355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джей Форд » Место во тьме (ЛП) » Текст книги (страница 5)
Место во тьме (ЛП)
  • Текст добавлен: 25 августа 2019, 07:00

Текст книги "Место во тьме (ЛП)"


Автор книги: Джей Форд



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)

Глава 12

― Маляров было двое, и они вернулись в Новую Зеландию три месяца назад, ― сказала Энн, когда, наконец, перезвонила девушке.

– Ох.

Карли минуту помолчала. Было утро понедельника, Карли провела выходные, проверяя сообщения, беспокоясь о маляре с ключом, надеясь, что это был один из них и что полиция найдет доказательства и арестует его. Желая, чтобы он не воспользовался ключом снова, прежде чем его арестуют.

– Что насчет риелтора?

– Это большое агентство. Мы все еще опрашиваем людей.

Карли наблюдала, как машина заезжает на место напротив. Водитель был одним из учеников в ее классе. Они оба теперь опоздали на три минуты. Он вышел из машины и пошел быстрой походкой. Карли оставалась, где была.

– Что насчет Говарда Хелиера? У него был ключ месяцами.

– Вы сказали, он вернул его.

– Он мог сделать дубликат.

Энн сделала паузу.

– Ваша тень выглядела как он?

Карли услышала скептические нотки в словах про тень и почувствовала, как ее лицо обдало жаром.

– Я… не знаю.

Говард имел мужскую фигуру и был худощав, но она не станет это произносить вслух.

– Что насчет отпечатков пальцев? Есть результаты?

– Мы еще ждем.

– Даже первые?

Прошло почти две недели.

– Я собираюсь вернуться к этому позже, Карли.

Это не было «я все выясню». Это прозвучало как «Я не хочу обсуждать это сейчас».

А Карли уже бесила нехватка подробностей. Если Энн Лонг думает, что это остановит ее беспокойство, она ошибалась.

– Когда?

– Когда будет, о чем говорить.

– Я..

– Я буду на связи, Карли.

– Но…

Соединение прервалось.

– Да пошла ты тоже нахер.

Карли бросила трубку на пассажирское сиденье. Не маляры, но вероятно супервайзер ее здания, сосед или кто-то из агентства по недвижимости, с которыми все никак не наговорятся в полиции. Дерьмо. Она хотела, чтобы все это закончилось, желала спать по ночам. По крайней мере, получить информацию, которая развеет ее беспокойство, а не поднимет на новый уровень.

Все было не так. Она приехала сюда, чтобы начать жизнь заново, быть кем-то еще. Не бесшабашной Карли, которая убила своих друзей. Не похороненной под виной версией себя, ждущей тринадцать лет, пока судьба не исполнит приговор. А кем-то лучше, сильнее и альтруистичнее; кем-то стоящим, но она не найдет эту личность, если ее до смерти будет пугать страшный парень, сидящий на ее кровати.

* * *

Новая парковка была замечательной, хоть она и не делала гараж менее зловещим. Это была пещера из бетона, низких потолков, широких колонн, тусклого освещения, и там день и ночь стоял жуткий холод, прямо как в морозильнике. А сейчас флуоресцентной лампы позади нее не было. Она оглядывала тени в искушении броситься бегом к лифту, но ей надо было забрать кое-какие вещи с заднего сиденья. Нагруженная сумкой на плече, пальто и папкой, она бедром закрыла дверцу и наклонилась, чтобы поднять сумки с покупками. Когда эхо утихло, она услышала голос.

– Привет, Карли.

Она обернулась и увидела мужчину, стоящего во мраке на задворках ее машины.

– Дамиан, ― сказала она.

Девушка сразу же поняла, что ее руки были завалены сумками и ношей, и что она была зажата между колонной и другой машиной.

– Из общественных садов, ― сказал он. ― Мы встречались на ярмарке. Могу я помочь тебе с сумками?

Она пробежалась глазами вокруг. Откуда он появился?

– Нет, все в порядке.

– Тогда я вызову тебе лифт.

Он пошел к нему.

Карли шла следом, довольная тем фактом, что между ними было несколько шагов. Он казался милым на ярмарке, и все еще был таким, предположила она, но здесь было темно, а на ее постель садится мужчина, и она понятия не имела, с кем сейчас идет.

Дамиан нажал кнопку и подождал, пока она с ним не поравняется.

– Талия, девушка, которая жила в твоей квартире – я привык помогать ей с музыкальным инструментом.

Карли вежливо улыбнулась, думая: «Может Талия дала ему ключ».

– У нее был трехдверный автомобиль, а эта штука помещалась внутри только при поднятых задних сидениях.

– Вы хорошо ее знали?

– Я попросил ее сыграть на дне открытых дверей в общественных садах два года назад. Я думал, что она исполнит парочку номеров за ужином, но она играла часами. Это было фантастически, классическая музыка среди веганов, а люди ходили вокруг. К нам записалось рекордное количество людей.

Он усмехнулся, когда дверцы лифта начали расходиться.

– Я думаю, некоторые люди подумали, что она будет там каждые выходные.

Внутри маленькой кабины он нажал кнопки второго и четвертого этажей, Карли вжалась в противоположный угол, поставив сумки с покупками так, чтобы они служили своеобразным барьером между ними.

– У вас сегодня тихий вечер? ― спросил он.

Сегодня был праздник в честь Диккенса, но ему необязательно знать об этом.

– Да, а у вас?

– Надо переделать тонну работы. Я, вероятно, буду пить кофе в полночь, чтобы не уснуть.

На нем были брюки от костюма и белая рубашка, он выглядел не так как на ярмарке или в общественных садах.

– Чем вы занимаетесь?

– Я работаю в сфере айти.

Дамиан посмотрел на панель с номерами этажей, когда лифт замедлился, и отступил назад, когда лифт дернулся, остановившись в фойе. По другую сторону оказался кое-кто еще, кого она встретила на ярмарке: Стюарт – куратор в университете. Он какое-то время разглядывал Дамиана, а затем Карли, сутулился и вертел головой то в одну сторону, то в другую, как птица с длинной шеей.

– Привет, как поживаете? ― спросил Дамиан.

– Да, хорошо.

Он вошел, заполнил маленькое пространство между Карли и Дамианом и повернулся лицом к закрывающимся дверям.

В его присутствии разговор прекратился. Карли чувствовала себя неуютно в углу – загнанная в ловушку в задней части лифта, чей единственный путь наружу был заблокирован двумя соседями, обладающими мужской фигурой и худощавостью. В ее горле забился пульс, а ладони вспотели. Она почувствовала аромат, веющий от шарфа Стюарта, и мускусный запах офиса от рубашки Стюарта. Карли попыталась задержать дыхание. Хотела выбраться отсюда и пойти по лестнице.

Лифт замедлился на втором этаже.

– Мой, ― тихо сказал Дамиан.

Стюарт не нажал кнопку. Она что застрянет вместе с ним до четвертого этажа? Но мужчина двинулся, прежде чем дверцы разъехались, наклонив голову вперед, вжимая ее в плечи и выходя из лифта, как только щель оказалась достаточно большой, чтобы пройти. Дамиан замедлился на пути.

– Куплю вам кофе, если вы придете на ярмарку в субботу, ― улыбнулся он.

Он выглядел милым, но она не была уверена.

– Если смогу.

* * *

Карли не могла найти серьги, которые купила на ярмарке. Она обыскала маленькую коробку, где хранила свои немногочисленные украшения, ванную комнату, туалет, кофейный столик и столешницу на кухне. Она потратила двадцать минут на это и была раздражена, что все поиски были тщетны. Ее задело, что она потеряла их, намного сильнее, чем ожидала, хотя и осознавала, что это не совсем то из-за чего девушка расстроилась.

Она покинула квартиру без них, отправившись в книжный клуб, поднялась по зигзагообразным лестницам к квартире Элизабет с бутылкой вина и книгой «Великие ожидания», у нее слегка дрожали ноги. Карли когда-то была коммуникабельной и уверенной в себе, но сегодня она была Шарлотт. Девушка чувствовала дискомфорт на социальных встречах, всегда ощущала, будто ее ошибки были выгравированы у нее на лбу и руках. Шарлотт не подпускала никого близко с тех пор, как ее безрассудная высокомерная версия убила друзей. Это была самоизоляция – не только наказание, но и потому, что она боялась доверять себе.

Карли напомнила себе, что приняла приглашение Элизабет Дженнингс, потому что настало время. Все же осознание этого не умаляло ее нервов – тринадцать лет ощущения, что ты ничего не заслуживаешь, плюс то, что все это время она держалась в стороне от общения, не проходят бесследно.

– Карли.

Элизабет сказала это, будто объявила ее, стоя в дверях и осматривая свою гостью с ног до головы. Она подождала, пока Карли не пройдет в коридор, прежде чем обвить предплечье Карли костлявой рукой.

– Я слышала, что с вами произошел отвратительный случай. Вы в порядке?

– В порядке.

Она улыбнулась, будто это все уже было забыто, не желая, чтобы ее «инцидент» стал главной темой обсуждения.

– Хорошая девочка. Тогда больше не будем об этом.

Она жестко похлопала Карли по руке, а затем похромала впереди нее, сцепив руки вместе, когда зашла в гостиную.

– Люди, люди, наша гостья прибыла.

Карли с приклеенной улыбкой на губах, увидела, как к ней повернулась куча лиц. Сначала ей показалось что была толпа, но по мере того как Элизабет представляла их, Карли поняла, что их было всего шесть человек. Кристина держала тарелку с сыром и крекерами.

– Привет, привет, ― сказала она.

Карли узнала мужчину с забавными треугольными очками со стойки секонд-хенда на ярмарке.  Тут был старый мужчина с густыми седыми усами и темными кустистыми бровями, и три другие женщины. Карли предположила, та женщина, что облокотилась о костыли – Брук.

Ей вручили бокал вина, предложили закуски и втянули в разговор. Она испытала облегчение, когда поняла, что они были больше заинтересованы в собственной встрече, чем в допросе новенькой, и занялась осмотром квартиры Элизабет. Апартаменты напоминали квартиру Карли, но в то же время была совсем другой. Такие же высокие стены и французские окна, но больше, немного другая планировка, может две или три спальни, декорированные прекрасными, экзотическими… вещами.

Полки занимали почти все пространство у одной из стен и были заполнены книгами, блестящими предметами из фарфора и объектами, которые Карли не могла идентифицировать и к которым хотела подойти и потрогать. Тут стояли потертые кожаные диваны, кофейный столик с изысканно изогнутыми ножками, потрепанный обеденный стол, комод с рядами крошечных ящиков.

– Три минуты до старта.

Это сказал Роланд – старик, который, казалось, считал своей обязанностью следить за тем, чтобы бокалы не пустовали.

– Элизабет сказала «старта»? ― спросил мужчина с ярмарки, его голос был гладким с ритмичным акцентом.

– Немного не так, ― ответил Роланд. ― Она сказала «призвать к порядку». Но я подумал, что моя спортивная аналогия будет более соответствовать нашей привычной схватке.

Схватке? Улыбайся, Карли, они шутят.

– Не слушай его, ― сказала Кристина Карли, все еще держа тарелку с сыром. ― Все дело в веселье. Элизабет нравится быть ведущей, а нам нравится перекрикивать ее.

Она фыркнула.

– Это так и работает, не так ли, Дитрих?

Мужчина с ярмарки медленно кивнул, серьезно задумавшись.

– Именно так. Когда она попросит вас высказаться, просто будьте честной.

– А она попросит меня высказаться?

Не было ли слишком рано, чтобы уйти?

– О, определенно, ― Кристина отправила кубик сыра в свой рот и продолжила говорить с набитым ртом. ― Просто помни. Это книжный клуб, она не может тебя отчислить.

То, что последовало, не напоминало куртуазные дебаты, которые Карли ожидала от книжного клуба Элизабет. Все было продумано и хорошо прочтено, все шумели и спорили, было довольно весело там, где сидела Карли. Дерзкие заявления предваряли громкие крики, академичные замечания наталкивались на ссылки на телешоу и кино. Временами они надолго отклонялись от темы, особенно Максин – женщина с этажа Карли, которая разразилась речью о книжных магазинах в аэропортах, недавней поездке в Хорватию и на курорт в Турцию.

Элизабет продолжала вести вечер, добавляя мнения, призывая к порядку и, в конце концов, загнала Карли в угол. Посреди обсуждения «Великих ожиданий» и «Истории двух городов», она сказала:

– Карли, мы еще не слышали вашего мнения.

Это было не совсем так. Она голосовала за Гвинет Пэлтроу в киноверсии «Великих ожиданий» и сделала несколько попыток заговорить, заставляя себя участвовать в разговоре, неуверенная в том, когда наступала ее очередь, затем ждала слишком долго, а тема разговора уже сметалась.

– Мне нравится слушать, ― сказала она.

– Умение слушать – важное качество для члена книжного клуба. Хорошее напоминание для некоторых наших членов, ― Элизабет направила колючие взгляды на Роланда и Максин. ― Но умение слушать – не относится к дискуссии, Карли. Я заметила, что вы принесли одну из новелл, которую мы сейчас обсуждаем. Я хотела бы услышать ваши мысли.

Рот Карли пересох. Комната погрузилась в тишину. Она прочистила горло.

– В действительности, я только прочитала одну новеллу Диккенса, так что не думаю, что могу составить достойное мнение.

– Ясно, ― сказала Элизабет, ― но вы прочитали «Великие ожидания»?

– Да. Закончила этим утром, ― выдуманные тревоги позволили на некоторое время ей забыть о своих. ― Что вероятно позволяет мне припомнить больше деталей, но менее вероятно сказать что-то существенное.

Карли надеялась, что небольшой юмор может сгладить углы, но Элизабет ответила твердым тоном.

– Единственное, что важно, Карли, это то, что вы прочитали книгу.

Затем сказала собранию:

– Я предлагаю нам окончить наши текущие обсуждения и перейти к работе, с которой ознакомилась наша гостья. Кто хочет начать? Кристина?

Не желая оставаться под прицелом снова, Карли нашла в себе силы заговорить, чтобы быть услышанной, предложила короткие высказывания, надеясь, что это сдержит Элизабет в узде.

Встреча закончилась ровно через два часа после начала, Элизабет объявила, что далее последует ужин. Она встретилась с Карли взглядом через кофейный столик и послала ей единственный неулыбчивый кивок. Одобрение или неодобрение, Карли не могла сказать.

Она избегала пожилую женщину, попивая вино с Максин и Дитрихом, узнав, что первая была лектором в университете, а второй был немцем и писал криминальный роман в свободное время. Присутствие Карли, в конце концов, перевело разговор на ее новую квартиру.

– Почему Талия уехала? ― спросила Карли. ― Говард упоминал какой-то инцидент.

Максин обменялась взглядом с Дитрихом.

– Она попала в автомобильную аварию. Очень сильную.

– Травма позвоночника, ― добавил Дитрих.

– Паралич всех конечностей, ― Максин приподняла брови в молчаливом сочувствии. ― В любом случае, ты купила замечательную квартиру.

Используя десертную тарелку как извинение, чтобы уйти, Карли понесла ее через комнату, и подошла к Брук в другом конце комнаты, надеясь, что кексы помогут ей получить больше информации о Талии.

– Кристина сказала мне, что ты была подругой Талии, ― начала Карли.

Брук не отрывала глаз от кексов, выбирая.

– Да.

– Я купила квартиру Талии.

Брук взяла брауни, смотря за спину Карли, и ответила:

– Да.

Уже не в первый раз Карли вежливо игнорировали на соседских сборах, и ее лицо стало маской от инстинктивного чувства стыда, которое вспыхнуло моментально.

– Они вкусные, ― сказала она и двинулась дальше.

Карли не говорила с Элизабет с тех пор, как собрание завершилось, и морально готовилась к новому лаконичному высказыванию, когда настанет пора прощаться.

– Ах, Карли.

Элизабет стояла у обеденного стола, облокотившись о свою клюшку, и прощалась с покидающими ее гостями.

– Я наблюдала за тем, как ты думаешь в течение часа, и не могла вынести этого и дальше. Такое удовольствие видеть, что ты, наконец, пришла в согласие со своим разумом.

О чем это она?

– Я была… немного обескуражена толпой.

– Моя дорогая, если вы прочитали книгу, у вас есть право на мнение. Не позволяйте никому заставлять вас думать иначе.

Похлопывание по спине. Это заставило ее улыбнуться.

– Я запомню.

– Нашей традицией стало голосование за выбор новых членов, так что не могу поручиться за новое приглашение, но я буду выступать за вас. Вас скоро уведомят.

После неистового обсуждения, Карли удивилась формальности и того, что хотела, чтобы ее выбрали.

– Спасибо вам за поддержку. Прелестная комната. Полки – прекрасная декорация для книжного клуба.

– Спасибо, мне тоже нравится. Они напоминают мне о каждом дне моей замечательной жизни. Мы с мужем путешествовали по миру многие годы.

Карли посмотрела на них снова, гадая, сможет ли она также путешествовать в семьдесят или восемьдесят лет. Она уже потратила полжизни впустую.

– Вы собрали так много красивых вещей.

– С ними связана память. Вы должны прийти и выпить со мной чаю. Я смогу рассказать вам некоторые истории и попытаюсь не утомить вас.

Карли пошла по коридору к двери. С ее стороны пустынный центр склада был холодным и темным, эхо от ее шагов в тишине звучало как еще одни шаги по деревянному полу. Она оглянулась через плечо, чтобы убедиться в своем одиночестве. На зигзагообразных лестницах она оглядела атриум сверху вниз и никого не увидела, но по пути вверх ускорила шаг. К тому времени, как достигла четвертого этажа, она почти бежала. Головой вперед и тяжело дыша, с разгулявшимися нервами, она перепрыгнула верхнюю ступеньку и врезалась в кого-то на площадке.


Глава 13

Визг Карли и грохот падающих костылей эхом раздался по пустым коридорам.

– О, боже, извини, ― ахнула Карли.

– Нет, это моя ошибка, ― сказала Брук, цепляясь за перила.

Карли подняла костыли и передала их Брук, гадая, что та здесь делает – она жила этажом ниже. И кто поднимается по лестнице на костылях?

– Ты в порядке?

– Со мной все в порядке. Я не была уверена, пойдешь ли ты по лестнице или поедешь на лифте. Я думала, что увижу тебя, если подожду здесь.

– Ты меня ждала?

Она же игнорировала ее только полчаса назад.

– Да.

Она снова отвела глаза, как сделала, когда выбирала кексы, и переместила вес на костылях. Жест был скорее от неловкости, чем от неудобства.

Это заставило Карли подумать о поиске в интернете старых газетных статей.

– Зачем?

– Я…

Брук прикусила зубами нижнюю губу.

– …хотела извиниться.

Карли подняла брови.

– Передо мной?

– Сегодня вечером я была груба, и я не… это не… ― она издала слабый смешок. ― Я не хотела, чтобы ты подумала, что я игнорирующая тебя сука.

Извинение было началом.

– Я подумала, что ты можешь быть близорукой, ― сказала Карли и улыбнулась.

Брук коротко улыбнулась в ответ.

– Хотела бы я свалить все на это.

Она прочистила горло, вздохнула, будто то, что она собиралась сказать будет нелегким.

– Мы с Талией были подругами. Она в прошлом году попала в автомобильную аварию, и ей пришлось вернуться в Перт, чтобы жить с родителями.

– Я слышала. Мне жаль.

Брук повернулась к перилам, удерживая взгляд на темноте.

– Я все еще расстроена. Она была так талантлива, была таким хорошим человеком, а сейчас даже не может сама поесть. И я скучаю по ней. Вот почему я не хочу говорить на эту тему.

Брук пожала плечами.

– Я была действительно груба. Я слышала, как ты разговаривала с Максин о ней. Не ожидала этого, все на меня нахлынуло вновь.

– Да. Конечно же.

Это Карли понимала.

– В любом случае, я хотела сказать добро пожаловать в здание. Не думала, что смогу пойти к Элизабет, не расплакавшись, и не хотела, чтобы кто-то увидел, что я расстроена. Так что, добро пожаловать. Твоя квартира очаровательная, у нас с ней связано много хороших воспоминаний. Я надеюсь, тебе там понравится.

Она хотела спросить о друзьях Талии и ключах, но Брук выглядела так, будто сказала все, что хотела. Карли прошла с ней до моста через атриум, и Брук сказала ей, что дальше дойдет сама. Карли поняла потребность побыть одной с воспоминаниями и оставила ее, ковыляющую на костылях к лифту. Открыв квартиру, она оглядела длинный коридор и маячившую там тьму. Она благодарила Талию за то, что та уехала, а подруга Брук однажды вышла и больше не вернулась.

Тут было нехорошо. Воздух как будто наполнился чем-то темным и зловещим. Карли прошла к окнам, открыла дверцы нараспашку и позволила холодному зимнему ветру ворваться внутрь. Она не хотела, чтобы это зло касалось ее.

* * *

Он сверху и давит на нее всем своим весом. Удушающе. Его вес выдавливает из нее воздух.

Ее дыхание отрывистое, резкое и задыхающееся.

Его – теплое и касается ее лица.

Она не двигается. Не знает, может ли, просто не имеет понятия. Он больно врезаются костями в ее плоть. Колени, бедра, ребра. Ступни рядом с ее голенями, удерживают ноги девушки вместе.

Он не насилует ее. Еще нет.

Она хочет увидеть его лицо. Осматривает темноту и улавливает только тьму. Фигуру, очертания головы и плеч. Где его еб*ное лицо?

Гнев. Он не утих от того, чем тот ее парализовал, ощущается как желание бороться. Внутри нее. Она фиксирует взгляд на его тьме, желая, чтобы он ушел. Съ*бался и оставил ее одну.

Он не уходит. Сжимает руку вокруг ее горла.

Она задыхается, в ушах грохочет пульс. Ее гнев сменился ужасом, пробирающим до костей. Она зажмуривает глаза. Слышит его. Не слова, даже не голос. Просто сухой, неторопливый звук смеха. Он обдувает им ее веки. Кожа горит от страха. Паника визжит в голове.

Девушка ждет, когда последний воздух покинет ее легкие и наступит смерть. Но руки отпускают ее, давление уходит, а там, где были его пальцы, кожа холодна как лед.

Сейчас? Это случится сейчас? Он перережет ей горло? Сломает кости? Раздвинет ноги?

Слезы текут из-под ее век, но она не хочет открывать их, не желает видеть его сейчас. Она просто хочет, чтобы это закончилось.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю