Текст книги "(не)верная. Я, мой парень и его брат (СИ)"
Автор книги: Джи Спот
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)
ГЛАВА 32. НОЧНАЯ ПЫТКА
Матвей возвращается в комнату.
– Опять куда-то свалил... Ну и ладно. Закажу и на него, может сейчас вернётся.
...
Но до позднего часа Макар не возвращается. Мы ложимся спать, но сон не идёт. Матвей тихо посапывает рядышком, щекотно выдувая воздух мне в затылок. В какой-то момент, когда я нахожусь в пограничном состоянии между сном и явью, раздаётся щелчок замка. Сердце радостно подпрыгивает в грудной клетке.
"Слава Богу, он вернулся..."
Я так боялась, как бы он не наделал глупостей. Но тут я слышу какую-то возню и шёпот.
"Он не один!"
Тихонько убираю руку Матвея, и на цыпочках подхожу к закрытой двери, под которой появляется полоска света.
"С ним девушка!"
Ревность больно колет в сердце, не смотря на здравый смысл. Как заворожённая стою, прильнув ухом к двери, а тело ниже пояса, кажется, превратилось в соляной столб. За дверью опять возня, хихиканье, звонкий шлепок по голой коже, скрип дивана под тяжестью тел. Слышу её и его стоны, отрывистое дыхание. Вот шуршит фольга презерватива, секунда, и девушка вскрикивает.
Чувствую, как кончики пальцев начинает покалывать, а во рту пересыхает. Сердце ухает где-то в горле, отбивая тревожный ритм. Скрип становится чаще и громче, добавляются похабные звуки шлепков голой плоти о другую голую плоть. Девушка стонет всё громче. Каждый шлепок отдаётся набатом у меня в ушах. Неизвестно сколько времени это продолжается, но я не могу сдвинуться с места. Только чувствую, как по лицу текут горячие слезы.
– Дааааа!!! Ооооо.... Аааааа!!! – только и слышно её голос.
Скрип... Хлюп... Скрип... Скрип... Хлюп... Хлюп...
– Ааарррр.... Даааа, детка... Я кончаю...
Тишина...
Не сразу обнаруживаю себя, лежащей калачиком под дверью с трясущимися руками и мокрым от слёз лицом. Всё, что я чувствую сейчас, это дикая боль, расходящаяся ударными волнами от сердца с каждым толчком крови. Когда ступор проходит, и я наконец-то могу двигать конечностями, с тяжёлой головой поднимаюсь с пола. Возня за дверью возобновляется, смешки грохот, звон посуды, перебежки, опять смешки.
"Они успокоятся когда-нибудь?!"
Потом наступает нечто похожее на затишье, слышен отдалённый шум воды. А потом на этом фоне снова слышатся её стоны и, что ещё хуже, его...
"Чёрт, я не вынесу! Это просто пытка! Что за цирк?!"
Собираюсь с мыслями, и выхожу в гостиную. На полу валяется их смятая одежда, на столике – остатки пиршества. Чем ближе я подхожу к двери ванной комнаты, тем отчётливее становятся мокрые шлепки и стоны. Заносишь дрожащую руку, секунда на размышления, и стучу в дверь ванной комнаты.
– Какого хрена надо?! – рычит невидимый для меня Макар, но я с лёгкостью могу представить его лицо.
Шлепки не прекращаются, только девушка немного прикрутила громкость.
– Можно там потише?! – кричу я, то ли, чтобы перекричать шум воды, то ли, от гнева, бушующего внутри.
– Нет! Ещё вопросы?!
– Вы не даёте мне поспать!!!
– А ты не даёшь нам кончить!!! – орёт Макар, понимаю, что всё это совершенно бестолку, он только ещё больше завёлся.
Темп и громкость шлепков усиливаются, девушка кричит будто её убивают, но уже, похоже, через ладонь, прикрывающую рот. В этот момент я осознаю, что это выступление предназначено именно для меня.
"Ах ты ж гад!!!"
Замечаю на кофейном столике сигареты и зажигалку, об этой вредной привычке я успела забыть ещё на четвёртом курсе. Но желание заполнить пустоту в груди хотя бы ядовитым дымом, непреодолимо. Взяв сигарету из пачки, чиркаю зажигалкой, и закуриваю. Слышу, что в ванной притихли.
На цыпочках выхожу на балкон, и тихо прикрываю за собой дверь. Прохладный ночной воздух скользит по голым ногам, и забирается под футболку, заставляя соски отвердеть. Шипение горящего табака и терпкий знакомый запах, постепенно успокаивают. Никотин даёт временное облегчение, телу, но не разуму. В голове стучит одна мысль, отвратительная до боли.
"Я влюблена в них обоих..."
32.2
Позади тихо скрипит дверь, слышны босоногие шаги по холодной плитке. Я не поворачиваясь знаю кто это. Его руки облокачиваются на перила рядом с моими, а обнаженной кожей, покрытой мурашками чувствую его горячее влажное после душа тело. Мысль о том, что он только что занимался сексом прожигает мне голову похлеще раскалённой кочерги.
– Бля... Забыл зажигалку. Дай прикурить...
Молча отдаю ему сигарету, он прикуривает, и мерцающий оранжевый круг на секунду вырывает из темноты его красивое лицо. Один в один с лицом Матвея, только более острое и жёсткое. Он возвращает мне сигарету.
– Не думал, что ты куришь...
– Почему?
– Ты вся такая правильная...
– А ты весь такой проницательный, что меня сейчас стошнит, – не хотела показать свои чувства, но, похоже, не получается.
– Не злись, она мне никто, – тихо шепчет он, перемешивая слова с дымом.
Делаю затяжку, и выдыхаю ему в лицо.
– А мне... плевать...
Он жадно ловит дым, вылетевший у меня изо рта, держит какое-то время в своих лёгких и выпускает тонкой струйкой в звенящий прохладой ночной воздух.
– Врушка... Мне можешь не врать, – по голосу ясно, что он всё понимает.
– Да какая хрен разница. Это ни о чём...
– Что это?
– Всё это...
– Обоснуй, – не унимается мой мучитель.
– Я с Матвеем и точка...
– Я заметил. Ты сегодня... была очень красноречива, – горько вздыхает он.
– Прости, такое больше не повторится, – мне становится стыдно.
– И такое тоже, – он показывает большим пальцем на дверь балкона.
– А что с ней? Как-то подозрительно тихо, – спрашиваю я, прислушиваясь.
– Не знаю... Может паралич, смеётся Макар, затягиваясь, сигарета мерцает во тьме.
– Вот дурак! – толкаю его кулаком в плечо. – Ладно. Я спать, мне завтра на работу... Вернее, уже сегодня...
– Давай, споки...
– Не шумите больше, – шепчу я.
– Вы тоже, я не вижу его лицо, но слышу по голосу, что он улыбается.
Уходишь с балкона, на миг оглянувшись, сердце щемит приторная боль, вместившая в себя то, что никогда не произойдёт.
...
Лёжа в кровати в объятиях Матвея, вспоминаю события последних дней. В голове не укладывается, насколько запутались нити наших жизней, кажется вовек не распутать. Одно утверждение в моей голове, вытесняет другое, и каждое из них противоречит предыдущему.
Я точно знаю, что хочу быть с Матвеем. Но его брат неотделим от него... И если быть честной, мне очень хочется проводить с ним время... Много времени... Но я дико боюсь, что это может разрушить не только наши с Матвеем отношения, но и их братскую связь... Чувствую себя отвратительно, верно сказано: "Как между молотом и наковальней"...
За этим несвязным потоком мыслей я не заметила, как провалилась в глубокий сон.
...
Когда утром срабатывает будильник, я не сразу понимаю, где нахожусь. Матвей ещё нежится в кровати, ему сегодня во вторую смену на работу. Нежно целую его в плечо, но он спит слишком крепко.
Стараясь не шуметь, на цыпочках выхожу из комнаты, и спешу в ванную. Мысль о том, что здесь происходило ночью не даёт покоя. Порочные звуки, которые я слышала вчера, стоя под дверью, обретают в моей фантазии почти плотские образы. Бесстыжая девица стоит, наклонившись вперёд, держась за бортики ванной, а сзади обнажённый Макар насаживает это свежее мясо на свой шампур.
"Ох, хватит может уже мучить себя?"
Но где-то глубоко внутри я всё же понимаю то чувство, что гложет меня. Это жгучая ревность и желание хоть на пару минут оказаться на месте этой малолетки. Я просто отвратительна...
Вытираюсь полотенцем с каким-то маниакальным остервенением, оставляя на коже красные следы. Но ни душ, ни тем более полотенце, не смоют и не сотрут эти образы из моей головы.
...
После душа иду на кухню и, к своему огорчению, застаю там парочку любовников. Макар обнажённый по пояс, колдует у плиты, а уже знакомая барышня с ярко-розовыми волосами гладит его по заднице. На ней его спортивная футболка с номером "1". Ну надо же...
ГЛАВА 33. ЗАВТРАК С САТАНОЙ
– Гхм гхм... – я попыталась обратить на себя внимание, чтобы не увидеть чего-нибудь лишнего.
– Ядом подавилась? – едко поприветствовал меня Макар.
– Смотри ты не подавись, – буркнула я.
– Здравствуйте, – пропищала малолетка, натягивая футболку на свои голые ноги.
– Ах-ах-ах серьёзно? Здравствуйте?! – загоготал Макар.
– А это не твоя мама? – хлопая ресницами как дешёвая китайская кукла, промямлила деваха.
Громогласный гогот снова огласил кухню.
– Мама?! Нет она конечно уже старовата, но это не моя мать...
– Разве нет?! – неподдельно удивилась пустышка.
– А тот волосатый здоровяк кто? Мой батя по-твоему?
– А кто тогда? Вы очень похожи...
– Ох, ты такая тупая, просто... Намного лучше когда твой рот чем-то занят, – он хватает её за горло, и запускает ей в рот свой язык.
К моему удивлению, никакого протеста с её стороны не следует. Она тает в его руках как пломбир на солнце, в глазах какая-то почти наркотическая пелена. Когда он отрывается от её рта, чтобы перевернуть блинчик, я вижу как поплыло выражение лица несчастной девушки.
"Удав против кролика.... А ведь я такая же... Он имеет надо мной такую же власть... Не могу устоять перед ним, несмотря на хамство и грубость... Со стороны это выглядит просто отвратительно..."
Мне становится даже жалко эту малышку, она ведь ещё совсем ребёнок. Не понимает, что это не нормальные отношения.
"Интересно сколько ей лет?"
Макар берёт кусочек блинчика, и протягивает девочке, она с благоговением принимает еду с его рук, намеренно захватывая его пальцы ртом, и слизывая с них капли масла. Парень с шумом втягивает воздух сквозь зубы.
– Воу... воу, палехче! Ещё одна такая выходка и я накажу тебя!
В ответ она берёт его большую загорелую руку своими тонкими ручками, и погружает его указательный палец себе в рот, глядя в глаза сальным взглядом.
– Мммм... – мычит она, как актриска в дешёвом порно.
На мгновение мне кажется, что я смотрю на большом экране фильм для взрослых, где героиню вот-вот отымеют на столе. Но Макар бросает беглый взгляд на меня, и всего лишь поправляет шорты, утрамбовывая наметившийся стояк. Встретившись с ним взглядом, я стыдливо отвожу глаза, коря себя за то, что пялилась как маньячка на их игрища.
К счастью, в дверях появляется Матвей, и спасает меня из щекотливой ситуации.
– Доброе утро... Опять горелые покрышки на завтрак?
– Привет, я здесь, – протягиваю ладонь, и беру его горячие пальцы.
Он радостно улыбается, и садится рядом.
– Так приятно слышать твой голос по утрам... К этому можно привыкнуть, – найдя рукой моё лицо, он нежно целует меня, от чего по всему телу сразу разливается тепло.
Заметив недоумение на лице своей подруги, Макар вмешивается.
– Это мой брат, если что, не батя... Хоть и выглядит он как дряблый старик. И слепой он не из-за старости, если что...
– Эммм, здрасте... – невнятно мычит девчонка, слегка краснея.
– Меня зовут Вика, если что...
– Если что, всем плевать, – фыркнул Макар.
Она корчит обиженное личико, и бьёт его кулачком в плечо.
– Ну, не начинай опять! Всё же было так хорошо, – ноет она.
– Ну а что, думаешь я на тебе женюсь теперь? – усмехается парень.
Но заметив, как дрогнула нижняя губа девушки, он тут же прижимает её к себе, и крепко целует.
– Мне от тебя нужно только одно... Ты же знаешь... Всё по-честному, – он смачно сжимает крошечную задницу едва прикрытую его футболкой, и, как ни в чём не бывало, переворачивает блинчик.
– Вика иди к нам, тебе не обязательно терпеть этого говнюка. Посиди с нормальными людьми, – вступается за девушку старший брат. – Меня зовут Матвей, а это Алина, моя девушка...
Нерешительно оглядываясь на Макара, она подходит к вам. Замечаю, что острые коленки венчают свежие багровые синяки.
"Ох, вот это ночка была у неё... Удивительно, что девушки готовы терпеть от того, в кого влюблены."
– Расскажи, как вы познакомились, – спрашивает Матвей, но девушка не успевает и рта открыть.
– Ах-ах-ах, расскажи, это смешная история, – гогочет Макар.
– Мой брат, в общем... Макар побил его... На ринге, – видно, что ей совсем не весело, но она хихикает, чтобы угодить парню.
Замечаю, как Матвей хмурится.
– А он не против, что ты встречаешься с его сестрой? – спрашивает он у Макара, сердито хмурясь.
33.2
– Эй, он мне не хозяин! Я встречаюсь с кем хочу! – заголосила девчонка, так, что ушам стало больно.
– Ладно, ладно, прости... Просто, как бы не возникло проблем, – Матвей поднимает руки в знаке примирения.
– А может, так задумано... Может я хочу проблем, – усмехается Макар, он берёт виноградину, подкидывает, и ловит её ртом.
– Это случайно не он тебя разукрасил? – Матвей заметно мрачнеет.
– Возможно... И что с того?.. Я не боюсь этого еблана...
– Мой брат... Иногда бывает полным козлом, – вздыхает Вика, ковыряя стол обломанным ногтем.
– У тебя ошибка в слове – иногда... В каждой букве, детка, – усмехается МАкар.
– В смысле? – девушка недоумённо смотрит на него.
– В смысле – всегда, он козел всегда... Трусливое очко в трусливой жопе, вот кто он...
Девушка заметно грустнеет и вздыхает.
– А чем тебе нравится мой брат? – мягко спрашивает Матвей.
– Эй, такое разве можно спрашивать у девушки? – удивляюсь я.
– Ну что? Мне интересно, кому вообще он может нравиться и за что, – Матвей внимательно смотрит на девчушку.
Её лицо бледнеет, и покрывается красными пятнами.
– Вы, наверное, никогда не видели, как он дерётся, – тихо говорит она.
– Нет он не видел, потому что слепой, как старый пень, – нагло ухмыляется Макар.
– На ринге он как Тайлер Дерден в бойцовском клубе, – девушка мечтательно поднимает глаза к потолку, погружаясь в воспоминания. – Как долбаный жидкий терминатор... Кажется, он не чувствует боли... Его все боятся...
– Тебе нравится то, как он бьёт людей? – Матвей не может поверить своим ушам.
– Вы не понимаете... Он такой сильный, настоящий мужчина, – Вика отчаянно теребит заусенец.
– Слышал, чувак... Не то, что некоторые, – Макар просто светится от чувства собственного превосходства. – Линча, приходи на мой последний бой посмотришь на настоящего мужика, – вдруг добавляет он, и я чувствую, как лицо заливает краска.
– В смысле последний?! – вскрикивает Вика, её глаза расширяются от удивления.
– В прямом. Следующий бой будет последним, я завязываю с этим, – небрежно бросает Макар, будто не замечая её шока.
– Но почему? – она чуть не плачет.
– Когда ты не стонешь подо мной, становишься такой душной... Не твоего ума дело.
Девушка флегматично ставит локти на стол, и подпирает щеки.
– Он всегда такой... Иногда ещё хуже, – вздыхает она.
– Так найди себе нормального парня, – советует Матвей.
– Такого как ты? С кошачьими бубенчиками вместо яиц? – парирует младший брат. – Малая знает толк в мужиках, не лезь к ней.
– Это всё пустые слова. Ты задира и мудозвон, а не мужик. Смешно это слышать, – Матвей начинает заводиться.
– Ну хотя бы блины могу пожарить для своей девушки... А не кормить её всякой хуетой в кромешной темноте, – младший брат только больше расходится, находя почву для колкостей.
– Алина, достань пожалуйста вчерашние роллы. Я к его сраным блинам не притронусь, – простит меня Матвей.
Макар в ответ только усмехается. Блины получились румяными и аппетитными, в тарелке свежие ягоды, в блюдце сгущёнка. Я чувствую как урчит в животе.
– Хватит слюни ронять. Покорми своего старого кастрированного кота рыбой, а сама поешь нормально, – Макар замечает, как я смотрю на блины.
– Ты допросишься когда-нибудь, – мрачно ворчит Матвей.
Вика с благоговением ловит каждое слово, которое произносит Макар.
"Похоже, она крепко влипла... Как и я..."
Выкладываю холодные роллы на две тарелки, и нехотя принимаюсь есть.
– Какая же ты подхалимка... Только посмотри на себя, – Макар скручивает один блинчик в пухлую колбаску, и обмакивает в сгущёнку. – Зачем давиться тухлой старой рыбой, если есть что-то более горячее и свежее.
Блинный рулет оказывается прямо у моего носа. Я же тем временем, мечу глазами молнии.
– Ну же.... Можно просто попробовать... Просто открыть рот, – Макар не унимается, трясёт передо мной этим чёртовым блином, с которого двусмысленно капает сгущёнка.
Мне хочется в этот момент врезать ему по яйцам, и что я вообще нашла в этой скотине.
– Господи, ну дай же человеку нормально поесть, – психует Матвей.
– То, что нормально для тебя, не значит, нормально для неё... Так ведь? – смотрит на меня, лукаво приподнимая бровь.
– Эй, а чего ты мне не предлагаешь? Я тоже хочу попробовать, – подаёт голос Вика, о которой все успели забыть.
– Ах-ах ночью не напробовалась?
– Хочу ещё, – она пошло кусает нижнюю губу, и тянет его за резинку шорт.
– Моя крошка... Люблю твой жадный ротик...
Она слизывает длинным острым языком капельки сгущенки, и медленно поглощает блин целиком. Это выглядит одновременно пошло и дико горячо. Вижу, как глаза Макара почернели от нахлынувшего возбуждения.
– Кажется, нам надо серьёзно поговорить, – он с шумом отодвигает стул, ставит девочку на ноги, и закидывает её на плечо, являя всеобщему обозрению её мелкую задницу.
– Нас не ждите... Мы на долго, – объявляет он, хлопая её по заднице в хлопковых розовых трусах, и уходит с девушкой на плече, как варвар.
Как только они скрываются в комнате, на кухне воцаряется звенящая тишина.
– Прости за это, – первым подаёт голос Матвей. – Он такой говнюк...
– Ладно, забей... Ничего страшного, – мне едва удается говорить непринуждённо, зная, что в эту секунду происходит за тонкой перегородкой в соседней комнате. – Слушай, я уже побегу. Не хочу застрять в пробке на мосту.
– Ладно давай. Вечером встретимся? – с надеждой спрашивает Матвей.
– Может всё-таки у меня... Ну пока, эти двое не наиграются...
– Ладно, давай.... Наверное, так будет правильно.
Нежно целую его на прощание, и проходя мимо комнаты Макара, стараюсь не прислушиваться. Но тонкая дверь практически не скрывает похабных звуков утренних игрищ этих двух секс-маньяков.
ГЛАВА 34. КОНЕЦ ЭПОХИ
На работе у меня из памяти не идут события пошлой ночи и сегодняшнего утра. В голове то и дело крутятся смутные образы нашей с Матвеем близости, в которые нагло вклинивается шумная парочка молодых сексоголиков.
В десять часов тебе звонит юрист Макса, как он и обещал, и мы договариваемся о встрече. Во второй половине дня у меня есть приличное окно между клиентами. Успешно передаю все необходимые документы, и получаю консультацию. Вся процедура занимает не больше получаса, и я выхожу из офиса юриста немного обескураженная, но счастливая. Ведь по его словам, деньги будут зачислены на специальный счёт в банке в течение недели. Но, к сожалению, часть от суммы пойдёт на выплату налогов.
"Что же делать, если не будет необходимой суммы к началу лечения?"
Хочется скорее поделиться хорошими новостями с Макаром, превозмогая обиду, набираю его номер.
– Уже соскучилась? – как всегда в своём репертуаре приветствует меня нахал.
– Я по делу, – сухо отвечаю я, чтобы пресечь дальнейшие издёвки.
– Ну валяй, деловая... Что там у тебя? – снисходительно бросает хам.
– Я встречалась сейчас с юристом Макса, на этой неделе вся сумма будет на моём счёте.
– Меня бесит даже его имя... Мааакссс... – шипит Макар со злобным стоном.
– Да, да и меня бесит. Почти как Мак... Мерзкое имечко...
– Я не понял, ты быканула сейчас?
– Ничего подобного...
– Не понравилось слушать как чьи-то яйца шлёпают по чьей-то голой заднице?
От его слов меня бросает в лихорадочный жар, спина моментально покрывается липким потом, а в голове воспроизводится именно этот мерзкий звук.
– Давай не будем... Пожалуйста, – молю я без всякого притворства, у меня нет ни сил, ни желания ворошить эти воспоминания, слишком больно.
– А я думал тебе понравилось... Подслушивать...
– Я не подслушивала! – кричу я, но и дураку понятно, что это неправда.
– Убеждай себя дальше, маленькая извращенка...
– Давай закроем эту тему, – строго говорю я, меня уже тошнит от всего этого.
– Это ты быкуешь... Не я!
– Всё, я тебя услышала... Больше не буду, – кажется, я сдалась.
– Вот и молодец. Потому что мы грёбаная команда... Нравится тебе или нет, – и он совершенно прав, то, что происходит со мной. не должно сказаться на Матвее.
– Да уж, – обречённо вздыхаю.
– Ты опять? – строго спрашивает Макар.
– Нет нет, мы команда, ты прав... Мы должны думать о Матвее сейчас. Я так переживаю, чтобы денег хватило, ведь придётся ещё платить налоги...
– Я смогу ещё сколотить бабла на последнем бою.
– Да, кстати об этом, что ещё за бой? Я смотрю Матвей в курсе, а я нет...
– В клубе пополз слушок, о том что я завязал, и Табло вызвал меня на последний бой.
– Ты же мог отказаться.
– Не мог, – которотко отвечает парень.
– Почему? – мне не хочется верить в то, что он снова подвергает себя опасности, ведь есть и другие варианты достать деньги.
– Потому что не хотел... Я его жопу напополам разорву, за то, что его шавки сделали со мной, – слышу, как он сплёвывает сквозь зубы. – Придёшь посмотреть? Будет эпично, – в его голосе слышна надежда.
– Я могу отказаться?
– Эээм, я не правильно сформулировал. Ты придёшь посмотреть, точка.
– Одной преданной фанатки тебе мало? – спрашиваю я, намекая на ночную гостью.
– Аааа эта, таскается за мной везде. Она по-любому будет, зови не зови...
– Ладно, я... подумаю, – уклончиво отвечаю я.
– Нихрена, ты уже согласилась...
– Ладно, я сказала всё, что хотела, – хочется закончить этот тяжёлый для меня разговор.
– Да, всё чикибамбони... Скоро будут готовы результаты анализов и обследования. Мот возьмёт больняк, и может ложиться операцию.
– Чем ближе этот день, тем мне страшнее, – не разделяю я энтузиазма собеседника.
– Не ссы, прорвёмся... Я же с тобой, жопа ты карамельная. Ну всё, покеда!
– Пока, – тихо прощаююс я, и сбросив вызов, дотрагиваюсь до пылающей щеки.
Даже звук его голоса заставляет меня гореть.
"Скорее бы всё произошло, чтобы я могла больше не общаться с ним..."
Хотя сама мысль о том, чтобы прекратить общение с Макаром полоснула острым лезвием по сердцу.
"Но, может быть, с глаз долой, и из сердца вон? Надеюсь это поможет. Сил больше нет, терпеть его выходки..."
