Текст книги "Муаллим"

Автор книги: Дмитрий Лазарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

Вот только парень оказался далеко не так прост, как предполагал директор.

«О чем вы? – непонимающим голосом отвечал Олег на резкие выпады в свой адрес. – Максим Игоревич, наверное, вы что-то путаете».

Дерзкий юноша умело и тактично противостоял импровизированному допросу. В своем хладнокровии и самообладании Олег дал бы фору многим ровесникам, а его первоклассным навыкам лжеца могли бы позавидовать самые отъявленные преступники-рецидивисты. Молодой человек был полностью готов к трудному диалогу, легко отражал все нападки и твердо намеревался избежать наказания за содеянное.

Олег притворялся и изображал удивление подобно истинному мастеру лицедейства. То ли это был дар от рождения, то ли годами наработанное умение, но парень врал настолько хорошо, что едва не одурачил даже самого Максима. На мгновение мужчина с содроганием сердца решил, что ошибся и оклеветал ни в чем неповинного ученика. И ровно тогда по лицу Олега скользнула почти неуловимая, мимолетная, нахальная улыбка. Она застыла лишь на сотую долю секунды и сразу же пропала, но этого мига, этой крошечной ошибки Максиму оказалось достаточно, чтобы распознать обман и окончательно отбросить все сомнения.

Теперь было ясно наверняка – Олег Петров действительно торговал наркотиками в школе. И именно он чуть не стал главным виновником гибели Юли.

Но, несмотря на появившуюся уверенность в собственной правоте, у Максима по-прежнему не было ни единого весомого доказательства, способного уличить молодого человека в совершении преступления.

И Олег понимал это не хуже, чем допрашивавший его директор школы.

Максим смотрел на ученика с презрением. Олег отвечал взглядом, полным фальшивого удивления. Они понимали друг друга без слов. В то мгновение каждый легко читал мысли оппонента.

Расколоть мерзавца Максим так и не смог. Юноша покинул кабинет победителем, оставив поверженного директора зализывать раны и истерично искать другой выход из сложившейся ситуации. А спустя час в школу влетел разъяренный отец Олега.

«Как ты смеешь обвинять моего сына в торговле наркотиками! – гневно орал он на Максима, даже не пытаясь держаться в рамках приличия. Хорошо, что поблизости никого не было и этот разговор на повышенных тонах не коснулся посторонних ушей. – Ты хоть знаешь, что я – сотрудник правоохранительных органов? Мой отец и дед – заслуженные ветераны службы безопасности! Олег собирается после школы идти по нашим стопам в академию внешней разведки! А ты его просто так называешь преступником!?»

Никаких доводов со стороны директора разгневанный мужчина не слышал. Да и, по правде говоря, аргументов у Максима действительно не было. Лишь абстрактные догадки и приватный рассказ одной из учениц, которая едва ли согласилась бы публично подтвердить сказанные слова.

«Берегись, Леонов, – с ненавистью бросил отец Олега. – Такое я не спущу».

Завершив гневную тираду, мужчина ушел и громко хлопнул дверью напоследок.

И тогда Максим окончательно осознал, что эту битву он проиграл. Надеяться на раскаяние Олега точно не приходилось. Отец молодого человека был твердо убежден в добропорядочности своего отпрыска и даже не допускал мысли о его грязных поступках. И едва ли можно было рассчитывать найти свидетелей, готовых подтвердить виновность Олега. Никто из учеников в здравом уме не стал бы признаваться в том, что покупал наркотики.

– О чем ты только думал? – строго спросил Андрей, обреченно сложив руки за головой. – Без доказательств и без убедительных причин обвинил ученика в уголовном преступлении? А если ты ошибся?

– Думал, что смогу его разговорить, – без особого энтузиазма попытался оправдаться Максим. Он и сам понимал, что совершил большую глупость. – Но парень оказался крепким орешком. И я не ошибся, ясно? Я видел глаза этого крысеныша! Уж поверь, в них была написана вся правда.

– Жаль только, что его глаза к делу не пришьешь, – грустно пошутил Андрей. – А ещё хуже то, что его отец – полковник полиции, имеет влиятельные связи и теперь горит желанием публично тебя четвертовать. Про грубый наезд на ученика уже доложили высокому начальству в Министерстве образования и со дня на день тебя начнут прессовать по полной программе. Прости, но в этот раз я ничем помочь не смогу. Положить под сукно это дело так же, как инцидент с главой управы, теперь не выйдет. Слишком громкий шум уже поднят.

– У меня есть шанс выкрутиться?

– Не знаю, – честно сказал Андрей. – В министерстве на тебя давно косо смотрят. Раньше я не придавал этому значения. Но сейчас, как по заказу, ты подарил недоброжелателям отличную возможность для удара исподтишка.

– Ваши столоначальники-то чем недовольны? – удивился Максим. – Школа показывает хорошие результаты, лишних денег из бюджета не просит. Вам бы радоваться надо таким достижениям.

– Да я и рад, – вздохнул Андрей. – Но чужие успехи не всем греют душу. Попробуй взглянуть на ситуацию с позиции мелких чиновников. Они регулярно подают своим руководителям отчеты об успеваемости учащихся в подконтрольных школах. Из года в год эти цифры более-менее стабильны, как средняя температура по больнице. И – внезапно! – по одному из учебных заведений обнаруживается аномальный всплеск результативности, выходящий за рамки привычных погрешностей. Представляешь, каково будет этим клеркам, когда их боссы увидят твои достижения? У больших начальников быстро назреет очевидный вопрос…

– Почему на протяжении стольких лет уровень образования по городу особо не менялся, а тут вдруг в одной отдельно взятой школе произошли колоссальные сдвиги? – Максим предвосхитил слова друга.

– Именно. Да и вывод напросится сам собой: выходит, чиновники на местах плохо работают. Не уделяют должного внимания подведомственным образовательным организациям. Ставят на руководящие должности в школах не самых компетентных людей. Твои успехи, фактически, ткнут их всех лицом в грязь.

– Получу взыскание за чересчур хорошо выполненную работу, – покачал головой Максим. Слова Андрея вызвали у него грустную улыбку. Сложившаяся в стране система образования в очередной раз демонстрировала Максиму свою абсурдность.

– Пока что вся эта шобла бюрократов сидела молча и тихонько поскрипывала зубами. Но теперь, очевидно, они перейдут в наступление. Даже если скандал с обвинениями ученика в торговле наркотиками удастся замять, проверяющие все равно начнут копаться в твоем грязном белье и не спустят с рук ни малейшей оплошности, которую найдут.

– Да и пожалуйста, – Максим откинулся на спинку дивана и сложил руки на груди. – Пусть проверяют, что душе угодно. У меня всё шито-крыто.

– Прям так уж всё?

– Не сомневайся, – наклонившись к нему, сказал Максим. – За свою жизнь я научился как следует прятать грязное белье.

– Хорошо, если так, – сказал Андрей.

Разумеется, Максим не рассказывал Андрею про небольшие финансовые махинации, с помощью которых директор не совсем законно «вернул» деньги, которые одалживал школе из личного кармана. Не за чем было посвящать друга в столь нелицеприятные бухгалтерские детали. Но Андрей и сам прекрасно понимал, что Максим хорошо умел обходить правила и наверняка имел грешки за душой. Главное, чтобы эти грешки теперь не обернулись катастрофическими последствиями.

На несколько секунд в кабинете воцарилась тишина, которую нарушал лишь шум гулявшего по оконным карнизам ветра. Друзья сидели молча, углубившись в собственные мысли.

– Черт, я был так уверен, что смогу расколоть парня во время разговора и даже не подумал о последствиях собственной неудачи, – с нескрываемой досадой сказал Максим.

– Не первый раз гордыня ставит тебе подножку, – без всякого злословия и нравоучения заметил Андрей.

– Далеко не первый, – с сожалением согласился Максим и самокритично добавил: – Вот таким я бываю красавцем – наступаю на одни и те же грабли по нескольку раз на дню.

– Есть мысли о том, как будешь выпутываться из ситуации? – спросил Андрей.

– Ни малейшей.

– Хочешь, я одну умную вещь скажу? – посмотрев другу в глаза, спросил Андрей. – Только ты, пожалуйста, не обижайся.

– Валяй.

– На этот раз, может, всерьез подумаешь об уходе с должности директора по собственному желанию?

– Снова предлагаешь сдаться? – грустно усмехнулся Максим.

– Макс, поверь, они тебя сожрут с потрохами, – Андрей ничуть не преувеличивал нависшую над другом угрозу.

– Верю, – вздохнул Максим. В глубине души он понимал, что увольнение было бы самым разумным поступком. – Но отступать не стану. Не имею права. Этот мелкий урод чуть было не угробил девочку. И я землю буду грызть зубами, но заставлю его заплатить за содеянное. Пока не знаю как, но выведу мерзавца на чистую воду. Даже если это станет последним, что я сделаю в жизни.

Максим выговорился и откинулся на спинку кресла.

Всё это время Егор по-прежнему стоял за дверью, слыша каждое сказанное слово. Он нахмурился и крепко сжал кулаки. Всей душой юноша почувствовал, что был обязан во что бы то ни стало помочь директору. Ради достижения праведной и благородной цели, ради торжества справедливости Максим бросил на кон свою карьеру, ввязался в тяжелый бой с коварными, беспринципными соперниками и теперь мог потерпеть сокрушительное поражение.

В тот момент Максим как никто нуждался в поддержке. И как никто заслуживал её.

– Не беспокойтесь, Максим Игоревич, – тихо, почти неслышно проговорил Егор. – Мы справимся. Я ни за что не позволю вам проиграть.

Глава 20

Ползать ночью по густым зарослям кустов – то ещё развлечение. Наверное, случайному наблюдателю это зрелище показалось бы подозрительным и одновременно весьма комичным, но, к счастью, посторонних людей поблизости не было. Недаром всё же торговцы наркотиками предпочитали сооружать тайники для своих ядов в безлюдных и удаленных от чужих глаз местах.

Прежде Егор и представить себе не мог, что однажды будет копаться в земле в какой-то подворотне и как заправский торчок выискивать спрятанную неизвестным барыгой закладку с наркотиками. Ещё недавно подобная мысль показалась бы столь же нелепой, сколь и противной. Но отчаянные времена, как известно, требовали отчаянных мер.

Егор терпеть не мог ни наркотики, ни алкоголь. За свою жизнь он уже сполна насладился обществом пьяницы матери и прекрасно понимал, что затуманенный людской рассудок никогда не доводил до добра. Но далеко не все подростки в его возрасте были способны понять эту простую и очевидную истину. Большинству ровесников Егора употребление легких наркотиков напоминало забавную игру, у которой как будто не существовало дурных последствий. Опьянение казалось им веселым и прикольным эффектом. Сродни адреналиновой эйфории, которую испытывал ходивший по краешку крыши небоскреба экстремал. Ровно до момента, пока не оступался и не срывался вниз.

А оступиться рано или поздно мог каждый.

– Вот ты где, – тихо, но торжественно воскликнул Егор, нащупав пальцами присыпанный влажной землей целлофановый сверток. Молодой человек оглянулся по сторонам и убедился, что поблизости не было посторонних, после чего достал и осмотрел перемотанный скотчем прозрачный пакетик с круглыми таблетками внутри.

Для Егора это была первая покупка наркотиков в жизни. Раньше он ни разу не сталкивался с подобной задачей и искренне удивился тому, насколько просто оказалось незаконно раздобыть психотропные вещества. Всего-то понадобилось найти в интернете тематическое сообщество любителей марихуаны, отправить администратору анонимное послание и следовать простым инструкциям – положить деньги в укромное место, а спустя некоторое время – забрать заказанный товар.

Осознание этой легкости наркоторговли вызывало у Егора гнев. Продавцы смертью свободно шастали по улицам и без зазрения совести давали отраву любому, кто готов был платить. Они играючи, без сожалений рушили чужие жизни ради наживы, и никто как будто не давал им достойный отпор.

«А ведь закладку, возможно, оставил такой же простой парень как я», – с тоской подумал Егор, убирая сверток с метадоном в карман.

К сожалению, немало молодых людей в стране было вовлечено в торговлю наркотиками. Жажда быстрых денег легко затуманивала их неокрепший разум и толкала на неверную дорожку. Школьники и студенты оказывались особо падкими на видимую простоту подобной работы, которая не требовала ни знаний, ни образования и сулила неплохие барыши. Мелким барыгам было плевать, что производители наркотиков попросту наживались на них и перекладывали риски на чужие плечи. Для молодежи получаемые за продажу дури копейки казались манной небесной. За неделю они могли заработать больше, чем за два месяца стояния у кассы в «Макдональдсе». Или за двенадцать смен на погрузке товаров в порту. И эта простота моментально подкупала.

Зачастую молодые закладчики были слишком неразумны, чтобы бояться ответственности за свои поступки. Страх и осознание собственной глупости приходили позднее. После того как их ловили за руку, доставляли в отделение полиции, а за спиной захлопывалась металлическая дверь клетки для задержанных. Только тогда незадачливые дилеры, наконец, понимали, что эта мелкая «подработка» навсегда разрушила их жизнь.

– Пора линять, – сказал себе под нос Егор. – Пока меня кто-нибудь не заметил.

Он накинул на голову капюшон толстовки, убрал руки в карманы и быстро направился прочь. Адреналин в крови и тревога быть пойманным назойливо подталкивали Егора сменить шаг на бег, но молодой человек всё же старался не терять самообладания. Бегущий парень наверняка привлек бы внимание окружающих. В отличие от обычного, мирно прогуливавшегося школьника.

Поймав эту мысль, Егор сбавил ход и сдернул капюшон. Действительно, к чему было выглядеть подозрительным и прятаться от мимолетных взглядов прохожих? Наоборот, стоило поднять голову и идти вперед без всякой опаски. Как простому добропорядочному гражданину.

В метро Егор решил не спускаться. Куда безопаснее было добраться до дома на наземном транспорте, пусть эта дорога и заняла бы чуть дольше времени. Дождавшись на остановке нужного автобуса, Егор зашел в почти пустой салон, забился на самое дальнее место и уставился в окно. За стеклом, кое-как различимые в темноте, проплывали многочисленные дома и яркие, подсвеченные неоновыми вывесками витрины магазинов.

Егор достал из кармана джинсов телефон и посмотрел на время. Часы показывали полночь. Второй этап выстроенного им коварного плана подошел к концу. Настала пора переходить к заключительной части.

Вернувшись домой, Егор до самого рассвета не находил себе места. Он пробовал поспать, но проворочавшись в кровати несколько часов оставил эту безнадежную затею. Затем, чтобы хоть как-то скрасить остаток ночи, взялся за чтение, но и тут потерпел неудачу – после каждой прочитанной строчки его мысли уходили куда-то прочь. В конце концов молодой человек вылез из кровати, оделся, а затем принялся искать на полках старого платяного шкафа небольшую картонную коробку, которую убрал туда полгода назад. Через несколько секунд коробка оказалась в руке молодого человека и из неё послышался тихий металлический звон. Егор аккуратно снял плотную крышку и посмотрел на лежавшие внутри небольшие железные колокольчики.

Когда-то именно с их помощью Егор научился мастерски обчищать чужие карманы: прикреплял колокольчики к висящему на вешалке пальто или куртке, а затем оттачивал умение беззвучно запустить под одежду свою руку и незаметно вытащить всё, что лежало внутри. Пальцы у Егора оказались ловкими и проворными. Довольно быстро он освоил искусство щипача и вскоре уже мог с завязанными глазами лазать по карманам зазевавшихся прохожих.

Найдя на полу свой рюкзак, Егор повесил его за лямки на спинку стула, а затем по очереди принялся прикреплять колокольчики к пришитым застежкам и молниям. Комнату наполнил тихий перезвон.

Молодой человек не стеснялся шуметь посреди ночи – кроме него в квартире всё равно никого больше не было. Мать работала в ночную смену и должна была вернуться только под утро.

Обычно Егор уходил из дома до её возвращения. Почти каждый раз женщина приходила с дежурства пьяной, а затем сутки отсыпалась в своей комнате. И Егор не испытывал ни малейшей радости от встречи с напившейся в очередной раз матерью.

Юноша встряхнул голову, словно выбрасывая из нее посторонние мысли, взял в руки небольшой сверток с таблетками, обошедшийся ему в четверть месячного оклада, и сконцентрировался на цели. Раньше Егору приходилось лишь доставать вещи из чужих сумок. Теперь же предстояло сделать всё наоборот.

Рефлексы выполнили работу за него. Отточенным движением Егор немного расстегнул молнию на рюкзаке. Крохотной щелки в несколько сантиметров оказалось достаточно для того, чтобы незаметно пропихнуть внутрь упаковку с наркотиками. Мгновение – и смотанный скотчем пакетик коснулся дна поношенного ранца. И в ту же секунду квартира наполнилась мелодичным звоном.

– Твою мать! – ругнулся Егор. Похоже, за прошедшие полгода его руки всё же немного отвыкли от тонкой и филигранной работы карманника. Достав сверток, он повторил попытку, но колокольчики снова сообщили о неудаче.

На мгновение Егора охватила паника. Что если он ошибется? Не справится? Облажается? Но парень тут же прогнал дурные мысли прочь.

– Хрена-с два я облажаюсь, – грозным голосом сказал Егор, посмотрел на рюкзак и в третий раз мягко закинул наркотики внутрь.

В этот раз колокольчики промолчали.

До самого рассвета Егор отрабатывал свой опасный навык на импровизированном тренажере. Лишь когда комната полностью залилась утренним светом он, наконец, остановился. Почистив зубы и кое-как впихнув в себя наскоро состряпанный завтрак, Егор направился в школу.

Дело теперь оставалось за малым.

Найти Олега Петрова оказалось нетрудно. По утрам он, как всегда, ошивался в холле первого этажа, шумно общаясь со своими друзьями. Егор встал в отдалении и принялся незаметно изучать жертву. В рюкзаке, болтавшемся на плече Олега, было полным-полно мелких кармашков и каждый идеально подходил для того, чтобы подбросить туда наркотики.

Через какое-то время Олег закончил болтать с товарищами и неспешной походкой направился в одну из школьных аудиторий. Егор быстро нагнал его на лестнице и, плотно придвинувшись, проделал процедуру, которую отрабатывал на протяжении всей ночи. Секунда – и его ловкая рука расстегнула молнию рюкзака, висевшего на спине у шедшего впереди парня. Ничего не заметивший Олег продолжил подниматься по лестнице. Ещё секунда – и пакетик с таблетками незаметно перекочевал из пальцев Егора в приоткрытый кармашек сумки.

Олег резко остановился, обернулся и посмотрел на непонятно почему сблизившегося с ним однокашника.

– Тебе места что ли мало? – недовольно спросил он.

– Догнать тебя пытаюсь, – изо всех сил скрывая охватившее его волнение, ответил Егор и пальцем указал на голову Олега. – У тебя какая-то фигня в волосах застряла.

Уловка сработала.

– Где? – Олег тут же начал тормошить волосы рукой.

– На затылке, – соврал Егор, незаметно закрывая молнию рюкзака.

– Ещё есть?

– Нет, – ответил Егор. – Скинул вроде. Кажется, нитка была.

– Ну отлично, – вместо слов благодарности бросил Олег и продолжил свой путь.

По телу Егора прокатилась дрожь, к горлу подступил неприятный комок. От осознания чуть было не постигшей его неудачи юношу на мгновение парализовало, но Егор быстро взял себя в руки. Сбежав по ступенькам лестницы на этаж ниже, Егор встал у окна, достал из кармана мобильный телефон и принялся быстро печатать сообщение директору.

«У Олега Петрова в рюкзаке наркотики», – написал он.

«Откуда ты знаешь?» – тут же пришло ответное сообщение от Максима.

Говорить правду Егор не осмелился. Да и ни к чему было директору знать правду, полагал он. Сиюминутная ложь в тот момент казалась Егору куда меньшим из зол.

«Обыскал его сумку», – напечатал Егор.

Ответа от Максима не последовало, но юноша не сомневался, что директор незамедлительно примет решительные меры. Никаких угрызений совести в тот момент Егор не испытывал.

«Это тебе за Юлю, подонок, – сурово подумал он. – Ты это заслужил».

В центральном городском парке было тихо и умиротворенно. По гладким асфальтированным дорожкам, наслаждаясь теплой весенней погодой, неспеша прогуливались люди, мимо которых то и дело вихрем проносились многочисленные бегуны и велосипедисты. Пушистые, упитанные от частых подачек прохожих белки скакали по деревьям, на ветвях которых, прячась от чужих взглядов в густой листве, примостились и чирикали свои тихие песни вьюрки и скворцы.

Марина сидела на лавочке под сенью огромного развесистого дуба и мелкими глотками пила горячий кофе из бумажного стаканчика в ожидании Максима, который должен был появиться с минуты на минуту. Вскоре на горизонте возник знакомый мужской силуэт, Максим быстрым шагом приблизился к подруге и, поздоровавшись, уселся рядом с ней.

– Только что говорил со следователем, – сказал Максим. – Олега поместили под домашний арест. Суд будет месяца через два, но полицейский уверен, что парня признают виновным. Всё-таки его взяли с поличным.

– И какое наказание ему светит? – холодно спросила Марина. Обычно заботливая и чуткая к чужим проблемам, в тот момент она словно выбросила из сердца способность любить и сопереживать другим людям. Или, по крайней мере, одному конкретному человеку. От такой разительной перемены в характере Марины сидевшему рядом мужчине сделалось не по себе.

– Тюрьмы он, скорее всего, избежит. Олег пока несовершеннолетний, ранее к суду не привлекался, так что отделается условным сроком.

– Ты рассказал следователю про Юлю? – спросила Марина.

– Конечно нет, – ответил Максим. – Наверное, если сообщить о случившемся с ней судье, то наказание для Олега станет гораздо жестче, чем обыкновенный условный срок. Но я этого делать не стану.

Намек директора был предельно понятным: Марине предстояло самой решить, стоило ли открывать миру правду о дочери ради того, чтобы как можно сильнее покарать чуть было не убившего Юлю человека. Встреча Марины со следователем была назначена на завтра, так что время на раздумья у неё пока что было.

– Как думаешь, почему Олега Петрова вдруг задержали? – тихо спросила Марина. – После вашего разговора тета-тет ему было бы лучше вести себя тише воды. А он, напротив, разгуливал по городу с наркотиками в кармане – и угодил прямо в лапы к полиции.

– Следователь сказал, что поступил сигнал от информатора, – пожимая плечами, ответил Максим. – Может быть, Олег собирался перепрятать дурь, а кто-то из подельников его сдал. Или просто собирался избавиться от улик.

– Наверное, – покачала головой Марина и с нескрываемой жестокостью в голосе добавила: – В любом случае, так ему и надо.

Максим сказал Марине неправду. Он отлично знал, откуда в сумке Олега взялись наркотики и почему полиция решила его обыскать. Ключевым звеном этой цепочки событий оказался молодой помощник директора Егор. Каким-то образом пронырливый юноша умудрился узнать про незаконную «подработку» Олега Петрова, ставившую на кон человеческие жизни. А заодно и про его твердые намерения уйти от ответственности за совершенные преступления.

И тогда Егор решил собственными руками вершить правосудие, пусть даже и вопреки букве закона.

У директора не было ни малейших сомнений в том, что именно Егор подложил наркотики в сумку Олега. Глупое СМС-сообщение, полученное от него Максимом, со всеми потрохами выдало безрассудный поступок школьника. Наверное, мужчина должен был на корню пресечь эти не лезшие ни в какие ворота действия и устроить страшную выволочку своему юному подмастерью. И уж тем более ему не следовало выходить за границы дозволенного и поддаваться на провокацию, подстроенную Егором.

Но у сложившейся ситуации имелась и обратная сторона.

Без прибегания к крайним мерам Максиму едва ли удалось бы наказать Олега Петрова, сполна заслужившего наказание. Возмездие за совершенные безнравственные, жестокие и страшные поступки намеревалось обойти негодяя стороной. И одна лишь эта мысль вызывала у Максима лютую ярость.

Праведным гневом кипел не только директор школы. Гораздо сильнее в торжестве справедливости нуждалась и Марина, чуть было не потерявшая по вине Олега свою дочь. Имел ли Максим право упустить возможность отплатить за её страдания?

А главное – мог ли директор равнодушно пренебречь риском, который взвалил на свои плечи Егор? Далеко не всякий осмелился бы самостоятельно раздобыть наркотики и подкинуть их злодею, наплевав на все возможные угрозы. Конечно, юному помощнику Максима было не привыкать нарушать грань дозволенного. В отличие от большинства сверстников, Егор не раз совершал опасные поступки, делая это не по малолетней глупости, а от безысходности и нужды. Слишком рано ему пришлось научиться самому о себе заботиться. Но в этот раз Егор рисковал головой не ради себя, а ради других. Делал то, на что ещё полгода назад, наверное, ни за что бы не сподобился.

Из двух зол Максиму предстояло выбрать одно. Чем-то он был обязан пренебречь – или справедливостью и правосудием, или же нормами закона и морали. Недолго думая, Максим принес в жертву последнее.

Рубикон остался позади. Отбросив сомнения и страхи, Максим перешел к действиям и сообщил о наркотиках уже знакомому сотруднику полиции. Ну а дальше страж правопорядка просто исполнил свой долг и организовал проверку поступивших к нему сведений, которые, как оказалось, были совершенно правдивыми. Молодого человека с пакетом наркотиков в рюкзаке незамедлительно задержали и доставили в отделение полиции.

– Как думаешь, удастся скрыть всю эту историю от других учеников? – поинтересовался Максим.

– Навряд ли, – помотала головой Марина. – Не первый раз сталкиваюсь с подобным и по опыту знаю, что такие новости быстро расходятся по школе. Отчасти это даже хорошо. Пусть дети своими глазами увидят, что за совершенное зло последует наказание.

– Его пример – другим наука? – процитировал Максим известные слова одного из русских поэтов.

– Да, – кивнула Марина, после чего опустила глаза. – Но знаешь…

Она повернула голову и посмотрела на Максима полным тоски взглядом.

– Я готова отдать всё на свете, лишь бы такие примеры никогда больше не понадобились.