Текст книги "Раскачай лодку (ЛП)"

Автор книги: Джиа Райли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Она смеется самым заразительным смехом, который я когда-либо слышал. Это не какое-то противное хихиканье. Это гармоничный смех, который я не слышал уже год.

– Нет. Это не та причина, по которой я здесь нахожусь.

– Почему тогда?

– Моя лучшая подруга хотела, чтобы я поехала с ней – она одержима идеей вернуть меня в мир свиданий. Кроме того, я уже взяла отпуск на работе, и вот я здесь.

Она делает все проще для меня. Я был уверен, что окажусь на свидании с цыпочкой, ожидающей увидеть в конце недели кольцо на пальце. Очевидно, что этого никогда не произойдет со мной. Тем не менее, я очень заинтересовался ею. Определенно, чувствуется некая недосказанная история.

– Могу я спросить, почему ты не ходила на свидания?

Слегка дернувшись, она говорит:

– Потому что мужчины оправдывают общественное мнение о том, что не могут держать штаны надетыми. – Я чуть не подавился своим виски. Она слишком честна, но не могу не оценить этого, потому что я такой же. – Слишком много глотнул? – спрашивает она, прикончив свой бокал вина. Аки собирается заменить его на другой, но она останавливает его. – Текилу, пожалуйста.

– Боже мой, – бормочу я себе под нос, но достаточно громко, чтобы Аки услышал меня. Я молюсь, чтобы она смогла удержать свой напиток, потому что мне надо узнать больше о ней. Я не смогу этого сделать, если ее голова после этого будет находиться над унитазом.

– Почему ты здесь, Истон? Какова твоя история?

– Я работаю на этом корабле со своей группой, а все это устроил мой друг. На самом деле, это последняя неделя моего контракта, прежде чем я соглашусь на новый или вернусь домой к реальной жизни.

– А жизнь здесь, по-твоему, не реальная?

– Здесь весело, но это не то, чем я планирую заниматься остаток своей жизни. Это был побег, и я в нем тогда нуждался. – Она обдумывает мои слова пару секунд, видимо, соглашаясь с тем, что это идеальное место для побега. Чего еще можно желать? Каждое утро просыпаться в новом месте, и начинать сначала.

– Смотря от чего ты бежишь. Я обнаружила, что тьма, как правило, преследует тебя до тех пор, пока твой разум не догонит тело. Ты должен суметь простить, прежде чем сможешь забыть, даже если это тебя злит и разочаровывает.

– Красота и мозги. Мне нравится ход твоих мыслей, но я думаю, мы должны оставить этот разговор на другой день. – Нет никакого смысла напрягать ее сейчас грузом моего прошлого.Тем более, что у нас есть всего лишь неделя. Она говорит, что хочет просто повеселиться и успокоить тем самым свою подругу, точно так же, как и я. Не вижу никаких причин, почему мы бы не могли исследовать наши возможности. В конце концов, на корабле нет никаких правил. Это оставляет много места для фантазий.

Ларк забирает шот текилы, показывая Аки, чтобы он оставил всю бутылку на стойке. Он пожимает плечами и уходит обслуживать другого клиента. Выпив шот, она высасывает лайм и ее губы морщатся от кислой горечи. Она улыбается, убирая остатки на поднос рядом с бутылкой текилы. На этот раз алкоголь заставляет ее светится изнутри – она становится более расслабленной, и я хочу ее еще больше. В этот момент я представляю, как наклоняю ее тело над барной стойкой и беру ее сзади. Полный пиздец.

– Расскажи мне о своей группе. Я не уверена, что знаю много твоих песен. Я больше любитель кантри, но Ноэлль узнала твое имя сразу же, как только увидела его в письме.

Мне нравится, что она не моя фанатка. Я не из тех знаменитостей, которые не могут выйти из дома из-за долбанных психованных фанатов. Вы должны серьезно относится к рок-музыке, чтобы знать кто я такой, особенно с тех пор, как я стал не всегда прилично одеваться. Но, когда я в Лос-Анжелесе или в моем родном городе, становится труднее не быть узнанным. Особенно с тех пор, как «Полночная судьба» исчезла с лица Земли после смерти Шай.

– Наш величайший хит «Прощание», может быть ты слышала о нем.

– Она твоя? Это одна из красивейших песен, которые я когда-либо слышала. И мне кажется, она имеет какое-то отношение к тому, почему ты здесь.

Опустив глаза, я смотрю на деревянную стойку перед собой, желая, чтобы эта цыпочка не была такой чертовски проницательной.

– Это еще один разговор для другого дня.

Я волнуюсь, что её расстроит мой отказ объяснить, кем я являюсь для девушки в этой песне, но она берет два шота, наполняет их текилой и протягивает один мне.

– За все прощания, которые мы не можем изменить.

– За это я выпью.

После того, как высосан еще один лайм, она облизывает губы. Мой рот наполняется слюной, я практически могу почувствовать вкус ее губ. Прямо здесь, прямо сейчас, я могу дать ей все, чего хочет ее тело, ей надо только попросить меня.

– Хорошо, мне нравится эта песня, но как насчет остальных? Они также хороши?

Я ухмыляюсь, приближаясь к ней. Останавливаясь в дюйме от ее лица, я шепчу:

– Лучше, – звучат мои слова перед тем, как я беру один из соленых крендельков в корзине рядом с ней. Она судорожно вздыхает, ее глаза расширяются, когда я оказываюсь в дюйме от ее губ. От нее пахнет смесью текилы и сахара – так чертовски сладко.

После того, как я возвращаюсь на свой стул, она опрокидывает еще один шот, пропуская соль и лайм. Я беспокоюсь, что мы все ближе к тому, чтобы закончить наше свидание в ванной комнате. Я убираю рюмки подальше от нее, надеясь, что она замедлится.

– Ты хотя бы понимаешь, что творишь?

– Тоже самое, что я делала прошлой ночью. Я ненавидела себя утром, но жизнь слишком коротка, чтобы сдерживаться, ты так не думаешь? В такие дни я осознаю, как много времени потратила на людей, которые этого не стоят. Ты не хотел бы немного повеселиться, Истон?

Это заявление развязывает мне руки, но в тоже время я чувствую, что оно грозит мне кучей неприятностей. Ларк не осознает, как ее внешность и то, как она себя преподносит, влияет на парней на этом корабле, никто из них не отказался бы от такого предложения. Именно поэтому, если она готова повеселиться, я готов ей это дать.

– Давай убираться отсюда, я хочу тебе показать одно место.

Она потянулась за своей картой в кошельке, чтобы расплатиться, но я остановил ее на полпути к Аки:

– Я сам.

– Но я много выпила.

– И я уверен, что выпьешь еще больше. Я заплачу.

Улыбаясь, она слезает со своего стула и обнимает меня за шею:

– Спасибо. Ты не похож на мой тип мужчин, но ты растешь в моих глазах.

– Может быть, тебе взять еще один шот?

– Зачем? – спрашивает она с сомнением, очаровательно наклонив голову в сторону.

– Возможно, тогда я тебе действительно понравлюсь.

Я подписываю квитанцию, которую мне вручил Аки, бросивший на меня понимающий взгляд, говорящий: «будь осторожен, но, ради всего святого, трахни ее». Поверь мне, Аки, это есть в моем списке желаний.

Я скольжу своей рукой в руку Ларк, глядя в ее кристально чистые голубые глаза. Из всех цветов глаз, которые у нее могли бы быть, почему они должны оказаться именно голубыми? Почему ее глаза должны напоминать о Шай?

Я пристально смотрю на Ларк так, что она моргает несколько раз, а я в это время думаю, что если присмотрюсь достаточно внимательно, то увижу кого-то другого, смотрящего на меня в ответ. Перед тем, как у меня появляется шанс проверить, возможно ли это, она отводит нас в сторону холла, на полпути к выходу.

– С тобой все в порядке?

Моргнув несколько раз, я качаю головой, надеясь, что туман, держащий меня в плену, рассеется. Мне нужно быть в состоянии смотреть на Ларк и видеть ее, а не мое прошлое.

– Да, я в порядке.

– Хорошо, – говорит она решительно и идет впереди меня. Я стараюсь изо всех сил забыть про Шай, фокусируя взгляд на длинных ногах и покачивании попки Ларк.

Если бы я был мудаком, мы пошли бы сразу в мою каюту. Но сегодня, я думаю, мы разыграем нашу партию немного по-другому. Это будет что-то неожиданное, что оставит ее удовлетворенной и умоляющей о большем, потому я точно могу сказать – одного раза с ней мне будет недостаточно.

Есть только один способ заставить ее вернуться за большим – моя музыка. Но только сегодня моим единственным инструментом будет она.

Я догоняю ее, хватаю за руку и тяну за собой:

– Куда ты меня ведешь? – хихикает она, когда как мы спешим по узкому коридору к передней части корабля.

– В то место, где происходит волшебство.

Она раздумывает, закусывая губу, ее взгляд мечется вокруг, пока не падает на какого-то парня, выходящего из своей каюты. Слишком долго задержав на нем свой взгляд, она качает головой и моргает пару раз. После этого, уже более решительно, она говорит:

– Можешь вести меня, куда хочешь.

Я смотрю через плечо, пытаясь выяснить, кто этот парень и что он может значить для нее:

– Ты его знаешь?

– Нет, но он похож на одного человека, которого я пытаюсь забыть.

И после этого все встает на свои места. Я должен стать ее трахом ради мщения. В обычном случае, я скорее всего бы разозлился, но она смотрит так, как будто хочет запрыгнуть на меня прямо здесь и сейчас, и я более чем счастлив помочь ей освободиться от гнева и злости. Я даже воодушевлен этим. В конце концов, она сама хотела немного поразвлечься.

Как только я толкаю дверь в театр, то сразу же завожу ее внутрь. Здесь так, как я и думал – абсолютно темно. Она протягивает руку, захватывая мою рубашку в кулак.

– Я не вижу тебя, Истон.

– Я знаю, что мы только что познакомились и у тебя нет причин верить мне, но я хочу, чтобы сегодня ты мне доверилась. Не важно, как сложно это может быть для тебя. Ты сделаешь это?

 Она тяжело дышит, и я притягиваю ее ближе к себе, чтобы успокоить. У нее нет причин бояться меня:

– Почему мы здесь, Истон?

– Ты можешь довериться, чтобы я мог доставить тебе удовольствие? – я не смогу проделать это дерьмо, если у меня не будет ее согласия или хотя бы немного доверия. Мне необходимо, чтобы она хотела этого также сильно, как и я.

Впиваясь ногтями мне в спину, она отвечает:

– Я хочу, чтобы ты помог мне забыть.

Я толкаю ее к стене, и прижимаюсь к ней на столько плотно, что не остается ни дюйма ее тела, которого бы я его не касался, при том, что мои руки до сих пор не исследовали ее.

– Ларк, я могу одним поцелуем заставить тебя забыть собственное имя. И когда я закончу с тобой, тот парень станет настолько незначительным для тебя, что ты забудешь про его существование.

Она выдыхает и ее бедра сильнее прижимаются ко мне. Но я не позволяю ей этого – пока нет. Я веду свою ненасытную девочку дальше, через пару коридоров, пока мы не оказываемся за занавесом, отделяющим сцену от зала. Это единственной место на корабле, где я ощущаю себя живым. С Ларк в моих руках я чувствую себя непобедимым.

Она по-прежнему крепко держится за меня, но не произносит ни слова, когда я поднимаю и сажаю ее на один из динамиков, стоящих рядом с барабанной установкой Лейна. Ларк замирает, ожидая моего следующего шага. Когда я медлю с дальнейшими действиями, она сама тянет меня себе между ног.

– Здесь темно, но вдруг нас кто-то увидит?

– Мы одни, – заверяю я. Возможно, это и наш первый раз вместе, но я не позволю, черт возьми, другому мужчине увидеть ее обнаженное тело.

– И это нормально, что мы здесь находимся?

Я кладу свои ладони по обе стороны от нее, окружая ее.

– Да, это мое оборудование. Твоя маленькая, хорошенькая задница сидит на одной из моих совершенно новых акустических систем. Я установил ее на корабле неделю назад.

После ответа на вопросы, она расслабляется. Я осознаю, что заполучил немного доверия, и от того, как она замерла ранее, увидев того парня в коридоре, у меня сложилось впечатление, что доверие дается ей не так легко.

С вновь появившейся уверенностью, она говорит:

– Прикоснись ко мне, Истон. Заставь меня забыть, что он когда-либо существовал, как ты и обещал.

Я слышу ее громко и ясно, но черт возьми, я буду последним лгуном, если скажу, что не ревную немного от мыслей о том, что она будет думать о нем, пока будет со мной. Но я был бы лицемером, если бы применил это против нее, учитывая, что пытался увидеть лицо Шай в последний раз, когда смотрел в ее глаза. Ларк говорила, что она здесь не для того, чтобы влюбиться, поэтому я ни в малейшей степени не обеспокоен, что это произойдет – еще и потому, что она, похоже, пока еще не удосужилась разлюбить другого.

Независимо от того, чем мы занимается, мы оба связаны с призраками, скрывающимися в тени. Мы с ней в равном положении, поэтому я готов к следующему шагу. С этого момента и до конца, я решил показать Ларк, на что это может быть похоже, отпустить тормоза.

Глава 5

Истон

Ларк смотрит назад, убеждаясь, что у нее достаточно места, чтобы лечь, не падая на пол. Когда она понимает, что ей комфортно настолько, насколько можно себя ощущать, сидя на вершине динамика, я медленно скольжу ладонями по ее икрам. Мурашки тут же бегут по ее коже. К тому времени, когда я достигаю бедра, она практически дрожит. Мне нравится, как каждое крохотное прикосновение моих пальцев вызывает у нее ответный отклик.

– Ты такая красивая, Ларк. Эти ноги будут так приятно ощущаться обернутыми вокруг меня. – Она замирает, ожидая, что я с жадностью наброшусь на нее. Но я выжидаю, убеждаясь, что она понимает, насколько сильно я ее хочу, и что это не просто сиюминутная слабость. Я представлял ее под собой с тех пор, как она появилась в дверях лаундж бара. Хотя мы только что познакомились, сегодня я планирую исследовать каждый дюйм ее тела.

Она стонет, когда я достигаю края ее трусиков. Оттягиваю тонкую полоску кружева зубами, вызывая напряжение в ее теле. Я мог бы легко стянуть их вниз до конца, но во мне осталось мало терпения. Они должны исчезнуть, и это должно произойти мгновенно. Когда я разрываю их руками на две части, она удивлена этим так же, как и я. Красный атлас разрывается, полностью обнажая киску.

Мне не терпится языком почувствовать гладкость ее кожи. Ларк тяжело дышит, все сжимается у нее внутри только от кончика моего языка.

– Расслабься, мы только начали.

– Я… Я давно этим не занималась.

Перед тем, как продолжить, она должна знать, что покинет сегодня это место, только полностью удовлетворенной. Я приподнимаю и пододвигаю ее тело ближе к себе, заверяя:

– Сегодня все только для тебя. Просто наслаждайся, Ларк. Почувствуй, как сильно я тебя хочу. – и я, блядь, действительно хочу ее.

– Хорошо, – говорит она, когда я продолжаю сдвигаться ниже по ее телу. В этот раз, я уже не медлю. Она висит на краю динамика и мне нужно, чтобы она продержалась немного дольше.

Касаюсь губами чуть ниже пупка, ее глаза медленно моргают в ожидании, что же я буду делать дальше. Я выжидаю, мне интересно, будет ли она умолять меня, но, когда ее хрипловатый голос плывет по воздуху, задыхаясь, я теряю контроль.

– Я хочу тебя, Истон. – Просто услышать, как она говорит мое имя, а не его, и мой член становится болезненно твердым и давит на молнию.

У меня есть разрешение, где мне желать ее. Именно там, где она сейчас.

– Оставайся со мной, красавица.

– Я здесь, – шепчет она, затаив дыхание. Она сжимает мою руку, лежащую у нее на животе. Я воспринимаю это движение, как сигнал к продолжению. Мягко дую на ее киску, и она судорожно выдыхает. – Я даже не знаю. Ты не сказал, откуда ты родом или сколько тебе лет, – говорит бессвязно она, ее грудь поднимается и опускается быстрее, чем раньше.

– Разве это имеет значение?

– Ну, нет, но это бы сделало то, чем мы занимаемся, менее безрассудным.

Улыбаясь напротив ее кожи, я поднимаю голову:

– Независимо от того, быстро или медленно мы продвигаемся, тот факт, что я из Нью-Йорка, на самом деле не изменит того, что я собираюсь с тобой сделать.

Я жду, что она начнет со мной спорить, но когда этого не происходит, я погружаю в нее свой язык. Все ее тело напрягается, но я точно могу сказать, что моя ненасытная девочка хочет большего. Ее руки находят мой затылок и крепко хватаются за него, а бедра покачиваются перед моим лицом. Ларк на вкус такая же, как я себе и представлял – такая сладкая, когда течет.

– Ощущения такие приятные. Пожалуйста, не останавливайся.

Единственный раз я останавливаюсь, чтобы заменить свой рот пальцами, потирая небольшими кругами вокруг клитора, все еще не входя в нее. Ее бедра дергаются напротив моей руки, когда я нахожу сладкую точку. Она сидит достаточно далеко, чтобы схватить меня своими пальцами за затылок, придвигая ближе до тех пор, пока ее губы не обрушиваются на меня. Ее язык жадно сталкивается с моим.

Своей свободной рукой, я похлопываю воздух вокруг меня, пока мои пальцы не находят барабанные палочки, лежащие на стуле рядом с динамиком. Ларк так сосредоточена на моем рте и получаемом удовольствии, что она понятия не имеет, что сейчас будет.

Я посасываю ее язык последний раз, перед тем как оттянуть свой рот. Она хнычет от нежеланной потери, но у нее не остается времени спорить, потому что я вкладываю верхнюю часть первой палочки ей в рот. Сначала она колеблется, но как только понимает, что это для ее собственной пользы, она смыкает губы вокруг конца палочки и начинает жадно сосать. Все, что я могу делать, это представлять, как ее губы будут выглядеть вокруг моего члена.

– Этот рот, Ларк.

Она смотрит на меня, ее невинный взгляд выдает в ней хитрую лисичку, которой она стала. Ее рот сосет еще сильнее, а язык кружит вокруг конца палочки, без сомнения, показывая мне, как бы это было, если бы я был у нее во рту.

– Ты такая чертовски сексуальная, – говорю ей, перед тем, как вытянуть палочку из ее рта. Она держит ее на мгновение дольше, прежде чем позволить выйти ей изо рта с чмоканьем. Я очерчиваю палочкой тропинку вниз по ее груди, между ее грудей и над животом, пока не достигаю верха юбки, собранной вокруг ее талии. Я мог бы снять ее, но оставляю там, где она сейчас. Продолжая поглаживать клитор своей левой рукой, я толкаю палочку в ее истекающую киску.

Несмотря на то, что она наблюдала за прохождением каждого дюйма палочки, у Ларк перехватывает дыхание, когда она входит в нее.

– Хочешь еще?

– Да, я хочу еще, Истон.

Я хватаю другую палочку со стула и повторяю путь вниз по ее телу. На этот раз, когда я добираюсь до киски, я пробегаюсь кончиком палочки по ноющему клитору. Ее голова запрокидывается назад, задевая динамик, руки судорожно хватаются по сторонам, в то время как она готовиться к оргазму, который вот-вот накроет ее.

Я работаю каждой палочкой в собственном ритме – внутрь и наружу, вокруг и вокруг, пока не становлюсь уверенным, что создал идеальную песню.

– Твое тело – мой любимый ритм, Ларк.

– Истон, я не могу. Я уже так близко.

– Ты можешь, Ларк.

И она взрывается, как только я толкаю вторую палочку внутри нее. Ее бедра дергаются, и она мотает головой из стороны в сторону. Она задыхается сквозь каждую волну оргазма, пытаясь поглотить его. Это самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видел – мои барабанные палочки внутри нее, ее каштановые волосы, раскинувшиеся вокруг ее головы, и ее каблуки, сжимающие меня так сильно, что я думаю, у меня останутся следы на спине.

После того, как Ларк перевела дыхание, она лежит в тишине около минуты, а потом садится, пытаясь прикрыть себя.

– Немного поздно быть застенчивой, тебе так не кажется?

Она прижимает голову к моему животу, пока я погружаю свои пальцы в ее густые волосы, прикосновение к которым вызывает в них покалывание.

– Я не…я просто пытаюсь осмыслить, что, черт возьми, только что случилось.

Я засовываю барабанные палочки в свой задний карман и поднимаю ее подбородок указательным пальцем. Она колеблется, но я жду, когда она посмотрит мне в глаза, не желая, чтобы Ларк почувствовала стыд за то, что создавала музыку вместе со мной. Наконец, она поднимает на меня свои испуганные голубые глаза.

– Я думаю, только что случились мы. И это было чертовски идеально.

Она краснеет, как будто пытаясь осмыслить, на что это должно быть похоже, с моей точки зрения. – Я никогда…Я не знаю, что на меня нашло.

Я предупреждал, что заставляю ее забыть его имя. Может быть, сейчас Ларк поймет, что я не шутил, когда говорил об этом. Но независимо от этого, я хочу, чтобы она разобралась для себя в том, что случилось. Я поглаживаю ее щеку, желая убедиться, что Ларк все поймет, когда говорю ей:

– Не извиняйся за то, что ты принимаешь то, в чем нуждаешься. Я дам это тебе.

Она кивает головой, но краска продолжает ползти вниз по шее и доходит до груди.

– У меня такое чувство, что сказать «спасибо» будет странно.

– Тогда не говори. Я не ожидаю, что ты будешь благодарить меня за то, что довел тебя до оргазма.

– Хорошо. Мы просто должны заключить негласное соглашение о том, что, что бы это ни было, это было действительно хорошо. – Я пытаюсь не рассмеяться, потому что не хочу, чтобы она стала меня избегать. Я бы никогда не стал смеяться над ней, особенно после нашей близости, но ее внезапная невинность и манера в считанные секунды переходить от страстности к ангельскому поведению, становится наркотиком для меня. Наркотиком, на который я могу быстро подсесть. Она только усугубляет это, спрашивая:

 – И что теперь?

– Это зависит от тебя. Не существует правил, когда дело доходит до интимных отношений.

– Оо, я думаю, что могу войти во вкус.

– Никаких ожиданий. Никаких предположений. Помнишь?

– Да, – шепчет она.

Наклонившись, я возвращаю ей разорванные на две части трусики, перед тем как жестко поцеловать. Наши языки встречаются и, как было бы не просто закончить сейчас то, мы здесь начали, я собираю в кулак всю свою силу воли, чтобы уйти от нее. Это может быть, либо началом веселья на всю гребаную неделю, либо окончанием одной из самых горячих ночей, которая у меня была за долгое время. Я решаю оставить выбор за ней:

– Я в каюте 309. Ты сможешь найти меня, когда захочешь еще.

Глава 6

Ларк

Текила не виновата. Не жидкое мужество, бегущее по моим венам, помогло Истону соблазнить меня. Я осознавала, что делала, и хотела этого настолько же сильно, насколько Истон был готов мне это дать.

Не смотря на силу своего желания, я ожидала, что почувствую себя виноватой, когда оказалась на динамике, однако, на самом деле ощущала облегчение. Возможно, было крайне опрометчиво связываться с парнем, которого я знала чуть больше часа, даже, безрассудно, но с тех пор, как я увидела его в баре, то знала, что нахожусь на пути к лучшему приключению в моей жизни. Я не выдала того факта, что узнала в нем лидера группы «Полночная судьба». Просто опасалась, что если акцентирую внимание на том, кем он является, то он решит, что я захотела его лишь из-за его положения.

Меня привлек не его статус знаменитости, а взгляд, которым он смотрел на меня – как будто хотел обладать мной, как будто я всецело заслуживала этого, и не важно, будет ли у этого завтра продолжение или нет. Искренность в его взгляде, когда он говорил со мной, играя барной салфеткой, говорила об этом. Он поднимал свои глаза на меня каждые пару секунд, ловя каждое мое слово. Очевидно, что Истон заинтересовался мной, но его тайна немного пугала меня. Зачем кому-то столь успешному прятаться на корабле, когда он мог бы жить роскошной жизнью в другом месте? Не существовало простого ответа…по крайней мере, логичного. Что же заставило его сбежать от остального мира?

Даже если Грант что-то скрывал от меня, я ни разу этого не заметила по его глазам. Даже когда казалось, что у нас все хорошо, на самом деле это было не так. Возможно, у нас с ним был самый сокрушительный секс на Земле, но любовь, которую мы с ним разделили, была омрачена осознанием того, что лучший секс у Гранта был с кем-то другим. Получается то, что было у них – было лучше, чем то, что было у нас с ним, иначе зачем ему нужно было идти к ней?

Несмотря на поступки Гранта, я не ожидала покинуть театр с возможностью выбора. Девушка, ожившая в первый раз за долгое время, понятия не имела, как один мужчина мог оказать на нее такое влияние за столь короткое время. Но сегодня вечером меня будто научили чувствовать себя. Сегодня Истон показал мне, как настоящий мужчина может удовлетворить женщину. Несмотря на наш последний разговор с Ноэлль о том, что у меня никогда не было случайных связей, и мне нужно что-то чувствовать, чтобы заняться сексом с парнем, на этот раз я без раздумий пошла против своих принципов. Сожалею ли я? Нет, я не могу. Не после того, что он только что сделал со мной, как он так легко дал мне именно то, в чем я нуждалась, даже не спрашивая о моих желаниях.

И пусть я очень мало знаю о Истоне Бэке, но я уверена, что лучший способ узнать его – это прислушиваться к тому, о чем он не говорит. Есть что-то такое в его глазах, будто рассказывающих истории, и в его теле, заканчивающим каждое маленькое высказывание идеальной пунктуацией. Вы не можете заменить эти моменты словами. Просто чувствуете этот разговор тел и находите отклик в своей душе.

Я бы очень хотела, чтобы он ждал меня за дверью театра, доказывая, что оставить меня – было ошибкой. Но, открыв дверь, я обнаруживаю, что небольшой вестибюль пуст. Стенд над входом в театр, анонсирующий корабельное шоу «Морской Бродвей», не освещен.

Если бы не всё то, что я испытала за последние полчаса, то я бы подумала, что произошедшее – лишь плод моего воображения. Но нельзя отрицать, что произошло что-то, что может изменить исход всей недели. Не знаю пока, каким образом, но уже уверена, что выбор будет за мной. И уже одно это делало меня счастливой.

Внезапная смена моего настроения была подобна волне, и необходимо было принять решение, оставаться ли мне ближе к берегу, где безопасно, или, если я хотела рискнуть, зайти глубже в море, где я могу стать либо счастливой, либо сломленной. Хорошо, что еще есть время для принятия окончательного решения. Хотя уже понятно, что, если я склоняюсь ближе к одному из вариантов, мне будет трудно убедить себя в другом.

Ноэлль предупреждала, что эта поездка может изменить меня. Я даже не предполагала, что так скоро подвергнусь испытанию. И не ожидала, что, когда я вернусь, Ноэлль будет находиться в нашей каюте, но она сидела там, спиной облокотившись на спинку кровати, и листала каналы по телевизору. Внешне Ноэлль выглядела расстроенной, и, увидев меня, тотчас бросила пульт на матрас:

– Слава Богу, ты вернулась. Я такая голодная.

– Я думала, что у тебя встреча.

– Мы выпили немного шампанского в баре и погуляли вокруг какое-то время. Это было мило.

– Мило? Ничего грандиозного?

Разочарование вспыхивает на ее лице:

– Нет, на самом деле нет. Мои ожидания были грандиозными. Думаю, я установила слишком высокую планку. Я ожидала, что это будет волшебно – как любовь с первого взгляда. Я имею в виду, что не собиралась просто встретиться с ним в баре, выпить, замутить и все такое…но поняла, что нужно быть реалисткой. Необходимо время, чтобы построить отношения.

Я уставилась на нее, понимая, что она описывает мой вечер незадолго до этого:

– Не надо так быстро сдаваться. У Вас с ним еще может появиться возможность построить отношения. Возможно, он просто стесняется. Этот процесс может быть пугающим.

Я подхожу к своему шкафу и беру шорты и рубашку без рукавов:

– Я собираюсь по-быстрому принять душ, и потом мы можем сходить поесть.

– Душ? Я голодная, Ларк.

– Обещаю, я быстро.

Перед тем как у нее появляется шанс спросить, зачем мне вдруг нужно принять душ, я захожу в маленькую ванную комнату и закрываю за собой дверь. Бросаю беглый взгляд на свое отражение в зеркале, желая узнать, выгляжу ли я по-другому. Чувствую-то я себя точно по-другому.

Я наклоняю шею, проверяя наличие отметин на ней. Конечно же, есть небольшое напоминание об Истоне, оставленное в виде бледного синяка. У меня не было засосов со школы. Слава Богу, что я могу прикрыть его макияжем или волосами, но в следующий раз он должен быть более осторожен, если конечно этот следующий раз случится.

Осторожность – определенно не то слово, которое я бы использовала, для описания того, что произошло между нами, но я получила удовольствие от авантюрной стороны процесса, особенно потому, что до сих пор могу ощущать, как его язык двигался во мне.

Дверь в ванную комнату открывается, как только я выхожу из душа с полотенцем вокруг тела. Ноэлль хватает свою щетку со столика, перед тем как посмотреть на меня. Я убеждаюсь, что повернула голову так, что она не может видеть мою шею, даже если отметины не настолько заметны, как я их ощущаю.

– Что с тобой происходит, Ларк? – спрашивает она.

Я сжимаю полотенце вокруг тела, пытаясь из всех сил сдержать улыбку на своем лице. Несправедливо торжествовать, когда она расстроена.

– Ничего. Почему ты спрашиваешь?

– Ты выглядишь другой с тех пор, как вернулась.

Я и есть другая, и я так хочу ей рассказать.

– Или ты влюбилась в Истона, или сравнила его с Грантом и теперь находишься в прострации. Я пока еще не решила.

– Было бы очень сложно не сравнивать этих двоих, но я не собираюсь основывать все свои решения на Гранте.

Она следует за мной к шкафу – не так, чтобы у нее было особо много выбора, учитывая, что он находится прямо рядом с диваном. Но в то время как я занята, заверяя ее, что не собираюсь застревать в прошлом, я забываю об отметинах на моей шее.

Я чувствую, как она встает и придвигается ближе. Подруга наклоняется, тыча пальцем в мою кожу, как будто сомневаясь, грязь это или что-то еще:

– Чертов засос, Ларк!

Я отворачиваюсь, сжимая свою рубашку в руках:

– Ничего такого, о чем нужно беспокоиться.

Она никогда в жизни не отвяжется от меня. Даже через миллион лет. Ноэлль расцветает от возможности узнать пикантные подробности, как раз сейчас она уверена, что я скрываю от нее множество таковых.

– Ларк Уильямс, ах ты маленькая шлюшка. Это определенно не «ничего».

Она дает мне время одеться, продолжая сидеть на краю кровати со скрещенными на груди руками, ожидая, когда я начну рассказывать. Как только я одеваюсь, то поворачиваюсь к ней, ожидая увидеть суженные глаза. Вместо этого, я получаю понимающую ухмылку. Она на самом деле наслаждается этим.

– Ну? – спрашивает она.

– Итак, Истон милый.

Она так хохочет, что валится спиной на кровать:

– Что, черт возьми, произошло? Пожалуйста, позволь мне пережить это хотя бы через тебя.

– Пережить то, чего не было? – говорю я ей с улыбкой на моем лице.

– Что ты имеешь в виду?

– Мы выпили, за бокалом вина последовала твоя любимая текила. Я не была пьяной, но у меня прилично шумело в голове, когда мы ушли из лаундж бара. Я слышала твой голос где-то у себя в голове, говорящий мне о том, что я превысила свою норму, но я все-таки позволила ему привести меня в театр.

– Театр? Почему туда?

Она наложит в штаны от радости, когда я расскажу ей, и я тоже получу от этого так много удовольствия. Хоть один раз у меня на десерт есть пикантная история: