Текст книги "Раздвигая границы (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Серебряков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Глава 10

Двойной свет астральной пустыни – холодное фиолетовое марево сферы и яростное золото невидимого солнца – заливал вершину колоссальной башни. Здесь, на границе между абсолютно черным прямоугольным монолитом и прозрачным неразрушимым кубом, бушевал скандал.

Он длился уже месяц. Беззвучный для стороннего наблюдателя, но изматывающий для его участников.

Мужчина в черной кожаной куртке, гремя цепями, раздраженно мерил шагами песок вдоль невидимой стеклянной преграды.

– Мы уже месяц! Месяц торгуемся, а толку никакого! – рявкнул Дух, резко останавливаясь. – Ты собираешься идти навстречу, рыжая морда, или так и будем ходить вокруг да около⁈

Девочка-лисичка, сидящая на идеально зеленой траве, медленно подняла на него большие карие глаза. В следующее мгновение в разум Духа врезалась тяжелая ментальная волна.

Это не были слова. Это был плотный удушливый образ: огромный глухой валун, лежащий посреди дороги, в сочетании с чувством жгучего испанского стыда и картинкой павлина, любующегося собой в луже.

– Да понял я, понял! – огрызнулся Дух, массируя виски. – Я тупой глухой кирпич и эгоистичный нарцисс! Очень смешно.

Лисичка раздраженно выдохнула. В его голову прилетел острый, как игла, импульс холодного гнева и новый образ: дикий кабан, с разбегу бьющийся головой о дуб, чтобы сверху осыпались желуди.

– А, так я не валун, я непроходимый тупой дуболом⁈ – скривился мужчина. – Ну извини, малая, тонкости твоего художественного перевода от меня ускользают! Я тебе не бесплатный дешифратор и не благотворительный фонд!

Девочка грациозно поднялась на ноги, подошла вплотную к стеклу и приложила к нему маленькую ладошку. Её роскошный хвост нервно бил по воздуху.

Воздух между ними дрогнул.

На этот раз она не стала бросаться оскорблениями. В голову Духа хлынул поток первобытного ужаса. Запахло жженой кровью и пеплом. Он увидел Акиро: парень стоял на коленях, а его духовный контур трещал по швам, как тонкое стекло под сапогом. Затем образ сменился: тело подростка упало, их идеальная фиолетовая сфера покрылась паутиной трещин, и черную башню засасывает в безжалостный астральный шторм.

Следом пришло тягучее чувство абсолютной пустоты и небытия. А после – образ закрытой двери, ключа и раскрытых ладоней, передающих ослепительный сгусток света.

Дух тяжело сглотнул, отгоняя наваждение. Умирать окончательно в его планы не входило.

– То есть… – он нахмурился, пытаясь собрать образы воедино. – Ты хочешь сказать, что пацан скоро встретит врага, которого не вывезет, и мы сдохнем вместе с ним? И чтобы этого избежать, я должен открыть ему дверь, притащить его сюда и отдать свою силу?

Девочка уверенно кивнула, посылая теплую волну облегчения от того, что до него наконец дошло.

– Ишь чего захотела! – фыркнул Дух, складывая руки на груди. – Силу ей отдай! А ключи от сейфа с кристаллами не завернуть? С чего это я должен выступать бесплатным переводчиком для студента, да еще и добровольно скармливать ему свою силу⁈

Девочка закатила глаза. В воздухе запахло морозной усталостью. В разум Духа прилетел образ обезьяны, которая сидит на сундуке с золотом посреди тонущего корабля.

– Я не жадный, я прагматичный! – возмутился он. – Я готов притащить парня. Готов даже поработать твоим рупором. Но только на своих условиях!

Лисичка сложила руки на груди, чуть склонила голову набок и скептически приподняла бровь. Ментальная волна была полна откровенного ехидства: ну давай, удиви меня.

Дух подошел вплотную к прозрачной стене, оперся о нее плечом и загнул один палец, украшенный массивным серебряным перстнем.

– Условие первое, – протянул он, хищно усмехнувшись. – Интим по заказу.

Лисичка недоуменно моргнула. Её ушки дернулись, а в разум Духа прилетел вопросительный импульс, смешанный с легким оттенком брезгливости. Образ был нечетким: закрытая дверь спальни и знак вопроса.

– Не прикидывайся, что не понимаешь, – хмыкнул мужчина. – Месяц назад, когда Акиро отдал мне тело, я завалился к этой нашей… ледяной леди. Софии. И то, что там было… – он мечтательно прикрыл глаза. – Это был полный восторг. Физика плюс астрал. Идеальная синхронизация. Я хочу это снова. И я знаю, что ты можешь выстроить такой глубокий мост далеко не один раз.

Девочка-лисичка брезгливо сморщила носик. В голову Духа тут же ворвался кристально ясный тошнотворный образ мартовского кота, трущегося о мусорный бак, сопровождаемый волной такого концентрированного отвращения, что у него даже зубы свело.

– Эй, полегче! – поморщился он, отмахиваясь. – Между прочим, я дух во плоти, когда мне дают эту плоть. Мне нужны развлечения! В общем, требую регулярного повторения банкета. И не обязательно с Софией, подойдет любая одаренная, способная выдержать связь. Это мое первое условие.

Лисичка демонстративно отвернулась, всем своим видом показывая, что обсуждать подобную грязь выше её достоинства.

– Условие второе! – Дух оторвался от стекла и загнул второй палец. Его тон мгновенно стал жестким, а циничная улыбка исчезла. – Никакого саботажа.

Девушка медленно повернула голову. Её карие глаза смотрели невинно и честно.

– Думаешь, я забыл? – процедил Дух, делая шаг вдоль барьера. – Тот бордель. «Красная Орхидея». Я всё распланировал, нашел отличную девку, достал бабки… и в самый ответственный момент физиология пацана просто отключилась!

В ответ прилетела волна такого густого самодовольного ехидства, что её можно было резать ножом. Лисичка прикрыла рот ладошкой, скрывая беззвучный смех. В разум Духа врезался образ огромного тяжелого навесного замка, висящего… в весьма специфическом месте.

– Очень смешно, хвостатая. Просто обхохочешься, – зло прошипел Дух, чувствуя, как ущемленная мужская гордость требовала возмездия. – Ты выставила меня полным импотентом и идиотом! Заблокировала тело пацана, чтобы спасти его, видите ли, «чистоту»! Так вот, слушай сюда: больше ты никогда, ни при каких обстоятельствах не лезешь в мои сделки. Никаких внезапных блоков. Если я беру контроль, ты сидишь в своем саду и не отсвечиваешь. Поняла?

Лисичка перестала смеяться. Её взгляд стал серьезным, а пушистый хвост нервно замер. Она послала ему образ весов: на одной чаше – его развлечения, на другой – безопасность Акиро.

– Он не хрустальная ваза, не разобьется от парочки походов налево, – отрезал мужчина. – И, наконец, третье условие. Сила.

Он загнул третий палец и посмотрел на девочку сверху вниз.

– Я не бездонная бочка и не благотворитель. Если пацану нужна мощь, чтобы выжить, я дам её. Но никаких бесплатных раздач и открытых краников. Я передаю силу постепенно, под своим полным контролем. А как этой силой махать и кому морды бить, пусть его учит тот старый инквизитор, Линберг. Я ему не нянька.

Дух заложил руки в карманы куртки и выжидающе уставился на прозрачную преграду.

– Вот мои условия, малая. Хочешь, чтобы я открыл парню дверь и спас наши задницы? Плати.

Тишина, повисшая над вершиной башни, была густой и тяжелой. Лисичка медленно опустила руки. Её взгляд, до этого полный высокомерия и раздражения, стал холодным и оценивающим. Она рассматривала стоящего перед ней мужчину в кожаной куртке не как назойливую помеху, а как инструмент, который необходимо было правильно настроить.

Воздух снова пошел рябью. Торг начался.

В разум Духа ударил образ календаря, с которого осыпались листы, останавливаясь на одной конкретной дате в месяце. Следом пришло ощущение глубокой физической усталости, но с яркой вспышкой того самого удовольствия, которого он так жаждал. Девочка предлагала компромисс: раз в месяц, ровно на одни сутки, она будет выстраивать для него идеальный мост с Софией или с любой другой, кто сможет выдержать подобный резонанс.

– Раз в месяц? – Дух скривился, будто надкусил лимон. – Серьезно? Да я от скуки тут сдохну. Давай хотя бы раз в две недели.

В ответ прилетел образ стальной гильотины, падающей на весы. Это было жесткое, бескомпромиссное «нет». Либо раз в месяц, либо он может отправляться на все четыре стороны и ждать, пока Акиро не убьют.

– Ладно, черт с тобой. Раз в месяц так раз в месяц, – нехотя буркнул мужчина, понимая, что большего из этой упрямой девчонки не выбьет. – Что насчет второго пункта? Мои сделки с пацаном.

Лисичка прикрыла глаза, и Дух тут же ощутил ментальный посыл: образ крепкого рукопожатия, за которым последовал… тяжелый железный ошейник с шипами вовнутрь.

– Э, нет, стоп! Какой еще ошейник⁈ – возмутился он, инстинктивно отступая от стекла.

Девочка открыла глаза и послала ему серию четких как выстрелы картин. Вот он берет контроль над телом Акиро. Вот он идет по городу, пьет, дерется, делает что хочет,на это она давала полное согласие и обещала не вмешиваться. Но как только в образе дело доходило до постели с обычной реальной девушкой… образ перечеркивался жирным красным крестом, сопровождаемым чувством абсолютного непреодолимого отторжения.

– То есть… – Дух недоверчиво хмыкнул, переваривая полученную информацию. – В астрале с Софией мне можно отрываться по полной, а в реальности, в теле пацана, глухой запрет?

Лисичка коротко кивнула. В её взгляде читалось: «Его тело – его дело. Не трогай».

– Твою мать, малая, ты издеваешься! – взвыл он, хватаясь за голову. – Я мужик, а не монах! Что мне, месяц терпеть ради одних суток⁈

Девочка пожала плечами, и в её ментальном голосе проскользнула откровенная издёвка. Следом она послала ему образ открытой книги, светящихся троп в бесконечной пустоте и ключа, открывающего множество дверей.

Дух замер. Возмущение мгновенно сменилось острым хищным интересом.

– Погоди-ка… – он подошел ближе, вглядываясь в её лицо. – Ты предлагаешь научить меня ориентироваться в этой фиолетовой дыре? Находить другие сферы?

Она кивнула. В голову пришла сложная многослойная картина: он, Дух, не просто слепо блуждает по астралу, а уверенно идет по невидимым нитям. И где-то в конце этих нитей – другие души, другие связи. Лисичка предлагала ему знания. Знания, которые со временем – может, через год, может, через два – позволят ему самостоятельно, без её помощи, находить путь к одаренным и устанавливать связь, копируя принцип амулетов из реального мира.

Это меняло всё. Это была не просто свобода, это была власть над пространством, в котором он был заперт.

– Значит, так… – медленно проговорил мужчина, переваривая условия сделки. – Раз в месяц ты даешь мне астральный мост с Софией. Запрещаешь спать с бабами в реале, когда я в теле пацана. И в качестве компенсации учишь меня астральной навигации и поиску связей.

Лисичка кивнула, её хвост удовлетворенно качнулся.

– А я за это… – продолжил он, загибая пальцы, – открываю дверь Акиро. Служу для тебя переводчиком, потому что ты, вредина, напрямую с ним общаться боишься. И в течение недели постепенно, по капле, открываю доступ к своей силе этому оболтусу, пока не открою все, что на данный момент могу, но сам участия в его обучении не принимаю. С этим пускай в реальности его наставники разбираются. Все верно?

Девочка снова кивнула. Её глаза ярко блеснули, сделка была сформулирована.

– По рукам, хвостатая, – Дух тяжело выдохнул и приложил большую ладонь к барьеру, прямо напротив её маленькой ладошки. – Надеюсь, этот пацан стоит того, чтобы я отказался от шлюх в Гадаре.

Лисичка не ответила, а едва заметно улыбнулась. Стекло между ними на мгновение вспыхнуло ярким неоновым светом, договор был скреплен.

– Ну что ж, – Дух отступил на шаг, поправляя кожаную куртку и разминая шею. В его глазах загорелся азарт. – Раз мы договорились, пора звать гостей. Посмотрим, как наш школьник отреагирует на то, что у него в мече целое общежитие.

Со стороны лисички прилетело возражение/непонимание/раздражение.

– Ой, да ладно тебе. – легкомысленно отмахнулся он. – Я прекрасно знаю, что мы живем не в мече, а в астрале, а меч лишь якорь в реальности. Но какая по сути разница? Что в лоб, что по лбу, один фиг, общага. Да еще и хер его знает, сколько в нашей общаге жителей. – Дух покосился в сторону неведомых и отчасти пугающих секторов их мирка. – Кто его знает, когда эти придурки вылезут, и кем они окажутся.

* * *

Прошел ровно месяц с того безумного утра, когда я очнулся дома у лейтенанта Софии и получил самую жесткую словесную выволочку от Тихона.

Тридцать дней. Месяц, который слился в одну бесконечную изматывающую карусель из школы, тренировок, медицинских осмотров и вечерних прогулок по городу.

И если со школой все было более-менее, то вот с тренировками всё обстояло… откровенно паршиво. Пока Тихон сутками пропадал на службе, решая дела Ордена, за нас с Ингрид плотно взялся господин Линберг. И если моя напарница под его руководством прогрессировала с пугающей, почти неестественной скоростью, то мои успехи на её фоне выглядели просто жалко.

Ингрид уже вовсю разваливала тренировочные манекены мощными сгустками духовной силы. Более того, она умудрялась выдерживать полноценный спарринг со старым инквизитором! Да, наставник сдерживал свою силу. Да, всего две-три минуты, прежде чем оказывалась на лопатках, но для её возраста и ранга это был феноменальный результат.

Я же продолжал топтаться в лягушатнике. Из меня будто выкачали весь потенциал. Максимум, чего я смог добиться за этот изнурительный месяц, это кое-как научиться концентрировать духовный посыл и выплескивать его через клинок по тренировочным целям. Но выглядело это так, будто я пытался пробить каменную стену тупой деревянной палкой. Шума и искр было много, а реального урона ноль. Линберг, глядя на мои потуги, хмуро потирал подбородок, но ничего не говорил, будто ожидая, что я сам должен прыгнуть выше собственной головы.

Единственное, в чем у меня наметился реальный прорыв, это моя собственная психика.

Доктор Фокс, проводившая еженедельные осмотры, наконец-то удовлетворенно поцокала языком. Она констатировала, что последствия ментального стресса практически сошли на нет. Врач официально допустила меня к максимальным физическим нагрузкам, но при этом настоятельно рекомендовала продолжить наши вечерние прогулки по Гадару для «окончательного закрепления эмоционального фона».

И вот тут-то и крылась моя главная проблема. Проблема с пронзительным взглядом, рыжими волосами и привычкой забавно морщить носик, когда она недовольна.

Я совершенно не понимал, что со мной происходит. Полный комплекс новых ощущений, помноженный на то, с чем я раньше никогда в жизни не сталкивался, буквально сводил меня с ума.

Из-за этих ежедневных совместных прогулок мы с Ингрид сильно сблизились. Девушка даже простила мне ту идиотскую выходку с передачей контроля над телом Духу. И хотя я до сих пор в душе не понимал, почему она тогда настолько сильно взбесилась из-за визита моего духа в бордель и моей ночевки у Софии, мы как-то незаметно перешагнули через эту ссору.

Теперь всё изменилось. Впервые в жизни мне начала по-настоящему нравиться девушка.

Это пугало и сбивало с толку. Я стал замечать за собой совершенно неконтролируемые реакции. Стоило Ингрид случайно коснуться моей руки, передавая флягу с водой на тренировке, как сердце тут же срывалось в галоп, пытаясь пробить ребра. Когда она искренне смеялась над моими нелепыми попытками освоить местные правила этикета, у меня на лице сама собой расплывалась абсолютно идиотская блаженная улыбка, которую я никак не мог согнать.

Мне просто нравилось быть с ней рядом. Нравилось неспешно бродить по освещенным вечерним улицам, слушать её эмоциональные рассказы, болтать о всякой ерунде и ловить на себе её задумчивые долгие взгляды.

Кажется, ей тоже нравилось проводить со мной время. Иногда я замечал, как она смущенно отводила глаза, когда я смотрел на нее слишком долго, или чуть дольше положенного задерживала ладонь на моем плече. Но дальше этого легкого неловкого флирта дело не двигалось. Мы застряли в вязком киселе из взаимного смущения, и никто не решался сделать первый шаг.

И вот, сидя в своей комнате после очередной провальной тренировки, я тупо пялился в потолок, прокручивая в голове один и тот же вопрос. Нужно было что-то делать. Как-то сказать ей о своих чувствах. Но каждый раз, когда я представлял этот разговор, горло перехватывало от липкого сковывающего страха.

А вдруг я выдаю желаемое за реальное? Вдруг Тихон тогда ошибся? Вдруг старый рыцарь принял обычную дружескую заботу за большее? Если я признаюсь, а она откажет, как нам потом смотреть друг другу в глаза? Как выходить на совместные прогулки, ходить вместе в школу и тренироваться на одном дворе? Я до ужаса боялся всё испортить.

«Может, купить цветы?» – мучительно размышлял я, покусывая губу. – «Или пригласить её куда-нибудь, где не будет старика Линберга и этих дурацких манекенов… Как там это делается в нормальных семьях?»

Я тяжело вздохнул, мысленно гадая, прав я или нет. Может стоит с кем-нибудь посоветоваться? Но с кем? С отцом? Не знаю. Как-то не внушал мне доверия тот, у кого самого по сути семьи нет. Тогда с кем?

«Эх… беда-печаль», – мысленно подытожил я, закрывая глаза и собираясь перевернуться на другой бок.

– «О всемогущие боги, пацан, ты можешь перестать генерировать эти розовые сопли⁈ Меня сейчас стошнит прямо в твой духовный контур!»

Голос, раздавшийся прямо в моей голове, был полон такой искренней неподдельной муки и сарказма, что я едва не свалился с кровати.

– Чего⁈ – вслух воскликнул я, резко садясь и озираясь по сторонам. Мой наглый сожитель молчал целый месяц, и я уже начал надеяться, что он впал в спячку.

– «Того! Хватит маяться дурью и гадать на ромашках!» – рявкнул Дух. – «Твоя любовная лирика подождет, Ромео. Хватит протирать штаны, пришло время заняться делом. Закрывай глаза, студент. Добро пожаловать в твою собственную астральную проекцию».

Не успел я возмутиться, как мир вокруг дрогнул. Комната пошла рябью, звуки Гадара мгновенно стихли, и меня с головой затянуло в глухую стремительную темноту.

Ощущение было таким, будто я провалился в бездонный колодец. Но длилось это недолго. Спустя пару секунд под ногами появилась твердая опора, и я распахнул глаза.

От того, что я увидел, у меня перехватило дыхание.

Я уже бывал в астрале раньше, но то, что предстало передо мной сейчас, не шло ни в какое сравнение с прошлым опытом. Это было не просто пространство. Это был колоссальный сюрреалистичный мир, заключенный внутри гигантской идеально ровной фиолетовой сферы.

Я стоял на вершине исполинской башни, сложенной из холодного стекла и матово-серой стали, которая, казалось, уходила в бесконечность. Но самым безумным было освещение. Пространство заливал двойственный свет: густое неоновое марево от самой сферы и яростное золото невидимого солнца, висящего где-то над головой. Из-за этого песок огромной пустыни, расстилавшейся прямо на вершине башни, переливался невообразимыми цветами – от классического жаркого золота до сверкающего изумруда.

В этом безумстве красок возвышались два абсолютно инородных строения. Черный мрачный параллелепипед размером с хороший двухэтажный коттедж, у которого была только одна белая дверь без ручки. И… уютный домик с цветущим весенним садом, наглухо запертый внутри абсолютно прозрачного неразрушимого стеклянного куба.

– Ну как тебе ремонтец? – раздался насмешливый голос.

Я обернулся. Мой Дух стоял неподалеку всё в той же неизменной тяжелой кожаной куртке с металлическими заклепками и массивных сапогах. Он выглядел как уличный бунтарь, которому было глубоко плевать на любые правила.

– Что… что это за место? – выдавил я, ошарашенно оглядывая колоссальные просторы, уходящие за край башни, где внизу клубились космические туманности и сверкали алые молнии над полями обсидиана.

– Твоя жилплощадь, пацан. Ну точнее, наша, – хмыкнул он, подходя ближе. – Так. Стой вот здесь.

Он взял меня за плечи и критически, словно статую, осмотрел с ног до головы.

– Отлично, – бормотал Дух себе под нос. – Теперь создаем вот тут небольшую подушечку из песка…

Он взмахнул рукой, и позади меня песок послушно взвился в воздух, формируя довольно высокую и мягкую на вид горку. Я вообще перестал понимать, что происходит. Месяц его не было слышно, а теперь он лепил куличики за моей спиной?

– Вот теперь всё отлично, – удовлетворенно покивал головой Дух и картинно отряхнул руки.

Затем он подошел ко мне вплотную, протянул руку и… бесцеремонно подставил ладонь прямо под мой подбородок.

– И что это ты делаешь? – не выдержав, возмущенно высказался я, пытаясь отстраниться, но он держал крепко.

– Как это что? – искренне удивился байкер, глядя на меня кристально честными глазами. – Теперь, когда ты рухнешь в обморок от шока, у тебя за спиной есть мягкая подставка. А твою отвалившуюся челюсть я, как видишь, готов ловить. Сервис!

– Чего? – растерянно покосился я на него. Мой сожитель что, за этот месяц от скуки окончательно сошел с ума?

– Мы готовы! Выходи! – вместо ответа во всю глотку заорал Дух, обращаясь к стеклянному кубу. Самодовольная ухмылка на его лице стала еще шире.

И тут дверь уютного домика за барьером медленно открылась.

Из-за деревьев цветущего сада вышла ОНА.

Уж не знаю, что именно имел в виду мой поехавший Дух, но в ту секунду у меня действительно чуть глаза из орбит не выпали. Сердце пропустило удар, а дыхание перехватило.

Очаровательные рыжие пушистые ушки на макушке. Шикарный нервно подергивающийся хвост. Нежное девичье лицо, обрамленное густой челкой, и огромные карие глаза, которые смотрели на меня с удивительной смесью смущения и глубокой древней мудрости.

– Обморока не случилось, но челюсть всё-таки чуть не отпала, – довольно хмыкнул Дух, мягко подталкивая мой подбородок вверх своей ладонью и заставляя закрыть рот.

И да, он был прав. Рот у меня действительно был открыт настежь. Но оно и неудивительно.

Я стоял, тупо пялясь на вышедшую из домика девочку с лисьими ушками. Она не произносила ни слова, но её взгляд был настолько выразительным, что мне на секунду показалось, будто я слышал, как в её голове крутились сложные шестеренки, оценивающие мою скромную персону.

Мой Дух в кожаной куртке показательно тяжело вздохнул, закатил глаза и скрестил руки на груди.

– Ну всё, насмотрелся? Слюни подбери, – проворчал он, звеня цепями. – Добро пожаловать в общагу, пацан. Знакомься, это твоя вторая проблема. А я теперь, как видишь, работаю бесплатным рупором, потому что наша хвостатая принцесса слишком хороша, чтобы пачкать о тебя свои мысли.

– Вторая… проблема? – я наконец-то обрел дар речи, хотя голос предательски дрогнул. – В смысле? У меня что, два духа⁈ Но Тихон говорил, что два духа – это четырнадцатый ранг, и для моего возраста это почти нереально!

Девочка за стеклом чуть склонила голову набок. Воздух вокруг нее едва заметно дрогнул. Я почувствовал легкое теплое дуновение, а вот мой наглый сожитель вдруг скривился, будто у него заболел зуб.

– Она говорит, что Тихон твой – молодец, но мыслит узко, – с отвращением перевел Дух, потирая виски. – Да, у тебя два духа. Я и вот это рыжее недоразумение. Но радоваться рано, студент. Потому что сейчас ты, как бы это помягче сказать… пустая треснувшая чашка.

Я возмущенно открыл рот, но он поднял руку, останавливая меня.

– Это не я сказал, это художественный перевод её речи! – открестился Дух, кивнув на Лисичку. Девочка за стеклом гордо вздернула носик. – Суть в том, что со мной ты общаться можешь, потому что мы уже выстроили канал. А вот с ней… Пацан, твое тело и разум пока слишком слабы. Если она попробует заговорить с тобой напрямую или, не дай боги, вы попробуете слиться, твои духовные каналы просто сгорят, а мозги вытекут через уши. Ты не выдержишь даже её «привета».

От таких перспектив мне стало не по себе. Я сглотнул, переводя взгляд с сурового байкера на милую, с виду хрупкую девочку, которая, оказывается, была ходячей мясорубкой для убийства моего мозга.

– И что делать? – хрипло спросил я.

Лисичка плавно взмахнула пушистым хвостом. Взгляд байкера снова расфокусировался на секунду, принимая её безмолвное послание.

– Качаться, пацан. Качаться до потери пульса, – перевел он, усмехнувшись. – Решение простое. Чтобы твои каналы расширились и окрепли, тебе нужно полностью усвоить мою силу. Я буду постепенно, по капле открывать тебе доступ к своим резервам. А ты должен научиться это переваривать под присмотром старого инквизитора.

– Звучит как план, – кивнул я, немного успокаиваясь. – Буду тренироваться еще усерднее.

– Это только половина плана, – перебил меня Дух. Его лицо вдруг стало серьезным, а насмешливый тон исчез. – Чтобы ускорить процесс и реально эволюционировать, тебе нужно сделать еще одну вещь. Ты должен дать мне имя. Точнее – вспомнить его. Мое Истинное Имя.

– Истинное имя? – я нахмурился. – Я думал, вы, духи, берете себе имена своих прошлых носителей или придумываете новые.

– У других – да. Они просто батарейки для своих хозяев. Но у нас с тобой другая песня, – Дух подошел вплотную, нависнув внушительной фигурой. – Мы завязаны иначе. Если ты сможешь догадаться, как меня зовут, это откроет новые возможности. Мои возможности, к которым сейчас у нас нет доступа.

– И какие же? – с любопытством спросил я.

Дух пожал плечами и кивнул на Лисичку.

– Понятия не имею. Эта вредина тоже не знает. Но обещает, что будет весело. Так что думай, пацан. Шевели извилинами.

Девочка за стеклом коротко кивнула, подтверждая его слова.

– И как мне тогда угадать твое имя? – задумчиво протянул я. – Перебором, что ли? Не понимаю.

– Сейчас никак, – поморщился в ответ Дух. – А вот когда ты полностью освоишь мою силу, вот тогда и начнется самое веселье. Мы с тобой сможем войти в резонанс сознаний. Что-то наподобие слияния как у всех, но немного глубже. Вот тогда ты и поймешь мое имя. Может с помощью тебя я увижу свое прошлое, а может еще что-то даст подсказку. Но прямо сейчас и здесь ответа нет ни у меня, ни у нее.

Лисичка снова согласно кинула, а затем приложила палец к своим губам.

– И последнее на сегодня, – мрачно добавил Дух. – Ни слова о ней. Ни Тихону, ни Линбергу, ни своей белобрысой подружке. Ты понял? Для всех в Гадаре у тебя один дух – я. Если инквизиция пронюхает, что у тебя в загашнике сидит нечто подобное, тобой заинтересуются такие люди, от которых даже твой дед не отобьется. Усёк?

Я медленно кивнул, чувствуя, как на плечи лёг невидимый, но невероятно тяжелый груз ответственности. Два духа. Истинное имя. И тайна от Инквизиции.

– Вот и славно, – хмыкнул Дух. – А теперь перейдем к самому вкусному. К тому, почему я всё это время спал на пороховой бочке.

Дух тяжело вздохнул, видимо вместе со мной, переваривая только что выданную информацию об истинном имени, а затем повернулся и широким жестом обвел колоссальное пространство вокруг башни.

Мой взгляд невольно зацепился за две странные зоны внизу. Одна напоминала кусок открытого безжизненного космоса, а вторая была скрыта плотным непроницаемым туманом, от которого веяло пугающим, но притягательным спокойствием.

– Видишь эти пустые участки? – мрачно спросил Дух, проследив за моим взглядом. Лисичка за стеклом тоже повернула голову в ту сторону, и её пушистые ушки чуть прижались к голове. – Наша хвостатая принцесса утверждает, что это – тени твоих будущих квартирантов.

– В смысле? – я опешил. – Будут еще духи⁈ Третий? Четвертый⁈

– Может будут, а может и нет, – байкер пожал плечами, транслируя послание Лисички. – Это, пацан, лотерея. То, что для них есть место, еще не значит, что они придут. Пробуждение новых сущностей зависит не только от твоей растущей силы, но и от них самих. Они могут посмотреть на тебя из-за кромки и решить, что ты им не подходишь. Или просто передумают.

– А от чего это зависит? – я попытался осмыслить масштаб надвигающейся на меня шизофрении. – Как их пробудить?

– А хрен его знает, – честно ответил Дух, хмурясь. – Хвостатая тоже не в курсе. Условия у всех разные. Может, тебе понадобится впитать неведомую силу. Может, испытать запредельно сильное чувство. А может, просто съесть не тот пирожок в столовой школы. Но суть в другом. Даже если они захотят прийти сейчас, ты сдохнешь. Ты не выдержишь даже одного их мизинца, не говоря уже о чем-то еще.

Лисичка за барьером согласно кивнула, а затем подошла вплотную к неразрушимому стеклу своего куба и постучала по нему маленьким кулачком. Звука не было, но по прозрачной поверхности пробежала неоновая рябь.

Байкер уставился на неё, его глаза на секунду остекленели, принимая очередной образ. А затем его лицо начало стремительно бледнеть. Для бестелесного духа он выглядел так, будто его только что ударили кувалдой под дых.

– Погоди-ка… – хрипло выдавил он, отступая от куба на шаг. – Ты хочешь сказать, что эта стекляшка… Она не для того, чтобы защищать твой сад от астральных бурь?

Девочка отрицательно покачала головой и самодовольно вздернула подбородок. Взгляд байкера стал совершенно безумным.

– Твою мать… – прошептал Дух, хватаясь за голову. – Так этот барьер защищает нас от тебя⁈ Если он рухнет, сфера не выдержит твоего присутствия и лопнет, а пацан умрет от переда силы⁈

Я почувствовал, как у меня подкосились ноги. Барьер, который, как я думал, защищал эту хрупкую девочку от жестокого мира, на самом деле сдерживал её чудовищную мощь, чтобы она случайно не стерла меня в порошок!

Дух резко развернулся к Лисичке. Вся его былая вальяжность испарилась.

– Так получается, враг из будущего, который уничтожит сферу и Акиро вместе со мной, это ты, что ли⁈ Да, рыжая ты наглая морда⁈ Совсем сбрендила⁈ – заорал он, бряцая цепями и потрясая кулаками.

Девочка возмущенно топнула ножкой и отчаянно замотала головой, посылая ему очередную мысленную оплеуху.

– Что значит не ты⁈ А кто⁈ – не унимался Дух, хотя его голос уже дрогнул от осознания новых масштабов катастрофы. – Другие духи⁈ То есть, если кто-то из этих неведомых духов Акиро явится без спроса и не повесит на себя защиту, как ты, то нам всем кранты⁈

Лисичка за стеклом тяжело вздохнула, прикрыла глаза ладошкой, будто делая жест «рука-лицо», и коротко кивнула.

Байкер осел прямо на цветной песок, обхватив голову руками.

– Охренеть не встать, – простонал он, глядя на меня снизу вверх взглядом, полным искреннего сочувствия. – Ну, парень, поздравляю. Оказывается, мы вдвоем серьезно так влипли. Я-то думал, там, в будущем, неизвестные внешние враги нам угрожают: инквизиторы, демоны… а оно вон оно как. Мда-а-а…

Я стоял посреди астральной пустыни, смотрел на двух своих духов и чувствовал, как у меня дергался левый глаз.

И кажется, мой дергающийся левый глаз стал сигналом для Лисички. Она перестала мучить Духа-байкера ментальными затрещинами, плавно опустилась на зеленую траву в своем неразрушимом кубе и похлопала ладошкой по земле, призывая нас успокоиться.