Текст книги "Откуда вам это известно, Кан Мёнджин? (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Слав

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 33 страниц)

– Ты знаешь, – сказала она, поднося чашку с кофе к губам, – мне нравится, как ты изменился в последнее время.

– Это комплимент? – я поднял бровь.

– Конечно, – ответила она, не скрывая улыбки. – Я вообще не помню, чтобы когда-нибудь удалось перекинуться с тобой больше чем парой слов.

– Приятно слышать, – сказал я, иронично склонив голову. – Хотя не знаю, насколько ты серьёзно.

– Вполне серьёзно, – она встретилась со мной взглядом. – Продолжай в том же духе, Мёнджин-ши.

Обед пролетел незаметно. Вроде бы ничего необычного, просто разговор, но в прошлой жизни, находясь на вершине мира, я сильно истосковался по простому человеческому общению.

Когда мы вернулись к моему столу, Ханби остановилась, чтобы забрать оставленные документы. В тот момент, когда я случайно посмотрел на них, перед глазами вспыхнуло видение. Пока нас не было, кто-то явно интересовался этими бумагами. Однако на этот раз это был не тот человек, которого я видел раньше. Это был мужчина, одетый в обычный офисный костюм. Он стоял прямо около стола и неторопливо перелистывал страницы. Я его не знал.

Я моргнул, и видение исчезло. Я не стал говорить об этом Ханби – зачем её тревожить? Она-то точно ничего не заметила. Единственное, на что я обратил внимание, – заглавие документа. Ничего особенного, это был один из отчётов, над которым я работал ещё вчера, на тему релиза нового продукта. Улыбнувшись на прощание, Ханби вернулась к своему столу.

Я сел обратно, глядя на экран перед собой. Лицо мужчины было зафиксировано в памяти, так что я точно его не забуду. Возможно, позже это видение приобретёт смысл, но пока я просто решил продолжить работу.

Когда стрелка часов переместилась к двум часам дня, ко мне подошёл Со Гунхо. Он остановился у моего стола, сложив руки на груди. Посмотрел на меня строго – вообще, судя по воспоминаниям Мёнджина, этот человек всегда пытался выставить себя кем-то важным. Сейчас в нём чувствовалась лёгкая усталость от необходимости говорить с подчинённым.

– Мёнджин, – сказал он, опираясь ладонью на мой стол. – Тебя вызывают. Немедленно.

Его голос звучал довольно буднично, словно речь шла об очередном отчёте на проверку.

– Наверх? – уточнил я.

– Да. Я проведу.

Снова разговор о покушении? Вздохнув, я поднялся и пошёл за Со Гунхо к лифту. День, похоже, обещал быть интересным.

Глава 5

Двери лифта плавно раздвинулись, открывая просторный холл. Свет ламп отражался от полированного мрамора, а стены были украшены минималистичными картинами. Со Гунхо шагнул вперёд первым, даже не обернувшись, чтобы убедиться, что я следую за ним.

Я задержался на секунду, будто поправляя рукав пиджака. На самом деле я воспользовался моментом, чтобы сосредоточиться. Моя способность всегда требовала тонкого баланса в концентрации. Закрыв глаза, я позволил видениям прийти.

Мир вокруг дрогнул. Пространство передо мной замерло, словно кто-то поставил фильм на паузу. Линии судеб стали проступать, сначала неясно, но вскоре обрели чёткость. Я сосредоточился на кабинете, к которому мы приближались. Границы реальности размылись, позволив заглянуть вперёд.

Меня окружила тишина. В видении я уже стоял в просторном кабинете, наполненном едва уловимым ароматом кофе и дерева. Сон Чаён сидела за своим столом, сцепив руки перед собой, взгляд был сосредоточен на мне. Её лицо казалось усталым, черты строгие, но женственные. Без преувеличения можно сказать, что это очень красивая девушка. Правда, лёгкие тени под глазами выдавали бессонные ночи. При этом держалась она весьма властно, мне было очевидно, что она давно занимает руководящую должность. Я заметил, как она сместила взгляд и чуть двинула пальцем, переключая страницу на стоящем перед ней планшете.

Затем я перевёл взгляд на телохранителя, стоящего позади неё. Я сразу узнал этого человека. Именно он прочитал моё заявление об увольнении. Его взгляд был цепким, он внимательно следил за каждым моим движением.

Я медленно обернулся, разглядывая кабинет. Полки с книгами, документы, аккуратно сложенные стопки бумаг. Ничего примечательного на первый взгляд, но я заметил мелкие детали: на одном из документов лежала ручка, оставленная под углом, который мог выдать небрежность или спешку. Кофейная чашка была пуста, но всё ещё стояла на столе, что говорило о недавнем перерыве.

Странно: несмотря на моё поведение, меня так никто и не одёрнул. По сути, я в открытую игнорировал высшее начальство, почти демонстративно рассматривая комнату, – и ничего. Смотрят внимательно, но молчат. Видимо, в курсе, что я довольно… нестабильный. Учту.

Завершив осмотр, я вернулся к реальности. В следующую секунду я снова оказался в холле. Со Гунхо бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не сказал, даже не замедлив шаг. Моё короткое промедление прошло для него незамеченным.

Когда мы подошли к двери кабинета, Гунхо остановился и коротко постучал. Затем повернулся ко мне:

– Тебя ждут. Постарайся не задерживать их слишком долго.

Я кивнул.

Дверь за мной закрылась с мягким щелчком. Сон Чаён подняла голову от планшета, её взгляд остановился на мне. Она жестом предложила сесть напротив её стола. Я сел, ведя себя непринуждённо, хотя внутренне был готов к любому развитию событий.

– Кан Мёнджин-ши? – произнесла она несколько прохладным тоном.

– Да, сонсэнним, – коротко ответил я.

Девушка склонила голову, оценивающе разглядывая меня.

– Меня зовут Сон Чаён, на текущий момент являюсь вице-президентом компании, – представилась она. – Недавние события привлекли моё внимание к вашей персоне.

– Надеюсь, мне не о чем беспокоиться? – сказал я с улыбкой.

Она покачала головой.

– Всё хорошо, не беспокойтесь. Я ценю сотрудников, которые делают существенный вклад в нашу работу. Вы, похоже, один из них, – Сон Чаён сделала паузу, затем добавила: – Хотелось бы услышать, как вы видите своё будущее в компании.

Почти прозрачный намёк. Странно, когда это Мёнджин сделал «существенный вклад»? По факту я только пару дней в компании, моя работа ещё не настолько заметна. Прокручивая в Зазеркалье свои попытки задать этот вопрос, я неизменно наталкивался на то, что вначале хотели выслушать меня. Тогда я начал попробовать разные формулировки – от совсем невинных до тех, что могли вызвать явное недовольство, – но в каждой вариации мне приходилось учитывать, что ей, скорее всего, уже известны мои планы покинуть компанию, даже если она этого не показывает. Но даже если они ей не известны – она узнает о них сразу после моего ухода, судя по реакции её телохранителя в этих ответвлениях.

– Если честно, я задумываюсь об увольнении, – в итоге выбрал я единственно верный ответ.

За её спиной раздалось короткое хмыканье. Телохранитель явно позволил себе больше, чем планировал. Чаён слегка прищурилась, но не обернулась. Для неё было важным не потерять зрительный контакт.

– Это неожиданно, – сказала она. Её голос остался спокойным. – Могу я узнать, что заставляет вас думать об этом шаге?

– На то есть несколько причин, Сон Чаён-ним. Во-первых, мне не очень нравится, когда кто-то позволяет себе досматривать мои личные вещи в моё отсутствие. Пусть даже эти вещи находятся в помещении компании.

– Я сожалею, если это случилось. Мне ничего об этом не известно.

– И тем не менее это произошло. Причём неоднократно за очень короткий срок, и у меня есть сомнения в том, что руководство компании совершенно не в курсе. Я уточнял у коллег – это были люди из службы безопасности. («На самом деле не уточнял, но факт достоверный», – мысленно прибавил я.)

Она сохраняла спокойное выражение лица, хотя её глаза на мгновение сузились, выдавая раздражение.

– Это весьма тревожное заявление, – произнесла она, чуть приподняв подбородок. – Я обещаю разобраться в этом. Если это действительно так, подобное поведение неприемлемо.

Чаён сделала паузу, оценивающе глядя на меня.

– Однако, Кан Мёнджин-ши, вы говорили, что это не единственная причина. Значит, есть что-то ещё, что вас не устраивает?

Адекватных вариантов продолжения диалога становилось всё меньше. Но у меня была заготовка – благодаря Ханби.

– Нет, это не единственная причина, – сказал я. – На самом деле есть ещё один, более личный повод.

Чаён подняла бровь, заинтересованно ожидая продолжения.

– Дело в том, что я наконец-то нашёл препарат, помогающий справиться с недугом, от которого я страдаю большую часть жизни, – продолжил я. – До этого моё состояние мешало мне сосредоточиться, теперь же эта проблема решена. И пусть всё замечательно, но также это помогло мне понять: это место больше не для меня. Я чувствую, что должен искать новую работу, где смогу начать с чистого листа и использовать свои возможности в полной мере.

На секунду в комнате повисла тишина. Лицо Чаён оставалось непроницаемым, но я заметил, как её пальцы чуть крепче сжали планшет. Телохранитель позади неё едва слышно вздохнул.

– Вы хотите сказать, что текущие результаты совсем не являются пределом ваших возможностей? – спросила Чаён и слегка прищурилась. – Это звучит… любопытно.

– Простите, но о каких результатах вообще идёт речь? – решил я всё-таки задать вопрос. Причём не заглядывая в возможное будущее, поскольку на этот раз не сомневался, что получу ответ.

Сон Чаён помолчала, в её взгляде всё ещё мелькала задумчивость.

– Кан Мёнджин-ши, – начала она, – ваш руководитель, Со Гунхо, приходил к вам лично, чтобы выдавать задания. Мне интересно: как часто?

Я же только так и работаю? Я даже заглянул в вариант, где обдумываю, к чему это вообще сказано.

И меня осенило. Я вообще никогда не подписывал папки, этим занимался лично Со Гунхо.

– Если честно, я даже не задумывался, – осторожно сказал я. – Практически все документы приходят через Со Гунхо. Я просто предполагал, что это часть моего рабочего процесса.

Она отрицательно покачала головой.

– Примерно половина из этих задач, – произнесла Чаён, – связана с уровнями отчётности, на которые вы не должны были вообще выходить. Более того, я бы сказала, что ваши усилия не остались незамеченными… Но вот награду получили не вы.

Вот это поворот. Я долго не мог понять, почему мой руководитель так спокойно закрывает глаза на все мои странности, хотя повод для увольнения он мог найти легко. И вот теперь пазл сложился: я его более чем устраивал, все проблемы с головой шли только в плюс! Хм… И это до Чаён ещё не дошла информация, что и часть правок, которые якобы делала Ким Ханби, тоже принадлежат мне. Впрочем, надо признать, там никогда не было ничего по-настоящему важного.

– Что ж, это… неожиданно, – произнёс я, наконец обретя дар речи. – Не могу сказать, что вы меня порадовали.

Чаён продолжала внимательно меня рассматривать.

– Что я могу предложить, чтобы вы остались? – мягко спросила она.

Разговор наконец-то свернул к тому, из-за чего меня, очевидно, и вызвали в этот кабинет. Меня тут повышать планировали, а я с увольнением пришёл – не самая приятная ситуация для Сон Чаён. И всё-таки девочка неплохо справляется. Она ещё ни разу не сорвалась на меня, разговор был исключительно деловой. Причём я говорю обо всех альтернативных разговорах, в которых я успел поучаствовать.

Хорошо. Видимо, все мысли, что успели прийти мне в голову до этой беседы, можно смело забыть. Неактуально.

Как же хорошо, что хотя бы какие-то способности остались при мне! Что бы я мог придумать прямо сейчас, пока обсуждение в горячей фазе, если бы я не имел возможности поставить мир на паузу? Скорее всего, оставалось бы только попросить отсрочку, чтобы подумать. Но с тем, что есть, у меня фактически остаётся ещё пара дней непрерывных обсуждений с Чаён, детали которых она так никогда и не узнает.

– Давайте начнём с самой вершины. Хочу стать исполнительным директором.

Сон Чаён подняла бровь, но в её глазах не отразилось ни раздражения, ни насмешки. Скорее, лёгкий интерес.

– Это… возможно, – наконец произнесла она с полной уверенностью. – Но прежде мне нужно увидеть, как вы справляетесь с задачами такого масштаба. Вы готовы доказать, что это вам по силам?

Что?

– Я вообще-то не возлагал на эту развилку никаких надежд…

– Простите, что вы име…

Я вернулся в настоящее, сохраняя спокойствие, – и не такое случалось. Ладно. Видимо, заинтересованность и в самом деле серьёзная…

В другой вероятности мне захотелось задать прямой вопрос:

– Я могу узнать, насколько сильно вы во мне заинтересованы?

Сон Чаён ответила не сразу, будто размышляя, стоит ли быть откровенной. Затем она коротко вздохнула и произнесла:

– Мёнджин-ши, ваша деятельность на текущей должности принесла компании суммарно около десяти миллионов фунтов, то есть около пятнадцати миллиардов вон. И это при том что у вас отсутствовал нормальной уровень доступа к информации. Вы фактически работали с неполными данными. Не всегда, но в большей части действительно важных случаев.

Этот ответ был достаточно важным, чтобы я повторил этот вопрос и в реальности.

Что же, ещё несколько наводящих вопросов в вариациях, и картина окончательно прояснилась. Осталось определиться с решением.

На самом деле ситуация немного смешная. Результат работы Мёнджина – всего лишь побочный эффект случайных прикосновений к нитям судьбы. Стоит ли это вообще сравнивать с той работой, на которую способен я? Удивительно, но, по всей видимости, в этом мире можно буквально взлететь, имея совсем незначительный, по моим меркам, дар.

А ещё забавно, как легко для меня здесь открываются возможности. Мой путь всегда был ясен: участвовать жизни, менять людей. По-настоящему, эффективно. Для этого нужны ресурсы, влияние, доступ к сложным ситуациям. Без этого помощь отдельным людям – лишь капля в море, зачастую бесполезная в долгосрочной перспективе. Так что пусть и власть – не самоцель, но точно необходимый инструмент. И эта корпорация может дать мне этот инструмент.

Правда, есть ещё один аспект…

С момента, когда Сон Чаён ответила на мой вопрос, прошло вот уже десять секунд реального времени. Моё молчание ещё нельзя было назвать затянувшимся, но скоро эта линия будет пересечена.

– Можно ли быть откровенным? – в конечном итоге спросил я.

Сон Чаён посмотрела на меня с некоторым удивлением.

– Конечно. Говорите.

Я вдохнул. Сейчас я озвучиваю не только то, что следовало, но и то, что на самом деле лежало на душе.

– С тех пор, как я начал лечение, я больше не страдаю галлюцинациями, – начал я, добавив в объяснения необходимую порцию лжи. – Я до сих пор не понимаю, почему мне поставили диагноз «синдром избыточной сенсорной нагрузки», при нём не должно быть подобных симптомов. Но это ладно, ведь к счастью, мне удалось с этим разобраться. И я рад этому, правда. Но… в моей душе образовалась пустота. Теперь… теперь мне очень скучно. Всё кажется пресным, поверхностным. Ни одна задача не вызывает интереса. Слишком просто.

Если первые дни после перерождения казались наполненными чем-то новым, интересным, то чем дальше – тем очевиднее факт, что мне не хватает прежних сил. Невозможно вообразить ту пропасть, что разделяет меня нынешнего и меня прошлого. Я жил одновременно в тысячах линий реальности, разум был поглощён миллионами идей, находясь одновременно в прошлом, настоящем и будущем. Теперь же, когда мои силы почти исчезли, я оказался словно в маленькой комнате без окон.

Естественно, что выражать все эти мысли вслух было бы глупостью.

Чаён чуть нахмурилась, внимательно вслушиваясь в мои слова. Её взгляд выражал интерес, который следовало удовлетворить.

– Вы не могли бы сейчас посмотреть отчёты за последние несколько дней? – спросил я.

Чаён удивилась моему вопросу, но не подала вида. Её рука потянулась к планшету, и она начала быстро пролистывать документы. Тогда я продолжил:

– Скажите, вам ничего не кажется странным?

– Что именно мне искать? – спросила она, всё ещё не поднимая глаз от экрана.

– Не нужно смотреть на детали, – ответил я, улыбнувшись. – Это на виду.

Её брови дрогнули, но она продолжила просмотр. Через несколько минут Чаён опустила планшет.

– Ничего особенного не вижу, – призналась она. – Может быть, вы уточните?

Я коротко кивнул.

– Хорошо, тогда обратите внимание на время, – дал я подсказку.

Чаён нахмурилась и снова обратилась к отчётам. Её пальцы замерли на экране, глаза начали расширяться от удивления. Когда она снова подняла взгляд, в нём был шок.

– Это… Вы намекаете, что эта работа заняла всего несколько часов? – произнесла она, словно не веря собственным словам.

Я кивнул, а затем добавил:

– Да. И это не заготовленные отчёты, которые я просто опубликовал в системе. Нет, именно столько времени мне понадобилось на поиск ошибок. Это следствие того, что отвлекающие факторы исчезли, а внимательность осталась на прежнем уровне. О втором следствии я уже рассказал. Скука.

На некоторое время кабинет погрузился в тишину. До тех пор, пока Чаён не произнесла:

– Это фантастика, Мёнджин-ши. Боюсь, я не готова в это поверить.

– Вам и не нужно верить, Чаён-ним. Проверьте.

Вице-президент замолчала. Она облокотилась о стол и положила подбородок на скрещенные кисти рук.

В просмотренных вариантах был и более простой путь: попросить конкретную должность, сделать работу, получить немного больше власти. Разумеется, сейчас я мог увидеть только согласие дать мне полномочия, остальное было покрыто туманом, но мне абсолютно очевидно, что будет дальше. У меня нет шансов провалиться. В общем, надежно, но… пресно. Нынешний выбор – рискованный гамбит. Но только он в короткие сроки открывал доступ к ресурсам и задачам того масштаба, к которому я привык. Чаён, как член семьи основателей, имеет широкие возможности – было бы очень неплохо заручиться её доверием.

Конечно, на самом деле я не скоро достигну желаемого уровня влияния, и даже у главы семьи Сон нужных мне ресурсов попросту нет. Но даже так новые возможности значительно ускорят моё развитие. И как знать, может, в ближайшее время получится достигнуть планки адепта?

– Моё предложение состоит в следующем, – продолжил я мысль. – Вы ведь только что сказали, что я сэкономил десять миллионов фунтов своими правками? Хорошо, мне нравится эта цифра. Найдите мне проблему, решение которой может принести столько же. Объёмную, сложную, на которую у вас не хватает времени или сил, – выбирайте абсолютно любую. Когда я решу её, мы продолжим этот разговор. Что скажете, Сон Чаён-ним?

Глава 6

Чаён долго смотрела на закрывшуюся за Мёнджином дверь. Во взгляде молодой девушки плескалось недоумение. Мин Суён, который, как обычно, молчал, стоял в своей привычной позе – руки скрещены на груди, взгляд направлен куда-то вдаль. Всё выглядело так, будто он просто решил игнорировать происходящее.

Чаён развернула кресло к своему телохранителю. Она усмехнулась, заметив, что он специально избегает её взгляда.

– Суён, у тебя на лице всё написано, – наконец нарушила тишину она.

Мин Суён чуть повел плечами, как будто его только что попросили передвинуть шкаф.

– Я вообще-то просто молчу, – безразличным тоном отозвался он.

– Ну-ну, – хмыкнула Чаён, поднимая бровь. – Продолжай, не буду мешать. Ладно, осталось только разобраться, как проходил обыск, организованный О Джонсу. Интересно, в какой момент он решил, что нарушать законодательство Кореи без моего ведома вообще допустимо?

Мин Суён наконец повернул голову в её сторону. Он встретил её взгляд с той самой невозмутимостью, которую оттачивал годами.

– Это был я, – сказал он, делая жест в сторону двери, за которой только что исчез Мёнджин.

Чаён скрестила руки на груди.

– Суён, тебе не кажется, что досмотр личных вещей не включён в твои обязанности? Что ж, по крайней мере, теперь я точно знаю, что это не выдумка.

– Самого Мёнджина тоже нашёл я, лично, и только потом окончательно передал это дело Джонсу. Вся эта история находится предельно близко к моим обязанностям, Чаён-ним. На самом деле у меня не было цели досматривать вещи, единственное, что я тогда тронул, – перевёрнутый листок бумаги, на котором оказалось заявление об уходе.

Чаён задумалась, подперев подбородок рукой. Её глаза были устремлены куда-то в сторону.

– И всё-таки цель была что-то выяснить, – наконец произнесла она, глядя прямо на Мин Суёна.

– Да, но вот плана не было. Я хотел узнать, как этот человек вообще связан с покушением, и надеялся найти зацепки на его рабочем месте. На тот момент я не сомневался в том, что он всё-таки с ним связан.

– А теперь?

Тот пожал плечами.

– Джонсу дал убедительное объяснение всем странностям. Вот если бы сейчас Мёнджин в ответ на вопрос о планах сказал о чём угодно, но не об уходе, то я бы стал настаивать, что он всё-таки как-то замешан. А так… остался лишь вопрос, по какой причине вы настолько им заинтересовались, что готовы пойти на этот очень странный эксперимент. Но этот вопрос далеко за пределами моих компетенций. Поэтому что мне остаётся сказать? Вот и молчу.

– Мог бы сразу чистосердечно признаться, что своими действиями настроил против нас ценного сотрудника, – пробурчала себе под нос Чаён.

Ненадолго в кабинете вновь повисла тишина. Которую в этот раз нарушил Мин Суён:

– Но должен признать, что этот Мёнджин уверен в себе. Почти как я в постели.

Чаён, которая до этого момента сохраняла полный контроль, резко выпрямилась. Её глаза расширились от шока и возмущения.

– Мне-то зачем об этом знать?!

– Ну как же? – сделав лицо кирпичом, ответил Мин Суён. – Вы только вчера сказали – чтобы достигнуть идеала, мне осталось приобрести чувство юмора. Работаю над этим.

Когда я вошёл в отдел айтишников, меня сразу окутало ощущение, словно я уже и не совсем на работе.

Это место напоминало пещеру: казалось, её освещал лишь серый свет мониторов, а мебель и стены словно сливались в безликий фон. На столах стояли пустые чашки, валялись провода и упаковки от снеков, и кое-где можно было заметить игрушки или постеры из аниме, разбавляющие этот хаос.

Я сразу понял: меня здесь не ждали.

– Вам кого? – прозвучал голос, вырвавший меня из раздумий. Секунду спустя из-за ближайшего монитора появилась голова молодого парня. Его волосы торчали во все стороны, как будто он только что встал с кровати. Он был в каком-то сером свитере и джинсах – видимо, у айтишников не самый строгий дресс-код.

– Мне нужен кто-то, кто отвечает за безопасность системы, – сказал я.

Парень хмыкнул, взглянув на меня оценивающе. Его взгляд быстро пробежал по моей одежде, задержавшись на галстуке.

– А вы кто? Новенький?

– Кан Мёнджин. Отдел… качества, – ответил я.

Парень закатил глаза, но кивнул куда-то в угол комнаты.

– Вон туда. Ищите Асоку Хёнджу. Он главный по вопросам кибербезопасности, но предупреждаю: судя по матерным восклицаниям, вы не очень вовремя.

Поблагодарив, я двинулся в указанном направлении. По пути приходилось перешагивать через клубки кабелей, а взгляд цеплялся за мелькающие экраны. В углу сидел мужчина лет сорока. Он яростно барабанил по клавиатуре, не замечая ничего вокруг.

– Асока Хёнджу-ши? – окликнул я его.

Мужчина не ответил. Я повторил его имя громче, и он наконец поднял голову. Его взгляд был таким, будто я только что разбудил медведя в спячке.

– Да? Кто вы?

– Кан Мёнджин из отдела качества, – начал я, отводя взгляд от его хмурого лица. – Мне сказали, что вы отвечаете за… кибербезопасность. У меня появился вопрос.

Он развернул своё кресло ко мне, сложив руки на груди.

– Ну, давайте. Только коротко. У нас тут ЧП.

Я нахмурился.

– ЧП? Что случилось?

Хёнджу явно колебался, но затем махнул рукой.

– Ничего, что касается вас. Это внутреннее дело.

– Может, как раз меня оно касается, – сказал я, подойдя чуть ближе. – Вчера с моей учётной записью пытались что-то сделать. А потом мне пришло письмо – фальшивое, со странной ссылкой.

Глаза Хёнджу сузились. Он молча смотрел на меня пару секунд, затем быстро повернулся к своему компьютеру.

– Логин?

– Мёнджин.К, – ответил я.

Его пальцы быстро зашлепали по клавишам, на экране замелькали строчки с логами. Я пытался понять, что он делает, но всё выглядело как хаотичный поток информации. В какой-то момент он замер.

– Хм. Это странно.

– Что именно?

Он нахмурился ещё сильнее.

– Тут есть следы попытки входа. Причём не из нашей сети… Я ведь правильно понимаю, что вы ни разу не пытались удалённо подключиться к компьютеру, находясь вне офиса?

Я только успел покачать головой, как к нам подошёл ещё один человек – высокий мужчина в строгом костюме, совершенно не вписывающийся в общий антураж. Это был точно не айтишник.

– Асока Хёнджу-ши, – произнёс он. – Нам нужно поговорить.

Хёнджу напрягся, но встал, бросив на меня быстрый взгляд.

– Подождите здесь, я скоро вернусь.

Он ушёл, бросив меня посреди комнаты без каких-либо внятных ответов.

Я уставился на его компьютер, оставленный в спешке, но всё-таки заблокированный. В голове крутилась одна мысль: почему, чёрт возьми, я не заглянул в будущее, пока он был здесь? Это могло бы сэкономить мне кучу времени и нервов.

Но нет, тогда я ещё не думал, что это понадобится. Хёнджу выглядел как человек, готовый дать мне все ответы, пусть и нехотя. Теперь же мне приходилось действовать самому.

Я глубоко вдохнул, пытаясь сосредоточиться. Если я не могу заглянуть в будущее, чтобы понять, что происходит, то можно попробовать шагнуть в сторону более продвинутой магии – заглянуть в альтернативное настоящее. Тот, кто в совершенстве освоил этот приём, считается сдавшим экзамен на звание адепта, и я знал, что ещё не дорос до этого уровня. Но слегка зачерпнуть информацию всё-таки мог.

Я закрыл глаза, представляя перед собой множество зеркал, отражающих разные варианты того, как эта комната могла выглядеть. Я сосредоточился на двух из них, которые казались наиболее близкими к реальности.

В первом варианте всё оставалось неизменным: комната, мониторы, излучающие холодный свет, и кресло, что отодвинуто далеко от рабочего места. Никаких подсказок.

Во втором я увидел нечто интересное. На экране компьютера было открыто окно мессенджера, а в чате мелькало несколько строк текста. Я уловил лишь обрывки: «утечка данных», «внешний сервер», «это блокер». Ещё одно слово выделялось среди прочих – «скрипт».

Я открыл глаза, чувствуя лёгкую пульсацию в висках. Этого мало, но попробовать стоило. Что ж, придётся выполнить задачу по-другому, без попыток прыгнуть выше головы.

Мой взгляд вернулся к компьютеру. Он был заблокирован, но это не проблема. Закрыв глаза, я направил внутренний взор в прошлое этого рабочего места. Время откатилось назад, до момента, когда Хёнджу только-только сел за компьютер. Я видел, как его руки быстро набирали текст в поле для пароля. Зафиксировав в голове последовательность букв и символов, я вернулся в настоящее.

Пароль был у меня, теперь можно и поиграть.

В этот раз я скользнул в развилки будущего, где набирал пароль на клавиатуре и исследовал рабочий стол.

Экран мигнул, и я оказался в мире, который совершенно не понимал. Коды, логи, какие-то программы – всё это сливалось в единый поток, в котором я не мог разобрать ровным счётом ничего. Вот ведь нежить тухлая, надо бы погрузиться в технологии поглубже.

Но затем я вспомнил о видении. Чат. Какая-то программа или ссылка в браузере – это могло стать ключом. Перелистывая открытые окна, я наконец нашёл мессенджер.

– «Утечка произошла на сервер во внешней сети».

– «Кто-то запустил скрипт. Пытаемся отследить по IP, но, по всей видимости, работали через прокси».

– «Нужно срочно поднять бэкапы».

Я перечитал всё несколько раз, пытаясь сложить общую картину. Судя по всему, кто-то пробрался в систему компании, запустил вредоносный скрипт, и теперь команда изо всех сил пыталась минимизировать ущерб. Хёнджу явно был одним из тех, кто вёл эту борьбу. Однако самое странное было в последней строке чата:

– «Всё указывает на внутреннего пользователя. Проверяем аккаунты».

Когда я дочитал чат, пазл начал складываться. Атака, как выяснилось, была направлена не столько на кражу данных, сколько на их полное удаление. И хуже всего – кое-где резервных копий не осталось, что привело к безвозвратной утрате ключевой информации. Ущерб мог оказаться колоссальным, и это явно могло бросить тень на всю «Сонхо Групп».

Я решил заглянуть в будущее на ближайшие пятнадцать минут – небольшое усилие, но этого хватило, чтобы понять, что Асока Хёнджу точно не вернётся в ближайшее время. Ещё чуть больше сосредоточенности, чтобы заглянуть на час вперёд, – но там картинка была мутной. Тем не менее даже неясные очертания подтвердили: его не будет и через час. «Отлично», – саркастически подумал я, оставленный наедине с кучей вопросов и без возможности быстро отыскать ответ.

Я провёл рукой по лицу, размышляя: а нужно ли мне вообще тратить на это время? Моя интуиция подсказывала, что эта ситуация может меня заинтересовать, но ведь были и другие, более любопытные дела. Мой взгляд невольно вернулся к экрану. В голове начала формироваться странная идея: а что, если атака, описанная в чате, была похожа на ту, которую совершили на меня? Звонок, фишинговая ссылка…

Я решил проверить эту теорию, хотя для этого требовалась сложная процедура. Сконцентрировавшись, я задействовал свою способность работать с линиями прошлого. План был прост: поочерёдно зайти на каждый этаж здания, сосредоточиться на событиях, что произошли на этой неделе, и слушать. Если я услышу телефонный звонок – найду место, где он прозвучал, и узнаю подробности в видении. Если нет – перейду на следующий этаж. В целом, так как единственное, что мне интересно, – был ли звонок, то это не должно забрать много сил и времени.

Первые этажи не дали ничего полезного. Звонки были, но обычные: заказы еды, обсуждения проектов, общение с заказчиками – ничего, что выглядело подозрительно. В какой-то момент мне даже стало казаться, что я просто трачу время впустую, гоняясь за призраком. Пространство этажей сливалось в единый фон: одинаковый шум вентиляции, приглушённые шаги, обрывки разговоров – ничего значимого. Но я продолжал двигаться дальше, шаг за шагом, несмотря на нарастающее раздражение.

Каждый новый этаж только усиливал мою уверенность в том, что я выбрал неправильный метод. «Может, следовало заглянуть глубже в саму атаку?» – мелькнула мысль, но я отбросил её, решив идти до конца. Время шло медленно, каждая попытка сосредоточиться забирала силы. Пока наконец я не вернулся на свой этаж.

К тому моменту я уже почти смирился, что потратил время впустую. Я остановился у своего рабочего места, стараясь сконцентрироваться, и позволил линиям прошлого обвить сознание. И вскоре услышал его – звонок. Это был тот самый, у меня на рабочем месте… Но вдруг я понял, что, когда я завершил свой разговор, раздался ещё один звонок. Только уже не у меня. Это была деталь, которая могла бы легко ускользнуть, если бы я не был настойчив и внимателен. Одновременно со мной человек на другом конце комнаты тоже поднял трубку. Звук голоса – я замер, прислушиваясь. Это был стажёр – Ли Сонгу.