Текст книги "Ненужная невеста Альфы, или От ненависти до любви один укус (СИ)"

Автор книги: Дита Терми

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 37. Никогда

Глава 37. Никогда

Я не трачу больше времени на игры. Срываю с плеч плащ-невидимку, и материя падает на пол, открывая меня перед ним. Призрак становится реальностью. Крис смотрит прямо мне в глаза. На несколько мгновений мы просто оба застываем.

Первым в себя приходит он.

– Войди, – приказывает он и отходит в сторону, пропуская меня.

Я подхватываю ткань с пола и вхожу в его комнату. Комкаю в руках мантию от нервов.

Внутри сразу замечаю Маркуса. Он сидит за столом и удивлённо смотрит на меня, роняя какую-то деталь от артефакта. Только рот открывает, явно намереваясь задать вопросы, как Крис его перебивает.

– Марк. Выйди. И ни слова. Никто не должен знать, что моя невеста была здесь.

Его сосед медленно кивает и встаёт. Выходит из комнаты, так и не спросив ничего. Дверь за ним захлопывается, и мы остаёмся с Крисом наедине.

Одна секунда, в которую я даже не успеваю продумать тактику нашего общения, и я уже оказываюсь прижата к стене телом Криса. Его руки упираются по бокам от моей головы, загораживая все пути к отступлению. Но сейчас я не хочу отступать. Сейчас я планирую говорить. Высказать всё, узнать всё.

Я смотрю в его глаза. Наконец-то я вижу там не лёд. Эмоции! Крис снова становится Крисом. В его глазах штормит бушующее, синее море. В нём больше нет ни вежливости, ни отстранённости. Только голод, боль и та самая ярость, которую он так тщательно скрывал от меня.

Передо мной проявился мой истинный жених, а не его тень, которой он пытался казаться все эти сутки.

– Ты… – вздыхаю я. – Ты подарил мне утром цветы. Потом колье. А сейчас я узнала, что ты рассчитался со всеми долгами отца. Это что, откуп? Ты хочешь от меня откупиться, Леманн? Красиво, чисто, без сцен? Заплатить и забыть о том, что было между нами? Это такой способ… расставания?

Крис смотрит на меня. Мне чудится, что в его глазах мелькает удивление, медленное осознание моих слов. А следом его челюсть напрягается.

– Ты действительно так думаешь? – его голос звучит приглушённо сквозь стиснутые зубы.

– А как мне ещё думать?! – возмущаюсь я. – Ты вёл себя как… как похоронная процессия! Вежливо, холодно, будто между нами уже ничего нет! Ты решил все проблемы, будто завязывая последние узелки! Что мне нужно было думать?!

Он молчит секунду, две. В его глазах бушует пламя. Он явно злится, но я не понимаю, почему. Разве то, что я говорю – не логично? Как мне нужно было расценивать его новое поведение и эти подарки?

Бесит. Ух, как меня сейчас бесит этот Крис Леманн!

– Дурочка, – выдыхает он наконец, и это слово звучит не оскорбительно, а с какой-то бешеной нежностью. От удивления я забываю, как дышать. – Я с тобой не собираюсь расставаться. Никогда.

И прежде чем я успеваю что-то возразить, его губы накрывают мои. Яростно, твёрдо, будто он пытается выбить этим страстным поцелуем глупые мысли из моей головы.

Я бы рада сопротивляться этому бешеному напору, но не могу. Всё моё существо тянется к нему в ответ. Я позволяю углубить поцелуй, позволяю его руке соскользнуть со стены мне на талию и вжать моё тело в себя. Мои пальцы сами перебираются в его волосы, перебирая его пряди.

Меня уносит от удовольствия и от осознания. Не хотел он меня бросать. Он сказал, что не собирался этого делать. Значит… я просто сама себя накрутила? У нас всё по-прежнему? Мы всё ещё пара?

– Никогда, пташка, – повторяет Крис, отрываясь на секунду, чтобы проговорить это прямо мне в губы, и снова погружается в поцелуй.

Никогда. Не хотел он меня бросать! Вот уж действительно дурочка. Как я могла так запутаться?

Крис подхватывает меня на руки и несёт к своей кровати. Мы вдвоём заваливаемся на неё. Нас уносит от желания. Прикосновения становятся жарче, поцелуи активней. Крис тянется к завязкам на моём платье и медленно расстёгивает.

В этот раз всё иначе. Нет привычной стремительности, нет яростного штурма. Он замедляется, будто хочет растянуть удовольствие, будто хочет запомнить меня всю, каждую мою реакцию. Его руки, его губы, его прикосновения становятся невыносимо медленными, исследующими.

Он будто издевается, но не назло мне. Он издевается над моим собственным телом, над каждой моей тайной чувствительной точкой, которую он изучил так хорошо. Он доводит меня до края снова и снова, останавливаясь в последний миг, заставляя меня стонать и выгибаться в немой мольбе.

И каждый раз я захлёбываюсь от нетерпения. Я едва соображаю, что происходит.

– Крис… – я умоляю. – Пожалуйста…

Я не хочу, чтобы он останавливался. Я хочу уже получить его. Всего. Мне очень нравятся его ласки, каждое его прикосновение губ, языка, пальцев… Но я хочу большего. Я хочу его всего ощутить.

– Молчи, – шепчет он, и его губы снова находят мои, заглушая любой звук.

Но наконец-то я получаю то, чего хотела. Он входит, и это происходит так же медленно, неумолимо, заставляя меня прочувствовать каждый миллиметр. Я вцепляюсь в его плечи, из груди вырывается очередной протяжный стон.

Крис даже тут держится. Его движения глубокие, неторопливые, сводящие меня с ума. Он доводит меня до такого исступления, что звёзды взрываются у меня перед глазами, а мир сужается до его тела, его дыхания, его голубых глаз, не отрывающихся от моих.

Всё ярче. Всё дольше. Всё как-то серьёзнее.

Когда наступает разрядка, это похоже на маленькую смерть. Я вся дрожу, не в силах пошевелиться, прижатая к его потной груди. Он тяжело дышит, его руки крепко обвивают меня, не позволяя отодвинуться.

Утыкаюсь носом в его плечо и дышу. Единственное, на что меня хватает. А потом я засыпаю, не в силах бороться с изнеможением. Засыпаю в его объятиях.

Последняя мысль, скользящая в темноту сознания, не даёт покоя:Так что с ним? Вроде и со мной, и всё так… по-настоящему. Но он всё время сдерживает свои порывы. Боится снова вспылить? Боится потерять контроль… или боится потерять меня? И всё-таки надо было нормально поговорить…

Глава 38. Другая

Глава 38. Другая

Крис Леманн

Карета несётся по мостовой в направлении родительского дома. Я гляжу в окно на мелькающие деревья, но вижу только Мию. Её улыбку, когда я дарил ей те дурацкие полевые цветы. Смущённый румянец, вспыхнувший на щеках, когда я надел на неё колье. То, как она прижалась ко мне в ту безумную ночь, когда прокралась ко мне в общежитие.

Между нами наконец-то всё начало налаживаться. Мия больше не отталкивает меня и даже не огрызается. Кажется, у меня есть все шансы завоевать её сердце. Я стараюсь. Стараюсь быть тем, кого она заслуживает: внимательным, щедрым, предсказуемым. Не тем диким зверем, которого она частенько наблюдала.

Кажется, всё идёт по плану. По крайне мере, я на это надеюсь. Сегодня мне пришлось уехать пораньше с академии. Отец просил срочно приехать, чтобы обсудить какое-то важное дело. Так вот, когда мы нежно прощались с Мией у ворот, мне даже показалось, что она искренне пошептала мне на ухо: «возвращайся скорее». Значит… будет скучать?

Когда закрывал долги её отца, внутри бушевала буря. Я понимал, что если дело в деньгах, ничего не будет мешать ей меня бросить. Теперь ведь её не связывают денежные обязательства. Но вместо этого она пришла… обиженная, даже оскорблённая тем, что я сделал. И тогда я поверил, что мои чувства взаимны, тогда допустил мысль… Может не любовь пока, но что-то ведь она испытывает ко мне?

Главное теперь – не отступать. Я должен придумать ещё что-то, чтобы её удивить, поразить, вызвать очередную улыбку на её губах, завоевать. Цветы, колье… мало. Что ещё? Может, найти тот самый проклятый учебник по артефакторике в старом переплёте? Коллекционное издание. Как символ нашего знакомства. Или свозить на ту ферму, где разводят лунных кроликов, про которых она когда-то упоминала?

С этими мыслями я и въезжаю в родные владения. Каменные стены поместья Леманнов не вызывают ничего, кроме привычного давления. Отец ждёт в кабинете. Как всегда. Сосредоточенный и серьёзный.

– Крис, – он встречает меня без улыбки, с деловым видом. – Садись. Нужно обсудить детали помолвки.

Я сажусь. С того дня, когда наши отцы объявили нам, что мы с Мией должны пожениться, столько всего произошло. Тогда я злился, что меня пытаются заставить, использовать в своих целях, а теперь я и сам счастлив бежать под венец.

И ведь про резонирующую магию была правда. Даже магистр Монаган заметил. Хоть мы и подпортили его эксперимент…

– Артефакт ошибся, – произносит отец ледяным тоном, перечёркивая все мои мысли одним предложением.

Я замираю. Мозг отказывается воспринимать. Это он так шутит?

– Что?

– Я провел повторные тесты, как раз опробовал новый артефакт. Так вот. Анализ совместимости с Агнесс фон Брандт показал идеальные результаты. Гораздо выше, чем с Мией Айгнер.

Он пододвигает ко мне пергамент с цифрами и печатями. Я смотрю в бумагу, будто это мой смертный приговор.

Агнесс. Моя… старая знакомая. Практически друг детства. Девушка, которая в последнее время слишком часто крутится возле меня. Словно она уже знает о том, что ею решили заменить Мию. Каждый раз Агнесс пытается подсесть поближе в столовой и без умолку болтает о чём-то, что я практически не слышу и не анализирую.

Значит, так хочет отец. Альянс двух влиятельных кланов. Союз с сильной магичкой, с девушкой, за спиной у которой не только магические способности, но и семейные богатства.

– Мне не нужна другая, – мой голос звучит тихо, но в нём уже бурлит та самая ярость, что я так тщательно подавлял последние дни. – Мой выбор – Мия. Окончательный.

Отец смотрит на меня так, будто я не оправдал его ожиданий. Он чувствует мой скрытый гнев, замечает, конечно, и ему это не нравится. Но всё-таки он старается вести себя спокойно.

– Твой выбор? – усмехается он. – Твой долг – сила клана. Гены Айгнер хороши, но не идеальны. Гены фон Брандт – безупречны. Союз с ними укрепит нас так, как не укрепит ни один договор. А ту… – он машет рукой, – её отец отдаст любому, кто закроет его долги. Её пристроят. Мия больше не твоя забота.

Мне будто в солнечное сплетение зарядили со всей силы. «Пристроят». «Не твоя забота». Он говорит о моей любимой девушке, как о вещи. О неудобной, но легко заменяемой вещи. А при мысли, что её получит кто-то другой, меня выворачивает наизнанку.

Отец никогда не вёл себя настолько цинично, и от этого двойне больнее. Он у меня, конечно, не ангел, но не до такой же степени.

А про то, что Айгнер уже свободны от долгов он, конечно, не знает. Я выложил все свои свободные средства, полученные от академической стипендии, которые за все годы учёбы не тратил, а также от наследства дальней троюродной тётки. Теперь я на нуле, зато не просил ни монетки у отца. Вот он и не в курсе.

– Я люблю её, – вырывается у меня.

Это признание, такое простое и такое опасное, повисает в тишине кабинета. Отец смотрит на меня долго, серьёзно. Потом медленно качает головой, будто мои слова – пустой звон, не заслуживающий внимания.

– Любовь – слабость, Крис. Особенно такая… необузданная. Она тебя погубит. Или погубит клан. Агнесс – разумный выбор. Она даст тебе сильных наследников и не станет водить тебя на поводке эмоций.

Дальше идёт монолог о долге, традициях, выживании сильнейших. Я уже не слышу. В груди собирается чёрная, холодная ярость, смешанная с паникой. Отец не спрашивает, не интересуется моим мнением. Он приказывает. Будто я вообще ничего не могу решать.

И я не выдерживаю. Просто поднимаюсь с места, и стул резко едет по паркету. Брови отца удивлённо приподнимаются.

– Я женюсь на Мие Айгнер, и это не обсуждается, – холодно произношу.

Разворачиваюсь и иду на выход. Отец не останавливает. Я только чувствую его прожигающий взгляд в мою спину. Но мне всё равно, я своё слово сказал. Я не буду выбирать, мне не нужно это. Я уже выбрал Мию. И плевать на долг, на традиции, на дурацкие эксперименты.

Мама ловит меня в холле, зазывает на обед, но я отказываюсь. Не хочу быть в этом доме ни одной лишней минуты. Заскакиваю в карету и мчу назад в академию.

Мысли гоняются по кругу:долг, семья, эксперименты, долг, Мия, пристроят, сила клана, Мия… Меня тошнит от всего этого. От этих игр, расчётов, от того, что моё счастье,она , – всего лишь переменная в чьём-то чужом уравнении.

Я должен что-то придумать. И очень быстро. Потому что мы на пороге очередной пропасти, и на этот раз её создали не мы сами.

Глава 39. Новости

Глава 39. Новости

Я еду к дому отца. Выходные, которые, как обычно, я проведу дома. Крис поехал первым, пораньше, потому что его родители позвали на какой-то важный разговор. Прощались мы очень нежно и ласково. Казалось, что все наши неприятности остались позади. Казалось бы, да…

Но… но всё-таки с Крисом у нас... не так всё однозначно. Между нами осталось много невысказанного, хотя… он же сказал. Прямо в лицо, с той дикой, обжигающей искренностью, что должна была бы развеять все сомнения:«Я с тобой не собираюсь расставаться. Никогда» .

Он хочет быть со мной. Хочет. Как и я с ним. Достаточно ли этого, чтобы отбросить все его странности в сторону? Его собственнические замашки, его холодные подарки, его перемены в настроении?

Я успокаиваю себя, глядя в потрескавшуюся кожу сиденья. У нас с ним сейчас просто трудные времена. У всех пар ведь такое бывает, да? Он альфа, он привык всё решать сам, контролировать. Наверное, поэтому так себя и ведёт со мной. Мой гребень, моё внимание… Считает, что я вся должна принадлежать ему. Без остатка.

Да я была бы и не против. Главное, чтобы он всё это озвучивал, а мне не приходилось постоянно гадать, что всё это значит. Но из него не вытащить ничего. Закрывается от меня.

Карета тормозит перед домом, и я выбираюсь наружу. Настроение странное, немного тревожное, а в голове бегают хороводы мыслей. Надеюсь на то, что мы вот-вот разберём с Крисом свои отношения.

Нахожу папу в гостиной, и на его лице застыла не привычная озабоченная складка между бровей, а... облегчение. Радость. Выглядит очень даже весёлым.

Ой, что-то случилось, значит, пока меня не было?

– Дочка! – радостно восклицает он и подрывается с места, чтобы обнять меня. – Как хорошо, что ты приехала. У меня для тебя прекрасные новости!

Я улыбаюсь, предвкушая, что он скажет что-то о новых экспериментах, артефактах, о том, что дела пошли в гору после помощи Криса. Может, даже похвалит мой выбор. Скажет снова, что генетика сделала чудо, соединила таких замечательных людей в пару.

А я буду кивать ему и улыбаться ещё шире. Потому что всё ведь так и оказалось. Крис – мой идеал, мой любимый, мой оборотень. Со своими тараканами, конечно, но у кого их нет? Главное, что мы с ним на пути решения всех вопросов. Просто нужно время, чтобы всё обсудить…

– Видишь ли, всё устроилось самым наилучшим образом, – отец потирает руки, его глаза блестят. – Для Криса Леманна нашли более подходящую партию. Девушка из очень сильного клана, идеальная совместимость. Так что этот неловкий союз можно считать расторгнутым.

Воздух вырывается из моих лёгких. Что? В смысле… Комната плывёт. Я слышу слова, но они не складываются в смысл. Более... подходящую... партию?

Что за глупости? Какая к чёрту партия? Мы с ним помолвлены! Они ведь сами… родители сами настаивали на том, чтобы всё скорее провернуть! Они толкали нас друг к другу в объятия, а сейчас… идеальная совместимость с другой?!

– Но... я люблю Криса, – лепечу я ошеломлённо.

Отец смотрит на меня с искренним недоумением. Он не притворяется. Он действительно не понимает, когда я успела влюбиться в собственного жениха.

В груди всё сжимается от боли. До меня медленно доходит… Криса срочно вызвали родители на разговор. Боги, он там сейчас знакомится со своей новой партией? И что он скажет? Согласится?!

– Любишь? Мия, дорогая, ты же так яростно противилась этому браку! Я думал, ты будешь счастлива! – недоумённо смотрит на меня, а потом подмигивает, будто я ерунду какую-то сказала: – Не переживай, милая! Для тебя тоже есть прекрасный вариант! Роланд, наш сосед по поместью. Добрый, состоятельный молодой человек, отличная репутация. И он – маг, а не оборотень. Никаких этих... эмоциональных качелей, скачков настроения, что присущи представителям двуликих. И представь, артефакт показал с ним очень хорошую совместимость! Всё получается как нельзя лучше!

Я смотрю на папу и поверить не могу в то, что он мне говорит. Будто я должна сейчас начать прыгать до потолка от радости, что вместо моего Криса мне сейчас выдают новый интересный вариант. Такой заманчивый, что просто закачаешься.

Не оборотень. Не тот, что каждый день преподносит сюрпризы в виде своего настроения, непонятных выходок и альфа-самцовых замашек.

Зато есть такой классный вариант у меня теперь. Сосед. Маг. Роланд. Стабильный, состоятельный. С репутацией.

Папа не понимает меня. Он видит только решение своих проблем: долгов, репутации, удачного «пристройства» дочери. А моё «люблю» для него – каприз, недоразумение, последний лепет девочки, которая наконец-то должна повзрослеть и принять разумное, выгодное решение.

– Этого не будет, – шепчу я. – Папа, я не выйду за другого.

– Мия… Я пригласил уже Роланда на ужин.

Поверить не могу! Он всё уже продумал. И в этом всём моё мнение его совершенно не интересует. В другой бы раз я с радостью осталась в этом доме. Провела время с папой, болтала бы с ним о пустяках, смотрела бы на его новые артефакты, изучала, спрашивала, впитывала… Но сейчас мне тошно.

Я быстро прощаюсь и ухожу. Папа пытается остановить, но я уже не слушаю.

Я не могу здесь быть. Не могу представить, что буду сидеть за ужином и знакомиться с очередным женихом! После помолвки с другим. После всего… что было между мной и Крисом.

И что бы папа ни говорил про совместимость, она у нас с Леманном есть. Наша безумная страсть, отзывчивость моей магии на его, притяжение... Это всё не пустые слова, это всё правда, в которой мы варились всё это время.

Я запрыгиваю в карету, которая везёт меня обратно в академию. В окне снова мелькают пейзажи, сливаясь в одну размытую серую массу. Внутри меня поселяется ледяная пустота, которая медленно заполняется чёрной, липкой паникой.

А вдруг Крис выберет не меня? Вдруг только я одна так сильно люблю? Вдруг его слова про «никогда» разобьются о желание родителей меня заменить? Вдруг та другая кандидатка понравится ему больше?

А что если… он давно уже знал? Что если он знал, что я уже не его невеста? Просто пользовался тем, что я рядом, что я уже приручена, напоследок, так сказать, получал удовольствие, прежде чем уйти к новой своей партии?

Вот почему его поведение изменилось! Вот к чему эти подарки и цветы… Или нет… Боги, я так запуталась во всём этом! Я уже вообще не понимаю, где правда, а где ложь. Всё станет понятно, только когда мы увидимся. Да… он обязательно всё мне расскажет, и мы вместе будем противостоять нашим родителям, помешавшимся на выгодных партиях и генетической совместимости!

Вот только когда я выхожу у ворот академии, когда иду к общежитию и замечаю Криса в компании его друзей во дворе, когда он подходит ко мне и целует легко в губы, когда я спрашиваю, как его поездка… я слышу совсем не то, чего ожидаю.

– Всё в порядке, Мия. А ты как съездила?

В порядке? В порядке?! Я несколько мгновений молча смотрю на него, пытаясь собраться с мыслями. Он… он обманывает меня! Снова обманывает, не открывается, врёт мне в лицо! И я, сбитая с толку его реакцией, просто киваю.

– Нормально, – выдыхаю в ответ.

Мы заходим на новый виток лжи? Зачем? Чтобы потом случился неминуемый крах всего?

Глава 40. Взрыв

Глава 40. Взрыв

Боги, что вообще происходит? Я стою в своём шикарном платье, которое выбирала с мыслями о нём, о том, как он восхищённо будет смотреть на меня, но вместо этого чувствую, будто моя душа умерла от нашей обоюдной лжи.

Прошла неделя, в которой мы играли свои странные роли. Он был серьёзным, сосредоточенным и отстранённым, а я ходила с приклеенной улыбкой, будто у нас всё налаживается, что всё хорошо. И ни слова о том, что произошло на выходных. И я уже начала думать, что мне почудилось. Нет никакой другой партии, привиделись слова отца. А Крис так вообще ничего не знает о том, что меня хотят кем-то заменить.

Ага, я начала сама уже верить в собственную легенду. Ну а что? Он ни словом, ни делом не показал, что между нами что-то изменилось. Видимо, я накрутила себя опять.

А сейчас я стою в зале академии. Осенний бал. Торжество, которого так ждали все адепты академии. Всё кругом утопает в золоте, багрянце и свете тысячи свечей. Музыка льётся томным, сладким ядом. Всё вокруг – картина из дорогой сказки. Только я себя почему-то принцессой не чувствую.

Я смотрю на Леманна в идеально сидящем мундире, вижу, как каждый мускул на его лице напряжён, будто он сдерживает превращение. Ему явно что-то не нравится, но я уже и не пытаюсь разобрать его эмоции. Мы пришли вместе, но он стоит сейчас в компании оборотней, что-то активно обсуждает.

Я отошла в сторонку, чтобы не мешать ему, да и выпить чего-нибудь для расслабления. Не могу избавиться от мысли, что всё идёт не так, как нужно. Хотя внешне и не придерёшься ни к чему.

И тут я замечаю эту брюнетку, которая всё чаще и чаще вьётся возле Криса. На ней платье цвета тёмного вина, которое идеально оттеняет её блестящие каштановые волосы. Она, как обычно, в своей роли – изящная, уверенная в себе, прямо идеальная. А на её лице застыла лёгкая, непринуждённая улыбка. И она направляется прямиком к моему жениху.

Я отвлекаюсь всего на мгновение, чтобы перехватить бокал у официанта, а когда возвращаюсь взглядом к Крису, вижу, как рука брюнетки появляется на его рукаве. Она что-то шепчет ему на ухо, смеётся тихим, серебристым смехом. Он не отстраняется. Он слушает, его профиль остаётся непроницаемым, но он и не уходит.

В груди что-то острое и гадкое сжимается в тугой, болезненный комок. Ревность. Унижение. Боль. И осознание… Боги, да ведь она и есть та самая партия! Это ведь очевидно. Всё время трётся рядом, всё время пытается его коснуться, а он и не против!

Мир шатается. Я залпом опрокидываю в себя горький напиток. Становится на миг легче. А в голове вспыхивает жажда действовать. Достаточно молчания. Эта идиотская тактика ожидания ни к чему не привела. Он так не захотел мне ничего рассказывать.

Неделя, как мне кажется, вполне себе длительный срок. Мог бы уж и поделиться, что его беспокоит. А теперь я выясню всё сама.

Делаю уверенный, твёрдый шаг вперёд, но тут передо мной появляется Торстен. Эрик смотрит на меня со своей вечной язвительной усмешкой. Окидывает меня слишком внимательным взглядом.

– Невеста Леманна выглядит потерянной, – говорит он со смешком в голосе. – Альфа, кажется, занят. Я могу составить тебе компанию? Как насчёт танца?

И тут меня пронзает идея. Я сгораю от ревности, так пусть и Крис захлебнётся ею, если я вообще всё ещё что-то значу для него. Или я хотя бы пойму, что ему уже плевать на меня. Раньше его задевало, что Торстен проявляет ко мне внимание.

Это вызов. Глупый, отчаянный вызов. Маленькая надежда сломать его дурацкую маску. Я вижу, как взгляд Криса, скользнувший в нашу сторону, становится ледяным. Хорошо. Пусть видит.

– С удовольствием, – говорю я и кладу руку на протянутую ладонь Эрика.

Мы выходим на паркет. Торстен держит меня с подчёркнутой почтительностью, но в его глазах – не похоть, а странное понимание. Он видит всю эту дурацкую пьесу. И я думаю, что он знает, что эта брюнетка не просто так постоянно клеится к Крису.

Боги, они все, может быть, знают. Одна я, дура, никак не могла понять очевидного. От этого только ещё более горько. Наивная я душа. Не замечала ничего, надеялась ещё на что-то, верила в его «никогда».

– Жестокое зрелище, – тихо бросает Торстен, ведя меня в вальсе. – Два идиота, играющих в ревность на глазах у всей публики.

Я морщусь от его слов, но молчу. Эрик бьёт в самую суть, и самое забавное, что не боится получить в нос снова. Может у него склонности к мазохизму?

Я чувствую на себе взгляд Леманна. Горячий, тяжёлый, полный ярости. Он смотрит на нас, и я ловлю краем глаза, как брюнетка усиливает свой напор, но мой пока ещё действующий жених не сводит с меня взгляда. На неё не обращает никакого внимания.

Танец заканчивается. Я отстраняюсь от Торстена, благодарю и пытаюсь раствориться в толпе, чтобы добраться до выхода. Мне нужен воздух. Нужно выбраться отсюда. Достаточно представлений. Мерзко до тошноты.

Крис настигает меня у колоннады, в относительной тени от главного зала. Хватает меня за локоть.

– Мия. Нам нужно поговорить.

Его голос низкий, сдавленный. В нём бурлит что-то опасное. Но я только вспыхиваю от злости на него.

Выдёргиваю руку из захвата и поднимаю на него взгляд. Вся боль, вся горечь, всё отчаяние последних дней готовы выплеснуться наружу прямо сейчас. Я устала от игр, устала от всей этой ситуации. Мне до чёртиков надоело, что он от меня закрывается, а я должна мучиться и вариться в своих предположениях.

– О чём нам говорить, Леманн? – спокойно интересуюсь я. – Иди к своей новой невесте. Порадуй свою идеальную девушку. У меня тоже, между прочим, появился жених. Другой. Не ты.

Он замирает, будто я ударила его по больному месту. Вся его массивная фигура застывает. В его глазах вспыхивает ослепительное золото, затмевая синеву. Это уже не просто злость, это что-то большее.

– Что? – выдыхает он.

– Ты слышал, – шиплю я, чувствуя, как слёзы предательски подступают, но я не позволю им пролиться. Точно не сейчас. – Меня уже «пристроили», Крис, так что можешь не переживать, что ранишь мои чувства. Роланд, сосед, маг, состоятельный и потрясающе красивый. Видишь, как всё отлично сложилось? У тебя новая невеста, у меня новый жених. Так что оставь меня в покое. Игра кончилась.

Лицо Криса дёргается, мускулы напрягаются ещё больше, хотя кажется, будто дальше некуда. Все его попытки сдержаться, вся холодная маска, всё терпение летит в пропасть. Его лицо искажается чистой, неконтролируемой яростью.

– Какой к чёрту сосед?! – рычит он довольно громко, не обращая внимания на начавших оборачиваться к нам адептов. – Ты веришь в эту чушь? Ты действительно думаешь, что я могу променять тебя на кого-то?!

– Я думаю то, что вижу! – вскрикиваю я в ответ, теряя последние остатки самообладания. – Я вижу её рядом с тобой! Я вижу, как ты молчишь и скрываешь от меня свои чувства! Я вижу, что наш «союз» так легко заменили на лучшую модель! Кто я для тебя, Крис? Ошибка артефакта, которую теперь исправляют?!

Мы кричим друг на друга посреди бала. Кажется, на нас все смотрят, но нам сейчас не до окружающих. У нас буря. Наши чувства достигли предела. И всё полезло наружу. Рвануло так, что теперь это уже не остановить.

– Ты ничего не понимаешь! – он делает шаг вперёд, его руки сжимаются в кулаки. – Ничего, Мия! Я пытался защитить нас!

– А ты ничего не объяснил мне! – отрезаю я, отступая назад. – Ты только лгал и молчал! Знаешь что? Мне надоело. Всё. Кончено.

Я разворачиваюсь и бегу. Прочь от него, прочь от этих глаз, прочь от этого позора. Платье путается в ногах, слёзы наконец прорываются и текут по щекам ручьями. Я слышу его хриплый рык где-то сзади, но не оборачиваюсь. Только ускоряю шаг. Скорее бы уйти отсюда.

Я вырываюсь из зала, вылетаю в холодный ночной двор и бегу, бегу без оглядки, к единственному месту, что сейчас может быть убежищем, – к своей комнате, где можно, наконец, разбиться вдребезги.

– Мия! Стой!

Меня нагоняет Джейн. Её огромные глаза горят неприкрытым шоком. Я качаю головой. Иду дальше, обнимая себя за плечи. Сейчас я точно не готова ничего объяснять. Не хочу ничего. Только побыть одной.

– Зря я попросила Торстена пойти с тобой танцевать, – обхватывает меня Джейн за плечи и притормаживает. – Прости. Я видела эту крысу Агнесс возле него. Решила, что ревность вас чуток взбудоражит. А получилось… только всё окончательно испортилось.

Я застываю в объятиях подруги. На миг даже слёзы перестают течь, а потом вздыхаю. Ну и что бы это изменило? Рано или поздно всё равно бы всё взорвалось. Мы просто оба копили в себе все эмоции слишком долго.

– Неважно, Джейн, – выдыхаю я. – Теперь уже всё неважно.