Текст книги ""Секир Башка". Или телохранитель для императора (СИ)"

Автор книги: Дина Хоуп

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Глава 15. Тайна парка

Следующий день выдался пасмурным, но без дождя. Яр проснулась рано, сделала зарядку, съела завтрак, стараясь не думать о записке. Но мысль о встрече в парке не давала покоя. Кто мог её написать? Канцлер? Его помощник? Кто-то из слуг? Или сам император?

– Ладно, – сказала она себе, натягивая сапоги. – Узнаем на месте. Но без оружия я не пойду.

Она спрятала в сапог небольшой нож, который одолжила у Тимофея накануне под предлогом «для разрезания яблок». В кителе не было карманов, но она нашла место за голенищем. Оружие давало ей чувство уверенности.

За час до заката она выскользнула из комнаты, сделав вид, что идёт к Софье за новой порцией пирожков. Тимофей проводил её взглядом, но ничего не сказал – только кивнул, делая вид, что чистит оружие.

Парк был пуст. Деревья стояли голые, тени от облаков медленно ползли по дорожкам. Яр прошла к скамье, где в записке было указано место, и села, делая вид, что рассматривает листву. Внутри всё было напряжено, как перед боем.

Она ждала недолго. Через несколько минут из-за кустов показалась фигура. Мужчина, невысокий, в сером плаще, с лицом, скрытым капюшоном. Он двигался осторожно, но не крадучись – скорее привычно, как человек, который привык скрываться. В его походке чувствовалась настороженность, а руки были спрятаны в карманы плаща.

– Вы пришли, – сказал он тихо, останавливаясь в нескольких шагах. Его голос был низким, слегка хрипловатым – будто он давно не говорил с людьми.

– А вы не боитесь, что я могу быть опасна? – спросила Яр, не вставая, но готовая сорваться в любой момент.

– Я знаю, кто вы, – ответил незнакомец, поднимая голову, чтобы она могла увидеть нижнюю часть его лица – худое, с острым подбородком и лёгкой щетиной. – И знаю, что вы не Джулия.

Яр внутренне напряглась, но виду не подала. Она продолжала сидеть, сложив руки на коленях, но внутренне приготовилась к любому развитию событий.

– Откуда такие предположения?

– Я служу в канцелярии канцлера, – сказал он. – И я слышал, как он говорил о вас. Он подозревает, что вы – не та, за кого себя выдаёте. Он хочет проверить вас. И, возможно, избавиться, если вы окажетесь помехой.

– И вы решили меня предупредить? – спросила Яр. – С какой целью? Вы слуга канцлера, и вдруг вы идёте против него.

– Потому что я не хочу, чтобы его планы осуществились, – ответил он, делая шаг ближе. – Я – не заговорщик. Я просто слуга, который слишком много знает. И мне надоело смотреть, как он разрушает то, что создавалось веками. Я не хочу, чтобы Асведиан погрузился в хаос.

– И что же вы знаете? – спросила Яр, чувствуя, что разговор становится напряжённым.

Он оглянулся по сторонам, убеждаясь, что они одни, и продолжил шёпотом:

– Канцлер готовит переворот. Он хочет свергнуть императора и посадить на трон своего ставленника. Для этого ему нужен предлог. И вы – идеальный кандидат. Он попытается использовать вас, выставить виновной в покушении. Вас уже обвиняли – это будет легко повторить. Ваше тело – Джулии – уже фигурировало в заговоре. Никто не удивится, если вы снова что-то сделаете.

– И вы готовы это доказать? – спросила она, подаваясь вперёд. – У вас есть документы? Свидетели?

– У меня есть доказательства, – ответил он, понижая голос до шёпота. – Не всё здесь, но часть у меня. Я отдам их только вам. Лично. Если вы согласитесь встретиться со мной завтра в том же месте, но позже – на час позже. Там, где никто не увидит.

Яр задумалась. Ловушка? Или реальный шанс? Она смотрела на него, пытаясь уловить признаки лжи. Но он стоял неподвижно, и его дыхание было ровным.

– Почему вы доверяете мне? – спросила она.

– Потому что вы не похожи на Джулию, – сказал он. – Она была пустой, избалованной и жестокой. А вы... вы смотрите на мир по-другому. Я видел ваш танец с императором. Вы не боитесь его. Вы не боитесь никого. Это редкость при дворе.

– Вы слишком много замечаете для слуги, – заметила она.

– Слуги замечают всё, – ответил он. – Они просто молчат. Я молчал слишком долго.

Он развернулся и исчез за деревьями так же быстро, как появился. Яр осталась сидеть на скамье, переваривая услышанное. У неё было много вопросов, но ещё больше – подозрений. Кто он? Почему он не назвал себя? И насколько можно ему верить? Она запомнила его походку, рост, голос – если увидит его снова, узнает.

Она уже собралась уходить, когда услышала шаги за спиной. Обернулась – на дорожке стоял император Авелий. Без охраны, в простом плаще, с тростью в руке. Он выглядел так, будто гулял сам по себе – но Яр почему-то не поверила в это.

– Яр, – сказал он, – я не ожидал вас здесь увидеть.

– Я тоже не ожидала вас увидеть, ваше величество, – ответила она, стараясь говорить спокойно. – Вы всегда гуляете без охраны?

– Иногда я хочу побыть один, – сказал он, подходя ближе. – Вы кого-то ждали? – спросил он, глядя в сторону, где скрылся незнакомец.

– Никого, – ответила она с максимально честным видом. – Просто хотела подышать воздухом перед сном.

– Вы лжёте, – улыбнулся он. – Но я не буду настаивать. Однако у меня есть к вам вопрос.

– Какой же, ваше величество?

– Почему вы так уверены, что вокруг меня заговор? Вы даже не знаете, кто именно враг. У вас нет доказательств. Только сон, который вам приснился, и слова божества.

– Иногда этого достаточно, – ответила она, – чтобы понять: что-то идёт не так. Я не знаю, кто враг, но я вижу, как люди смотрят на вас. Как они переглядываются, когда вы отворачиваетесь. Как канцлер улыбается, но глаза у него остаются холодными. Я знаю, что искать.

– Вы наблюдательная, – сказал он.

– Я военный, – ответила она. – Это моя работа.

– И как у вас дела с этой работой?

– Пока я ещё не знаю, – призналась она. – Но я нашла первую нить. И если она приведёт к клубку, я его распутаю.

Авелий подошёл ближе, и она почувствовала запах его одеколона – древесный, с нотками цитруса.

– Если вам понадобится помощь, – сказал он, – вы знаете, где меня найти.

– Спасибо, – ответила она, – но я привыкла полагаться на себя.

– Это хорошо, – сказал он. – Но иногда доверять кому-то – тоже часть стратегии.

Она почувствовала, как между ними возникло напряжение, которое нельзя было объяснить. Она опустила взгляд.

– Вы правы, – сказала она. – Возможно, мне стоит научиться доверять. Но пока что я доверяю только Софье и Эрману. И чуть-чуть – вам, ваше величество. Но это не значит, что я готова открыть вам все свои карты.

– Я и не прошу, – ответил он. – Я просто хочу, чтобы вы знали: я – не враг.

Она хотела что-то сказать, но передумала. Вместо этого она улыбнулась и кивнула.

– Я верю вам, ваше величество. Но простите, я должна идти.

– Я провожу вас до дворца, – сказал он.

– Не стоит, – ответила она. – Я справлюсь.

Он ничего не ответил, но пошёл рядом с ней. Они прошли молча до самого дворца – через пустынные аллеи, мимо тёмных кустов, которые, казалось, следили за ними. У ворот он остановился.

– Яр, – сказал он тихо. – Если вам нужна помощь – вы знаете, где меня найти.

– Спасибо, ваше величество, – ответила она и вошла в здание.

Внутри она выдохнула. Ей нужно было подумать. Но пока она чувствовала только одно: её жизнь становится всё сложнее и интереснее.

Она поднялась в свою комнату, закрыла дверь и села на кровать. В голове крутились слова незнакомца и императора. Оба говорили о заговоре. Оба обещали помощь. Но кто из них говорил правду?

Она подошла к окну и посмотрела на парк, где всё ещё блуждали тени заката.

– Завтра я узнаю больше, – прошептала она. – И, возможно, найду того, кто мне нужен.

Глава 16. Засада в парке

Яр не спала всю ночь. Мысли о завтрашней встрече не давали покоя. Она лежала на кровати, глядя в потолок, и прокручивала в голове возможные сценарии. Ловушка? Провокация? Или реальный шанс раскрыть заговор?

К утру она приняла решение: нужно идти. Но перед этим подготовиться основательно.

Она натянула тёмные штаны – такие же, как у гвардейцев, свободные, не сковывающие движений, плотную льняную рубаху с длинным рукавом, а поверх неё – короткую кожаную жилетку. Всё это ей предоставили накануне по распоряжению императора и Софьи, которые лично позаботились о её гардеробе. Жилетка сидела плотно, но не мешала дышать, была с завязками по бокам – идеально для манёвров. На ноги – удобные сапоги на плоской подошве, такие же, как у всех гвардейцев, только поменьше размером. В один из них она сунулатот самый маленький кинжал, который одолжила у Тимофея

под предлогом «для нарезки хлеба». Тот отдал его с недовольным лицом, пробормотав: «Только для хлеба, госпожа, и чтобы я не пожалел».

Второй нож – столовый, с утреннего подноса – она сунула за пазуху жилетки. На всякий случай. Лишним не будет.

– Выглядишь как настоящий гвардеец, – заметил Тимофей, когда она проходила мимо него в коридоре. – Только без шлема.

– Шлем мешает слышать, – ответила она. – А мне нужно слушать.

– Что-то случится?

– Не знаю, – честно ответила она. – Но лучше быть готовой.

Тимофей не стал спорить. Он уже знал: Яр всегда делает то, что считает нужным.

Она выскользнула из дворца через служебный вход, который ей показала Софья. За час до заката парк был пуст. Деревья стояли голые, воздух влажный, пахло мокрой листвой и сырой землёй. Яр двигалась осторожно, прислушиваясь к каждому звуку. Она прошла к той же скамье, что и в прошлый раз, но села не сразу – сперва обошла место кругами, проверяя, нет ли засады.

Никого.

Она села на скамью, положив руки на колени. Через несколько минут из-за кустов показался знакомый силуэт в сером плаще. Незнакомец двигался быстро, почти бегом, и Яр заметила, что его дыхание было сбитым.

– Вы пришли, – выдохнул он, подходя ближе. – Хорошо. У нас мало времени.

– Что случилось? – Яр встала, чувствуя, как напряжение растёт.

– За мной следили, – сказал он, оглядываясь. – Я не уверен, что оторвался. Они знают, что я иду к вам. Документы у меня с собой, но их нужно спрятать – не сейчас, а когда я передам их вам. Если они нас перехватят...

Он достал из-под плаща небольшую кожаную папку, перевязанную шнурком.

– Здесь списки агентов, имена тех, кто связан с канцлером, и черновик плана переворота. Это всё, что я смог вынести. Остальное у меня в тайнике в городе.

Яр взяла папку и быстро сунула за пояс, под жилетку, рядом со столовым ножиком.

– Кто за вами следит?

– Трое. Может, больше. Они были у входа в парк, когда я заходил. Я нырнул в кусты, но они могли увидеть, куда я направился. – Он снова оглянулся. – Нам нужно уходить. Сейчас же.

– Идёмте, – сказала Яр, кивая в сторону северной аллеи. – Там есть выход к реке, через него можно скрыться в городе.

Они двинулись быстро, но не бегом – чтобы не привлекать внимания. Яр шла чуть впереди, прислушиваясь и приглядываясь. Но через минуту она поняла, что вокруг стало слишком тихо. Слишком пусто. И в этой тишине отчётливо слышался треск сучьев за спиной.

– Они здесь, – прошептала она, не оборачиваясь. – Бежим.

Они рванули с места. Яр бежала легко – сапоги не скользили по влажной траве, жилетка не мешала движению, рубаха не сковывала плечи. Она чувствовала себя почти как дома, в своей стихии. Её спутник бежал хуже – он тяжело дышал и спотыкался о корни, и Яр то и дело подхватывала его под локоть.

– Сюда! – крикнула она, сворачивая в боковую тропу.

Но не успели они сделать и десяти шагов, как из-за деревьев выскочили двое мужчин. Один – высокий, с дубиной, второй – коренастый, с коротким мечом. Они преградили путь. А сзади Яр услышала шаги третьего.

– Стой, Джулия, – раздался грубый голос сзади. – Канцлер хочет с тобой поговорить.

– Очень мило с его стороны, – ответила Яр, выхватывая кинжал из сапога. – Передай ему, что я записана на приём через неделю. И вообще, у меня сегодня вечерний променад по расписанию.

– Шутишь? – сказал высокий с дубиной, делая шаг вперёд. – Ты пойдёшь с нами, или мы потащим твоё бездыханное тело.

– Хотеть не вредно, – усмехнулась Яр. – Но я бы посоветовала тебе сначала подумать, а потом уже угрожать. А то как-то непрофессионально выглядит.

– Ты что, думаешь, мы тебя боимся?

– Я не думаю, я знаю, – ответила она, слегка сгибая колени и перераспределяя вес. – Но давайте проверим.

Высокий размахнулся дубиной, целясь ей в голову. Яр присела, уходя из под удара, и в то же мгновение выбросила ногу вперёд, сделав подсечку. Мужчина охнул и рухнул на землю с глухим стуком, дубина вылетела из рук.

Второй, с мечом, набросился на неё – Яр перехватила его руку с оружием, крутанулась, используя его же инерцию, и бросила его через бедро. Он пролетел мимо, врезавшись в ствол дерева. Меч выпал и отлетел в сторону.

Третий, сзади, попытался схватить её за плечи. Яр резко ударила его локтем в солнечное сплетение – он охнул, отпустил её, и она тут же развернулась, нанося точный удар ногой в колено сбоку. Мужчина вскрикнул и рухнул на одно колено. Она не стала добивать – коротко ударила его рукояткой кинжала по голове, и он обмяк.

– Девушка… драться умеет, – выдохнул коренастый, пытаясь подняться.

– Я не девушка, я, в первую очередь, гвардеец, – рявкнула она, пряча кинжал обратно в сапог, а столовый ножик – за пазуху. – А теперь скажите своему канцлеру, что если он хочет поговорить, пусть приходит на плац в шесть утра. Я буду там с завтраком.

Но тут первый, с дубиной, уже поднялся и снова бросился на неё – злой, раскрасневшийся. Яр увернулась от его удара, перехватила его руку и рывком дернула на себя, одновременно добавляя коленом в корпус. Он закашлялся и повалился на траву, на этот раз не пытаясь встать.

– Бежим, – сказала она спутнику, хватая его за руку. – Быстро!

Она протащила его сквозь кусты, нырнула в заросли дикого орешника, перепрыгнула через старую каменную стену, покрытую плющом. Сзади слышались крики и ругательства – люди канцлера приходили в себя.

Они бежали через парк, сворачивая в глухие аллеи, перепрыгивая через поваленные деревья. Яр знала, что за ними могут идти по следу, поэтому специально петляла, запутывая следы.

Наконец они выскочили на окраину старого монастыря. Там было тихо и пусто. Яр остановилась, прислонилась к стене и перевела дыхание.

– Кажется, оторвались, – сказала она, прислушиваясь. Шагов не было. Только ветер в кронах.

– Вы… вы их всех уложили, – выдохнул незнакомец, с уважением глядя на неё. – Я думал, вы только говорить умеете, а вы ещё и деретесь отменно…

– В темнице было много свободного времени, – усмехнулась она. – Пришлось осваивать новое хобби. Теперь я предпочитаю кинжал вместо вышивания крестиком.

Незнакомец невольно улыбнулся, но тут же посерьёзнел.

– Слушай, – сказала она, убирая улыбку. – Документы у меня. Ты должен исчезнуть на несколько дней. Не появляйся при дворе, пока я не скажу. Если канцлер узнает, что ты жив, он тебя убьёт.

– А как я узнаю, что всё чисто?

– Встретимся в городе, в ресторане «Ласточкино гнездо», через три дня, на закате. Это заведение герцогини Каспиевой – там безопасно. Если я не приду – уходи и не оглядывайся.

Он кивнул, пожал ей руку и исчез в тени монастырских стен.

Яр постояла ещё минуту, прислушиваясь. Потом развернулась и направилась обратно, в обход парка – через город, чтобы не столкнуться с теми, кто мог её искать. Она выбралась на главную улицу, смешалась с прохожими, свернула в переулок, где проверила, не гонится ли кто за ней. Всё было чисто.

Она вошла во дворец через служебный вход. В коридоре её ждал Тимофей.

– Два часа, – сказал он тихо. – Я уже хотел бежать к герцогу.

– Всё хорошо, – ответила она, пряча улыбку. – Но мне нужно увидеть Эрмана. Срочно. И передай ему, чтобы он был в своём кабинете через десять минут.

Тимофей не задавал лишних вопросов, только кивнул и исчез в коридоре.

Яр направилась к кабинету Эрмана, чувствуя, как сердце всё ещё колотится. Но внутри было спокойно. Она сделала то, что должна была. И теперь у неё были улики.

Она постучала в дверь и услышала голос герцога:

– Войдите.

Она шагнула в кабинет и достала из-за жилетки кожаную папку.

– Кажется, я нашла то, что мы искали, – сказала она.

Глава 17. Бумаги, пирожки и новые планы

Кабинет Эрмана был залит мягким светом настольной лампы. Герцог сидел за столом, разложив перед собой бумаги, которые Яр принесла из парка. Он изучал их уже около часа, время от времени хмурясь и делая пометки на полях. Яр стояла у окна, сложив руки на груди, и ждала вердикта.

– Ну что? – спросила она наконец, теряя терпение.

Эрман поднял голову, потёр переносицу и откинулся на спинку кресла.

– Это… серьезно, – сказал он медленно. – Списки агентов, имена, даты, суммы, переданные неизвестным лицам. Если это не подделка, то у нас есть почти полная картина заговора.

– Почти? – переспросила Яр, подходя ближе.

– Здесь не хватает одного – прямого указания на то, что канцлер лично отдавал приказы. Все документы составлены так, чтобы его имя фигурировало только в переписке с третьими лицами. Формально он может отрицать всё. Скажет, что бумаги сфальсифицированы, что его оклеветали.

– И как нам это доказать?

Эрман встал, прошёлся по кабинету, заложив руки за спину.

– Нужен свидетель. Кто-то, кто видел или слышал, как канцлер отдаёт распоряжения. Или кто-то, кто участвовал в заговоре и готов дать показания.

– Но слуга сказал, что он только вынес документы. Он не был внутри заговора, он просто копировал бумаги.

– Тогда нам нужен кто-то другой, – сказал Эрман, останавливаясь у окна. – Кто-то из ближнего круга канцлера. Или… – он повернулся к Яр, – твои родители.

Яр нахмурилась.

– Ты хочешь, чтобы я пошла к графу и графине и попросила их свидетельствовать против канцлера?

– Я хочу, чтобы ты подумала о том, как они могут быть полезны, – спокойно ответил Эрман. – Они явно знают больше, чем говорят. И они связаны с канцлером, даже если не участвуют в его планах напрямую. Если ты сможешь выведать у них что-то важное – это может стать ключом.

– И как я это сделаю? Они же меня не слушают. Они видят во мне только Джулию, которая должна делать, что им скажут.

– А ты не делай, что скажут. Сыграй на их эмоциях. Скажи, что ты хочешь защитить семью, что боишься, что канцлер может использовать их в своих целях. Они ведь любят тебя – пусть и по-своему. Возможно, они сами не хотят участвовать в заговоре, но боятся отказаться.

Яр задумалась. В словах Эрмана была логика.

– А если они всё-таки решат меня использовать? Если они попытаются втянуть меня в новый заговор?

– Тогда мы будем знать, что они – часть проблемы, – ответил Эрман. – И мы сможем действовать соответственно. У нас есть рычаги давления, но я бы не хотел их использовать, пока есть шанс договориться.

В дверь постучали, и в кабинет, не дожидаясь ответа, вплыла Софья с корзинкой в руках.

– Я слышала, у вас тут военный совет, – сказала она, ставя корзинку на край стола. – Решила, что вам понадобятся пирожки. И свежие новости.

– Какие новости? – спросила Яр, почувствовав запах выпечки.

– Во-первых, слухи о том, что Джулия Столбина (то есть ты) в одиночку раскидала троих здоровых мужиков в парке, уже облетели весь дворец. – Софья улыбнулась. – Теперь тебя боятся даже лакеи.

– Отлично, – усмехнулась Яр. – Хотя бы не будут лезть с расспросами.

– Во-вторых, – продолжала Софья, – я видела твоих родителей. Они выглядели растерянными и злыми. Похоже, они слышали ту же историю и не знают, как на неё реагировать.

– Тем лучше, – заметил Эрман. – Если они растеряны, они могут быть более сговорчивыми.

– Вы хотите, чтобы я пошла к ним? – спросила Яр.

– Да. Завтра утром, – сказал Эрман. – Скажи, что хочешь обсудить семейные дела. Попроси их о встрече без свидетелей. Они должны согласиться.

– А если не согласятся?

– Тогда придётся искать другие пути, – ответил Эрман.

Софья, которая всё это время слушала молча, вдруг вмешалась:

– Знаешь, Яр, как у вас в армии говорят? «Если враг не сдаётся – его уничтожают».

Яр удивлённо подняла бровь.

– Во-первых, это не армейская фраза. Это цитата Максима Горького. Во-вторых, я бы не советовала применять такие методы к родителям – они могут обидеться.

Софья на секунду задумалась, потом махнула рукой.

– Ну ладно, в любом случае у нас в Асведиане говорят проще: «Если не хочешь говорить – мы найдём способ развязать тебе язык». И у нас это работает.

– Это как? – улыбнулась Яр.

– Ну, например, мы просто предлагаем человеку выбор: либо он рассказывает всё добровольно, либо мы отправляем его на недельку в подвал к Эрману, где ему дадут подумать, – усмехнулась Софья. – Обычно помогает. Но это крайний случай. А сначала – пирожки и душевные разговоры.

– Я запомню, – сказала Яр.

Она взяла пирожок, откусила и почувствовала, как тёплое тесто с мясом разливается по телу уютом.

– Ладно, – сказала она, прожевав. – Завтра я пойду к родителям. Если они согласятся помочь – хорошо. Если нет – придётся действовать жёстче.

– Только не перегибай, – предупредил Эрман. – Они всё-таки твои родители, даже если ты не помнишь их как следует.

– Я помню достаточно, – ответила Яр. – И я не позволю им стоять на пути у правды.

Она доела пирожок, отряхнула руки и посмотрела на бумаги на столе.

– Завтра, – сказала она. – Я разберусь с ними.

Софья хитро подмигнула, а Эрман кивнул.

– Только не забудь взять с собой нож, – сказал он. – На всякий случай.

– Он всегда со мной, – ответила Яр, хлопнув себя по сапогу.