Текст книги ""Секир Башка". Или телохранитель для императора (СИ)"

Автор книги: Дина Хоуп

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 4. Софья Сябитова

Дверь в кабинет императора Авелия III распахнулась с таким грохотом, что стоявший у окна адъютант подпрыгнул и выронил папку с бумагами.

– Ваше величество! – провозгласила София, влетая внутрь. – Аудиенция! Срочно! И чтобы никто не подслушивал!

Следом, тяжело дыша, вбежал Эрман. Его идеально причёсанные волосы растрепались, а на лице застыло выражение человека, который уже смирился с тем, что его жена – стихийное бедствие.

– Софи... – начал было он, но она махнула рукой.

– Потом, милый, всё потом!

Авелий, до этого момента спокойно потягивавший утренний чай, замер с чашкой у губ. Перевёл взгляд с раскрасневшейся Софии на Эрмана.

– Доброе утро, София. – Он поставил чашку. – Что стряслось? И где это видано – врываться в императорский кабинет без стука?

– А я стучала, – невозмутимо заявила София. – Ногой. Три раза. Вы не ответили – значит, не возражали.

Адъютант попытался собрать рассыпавшиеся бумаги, но София подошла к нему вплотную:

– Молодой человек, вы мне мешаете. Выйдите вон. И остальных тоже заберите. Нам нужно поговорить с глазу на глаз.

– Но я обязан... – начал адъютант.

– Ты обязан немедленно унести свое тело отсюда, если не хочешь, чтобы я сообщила твоей матушке, с кем ты провёл прошлую ночь на балу, – перебила София сладким голосом. – Выходи давай, милый.

Адъютант побледнел, поклонился и вылетел пулей. Следом, шипя, покинули кабинет ещё двое слуг и один охранник.

Эрман закрыл за ними дверь.

– Теперь мы одни, – сказал он.

– Хвала богам, – вздохнула Софи и тут же набросилась на императора: – Ваше величество, вы должны освободить Джулию Столбину. Прямо сейчас. Сегодня. Немедленно!!

Авелий сложил руки на груди.

– Начнём с того, Софья, что я вообще ничего не понимаю. С какой стати ты просишь помилования для женщины, которая подставила тебя с отравленным блюдом, из-за чего погиб мой дегустатор, а потом участвовала в твоём похищении из темницы? Джулия – сообщница Димитра. Она преступница.

– Потому что это не она! – выпалила София. – Та, что сидит в темнице, – не Джулия. Это другой человек в её теле. Моя соотечественница.

Авелий нахмурился. Посмотрел на Эрмана:

– Твоя жена в своём уме?

– Более чем, – ответил Эрман с тяжёлым вздохом. – Выслушай её, Авелий. Это важно.

– Хорошо, – император откинулся в кресле. – Я слушаю.

София выдохнула, собираясь с духом.

– Ваше величество, то, что я сейчас скажу, может показаться безумием. Но я не лгу. И я прошу вас поверить мне хотя бы на минуту.

– Говори.

– Я – не уроженка Асведиана. Я пришла из другого мира. Настолько далекого, что вы даже представить не можете. В моём мире нет императоров, магии и сословий. Ну точнее первые как раз таки были.. но там заварушка одна, вторая, в общем, не надо это вам знать... в моем родном мире есть техника, машины, летающие железные птицы и оружие, убивающее за километры.

Авелий не перебивал. Смотрел с смесью недоверия и любопытства.

– Когда я впервые оказалась здесь, – продолжала София, – я ничего не понимала. Я проснулась в теле невесты графа, которого даже не знала. Меня звали Софией, как и ту девушку, чьё тело я заняла. Она погибла, а её место заняла я.

– И ты хочешь сказать, что ты... пришелица из иного мира? – медленно спросил Авелий.

– Не пришелица. Просто неудачница, которую затянуло в дыру между мирами. – София пожала плечами. – Эрман знает. Он узнал почти сразу. Я не смогла бы скрыть от мужа, что не умею держать вилку и путаю названия местных трав.

– Это правда? – Авелий посмотрел на друга.

– Чистая правда, – подтвердил Эрман с кривой усмешкой. – В нашу первую встречу она ни с того ни с сего заявила мне: «Индюк тоже думал, да в суп попал». Я три дня пытался понять, при чём здесь индюк и какой суп. А она просто на меня сарказмом сыпала, которого я никогда не слышал.

София довольно кивнула:

– Я тогда ещё не знала, что вы тут все слишком серьёзные. Пришлось объяснять пословицы с боем. – Она хитро прищурилась. – Правда, Эрман до сих пор некоторые путает.

– Не путаю, а адаптирую, – буркнул герцог.

Авелий потёр переносицу. Какое-то время молчал, потом сказал:

– Допустим, я в это верю. Но какое это имеет отношение к Джулии?

– Самое прямое. – София вытащила из кармана смятое письмо. – Сегодня утром мне доставили это. Прочтите.

Авелий взял бумагу, развернул. Прочитал. Его брови поползли вверх.

– «Секир башка»? Что это?

– Слово из моего мира, – сказала София. – Грубое. Разговорное. Никто в Асведиане его не знает. Джулия – аристократка – не могла такое написать. Это слово могло вырваться только у человека, который родился и вырос там же, где и я.

– И ты думаешь...

– Я не думаю, я знаю. – София подалась вперёд. – В эту Джулию вселилась другая душа. Как когда-то вселилась в меня. И эта душа – не преступница. Она не помнит того, что сделала Джулия, потому что это не её грехи. Она просто проснулась в чужом теле в темнице и теперь её хотят казнить за чужое преступление.

– И с чего ты взяла, что это не ловушка?

– А с того, что Многоликий мне предсказал! – выпалила София. – После всей этой кутерьмы с похищением. Он сказал: «На второй день белого торжества Солнце империи обретет судьбу, а ты – верного друга. Но только ты сможешь её найти среди других похожих».

– Многоликий? – Авелий нахмурился. – Ты виделась с ним?

– Он приходит не когда хочешь, а когда нужно. – София махнула рукой. – Но он сказал правду. Второй день сегодня. И вот оно – письмо. «Солнце империи» – это ты, Ваше Величество. «Верный друг» – эта девушка. А «найти среди других похожих» – потому что она похожа на Джулию лицом, но не душой.

Авелий встал из-за стола, прошёлся по кабинету. В тишине было слышно, как потрескивают свечи.

– И что ты предлагаешь? – спросил он наконец.

– Освободить её. Перевести во дворец под домашний арест. Дать ей шанс доказать, что она не та стерва, которая подставляла меня и похищала.

– Под твою ответственность?

– Под мою, – кивнула София. – Если она окажется той ещё гадиной и продолжит плести заговоры – я лично замариную её и зажарю на своей кухне. Как утку. С яблоками, – добавила она, заметив вопросительный взгляд Эрмана.

Авелий усмехнулся. Несмотря на абсурдность ситуации, он чувствовал: София не врёт. Слишком много странностей сходилось. И слишком искренне она говорила.

– Хорошо, – сказал он. – Я подпишу приказ. Но условия: она будет жить во дворце, в отдельной комнате, под охраной. Без права покидать пределы выделенного крыла. Без оружия. Без контактов с посторонними. И если она сделает хоть один подозрительный шаг – вернётся в темницу.

– Договорились, – кивнула София. – И ещё одно, ваше величество.

– Что?

– Ей нужна будет другая одежда. Не придворные платья с корсетами. Я попрошу портных сшить что-то свободное – штаны, кофты, что-то вроде домашнего костюма. Ей предстоит сидеть взаперти неизвестно сколько, в платьях она измучается. Да и незнакомо ей это, наверное.

Авелий поднял бровь.

– Ты хочешь, чтобы заключённая носила штаны?

– Я хочу, чтобы она не сошла с ума от неудобства, ваше величество, потому что я, вот, была в шаге от этого по началу, – София пожала плечами. – К тому же это будет проверкой. Если она действительно другая, она оценит заботу. Если притворяется – начнёт требовать платья с бриллиантами.

– Логика в этом есть, – нехотя признал Авелий. – Ладно. Пусть шьют. Но под твоим присмотром.

– Само собой.

Авелий вздохнул, подошёл к столу, взял перо.

– Приказ будет готов через час. Эрман, проследи, чтобы его доставили в тюрьму. София, а ты ступай отдыхай. У тебя второй день свадьбы, между прочим.

– Да мне теперь не до отдыха, – проворчала София. – Нужно найти портных и объяснить им, что такое «свободный крой».

София обернулась на пороге:

– Ваше величество, спасибо, что поверили.

– В моей жизни и не такое бывало, – усмехнулся Авелий. – Иди уже, герцогиня.

Она вышла, увлекая за собой Эрмана.

Авелий остался один. Он снова взял письмо, перечитал последние строки: «пусть мне сделают секир башка, и к чёрту всё».

– Какая из тебя девушка, если не боишься смерти? – прошептал он и вдруг понял, что ждёт встречи с этой незнакомкой больше, чем любого другого события за последний год.

– Будет весело, – сказал он себе и горько усмехнулся.

Глава 5. Выход на свет

Сон прервался резко, как, до недавнего времени, в армии – по команде «подъём». Яр открыла глаза и первым делом увидела над собой чужое лицо. Мужское, усатое, с выражением «я здесь начальник».

– Вставай, преступница, – сказал он равнодушно. – Приказ императора. Тебя переводят во дворец под домашний арест. Вещи собирать не дают, всё равно нет ничего.

Яр моргнула. Приказ? Император? Она хотела спросить, что случилось, но язык не слушался со сна.

Стражник – тот самый, усатый – щёлкнул ключом, отомкнул кандалы. Цепи упали на солому с противным лязгом. Яр потёрла запястья – кожа была красной, но не стёртой, слава богам, этого тела.

– Поднимайся давай, – поторопил он. – И без фокусов. Тебя всего лишь переводят, не на свободу.

– А куда? – выдавила Яр хрипло.

– Во дворец. Комнату дали. Под охраной будешь жить, пока император не решит, что с тобой делать.

Яр кое-как встала на ноги. Тело всё ещё было слабым, но уже не таким дохлым, как в первый день. Похоже, баланда давала хоть какие-то силы.

– Идти могу? – спросила она.

– Ну хочешь, можешь и тут остаться, – вопросительно произнёс мужик. – Пошли.

Её повели по каменному коридору. Вверх по лестнице, потом по второму коридору, потом через двор – и Яр впервые за долгое время увидела небо. Солнце. Оно было ярким, почти ослепительным, и она зажмурилась, как крот, вылезший из норы.

– Света не видела? – усмехнулся усатый.

– Месяц в подвале, знаешь ли, – буркнула Яр. – Привыкаешь к темноте.

Она не стала уточнять, что «месяц» – это фигурально, на самом деле она потеряла счёт дням. Но солнце, чёрт возьми, было настоящим.

Дворец оказался огромным – белокаменным, с золотыми шпилями, колоннами и лепниной. Яр мысленно присвистнула. В её прошлой жизни такие здания она видела только на открытках.

Её привели в небольшое помещение при бане – или купальне, так здесь называли подобные комнаты. Там уже ждали три женщины в белых передниках.

– Надо её отмыть, – сказала старшая, оглядывая Яр с брезгливостью. – Волосы вычесать, грязь смыть. Срамно глядеть на неё.

– О, спасибо за комплимент, – хмыкнула Яр. – Давно не мылась, ценю заботу.

Женщины переглянулись. Похоже, от Джулии они привыкли к капризам, а не к иронии.

– Раздевайся, – приказала старшая.

Яр вздохнула. Стыдливость была не про неё – в армии общие душевые, всё такое. Но когда она скинула грязную рвань и увидела своё тело впервые, чуть не охнула. Тело было красивым – стройным, с тонкой талией и бледной кожей. Но мышц – ноль. Никакого рельефа. «Доходяга аристократическая», – подумала она с тоской.

Её посадили в деревянную бадью с тёплой водой, начали тереть мочалками, мыть душистым мылом. Волосы – длинные, рыжие, спутанные – распутывали гребнями с таким усердием, что Яр несколько раз вскрикивала.

– Терпи, – сказала одна из женщин. – Сама виновата, не следила.

– Я в тюрьме была, между прочим, – огрызнулась Яр.

– Тем более.

В итоге после часа водных процедур, вычёсывания и вытирания, Яр предстала перед зеркалом. Настоящим, в полный рост, с медной рамой.

И она увидела не себя.

Из зеркала смотрела молодая девушка лет двадцати с лишним. Рыжие волосы, теперь чистые и блестящие, падали на плечи. Зелёные глаза – красивые, но с острым, надменным выражением, которое Яр пообещала себе исправить. Лицо было тоньше, изящнее, чем у Яр в прошлой жизни. И в целом она была... ну, симпатичной. Даже очень.

– Так вот ты какая, Джулия Столбина, – прошептала Яр. – Ничего так мордашка. Жаль, характер был дрянь. Наверное, мужики шиабелями стелились перед тобой?

Женщины принесли одежду. Не платье – странный наряд: свободные штаны из мягкой ткани, длинная рубаха, и сверху что-то вроде халата без застёжек. И туфли на плоской подошве.

– А это что? – спросила Яр.

– Герцогиня Каспиева приказала, – ответила старшая. – Сказала, что в корсете и юбках ты сбежишь или околеешь. Велела передать: «Носи пока это, а там сошьём нормальное».

– Герцогиня? – Яр нахмурилась, но тут же вспомнила. София. Та самая, которой она писала письмо. – Молодец баба, – одобрила она.

– Герцогиню так не называют, – возмутилась женщина.

– Я её и не называла. Я про себя.

Она натянула одежду. Штаны сидели свободно, рубаха не сковывала движений. Халат был почти как кимоно – можно и в нём зарядку делать.

– Божественно, – выдохнула Яр, сделав пару приседаний. – Это костюм для заключённых?

– Это милость герцогини, – сухо ответила старшая. – Император разрешил, но ты под домашним арестом. Из комнаты не выходить.

– Да хоть из клетки, – Яр пожала плечами. – Главное, что чисто и светло.

Её проводили в выделенную комнату. Та оказалась небольшой, но уютной: кровать с балдахином, стол, стул, шкаф, окно с видом на внутренний двор. У двери стоял стражник.

– Входи, – сказал он, пропуская Яр. – Еду будут приносить. Если что-то нужно – стучи.

– Туалет где? – спросила Яр.

– За ширмой, – он кивнул в угол.

– Цивилизация, – улыбнулась она. – Уже прогресс.

Стражник закрыл дверь. Щёлкнул замок.

Яр осталась одна. Она подошла к окну, посмотрела на двор – там гвардейцы тренировались с мечами. Её пальцы зачесались.

– Ладно, – сказала она себе. – Ты жива, ты не в цепях, ты чистая и в штанах. Пока победа.

Она присела на кровать, пружины скрипнули.

– Осталось понять, чего от меня хотят. И кто эта герцогиня, которая прислала штаны.

В дверь постучали.

– Войдите, – сказала Яр.

Дверь открылась, и на пороге появилась молодая девушка в красивом, но неброском платье. Каштановые волнистые волосы, умные голубые глаза, на лице – любопытство пополам с улыбкой.

– Ярослава? – спросила она.

– Яр, – машинально поправила та. – А вы?

– Софья Алексеевна Каспиева. Герцогиня. Та, которой ты написала «секир башка».

Яр вскочила.

– Вы... вы та самая?

– Та самая, – Софья вошла, прикрыла за собой дверь. – Рада, что ты жива. Скажи спасибо кодовому слову.

– Какому слову?

—Ну так секир башка. – спокойно ответила Софья. – Местные им не пользуются. Это только мы можем его знать.

—В каком смысле мы? Почему местные не знают?

– Потому что я такая же как и ты – попаданка,– улыбнулась Софья.

– Я, если честно, не думала, что оно сработает, – честно сказала Яр. – Оно просто вырвалось. От отчаяния.

– Знаю. Я тоже иногда выражаюсь. – София села на стул, жестом приглашая Яр тоже сесть. – Рассказывай, кто ты, откуда, как здесь оказалась.

– А вы не боитесь, что я всё это выдумала?

– Нет. – уверенно проговорила графиня.

Что ж, если Яр поверили, то какой смысл переубеждать?

– Рассказывай, – повторила София, устраиваясь поудобнее на стуле. – У нас есть время. Охране я сказала, что мы обсуждаем меню для моего ресторана. Вряд ли они поймут, о чём мы говорим на самом деле.

Яр усмехнулась.

– Меню? Серьёзно?

– А что? Я действительно владелица лучшего ресторана в столице. И если кто-то спросит, мы обсуждали рецепт борща. Кстати, борщ ты любишь?

– Обожаю, – призналась Яр. – Особенно с чесноком и сметаной.

– Тогда мы точно поладим. – София пододвинулась ближе. – Давай, выкладывай. Кто ты? Откуда? Как тебя занесло в тело этой дуры?

Яр откинулась на подушку, сложила руки на груди. Воспоминания о прошлой жизни нахлынули, но она научилась не плакать.

– Ярослава. Друзья звали Яр. Была – чёрт, уже «была» – военным инструктором по рукопашному бою. Контракт, служба, нормативы. Родных нет – мать умерла, отца не знала. Сослуживцы – да, почти семья. Но по сути – одна.

София кивнула, не перебивая.

– В тот вечер я сидела дома, пила пиво, смотрела «Джона Уика» в четвёртый раз. – Яр усмехнулась. – Знаешь такого?

– Киану Ривза? Конечно. В моём мире он жив и здоров.

– Ну вот. И вдруг – темнота, потеря сознания. Очнулась в темнице, в этом теле, с кандалами. И все вокруг называют меня Джулией и ненавидят за то, чего я не делала.

– А что ты помнишь о самой Джулии? – спросила София.

– Ничего. Её память ко мне не пришла. Я понятия не имею, что она творила. Знаю только со слов стражников: подстава с отравленным блюдом, похищение тебя из темницы... В общем, та ещё сволочь.

– Ещё какая, – вздохнула София. – Но ты не она. Я это поняла по письму.

– Спасибо, что поверила. Я сама себе не верила.

– А как же «секир башка»?

– Это просто вырвалось. – Яр пожала плечами. – Было страшно, я написала от безысходности. Думала, никто не поймёт. А ты поняла.

– Поняла, потому что сама попаданка, – кивнула София. – И потому что Многоликий предсказал.

– О, этот... – Яр махнула рукой. – Я его уже видела. Во сне. Приходил в образе моего бывшего командира. Сказал, что я теперь здесь навсегда.

– Навсегда, – подтвердила София. – Возврата нет. Я тоже пыталась искать путь домой по началу. Бесполезно. Но привыкнуть можно.

– А ты привыкла?

– У меня муж – красивый, богатый, любящий. Ресторан, деньги, уважение. Близкие и друзья приняли меня такой, какая я есть. Так что да, привыкла.

– А император... он что за человек? – спросила Яр осторожно. – Я его только мельком видела, когда вели мимо тронного зала.

– А ты уже к нему присматриваешься? – София хитро прищурилась. – Не торопись, боец. Он красивый, но ранимый. И всё ещё будто бы не отошёл от того, что я выбрала Эрмана.

– Я не присматриваюсь. – Яр покраснела. – Просто интересно, кого мне охранять.

– Охранять?

– Ну да. Во сне Многоликий сказал, что я должна стать его телохранителем. Что вокруг плетётся заговор, и если я не вмешаюсь, император погибнет.

София нахмурилась.

– Заговор? Какой?

– Он не назвал имён, – Яр понизила голос. – Сказал только: кто-то из приближённых императора. Очень высокопоставленный. И что родители Джулии… то есть мои теперь… что-то знают, но не участвуют. Или притворяются.

София нахмурилась.

– Значит, мы не знаем, кто враг. Это усложняет задачу.

– Именно. Сказал: «Вы должны найти сами».

– Вот чёрт, – выдохнула София. – И как нам искать?

– А у тебя нет никаких связей, кто мог бы помочь?, – Яр кивнула в сторону двери, – тут есть что то типа тайной канцелярии?

– Есть такое. Эрман, мой муж... – София задумалась. – Да! Он глава сыскного ведомства. И если кто и может раскопать заговор, то это он. Но надо действовать тихо. Если враг высокопоставленный, он сразу узнает, что на него охотятся.

– Значит, будем тихо, – согласилась Яр.

– Отличный план, – улыбнулась Софья. – Кстати, одежда тебе удобна?

– Штаны – божественно. Корсета не хватает для полного счастья.

– Корсет мы тебе не выдадим. Задохнёшься от возмущения. А вот нормальную форму охраны закажем. Пока походи в этом халате.

– Слушай, София, – Яр подалась вперёд. – А почему ты вообще мне помогаешь? Мы не знакомы, я в теле твоей врагини. Ты могла бы просто проигнорировать письмо и жить дальше.

– Потому что я помню, каково это – проснуться в чужом теле, в чужом мире, не зная, кому верить. – София положила руку Яр на плечо. – И потому что без тебя Авелий может не выжить. А он хороший человек и правитель. И заслуживает счастья.

– Счастья? – Яр подняла бровь.

– Ну, может, не сразу. – София улыбнулась. – Я, знаешь ли, в попаданках разбираюсь.

– Я его даже не видела толком! – возмутилась Яр.

– Увидишь. Он тебя тоже скоро захочет увидеть. Приказ о твоём переводе он подписал, между прочим, после того, как я ему про «секир башка» рассказала. И про Многоликого. Так что будь наготове.

– Наготове к чему?

– К тому, что тебя вызовут на аудиенцию. И он будет смотреть на тебя своими грустными глазами, а ты не растаешь.

– Я вообще не таю, я ж не мороженное – фыркнула Яр.

– Вот и отлично. – София встала. – Ладно, мне пора. У меня второй день свадьбы, между прочим. Эрман, наверное, уже обыскался.

– А он не будет против, что ты проводишь время с Джулией?

– Он умный. Он знает, что ты не Джулия. И он – глава сыскного ведомства. Без него нам заговор не раскрыть. Так что мы все будем работать в команде. Ты, я, Эрман и, возможно, сам император.

– Команда, – повторила Яр. – Звучит почти по-военному.

– Потому что мы на войне, Яр. Может, не с пулями, но с интригами и предательством. И тебе, как бойцу, придётся научиться не только драться, но и думать.

– Я умею думать.

– Тогда докажи. Не наделай глупостей, не лезь на рожон. Завтра тебя, скорее всего, позовут к императору. Будь вежливой, но не подлизывайся. Говори правду, но не всю сразу.

– Поняла, – кивнула Яр. – Инструктаж прошла.

София направилась к двери, но на пороге обернулась.

– И ещё, Яр.

– М?

– Ты очень красивая в этом теле. Император это заметит. Так что держи себя в руках.

Она подмигнула и вышла.

Яр осталась одна. Она посмотрела в окно, где гвардейцы продолжали тренировку, и вздохнула.

– Красивая, значит, – проворчала она. – А мне бы мышцы нарастить и заговор раскрыть. А не красотой блистать.

Она легла на кровать, подложив руки под голову.

– Ну что ж, Яр. Принимаем вызов. Империя Асведиан, держись.