355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дмитрий Беляков » Большой мир (СИ) » Текст книги (страница 35)
Большой мир (СИ)
  • Текст добавлен: 29 октября 2020, 18:00

Текст книги "Большой мир (СИ)"


Автор книги: Дмитрий Беляков



сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 48 страниц)

Глава 84

Вечер опускался на Асианту. Солнце скрылось за крышами домов, и разумные разбредались по излюбленным местам. В это время года было слишком холодно для ночных прогулок, и места интересов жителей большого города были предопределены тремя вариантами: таверны, коих в столице королевства атлан было не счесть, бордели и, собственно, жилища. Но это касалось только обычных граждан, что же до любителей проворачивать теневые сделки, их работа никогда не заканчивалась, а увеселительные заведения играли роль временной остановки.

Вот и сейчас мужчины и женщины абсолютно разной внешности незаметно передавали друг другу небольшую сумочку. На вид сумочка была простой, но не настолько, чтобы выглядеть странно в руках прилично одетой дамы, верхнюю одежду которой покрывал дорогой плащ-накидка, вышитый разными узорами и цветами. Она несла её, как дорогую сердцу вещицу, оглядываясь по сторонам, словно опасаясь, что кто-то отберет ее.

За дамой в дорогом плаще следовала другая особа. Движения мягкие и вместе с этим уверенные. Так мог бы двигаться фойре. Особа женского пола уже пару часов следила за игрой в передачу сумки и ждала удобного случая, чтобы вступить в дело.

Молодой парень, получивший сумочку из рук дамы, затерялся, как ему казалось, среди поворотов и темных уголков улиц Асианты. Но только не для ведущей его особы.

Парень зашел в маленькое каменное здание и, сдвинув пыльный ковер, открыл люк подвала. Проскользнув внутрь, он не забыл закрыть крышку за собой, хотя ковер так и остался лежать в стороне. Следящая за ним особа, как только он скрылся внизу, словно почувствовав нужное время, тоже проскользнула через дверь.

Девушка сняла капюшон, как только оказалась внутри, и черные как смоль волосы, заплетенные в длинную косу, тут же освободились из плена ткани. Маленький факел на стене давал достаточно света, чтобы не споткнуться об что-нибудь.

– Задолбали, – буркнула она, ковыряя носком потрепанного сапога люк подвала. – Почему все должно быть так сложно.

Так и не сумев открыть люк ногой, она все же протянула руку и брезгливо коснулась потертой деревянной ручки.

Подвал был сырым и темным. Черноволосая девушка сотворила несколько капель огня и, осветив помещение, скривилась еще сильнее.

– Мерзкие крысы, – поморщила она нос.

Найдя потайной вход, который слишком очевидно был спрятан за большой бочкой, девушка раздраженно толкнула пустую емкость ногой и, открыв проход в тоннель, последовала за парнем.

Тоннель был таким же мокрым и мерзким, как и сам подвал. Но самое неудобное было в необходимости идти на полусогнутых. Потолок низкий и постоянно осыпающийся мелкой земляной крошкой. По примерным подсчетам, черноволосой девушке понадобилось не меньше пятнадцати минут, чтобы преодолеть нужное расстояние. В какой-то момент тоннель стал расширяться и закончился деревянной дверью двухметровой высоты. Девушка раздраженно дернула ручку и оказалась в теплом и сухом помещении. Стены увешаны магическими светильниками, но недостаточно хорошо, чтобы она не смогла юркнуть в темный угол и затаиться, прислушиваясь к звукам.

Не заметив ничего подозрительного, двигаясь вдоль стены, девушка прошла короткий коридор и услышала за еще одной дверью голоса.

– Долго, – сказал грубый мужской голос. – Я уже два часа сижу в этой дыре!

– Ну извини, Ваниак, – ответил высокий мужской голос. В его тоне не было ни капли сожаления, скорее насмешка. – Нам показалось, что за нами следят, вот мы и задействовали больше людей.

– Ладно, похер, в общем. Главное, что товар при тебе, – раздраженно бросил Ваниак. – Все на месте? А то в прошлый раз босс был не очень доволен количеством побрякушек.

– Мои люди не суют руки, куда не следует, и все вопросы пусть Шааддин направляет к коротышкам.

– Шааддин сам решит, с кого спрашивать, Нескич, – отрезал грубый Ваниак.

– Может, мне развернуться и вернуть товар поставщику?

– Ты можешь попробовать, – хмыкнул Ваниак. – Но не станешь. Тебя не похвалят, если вернешься с пустыми руками.

Девушка прислушивалась к возникшей тишине, надеясь, что они сами сейчас перебьют друг друга и ей не придется марать руки. Но вопреки ее желанию, Нескич заговорил:

– Ладно, чего нам, посредникам, запугивать друг друга. Все равно большая часть денег за товар уйдет в другой карман.

– И то верно, – согласился Ваниак. Но его тон говорил о победе.

Девушка решила не затягивать и отобрать нужные ей вещи. Ползанье по грязным закоулками и слежка за всякими отбросами и так прилично били по ее гордости.

Вообще, всё, что происходило после падения подбитого соперниками шаттла, не слишком-то походило на озвученные разведданные. Командование передало, что здесь живут полуразумные аборигены, и в начале так она и решила, когда встретила паренька с деревянным луком. Этот индивид даже не умел пользоваться магией и твердил про какие-то свитки. Повезло, что у него был слабенький амулет лечения, с помощью которого она залечила внутренние повреждения. С остальным справилось ее тело.

Тогда она не придала этому значения, но его слова о летательном аппарате были единственным упоминанием подобной технологии, которое девушка встретила на этой планете. По крайней мере, это касалось разговоров и бытовой жизни, как оказалось, разумных. Удивительное сочетание мракобесия и разумной жизни путали черноволосую девушку. Ей даже пришлось использовать маскировку, чтобы сильно не выделяться в толпе.

На планете нашлись сильные маги, организованное правительство, охрана правопорядка, и это не позволило ей действовать открыто. Она хотела бы силой взять то, что ей нужно, но понимала, что не сможет тягаться с толпами магов, даже имея превосходство.

Не став затягивать дело, черноволосая активировала способность и выбила ногой обитую металлом деревянную дверь. Светящиеся синим глаза уставились на трех мужчин и одну женщину.

В свою очередь, все четверо повернулись в ее сторону. Но в их глазах не было страха и глубочайшего удивления. Напротив, один из них скалился самодовольной ухмылкой.

– А мы уж думали – не решишься! – сказал Ваниак.

– Ага, – поддакнула узкоглазая женщина. – Парням пришлось выдумывать на ходу.

Девушка сначала нахмурилась, не понимая, что происходит, но очень быстро пришла в себя. Ее ждали, и это ловушка. Комната была немаленькой. Стены поднимались высоко. На каждой стене имелись маленькие окна, из которых сейчас выглядывали стрелы. Капкан сработал, и этот капкан был крепким.

– Думала, твои нападения останутся без внимания? – прищурился рыжий Нескич. – Две, мать его, атаки, и куча потерянных людей. Ни одного выжившего. Ты, сука, даже дорогие побрякушки не брала! Мы так и не смогли понять, что тебе нужно.

Девушка молчала и оценивала обстановку. Разговаривать с будущими мертвецами у нее не было никакого желания.

– Ты расскажешь нам все. Кто ты. Что ты. И под что тебя сожрать, – дополнил чернокожий мужчина и блеснул белыми большими зубами.

– Не пугай ее, Нескич, – хохотнул Ваниак. А то убьет себя ненароком.

Пока они болтали, девушка насчитала десять наконечников стрел, и если учесть четверых в центре комнаты, ей нужно было убить всего-то четырнадцать местных идиотов. Для ее уровня это капля в море. Но она собиралась сделать это со вкусом и с наслаждением, так как поняла, что товара у них никакого нет, и все это была пустышка, чтобы заманить ее. Все потраченное время на грязь и сырость оказалось бесполезным. Да, зря она сразу поперла в лобовую. Аборигены они или нет, а просто так пропуск к телепортам не раздобыть.

– Ну, что скажешь, – прищурился рыжий, оглянувшись вокруг. – Так расскажешь, или сначала тебя превратить в ежа, а потом исцелить?

Девушка резко выдохнула и под ошарашенные взгляды четверых сформировала десять коротких мечей. Пять каменных и пять ветряных клинков образовали круг над ее головой и завертелись.

– Что за…  – успел бросить до этого молчавший пожилой мужчина, наблюдая за тем, как на огромной скорости, девушка побежала вдоль стен. Каждый из сотворенных мечей уходил в бойницу. За несколько секунд десяток разумных были мертвы. Кто-то с криком вывалился из окна, кто-то свалился на месте. Девушка не могла видеть, куда бьет, и целилась просто в середину окна. Не все умерли мгновенно с продырявленным черепом.

Четверка посреди комнаты опомнилась не сразу. Скорость налетчицы была огромной, и все произошло слишком быстро. Когда они поняли, что к чему, активировали свои умения и собрались дорого продать свою жизнь. Но в этот раз судьба не пощадила их даже в этом. Структуры девушки были не в пример плотнее, чем их щиты, и ни один из разумных не смог удержать следующую партию сотворенных мечей.

Все происходило в безмолвии. Только крики и стоны умирающих.

Девушка подошла к еще дышащему пожилому мужчине и наступила ногой на запястье, когда тот пытался сунуть руку в карман. Очевидно, в поисках амулета исцеления.

– Где мне достать пропуск к Переходу? – спросила она холодно. – Скажешь, и я оставлю тебе жизнь.

Мужчина закашлялся и хмуро оскалился:

– Хах…  так вот, что тебе нужно. Какая глупая смерть.

– Я задала вопрос, – повторила она и надавила на запястье сильнее.

– Думаешь, я поверю тебе? Ты совсем за дебила меня держишь? – хмыкнул он. – Я уже принял смерть и помогать не стану. Но скажу напоследок. Тебя поймают и сделают то же самое, что и ты с нами. Ничто не вечно, особенно удача.

Девушка молча наблюдала, как жизнь покидает его тело, и когда последний выдох ознаменовал смерть, убрала ногу с запястья.

– Черт! – крикнула она во все горло. – Черт! Черт! Черт!

Гнев выплескивался волнами, и вместе с тяжелой маной словно физически покидал ее тело, раскатываясь по площади помещения. Если бы рядом с ней стоял слабый маг, ему бы заложило уши, носом пошла кровь, и возможно, он потерял бы сознание. Выброс маны – практика высокой ступени не самая приятная вещь для слабых. Единственный минус этой естественной способности – отсутствие контроля над выходом маны. Девушка за долю секунды осталась с пустым Сосудом и теперь сутки не сможет использовать чары.

Причина, по которой она пыталась украсть пропуск, а не купить его на теневом рынке за золото, была, конечно же, в самом золоте. Достать кругляшки из бесполезного желтого металла было не так просто, как думалось вначале. В богатых районах столицы атланов проникать в дома было явно небезопасно, а шариться по бедным районам бесполезно. В прошлый раз, когда она бездумно проникла в дом служащего в департаменте правонарушений мужчины, ей впоследствии пришлось неделю прятаться среди бедноты, чтобы избежать поимки. Вопреки предупреждению, мужчина, конечно же, оповестил службу, и толпы разумных искали ее. Поначалу, она даже хотела вернуться и прикончить в его доме всех, как и обещала, но быстро остыла. Она вообще быстро остывала. Да и не было желания убивать ребенка. Подсознательно, она знала, что будет именно так, но все равно ушла.

Глава 85

Дни потянулись однообразно. Тяжелые тренировки с полуторником не давали результата, на который я надеялся. Да, глупая надежда, но все же. Я все еще размахивал мечом, как метлой, и не мог заставить свои мышцы работать в нужном режиме. Выполнять выверенные простые удары, с четким контролем клинка на скорости падения очень не просто. Это не то же самое, что владеть своими конечностями.

Дерек неустанно вытягивал меня в зал, и после мы даже успевали посидеть в таверне. Я рассказывал про бордель, он о прошлых заданиях. История гибели фойре, которого я заменял, так же была озвучена и весьма трагична. В принципе, как и все истории о смерти. Прислушиваясь к делам вокруг, мне еще сильнее стала заметна причина, по которой гильдийцев не так много. При всех имеющихся преимуществах. Как и сказала Маргарет, они имеют тенденцию часто умирать.

Волод редко сидел с нами, и если нам удавалось пересечься днем, он быстро перебирался за столик к знакомым коротышкам. Дерек не смотрел на это косо и никак не ворчал. Грендар был ответственным соратником, и я думаю, у него были свои причины быть в большом отряде с атланами, а не со своими низкорослыми братьями по расе. Но пить бородатый молчун ходил за другой стол.

Уж не знаю, чем эти двое занимались в простое, пока Саманта и Фамира развлекались на свадьбе, но казалось, что ничем, кроме заседания в таверне.

Посреди недели внезапно появилась информация о столкновении отряда фойре с атланскими рыцарями на границе между королевствами. Первые патрулировали местность в поисках Кродаса, вторые, по приказу одного из сенаторов, почему-то в это самое время решили устроить учения. Обычно, фойре могли бы спокойно пройти на земли атланов и вернуться, никто бы не заметил. Им нужна была голова альфа-волка для одного из ритуалов посвящения в Сэнм, но внезапно появившиеся рыцари решили, что это нападение на священные границы королевства. В посольство фойре утверждали, что рыцари умышленно атаковали, а их отряд только защищался и изначально не проявлял признаков агрессии. Капитан рыцарей, чей отряд каким-то чудом очутился на границе, хотя принадлежал округу Асианты, столицы королевства, заверял в обратном. В конце концов, разборки вышли на уровень дипломатии, и пока, по известным данным, королевство атланов не готовило армию к боевым действиям.

Гильдия, как всегда, держалась в стороне, и служащие в ее рядах фойре не проявляли заботу о своей родине от слова вообще.

Рабыня из Цветка Лаэ по имени Мая доступно просветила меня во внутренние дела борделя. В одну из смен я выкинул из комнаты на первом этаже парня, который хотел получить от нее то, за что не заплатил, и у нас было время побеседовать. В целом, ничего ужасного не происходило, в понимании средневекового мировоззрения, но кое-что я намотал на ус.

Лейле действительно было все равно, какие отношения между работниками ее заведения, в том числе охранниками. Хозяйка Цветка Лаэ частенько исчезала по своим делам, оставляя бордель без присмотра на несколько часов, и многие пользовались этим. Ее заместители не имели права приказывать рабам, и вся их работа замыкалась только на соблюдении заключения соглашений с каждым посетителем. Подпись маной, браслет на руку – остальное за охраной и самими рабами. Не все рабы звали на помощь охранников, и часто бывало так, что позволяли посетителям делать то, что те желали.

Истмани и ее бывший напарник были не совсем чисты на руку и в неведении хозяйки борделя давили на рабов. Могли не прийти на зов или прийти поздно. За это невольники не слишком-то любили их, очевидно. Особенно Рахаммушада, который часто пользовался услугами девушек, которые не могли отказать, хоть им никто напрямую и не приказывал. Охранники продавали информацию об отсутствии Лейлы, и некоторые товарищи успешно пользовались ею. Выходило это дешевле, чем заплатить напрямую в «кассу».

Мая неохотно говорила о себе, да я и не слишком расспрашивал. Зачем оно мне? Милая девушка, которую отдали в рабство за долги родителей – стандартная картина этого мира. Сначала она прислуживала какой-то женщине, но потом из-за того, что ее муж стал поглядывать на девочку, женщина перепродала ее в бордель. Почти год Мая в услужении Лейлы Файрен, и отрабатывать ей еще пять.

– Каин, – позвала Истмани, когда я спустился со второго этажа под утро. – Можешь завтра тоже подежурить наверху?

Я прищурился, подозревая, для чего ей это. Дружбу с ней водить не планировал, поэтому подставлять и так не сладко живущих рабов не имел желания.

– Нет, – коротко ответил я, поигрывая серебряными монетами в руке. Зарплата – всегда хорошо. А еще лучше – появившаяся возможность купить новый свиток. Почти три золотых за неделю, отличный результат. И учитывая оставшиеся три балла до скарабея, я вообще был всем доволен.

Истмани оскалилась и нервно заявила:

– Почему ты такой…  негибкий? Неужели тебе не хочется заработать больше?

– Хочется, – честно ответил я. – Но у всего есть предел. Мне и работать здесь не очень по душе, но ради денег я делаю это. Ты же постоянно предлагаешь не то, на что я готов пойти.

В прошлый раз Истмани уговаривала меня отдать одну пухленькую девушку любителю избивать и терзать. Здоровенный мужик аж зубами скрипел, когда я прямо перед ним послал обоих подальше. От него Истмани хотела получить какую-то услугу и взамен бесплатно отдать девочку. Услуги с увечьями не продавались без личного участия Лейлы, и это стоило дорого. По легенде, у нас должна была не сработать Связь, и у ублюдка было бы все время мира. Точнее, до конца смены. Целитель при борделе, конечно же, излечил бы девочку, но не психологически. Без наркотиков, которые подавляли сознание и чувства, такие вещи не происходили.

– Знаешь, Каин, – зашипела напарница. – Ты когда-нибудь доиграешься. Ты не понимаешь, какие люди иногда просят услу…

– Стоп, – оборвал я. – Если эти люди такие серьезные, зачем им твои услуги? У них что, нет серебра, чтобы оплатить это?

– Ну… серьезные, не всегда богатые, – дернула носом Истмани.

– Сдается мне, что ты просто таким способом решаешь свои личные проблемы и долги. Только всякий сброд не имеет возможности платить за то, чего хочет, – поморщившись, выдал я и развернулся к служебному выходу.

– Не всегда, Каин, все так просто, – сказала мне в спину Истмани. – Иногда нужные люди не хотят лишний раз светиться. Ты же понимаешь, что здесь фиксируется каждый документ? Как думаешь, что будет, если добропорядочный семьянин Каира воспользуется услугами второго этажа? Каин!

Я не стал слушать ее тираду, все и так ясно. Мая разъяснила мне некоторые нюансы, а с Истмани мне было проще играть в дурачка. Гильдийский статус позволял немного заигрывать с опасностью перед местными «серьезными людьми». Все они были недостаточно серьезны, чтобы нанять больше пятнадцати человек на убийство отряда гильдийцев.

Что меня действительно волновало, так это отсутствие действий со стороны Фенкса. Я не мог поверить в то, что он просто так забыл обо всем. Невозможно. Вот уже неделю я ходил по вечерним улицам Каира и как бы ни старался обращать внимание, моя задница не чувствовала слежку.

Сегодня смена закончилась немного раньше, чем обычно. То ли проблема в дне недели, которая здесь, как оказалось, длится девять дней, то ли общее обнищание в один момент. Второй этаж был полупустым, и Лейла полвечера ходила недовольная. Ворчала, пыталась обвинить в плохой работе, нехороших взглядах и плохом обращении с клиентами. Я делал удрученный и обеспокоенный вид, понимая, что именно этого от меня и ждут. Внутри же радовался спокойному вечеру и половине ночи.

Когда хозяйка Цветка Лаэ передавала мне деньги, скривив в подобии улыбки сухие губы, она спросила, как бы невзначай:

– Как там Маргарет? Как продвигается ее Дело?

– Да обычно. Двор живой, посетители есть. Голодать не приходится, – ответил я просто. Что еще сказать. Не рассказывать же о наших отношениях.

– Ясно, – протянула она, не убирая дежурную улыбку. – Ну, ты приглядывай за девочкой, раз вы так сблизились. Хотя, я была бы не против снова видеть ее в этом зале.

Я ничего не ответил и просто кивнул. Женщина явно проинформировала меня, что знает о нас и хочет, чтобы я знал это. Зачем? Да кто ее знает. В моей голове все упиралось только в желание нагадить Маргарет Бомс. После того, как я стал работать на Лейлу, она больше не появлялась в гостинице. Видимо, старушка решила, что нашла то, что ей нужно, но пока не пустила в игру козыри.

Мы разошлись, и после перепалки с Истмани я побрел темными улицами в гостиницу. По земному времени еще не было и четырех часов, что предвещало хороший сон и продуктивный день.

Волод сказал, что Саманта и Фамира должны вернуться в течение недели, и я готовился встретить их со значком скарабея и умением уверенно держать в руке меч. Хотя, лук тоже забрасывать не стоит, ибо только благодаря ему я в команде.

Глава 86

Очередной взмах мечом, и Дерек в кои-то веки одобрительно кивнул. Сегодня целитель появился смурной и раздраженный. Я не стал расспрашивать, решив, что он сам расскажет, если захочет. Не захотел. Но наша тренировка, казалось, ему нужна даже больше, чем мне.

Он предложил скрестить клинки, чтобы проверить, как крепко я держу меч, и заметно удивился, что не смог выбить оружие из моих рук. Ну, с хваткой у меня все было в порядке, так что это не показатель, но все равно приятно.

– Волод передал, что завтра прибудут Сэм и Фамира. Раньше, чем планировали, – сообщил целитель, опершись на меч.

Я сделал взмах и спросил о причине.

– Заказ на крикунов, – ответил он, дернув щекой. – Может быть, это те же самые.

Целитель рассказывал, что Сеамирука, фойре, что освободил мне место в отряде, убили именно во время охоты за крикунами. Тогда их дезинформировали, и оказалось, что особей было не просто больше, но и взрослых внезапно оказалось две. Крупный самец появился внезапно и в момент буквально откусил голову лучнику. Отряду пришлось отступить.

– Ясно. Месть, значит, – констатировал я, выполнив последний взмах, и занял ту же позу, что и Дерек. С каждым днем меч лежал в руке легче, а понимание смысла движений помогало выполнять их увереннее.

– Ага. Она самая. Командирша – девушка не вспыльчивая, но ради этой стаи бросила все дела. Да и не много от самого отгула осталось.

– Но это ведь может быть и не та стая, верно? – спросил я, разглядывая ладони. Давно не чувствовал боли от лопнувших мозолей. Даже перчатки не спасали.

– Верно, дружище, но это не имеет значения. Все равно возвращаться пора. Хватит пропивать деньги зря, – почесал он нос.

– Согласен.

– Но тебе жаловаться-то не на что, верно? – прищурился целитель. – В борделе, небось, хорошо платят.

Чего это он так насупился.

– Да, деньги хорошие, но не по нраву мне там работать. Да и ранг в Гильдии слишком медленно поднимается на рекрутских заданиях. Мне вообще повезло с вами, ребята, – устало улыбнулся я.

Целитель серьезно кивнул и скомандовал повторить еще одну серию ударов. Я послушно выполнил. Спорить с тем, кто бесплатно учит тебя, тратя свое время и силы, не очень уместно. Тем более, его командирская серьезность проявлялась только во время тренировок. Он внимательно отнесся к своей задаче, за что я ему был благодарен.

Как только я шагнул в обеденный зал Синего Демона, Маргарет тут же бросила на меня голодный взгляд. Эта женщина вообще оказалась весьма ненасытной особой. Каждый день она выжимала из меня остатки сил, оправдывая это желанием избавить от похотливых взглядов на девочек из борделя. Но кто я такой, чтобы сопротивляться?

Ухмыльнувшись, я поднялся к себе и хотел забраться в душ, но не успел включить воду, как она ворвалась в купальни и набросилась на мою благоухающую тушку.

– Нет, Каин, сначала я, потом душ, – хохотнула Маргарет мне в шею.

– Слушай, – обнял я ее в ответ. – Тебе не кажется, что ты опрометчиво бросаешь работу на ребят. Они ведь по-любому в курсе наших отношений.

– И что? Кто здесь хозяйка? – прищурилась она, расстегивая блузку.

– Ты, – сказал я то, что она хотела услышать, и развернул к себе спиной. – Но сейчас, пожалуй, хозяином буду я. Если ты не против…

После душа и короткого соревнования за право быть хозяином, я достал купленный свиток Глаза и сразу же выучил его.

Долго думал, на что потратить накопленные деньги, и решил, что магии огня для атаки мне вполне хватит, пока. За время, проведенное в Гильдии, я не слышал упоминаний о том, что какая-то стихия уступает другой. Урон есть урон. Не важно, льдом, пламенем или ветром. Конечно, есть остаточные эффекты, но когда ты делаешь из живого труп, это уже не так важно. Чары магов крови в лавках не продавались, так что узнать, могу ли я ею пользоваться, пока не получится. Магия творения была бесполезна ввиду отсутствия «нулевого» уровня умений. С целительством проще. Как бы я ни расспрашивал Дерека, он уверял, что исцеление и разрушение – тот вид чар, который нельзя повторить никому, кроме самих носителей этой маны.

Вспомнив про разговор с сотрудником департамента, я смело потратил два золотых на начальный уровень умения, с помощью которого, теоретически, смогу учуять направленную на меня ману. Любую. Конечно, начальный уровень подразумевал неточности, короткую дистанцию и явные ошибки, но это все равно пока единственное доступное разнообразие, которое я мог себе позволить. Да и не продаются свитки более высокого уровня в простых лавках.

Проверить его было не на ком, поэтому в дело вступили мои ножи. Всё работало, как часики. Расположив умения за спиной, я чувствовал их примерное местоположение. Не благодаря мане. Это знание через пару секунд сформировалось в голове и устойчиво уверяло, что за моей спиной две магические структуры. Будто сигнализация, исходящая из глубин подсознания.

Прислушавшись к ощущениям, я попытался понять, как это работает, на основе готовых, в моем случае, теорий. И все оказалось предельно просто.

От голографического Сосуда исходили нити маны. Как только нити проходили границу предполагаемого физического тела, они утончались еще сильнее. Одна картинка, всплывая перед глазами, показывала мне истончившиеся до мельчайших пылинок маны нити, которые вытягивались в разные стороны. Вторая отображала, как эти тонкие струйки выстраивались в подобие паутины, которая впоследствии покрыла радиус баскетбольного поля со мной в центре. Когда процесс сотворения умения завершился, я потерял ощущение маны.

Потеря десяти фер дала о себе знать почти сразу. Цифра затрат на свитке была прописана, но я до последнего не верил, что умение стоит так мало. Учитывая то, что его действие равно десяти минутам.

Мана не структурировалась в атомы или молекулы. Это было нечто иное, более мелкое. Но я задался вопросом: видят ли «свиточные» маги без контроля маны и работы с Сосудом всю эту красоту? Скорее всего, нет. Ибо если бы видели, давно бы осознали простоту этого умения.

Что может быть проще, чем раскинуть детекторы движения по радиусу? Проблема в том, что эти детекторы реагировали только на реализованную ману. Сосуды, наполненные этим веществом, не задевали паутину. То есть выпущенная чистая стрела спокойно пройдет сквозь Глаз, и он не подскажет тебе, откуда летит смерть. Это же касается и простого металла.

Был еще нюанс. Моя паутина оказалась редкой и охватывала небольшой радиус. Это значит, что если разумный устроится между нитями и атакует меня, я смогу заметить его структуру слишком поздно. Суть обнаружения заключалась именно в соприкосновении паутины и активированной маны. А для этого нити должны чередоваться очень плотно.

– Но как же ты работаешь, красота ты моя? – спросил я уже невидимую паутинку. – Как программа заставляет ману работать именно так?

Я наблюдал свой Сосуд и всматривался в места, где привычные мне нити берут начало. Да, это казалось бессмысленным, ведь выходили они такими, как я их привык видеть и ощущать. Но что было не так? Научившись формировать из маны известные мне модели частиц вселенной, я думал, что все замыкается на этом. Но сейчас мана работала сама по себе. Без преобразования во что бы то ни было. Так же, как мана разрушения…

Моя мана работала в чистом виде. Ну, почти. Когда я разрушал соединение между молекулами сформированных структур, я наблюдал действие оружия. Пыль формировала подобие лезвий и уничтожала связь между частицами. Скорее всего, этот образ был взят из моей головы, но суть не в фигуре. Так как это было все-таки некоторое образование, чистой маной его назвать уже нельзя. А если это образование, значит ему можно задать цель. Но как?

– Ну что за идиот, – хмыкнув, сказал я себе. – Так же, как и вытягиваешь нити.

Именно.

Я всмотрелся в Сосуд и потянул нить. Медленно. Бережно. Плотность маны-пыли истончалась по мере отдаления от источника. Но что если я сразу задам параметры толщине, а затем выстрою структуру паутины вручную? Будет ли это означать, что я обуздал умение?

Впервые я серьезно задумался о крупицах пыли и взаимодействии с ней.

Сконцентрировавшись на месте выхода нити, я установил ее мысленную толщину. Нить проявилась на поверхности Сосуда и, к моему удовольствию, состояла ровно из того количества пылинок, которые я возжелал увидеть. Дальше сложнее. Удержать количество было непросто. Нить норовила истончиться и распасться в ничто, если это возможно. Поэтому приходилось поддерживать мысленное усилие на контроле количества пылинок.

Я решил собирать имеющуюся нить по привычке в клубок и уже потом размотать, и создать то, что мне нужно. Сначала сантиметры. Затем уже метры выходили из Витрувианского меня.

Клубок уплотнялся, а мои виски покрывались потом. Во рту пересохло. Тело начало дрожать от усилия концентрации. Сложно постоянно думать об одном и том же.

Когда я вытянул из себя двадцать пять фер, меня стало мутить. Перекинувшись через кровать, уже знакомым способом я опустошил желудок. Предел достигнут. Но печали неоткуда было браться, ибо клубок был перед мысленным взором и готов к тому, чтобы его размотали. Осталось только задать программу работы.

Отдышавшись, я решил, что не вырублюсь, и снова погрузился в Сосуд. Как задать программу не имеющей структуры мане?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю