355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дмитрий Беляков » Большой мир (СИ) » Текст книги (страница 43)
Большой мир (СИ)
  • Текст добавлен: 29 октября 2020, 18:00

Текст книги "Большой мир (СИ)"


Автор книги: Дмитрий Беляков



сообщить о нарушении

Текущая страница: 43 (всего у книги 48 страниц)

Глава 107

Двое в зимних плащах с покрытыми головами бежали от высоких городских стен. Парень крепко держал за руку спотыкающуюся девушку и неустанно тянул вперед, постоянно осматриваясь по сторонам. Его лицо было хмурым и напряженным. Веки часто моргали из-за летящих в лицо, подгоняемых встречным ветром крупных хлопьев снега. Девушка тоже не рассматривала свои сапоги и реагировала на каждый шорох возле каждого хилого дома, что попадался на пути.

Вокруг города, особенно в северной его части, жилые дома стояли густо. Здесь появились первые предместные районы, окружившие высокие городские стены. Сначала паре беглецов встречались совсем маленькие здания, затем они становились больше и визуально крепче, новее. Улицы предместных районов проявлялись четче и проглядывалась логика в расположении домов.

Наконец, парень смело открыл дверь небольшого сруба и ворвался внутрь, затянув за собой девушку. Внутри было темно, но не долго. Сначала зажегся маленький огонек, осветив раскрасневшееся лицо парня, затем он поднес Каплю Огня к нескольким свечам и бросил ее в сырой камин. Старые бревна моментально пыхнули, не имея возможности сопротивляться магии, и в единственной комнате косого сруба стало достаточно светло.

– Сколько мы бежали? Полчаса по городу и столько же за стенами? – спросил он девушку и следом сам же дал ответ. – Да, примерно так. Если все нормально, он должен постучать через пол часа, ведь мы были почти у западных врат.

– Брат, – сказала девушка.

– Надеюсь, все нормально. Не мог же дядя подставить нас, мы же родные! Глупости. Но проверить стоило, да, Каин прав, – бормотал парень, усевшись на один из деревянных табуретов и ежась после холодной улицы. В непрогретом срубе тоже было холодно, но не в пример улице.

– Дер, – громче повторила девушка и поймала ладонями лицо парня. – Дерек.

Они встретились глазами и какое-то время разглядывали друг друга. Затем Дерек поднялся и крепко обнял девушку. Горячие слезы покрыли щеки обоих молодых людей. Девушка всхлипывала и даже начала рыдать. Парень старался сдерживаться, хотя и сам не отказался бы выплеснуть всю накопившуюся боль. Но считал, что не имел права. Он был убежден, что не имел права даже слезы лить, но момент слишком сильно зацепил его.

– Сестра, – прошептал он. – Как же я долго мечтал об этом моменте. Прости меня. Прости. Прости. Это должен был быть я.

Девушка не говорила и просто плакала.

– Я пытался вызволить тебя все время, но это оказалось не по силам. Я не смог найти другой выход. Но теперь мы вместе, Мая. Сестренка.

– Надеюсь, – всхлипнула девушка. – Туда я больше ни за что не вернусь, лучше смерть.

Дерек знал сестру очень давно, чтобы поверить в искренность ее заявления. Тогда она не понимала, куда попадет, но теперь, имея представление, девушка не колеблясь выполнит сказанное. Еще когда он пытался оплачивать ее время, она была готова пойти на это и просила его лишить ее жизни, но это было невозможно. Он слишком слаб, чтобы решиться на такое.

Они стояли в обнимку, и каждый не мог насытиться теплом родного человека.

– Мы правда будем ждать того парня? – спросила Мая, когда они нашли силы оторваться друг от друга и обсудить дальнейшие действия.

Дерек замялся:

– Да. Я дал слово.

– Значит, через полчаса я снова останусь одна? – гнусаво спросила девушка.

– Нет! Не останешься, наверняка, там все в порядке, и Каин вернется. Но если не вернется…

– Я останусь одна, – закончила девушка и склонила голову, разглядывая пол. – Зачем нам ждать его и идти за ним, Дерек?

Дерек занервничал. Он не ожидал этого вопроса. Или ожидал, но надеялся не услышать.

– Я дал слово, Мая. Слово – это Всё.

– А как же я? Ты только вырвал меня из лап этого ада и предлагаешь рисковать ради незнакомца? – в голосе промелькнули горечь и страх. И это были не показные эмоции, учитывая время, которое она провела в борделе.

– Мая, я не вырывал, в том то и дело, это Каин вырвал! – пылко зашептал Дерек, замотав головой.

Девушка нахмурилась:

– Ну и что! Он ведь наверняка получил плату за свою работу, и теперь вас ничего не связывает!

– Мы из одного отряда, Мая, и нас связывает долг и честь. Плату он никакую не брал. И я не могу его оставить расплачиваться за мою просьбу.

Девушка сползла с соседнего табурета и села на холодный пол рядом с ногами Дерека. Ее взгляд нашел его, и голос прозвучал тоскливо:

– Брат, давай уйдем, сейчас. Только ты и я. Нам не нужны посторонние, я никому не доверяю и не хочу доверять. Особенно, мужчинам. Прошу тебя.

Дерек зажмурился, и его сердце бешено заколотилось. Соблазн был велик.

– Мая, нам и так никто не станет мешать, – наконец сказал парень. – Каин не пойдет с нами, по крайней мере сейчас. И говорю же, я дал слово, что он не будет расплачиваться за меня. Это бесчестно.

– К черту честь, Дер! – навзрыд бросила девушка. – Они все не имеют и капли чести. Я это хорошо знаю! Зачем жертвовать собой ради того, кто даже не подвергался опасности!

– И ты хочешь, чтобы ее потеря и я? – чувственно зашептал Дерек. – Что будет, когда я превращусь в такого же бесчестного?

Девушка настаивала на своем и уговаривала брата, глотая слезы:

– Но это глупо! Незачем тебе подставлять себя. Давай уйдем! Что если он мертв, и ты погубишь себя зря? Я останусь одна!

– Не мертв. Я уверен. Он спас мне жизнь, Мая, и я не могу бросить его в беде. Понимаешь? Ты веришь мне?

– Верю, – кивнула девушка. – Пока, верю.

– Ты веришь, потому что знаешь, кто я. И эта вера, это знание, существуют благодаря тому, что мое слово нерушимо. Так учил отец. Так твердила мать, и так говорила когда-то ты!

– Это было до того, как я узнала, какой этот демонов мир грязный и ничтожный. Все разумные в глубине души черные, как самая беззвездная ночь! – пылко сказала девушка. Она была уверена в своих словах, ведь эту черноту видела и чувствовала буквально на себе.

– И я такой же?

– Все такие, только в разной степени. Особенно, мужчины. Поверь, нам не нужно никого ждать и следует просто уйти. В этом мире никто никому ничем не обязан. Честь и долг заканчиваются в борделе с оплаченным рабом!

Дерек склонил голову. Он видел ее правоту и не мог придумать слова, чтобы унять ее боль. Это было невозможно. Потом, в будущем, когда они будут сидеть за бокалом вкусного вина и ужасы рабства покроются легкой пылью, он сможет вступить в дружеский спор и что-то доказать. Но не сейчас. Сейчас ему остается молить ее поверить ему. Поверить в последний раз.

– Мая. Я не могу стать тем, кто не держит слово и бросает на ветер сказанное из-за страха. Я не предлагаю нам смерть, и боги, я не хочу умирать! Но я должен пойти и узнать, что случилось, если Каин не вернется. Если предам друга, да, все же, наверное, уже почти друга, я не смогу быть уверенным в том, кто я есть. Посмотри на меня, – вопросил он, поправив со лба светлую челку. – Если бы не Каин, я бы здесь не сидел, и ты бы здесь не была. Он пошел на это ради меня. Понимаешь? Этот лесной парень неделю назад взял ранг Искателя и сразу рискнул всем.

Девушка снова начала плакать, и Дерек, спустившись с табурета, снова обнял сестру.

– Я понимаю тебя, Дер, – слезно сказала она. – Я верю тебе, потому что знаю, кто ты и как мыслишь. Но это сложно. И если бы ты был не тем, кто ты есть, мне было бы страшно. Я бы точно была одна. Просто… просто я не хочу рисковать. Мы даже не убрались от этого проклятого города, а я снова рискую вернуться в этот ужас.

– Не вернешься. Я пойду один. Расскажу тебе, где мы устроили остановку с припасами, но без ездовых придется идти пешком. Еще одна причина пойти на место встречи. Там остался доверенный мне зверь, и будет нехорошо бросить еще и ее.

– Ее? – удивилась Мая.

– Да, черная пантера по имени Сеара. Принадлежала командирше отряда Саманте. Она ушла из Гильдии и доверила ее мне, – кивнул Дерек.

Девушка потянула сопли:

– Почему ушла? И зачем ты подвергал себя опасности, отец же не хотел этого.

– Подвергал, так как не осталось выбора. А командирша ушла из-за гибели двоих из отряда, среди которых была ее любимая, – грустно сказал целитель.

Глава 108

Я пришел в себя не сам. Под нос сунули что-то вонючее, эта гадость добралась до глубин беспамятства и вырвала в реальный мир. Светлый мир. Первой мыслью, которая посетила мою голову, была «какого черта меня постоянно вырубают?». В теле чувствовалась вялость, и наверное, это закономерные последствия после дозы этого жуткого снотворного.

Глаза разлиплись, и перед взором предстал обставленный красивой мебелью кабинет. Комната была залита желтым светом магических ламп, и прямо передо мной на паре мягких кресел сидели двое. Одним из них был Сергиш Фенкс, он с улыбкой смотрел на меня, не двигая зрачками. Второй – бородатый и голубоглазый мужик. Он не улыбался, но его глаза не были испуганными, значит он на своем месте.

– Наконец-то ты пришел в себя, – мягко произнес Фенкс. – Я уже заждался. Подумывал ускорить пробуждение. Как ты себя чувствуешь?

Мое тело так же было усажено в кресло. Никаких веревок и цепей не чувствовалось. Меня не связали, не посадили в яму и не убили. Что происходит? Мягкость в голосе знакомца не обманывала, и ведомый желанием избавиться от проблемы под названием «Сергиш Фенкс» я сформировал нож…

Не сформировал.

Магия снова не работает. Резко поднял руки, чтобы глянуть на запястья.

– Не двигайся, – скомандовал мягкий голос, и руки тут же замерли. На долю секунды в голове стало мутно.

Захотел подняться на ноги, но тело не отвечало на мои запросы. Будто связи между мыслями и телом не существовало. Вместе с этим, я чувствовал каждую мышцу, но не мог ничем управлять.

– Какого черта…  – прошептал я дрогнувшим голосом.

– Не переживай ты так, юный освободитель, это всего лишь рабский ошейник. С тобой все хорошо. Никогда не пробовал эту штуку на себе? Забавное ощущение. Только нужно чтобы кто-то доверенный наблюдал за «хозяином» и в случае чего остепенил. Ладно-ладно, вижу неверие в глазах, потрогай уж, убедись. Разрешаю осмотреть шею.

Я тут же с легкостью подорвал руки и нащупал то, что видел столько раз на шеях невольников в борделе. Отчаяние поселилось в голове, но вспомнив о магии разрушения, я притормозил развитие паники.

Сосуд проявился мгновенно, и его желтое сияние было облеплено черной дымкой, как и в случае с браслетом.

– Ну как, убедился? – участливо поинтересовался Фенкс. – Встань.

Я сразу же поднялся.

– Сядь.

Тело тут же снова уселось на кресло.

– Сядь прилежно. Руки на колени и держи спину ровно, – командным тоном сказал Сергиш.

Мое тело выпрямилось, колени сдвинулись, и ладони скромно легли на них. Омерзительное и пугающее чувство отсутствия контроля над самим собой. Каждый раз, когда он приказывал, в сознании появлялась муть. Она длилась не дольше мгновения, но я уловил эту «встряску», чем-то напоминающую ментальную дрожь. Я не терял себя и понимал, что делаю не то, что хочу, но эта муть на мгновение подавляла мои желания.

– Ох, и намучился же я с тобой, – улыбнулся Сергиш. – Потерял деньги, слуг, немного власти, должность, позиции в Каира. Видать, не зря говорят, что самоуверенность может подставить. Но что не сделаешь ради чего-нибудь интересного. Правда, Борик?

Мужик, что сидел на соседнем кресле, молча кивнул.

– Вот и я о том же. Жаль только, что вторая птичка ушла, а я так хотел дополнить коллекцию, – с грустью по-старчески сокрушался Сергиш. Будто, и правда, чем-то обделили. – Но мы с тобой, как следует, побеседуем и, возможно, еще нагоним озорников. Вижу, у тебя много вопросов, и я с радостью отвечу на некоторые.

У меня, и правда, было много вопросов, и первый из них – как отсюда сбежать. Как освободиться от ошейника, я уже понял, но что дальше? Сколько его людей вокруг, и насколько силен он сам?

– Для начала, – поднялся Сергиш, прошелся к графину, стоящему на столе, и налил в бокал красного, – ты же не думал, что все закончилось в департаменте? Нет, конечно же, не думал. Постоянно оглядывался, сканировал местность своей пустышкой. Было забавно. А то, как вы драматично убивали со светловолосым юнцом – вообще красота. Правда, я сам не видел, но поверь, докладчики у меня хорошие. Да, эти эмоции мне нравятся…

Я не мог сдержаться и округлил глаза. Все это время за мной следили и вели, как ребенка. Точнее, детей, учитывая дядю Дерека рядом с уродом. А может, и Дерек в деле? Продал меня за сестру или золото. Но тогда Сергиш не говорил бы о беглецах.

«Успокойся, Том. Дыши ровно. Не реагируй так бурно. Сейчас ничего сделать не выйдет, неизвестно – насколько оба сильные маги, а у тебя даже реального металла нет», – уговаривал я себя.

– Люблю делиться красотой своих побед, это моя слабость, – продолжил Фенкс, подойдя к книжному шкафу и проведя пальцем по корешкам книг. – Видеть твой страх, отчаяние и безысходность – лучший наркотик. Дозволяю задать вопрос. Побеседуем. У нас есть немного времени, и я хочу, чтобы ты выговорился сейчас. Потом уже не будет возможности.

Какой вопрос ему задать? Когда они выйдут из комнаты? Ладно, видимо, придется участвовать в этой игре. Пусть удовлетворит свою радость, ведь, судя по всему, выговориться хочет именно он. Главное, чтобы оставили меня одного. Но первое, что я хочу знать, относится не ко мне.

– Борик, ты что, продал своего племянника этому уроду? – обратился я к мужику.

Он среагировал не сразу. Пару секунд была тишина, видимо, не этот вопрос ожидали оба. Затем Борик запыхтел и приготовился бурно ответить, но его прервали.

– Нет-нет, так не пойдет, юный освободитель. Вопросы должны задаваться только мне, – сказал Фенкс ворчливо. – И веди себя прилично, хватит скалиться и зыркать сероволком. Выражайся более дружелюбно, будто ведешь светскую беседу. Это приказ. Но я утолю твое любопытство, в этот раз. Он не племянника продал, а племянницу. Точнее, не продал, а упростил задачу угнаться за двумя утками, но видимо, не судьба. Ее продали до него.

– Мая? Она же в ошейнике, почему не перекупить? – удивился я. Голос перестал рычать и тон был вежливым. Напряжение в глазах пропало, брови расслабились. Это не то, как я хотел отреагировать, но муть в сознании брала контроль над выражениями.

– Ох, купить просто, но это законно, а то, что куплено законно, нельзя безвозвратно калечить. Или убить. Это даже не полная власть. Что мне эти невольничьи приказы, когда глаза не говорят об удовольствии служения. Ты скоро это поймешь сам, но я просвещу. Такие приказы, как я озвучил тебе сейчас, не держатся долго, и условности обновления задач меня не устраивают. Постоянно напоминает о неестественности чувств. Ну да, ладно. Следующий вопрос. Будь внимательнее, в целом, времени теперь у нас много, но на вопросы не очень.

– Госпожа Файрен в курсе этих событий? – спросил я учтиво, хотя его слова о Мае уже дали это понять. Но нужно было уточнить.

Фенкс хохотнул:

– Глупый маленький освободитель. Конечно, в курсе! Благодаря этой старухе, мы и встретились в том доме. Она попросила, чтобы я помог избавиться от бывшей шлюхи. Не нравится ей, видите ли, ее свободное присутствие в голоде. Сначала гират, затем угрозы. Мне на нее плевать, слишком опытная, но с Лейлой у нас плодотворное сотрудничество, и я не мог отказать. Но я рад, что все вышло так, даже учитывая проблемы, которые ты мне доставил.

– Маргарет…  – обронил я бездумно. Стоило Лейлу прибить при первой же встрече. Почему я не додумался, что она может быть связана с этим уродом?

– Ох, не переживай так, – подошел ко мне Фенкс и погладил по щеке. – О шлюхе Бомс уже позаботились. А хотя нет, зачем обманывать себя. Переживай. Мальчишки так вожделеют владеть ею, что, боюсь, быстро сломают по второму кругу!

После сказанного он легко рассмеялся и присел на свое место. А я хотел закричать от бессилия и нахлынувшей паники. Кир и Марис работали на Лейлу и все это время следили за нами. Все эти недовольные взгляды были не простой ревностью. Не зря мне не понравились некоторые моменты с Киром. Видимо, он менее сдержанный. Что же делать?!

Все эти эмоции не напрягли и единой мышцы во всем теле. Я продолжал сидеть со спокойным лицом и вести приятную беседу.

– Удивительные создания, разумные существа. Столько ненависти к невольничеству и одновременно такая жажда беспрекословно владеть кем-то, – продолжил Фенкс. Борик просто сидел и слушал, лениво потягивая выпивку. – Я вот тоже люблю владеть. Но полумеры огорчают, вот и приходится выкручиваться.

В голове была куча резких и грубых слов. Бесконечное количество быстрых и емких вопросов, но всё, что я смог выдавить, была глупость, ведь я сразу понял о ком речь:

– Не могли бы вы уточнить про мальчишек?

Фенкс недовольно поморщился:

– Диконы, что работают на нее. Ты ведь должен быть в курсе, любовничек. Фу, какая мерзость. Но ничего, скоро у тебя будет только одно желание. Служение мне, во всем. Хватит о шлюхах. Давай, ближе к нам, мне так хочется. Я могу приказать, но…

– Почему вас заинтересовала моя персона?

– Во-о-от, теперь мне нравятся вопросы. Я даже начал нервничать, что мы к этому придем не по твоей инициативе, – сказал Фенкс воодушевленно, и его грудь стала часто раздуваться. – Борик, покинь кабинет. Думаю, мы достаточно поиграли в сюрпризы.

Дядя Дерека медленно поднялся и так же неспеша закрыл за собой дверь кабинета.

– Почему, говоришь…  – полушепотом сказал Фенкс, подойдя ко мне вплотную. – Потому что я хочу узнать о вас побольше.

Он сел на корточки передо мной и положил руки на мои колени. Проникновенно смотрел в глаза и начал поглаживать. Я же не мог двинуть ни единым мускулом.

– Давай же, спроси меня, – продолжил он чувственно.

В голове был только ужас от происходящего, но после его замечания меня осенило, и я произнес слово, эхо которого протяжно расплылось в сознании:

– Вас?

Глава 109

– Да! – воскликнул Фенкс волнительно и, выпрямившись, погладил мои волосы. – Молодец, хороший мальчик. Наконец мы будем говорить о том, что волнует не только тебя. Вся эта мишура – просто пыль, в сравнении с этими словами. Я хочу знать о вас всё и найти всех!..

Он продолжал восхищаться перспективами поимки попавших в этот мир землян, а я видел только лицо Маргарет, которую все-таки не смог уберечь, и думал о том, как нас всех обвели вокруг пальца. Намек на то, что у него кто-то из моего мира, отошел на второй план, хотя это могла быть сестра. А может отец или Кернис. Это могли быть и Келваны…

– Меня слушай! – скомандовал он, и встряска сознания вытянула меня из своих мыслей. – Видишь ли, ошейник не дает гарантий, но от двоих будет больше толку. Мне интересно узнать о мире без Кель. Такое разве возможно? Только подумать! Города, в которых проживает всё наше королевство. Оружие, способное уничтожить сотни тысяч! А ведь о существовании такой мощи есть упоминания только в период войны с магами. Безумие! Немагическая техника, способная внести хаос на Фариду, а затем и выше! Но больше всего меня интересует другое…  Угадай!

– Сфера, – без особых умственных трудов выдал я. Что может быть важнее, чем устройство, перекидывающее тебя в другой мир. И если сюда меня принесла она, значит и других тоже.

– Да, – посерьезнел он. – Мне нужно знать об этой Сфере больше, и девка сказала, что ты дольше всех ковырялся с ней. Принимает только органику, безмолвна и статична. Почему она перенесла вас, спустя столько времени, а не сразу, как только появилась? Выжидала? Девка сказала, что появилась в этом мире голая, как новорожденное дитя! Ты тоже? Ты ведь расскажешь мне? Правду!

– Господин Фенкс, не могли бы вы сказать мне имя девушки, которая у вас в подчинении? – спросил я спокойно и, как приказано, вежливо. Не знаю почему, но накатило странное хладнокровие, будто выключился рубильник, поставляющий эмоции.

– Клари, – тут же ответил он, улыбаясь.

«Клари», – повторил я про себя удрученно. Что за Клари? Потеряла память? Странно. Он знает про Сферу и убежище, а значит эта девушка одна их тех, кто был там.

– Благодарю, господин Фенкс, – кивнул я вежливо, но не стал уточнять насчет имени.

– Можешь называть меня просто хозяином, – удовлетворенно выдохнул он. – Не можешь, а будешь. Вообще, скоро ты будешь слизывать мою слюну с моих же ботинок и после держать рот открытым, моля о следующей порции. Но если будешь рассказывать много и интересно, я дам тебе время свыкнуться, и переход будет более щадящим, чем обычно.

Что он несет? Нужно уходить и быстро. И далеко. А еще лучше – убить его, и как можно быстрее. Но я не знаю, насколько он силен, и показывать сейчас умение разрушителя будет опрометчиво. Он меня вырубит и затем сделает так, что я ничего больше не смогу.

Фенкс хмыкнул беззлобно и произнес по-старчески, с добрым прищуром, будто отец, успокаивающий сына:

– Как прекрасен твой взгляд! Но я советую не греть себя фантазиями, теперь это твоя жизнь, и убежать ты сможешь, только если я того захочу. А если я этого захочу, побегом будет только смерть. Не знаю, как много ты успел понять в новом для себя мире, но ошейники существуют уже очень долго. Начиная с конца войны безумных магов. И случаи, когда разумные освобождались, единичны. За тысячу лет. Только на заре развития этих чудных приборов. Хотя, вероятно, это просто байка для затяжной агонии. Поэтому обдумай, смирись и служи, как мне того захочется.

– Вы так уверены в работе этого прибора, господин Фенкс?

– Именно, – улыбнулся он. – Думаешь, я бы рассказывал тебе всё это, не будучи уверенным, что твоя небритая мордашка не появится в здании департамента? Думаешь, не убил бы тебя, не рассчитывая завладеть полностью? Было бы даже проще, доложи я про ваши со светленьким смертельные для добрых жителей Каира увлечения. Как бы отреагировал на ваши проделки твой новый друг? С доказательством увиденного перед Системой Лжи, даже Гильдия не поможет. За дверью этого кабинета даже никого нет! – театрально протянул он руку к выходу, затем его тон стал мягким и доверчивым, молящим. – Твой охранник у тебя на шее, мальчик. Идеальный охранник. Я живу уже сто сорок восемь лет, и первый раб, который у меня появился, умер от старости в шахтах. Для меня, личный опыт – лучший показатель.

Я дышал ровно. Пусть его самоуверенность снова затмевает разум. Очень показательно, что он наступает в то же болото, сумев заработать финансовое состояние и уважение. Самоуверенность вообще штука опасная, и если вовремя не затормозить, до самого конца не поймешь, какие из граблей разбили черепушку.

– Что же еще…  – задумался Фенкс. – Да, еще я хочу услышать о той чудной драме, что сопутствовала вашему Переходу. Такие страсти! Ненавидишь братца, небось? Да, представляю, – последнее он сказал серьезно и хмуро, а я мысленно вздрогнул. Всплеска живой ненависти уже не было, время лечит, но если бы он сейчас предстал передо мной, не колеблясь, убил бы. – Ты извини, что я столько болтаю. Просто здесь я уже знаю все, что могу знать, и очень волнуюсь в предвкушении новых историй. Но в первую очередь, хотелось бы понять, что за штуковина переместила вас. Здешние Переходы такое вытворять не умеют. В общем, думаю, мы закончили. Нужно отобедать со старухой, она тоже переживала из-за вашего предприятия. Особенно из-за…  как ее там, Истмари?

– Истмани, господин Фенкс, – поправил я.

– Да. Из-за нее. Так негодовала, так переживала. Посиди, в общем, пока, подумай, – закряхтел он, поправляя скомканный жилет и брюки, – вечером отбываем в мое поместье под столицей. С Клари сможешь поговорить в дороге. Интересно будет наблюдать ваше воссоединение. Так волнительно. Уверен, она тебе доступно объяснит, как себя вести в моем присутствии и в целом. А затем будем искать остальных.

Он подошел к двери и уже открыл ее. Затем обернулся, и поджав губы, сказал:

– Чуть не забыл о мерах предосторожности. Запрещаю убивать себя, вредить себе и сбегать. Запрещаю вредить мне, каким бы то ни было способом, и всем в этом здании. Не стоит вредить никому во владениях моих подчиненных. Разрешаю свободно передвигаться по комнате, но за двери – ни шагу. Прекрасная картина. Думаю, мы поладим.

Наступило молчание, и Фенкс внимательно смотрел в мои глаза, очевидно, высматривая ужас. К его сожалению, ужаса во мне уже не было. Было лишь предвкушение одиночества и распыления мерзости на своей шее. Не уловив желаемого, он едва поморщился и вышел из кабинета.

Как только дверь закрылась, я сразу же поднялся и размял спину. Мучить себя догадками о пленнице и Маргарет было бессмысленно, поэтому я пока выкинул из головы эти мысли и сосредоточился на насущном. Появилась идея сломать себе палец, ради эксперимента, но как только я приблизился к столу и положил его на край, муть снова посетила разум, и рука отнялась от стола. И так каждый раз. Чтобы я ни делал, муть покрывала сознание, и ничего не происходило. Словно в голове поселился второй я.

Выдохнув, я присел на то же кресло и заглянул в Сосуд. Чернота обволакивала его свет, и хотелось уже избавиться от нее.

Я заприметил просвет на животе и проделал то же самое, что и в случае с браслетом. Нить пробила прозрачную часть черноты и начала скручиваться в клубок. Не стал перебарщивать с количеством фер и собрал не тридцать, как в прошлый раз, а пятнадцать. Тогда разрушение барьера произошло достаточно просто, и вероятно, я собрал лишнее.

Черная гарь была разорвана и разметена в разные стороны. Структура нарушилась и перестала работать. Возможно, даже сейчас я использовал своей маны больше, чем следовало. Сколько же было затрачено на этот слабый барьер? Пять, десять фер? Дымка едва дышала. Хотя, это вполне разумно, если нужна не плотная стена, а необходимо всего-то экранировать связь между носителем и его симбионтом. Для такой тонкой работы не нужно много фер, необходимо лишь умение управлять маной на высочайшем уровне и задать нужную программу. Но как ее задают, черт возьми? Я-то напрямую с Сосудом еще толком не разобрался, а здесь четкая работа техномагического прибора.

Увидев и почувствовав освободившийся Сосуд, мне стало легче дышать. Да, магия не панацея, но когда ты привыкаешь к ней и затем лишаешься, это как отсутствие конечности.

Я собрал ману разрушения и направил на ошейник и…  ничего. Муть покрыла сознание, и мысленный «приказ» мане был отменен. Повторил снова и снова. Тот же результат.

– Не сбегать, – произнес я вслух приказ хозяина ошейника.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю