Текст книги "(не)верная. Я, мой парень и его брат (СИ)"

Автор книги: Джи Спот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

16.2

– Скажешь, что случилось?..

– С хера ли?.. Это не твоё дело, – резко бросает он, и закрывает единственный глаз, уходя от ответа.

– Я знаю, что ты делаешь это ради брата. Видела деньги и договор. Не злись, это произошло случайно, я искала твои документы... И...

– Ясен хуй... Случайно... Не квартира, а общага, – шипит он раздражённо. – Что дальше? Будешь мне втирать, что да как?

Молча просовываю свою руку под его ладонь и слегка сжимаю, он не отвечает, но и не убирает ладонь.

– Пойми, я не против тебя. Наоборот, я думаю, что смогу помочь...

Он снова открывает глаз и холодно смотрит на меня, ожидая продолжения.

– Я помогу, если ты пообещаешь завязать с тем, что ты сейчас делаешь. Это опасно для жизни. Матвей не переживёт, если с тобой что-то случится...

– И? – коротко чеканит парень.

– У меня есть деньги... Вернее, я знаю, где их взять. Четыре миллиона... Если сложить с твоими, должно хватить, – от волнения начинаю тараторить, надо успокоиться.

– Четыре ляма? Ты элитная шлюха что-ли? Или на онлифанс зашибаешь?

– Да, да, очень смешно...

Он на несколько мгновений замолкает, глядя куда-то внутрь себя.

– Не сработает... Он не согласится... Не возьмёт твои деньги...

– Я знаю, поэтому и говорю сейчас с тобой.

– Ты понимаешь, что придётся соврать... Вы только начали... Встречаться... Или что там у вас... Если он узнает, всему конец. Ты это понимаешь? – здоровый глаз парня в обрамлении синего кровоподтёка внимательно всматривается в моё лицо. Сердце моё в этот момент не может найти себе места в груди, как испуганная птица в поисках выхода из клетки.

– Я хочу только одного...

Макар заканчивает предложение за меня.

– Вернуть ему зрение...

– Да...

– Какой твой интерес? Это большая сумма, – он никак не может довериться мне, но это и понятно, я для него чужой человек.

– Мне плевать на деньги, если любимый человек не видит моего лица...

– Любимый? Вы с ним сколько знакомы? – замечаю в его голосе раздражение и даже злость, не смотря на кривую ухмылку.

– Это неважно... То, что я чувствую к нему... Это не описать.

Его палец, вдруг, слегка касается моей руки, нежно скользя по коже. Движение едва заметное, почти неосознанное и длится какие-то секунды, но я понимаю, что есть скрытый смысл у этого жеста и в панике убираю руку. Он горько усмехается, глядя куда-то в пространство перед собой. – Я буду долбоёбом, если откажусь... В жопу гордость. У моего брата будут глаза...

– Привести его?

– Нет, не сейчас... Мне просто пизда, даже говорить больно. Если начнёт психовать, я не вывезу...

– Я поняла, набирайся сил. Мы придём завтра тебя навестить.

– Ладно. Покеда... Буду ждать...

Закрывая дверь, тебе кажется, что ты слышишь продолжение фразы.

– Тебя...

Но отмахиваюсь от этой мысли.

«Что за бред... Мне показалось, наверное...».

Выхожу из палаты и в растерянности прикасаюсь к запястью, где он дотронулся до моей руки, невидимый след на коже горит будто от клейма.

«А это, что было?.. Тоже показалось?».

ГЛАВА 17. МАША

Вкладываю в руку Матвея прохладную запотевшую бутылку воды.

– Я встретила врача. Приём посетителей на сегодня запретили, но состояние Макара стабильное.

Мысленно я уже сотню раз отхлестала себя по щекам за враньё.

«Нехорошо, начинать отношения с обмана, но что поделать...».

– Мы сможем приехать завтра, я возьму машину и заедем вечером.

Матвей открывает бутылку, делает глоток и болезненно морщится.

– Всё нормально? – взволнованно интересуюсь я.

– Как-то плохо пошло, – он стучит кулаком по груди, пытаясь облегчить состояние.

– Это спазм пищевода от стресса, тебе надо немного расслабиться. Давай помогу.

Сажусь рядом и начинаю круговыми движениями мягко поглаживать грудь мужчины. Чувствую, как сильно напряжены его мышцы, он как камень.

– Вряд-ли получится, – он тяжело вздыхает.

– Я до конца дня свободна, проведём время вместе? – всё внутри сжимается от мысли, что он отвергнет моё предложение. Мне так хочется помочь ему, отвлечь от мрачных мыслей.

– Если только ты ещё не устала от нытья старого калеки, – Матвей горько усмехается.

– Можешь ныть сколько угодно... Я люблю нытиков.

– Кажется, я сорвал джекпот! Что будем делать? – его мышцы под моей рукой становятся всё мягче.

– У меня есть одна идея, но для этой затеи нужны плавки.

– Чёрт, я думал они нам не понадобятся, – кажется лёд тронулся, он постепенно начинает расслабляться.

– Ах-ах, очень смешно...

– Что? Я может не хочу плавать. А ты о чём подумала, маленькая пошлячка?

– Давай сейчас ко мне, я возьму свои вещи и на моей машине едем к тебе за плавками.

– У меня нет выбора, я весь твой на сегодня, – он встаёт с места и складывает руки запястьями друг к другу, будто я надеваю на него наручники.

Недолго думая, хватаю его руки и окутываю ими себя, нежно целуя в губы.

– Мммм... Это лучшее успокоительное, что мне когда-либо давали, – довольно мурлычет он, как большой котяра.

– Можно принимать без ограничений... и вреда для здоровья.

– Только, кажется, есть один побочный эффект, – мужчина приподнимает бровь.

– Какой? – кокетливо интересуюсь я, хотя прекрасно знаю, что он скажет.

– Я жёстко подсел, – от этих слов внутри прокатывается волна тепла.

Его ладони находят моё лицо, а губы снова ложатся на твои, даря почти невинный поцелуй, но у меня подкашиваются ноги.

К центральному зоопарку мы подъезжаем в самый разгар дня, солнце палит нещадно и посетителей почти нет.

Открыв пассажирскую дверь, Матвей сразу подозрительно тянет носом.

– Пахнет зверями... Вернее, тем что они после себя оставляют.

– Да, да, умник. Пахнет навозом, потому что мы приехали в зоопарк.

– Надеюсь ты меня не бросишь в вольер с крокодилами... Кстати, к ним можно и без плавок...

– Ну уж нет, твою аппетитную задницу я съем сама.

– Так может сразу перейдём к этой части вечера? Без прелюдий?

– Ну хватит, негодник. Я хочу сделать тебе сюрприз. Думала, что мы попадём сюда с Макаром, но...

– Этот говнюк обойдётся. Пусть поваляется в больнице, может мозги встанут на место, – его тон резко меняется с игривого на зловещий.

Эта фраза ранит меня, ведь я знаю истинную причину беды, случившейся с Макаром. Конечно, он уклонился от деталей и не рассказал, что случилось, но скорее всего, это вопрос времени.

– Пожалуйста, будь с ним помягче завтра. Он очень сильно пострадал... Видел бы ты его...

– Хорошо, дорогая. Но только ради тебя. Прости за резкость.

17.2

По шуршащему гравию живописной тропинки мы проходим к кассам зоопарка, где я договорилась встретиться с подругой. Она работает в этом месте уже несколько лет, мы знакомы ещё со времён ветеринарной академии. Здесь она следит за здоровьем морских млекопитающих и ластоногих.

Издали замечаю её изящную фигуру, облачённую в рабочую одежду. Завидев меня, она радостно машет рукой. Поравнявшись с Машей, я нежно обнимаю её. Хрупкая, но такая умная и сильная девушка. Она объехала полмира ради опыта. Всегда немного завидовала ей, как более успешному и состоявшемуся специалисту, вот и сейчас чувствую укол зависти.

– Алиша, милая! Сколько лет, сколько зим! Дай обнять тебя! – от неё пахнет солнцем и теплом, всегда открытая и добрая, при этом сильная и смелая, настоящий доктор Айболит.

– Привет, дорогая! Тоже рада тебя видеть! Спасибо, что так быстро ответила мне, я и не ожидала.

– А что это за красивый мальчик с тобой? – улыбаясь, спрашивает она.

От неожиданного вопроса я слегка вздрогнула, выискивая подвох в выражении её лица.

– Это Матвей, мы встречаемся... Он со мной, – начинаю я, но подруга не даёт мне закончить мысль.

– Матвей, добрый день. Вы, конечно, прекрасно выглядите, но я о вашей собаке. Алина меня не правильно поняла, – Маша жмёт большую руку Матвея, а тот только посмеивается.

– Боже, похоже от жары у меня совсем крыша съехала. Это Оскар, он поводырь Матвея.

Ни один мускул не дрогнул на лице Маши, ни капли жалости или сочувствия.

– Золотистый ретривер – лучшая порода для поводыря. Такой красавец, тьфу-тьфу на тебя. А вы знали, что на роль поводырей лучше всего подходят собаки правши? – Маша всегда была кладезем информации, ходячая энциклопедия.

– Мне сейчас очень стыдно, но я не знала...

– Это можно определить по тому, какую лапу охотнее даёт собака и с какой ноги начинает идти. Собаки правши – спокойные и уравновешенные, а левши – творческие и неугомонные.

– Ничего себе! У меня уже второй год этот пёс, а я впервые слышу такое, – Матвей явно впечатлён новой информацией.

Он присаживается на корточки перед Оскаром.

– Дай лапу, малыш...

Оскар с безграничной преданностью смотрит на хозяина и протягивает ему правую лапу.

– Умница! Я знал, что ты самая умная собака в мире.

– Ещё можно определить по завиткам на шерсти. Если завитки идут по часовой стрелке – у собаки живой неугомонный нрав. Против часовой стрелки – это спокойный рассудительный пёс, – похоже Мария решила добить нас своей эрудицией окончательно.

Она наклоняется к Оскару и, не прикасаясь к нему, ищет завитки шерсти.

– Всё верно. Он правша, – выносит свой вердикт подруга.

– Ты такая умная, Маша. Мне всегда немного неловко рядом с тобой, – чувствую как краска приливает к лицу.

– Брось, ты тоже прекрасный талантливый вет-врач.

– К сожалению, или к счастью, больше нет, – наконец-то я призналась, от этих слов чувствую тяжесть в груди.

На чистое светлое лицо подруги падает лёгкая тень грусти, будто рябь от ветра проходит по зеркальной глади озера.

– Могу только догадываться, почему... Полгода назад умер морской лев Руфус, мы рыдали всем зоопарком. Я тоже думала бросить эту работу, но как... Ведь другие животные нуждаются во мне.

– У тебя редкая квалификация, а я врач домашних животных, таких пруд пруди.

– Ой, не скажи, кругом столько коновалов. Ладно, не будем о плохом, следуйте за мной, – она поджимает губы, чувствуется неловкость момента. – Только вот Оскара придётся оставить на посту охраны, там есть небольшая комната, пусть отдохнёт там. У нас карантин, сами понимаете...

– Да, конечно, он потерпит, – отвечает Матвей, но я вижу, как тяжело ему даётся решение оставить Оскара одного.

Мы проходим по территории, минуя многочисленные клетки и вольеры, животных практически не видно, все спят. Чувствую, как меня накрывает волна профессионального азарта. Хочется снова окунуться в эту стихию спасения жизни. Дельфинарий находится практически в самом центре парка, внутри нас встречает влажность и солёный запах морской воды.

– Ты серьёзно?! Мы в дельфинарии? – от удивления у Матвея округляются глаза.

– Ага, – довольно отвечаю я.

– Я, кажется, слышу их голоса... Боже, как круто! – он не может скрыть почти детского восторга.

– Вода в нашем дельфинарии специально подготовлена, она практически не отличается от настоящей морской, – объясняет Маша. – Вы можете переодеться в этих кабинках, а я пока позову тренера.

Из раздевалки мы попадаем в большой зал, в начале которого расположен большой бассейн, а от него к самому потолку бегут ряды сидений. В зале никого нет кроме вас и эхо ваших шагов разносится между пустыми рядами.

– Ого, какая акустика. Большое помещение, – присвистнул Матвей.

– Да... И мы тут совсем одни... Хотя нет, не совсем, – я замечаю быстрые тёмные тени под поверхностью воды.

– Они здесь?! Я не верю, что мы будем плавать с дельфинами! – Матвея просто распирает от восторга.

ГЛАВА 18. ПОГРУЖЕНИЕ В МЕЧТУ

Позади нас слышится весёлый женский голос.

– Уже познакомились? – к нам навстречу идёт невысокая худенькая девушка в гидрокостюме и тугим пучком на голове.

– Здравствуйте. Ещё нет, но нам не терпится, – здороваюсь я, пытаясь оценить с кем имею дело.

Она протягивает руку и награждает меня сильным рукопожатием, несмотря на хрупкое телосложение и небольшой рост.

– Меня зовут Милена. Я тренер этих ребят. Если удобно, со мной на "ты", не выношу официоза, – бойко рапортует она.

– Я Алина, а это... Матвей.

Матвей протягивает руку и я вижу замешательство на лице Милены, поскольку рука его направлена немного в другую сторону от неё.

– Матвей незрячий, – поясняю я, стараясь сохранить будничный тон.

– Ясно, я вас поняла, – кивает девушка и я радуюсь, что она не вкладывает в свои слова жалость или сочувствие, как любят это делать другие.

Она пожимает Матвею руку, заливаясь едва заметным румянцем.

– Прости, из-за акустики я не очень ориентируюсь здесь по звуку, – объясняет мужчина.

– Ты уже плавал с дельфинами? – спрашивает Милена с энтузиазмом.

– Нет, но я профессиональный пловец, правда, в прошлом... Поэтому, не бойся, камнем ко дну не пойду.

– Что ты, эти ребята не дадут тебе утонуть, будь ты даже топором. Я, кстати, тоже пловчиха, правда, синхронница. Тоже в прошлом, – замечаю, что между этими двумя сразу возникает особая связь и сразу чувствую лёгкий укол ревности.

«Успокойся, Алина, или ты думаешь, что такая уникальная и общий язык он может найти только с тобой?».

Но чуть позже я понимаю, что именно эта связь помогает Матвею полностью расслабиться и отдаться процессу. Милена чётко и профессионально инструктирует нас как вести себя с животными. Она предлагает мне начать, но это сюрприз для Матвея и я с радостью уступаю ему возможность быть первым. Дельфины в прекрасном настроении, приветственно пощёлкивают и свистят.

Матвей садится на бортик, опуская ноги в воду, и легко соскальзывает вниз, оказываясь в своей стихии. По команде Милены, дельфины подставляют свои спины и Матвей хватается руками за их спинные плавники. Как две маленькие водяные ракеты, эти ловкие ребята проносятся по водной глади, поднимая шум и брызги. Откровенно любуюсь лицом Матвея, не в силах сдержать слёзы, когда, вдруг, слышу голос Милены совсем рядом.

– Я помню его... Мы пересекались несколько раз на федеральных соревнованиях когда-то... Это было лет десять назад, но я хорошо помню его. Сама понимаешь, такой человек врезается в память, он был настоящей звездой, – она мечтательно смотрит куда-то вдаль, погружаясь в свои мысли.

– Он и сейчас звезда, – добавляю я, стараясь проглотить комок в горле.

– Даже не буду спорить, ты молодец, что сделала ему такой сюрприз, – одобрительно шепчет девушка.

Милена командует дельфинам вернуться к бортику и даёт им угощение.

– Матвей, я хочу предложить тебе, поплавать с Елисеем под водой. Обычно мы ограничиваемся плаванием на поверхности, но с тобой, совсем другое дело...

– Конечно, я за! – иного ответа я и не ожидала услышать от него.

Тренер даёт инструкции Матвею, он берёт дельфина за боковые плавники и по команде животное ныряет в глубину. Эти несколько секунд, кажется, длятся целую вечность... Но вот, он появляется на поверхности и, отфыркиваясь от воды, разражается смехом.

– Боже, это так круто!!! Снова почувствовать глубину, давление воды на барабанные перепонки... А эта скорость... Почему я не родился дельфином?

– Ты определённо был им, в другом воплощении, – смеётся Милена и подмигивает мне. Я понимаю, что это был комплимент его профессионализму.

Делаем несколько фото Матвея на память и вскоре подходит моя очередь. Матвей целует своих новых друзей, а они машут ему плавниками на прощание.

Погружаясь в воду, испытываю чувство сродни наркотической эйфории. Кажется, будто внутри надувается шарик, который вот-вот лопнет и всюду рассыплется разноцветное конфетти и мишура. Стоит мне дотронуться до этих неземных существ, этот шарик лопается, на глаза наворачиваются слёзы восторга, а с лица не сходит улыбка. Это похоже на возвращение в детство, целых пятнадцать минут без проблем и забот, без боли и потерь, только чистая ни чем не омрачённая радость.

18.2

В конце моего приключения, Милена просит меня выплыть на середину бассейна и выставить вверх руку. Она даёт команду дельфину, свистит в специальный свисток и на несколько мгновений его глянцевая серая спинка пропадает из виду. Вдруг, я ощущаю под водой движение спереди от себя и серую тень, летящую ко мне из глубины. Ещё секунда, и, разрезав водную гладь своей улыбчивой мордой, Елисей взмывает вверх, подобно птице. Перелетает надо мной, ровно та той высоте, чтобы я могла коснуться его животика и плюхается в воду позади, окатывая лавиной брызг. Писк восторга и счастья вырывается из груди, эхом отражаясь от высокого потолка. Хлопаю в ладоши как дитя, а Салтан имитирует аплодисменты своим плавником, высунувшись из воды.

– Ребята, спасибо вам! Милена, благодарю! Это невероятно!

Матвей тоже хлопает и произносит слова благодарности.

К сожалению, всё хорошее когда-нибудь заканчивается и, вот, мы уже прощаемся с новыми друзьями. Напоследок Милена обнимает меня и Матвея, и я слышишь её шёпот.

– Не переставай плавать, дельфин, – он едва заметно кивает. От этой простой фразы у меня щемит сердце. Такого удивительного дня давно не было в моей жизни, когда кажется, что сквозь тебя проходит радуга эмоций всех цветов.

Маша не вышла с нами попрощаться из-за работы, но написала мне прощальную смс-ку с пожеланиями скорой встречи. Благодарю её и обещаю встретиться в ближайшее время. Переодевшись, мы с Матвеем выходим на улицу, о пережитом волшебстве напоминают мокрые волосы и счастливые улыбки.

На посту охраны нас встречает взволнованный Оскар, который спешит вылизать лицо своего хозяина, глядя на него с тревогой и грустью.

– Прости, малыш. Спасибо, что подождал. С меня вкусняшки.

Все вместе выходим за территорию зоопарка, держась за руки и не произнося ни слова. Наверное, потому что в такой ситуации слова кажутся лишними. Есть только этот удивительный мир и чистый восторг, который мы испытали полчаса назад. Я первой нарушаю тишину.

– Это ни на что не похоже...

Матвей улыбается и смотрит куда-то вглубь себя.

– Нет, на кое-что похоже... Это похоже на секс с тобой...

– Скажешь тоже, – чувствую, как щёки заливает краска.

– Серьёзно... Это чистый кайф, самое правильное ощущение... в мире.

– Я польщена, правда... Не думала, что я такой мастер в этом деле...

– Тут... Дело не в мастерстве, а в моих чувствах... К тебе...

Моё сердце сейчас готово вырваться наружу.

– Не хочу пугать тебя... Но, хотелось бы, чтобы ты знала... Я желаю быть с тобой, каждую минуту своей жизни, до самого...её конца.

Понимаю, что не могу ничего сказать в ответ, не разревевшись, ведь чувствую к Матвею то же самое. Но он расценивает моё замешательство совсем иначе.

– Я понимаю, пока рано о чём-то говорить...

Не имея возможности сказать хоть слово, прижимаюсь к нему всем телом, запуская пальцы в его влажные, спутавшиеся волосы и касаюсь губами его губ, вкладывая в этот поцелуй то, что так тяжело сказать. Сорвавшись с ресниц, по щеке бежит непрошенная слеза.

Когда мы с трудом отрываемся друг от друга, охрипшим голосом Матвей шепчет.

– Я... я...– но такие желанные слова так и не срываются с его губ, ведь то, что чувствуешь, порой так сложно озвучить.

– Всё нормально... Я понимаю, – мягко сжимаю его руку.

– Спасибо, что ты со мной, – он обнимает меня и зарывается носом во влажные волосы, рассыпавшиеся водопадом по плечам.

И в этот момент я понимаю, что может быть лучше, чем плавание с дельфинами. Любовь...

Весь вечер меня не покидает ощущение праздника, омрачаемое только воспоминаниями об изувеченном теле Макара. Я готовлю ему домашнюю еду, чтобы завтра с отвезти в больницу.

– Тебе не стоит так напрягаться ради этого говнюка, – сердито ворчит Матвей.

– Прости, но я сама решу, что мне делать, – серьёзно парирую я.

– Святой человек, – Матвей только пожимает плечами, явно не понимая моих мотивов.

Оглядываюсь на него через плечо и ловлю взглядом его влюблённое выражение лица.

«Да уж... Сама святость... А что насчёт сговора за твоей спиной?»

Вечер мы проводим в обнимку, упиваясь близостью друг друга. Сегодня это не безудержная страсть, а сладкое ощущение дома. Примерно так чувствуешь себя в детстве, когда после школы забегаешь домой, а там тепло и вкусно пахнет бабушкиным печеньем. И мама снимает с тебя шапку всю в снегу, стряхивая с неё подтаявшие снежинки и несколько капель падают тебе на нос и щёки. А впереди зимние каникулы, будут подарки, угощения и весёлые игры с друзьями.

Мы впервые засыпаем просто обнявшись, без интимной близости. Конечно, я не могу не ощущать влечения, когда прижимаюсь к его тёплой промежности своими ягодицами. Но его объятия, его аромат и тепло действуют почти магически и я быстро погружаюсь в сон.

ГЛАВА 19. СЛОВО НА БУКВУ "Л"

Мне снится тревожный сон, в котором Матвей узнаёт о нашем с Макаром сговоре и отказывается от денег. Осознание того, что он не получит шанса снова видеть больно ранит меня, настолько, что я просыпаюсь посреди ночи. В голове ржавым гвоздём засела эта тревожная мысль. До утра я больше не смыкаю глаз, раз за разом прокручивая в голове все негативные варианты развития событий.

«Как бы страшно мне не было. нужно связаться с Максом на счёт денег. И дать толчок этому процессу. Чем быстрее я начну действовать, тем быстрее станет ясно, что делать дальше. Иначе я просто получу нервный срыв...»

Утром я готовлю завтрак для нас с Матвеем и иду будить его, когда всё уже почти готово. Спросонья он выглядит совсем как большой ребёнок. Моргая своими заспанными глазами, он потирает розовую щёку на которой остался след от смятой наволочки.

– Доброе утро, соня, – нежно приветствую я своё сокровище.

– Доброе утро, лю… милая, – замечаю как он осёкся, когда с губ почти сорвалось то самое слово

– Почему тебе так сложно произнести это слово на букву "л"? Ведь я понимаю, что ты хочешь сказать...

Он перекатывается лицом в подушку и рычит.

– Что?! – недоумённо спрашиваю я.

Когда он поворачивается ко мне, его лицо совершенно красное, а на губах блуждает смущённая улыбка.

– Надо быть идиотом, чтобы думать, что ты не заметишь. Да?

– Конечно! – я в возмущении, но мне смешно от всей этой абсурдной ситуации.

Он делает небольшую паузу, сглатывая комок в горле.

– Знаешь, для серьёзного разговора я слишком раздет... И... У меня утренний стояк... Поэтому, дай я приведу себя в порядок, и мы поговорим.

– Господи, тебе 15? – смеха уже не сдержать.

– Это бремя с мужчиной почти на всю жизнь...

– Ладно, я жду тебя на кухне, поспеши, мне ещё на работу ехать, надо успеть до пробок. Могу и тебя подбросить. Ты сегодня работаешь?

– Да, давай. Не все таксисты хотят везти Оскара... Хоть это и незаконно...

– Надеюсь, когда-нибудь люди перестанут быть такими мудаками...

– Это несбыточная мечта, ты же понимаешь... Для большинства людей не существует ничего кроме их узкого мирка. Оставим лирику, нам надо собираться. Иди-ка на кухню, дай мне встать с кровати.

Ухожу на кухню, но не удержавшись, выглядываю в коридор, с энтузиазмом маньяка наблюдая, как топорщатся его трусы под натиском утренней эрекции.

– И не стыдно подглядывать?! – со смешко упрекает меня мужчина.

– Боже, у тебя уши, как у кота! – не перестаю удивляться его исключительному слуху.

«А член, как у кита...» – добавляю мысленно, этому тоже тяжело переслать удивляться.

Улыбаюсь своей дурацкой мысли, накладывая еду в тарелки, и понимаю, что трусики придётся сменить, эти уже промокли.

«Что происходит с моим телом? Я никогда такого влечения не испытывала. Стоит только подумать о сексе с ним и всё, я уже теку как снеговик в марте»

Матвей приходит к столу причёсанный и благоухающий гелем для душа. Плотоядно рассматриваю капельки влаги на его плечах, кнопочки сосков под майкой, холмик между ног под шортами.

– Я думала, ты позовешь меня...

– А я думал, что мы спешим...

– Можно же по-быстрому...

– Ну уж нет... Ты не какой-нибудь фаст-фуд, ты дорогой элитный ресторан. И я хочу наслаждаться тобой часами...

– Подлиза!

– От этого я бы тоже не отказался... Но всему своё время.

– Так, ну хватит баловаться, ешь.

– Да, мамочка...

Сажусь рядом и любуюсь тем как он ест, как открывается его рот, как двигается широкая мужественная челюсть, как скользит между губ розовый кончик языка, слизывая капли соуса. Но больше всего я хочу, чтобы он заговорил.

– Ну так что? – загадочно начинаю я.

– Что?

– Насчёт слова на буку "л"?

– Ааа... Ты об этом... Ну что сказать? У меня был тяжелый разрыв, после которого я не говорил это слово никому. Но, справедливости ради, скажу, тебе я хочу сказать его впервые за это время. Прямо разбирает...

– Знаешь, у меня похожая ситуация...

– Я уже ненавижу того гада, который посмел тебя обидеть, – лицо Матвея заметно напрягается.