Текст книги "Жестокое искушение (ЛП)"

Автор книги: Джилл Рамсовер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

ГЛАВА 14

Если бы верила в бога, то сказала бы, что он зол на меня. И у меня было бы неопровержимое доказательство, что бог – мужчина, потому что у женщин слишком много дел, чтобы трать время на месть.

Ну, серьезно.

Какое еще объяснение могло быть, кроме того, что вселенная сговорилась против меня?

Что-то постоянно мешало мне видеться с Лоуренсом две недели подряд. Каждый раз, когда строила планы с ним, что-то происходило либо у него, либо у меня.

После того, как Оран пролил на меня напиток, я провела следующие два дня, запертая в своей квартире, не зная, то ли у меня жуткое расстройство желудка, то ли съела что-то испорченное. Лоуренс оказался в неожиданной командировке в первой половине недели, затем Космо узнал, что крупная парижская дизайнерская фирма хочет увидеть наши работы, пока они в городе, и настоял на присутствии обоих дизайнеров. Мне пришлось провести три дня, развлекая их.

Конечно, презентация привела к невероятному контракту – больше денег, чем мы когда-либо зарабатывали, – но время выпало неподходящим. Любое волнение, которое чувствовала от нашего успеха, было лишено радости из-за моего разочарования и растущего отчаяния, когда думала о днях, ускользающих сквозь пальцы.

У Лоуренса и меня были дела на неделе перед Рождеством. И мы не настолько близки, чтобы проводить это время вместе.

Я уже одиннадцать лет подряд проводила Рождество с Мамой Джи. Это то, от чего не готова отказаться.

Следующая возможность увидеться с Лоуренсом на ужине появилась в среду двадцать девятого. Я приготовилась манипулировать им, используя его потребность унижать, но в последний момент получила уведомление от города о проведении экстренной проверки газа из-за подозрения на утечку. Они просили, чтобы один член каждой семьи присутствовал дома, а Джесс была занята.

Я начала задаваться вопросом, не проклята ли.

Это объяснило бы многое за эти годы. Но если не верю в бога, то не поверю в проклятия. Иногда просто случается дерьмо.

Однако сегодня все будет иначе. Я собиралась в клуб с Лоуренсом на ежегодную новогоднюю вечеринку, и ничто меня не остановит.

Макияж не водостойкий. Волосы слегка уложены. Платье из бледно-голубого шелка, подчеркивало цвет глаз и на нем бы идеально выделялись пятна от фальшивых слез с потекшей тушью. Я была уверена, что извлеку максимум пользы за этот вечер.

Когда в дверь постучали, надеялась увидеть на пороге Свидетелей Иеговы.

Лоуренс думал, что живу в другом здании, так что это был не он. Джесс уже ушла. Ни один из оставшихся вариантов не выглядел многообещающим.

Руки начали потеть, я заглянула в глазок. Трое вооруженных полицейских стояли в строю, лицом к моей двери – совсем не то, что ожидала увидеть.

– Каролина Шульц? Это полиция Нью-Йорка. Откройте.

О черт! Они за мной?

Я думала, что они ошиблись дверью. Но это было не так.

С замиранием сердца я медленно открыла дверь и держала руки на виду.

– Здравствуйте, чем могу вам помочь?

– Каролина Шульц?

– Да.

– Мы здесь для обыска вашего помещения, вот ордер.

Я не могла бы быть более озадаченной, если бы он сказал мне, что трехрукая обезьяна сбежала из научной лаборатории и прячется в моей квартире.

– Ордер? На что?

Их единственным ответом стало пройти внутрь. Один мужчина встал рядом со мной, будто думал, что я побегу за оружием, пока другие начали рыться в наших вещах.

– Что, черт возьми, происходит? – Как они получили ордер и зачем? – Я имею право знать, что происходит.

– Мэм, вам лучше помолчать. В случае, если что-то...

– Нашел, – крикнул полицейский у окна, который направился прямо к моим швейным принадлежностям. Он держал в руках металлическую коробку, в которой хранила молнии.

– Это ваша коробка, мэм? – спросил офицер рядом со мной.

– Да, а что?

Мужчина, державший коробку, открыл ее, обнажив пакетик с белым порошком размером с мой кулак. У меня отвисла челюсть. Если мужчины что-то еще говорили, то не слышала из-за звона в ушах.

Я забыла, как дышать.

Мир закружился, пока сильные руки не схватили меня за руки с обеих сторон, чтобы я не упала.

– Это не... Я никогда не видела... Я не понимаю...

Как это могло произойти? Что, черт возьми, мне делать?

– Мы отправимся в участок, где вы сможете переговорить с капитаном.

Могу ли я вообще позволить себе адвоката? Сколько будет стоить такое дело? И поможет ли это? Очевидно, они получили какую-то наводку.

Кто-то отправится в тюрьму.

Может, этот пакет принадлежал Джесс? Я не думала, что она увлекается наркотиками, тем более продажей, но ничего другого не имело смысла. Как такое количество кокаина могло оказаться в моей квартире? Я бы сказала, что полицейские подбросили наркотики, но я наблюдала, как парень начал обыскивать мой рабочий стол, потому что все там было для меня дорого. Я внимательно следила, и этот пакетик был именно там, где он его нашел. В моей коробке. Как долго он там? Как туда попал? У меня не было ответов.

Я шла в оцепенении в окружении трех офицеров. У них хватило такта не надевать на меня наручники. Конечно, было очевидно, что я ничего не прятала в своем платье. Я была слишком шокирована, чтобы даже взять пальто на выходе. Ни пальто. Ни сумочки. Даже не заперла за собой дверь. Все, что у меня было, – это голубое шелковое платье и парализующий ужас, которого хватило бы на всю жизнь.

Полицейский участок был до жути пуст, хотя через несколько часов здесь, вероятно, будет кипеть деятельность. В данный момент все свободные сотрудники работали на улице, готовясь к одной из самых хаотичных ночей в городе за весь год. Если бы была в здравом уме, то задалась бы вопросом, почему офицеры занимаются исполнением ордера в такую ночь, но страх лишил меня способности мыслить логически. Когда дело доходило до борьбы или бегства, мой мозг определенно выбирал бегство.

Меня отвели в маленькую комнату для допросов. Она не выглядела так, как показывают по телевизору – никакого двустороннего зеркала и металлического стола, прикрученного к полу. Маленькая комнатка, похожая на кладовку, имела два стула и пустой стол у стены. В углу потолка торчала круглая линза камеры видеонаблюдения.

Можно предположить, что камеру установили для записи подозреваемых, но, сидя в одиночестве и сдерживая слезы, я поняла, что у нее другая цель. Что-то в осознании того, как кто-то наблюдает за тобой в твой самый тяжелый момент, делало все в десять раз хуже. Стыд и страх. Давление и неуверенность. Все это усугублялось невыносимым весом чужих глаз, наблюдающих за мной.

Когда дверь наконец открылась, у меня перехватило дыхание. Я была на грани того, чтобы потерять самообладание, пока не увидела, кто ко мне присоединился. Это было настолько неожиданно, что задумалась, не было ли все это какой-то дикой галлюцинацией.

Оран Байрн возвышался в дверном проеме.

В черном пальто поверх безупречного серого костюма он был воплощением романтического героя, спешащего на помощь. Его волосы идеально уложены, а в глазах мстительный блеск, который заставил бы любого задуматься, прежде чем перечить ему.

Я вскочила, переполненная восторгом и облегчением.

– Слава Богу, ты здесь! Я запаниковала и даже не успела никому позвонить, хотя не уверена, кому бы вообще позвонила. Не знаю, собираются ли меня задерживать или что, черт возьми, происходит. Они просто бросили меня здесь и исчезли. Никто даже не пришел поговорить со мной, – мой лепет затих, когда лицо Орана осталось жутко бесстрастным, пока он закрывал дверь.

– Садись, Лина, – он указал на стул, на котором я сидела, сам заняв место за столом.

Надежда исчезла быстрее, чем кровь отхлынула от щек. Я позволила своим дрожащим ногам опустить меня обратно на стул.

– Как ты узнал, что я здесь, Оран?

Он что, следил за моим домом? Знал ли вообще, где я живу? Казалось невероятным, что он мог договориться с полицией следить за мной, но я не могла придумать другого объяснения его присутствию. Все, что знала, – что-то было не так. Но в этой безумной ситуации ничего не имело смысла – наркотики, полиция, а теперь еще и Оран.

Мой позвоночник выпрямился.

Мелкие волоски на руках и шее встали дыбом.

– Ты имеешь к этому какое-то отношение? – вопрос был не громче шепота. Голос покинул меня, словно ударили в живот.

– Я говорил тебе держаться подальше от него, – произнес он с легким раздражением, вставая и снимая пальто. Когда попытался накинуть его мне на плечи, я дернулась, как загнанное животное, снова вскочив на ноги.

– Отойди от меня, ты...

– Лина, послушай, – он сжал мои плечи, нейтрализуя попытки вырваться. – Ты чертовски замерзла. Ты можешь продолжать злиться на меня, но надень пальто.

– Как ты мог? – прошипела я.

Он подождал, пока мое тело успокоится, прежде чем опустить руки.

– Ты должна спросить не «как», а «зачем».

Я подумала о том, чтобы пнуть его по голени, но решила пока воздержаться.

– Ты и твои чертовы семантические игры. Какая разница, спросила я «как» или «зачем»? Ты собираешься объясниться или нет?

– Я сделал это потому, что могу, и потому, что так же легко могу все исправить.

Я обдумала его слова, но как бы ни смотрела на них, не понимала.

– Зачем тебе затевать всю эту историю, если ты планировал все исправить?

– Потому что могу... если... ты согласишься на мои условия.

Шантаж. Вот в чем дело. Оран шантажировал меня.

Я должна была догадаться. Они все одинаковые. Насколько глупой нужно быть, чтобы думать, что он может быть другим?

– Что ты хочешь от меня? – мой голос звучал так же пусто, как и мое сердце.

– Я хочу, чтобы ты была моей.

Я ослышалась? Должно быть, так.

– Что? – прищурилась, будто это могло помочь мне понять.

– Я хочу, чтобы ты согласилась на фиктивную помолвку. Это будет временно, но должно выглядеть убедительно. Таковы мои условия.

Мой вечер превратился в большой дом ужасов, где каждая комната более запутанная и неожиданная, чем предыдущая. Оран подстроил арест – подставил меня – чтобы затем шантажировать, заставив стать его фиктивной невестой. Даже если бы у меня был миллион шансов предсказать, как пройдет мой Новый год, я бы никогда не угадала.

– Но... зачем? – недоверчиво спросила я.

Он обхватил мое лицо, нежно провел по щеке большим пальцем.

– Это имеет значение?

Он прав. Это ничего не меняло, но я все равно хотела знать, почему все мои усилия вот-вот пойдут коту под хвост. Однако он не собирался рассказывать. Его решимость читалась в напряженной челюсти и непроницаемом взгляде.

Я всего лишь пешка в его грандиозной игре.

Что это значило? Он пытался унизить Лоуренса? Или этот спектакль задуман для кого-то другого, а я просто оказалась той несчастной дурочкой, которую он выбрал на эту роль?

– Время на исходе, Лина. Тебе нужно решить. Ты выходишь отсюда со мной или вообще никуда не выйдешь? – он опустил руки, но не отошел.

Мы стояли нос к носу, пока я взвешивала свои варианты.

Я могла отказать ему. Нанять адвоката на деньги, которых у меня нет, и бороться с обвинениями Бог знает сколько времени. Скорее всего, меня бы все равно осудили. Даже я сама думала, что выгляжу чертовски виновной. Я не видела ни малейшей возможности, чтобы этот сценарий сыграл в мою пользу.

Думай, Лина. Думай.

А если я соглашусь? Что это будет значить для меня и всего, к чему я стремилась?

Оран был членом Olympus, что могло бы быть полезным, но я почти уверена, что он еще не вступил в Общество. Они слишком скрытны, чтобы принимать нового члена так быстро, если только у него уже не было связей внутри. Кто-то, кто знал его достаточно хорошо, чтобы раскрыть существование группы. Даже в этом случае я подозревала, что ему пришлось бы быть членом Olympus какое-то время, пока его проверяли.

Даже если бы ты была якобы помолвлена с Ораном, разве это остановило бы Лоуренса от желания проводить с тобой больше времени?

Он был настолько морально развращен, что помолвка, вероятно, только усилила бы мою привлекательность. Если бы у меня все еще был доступ к Лоуренсу, и я могла бы добавить Орана как возможный источник информации, возможно, это не стало бы полной катастрофой.

Меня бесило, что мой выбор снова отнимал самодовольный ублюдок, который считал, что может получить все, что захочет. И я чуть не поддалась его обаянию. Мне стыдно за свою наивность и фантазии о том, что самоотверженный, добросердечный мужчина может прийти и спасти положение. Такие мифические существа не существуют.

– Только на публике, – потребовала я. – Я не буду спать с тобой.

Если уж мы это делаем, хотела четко обозначить условия.

– Если ты не захочешь, – в его глазах вспыхнул огонь. – Никогда не говори «никогда», Лина.

– Правда, как ты вообще входишь в двери с таким эго?

Он слегка наклонился вперед.

– Очень. Осторожно. – Затем глубоко вдохнул через нос, его брови сдвинулись, будто он наслаждался ароматом дорогого вина. – Теперь доставай телефон. Тебе нужно написать Веллингтону, что ты не придешь на вечеринку.

– Почему нет? Разве ты не хочешь похвастаться своей новой невестой?

– Не сегодня. Завтра у нас свадьба.

Он бы не стал. Неужели он мог?

Посмотри на все, что он уже сделал. Почему ты думаешь, что он не может?

Мир закружился.

ГЛАВА 15

Черт, она сейчас упадет в обморок.

– Дыши, Лина. – Я притянул ее к себе, чтобы она не упала. – Можешь расслабиться. Свадьба не наша, – резко пошутил я. – Женится мой кузен, а ты моя спутница.

Эта женщина умела поставить мужчину на место.

Я хотел подразнить ее, но она отреагировала так, будто угрожал отправить ее в ссылку в Сибирь.

К моему удивлению, она толкнула меня в грудь, и в ее глазах вспыхнул огонь.

– Это было не смешно, придурок.

Я позволил себе зловещую ухмылку.

– Зависит от того, кого спросить.

– Это моя жизнь, Оран. Не какая-то чертова игра.

– Учитывая клоуна, с которым ты встречалась, я не уверен, что ты видишь разницу.

Пощечина последовала без предупреждения. Она отозвалась в моих ушах и заставила мое тело напрячься. Не знаю почему, но вид ее ярости заставил меня захотеть нагнуть ее над столом так, чтобы весь участок услышал, как она кричит от удовольствия.

– Рад видеть, что в тебе еще осталась капля здравого смысла, – мой голос стал хриплым, словно голод раздирал его изнутри.

– Ага, благодаря тебе.

– Помни эти слова.

– О, я буду помнить. Я запомню каждую раздражающую секунду этой ночи, пока жива, и не дам тебе забыть об этом.

Я наклонился, приблизив губы к ее уху.

– Обещания, обещания.

Развернувшись, повел нас из комнаты обратно через полицейский участок. Я не оглядывался, но слышал, как ее каблуки стучат позади меня, и это помогло мне дышать свободно впервые за несколько недель.

Я помогал Лине, хотела она верить в это или нет. Признаю, мои методы были крайними, но винить в этом она могла только себя. Я пытался играть по-хорошему и очаровать ее, чтобы она ушла от Веллингтона. Но чертова женщина не хотела сотрудничать, хотя все ее тело буквально дрожало от желания, когда она была рядом со мной.

Это выражение на ее лице, когда я вошел в дверь? Боже, я никогда этого не забуду. Как будто я был рыцарем из сказки, которого она ждала всю жизнь. Это чуть не сломало меня, но длилось это лишь мгновение. Ее скептицизм и упрямая настороженность взяли верх, как только у нее появились вопросы, окрашивая все, что я сделал, в оттенки враждебности и коррупции.

Мне нужно было быть благодарным. Ее реакция поможет оставаться сосредоточенным на своих целях. Я собрал большую часть информации, которая была нужна, за последний месяц. Хотя пришлось ускорить события, чтобы увести Лину от Веллингтона, мой график все еще был выполним. По крайней мере, теперь не нужно беспокоиться о ее безопасности помимо прочего.

Через месяц или около того она будет свободна от меня и сможет искать новые токсичные отношения, если ей так уж нравится.

Я случайно хлопнул дверью машины, помогая ей сесть, раздраженный мыслью о ней с другим недостойным ублюдком. Не понимал, почему это так сильно меня бесило. Я знал, что она будет ненавидеть меня, так что ее реакция не стала сюрпризом. Но это все равно действовало на нервы.

– У меня нет телефона, – пробормотала Лина, когда я сел в машину. – Я оставила его дома.

Я чуть не забыл, что велел ей написать Лоуренсу. Она постоянно отвлекала меня.

– Напишешь позже, мне все равно.

Она тяжело вздохнула, когда я выехал на дорогу.

– Я бы дала тебе свой адрес, но, судя по всему, ты уже знаешь.

– Если это хоть как-то утешит, найти его было нелегко.

Она фыркнула и повернулась к окну, сохраняя молчание до конца короткой поездки. Когда мы приехали, я заглушил двигатель и начал выходить из машины.

– Тебе не нужно провожать меня до двери.

– Ты всегда так нервничаешь, когда люди вежливы?

– Только когда у них есть скрытые мотивы.

– И каков же, скажи на милость, мой скрытый мотив, если я провожаю тебя до квартиры?

– Невозможно понять, что происходит в твоей извращенной голове.

Меня охватил искренний смех – что-то, что редко случалось, когда я был с кем-то, кроме семьи. Когда смех стих, я взглянул на Лину и с удивлением заметил, как румянец залил ее щеки. В миллионный раз я пожелал знать, о чем она думает. Наблюдая за ней в лифте, я предположил, что даже если бы у меня был доступ к ее сложному разуму, это, вероятно, все равно озадачило бы меня.

Я придержал двери, затем последовал за ней к ее квартире, которую она открыла без ключа.

– Ты всегда оставляешь свою квартиру незапертой? – раздражение просочилось в мой голос.

– Я была немного отвлечена перспективой жизни в тюрьме.

– Не жизни, всего лишь десяти-двадцати лет, – рассеянно ответил я, оглядываясь вокруг.

Я знал, что это место будет гораздо более старомодным и скромным, чем изначально ожидал, когда обнаружил ее настоящий адрес, но реальность оказалась еще более удивительной, чем представлял. Поддельный городской инспектор, которого использовал во время нашей инсценированной проверки утечки газа, был тем, кто подбросил наркотики, так что я еще не видел это место.

Больше всего поразило то, что у нее была соседка по комнате в однокомнатной квартире. У Лины Шульц сотни тысяч долларов на банковском счету. Какого черта она выбрала жизнь здесь... с соседкой?

Мне хотелось заглянуть в спальню, но дверь закрыта.

– Я в безопасности дома. Теперь ты можешь уходить, – она скрестила руки на груди.

Я взял ее телефон с журнального столика и протянул ей.

Она закатила глаза, быстро набрала короткое сообщение, затем поднесла экран к моему лицу.

– Доволен?

Я приблизился, игнорируя устройство. Она сдалась и опустила руку, гордо подняв подбородок. Боже, как я хотел укусить его.

– Это не сработает, если ты не сможешь притвориться, что я тебе нравлюсь.

Шагнул ближе.

Она отступала, шаг за шагом, пока ее спина не уперлась в стену.

Я поднял руки, наслаждаясь тем, как ее тело реагировало на неопределенность моего прикосновения. Как бы она ни хотела ненавидеть меня, ее тело не было в этом уверено. Я провел кончиками пальцев вдоль выреза платья, пока они не встретились с декольте, затем поднялся вверх, прежде чем снять с ее плеч свое пальто.

– На свадьбу надень вечернее платье. Ничего вычурного. Я заеду за тобой в пять. Не опаздывай.

Я ушел с самодовольной ухмылкой, пока ее дрожащий выдох наполнял мои уши.

Меня осенило, что, если бы моя первая жена была настолько же интригующей, возможно, я бы не хотел убить ее.

С чего ты взял, что это не закончиться так же?

К черту.

ГЛАВА 16

Кто, черт возьми, женится в Новый год? Весь мир с похмелья и в полном изнеможении. Никто не хочет наряжаться и сидеть на скучнейшей церемонии двух людей, которые, вероятно, просто разведутся.

И когда ты стала такой ворчливой старухой?

Ой.

Ладно, я заслужила. Но вся эта история со свадьбой серьезно выводила из себя. Я перебрала свой гардероб не меньше дюжины раз и все еще не могла решить, что надеть. Мое настроение превратилось из праведного негодования в нечто, подходящее ядовитому кактусу – колючее и, возможно, смертоносное.

Я не могла поверить, что Оран заставляет меня познакомиться со всей семьей через день после того, как подставил и шантажом втянул в фиктивную помолвку. Кто так поступает?

Оран Байрн, самый упрямый и невыносимый мужчина, которого я знала, – вот кто.

Он должен вот-вот приехать за мной, а я все еще в нижнем белье. Я уже сделала прическу и макияж, но с гардеробом возникли проблемы. Ничто не говорило: сильная, независимая женщина, удерживаемая против ее воли не совсем настоящим женихом.

Проблема с гардеробом была достаточной причиной, чтобы я опоздала, но задержать Орана также было лучшим протестом, который у меня был. Если ему это не нравится, он может испортить жизнь какой-нибудь другой девушки.

Я опустила платье, которое держала, мой взгляд стал рассеянным, пока представляла, как легко Оран может очаровать любую девушку, какую захочет. Этот образ еще больше испортил мое настроение – не из-за того, как легко это было бы для него, а из-за странного раздражения. Это чувство отдавало ревностью, что было последним, что я должна была испытывать по отношению к Орану Байрну.

К тому времени, когда в дверь постучали, я окончательно взбесилась.

– Тебе придется подождать. Я не готова, – крикнула через дверь.

– Открой дверь, Лина. Я не буду ждать в коридоре.

– Я открою, когда оденусь.

– Я считаю до трех, – сухо ответил он.

Не могла поверить, что он говорил серьезно. Что, черт возьми, он планирует сделать? Выломать дверь?

– Один.

Я скрестила руки и мысленно бросила ему вызов.

– Два.

И он, конечно же, заплатит за ущерб.

– Три.

Я приготовилась к тому, что он ворвется в дверь, плотно сжав губы, но ключ повернулся в замке, и дверь открылась. Я была настолько шокирована, что забыла, что на мне только бюстгальтер и трусики.

– От куда, черт возьми, у тебя ключ от моей квартиры?

Взгляд Орана скользнул по моему телу с ненасытным голодом.

– Обслуживание, – рассеянно пробормотал он.

Осознав, что я практически голая, чуть не бросилась в ванную, но затем мое возмущение взяло верх и проложило совершенно новый курс. Руки на бедрах, я позволила ядовитой улыбке исказить мои губы.

– Нравится то, что видишь?

Его взгляд оторвался от моего тела и поднялся к моему ледяному взгляду, но он не ответил.

– Хорошо, потому что этого никогда. Не. Произойдет. – Я схватила платье с футона и прошла мимо него в ванную. Я даже не посмотрела, что взяла, пока не оказалась за закрытой дверью.

Черное. Отлично.

Я надела дорогое бархатное платье и окинула взглядом свое отражение.

Элегантно. Утонченно. Деловито.

Идеально.

Мне нужно было выбрать туфли, но я не была готова выходить, поэтому села на унитаз и начала листать телефон, повторяя язвительные замечания, которые скажу обслуживающему персоналу. Он что, подкупил их или просто украл этот чертов ключ? С ним это невозможно определить. В любом случае, я была в ярости.

Стук раздался позже, чем я ожидала.

– У меня может и нет ключа от этой двери, – спокойно сказал Оран, – но выломать ее будет достаточно легко. Мне нужно считать до трех?

Какая же заноза в заднице.

– Я в туалете, – что технически было правдой.

– Один.

– Два.

Я вскочила и поспешила к двери, распахнув ее и уставившись на своего мучителя.

– Ты... – я была слишком раздражена, чтобы придумать хорошее оскорбление.

Оран усмехнулся.

– Я? Я не тот, кто все усложняет.

– Я ничего не могу поделать, если ты меня торопишь. Такие вещи требуют времени, знаешь ли.

– Не для тебя, Лина, – произнес он бархатным голосом. – Ты будешь прекрасна, даже не стараясь.

Несколько мягко произнесенных слов, и он вытянул весь воздух из комнаты. Мои губы разомкнулись, затем сомкнулись, будто я имитировала рыбу.

Молодец, Лина. Очень убедительно.

Не зная, что чувствую, решила ничего не говорить и надела красные туфли, которые были ближе всего.

– Хорошая девочка. Теперь пошли. Мы уже опаздываем, – затем этот неандерталец стер любые добрые мысли, которые могли у меня возникнуть, громким шлепком по моей заднице.

Я уставилась на него.

– Попробуй еще раз, и я отрежу тебе палец.

– Только не этот, – он поднял руку и согнул средний палец, словно подзывая меня ближе. – Мне говорили, что он довольно... умелый в определенных ситуациях.

– Женщины говорят всякие невероятные вещи, чтобы защитить хрупкое эго мужчин, – возможно, я покраснела, но хотя бы смогла парировать

– Есть один способ узнать наверняка, – усмехнулся он, прикрыв глаза.

– Будем надеяться, что твое мастерство лучше твоей памяти. Я сказала, что этого никогда не произойдет, и имела это в виду, – откинулась на стену лифта напротив Орана и впервые за этот вечер по-настоящему рассмотрела его. Костюм безупречен. Черный на черном, без галстука. Серые глаза, обрамленные густыми черными ресницами, выглядели еще более выразительными, словно сверкающие алмазы на черном бархате.

– Продолжай смотреть на меня так, и это произойдет прямо здесь, у стены лифта, – в хрипловатых словах прозвучал намек на предупреждение, и я поняла, что он не шутит.

Во рту пересохло, будто проглотила вату. Я молчала всю дорогу.

Оран не врал, когда сказал, что мы опаздываем. Мы пропустили всю церемонию и вошли на прием как раз в тот момент, когда жених запустил подвязку в толпу. Только подвязка пролетела мимо группы и приземлилась прямо на грудь Орана, словно ракета. Он рефлекторно поймал кусочек сатина, добродушно помахав им над головой, будто все это было запланировано.

Зал взорвался аплодисментами. Все глаза были устремлены на нас, и каждый любопытный взгляд колол мою кожу, как рой голодных комаров. К счастью, толпа быстро рассеялась на более мелкие группы, ослабив напряжение, пока я не поняла, что новобрачные направляются к нам вместе с другой парой.

Это было оно. Время для шоу.

– Поздравляю вас, – Оран обнял жениха и слегка поцеловал невесту. Новобрачные выглядели прекрасной парой. Она обладала естественной красотой, а в его глазах читалась такая влюбленность, что можно было только позавидовать. Он был без ума от нее и не скрывал этого. Я уважала это в мужчинах.

– Прошу прощения за опоздание, но обстоятельства не позволили прийти раньше. Видите ли, у нас тоже есть повод для праздника, – слова Орана звенели в ушах.

Он не посмеет. Не на чужой свадьбе.

– Друзья, позвольте представить Лину Шульц, мою невесту.

Мать твою.

Очевидно, он не придумал ничего лучше. Или ему просто было все равно. В любом случае, я была в ужасе.

Две пары уставились на нас с таким шоком, что мои ладони вспотели от беспокойства. Его объявление было неожиданным – это понятно – но его семья смотрела на нас так, будто он сказал им, что планирует переехать в Антарктиду и провести остаток жизни, изучая пингвинов.

– Оран, какой неожиданный сюрприз, – первой пришла в себя невеста, обняв Орана, а затем повернувшись ко мне. – Лина, я Сторми. Очень приятно познакомиться.

– Спасибо, Сторми. Мне так жаль, что мы помешали вам. Я говорила Орану, что стоит подождать. – Это была маленькая ложь. Мы не обсуждали этот вопрос, но, черт возьми, я не собиралась портить им настроение, даже не познакомившись с ними. У меня не было никаких угрызений совести, чтобы подставить его.

– За это стоит выпить, – объявил мужчина, стоящий рядом с рыжеволосой женщиной. Она бы выглядела поразительно, если бы с лица не сошла краска.

Учитывая ее реакцию и то, как дернулся глаз жениха, чувствовала себя более неловко, чем когда-либо. Я здесь лишняя.

Как Оран посмел поставить меня в такую ситуацию? Особенно без предупреждения.

Я была так чертовски зла, что могла бы задушить этого мужчину. Вместо этого выбрала более пассивно-агрессивный путь. В конце концов, должна соблюдать наше соглашение.

Когда официант подошел с подносом бокалов шампанского, я случайно опрокинула бокал на красивый костюм Орана. Это было досадно, но он заслужил.

Черт, он сделал то же самое со мной две недели назад.

– О, дорогой! Какая я неуклюжая, – каждое слово слаще другого.

– Ничего страшного, милая, – он начал вытирать рубашку салфеткой, наклонившись ко мне. – Ты можешь слизать это позже, – добавил голосом, который был далеко не таким тихим, как мне бы хотелось.

В твоих мечтах.

Я улыбнулась невесте, когда она положила руку на мою.

– Я так рада, что вы пришли, и еще раз поздравляю, – она быстро повернулась к рыжеволосой, и они вдвоем поспешили в туалет.

Ну что ж. Это не первый раз, когда я становилась объектом слухов, и не последний.

Сделала медленный глубокий вдох, готовясь к вечеру, полного безумно неловких разговоров. Мне нужно найти способ отплатить Орану.

Может, поцелуй...

Кулаком...

В лицо.

И с этой мыслью вернулась к знакомству с гостями, искренне улыбаясь.