Текст книги "Глашатай бога войны (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Харитонов

Соавторы: Тансар Любимов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

– Знаешь сыновей барона Бертока? – вопросом на вопрос ответил Ицкоатль.

– Ну да, трое их вроде было, – припомнил Андрис.

– Было, – согласно кивнул Обсидиановый Змей. – Теперь двое осталось, старший и младший.

– Таааак, – протянул Андрис. – А ну-ка, рассказывай, в чём дело.

Ицкоатль рассказал. О том, как люди Бертока сожгли спорную деревню Абошар. О погоне за ними, о короткой кровопролитной схватке, о развешанных вдоль границы телах убитых – и о страшном подарке, который отвёз в замок Берток конь Винса, среднего сына барона.

До самого острова Андрис молчал. Заговорил, только когда они спустились в пещеру.

– Что с тобой случилось, Саркан? Ты всегда был отважным, порой даже чересчур. Но таким жестоким – никогда… Твой взгляд, когда ты очнулся – у меня до сих пор от него мороз по коже. Как будто змее в глаза посмотрел… И эти твои планы – то дядюшке меня покойником представил, то теперь ешь из его руки и планируешь его убить… Тебя словно подменили, друже. Что с тобой?

В пещере никого не было, кроме них. И богов.

– Когда-нибудь я тебе расскажу, – пообещал Ицкоатль. – Сейчас не могу, прости. Но можешь быть уверен в одном – я не замышляю против тебя ничего, что могло бы тебе хоть как-то повредить. Я очень дорожу нашей дружбой.

Во взгляде Андриса сквозило сомнение.

Ицкоатль ткнул в костёр длинную сухую ветку, подождал, пока она разгорится, и отошёл с этим факелом ко входу.

– Посветишь? – попросил он, передавая ветку подошедшему молодому барону. – Мне нужны обе руки.

Подобрав с земли небольшой овальный камень-окатыш, Ицкоатль примерился и ловким ударом сбил сразу несколько мелких кристаллов со стены над лазом наружу. За ними – ещё пару покрупнее. Потом пришёл черёд самых больших, с мужской кулак. Их Ицкоатль отбивал осторожными, экономными ударами, чтобы не повредить гладкие блестящие грани. Ветка прогорела, и Андрис отошёл за следующим факелом. Не прошло и четверти часа, как у входа громоздилась горка превосходных камней, которые осталось только собрать в сумку и отвезти камнерезу.

Вдруг в свете пламени что-то сверкнуло маслянистым жёлтым блеском.

– Стой, – резко сказал Ицкоатль отошедшему было Андрису. – Ну-ка, посвети здесь…

Тот поднял почти догоревшую ветку – и чуть не выронил её. В сиянии огня отчётливо была видна мощная, с руку толщиной, золотая жила, уходящая вверх, под прикрытие из кристаллов.

– Ниже жила должна продолжаться, – тихо сказал Ицкоатль. – Но рыть сейчас не будем… И это надо затереть грязью, чтобы не увидели.

Андрис больше не задавал вопросов. Он прекрасно понимал – если станет известно, что на острове нашлось золото, не только Саркану – Баласу не оставят его владений. Будут ходить в набеги, пока полностью не обескровят, и потом станут грызться между собой. А в конце концов придёт король и заберёт эти земли под свою руку.

В четыре руки золотую жилу быстро замаскировали, забив её влажной землёй. Валяющиеся повсюду обломки агатовой скорлупы, когда-то закрывавшие вход, внимательно рассмотрели. Несколько из них оказались с самородным золотом. Их спрятали в суму вместе с кристаллами. Припомнив просьбу побратима привезти ему агатов, Ицкоатль ещё раз просмотрел россыпь мелких камешков, выбрал вреди них подходящие, с отчётливым красивым рисунком, и добавил к своей добыче – как раз хватит заполнить пустоты между большими кристаллами в сумке, да и камнерез от таких не откажется, видел у него Ицкоатль агатовые бусы и ожерелья.

Закончили они вовремя: с берега острова уже слышались голоса вернувшихся людей.

Остаток дня заняли неотложные дела. Возвращаясь, люди Андриса подстрелили несколько уток. Теперь их ощипали, выпотрошили, обмазали глиной и сунули запекаться в углях – на ужин. Выстиранную, но мокрую одежду развесили на просушку. На обед разогрели на плоских камнях оставшуюся с завтрака рыбу и кашу.

До самого вечера Ицкоатль играл на флейте для людей и богов – и люди и боги слушали его и были им довольны.

Ночь он провёл под сводами пещеры, и ему снились Теночтитлан посреди озера Тескока, родной дом, жена и дети, и проснулся он с тянущим чувством печали по безвозвратной потере. Хотя должен был бы радоваться – ведь все они однажды снова будут вместе.

Обратный путь проделали быстрее – домой кони бежали веселее, чем от родной конюшни, да и дорога была им уже знакома. Солнце только начало склоняться от зенита, когда впереди показались стены Ботонда, а вскоре по мощёной Замковой улице зазвенели подковы коней вернувшегося отряда.

Ицкоатль передал Серко в руки конюхов и собирался идти проверять, как занимаются его люди, когда к нему кинулся вывернувшийся из-под плетня Матьяс.

– Господин Саркан, господин Саркан! Вас господин барон кличет!

– А что на этот раз нужно его милости? – устало спросил Обсидиановый Змей.

Вместо поварёнка ответил конюх:

– Батюшка и брат ваши пожаловали, господин Саркан.

Конец первого тома