Текст книги "Смерть по почте. Смерть под псевдонимом"

Автор книги: Дин Джеймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 28 страниц)

Глава 14

Все намечавшиеся на этот день мероприятия пришлось, разумеется, свернуть, хотя, как мне кажется, леди Гермиона с радостью продолжила бы семинары – словно и не случилось ничего из ряда вон выходящего. Любой хозяин приличного дома предпочел бы, конечно, чтобы все как можно скорее забыли о свершившемся в его владениях убийстве, однако в данном случае этому мешало весьма досадное обстоятельство – присутствие представителей власти. Волей–неволей леди Гермиона была вынуждена согласиться с пожеланиями Робина Чейза. Таким образом, большую часть вечера участники конференции пробездельничали в своих комнатах, ожидая, когда полицейские закончат всех опрашивать.

Я провел немало времени, размышляя над ролью Нины в том, что произошло. Развивалось ли все в соответствии с заранее прописанным ею сценарием и какие цели она преследовала? Или же на определенном этапе кто–то вмешался в ход событий и использовал ее замысел?

Джайлз был занят куда более полезным делом. Он привез с собой ноутбук и теперь увлеченно блуждал в киберпространстве, пытаясь разыскать какие–либо сведения о других гостях леди Гермионы. На мои сомнения по поводу того, что ему удастся выловить что–то стоящее в океане дезинформации, Джайлз только улыбнулся и попросил немного подождать. Я возобновил свои раздумья.

К тому моменту, когда позвали к чаю, у Джайлза уже скопилась заметная стопка листов.

– Ну? Нашел что–нибудь? – поинтересовался я.

– Думаю, что да, Саймон, и чуть позже ты это поймешь, – ответил Джайлз и захлопнул крышку компьютера. Встав, он потянулся и улыбнулся мне. – У всех твоих собратьев по перу имеются посвященные им веб–сайты, где, помимо прочего, помещены интервью с ними. Сюрпризов хоть и маловато, однако мне удалось обнаружить кое–какие несоответствия. Возможно, никакого проку от этого не будет, но я еще раз все проверю. В общем, увидим.

Джайлз не захотел вдаваться в подробности, и я не стал его принуждать. Вероятно, он вообразил себя Ватсоном, ну а меня соответственно Холмсом. Ну что ж, пусть будет так.

Спустившись в гостиную, мы увидели, что народу к чаю собралось довольно мало.

– Наверное, многие предпочли пить чай в своих комнатах или вовсе от него отказались, – предположил Джайлз.

– Должно быть, испугались, что их отравят, – усмехнулся я.

– Возможно, – фыркнув, кивнул Джайлз. – Наверное, думают, что по дому рыщет серийный убийца в поисках очередной жертвы.

– По крайней мере одну кандидатуру на эту роль я бы предложил. – Я неприязненно посмотрел в сторону Нины, которая делала вид, что увлечена разговором с Эшфордом Данном и потому не замечает нас.

– Нетрудно представить, чем эти двое занимались до чая, – хихикнул Джайлз.

– Ай–ай–ай, Джайлз, – упрекнул я. – Зачем же опускаться до такого вульгарного уровня?

Мой помощник рассмеялся, и я, не удержавшись, присоединился к нему. Данн недовольно посмотрел на нас, видимо, принимая смех на свой счет, затем демонстративно отвернулся.

– Саймон! – окликнула меня Изабелла Верьян, и мы с Джайлзом направились к ней.

Она похлопала по дивану около себя, и я уселся рядом. Джайлз отлучился к подносу за чаем. Для себя – я ничего не хотел.

– Ну как дела, Изабелла? Как прошла встреча с инспектором Чейзом?

– Удивительно милый и проницательный молодой человек! – чуть ли не замурлыкала мисс Верьян. – Похоже, что ему гораздо интереснее было обсуждать мое творчество, чем расспрашивать об этом неприятном инциденте. Он наговорил мне кучу комплиментов и похвалил за точность в описании метода работы полиции.

Насколько я знаю Робина, он не лукавил и был вполне искренен в оценке творчества мисс Верьян. А еще он наверняка проявил ловкость и между делом выведал, где она была и чем занималась. Изабелла и сама обладала немалой проницательностью, но Робин, конечно же, сумел настолько ее очаровать, что она и не заметила, как он выполняет свою работу.

– Да, он милый, – согласился я. – И очень умный. Уверен, что он скоро во всем разберется.

– Думаю, много времени ему для этого не понадобится, – сказала Изабелла и, прищурившись, на кого–то посмотрела.

Я проследил за направлением ее взгляда: в той стороне сидели Нина с Данном.

– Вы подозреваете Нину? – спросил я.

Изабелла вдруг заинтересовалась складками своей твидовой юбки.

– Нина способна быть весьма эффективным агентом. Как вы считаете, Саймон?

– Да, – согласился я. – До недавнего времени я и представления не имел о некоторых ее методах.

– Да, Нина не всегда поступает этично.

– Вполне очевидно. Сам я только сейчас с этим столкнулся, но вы–то, Изабелла, наверное, получше меня знакомы с ее натурой?

Изабелла наконец прекратила теребить свою юбку и посмотрела мне в глаза:

– Долгое время, Саймон, я просто старалась ничего не замечать и позволяла Нине действовать по ее собственному усмотрению. В конце концов, мои книги продавались хорошо – каждая последующая лучше предыдущей, – и во многом тут была заслуга Нины. Она весьма напористо работала с издателями, заставляя их проводить более эффективный маркетинг. Здесь мне пожаловаться не на что, хотя порой ее представления о надлежащей рекламе казались немного… я бы сказала, странными.

– Сам я никогда не стремился к популярности, и Нину, насколько мне известно, это раздражает, – сказал я. – Но вы–то последнюю пару лет постоянно находились в центре внимания, не так ли?

Изабелла молча кивнула.

– Наверное, это довольно–таки утомительно, – продолжал я. – Появления на публике забирают столько энергии, не говоря уж о том, что тратится время, которое можно было бы посвятить творчеству. – От слов «особенно это касается человека вашего возраста» я благоразумно воздержался.

– Совершенно верно, – подхватила Изабелла. – Сколько раз я пыталась объяснить Нине, что меня утомляют выходы в свет, а она настаивала, что они необходимы, если я хочу, чтобы мои книги по–прежнему хорошо продавались. Для лучшего продвижения каждой последующей книги я должна была следовать пожеланиям издателей, чтобы читатели не забыли мое имя. И не только здесь, в Англии, но также в Соединенных Штатах и в Европе.

– А объемы продаж действительно сократились бы, если бы вы просто оставались дома, ото всех отмахнувшись?

Изабелла тяжко вздохнула.

– Хотелось бы надеяться, что нет, но кто его знает? Благодаря своему творчеству я многие годы и так неплохо жила, можно даже сказать, роскошно. А потом, лет пять назад, уровень продаж резко подскочил, и мои книги впервые попали в список бестселлеров. С тех пор нажим не ослабевает – нужно продавать все больше и больше.

Мне вдруг в голову пришла одна мысль.

– А давно Нина стала вашим агентом?

– Около семи лет назад, – ответила Изабелла, отводя взгляд.

– А до того времени, – рискнул я предположить, – вы редко появлялись на людях, не посещали симпозиумы пишущих в детективном жанре, мало общались с прессой и вообще…

– Да, – кивнула Изабелла. – Я жила тихо и спокойно, как мне нравилось. Полностью посвящала себя творчеству.

– Но Нине этого, конечно же, было недостаточно?

– Да, еще в самом начале, при подписании контракта, она сказала, что я не в полной мере реализую свой потенциал в коммерческом отношении и что она может сделать меня богатой.

– Значит, вы подписали с ней контракт? – Я с любопытством смотрел на мисс Верьян: что–то здесь явно было не так.

Изабелла беспокойно заерзала, по–прежнему избегая моего взгляда.

– Да, – ответила она.

– Очевидно, Нина предложила что–то такое, от чего вы не смогли отказаться.

Кажется, Изабелла уже сожалела о том, что подозвала меня к себе.

– Думаю, любой писатель стремится к большему признанию и коммерческому успеху, – сказала она.

С этим я не мог поспорить. Я и сам пишу не просто ради развлечения. Изабелла, разумеется, тоже. Всем писателям необходим круг читателей, и чем больше, тем лучше. И если писатель заявляет, что не стремится стать автором бестселлеров, значит, он врет.

Изабелла тем не менее отчасти говорила сейчас неправду. Я пока не понимал, в чем дело, но по какой–то причине она чувствовала себя дискомфортно. В противном случае она не попыталась бы отделаться такими банальными словами.

– Не люблю быть в центре внимания, просто терпеть не могу, – неожиданно добавила Изабелла. – В отличие от некоторых. – Она опять с неприязнью посмотрела на Нину и Данна.

– Да, наш мистер Данн, похоже, счастлив быть средоточием всеобщего внимания, – заметил я.

– Наверное думает, что смазливая физиономия и белозубая улыбка компенсируют неумение писать, – довольно ядовито, к моему удивлению, произнесла мисс Верьян.

– Я, признаюсь, попытался прочитать одну из его книг, но быстро понял, что подобная литература совершенно не в моем вкусе.

– И у Нины еще хватило наглости просить, чтобы я написала для него аннотацию! – От волнения Изабелла чуть ли не подскочила на диване. – Тот вздор, что он написал, я читала до тех пор, пока могла еще себя заставить. Джон Гришэм по сравнению с ним – нобелевский лауреат.

Я засмеялся.

– Но это вовсе не значит, что его книги не будут продаваться, причем неплохо.

– К несчастью, да, – скривилась Изабелла. – Я была просто в шоке, когда увидела и его, и свое имя в одном и том же списке бестселлеров. И у него это только вторая книга, а у меня уже двадцатая!

– У Нины, при всех ее недостатках, отличный нюх на то, что будет хорошо продаваться.

– Этого, Саймон, я отрицать не стану, – пробормотала Изабелла. – Но я не желаю, чтобы мое имя ассоциировалось с подобной бездарностью!

– Вы, Изабелла, имеете в виду все того же Эшфорда Данна?

К нам подошел Джордж Остин–Хар.

Несмотря на то что он стоял, а я сидел, наши глаза тем не менее находились почти на одном уровне. Мне пришлось лишь слегка приподнять голову, чтобы смотреть ему в лицо.

Джордж улыбнулся:

– Друг мой, я же говорил тебе: не обращай внимания на этого каналью. Как ты думаешь, кого по–прежнему будут читать лет через двадцать? – Он отхлебнул из чашки чай. – Нас с тобой, дорогая моя, а не этого юного онаниста. Каким бы красавчиком он ни был.

– Если через двадцать лет я еще буду жива и не впаду окончательно в старческий маразм, то тогда, мой милый Джордж, меня, возможно, и утешит сей факт. – Мисс Верьян уже взяла себя в руки и смогла наконец улыбнуться Остину–Хару.

– Изабелла, тебе далеко до старости! – заверил Остин–Хар.

– Ах, дорогой Джордж, – вздохнула мисс Верьян, – слава Богу, что у меня есть такие друзья, как ты.

Несколько смущенный ласковым тоном Изабеллы, Остин–Хар снова уткнулся в свою чашку.

– Жаль, что урна упала не на ту голову, – пробормотал он.

– Вы это о чем? – поинтересовался я.

Остин–Хар кивнул в сторону Нины.

– Лучше бы урна свалилась на эту ведьму. Удивительно, что ее до сих пор никто не пристукнул.

– Джордж! – воскликнула Изабелла. – Тебе не следует говорить такие вещи!

В ее голосе тем не менее не чувствовалось особого осуждения. То, что Изабелла боится и ненавидит Нину, я уже понимал. Интересно было бы узнать, почему и Остин–Хар испытывает к ней неприязнь.

Прежде чем я успел задать какой–либо вопрос, в комнате раздались шум и крики. Мы удивленно повернули головы.

Пэтги–Анна Патни сидела верхом на поверженной Нине и усердно стучала ее затылком по застеленному ковром полу. Мистер Мерблс с отделенной от маленького тельца головой валялся рядом.

Глава 15

Некоторое время все в оцепенении наблюдали за дракой.

Нина так и норовила выцарапать мисс Патни глаза, однако та каждый раз уворачивалась, не прекращая при этом колотить по полу головой своей оппонентки. Потом гостиная наполнилась движением: Джайлз и дворецкий Динглби бросились разнимать сцепившихся женщин, все остальные, включая меня, покинули свои места и сгрудились вокруг поля боя.

Джайлз, подхватив Нину, поднял ее с пола, Динглби удерживал Пэтти–Анну. Обе женщины пытались вырваться и снова наброситься друг на друга, но Джайлз и Динглби, будучи, конечно же, гораздо сильнее, крепко держали их за руки.

– Нина! Патрисия–Анна! – Голос леди Гермионы перекрыл всеобщий гомон, и в комнате тут же воцарилась тишина. Я невольно подался назад. – Что это значит?! Что за возмутительное поведение?! – Хозяйка дома стояла теперь между драчуньями, по ее сигналу Джайлз и Динглби отпустили их. – К чему вы затеяли это вульгарное шоу?!

Последний вопрос в большей степени адресовался Нине, но заговорила мисс Патни:

– Убийца! Вот ты кто! Посмотри, что ты наделала! – Она указала на пол, где лежал несчастный обезглавленный Мистер Мерблс. Из его шеи торчала набивка, голова валялась в десятке сантиметров от пушистого тельца.

– Нина, как ты могла совершить столь чудовищный поступок? – негодующе спросила леди Гермиона.

К всхлипывающей мисс Патни подошел Декстер Харбо и, обняв ее, стал гладить по голове и шептать на ухо что–то успокаивающее.

– Я подам в суд на эту сумасшедшую, – сердито сказала Нина, растирая ушибленный затылок.

К ней приблизился Эшфорд Данн, тоже, видимо, намереваясь утешить ее, но она от него отмахнулась, и он с обиженной миной отступил назад.

– Нина, изволь ответить на мой вопрос! – потребовала леди Гермиона, сделав шаг в ее сторону.

– Честное слово, Гермиона, – начала Нина, – я просто сделала то, о чем все давно мечтали. Мне надоело притворяться, делать вид, будто беседую с этим нелепым чучелом, и я не выдержала. Даже не понимаю, как кролик оказался в моих руках и каким образом я оторвала ему голову. Ну а эта… тут же взбесилась и набросилась на меня.

– Да как ты могла так с ней поступить, корова безмозглая?! – грозно вопросил Декстер Харбо и двинулся было к Нине, но леди Гермиона движением руки остановила его.

Я вспомнил, как еще вчера Декстер и сам обещал расправиться с Мистером Мерблсом. Однако сегодня он выступал в роли утешителя и защитника и, вероятно, уже забыл о том эпизоде.

– Смотри, Декстер, паук! – вдруг воскликнула Нина и указала куда–то за спину мистера Харбо.

Вздрогнув, тот тут же выпустил из объятий мисс Патни и резко обернулся.

– Где?! – чуть ли не взвизгнул он.

– Да мне показалось, – злорадно усмехнулась Нина.

Декстер вновь повернулся к ней, его глаза яростно сверкнули.

– Ах ты… чертова стерва! – процедил он сквозь зубы.

– Как все замечательно складывается, Нина, – подал голос я. – Твой маленький фан–клуб собрался в полном составе.

Джайлз подавил смешок, а взгляды всех присутствующих устремились на меня. Я улыбнулся.

Леди Гермиона проигнорировала мою реплику.

– Нина, я потрясена твоим поведением, – заявила она. – Ты должна немедленно покинуть мой дом!

– Боюсь, леди Гермиона, – раздался вдруг голос Робина Чейза, – что мне придется отменить ваше требование.

Как оказалось, дворецкий Динглби незаметно для всех выскользнул из гостиной и позвал полицейских.

– Инспектор, ей действительно необходимо остаться? – со стальными нотками в голосе поинтересовалась леди Гермиона.

– Так было бы гораздо удобнее, мэм, – в тон ей ответил Робин.

– Как пожелаете, – уступила графиня и опять повернулась к Нине: – Однако как только господин инспектор позволит, ты тут же должна уехать.

– Не беспокойся, Гермиона, – проворковала Нина. – Как только меня отпустят, я ни на минуту здесь не задержусь. – Она поправила на себе платье. – Инспектор, я бы хотела поговорить с вами. Заявить о нападении на меня.

– Разумеется, мисс Якнова, – сказал Робин. – Сейчас я побеседую с вами, а потом, если это возможно, с мисс Патни. – Он склонил голову в сторону Пэтти–Анны.

Та шмыгнула носом и кивнула. Всхлипывать она уже перестала.

При всеобщем молчании Робин и Нина покинули комнату. Эшфорд Данн обвел всех сердитым взглядом и поспешил следом – точно маленький мальчик, осознавший, что с ним не хотят водиться.

Декстер Харбо поднял с пола Мистера Мерблса и, кое–как приладив ему голову, заботливо прижал к себе. Мисс Патни, губы которой еще подрагивали, благодарно улыбнулась.

– Позвольте, Декстер, – произнесла леди Гермиона. – Одна из моих служанок весьма сведуща… э–э… в реставрационных работах подобного рода. – Графиня протянула руки, и Харбо с готовностью избавился от обеих частей Мистера Мерблса. – Не волнуйся, дорогая, скоро он будет как новенький. – Она немного помедлила и, когда мисс Патни согласно кивнула, понесла ее покалеченного друга к двери. Большинство присутствующих потянулись вслед за ней, и вскоре в гостиной нас осталось только шестеро.

Изабелла Верьян подошла к мисс Патни и, ласково обняв ее за плечи, повела к дивану, поручив Декстеру Харбо принести горячего сладкого чая.

– Дорогая, я понимаю, что для тебя это ужасное потрясение, – сказала Изабелла, помогая мисс Патни устроиться поудобнее. – Но чем же был вызван такой поступок? Я знаю, что Нина весьма темпераментна, но прежде ей не были свойственны подобные выходки.

Заплаканное лицо Пэтти–Анны приняло несколько жесткое выражение.

– Извини, Изабелла, но я предпочла бы это не обсуждать.

Мисс Верьян похлопала мисс Патни по руке, подождала, пока та брала у подошедшего мистера Харбо чай и делала первый глоток, а затем мягко, но настойчиво продолжила:

– Я представляю, дорогая, насколько ты удручена, но ты, конечно же, понимаешь, почему нас это интересует.

Пэтти–Анна вопрошающе взглянула на Декстера Харбо, и тот утвердительно кивнул.

– Ну хорошо, – согласилась мисс Патни. – Дело в том, что Нина запугивала меня. Она хотела, чтобы я снова, через несколько месяцев после нашего разрыва, заключила с ней контракт. Я сказала, что больше не желаю иметь с ней дела. Мистер Мерблс… – Пэтти–Анна замолчала, готовая вновь расплакаться, однако взяла себя в руки, сделала глубокий вдох и продолжила: – Мы с Мистером Мерблсом презираем ее и не приемлем ее гнусные методы. Я совершенно ясно ей это объяснила, и тогда… тогда… – У мисс Патни задрожали губы, и она не смогла больше говорить.

– Мы все отлично понимаем, дорогая, – стала утешать ее Изабелла. Она взглянула сначала на Остина–Хара, затем – на Декстера Харбо. – Мы прекрасно знаем Нину. Дальнейшие объяснения не нужны.

Мне даже захотелось топнуть ногой от досады: этим четверым было известно о Нине что–то такое, чего я не знал. Все они дольше меня являлись ее клиентами и имели гораздо больший объем продаж – по крайней мере до недавнего времени. Отчего же у них столько враждебности к Нине?

Но наверное, еще более важный вопрос – какие намерения были у Нины в отношении меня?

Если бы я знал ответы на эти вопросы, мне было бы легче понять, кто убил Ванду Харпер и зачем. Между обеими женщинами существовала явная связь.

– Оторвать бы голову этой бабе! – сузив глаза, произнес Декстер Харбо и взглянул на мисс Патни. Та вновь одарила его трепетной улыбкой.

Как я уже понял, ей был просто необходим такой мужчина, как Декстер Харбо, – презирающий ее за слабость и в то же время обожающий за это качество.

– Удивительно, как это у Нины еще остались какие–то клиенты, – произнес я и оглядел лица присутствующих, пытаясь определить реакцию на мои слова. – После того что здесь случилось, я, конечно же, прекращу с ней всякие отношения. Она уволена, вот так. Думаю, после произошедшего здесь вряд ли кто–то из вас останется с ней.

Изабелла, сидящая рядом с мисс Патни, беспокойно шевельнулась и, не глядя мне в глаза, сказала:

– Саймон, мальчик мой, боюсь, что разорвать отношения с Ниной не так просто, как тебе может показаться.

– Да, я знаю, что она сохраняет за собой право на доход с тех книг, на которые готовила контракты, и на кое–что еще. Но это вовсе не означает, что человек связан с ней навсегда.

Джордж Остин–Хар, который все это время помалкивал, вдруг как–то зашипел и закашлялся. Все в недоумении повернулись к нему. Лицо его покраснело, и поначалу я подумал, что Джордж чем–то подавился и теперь задыхается, но тут же понял, что он просто смеется.

– По какому поводу веселье? – поинтересовался я.

Хотя и не сразу, но Джорджу удалось выдавить:

– Единственный способ избавиться от Нины – убить ее.

После этих слов он вновь залился смехом, который становился все более истерическим. К нему приблизился Декстер Харбо, несколько раз довольно сильно стукнул по спине кулаком, и Джордж наконец–то успокоился.

В гостиной повисла тишина – такая, что можно было бы услышать падение иголки.

Мисс Верьян многозначительно посмотрела на Декстера Харбо, тот ответил ей немигающим взглядом, затем слегка изогнул бровь, и Изабелла решительно кивнула.

– Саймон, дорогой, если ты не против, то мы хотели бы с тобой поговорить. – Мисс Верьян выразительно покосилась в сторону Джайлза.

Я понял намек.

– Джайлз, не мог бы ты сейчас продолжить те изыскания, о которых мы говорили ранее?

Какой бы информацией ни собирались со мной сейчас поделиться, я бы не возражал, чтобы при этом присутствовал и Джайлз. Но если им удобнее говорить только со мной… что ж, правила принимаются.

Джайлз нахмурился, раздосадованный тем, что его выпроваживают в самый интересный момент, однако беспрекословно исполнил мою просьбу. Он, конечно же, прекрасно понимал, что позже я ему в любом случае все расскажу.

Как только дверь за Джайлзом закрылась, Изабелла оживилась и начала:

– То, что мы хотим тебе сообщить, Саймон, должно остаться только между нами. Обещаешь?

При виде напряженных лиц своих коллег у меня вдруг возникло ощущение, будто я попал в одну из приключенческих историй Энида Блайтона, в которых мальчишкам и девчонкам приходится давать торжественные клятвы. Удержавшись от улыбки, я ответил:

– Ну конечно же, Изабелла! Я умею хранить секреты.

– Ну что ж, замечательно, – сказала мисс Верьян. – Думаю, что будет справедливым обо всем тебе рассказать. Надеюсь, никто не против? – Она замолчала и после утвердительных возгласов Пэтти–Анны, Декстера и Джорджа продолжила: – В последние годы, Саймон, мы не очень–то охотно имели дело с Ниной. И хотя во многих отношениях она отличнейший агент, работать с ней – сущее наказание. В силу некоторых ее качеств.

Изабелла опять замолчала, и, не дожидаясь, пока она вновь примется ходить вокруг да около, я спросил напрямик:

– Имеется в виду тот факт, что она вас всех шантажировала?