Текст книги ""Секир Башка". Или телохранитель для императора (СИ)"

Автор книги: Дина Хоуп

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 32. Разговор о будущем

Яр не стала откладывать. После разговора с Софьей она поняла, что тянуть нельзя – если двор уже шепчется, значит, слухи скоро превратятся в сплетни, а сплетни – в проблемы. Она не боялась проблем, но не хотела, чтобы Авелий страдал из-за неё.

Она нашла его в кабинете – он разбирал бумаги, но, увидев её, отложил перо.

– Яр? – сказал он, поднимаясь. – Что-то случилось?

– Нет, – ответила она, закрывая за собой дверь. – Но нам нужно поговорить.

Он насторожился. Она видела, как напряглись его плечи, как он мгновенно собрался – как перед боем.

– О чём? – спросил он.

– О нас, – сказала Яр, садясь в кресло напротив. – О том, что будет дальше.

Авелий помолчал, потом сел обратно. На его лице появилось выражение, которое она не могла прочитать.

– Ты хочешь уехать? – спросил он тихо.

– Нет, – ответила Яр. – Я же сказала, что остаюсь. Но я не знаю, как это будет выглядеть. Я – Джулия Столбина. Женщина, которую весь двор считает предательницей. Женщина, которая сидела в темнице. Женщина, которую ненавидят родители Софьи, которая пыталась убить императора... то есть тебя.

– Ты не она, – перебил Авелий.

– Я знаю, – сказала Яр. – Но двор этого не знает. И никогда не узнает. Для них я – Джулия. И если ты объявишь, что мы вместе, это будет скандал.

– Скандал меня не пугает, – сказал он.

– А меня пугает, – ответила Яр. – Не за себя. За тебя. Ты император. Твоя репутация – это не просто твоё личное дело. Это дело империи.

Авелий откинулся в кресле и посмотрел на неё долгим взглядом.

– Ты думаешь, что я не понимаю этого? – спросил он. – Я вырос при дворе. Я знаю, как работают слухи. Но я также знаю, что если я буду подстраиваться под каждого сплетника, я перестану быть императором. Я стану марионеткой.

– Я не предлагаю тебе подстраиваться, – сказала Яр. – Я предлагаю подумать. Как мы это сделаем. Чтобы не разрушить всё, что ты построил.

Авелий встал и подошёл к окну. Он смотрел на город – на крыши, на шпили, на людей, которые сновали внизу.

– Я думал об этом, – сказал он тихо. – Много думал. С того самого дня, как ты схватила кинжал.

– И что надумал?

Он обернулся.

– Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Яр замерла. Она знала, что он это скажет. Знала, что этот разговор закончится именно так. Но всё равно – услышать это прямо было совсем другое дело.

– Авелий... – начала она.

– Не отвечай сразу, – перебил он. – Выслушай. Я знаю, что это не просто. Я знаю, что двор будет против. Я знаю, что твои родители – то есть родители Джулии – будут в шоке. Но я также знаю, что не хочу провести остаток жизни с кем-то другим.

Он подошёл к ней и опустился на одно колено. Яр замерла.

– Ярослава, – сказал он, и её имя прозвучало в его устах как что-то священное. – Ты спасла мне жизнь. Ты спасла мою империю. Ты стала моим другом, моей опорой, моим... всем. Я не знаю, что будет завтра. Но я знаю, что хочу встретить это завтра с тобой. Ты выйдешь за меня?

Яр смотрела на него – на императора Асведиана, который стоял перед ней на одном колене, как простой смертный. И в его глазах было столько искренности, что у неё перехватило дыхание.

– Ты уверен? – спросила она тихо. – Я не умею быть императрицей. Я не умею носить платья, улыбаться придворным, вести себя как леди. Я умею драться, командовать и говорить правду в лицо.

– Я не хочу, чтобы ты была леди, – сказал он. – Я хочу, чтобы ты была собой. Той самой Яр, которая хватает кинжалы голой рукой и бьёт по морде канцлеру. Той, которая спорит со мной и не боится сказать, что я неправ. Той, которая смотрит на меня так, будто я не император, а просто человек.

Яр почувствовала, как к горлу подкатывает комок.

– Ты понимаешь, что я не смогу быть идеальной? – спросила она. – Я буду ошибаться. Я буду злить двор. Я буду делать то, что считается неправильным.

– Идеальные жёны скучны, – сказал он с улыбкой. – А ты – нет.

Она рассмеялась – сквозь слёзы, которые неожиданно навернулись на глаза.

– Ты невозможен, – сказала она.

– Это да, – согласился он. – Так что? Ты выйдешь за меня?

Яр посмотрела на него. На этого мужчину, который видел её в темнице, в бою, в платье и в штанах. Который не отвернулся, когда узнал, что она не та, за кого себя выдаёт. Который полюбил её – не Джулию, а именно её.

– Да, – сказала она. – Выйду.

Он встал, обнял её и прижал к себе так крепко, что она почувствовала его сердце – оно билось так же быстро, как её собственное.

– Спасибо, – прошептал он. – Ты сделала меня счастливым.

– Ты тоже, – ответила она.

Они стояли так несколько минут, не разжимая объятий. Потом Авелий отстранился и посмотрел на неё.

– Значит, помолвка, – сказал он. – Официальная. Я объявлю на Совете.

– А двор? – спросила Яр.

– Пусть подавится, – ответил он. – Я император. Я имею право на счастье.

– А твои советники?

– Они привыкнут. Или уйдут. Мне нужны те, кто поддерживает меня, а не те, кто боится сплетен.

Яр кивнула. Она понимала, что это будет непросто. Но она также понимала, что не отступит.

– Помнишь, я говорила тебе, что не собираюсь сидеть в тереме и вышивать? – сказала она. – Я серьёзно. Я хочу продолжать тренироваться. И, может быть, даже служить в гвардии. Официально.

Авелий улыбнулся.

– Помню, – сказал он. – Ты говорила, что я должен разрешить тебе тренироваться с гвардейцами и носить штаны. Я согласился. И я не отказываюсь от своих слов.

– Хорошо, – сказала Яр. – Но я хочу большего. Я хочу быть не просто женой, которая иногда тренируется. Я хочу быть полезной. Официально.

Он задумался. Потом кивнул.

– Ладно, – сказал он. – Я сделаю тебя почётным капитаном гвардии. Это позволит тебе тренироваться, участвовать в смотрах и, если понадобится, драться. Но не в первых рядах. Ты всё-таки будешь императрицей.

– Договорились, – сказала Яр. – Но если кто-то нападёт на тебя, я буду в первых рядах. Это не обсуждается.

– Это не обсуждается, – согласился он. – Но только если ты позволишь мне иногда защищать тебя.

– Идёт, – сказала Яр.

Они улыбнулись друг другу. Потом Авелий снова стал серьёзным.

– Есть ещё одна проблема, – сказал он. – Твои родители.

– Что с ними? – спросила Яр.

– Они граф и графиня Столбины. Они должны дать согласие на брак. Формально.

Яр вздохнула.

– Они уже знают, что я не Джулия, – сказала она. – Ну, то есть, они знают, что я изменилась. Но они не знают правды. Они думают, что я их дочь, которая пережила тюрьму и изменилась.

– И как ты думаешь, они согласятся?

– Думаю, они будут в шоке, – сказала Яр. – Но, может быть, они согласятся. Они ведь видели, что я спасла тебя. И они дали показания против канцлера. Может, они поймут.

– Тогда завтра мы поедем к ним, – сказал Авелий. – Вместе. И попросим их благословения.

– Хорошо, – сказала Яр. – Но если они начнут читать нотации, я уйду.

– Я уйду вместе с тобой, – сказал Авелий.

Они снова улыбнулись. Впереди было много сложностей – двор, родители, советники, слухи. Но в этот момент им было всё равно. Они были вместе.

Вечером Яр вернулась в свою комнату. Она сняла голубя и положила его на столик. Потом села на кровать и посмотрела на свои руки. Ладони были грубыми, с мозолями и шрамами. Не руки императрицы. Руки воина.

– Ярослава, императрица, – прошептала она. – Звучит как бред.

Но в глубине души ей было тепло. Она вспомнила его взгляд, его слова, его объятия. И поняла, что не боится. Ни двора, ни сплетен, ни будущего.

В дверь постучали. Вошла Мила.

– Госпожа Яр, – сказала она, – к вам герцогиня Каспиева. Говорит, это срочно.

Яр кивнула, и через мгновение в комнату влетела Софья – с корзинкой, как всегда, но на этот раз без улыбки.

– Ты слышала? – спросила она, запыхавшись.

– Что? – спросила Яр.

– Император только что объявил Совету о помолвке. Официально. С Джулией Столбиной.

Яр замерла.

– Уже?

– Да, – Софья села на стул, тяжело дыша. – Весь дворец гудит. Советники в шоке. Твои родители... ну, они ещё не знают. Но скоро узнают.

– Авелий не терял времени, – сказала Яр.

– Он никогда не теряет времени, – ответила Софья. – Ты разве не знала? Он всегда был решительным.

– Знала, – сказала Яр. – Но это... быстро.

– Это Авелий, – Софья улыбнулась. – Он не любит тянуть.

Яр вздохнула и села рядом.

– И что теперь?

– Теперь мы готовимся к свадьбе, – сказала Софья. – И к битве с двором. Потому что они попытаются тебя сожрать.

– Пусть попробуют, – сказала Яр. – Я голыми руками кинжал останавливала.

Софья рассмеялась.

– Вот это мне в тебе нравится, – сказала она. – Ты не боишься.

– Боюсь, – честно ответила Яр. – Но я умею действовать, несмотря на страх.

– Значит, мы справимся, – сказала Софья. – Вместе.

Она открыла корзинку и достала пирожки.

– Ешь, – сказала она. – Завтра будет трудный день.

Яр взяла пирожок и откусила. Завтра она скажет родителям, что выходит замуж за императора. Завтра она начнёт новую жизнь.

Но сегодня она была счастлива.

Глава 33. Женская гвардия

Яр проснулась не сразу. Сначала был какой-то мутный сон – вроде бы она снова в казарме, и капитан Кузьмин орёт на новобранцев, чтобы те подтягивались быстрее. Потом сон поплыл, распался на куски, и она поняла, что лежит в своей кровати во дворце, а за окном уже светло. Голова была тяжёлой, как после вчерашнего вина. Хотя вина вчера не было. Были только разговоры – долгие, важные. Сначала с Авелием, потом с Софьей. Помолвка. Свадьба. Императрица. Слишком много всего для одного вечера.

– Ярослава, императрица, – пробормотала она в потолок. – Растудыть его в качель.

Она перевернулась на другой бок, надеясь, что удастся поспать ещё хотя бы полчаса. Веки слипались. Мысли текли медленно, как патока. Она даже успела снова начать засыпать – и в этот момент в дверь забарабанили.

– Госпожа Яр! – раздался голос Милы из-за двери. – Там... там такое!

Яр открыла один глаз. Потом второй. Ноги не хотели идти, но дверь продолжали тарабанить.

– Если это опять пирожки от Софьи, – пробормотала она, сползая с кровати, – я её сама съем.

Она натянула рубаху, кое-как заправила её в штаны и открыла дверь. Мила стояла на пороге с широко раскрытыми глазами и таким лицом, будто увидела дракона.

– Что случилось? – спросила Яр, зевая во весь рот.

– Внизу... во дворе... там девушки. Много девушек. Они говорят, что пришли записываться в женскую гвардию. Ту, которую вы создаёте.

Яр замерла. Потом медленно моргнула. Потом ещё раз.

– Какую... женскую гвардию? – переспросила она, чувствуя, что слова доходят до мозга с опозданием на пару секунд.

– Ну, ту, о которой все говорят, – сказала Мила, как будто это всё объясняло. – Вы же будете императрицей и хотите создать отряд из женщин. Чтобы они служили, как мужчины.

Яр смотрела на неё. В голове было пусто и гулко, как в барабане. Она только что проснулась, ещё не выпила даже воды, и уже какая-то женская гвардия. Какие-то девушки. Какой-то отряд.

– Я ничего такого не говорила, – сказала она наконец.

– Но все говорят! – Мила всплеснула руками. – Сначала это был просто слух о том, что вы тренируетесь с гвардейцами. Потом кто-то сказал, что вы хотите официально служить. Потом – что вы будете капитаном. А потом... – она замялась. – Потом кто-то решил, что раз вы императрица и женщина, то вы точно захотите создать женскую гвардию. И теперь во дворе двадцать девушек.

Яр закрыла глаза и медленно выдохнула, чувствуя, как остатки сна улетучиваются вместе с желанием поспать ещё хоть чуть-чуть.

– Твою ж рать, – пробормотала она.

– Что? – не поняла Мила.

– Не важно. Просто... – Яр покачала головой. – Сплетни. Как в казарме. Скажешь одно слово – услышат три. Скажешь три – придумают десять. А если промолчишь – решат, что ты уже на тот свет дорожку топчешь.

Она быстро натянула сапоги, накинула жилетку. Голубя оставила на шее. И, всё ещё не до конца проснувшись, вышла во двор.

Там действительно было людно. Двадцать с лишним девушек – от совсем юных до тех, кому было за тридцать. Они стояли группками, перешёптывались, некоторые выглядели испуганными, другие – решительными. Увидев Яр, они замолчали.

Яр обвела их взглядом. Потом сказала:

– Значит, женская гвардия?

– Да, госпожа! – ответили несколько голосов.

– А вы знаете, что я не создавала никакой женской гвардии? – спросила Яр. – Что это просто слух?

Девушки переглянулись. Потом та самая высокая, темноволосая, шагнула вперёд.

– Мы знаем, что слух. Но мы всё равно пришли. Потому что хотим учиться. Мы видели, как вы дрались на ярмарке. Как вы спасли императора. Мы тоже так хотим. Не сидеть в своих покоях, а... делать что-то важное.

Яр смотрела на неё. На остальных. И понимала, что не может просто прогнать их. Но и решать в одиночку не могла.

– Я должна обсудить это с императором, – сказала она. – Я не могу создать отряд без его согласия.

И в этот момент, словно по заказу, из-за угла дворца показался Авелий. Он шёл с бумагами в руках, явно по делам, но, увидев скопление народа на плацу, остановился. Потом подошёл ближе.

– Что здесь происходит? – спросил он, оглядывая девушек.

Яр вздохнула.

– Это слухи, – сказала она. – Кто-то решил, что я создаю женскую гвардию. И теперь эти девушки пришли записываться.

Авелий поднял бровь.

– Женскую гвардию?

– Да, – ответила Яр. – Я ничего такого не говорила. Но они хотят учиться. Драться. Защищать себя. И я подумала... может быть, это не такая плохая идея?

Авелий посмотрел на девушек. Потом на Яр. Потом снова на девушек.

– Вы действительно хотите служить? – спросил он.

– Да, ваше величество! – ответили несколько голосов.

Он задумался. Потом кивнул.

– Хорошо, – сказал он. – Я разрешаю создать отряд. Испытательный. Если через месяц вы покажете результат – отряд станет официальным. Если нет – он будет распущен. Договорились?

Девушки закивали. Яр смотрела на Авелия с благодарностью.

– Спасибо, – сказала она тихо.

– Не благодари, – ответил он. – Я тоже хочу посмотреть, что из этого выйдет. Мне пора.

Он улыбнулся и пошёл дальше по своим делам. А Яр повернулась к девушкам.

– Ладно, – сказала она. – Слушайте внимательно. Сегодня – только знакомство. Никаких тренировок. Тренировки начнутся завтра. Придёте в удобной одежде. Штаны, рубахи, сапоги. Кто в юбке – либо переодевается, либо идёт домой. Понятно?

– Понятно! – ответили хором.

– Тогда первое правило: никаких имён. У нас будут позывные. Как в армии. Меня зовут Яр. А вас?

Она указала на высокую девушку.

– Милана, – сказала та.

– Будешь «Сокол». Быстрая, хищная. Следующая?

Так она прошлась по шеренге, давая каждой позывное имя. «Ласка», «Тень», «Клинок», «Заря». Девушки хихикали, но запоминали. Яр видела – оюу них есть желание. Это главное.

– А теперь, – сказала она, – идите домой. Завтра в шесть утра. Кто опоздает – отжимается.

Девушки начали расходиться. Яр осталась стоять на плацу, глядя им вслед.

– Твою ж дивизию, – повторила она. – Из слуха – в отряд. Ну, посмотрим, что из этого выйдет.

Вечером в «Ласточкином гнезде» собрались Яр, Софья и Эрман. Софья принесла чизкейк, по крайней мере так подумала Яр, и вино, Эрман – бумаги.

– Итак, – сказала Софья, разливая вино по бокалам. – Свадьба. Когда?

– Через месяц, – ответила Яр. – Авелий хочет официальную церемонию. В соборе. С приглашёнными со всей страны гостями.

– Официальную? – Софья поморщилась. – Это значит, будет куча народу, которая будет на тебя пялиться.

– Знаю, – сказала Яр. – Но я хочу, чтобы это было законно. Чтобы никто потом не сказал, что мы тайно поженились.

– Логично, – сказала Софья. – А платье?

– Костюм, – сказала Яр.

– Костюм? – Софья подняла бровь. – Ты хочешь выйти замуж в костюме?

– В белом, – уточнила Яр. – С брюками. Как у меня был на балу, только наряднее. И с голубем на груди. Допускаю накладной шлейф, не более.

Софья задумалась. Потом улыбнулась.

– Знаешь, это будет красиво. Нестандартно, но красиво.

– Я не хочу быть как все, – сказала Яр. – Я хочу быть собой.

– Тогда я помогу тебе с костюмом, – сказала Софья. – И с причёской. И с...

– Только без корсета, – перебила Яр.

– Без корсета, – согласилась Софья. – Обещаю.

Эрман, который до этого молчал, откашлялся.

– Кстати, – сказал он, – я слышал, у тебя сегодня был... необычный день. Двадцать девушек на плацу?

Яр застонала.

– Уже и до тебя дошло?

– Слухи летят быстрее, чем я успеваю их записывать, – ответил Эрман. – Это правда, что ты создала женский отряд?

– Это правда, что СЛУХИ создали отряд, а я не стала их разрушать, – сказала Яр. – Авелий дал согласие. Испытательный срок – месяц. Если они покажут результат, отряд станет официальным.

– А если нет? – спросила Софья.

– Тогда распустим, – ответила Яр. – Но я не собираюсь проваливаться. Я буду их гонять, как гоняю мужчин. Через месяц они будут бойцами.

– Но ведь свадьба через месяц, – напомнила Софья. – Ты успеешь?

– Успею, – сказала Яр. – Я хочу, чтобы отряд охранял церемонию. Это будет их первый экзамен.

Софья и Эрман переглянулись.

– Ты невозможна, – сказала Софья. – Но мне это нравится.

Эрман улыбнулся.

– Если нужна помощь с тренировками – у меня есть пара инструкторов, которые могут подтянуть их по строевой подготовке.

– Спасибо, – сказала Яр. – Но я справлюсь. Я всю жизнь учила новобранцев. Просто теперь они в юбках.

– Уже нет, – сказала Софья. – Завтра они придут в штанах.

– Вот именно, – улыбнулась Яр.

Эрман стал серьёзным.

– Есть ещё один вопрос. Родители Джулии. Они дали согласие?

Яр вздохнула.

– Ещё нет. Мы едем к ним завтра. Авелий и я.

– Хочешь, я поеду с вами? – спросил Эрман. – На всякий случай.

– Думаю, справимся, – сказала Яр. – Но если они начнут буянить, я знаю твои цифры.

– Какие цифры? – не понял Эрман.

– Яр имела в виду, что свяжется с тобой, если это понадобится, – усмехнулась Софья, подмигивая Яр.

Эрман кивнул.

– Тогда завтра обязательно свяжитесь со мной, – сказал он. – Удачи.

Позже, когда Яр вернулась во дворец, она застала Авелия в саду. Он сидел на скамье у фонтана и смотрел на звёзды. Она подошла и села рядом.

– Не спится? – спросила она.

– Думаю, – ответил он.

– О чём?

– О тебе. О нас. О будущем. И о твоём отряде.

Яр усмехнулась.

– Ты же сам был на плацу. Сам дал согласие.

– Был, – согласился он. – Но я не перестаю думать об этом. Двадцать девушек. Императрица в штанах. Слух, который стал реальностью. Это же сенсация.

– Слухи, – вздохнула Яр. – Я не создавала отряд. Они сами пришли. Но ты это уже знаешь.

– Знаю, – сказал он. – Я был там, помнишь?

– Помню. Спасибо, что разрешил.

– Я не мог отказать, – сказал он. – У них горели глаза. И у тебя тоже. Ты точно хочешь это сделать?

– Хочу, – призналась Яр. – Я хочу, чтобы женщины этого мира могли выбирать. Не только дом и вышивку. А службу, дело, что-то своё.

Авелий взял её за руку.

– Тогда я помогу тебе. Чем смогу.

– Ты уже помог, – сказала Яр. – Ты дал согласие. Этого достаточно.

Он помолчал.

– Знаешь, я смотрел на тебя сегодня. На плацу. Как ты говорила с ними. Ты была как командир. Настоящий.

– Я и есть командир, – сказала Яр. – Только теперь у меня отряд в юбках. Или, точнее, завтра они будут в штанах.

– Уже не в юбках, – улыбнулся Авелий.

– Уже не в юбках, – согласилась она.

Они сидели, держась за руки, и смотрели на звёзды.

– А что ты видишь в будущем? – спросил он.

– Не знаю, – честно ответила Яр. – Но я знаю, что не хочу останавливаться. Я хочу двигаться вперёд. С тобой. И с этим отрядом. И со всем, что будет.

Авелий улыбнулся.

– Тогда мы будем двигаться вместе.

Они сидели, пока луна не поднялась высоко. Впереди была свадьба, двор, слухи, интриги. И двадцать девушек, которые завтра придут на плац в штанах. Но сейчас им было всё равно. Они были вместе.

Глава 34. Свадьба

Месяц пролетел незаметно. Яр потом сама удивлялась, как это получилось – каждый день был расписан по минутам: утренние тренировки с отрядом, днём – встречи с портными и распорядителями церемонии, вечером – разговоры с Авелием о будущем. А между всем этим – бесконечные споры с двором, который никак не мог смириться с тем, что император женится на «бывшей преступнице». Но Яр не обращала внимания. У неё была цель, и она шла к ней.

Отряд за месяц стал другим. Двадцать девушек – теперь уже настоящих бойцов – тренировались каждый день. Яр гоняла их, как гоняла бы мужчин. И они выдержали. Сокол, Ласка, Тень, Клинок – все они стали не просто ученицами, а командой.

А потом случился спарринг. Обычный учебный бой – десять схваток между женским отрядом и молодыми гвардейцами. Мужчины вышли на плац с ухмылками, кто-то даже отпустил шутку про «дамские пальчики» и «юбки». Яр не стала вмешиваться. Она просто скрестила руки на груди и сказала: «Начинайте».

Женщины победили в семи схватках из десяти. Сокол уложила на лопатки самого здорового гвардейца – того самого блондина, который когда-то смеялся над Яр. Ласка обезоружила двоих. Тень вообще провела бой так, что противник даже не понял, откуда пришёл удар.

После этого гвардейцы притихли. Шутки прекратились. А на следующий день Яр заметила, что мужчины стали как-то косо поглядывать на девушек – с опаской, смешанной с уважением. Кто-то даже начал уступать им место в столовой.

– Твою ж дивизию, – усмехнулась Яр, глядя на это. – Они их боятся.

– Не боятся, – поправила Сокол. – Уважают.

– Это одно и то же, – сказала Яр. – Просто называется по-разному.

После этого разговора прошла ещё неделя. Дни летели быстро.

Авелий появлялся редко – у него было полно дел, но каждый вечер они находили полчаса, чтобы посидеть в саду или просто поговорить. Яр ловила себя на мысли, что ждёт этих минут больше, чем сна.

И вот наступило утро свадьбы. Яр проснулась от собственного крика. Ей снилось, что она идёт по собору в одном белье, а все придворные показывают на неё пальцем и смеются. Она села на кровати, тяжело дыша, и посмотрела в окно. Солнце только поднималось. День обещал быть ясным.

– Это просто нервы, – прошептала она. – Просто нервы.

Она умылась холодной водой, натянула рубаху и выглянула в коридор. Там уже царила суета – слуги бегали с корзинами цветов, кто-то тащил свёртки с тканями, из кухни доносились запахи выпечки. Дворец готовился к свадьбе.

В дверь постучали, и вошла Софья. Она была в нарядном платье, с причёской, и выглядела так, будто не спала всю ночь, но при этом была бодра и энергична.

– Доброе утро, невеста! – пропела она. – Как спалось?

– Снился кошмар, – призналась Яр. – Будто я голая в соборе.

– Это нормально, – отмахнулась Софья. – У всех невест так. Главное – не сбежать.

– Я не сбегу, – сказала Яр. – Я же военный, а не Джулия Робертс. Я привыкла выполнять приказы.

– Это не приказ, – улыбнулась Софья. – Это твой выбор.

Она поставила на стол большую коробку и открыла её. Внутри лежал белый костюм – тот самый, который они заказали. Пиджак с серебряной вышивкой по вороту и манжетам, белые брюки, белые сапоги, легкий атласный шлейф. И маленький голубь из серебра – брошь, которую можно приколоть к лацкану.

– Это... – Яр замерла. – Это красиво.

– Я знаю, – Софья улыбнулась. – Надевай.

Яр сняла рубаху и натянула костюм. Ткань была мягкой, сидела идеально. Она посмотрела в зеркало и не узнала себя. Вместо воина в штанах на неё смотрела женщина – сильная, уверенная, но при этом нарядная. Белый цвет шёл ей. Голубь на лацкане поблёскивал.

– Ты прекрасна, – сказала Софья. – Авелий упадёт.

– Надеюсь, не в обморок, – усмехнулась Яр. – А то придётся его ловить.

– Ловить будешь потом, – сказала Софья. – Сейчас – причёска.

Она усадила Яр на стул и начала колдовать над её волосами. Через полчаса рыжие локоны были собраны в высокую причёску, из которой выпущены несколько прядей. Софья вплела в них маленькие белые цветы.

– Всё, – сказала она, отступая на шаг. – Ты готова.

Яр посмотрела в зеркало. Она выглядела... нежно. И в то же время – сильно. Как воин, который решил стать женщиной. Или как женщина, которая решила стать воином. Она не знала, как это назвать. Но ей нравилось.

– Спасибо, – сказала она. – За всё.

– Не благодари, – ответила Софья. – Это твой день. И я рада, что могу быть рядом.

В дверь постучали, и вошла Мила.

– Госпожа Яр, – сказала она. – Отряд построен. Ждут вас.

Яр кивнула и вышла во двор.

Женская гвардия стояла в две шеренги. Двадцать девушек – теперь уже в одинаковой форме: снежно-белые брюки, белые рубахи, синие кители. Волосы убраны, лица серьёзные. Они тренировались месяц – каждый день, с утра до вечера. Яр гоняла их, как гоняла бы мужчин. И они выдержали.

– Сокол, – позвала Яр.

Милана шагнула вперёд.

– Отряд готов, – доложила она. – Все на местах. Периметр собора проверен. Охрана выставлена.

– Хорошо, – сказала Яр. – Сегодня ваш первый экзамен. Не подведите.

– Не подведём, – ответила Милана.

Яр обвела их взглядом. Она гордилась ими. Не потому, что они стали бойцами. А потому, что они не сдались.

– Ладно, – сказала она. – По местам.

Отряд двинулся к собору. Яр осталась на минуту одна. Она посмотрела на небо, на солнце, на дворец. Всё было готово.

– Ну что, Яр, – сказала она себе. – Ты выходишь замуж.

Собор был полон. Гости – аристократы, советники, офицеры гвардии, послы – сидели на скамьях, перешёптывались, рассматривали убранство. Авелий стоял у алтаря в парадном мундире, с орденами и золотыми аксельбантами. Рядом с ним – Эрман, как свидетель. Софья стояла чуть в стороне, готовая подать знак.

Яр вошла в собор, и все взгляды обратились к ней. Она шла по проходу медленно, ровно, как учили. За ней следовали две девушки из её отряда – Сокол и Ласка. Они несли шлейф и охраняли.

Авелий смотрел на неё, и в его глазах было столько тепла, что Яр на мгновение забыла, где она. Она видела только его. Мужчину, который ждал её. Который любил её. Который стал её домом.

Она подошла к алтарю, и Авелий взял её за руку.

– Ты прекрасна, – прошептал он.

– Ты тоже, – ответила она.

Священник – пожилой мужчина с длинной бородой – начал церемонию. Он говорил о любви, о верности, о союзе двух сердец. Яр слушала вполуха, глядя на Авелия. Он держал её руку крепко, но нежно.

Когда пришло время клятв, Яр произнесла:

– Я, Ярослава, беру тебя, Авелий, в мужья. Обещаю быть рядом в горе и в радости. Защищать тебя. Любить тебя. И никогда не оставлять. Даже если ты будешь храпеть.

Последняя фраза вызвала смешки в зале. Авелий улыбнулся.

– Я, Авелий, беру тебя, Ярослава, в жёны, – сказал он. – Обещаю быть рядом. Защищать тебя. Любить тебя. И никогда не оставлять. Даже если ты будешь командовать мной, как гвардейцами.

Зал рассмеялся. Яр улыбнулась.

– Объявляю вас мужем и женой, – сказал священник.

Авелий наклонился и поцеловал её. Долго, нежно, при всех. Зал взорвался аплодисментами.

После церемонии был пир. Столы ломились от еды, вино лилось рекой, музыканты играли вальсы. Яр и Авелий сидели за главным столом, и гости подходили к ним с поздравлениями. Кто-то искренне, кто-то с завистью, кто-то с любопытством.

– Ваше величество, – сказала пожилая графиня, подходя к Яр. – Позвольте поздравить. Ваш костюм... необычен. Но очень вам идёт.

– Спасибо, – ответила Яр. – Мне важно было чувствовать себя собой.

– Это похвально, – сказала графиня, хотя в её глазах читалось сомнение.

Яр не стала спорить. Она просто улыбнулась и перевела разговор на другую тему.

Через час начались танцы. Авелий пригласил Яр на первый вальс. Они закружились по залу, и все смотрели на них. Яр танцевала лучше, чем ожидала – уроки баронессы Кристы не прошли даром. Авелий вёл уверенно, и она позволила себе расслабиться.

– Ты счастлива? – спросил он тихо.

– Да, – ответила она. – Впервые за долгое время – да.

– Я тоже, – сказал он. – Ты сделала меня счастливым.

Они танцевали, пока музыка не стихла. Потом Авелий отвёл её в сторону.

– Устала? – спросил он.

– Немного, – призналась Яр. – Но я хочу остаться. Это наш день.

– Тогда останемся, – сказал он.

Позже, когда гости начали расходиться, Яр и Авелий остались вдвоём в саду. Ночь была тёплой, звёзды яркими. Они сидели на привычной уже им скамье у фонтана, держась за руки.

– Вот и всё, – сказала Яр. – Мы женаты.

– Да, – ответил Авелий. – Ты теперь императрица.

– Звучит странно.

– Привыкнешь.

Она помолчала.

– Знаешь, я никогда не думала, что выйду замуж. В моём мире у меня не было времени на любовь. Была только служба. А здесь... – она посмотрела на него. – Здесь я нашла тебя.

– А я нашёл тебя, – сказал он. – И не отпущу.

Он поцеловал её. Яр ответила. Они сидели, обнявшись, и смотрели на звёзды.

– Пойдём, – сказал Авелий. – Нас ждёт спальня.

– Только не говори, что там лепестки роз, – усмехнулась Яр.

– Лепестки роз, – признался он.

– Закопать, что ли, тебя в них? – сказала она.

Он рассмеялся и подхватил её на руки. Она обняла его за шею, и он понёс её во дворец.

Ночь была долгой. И счастливой. Утром Яр проснулась первой. Она лежала, глядя на спящего Авелия, и улыбалась. Впервые за долгое время она чувствовала себя на своём месте.

– Ярослава, императрица, – прошептала она. – Надо же.

Она закрыла глаза и снова заснула. Впереди была новая жизнь. И она была готова.