ситуацию.

– Хм… Не буду глушить мотор.

Выходя из машины, я глянул на водителя.

– Жаль, что мы с вами только сегодня познакомились… Мне часто не хватало водителя вроде вас.

Водитель едва заметно кивнул. Ни один мускул на его лице не дрогнул… Но я-то слышу, что сердце забилось чаще!

[Хороший помощник! Надо взять его контактный номер.]

Добежав до бара, я сразу зашёл внутрь. Сама дверь, несмотря на ранний час, оказалась открыта. Однако внутри я сразу наткнулся на вышибалу.

Детина ростом под два метра с перекачанной мускулатурой загородил мне проход. Морда кирпичом, на теле шорты, футболка и рубашка.

– Жетон, – произнёс он хмуро.

– Какой ещё жетон?

– Парень, это бар только для копов.

– А-а! – киваю, наконец поняв реакцию водителя. – Мне к детективу Краучу. Он во-о-н за тем столиком сидит.

Не поворачивая головы, вышибала буркнул:

– Не знаю таких. Если нет жетона, уходи.

Громила демонстративно встал перед дверью, а меня вдруг всё взбесило. Схватив детину за грудки, я поднял его над землёй одной рукой. И прямо так пошёл через весь зал в баре.

Детина затрепыхался, пытался выкрутиться, но мне плевать. С третьим уровнем закалки плоти я эту тушу несу как пушинку.

Демонстративно подойдя к столику Крауча, я спросил:

– Детектив, вы не могли бы сказать, что я здесь по делу?

– Гринч? – Декс удивлённо взглянул на меня, потом на вышибалу.

Тот болтал ногами в воздухе, пытался что-то произнести. Лицо красное от напряжения. Футболка на нём трещала по швам.

Детектив вздохнул.

– Гринч, для начала отпусти Рокки. Он просто выполняет свою работу.

Поставив вышибалу на пол, я хлопнул его по плечу:

– Видите, сэр? Я пришёл к знакомому.

– Всё равно… не положено! – упрямо буркнул здоровяк. – Бар только для копов. Для жён копов. И для детей копов.

У меня кровь в венах снова закипела.

– Лопата вместо жетона подойдёт? Могу ещё бутылку скотча или топор предложить на выбор.

В разговор вмешался собеседник Крауча – темнокожий мужчина лет пятидесяти с седыми волосами.

– Рокки, оставь нас! Это коллега детектива. Сделай для него исключение.

Громила зыркнул на меня недовольно.

– Да, сэр.

Пока вышибала шёл обратно к двери, Декс подвинулся, давая мне сесть за столик.

– Это бар для копов.

Собеседник Крауча произнёс это с явным осуждением. Сжав кулаки, я с большим трудом сдержался, чтобы кого-нибудь не убить.

– Сэ-э-э-р, – сдерживая злость, я указал мужику на Крауча. – Вот эта ЗАДНИЦА с ушами, но без мозга… сбежала, не послушав меня. А у МЕНЯ для него информация, от которой зависит ЕГО жизнь.

Повернув голову, я посмотрел на хмурое лицо Крауча:

– Детектив, у вас в запасе одни сутки и примерно шесть часов. Потом того-того!

Указал пальцем на потолок бара. Ничего не поняв, Крауч захлопал глазами. Пришлось добавить:

– Прочитайте сообщение в интерфейсе! – произнёс я, косясь на собеседника Декса. – Не обращайте внимания, мистер Как-Вас-Там. Мы с детективом Краучем обсуждаем одну интересную игру.

Видя, что Декс тупит, не особо соображая, я достал из рюкзака ещё одну таблетницу.

– Короче, детектив. Я не знаю, каким местом вы думаете, но сходите в то КАФЕ… Хотя бы за информацией. Речь о вашем выживании, а не моём.

Декс хлопал глазами, с трудом фокусируя на мне взгляд. Недолго думая, я разорвал на Крауче рубашку и указал на восемь колец на его животе:

– Вот ЭТОТ рисунок надо срочно спрятать под татуировкой! Иначе у вас потом возникнут не опасные… не большие… А именно смертельные проблемы. Так понятно?

Крауч нахмурился, уставившись на свой живот:

– Это что вообще за хрень?

– Отметки от печи. Я же говорю! Сходите в КАФЕ. Я не стану вас и дальше прикрывать. Пора уже начать своей головой думать.

Детектив прервал меня, выставив перед собой руку.

– Пастор Робинсон сказал, что это не богоугодное дело… к Дьяволу обращаться за помощью.

Судя по внешнему виду, у Крауча начался очередной приступ лихорадки. А он вместо приёма витаминов решил напиться.

Открыв таблетницу, я высыпал на стол горсть витаминов. Бармен как раз принёс два бокала пива. Пододвинув один Краучу, указываю на таблетки.

– Пейте! Это в ваших же интересах. Насчёт КАФЕ… Если я вас назову «упёртым бараном», вы им от этого не станете? Вот и не судите человека по прозвищу. Он вам ничего плохого не сделал, а вы уже плохо о нём думаете.

– Но он же…

– Что? – я нахмурился. – Что конкретно плохого он вам сделал? Спас жизнь во время нападения на участок? Или помог, когда вы вернулись в Нью-Йорк?

Поднявшись из-за стола, я демонстративно положил пятьдесят долларов. Собеседник Крауча удивлённо хмыкнул, но комментировать не стал.

– Это чаевые для вышибалы, – указываю на громилу. – Кажется, я ему футболку порвал. Пусть в следующий раз надевает ремни или подтяжки для переноски.

Похлопав Декса по плечу, я направился на выход.

– Теперь моя совесть чиста, детектив. Можете дальше топить горе в стакане… А можете начать думать о себе. Подумайте, что вам бы сказали тройняшки, окажись они сейчас на моём месте?

Выйдя из бара, я зевая направился к машине. Надо немного поспать и потом ехать делать второй слой татуировки. Сегодня должны нанести тени и градиенты, чтобы рисунок на руке приобрёл объём.

…

То же время

Бар для копов

«Сокол» Джо Уорч проводил взглядом незваного гостя. То, как он поднял громилу Рокки, говорило о невероятной физической силе.

– Гринч, Гринч… – Сокол пощёлкал пальцами, пытаясь вспомнить. – Где я слышал эту фамилию?

– Череда убийств гражданских в районе Лоубридж в мае. – Крауч морщась проглотил горсть витаминов. – Двойное убийство в больнице, дело об адвокатах Гробовски. До этого ещё взрыв особняка Гринчей в январе…

Уорч просиял.

– Да, точно! Было такое. В начале года много чего случилось. Нашлась дочь Тадлера, и появилось дело по «подземелью Твикиса». Потом ещё и взрыв участка. Всё внимание прессы сосредоточилось на том, что у нас на складе вещдоков оказалась бомба.

Слушая коллегу по службе, Крауч начал понимать, что Джо УЖЕ начал забывать о нём. О Роне Кандински, об измене Марты и даже о бойне в полицейском участке.

[Видимо, об этом Маркус и говорил в мотеле. Мир Галадры начал нас отвергать.]

Подняв бокал, Джо с улыбкой произнёс:

– Твоё здоровье!.. Так что с тобой случилось-то, старина?

Крауч поморщился. Никогда прежде Сокол не называл его «старина». Будучи детектив-сержантом, Джо всегда держал дистанцию с подчинёнными.

Декс собирался ответить, но вдруг затих… Как только он попытался рассказать о сделке и Фриджмонте, голосовые связки парализовало.

– Скажем так. Я отдыхал в горах Невады, – уклончиво ответил Крауч. – Познакомился с тройняшками Мией, Майей и Миллой. Сэр, это были лучшие полгода моей жизни! Я раскрывал преступления… Для местной полиции. Причём мне выдавали такие дела, что не описать словами. На меня покушались раз десять. Как видите, в горах я здорово похудел.

Хохотнув, Крауч похлопал себя по плоскому животу. Сокол нахмурился:

– Да-а-а… Ты сильно изменился, Декс. Помню тебя как стокилограммового детектива. Ты же с Роном Кандински работал? Сейчас ты выглядишь как другой человек.

Декс вздохнул. За минувшие полгода в Нью-Йорке действительно много чего произошло. Капитан Лоуренс Тадлер подал в отставку, прежний 207-й полицейский участок снесли.

Капитаном нового полицейского участка стал «Сокол» Джо Уорч. Детектив-сержант пошёл на повышение. Он один из немногих, кто пострадал во время бойни и при этом выжил. Копы нашли его на лестничной клетке около подвала. Джо придавило вырванной из стены решёткой.

После разговора с пастором Крауч испытывал смешанные чувства. С одной стороны, священнослужитель всячески поддержал Крауча и дал выговориться. На душе у детектива скребли кошки.

Сначала перенос из участка, потом революция во Фриджмонте. Следом аресты на новой работе и первые покушения на жизнь. Появление тройняшек, тайное обручение и свадьба в узком кругу проверенных людей.

Затем появились маги крови… И все жители Фриджмонта погибли. Декстер верил в то, что Гринч не соврал о событиях внутри корабля-печи. На стройке торгового центра и впрямь нашли четыре трупа, выглядящих так, словно из них высосали все соки. Это стало первым, о чём Джо Уорч рассказал при встрече.

Исповедь закончилась… Неприятно. Как выяснилось, у пастора имелись свои ВЗГЛЯДЫ на самого Крауча – темнокожего, подтянутого и выглядящего на все сто баллов.

Вспоминая улыбку пастора Робинсона, детектив невольно поёжился. По спине поползли мурашки, и на душе стало мерзко.

Взяв такси, Крауч поехал сюда – в бар для копов. Попросил бармена позвонить «Соколу». Хотелось поговорить с кем-то из своих «нормальных» знакомых. Как выяснилось, почти все коллеги-детективы Декса погибли во время бойни. Остальные ушли со службы или перевелись в другие участки.

Сейчас Крауча каким-то чудом нашёл Гринч. Причём нашёл в баре, о котором наверняка знать не знал.

[Маркус рекомендует зайти в кафе «Сонная Лощина»? Видимо, дело срочное. Сутки и шесть часов?] – Крауч помассировал переносицу. – [Что мне сейчас делать? Помолиться?]

Мысли о молитве навеяли воспоминания о пасторе Робинсоне, и детектив ощутил, как по спине пробежался холодок.

[Чёртов Гринч! Ладно, раз времени мало, надо проститься с теми, кто мне дорог.]

– Так какие планы? – Джо Уорч пододвинул детективу пиво.

– Сам не знаю, – Крауч помассировал виски. – Для начала схожу в ближайшую церковь. Надо нормально попрощаться с моими… девочками. Не знаю, сэр… Свидимся ли мы ещё, но я был искренне рад вас видеть.

…

29 ноября, Нью-Йорк (раннее утро)

То же время

Молчаливого водителя звали «Тич с лопатой».

– Все клиенты меня так зовут, – пояснил дядька в тёмных очках. – Реальное имя в наших делах лучше не светить.

Немного поспав прямо в машине Тича, я поехал набивать второй слой татуировки. Два мастера морщились, стыдясь своей работы, но продолжали наносить это чудовище на мою руку.

Шесть часов спустя рисунок стал выглядеть ещё ужаснее. Казалось, Уроборос мстит мне за то, что стал татуировкой. Рисунок местами сморщился, а где-то вздулся и поплыл… Выглядело так, будто змеюка сожрала слона, и её прямо в таком виде намотали на мою руку.

Усталость оказалась настолько сильной, что я вырубился, несмотря на то, что в мою руку тыкали иголками.

Проснулся в семь часов вечера на кресле в тату-салоне. Голова снова начала болеть.

– Где я? Кто я? Что вообще происходит?

Увидев листок с эскизом Уробороса, наконец всё вспомнил. Закончив второй слой рисунка, два тату-мастера отошли перекурить.

Выйдя к ним в курилку, я уточнил:

– Мне зайти после полуночи? Остался третий, финальный, слой татуировки.

Один из мастеров закашлялся, а второй, выпучив глаза, секунд пять не мог ответить.

– Дорогой клиент… Мы на вас все запасные иголки извели! Две машинки сломались, пока рисунок наносили. У вас не кожа, а кусок камня.

– Мне надо закончить тату! Я оплачу…

– Нет! – мужик тяжело задышал. – У нас тоже есть гордость! Можете предлагать какие угодно деньги, но мы откажемся. Чернила должны нормально улечься. Приходите… Скажем, завтра утром. Контур мы нанесли, тени тоже. Завтра нанесём краски, и ваша… з-змея на руке будет выглядеть как живая.

На мгновение показалось, что Уроборос недовольно зашипел. Казалось, змей проклинал мастеров за то, что его нанесли именно на мою руку.

Потушив сигареты, мастера ворча пошли в подсобку. Я же с перемотанной бинтами и плёнкой рукой направился на выход.

[Осталось примерно девятнадцать часов до переноса в Поднебесье.]

…

Вернувшись в мотель, я достал из рюкзака зашифрованный дневник Бивеня Бакса и флешку с данными об исследованиях суперстимулятора иммунитета.

[Настало ваше время!]

Вызвав такси, я поехал к дому семейства Чой. Полгода назад меня искало АНБ. Значит, инженер из NASA выполнил свою задачу. Информация попала куда надо.

На подъезде к нужному кварталу я вышел из машины и стал сканировать округу. Дэвид Чой оказался на месте. Несмотря на поздний час, инженер трудился в своём гараже.

[Опять берёт работу на дом?]

Недалеко от земельного участка Чой в автомобиле сидел мужчина. Во внутреннем кармане пиджака у него находилось удостоверение с непонятным жетоном. Сейчас, откинув спинку сиденья водителя, он спал. Храп стоял такой, что проходившие мимо люди таращились на машину.

[За Дэвидом ведётся слежка.]

Четыре скрытых камеры удалось найти только после того, как я стал специально их искать. Дверь гаража, вход в дом и подступы к зданию в обе стороны – всё просматривается.

[Почти всё!]

Обойдя земельный участок семьи Чой, я вышел в переулок. Там перепрыгнул через забор.

Вшух!

Благодаря третьему уровню закалки я теперь прыгаю на три метра без усиления прыжка Импульсной Походкой. А уж с ней… Уххх!

Приземлившись по другую сторону забора, я дошёл до дома семьи Чой. Там Телекинезом отпер простенький замок и отвёл в сторону засов. Оказавшись в гостиной, тихо проследовал к гаражу.

Миссис Чой суетилась на кухне. Пройдя через коридор, я зашёл в гараж через вторую дверь и аккуратно прикрыл её за собой.

– Давно не виделись, мистер Чой!

Оторвавшись от рабочего стола, Дэвид посмотрел на меня… И, видимо, не узнал:

– Кто вы? И как оказались в моём доме?

Точно. Отторжение миром Галадры уже началось. Поэтому Дэвид и не помнит, как я выгляжу.

– Полгода назад, – показываю на пол гаража, – я принёс сюда свои инопланетные находки. Помните кусок обшивки, бластер, клипсу с уха пришельца? Я вам тут чёртову пачку рисунков нарисовал.

Кореец пригляделся ко мне повнимательнее:

– Мистер Гринч? Признаться… Я вас практически не помню. Хотя ваше имя часто звучало на допросах. И лицо…

Кореец подошёл ко мне и даже пощупал мою кожу:

– … Вы сильно изменились. Как будто постарели.

– Плата за выживание, – я отмахнулся. – Так что случилось за те полгода, что мы не виделись?

Со слов Дэвида Чоя, началась нехилая такая заварушка. Инженер оказался тем ещё хитрюгой! Он отправил почтой мои находки по разным учёным и странам. Потом собрал видеоконференцию и сказал им, какие именно у него есть образцы. Таким образом, спецслужбы разных государств получили образцы инопланетной техники… И стали вынужденно сотрудничать друг с другом.

[Поодиночке учёным не разобраться. Дэвид, по сути, раздал им всем образцы одной головоломки и попросил её собрать общими усилиями.]

Тот бластер из комплекта бронескафандра оказался вполне себе рабочим.

[О боги магии! Я эту штуку хранил в холодильнике. Потом ещё в рюкзаке таскал. Повезло, что она ни разу не выстрелила или не взорвалась.]

Сейчас большая часть исследований, связанных с бластером, ведётся в лаборатории, находящейся в Зоне Пятьдесят Один. Всё, что можно разобрать, не ломая конструкцию, уже разобрали.

Цилиндр, вытащенный из основания бронескафандра, оказался мобильным генератором силового поля. При подаче на него энергии он создаёт сферический барьер.

Учёные из Японии, которым отправился цилиндр, до сих пор не могут ничего понять. Сейчас к проекту привлечены лучшие исследовательские лаборатории Токио.

То же касается клипсы, снятой с уха космического эльфа. Её мистер Чой отправил в Китай.

– Это шунт! – пояснил Дэвид.

Я нахмурился:

– Шунт? Типа как в медицине для картирования сосудов? Нашему соседу ставили такой. Родители упоминали.

Дэвид усмехнулся.

– Нет, сэр. Скорее, это способ связи мозга с внешним оборудованием.

Со слов инженера стало ясно, что пришелец через нейрошунт подавал команды на бронекостюм. Орудийные системы, силовое поле, сервоприводы, автоматическая аптечка – слишком много сложной техники, чтобы управлять всем только руками.

Те тонкие волоски, что шли от металлической клипсы, уходили прямо в мозг пришельца. С помощью клипсы, закреплённой за ухом, пилот передавал команды напрямую в бронескафандр… А может, и всему космическому кораблю!

От полученной информации у меня самого мозги заработали с удвоенной силой. Всё встало на свои места:

[Видимо, аура эльфа мешала ему управлять высокоточной техникой. Белый Дьявол говорил про это. «Аура глушит все сигналы». Поэтому эльф использовал нейрошунт как внешнюю антенну. Возможно, от клипсы к бронескафу шёл шнур для передачи данных⁈]

Вот оно что! Картинка в моей голове сложилась.

[Выходит, имплант нейросети «Мохреш» – это своего рода внутренний компьютер. В свою очередь, нейрошунт – это кабель для доступа во внешнюю сеть. Это два разных вида имплантируемого оборудования, которые дополняют друг друга.]

Распалившись, Чой стал рассказывать про первые плазменные технологии и открытые сплавы. Часть из них скоро начнут использовать в частной аэрокосмической компании «Спэйс Крэгс».

Сплав металлов из обшивки космического корабля эльфа удалось воспроизвести и даже опробовать на полигоне.

– Вы представляете? – кореец довольно улыбался. – Я лично за руку держал того самого Бивеня Бакса! Он сказал, что из этого сплава теперь будут делать обшивку ЕГО сверхтяжёлых ракет. Мы все скоро сможем полететь в космос по цене поездки в междугородном автобусе!

– Круто. Номерок Бакса остался?

– Д-да, – у Дэвида от напряжения задёргался глаз. – Бивень – человек открытый. Правда, через его охрану и армию помощников даже мне не пробиться. Он сказал: «Если найдётся ещё что-то интересное, звоните».

– Да вы что! – похлопав рукой по рюкзаку, я уточнил: – Я как раз за этим к вам и приехал.

Кореец сначала в полном неверии уставился на меня, потом расплылся в довольной улыбке:

– Если это шутка…

– Не шутка! – с улыбкой указываю на рабочий стол инженера. – В прошлый раз я передал вам свои находки, и вы добились успеха. Это говорит о том, что ВЫ, Дэвид… Как раз тот человек, который сейчас нужен. У меня есть дневник самого Бивеня Бакса… Скажем так, из другого мира и другой эпохи. Как и в прошлый раз, я хочу сделать мир Галадры лучше.

Узнать, как и о чём думаешь «ты сам через семь лет», – дорогого стоит. Дневник бесценен только для самого Бивеня – большая часть записей в нём зашифрована. Поэтому я хочу отдать его и заодно через Дэвида распространить данные об исследованиях суперстимулятора иммунитета.