Текст книги ""Секир Башка". Или телохранитель для императора (СИ)"

Автор книги: Дина Хоуп

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 12. Бал для попаданки.

Утро перед балом выдалось суетливым. Яр проснулась, сделала зарядку, съела завтрак – и в дверь ворвалась Софья с огромной коробкой в руках и сияющим лицом.

– Оно готово! – объявила она. – Платье! Ты не представляешь, какое оно красивое! Я сама выбирала ткань, и портниха едва не поседела, но результат превзошёл ожидания!

– Ты выглядишь так, будто это ты собираешься на бал, – усмехнулась Яр.

– Ещё чего, – фыркнула Софья, ставя коробку на стол. – Я уже оттанцевала своё. Теперь твоя очередь блистать. Открывай!

Яр открыла коробку. Внутри, на шёлковой подкладке, лежало платье – тёмно-зелёное, с серебряной вышивкой по корсету, струящаяся юбка, рукава-фонарики. Настоящее произведение искусства.

– Это потрясающе, – искренне сказала Яр.

– Я знаю, – довольно кивнула Софья. – Примерь скорее!

Яр покорно позволила себя затянуть в корсет, надеть юбки и поправить вышивку. Платье сидело идеально, хотя Яр чувствовала себя в нём, как рыба на суше.

– Ну что, похожа на принцессу? – спросила она с иронией.

– Ты похожа на ту самую девушку, которая не знает, куда деть руки, – заметила Софья, поправляя ей вышивку. – Но это исправимо. Главное – улыбаться. Знаешь, есть один старый русский способ быть красивой на балу.

– Ну-ка, ну-ка, просвети меня, – хмыкнула Яр.

– Если ты не уверена в своей красоте, просто представь, что ты – дочка мачехи из «Морозко», которой натёрли щёки свёклой, чтобы она казалась румяной, – сказала Софья, хитро улыбаясь. – Вот если бы я тебе сейчас так же намалевала, ты бы выглядела как настоящая красавица. Но у нас, к счастью, есть нормальные румяна.

– Спасибо, не надо свёклы, – ответила Яр, закатывая глаза. – Я лучше буду бледной и загадочной, чем яркой и похожей на огородное пугало.

– Ах ты неблагодарная! – засмеялась Софья. – Я тебе платье шила, украшения выбирала, а ты всё ворчишь! Будешь так себя вести – я прикажу поварам заменить пирожки на диетическую капусту.

– Только не это! – притворно ужаснулась Яр. – Пирожки – единственное, что держит меня в этом мире.

– Тогда улыбайся и терпи, – наставительно сказала Софья. – Кстати, волосы нужно заколоть повыше. Император любит, когда открыта шея. Это типа такой местный дворцовый этикет.

– Император любит шею?Он вампир что ли? – усмехнулась Яр. – И вообще, он умеет смотреть в глаза?

– На тебя – обязательно будет смотреть, – хитро подмигнула Софья. – Ладно, мне пора. Ты замечательно выглядишь. Встретимся в зале.

Она чмокнула Яр в щёку и вылетела за дверь.

Яр осталась одна. Посмотрела в зеркало: красивое платье, изящная причёска, нежный макияж. Она выглядела как настоящая аристократка. Но чувствовала себя... неуютно.

– Слишком много ткани, – сказала она себе. – Слишком мало воздуха. И совсем нет возможности двигаться. Если начнётся заварушка, я в этом даже шагу не смогу сделать, не то что драться.

Она подошла к шкафу, открыла створки и посмотрела на висящий там парадный китель дворцовой охраны. Тёмно-синий, с золотыми галунами, начищенными пуговицами и строгими плечами. Дополнением служили узкие брюки и высокие сапоги.

– Прости, Софья, – прошептала она, снимая платье. – Ты – гений, но сегодня я должна быть бойцом, а не куклой.

Через десять минут она стояла перед зеркалом в кителе. Прямая спина, чёткие линии, удобство в каждом движении. Она выглядела как офицер, а не как гостья. Как воин, а не как дебютантка.

– Идеально, – сказала она себе. – Теперь – в бой.

Бал сверкал огнями. Сотни свечей отражались в хрустальных люстрах, музыка лилась из оркестра, отражаясь от стен, гости в дорогих нарядах кружились в танцах. Яр вошла в зал, и эффект был мгновенным: разговоры стихли, танцующие замедлили шаг, взгляды устремились на неё.

– Кто это? – раздался шёпот.

– Это же Джулия Столбина!

– В мужском кителе?!

– Она сошла с ума!

Яр не обращала внимания. Она прошла через зал с прямой спиной, сканируя лица. Её взгляд цеплялся за каждую деталь: кто слишком быстро отвернулся, кто замер с бокалом, кто обменялся многозначительным взглядом с соседом. Армейская привычка – оценивать поле боя перед началом действий.

Где-то в толпе она заметила родителей: графиня побледнела и схватилась за сердце, граф нахмурился так, будто его ударили по голове. Яр на мгновение задержала на них взгляд, затем отвела – не время.

Она встала у колонны, откуда открывался обзор на весь зал. Отсюда были видны все входы и выходы, тронное возвышение и, конечно, танцующие пары. Идеальная позиция для наблюдения.

Первым, кого она заметила в толпе, был какой то старый аристократ, она не помнила его, ну или не знала. Он стоял у дальнего окна, разговаривал с каким-то советником, но его глаза двигались по залу с той же хищной внимательностью, что и у неё самой.

– Значит, ты тоже что то высматриваешь, – прошептала Яр.

Она зафиксировала его в памяти. Наблюдение номер один.

Потом она перевела взгляд на императора. Авелий стоял у тронного возвышения в окружении придворных, но его взгляд был устремлён в её сторону. Не просто скользнул по залу, а именно в её – остановился и задержался. Яр почувствовала это даже на расстоянии.

– Привет, ваше величество, – мысленно сказала она.

Она отвела глаза первой, сделав вид, что рассматривает люстру. И снова почувствовала на себе его взгляд. Через минуту – ещё раз. Он не сводил с неё глаз, даже когда ему что-то говорил какой-то советник.

– Интересно, – прошептала она.

Она продолжила наблюдение, фиксируя подозрительных личностей: группу мужчин в углу, которые слишком оживлённо обсуждали что-то, пожилую даму, которая пристально следила за ней, и молодого офицера, который слишком часто поправлял мундир – явный признак нервозности.

Через несколько минут к ней подошёл тот самый аристократ – пожилой мужчина с орлиным носом и холодными глазами. Он остановился рядом, разглядывая её с непроницаемым лицом.

– Джулия, – начал он тихо. – Вы выглядите... необычно.

Она коротко кивнула, не поправляя его. Он не должен знать, что она сменила имя – для всех она Джулия.

– Это бал, – ответила она. – Здесь любят необычность.... – сделала многозначительную паузу, мешкаясь с именем.

–Граф Остенский, – немного удивился он и продолжил, – Но вы выбрали мужской китель, – заметил он. – Это смелый поступок.

– Я люблю смелые поступки, – сказала она, держа взгляд на танцующих.

– Вы говорите загадками, – усмехнулся канцлер. – Вас не узнать.

– Тюрьма меняет людей, – сухо ответила она. – А ещё, знаете, иногда хочется быть не тем, кого все ждут. Иногда хочется быть собой. Даже если это пугает других.

Канцлер прищурился.

– Вы умны. Это опасно.

– Спасибо за комплимент, – улыбнулась Яр уголком губ. – Я запомню.

Он отошёл, но она заметила, как он бросил быстрый взгляд на другого мужчину – своего помощника. Значит, канцлер был не один.

Яр запомнила и это.

Следом подошли родители. Графиня была бледна, граф сжимал кулаки.

– Джулия! – прошипел он ей на ухо. – Что ты себе позволяешь? Весь двор говорит о твоём вызывающем виде! Ты позоришь род!

– Отец, – спокойно ответила Яр, продолжая обводить взглядом зал. – Это моя жизнь. Я не хочу быть удобной, я хочу быть красивой и уверенной в себе. Ваше мнение, конечно, важно, но оно не определяет мои поступки.

– Ты забыла о долге перед семьёй! – вставила графиня.

– Нет, матушка, – сказала Яр. – Я просто помню также и о долге перед собой. – Она наконец повернулась к ним и позволила себе лёгкую ироничную улыбку. – Мне нравится быть непохожей на других. Это добавляет остроты ощущений.

– Ты ещё и шутишь! – возмутился граф. – Ты понимаешь, что мы теперь не сможем показаться в высшем свете?

– А вы не показывайтесь, – пожала плечами Яр. – Посидите дома с книжкой или сходите в театр. Это же не конец света. И, кстати, может быть, это даже к лучшему – вы перестанете бегать за мной с советами.

Графиня побледнела ещё сильнее.

– Ты... ты стала дерзкой!

– Я стала свободной, – поправила Яр. – И пришло время вам привыкнуть к этому.

Она отошла от них, оставив родителей в растерянности. Внутри разливалось чувство победы – она держалась именно так, как и планировала.

Она снова нашла взглядом императора. На этот раз он смотрел на неё с лёгкой улыбкой, как будто видел что-то такое, что другие не замечали. Яр скрылась за колонной, сердце билось быстрее, чем хотелось бы.

Затем, спустя почти час, он нашёл её сам. Подошёл так тихо, что она не сразу его заметила.

– Джулия, – произнёс он тихо. – Я хочу пригласить вас на танец.

– Ваше величество, – она склонила голову, чувствуя, как смех просится наружу. – Вы уверены? Весь дворец уже обсуждает мой вид, а если вы ещё и потанцуете со мной, то это будет окончательный удар по придворной репутации. Вас могут обвинить в том, что вы поддерживаете девиантное поведение.

– Тогда пусть обвиняют, – ответил он, протягивая ей руку. – Я давно хотел сделать что-то странное. И сегодня, – он чуть наклонился к её уху, – самый подходящий день для этого.

Она посмотрела на его руку и наконец улыбнулась.

– Тогда я принимаю ваше приглашение, ваше величество. Но предупреждаю: я танцую плохо.

– Я тоже, – ответил он, и его глаза засияли. – У нас честный бой.

Она положила ладонь на его руку, и он повёл её в круг, туда, где уже кружились пары.

А в углу зала канцлер Остенский переглянулся со своим помощником.

– Она опасна, – тихо сказал он.

– Прикажете следить? – спросил помощник.

– Нет, – ответил канцлер, не отрывая взгляда от Яр. – Она уже под контролем. Но мы должны быть начеку.

Глава 13. Танец под прицелом

Музыка заиграла вальс – плавный, тягучий, с едва уловимыми нотками грусти. Яр положила ладонь на руку императора и позволила увести себя в центр зала. Она чувствовала на себе сотни взглядов – любопытных, осуждающих, изумлённых. Но самое пристальное внимание исходило от мужчины, который держал её за руку.

– Вы не боитесь? – спросила она тихо, когда они начали кружиться.

– Чего именно? – улыбнулся Авелий, глядя ей в глаза.

– Что я наступлю вам на ногу. Или что двор решит, что вы сошли с ума, танцуя с женщиной в мужском кителе.

– Я император, – спокойно ответил он. – Мне позволено иногда быть безумным.

Она усмехнулась, но тут же сосредоточилась на движениях – вальс требовал внимания. Император вёл уверенно, и она позволила ему управлять, одновременно косясь по сторонам. В углу зала она заметила канцлера, который стоял неподвижно и наблюдал за ними с непроницаемым лицом.

– Канцлер смотрит на нас, – заметила она.

– Он всегда смотрит, – ответил Авелий. – Это его работа.

– А ваша работа – делать вид, что вы не замечаете?

– Моя работа – делать вид, что я ничего не замечаю, – поправил он. – Но на самом деле я замечаю всё.

Она на мгновение задержала взгляд на его лице – он был серьёзен, но в глазах плясали смешинки. С ним было легко.

– Вы умеете скрывать свои мысли, – заметила она.

– Я император, – повторил он с лёгкой усмешкой. – Это часть профессии.

– А у меня другая профессия, – сказала Яр, делая поворот. – Я умею читать людей. Например, я вижу, что вы волнуетесь.

– С чего вы взяли?

– Ваша рука слегка напряжена, – пояснила она. – И вы смотрите на меня так, будто ждёте чего-то.

Авелий моргнул и слегка расслабил пальцы.

– Вы слишком наблюдательны.

– А это уже часть моей профессии, – ответила она.

Она не отрывала взгляда от канцлера, который, казалось, не двигался с места, но она видела, как его глаза скользят по залу и задерживаются на них. Она запомнила это.

– А вот и ваши родители, – тихо сказал Авелий.

Она скосила глаза. Графиня была бледна, граф сжимал кулаки. Они явно были в ярости.

– Они будут меня ненавидеть ещё сильнее после этого танца, – усмехнулась она.

– Это делает танец ещё более приятным, – улыбнулся он.

Она не удержалась от смеха.

– Вы опасный человек, ваше величество.

– Только для тех, кто хочет вам навредить, – сказал он.

Она почувствовала лёгкое тепло от его слов и постаралась не придавать этому значения.

– Мысль, конечно, интересная, – ответила она. – Но я бы посоветовала вам не влюбляться в меня.

– Слишком поздно, – ответил он с лёгкой улыбкой.

– Или слишком рано, – парировала она, разворачиваясь на каблуках.

Танец продолжался, и Яр снова оглядела зал. Она заметила ещё одного мужчину – тот стоял у колонны, смотрел на них с явным интересом. Она запомнила его лицо и поняла, что он тоже может быть полезен.

– Смотрите, – сказала она императору. – Тот мужчина у колонны. Кто он?

Авелий мельком глянул в ту сторону.

– Граф Лавров. Он часто бывает при дворе. Почему он вас интересует?

– Он слишком пристально на нас смотрит, – ответила она. – Это может быть подозрительно.

– Или ему просто нравится ваша смелость, – заметил он.

Она усмехнулась.

– Вам нравится мне льстить, ваше величество.

– Мне нравится говорить вам правду, – ответил он.

Она почувствовала, как её щёки начинают теплеть, и постаралась не думать об этом.

Когда танец закончился, Авелий поклонился, она сделала реверанс – на удивление изящно, и он улыбнулся.

– Вы танцуете лучше, чем говорите.

– Сочту за комплимент, – она улыбнулась в ответ.

Он проводил её до колонны.

– Надеюсь, вы не спешите покидать бал? – спросил он.

– Я ещё не выполнила свою миссию, – ответила она.

– Миссию? – он поднял бровь.

– Наблюдать, – просто сказала она. – Я должна узнать как можно больше. А вы можете мне в этом помочь.

– Чем я могу помочь? – спросил он.

– Продолжайте быть собой, – она улыбнулась, – это отвлекает внимание.

Он засмеялся, кивнул и отошёл, оставив её с мыслями о том, что танец – это было слишком приятно, чтобы быть простым.

Затем она снова увидела канцлера, который уже не стоял, а направлялся к ней. Он шёл медленно, но уверенно.

– Джулия, – начал он. – Вы произвели впечатление.

– Я рада, – сухо ответила она.

– Вы не боитесь, что этот танец будет вам стоить репутации? – спросил он.

– Моя репутация и так уже испорчена, – ответила она. – Зачем мне переживать о ней?

Канцлер усмехнулся.

– Вы смелы.

– Я просто пытаюсь выжить, ваше сиятельство, – сказала она, глядя ему в глаза. – Как и вы.

Он ничего не ответил, но в его взгляде мелькнуло что-то нечитаемое. Яр поняла, что он будет проблемой. Но пока она не знала, какой именно.

Когда он ушёл, она вздохнула и прислонилась к колонне. Бал был в разгаре, но её мысли были заняты заговором и странными ощущениями, которые вызывал у неё император.

– Интересный вечер, – прошептала она. – Интересный.

Глава 14. После бала

Бал закончился далеко за полночь. Яр вернулась в свою комнату, скинула сапоги и рухнула на кровать, не заботясь о том, что парадный китель, в котором она произвела такой фурор, мог помяться. Теперь, когда вокруг не было посторонних взглядов, можно было позволить себе немного расслабиться.

– Ну и вечер, – сказала она потолку. – Вальсы, канцлер, родители, скандалы... Император, который смотрит так, будто я – единственное, что его интересует в этом зале.

Она закрыла глаза, прокручивая в голове события. Канцлер Остенский – главная загадка. Он говорил загадками, но его взгляд был слишком острым. И тот помощник, который стоял рядом. И граф Лавров, который тоже не сводил с неё глаз. И ещё несколько человек, которые вели себя слишком настороженно. Она их запомнила.

– Канцлер явно что-то знает, – прошептала она. – Но он не скажет. Придётся искать другие пути.

Она уже почти провалилась в сон, когда в дверь постучали. Яр насторожилась, но не подала виду.

– Войдите.

В проёме показалась голова Софьи. Она улыбалась, как кошка, которая наелась сметаны.

– Ну, как прошло? – спросила она, входя и присаживаясь на стул. – Я видела, как ты танцевала с императором. Весь зал чуть не упал в обморок.

– Я тоже чуть не упала, – усмехнулась Яр. – Но выстояла. Он неплохо ведёт в танце.

– Только это? – Софья приподняла бровь. – По моим данным, он кружил тебя так, что у придворных дам перехватило дыхание. Или это была зависть?

– Скорее шок, – ответила Яр, садясь на кровати. – Я в мужском кителе, он – в мундире. Мы выглядели как два офицера на военном балу. Это было провокацией.

– Но он пошёл на это, – заметила Софья. – Значит, ты ему интересна.

– Я ему нужна как телохранитель, – отрезала Яр, хотя внутри кольнуло странное чувство. – И как человек, который может помочь раскрыть заговор.

– Конечно, конечно, – кивнула Софья с явной иронией. – Я тоже так думала, когда впервые встретила Эрмана. А теперь он мой муж.

– Ты сравниваешь меня с собой? – усмехнулась Яр.

– Я просто делюсь опытом, – пожала плечами Софья. – Ладно, не буду отвлекать тебя от мыслей. Но я пришла не только поболтать. Эрман передал, что его люди заметили: сегодня вечером кто-то из слуг канцлера несколько раз подходил к твоей комнате. Они не входили – по крайней мере, никто не видел, чтобы они заходили. Но они кружили рядом, будто чего-то ждали.

Яр нахмурилась.

– Может быть, они просто проверяли, здесь ли я.

– Или искали возможность войти, когда никого нет, – добавила Софья.

– Проверим, – сказала Яр, вставая.

Она подошла к двери – замок был цел. Проверила окно – заперто. В комнате не было следов чужого присутствия. Но когда она открыла шкаф, чтобы снять китель, то заметила, что платье, которое она не надела, висит чуть иначе, чем она его оставила. Рукав был слегка вывернут, а подол сбился в сторону.

– Кто-то копался в моих вещах, – сказала она. – Но не взял ничего. Значит, он искал не ценное, а что-то другое.

– Что, например? – спросила Софья.

– Записки. Письма. Что-то, что могло бы связать меня с кем-то, – ответила Яр. – Возможно, они всё же подозревают, что я не Джулия.

– Это рискованно, – заметила Софья.

– Поэтому я и должна найти заговорщиков быстрее, чем они найдут меня, – сказала Яр. – Завтра я начну действовать.

Она подошла к окну и посмотрела на ночной дворец. Где-то там, в темноте, прятался враг. Или друзья. Она пока не знала.

– Софья, – сказала она, не оборачиваясь, – у тебя есть связи среди слуг?

– Есть, – ответила та. – А что?

– Мне нужен доступ к канцелярии канцлера. Или хотя бы к его расписанию. Я хочу знать, с кем он встречается, и когда он свободен.

– Это опасно, – сказала Софья.

– Это необходимо, – ответила Яр. – Если я хочу разобраться, кто стоит за заговором, мне нужно быть там, где он меньше всего меня ждёт.

Софья вздохнула.

– Я попробую что-то узнать. Но будь осторожна. Если канцлер заподозрит, что ты шпионишь, он может попытаться тебя устранить.

– Я справлюсь, – улыбнулась Яр. – Я же военный инструктор. Не зря меня учили выживать в тылу врага.

– Ты в тылу врага, – заметила Софья. – Только здесь вместо автоматов – кинжалы и яды.

– Значит, буду учиться их избегать, – ответила Яр.

– Кстати, – Софья вдруг засмеялась, – Эрман сейчас в коридоре ждёт меня. И, представляешь, у него был такой забавный вид, когда я сказала, что иду к тебе. Он спросил: «Опять с корзинкой? Ты уверена, что она не толстеет?» А я ему ответила: «Если и толстеет, то от любви к пирожкам. И ты тоже любитель этого лакомства, но как видишь – всё с тобой в порядке, дорогой».

– А он что? – улыбнулась Яр.

– Он закатил глаза и сказал, что если я буду слишком сильно его дразнить, он запретит мне носить мою любимую корзинку.

– И что ты ему ответила?

– Сказала, что он попадёт в семейный альбом с самой кислой миной, – рассмеялась Софья. – А ещё добавила, что если он продолжит так ворчать, я начну тренировать его методы расследования. Он, конечно, обиделся, но на самом деле доволен – ты же знаешь наших мужчин, они любят быть в центре внимания, даже если это внимание в виде иронии.

Яр рассмеялась – впервые за весь вечер так легко.

– У вас прекрасные отношения. Вы друг друга понимаете.

– О да, – кивнула Софья. – Я его понимаю, он меня – тоже. Но иногда мне кажется, что он думает, что я – его самое сложное расследование. И он с ним будет разбираться ещё очень и очень долго.

– Значит, вы хорошая команда, – сказала Яр.

– Мы – лучшая команда, – усмехнулась Софья. – Но я сейчас не об этом. Я тебе помогу. Только дай мне время.

– Дам, – кивнула Яр. – Только не затягивай. У нас мало времени.

Софья встала, подошла к двери, но на пороге обернулась.

– И запомни, Яр: если что – я рядом. И Эрман тоже. Мы не дадим тебя в обиду.

Она вышла, закрыв за собой дверь. Яр осталась одна.

Она ещё раз осмотрела комнату, но ничего подозрительного не нашла. Когда она уже собиралась лечь спать, она заметила маленький клочок бумаги, торчащий из-под подушки. Она развернула его и прочитала:

«Приходи в парк завтра на закате. Будь одна. Ты узнаешь то, что изменит твою жизнь.» Подпись: «Тот, кто знает правду».

Яр замерла, перечитала записку несколько раз. Она не знала, кто её оставил – враг или союзник. Но она знала, что это может быть шансом.

– Ну что ж, – прошептала она. – Интрига продолжается. Завтра будет новый день. И новая встреча.

Она спрятала записку в карман кителя и легла спать, чувствуя, что её жизнь снова стала похожа на шпионский роман.