Текст книги "Арам и Лиза (СИ)"

Автор книги: Диана Рымарь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Глава 27. Наполеоновские планы

Арам

Что-то я волнуюсь.

Да что там, сильно волнуюсь, что мне совершенно несвойственно.

Даже сердце как-то неестественно сильно колотится. Переживаю больше, чем перед важной презентацией на работе.

Хожу по этой крохотной двушке кругами и пытаюсь понять, кого больше жду – Лизу или Лешу.

Конечно же сына, еще бы. Он ведь моя кровь…

А Лиза… Ладно, чего себе врать, звездец как ее жду. Видеть ее хочу, целовать, трогать. Оно, конечно, мне сегодня не светит, но хоть помечтать.

Я по ней за эти сутки каким-то макаром умудрился соскучиться.

По обоим соскучился!

Когда увидел их на лестничной площадке, аж сердце екнуло.

И главное – было очевидно, что у Лизы тоже что-то екнуло. Иначе с чего бы ей так ершиться? Будь она равнодушна, отреагировала бы спокойно. А тут прямо искры во все стороны! Чуть не спалила меня взглядом. Значит, все не напрасно, и я на верном пути.

А Леша… Боже, как он радовался! Прямо светился весь. Это было как маслом по хлебушку – приятно до невозможности. Пацан соскучился, это очевидно.

Останавливаюсь посреди гостиной и окидываю взглядом свои владения.

Жалкое зрелище, если честно. Ну что это за квартирка? Тесная, душная, с этими дурацкими обоями в стиле металлик и ламинатом под дерево. Презентовали как суперлюкс, между прочим, хотя я никакого люкса не заметил.

У меня в Краснодаре четырехкомнатная квартира в центре, с качественным ремонтом и видом на парк. Настоящие апартаменты, а не эта конура, есть с чем сравнить.

Но ладно, надо работать с тем, что есть.

Беру вазу – хрустальную, слава богу, не пластиковую – и ставлю в нее букет белых роз, которые успел купить в ближайшем цветочном.

Для Лизы, естественно.

Пусть знает, что я помню, какие цветы она любила. Хотя… любила ли? А вдруг теперь предпочитает что-то другое? Сглупил, надо было взять разные.

Раскладываю по гостиной новехонькие машинки – целый набор заказал ночью с экспресс-доставкой. Пожарная, скорая, полицейская, пара гоночных болидов. Пусть у пацана глаза загорятся. А вот и конструктор – крутой такой, с пиратским кораблем. Леша точно оценит. По крайней мере я очень на это надеюсь.

Само собой, приставку с джойстиками выставил на видное место перед телевизором. Игры у меня на аккаунте есть разные, ему будет из чего выбрать.

Потом иду на кухню, открываю холодильник и проверяю запасы.

Заказал через приложение целую гору еды – детские наггетсы из органической курицы, картошку фри без химии, мини-бургеры с мраморной говядиной. Элитный детский фастфуд, если можно так выразиться. Плюс фрукты, соки, нежнейшее мороженое, шоколадный сироп к нему. У Лизы не будет повода придраться к качеству угощения.

Все.

Больше ничего не придумаю.

Устраиваюсь в кресло – единственное приличное в этой берлоге – и жду.

Нервничаю как не знаю, кто. А что если не придут? Что если Лиза передумает? Что если Леша забудет?

Нет, пацан не забудет.

У него глаза так горели, когда я про приставку рассказывал…

Неимоверно важно, чтобы им у меня понравилось. Это первый шаг на пути к сближению. Если все пройдет удачно, может Лиза оттает. А там, глядишь, и мысли о переезде в голову закрадутся. Не сразу, конечно. Потихоньку-помаленьку буду подводить к этому.

Так, к визиту моей будущей новой семьи все готово.

Самое время решить еще одну насущную проблему. Долго откладывать нельзя, а то отец окончательно натворит дел.

Звоню ему.

Он берет трубку сразу, будто ждал.

– Привет, пап, как дела? Что нового?

– Привет, сынок, все отлично. Ничего нового, абсолютно ничего… – голос отца звучит подозрительно бодро.

Слишком бодро.

– А на работе как? – задаю провокационный вопрос. – Тоже ничего нового? Партнеры новые не появились?

– Совершенно нет, все рабочие моменты обсудим, когда ты вернешься. Когда, кстати, это будет?

Вот же жук! Решил все втихушку обтяпать, а потом поставить меня перед фактом. Ну да, знаю я эти папины методы.

– Отец, не держи меня за идиота, Артур мне все рассказал. Ты что, уже заключаешь договора с будущим сватом?

Отец закашливается – верный признак того, что попался:

– Кхм… Вообще-то это был для тебя сюрприз на свадьбу. Часть проектов мои орлы готовят специально для тебя, чтобы после свадьбы тебе было на что содержать семью. О тебе забочусь! Ты же мой самородок, точно справишься. Потом будут деньжата – растить маленьких Арамовичей… Когда ты приедешь и вникнешь в детали, еще благодарить меня станешь.

Вот уж вряд ли.

Поднимаюсь и снова начинаю ходить по комнате.

Что ж, кажется, момент Икс наступил. Дольше тянуть нельзя.

– Отец, я надеялся отложить этот разговор до своего возвращения…

– Так когда оно, кстати?

– Не перебивай, пожалуйста. – Набираю воздуха в легкие и выпаливаю: – Так вот, свадьбы не будет.

После моего объявления отец замолкает надолго. Представляю, какое у него сейчас выражение лица, небось челюсть до пола.

К сожалению, нет другого способа сообщить ему новость, кроме как прямо.

– Что значит «свадьбы не будет»? – Голос у отца становится тише, но в разы опаснее.

– Именно то, что я сказал. Я планирую расстаться с Миленой.

– КАК расстаться?! – Вот теперь он орет во всю силу легких. – Ты что, совсем рехнулся, мальчик?! Девочка из хорошей семьи, красивая, умная, а родственники какие…

– Папа…

– Да ты понимаешь, какие перспективы летят коту под хвост?! Какие связи, какие возможности! Ее отец…

– ПАПА! – перекрикиваю его. – Ты можешь просто выслушать меня?

Снова тишина.

Но теперь в ней чувствуется угроза.

– Хорошо, – цедит отец сквозь зубы. – Слушаю.

Сажусь в кресло, откидываюсь на спинку.

– Ты знаешь, что у меня есть сын. Я планирую его забрать с собой, сейчас в процессе переговоров. Мне не до Милены, другим занят.

– Я надеюсь, это все не связано с Лизой?

– Нет, Лиза тут ни при чем, – нагло ему вру.

Про мои планы жениться на ней решаю пока не говорить, чтобы отец вконец не взбесился. Еще, чего доброго, прискачет сюда решать вопросы в стиле, как только он умеет.

Продолжаю спокойным тоном:

– Я не думаю, что Милене понравится факт наличия у меня сына от другой женщины, он ведь ей чужой. Да и начинать совместную жизнь вот так – не лучшее решение. Она найдет счастье с другим.

Тут отец выдает:

– Об этом можешь не беспокоиться, Арам. У тебя ведь есть отец, я разрулил этот вопрос. Подробно объяснил Оганесяну, что мы своих детей не бросаем. Они в курсе того, что у тебя есть Леша, они примут, полюбят. Это не проблема. Вези его скорей сюда знакомиться с новой семьей.

Гадство, я своими полумерами, кажется, только хуже делаю.

– Отец, я принял решение. Я не люблю Милену, и с моей стороны будет нечестно на ней жениться.

Пауза. Потом отец выдает такой суровый вздох, что мурашки по коже.

– Сынок, а ты не думал, что от стресса у тебя крыша поехала? Может, к врачу сходишь?

– Папа, я абсолютно нормальный. И говорю серьезно.

Снова пауза, на этот раз более долгая.

Потом отец говорит на выдохе:

– Я надеюсь, ты Милене это все еще не выложил?

– Нет, в последний раз, когда мы общались, она собиралась к подруге в Лондон, еще не вернулась. Хочу лично, так будет правильнее.

Неожиданно отец радуется:

– Это хорошо, что не говорил. Это ты прям молодец, что не стал пороть горячку. Знай, дорогой, что у Милены для тебя есть очень важный сюрприз. Собственно, из-за этого сюрприза мы с ее отцом и начали усиленными темпами налаживать мосты.

– Что за сюрприз? – не выдерживаю я.

– Э, нет, я девчонке портить малину не буду. Пусть сама рассказывает. Пообещай мне, сын, что сначала ее выслушаешь, а потом уж будешь принимать судьбоносные решения.

– Ладно, – киваю я, хоть он и не видит. – Но в любом случае я вернусь в Краснодар только после того, как решу вопрос с Лешей.

– Хорошо, сын, три дня тебе даю.

Три дня мало, за три дня я Лизу в себя заново влюбить точно не успею.

– Мне нужна пара недель.

– Окстись, Арам, какая пара недель, когда тут такое… – возмущается отец.

Пытаюсь отстоять позиции:

– Я постараюсь решить свои вопросы в максимально короткие сроки. Но пока что очень тебя прошу, прекрати слияние бизнеса с Оганесяном. Потому что я в любом случае не женюсь на Милене, мое слово твердое.

Отец отвечает:

– Твердое, ха-ха, посмотрю я на твое твердое, когда с Миленой откровенно поговоришь. Враз передумаешь. Ну да ладно, Постарайся все успеть за три дня.

На этом отец кладет трубку.

Про две недели будто не слышал!

Я понятия не имею, что за сюрприз может быть у Милены, но уверен на сто процентов, что никакие ее сюрпризы не собьют меня с выбранного пути.

Также не сомневаюсь, что отец не станет меня слушать, продолжит разрабатывать сделки с Оганесяном. Потому что он никогда никого не слушает, кроме разве что матери. Но даже мать в вопросы бизнеса не пускает, считает, что с нее достаточно дома и кондитерской, которой она владеет. К слову, ее кондитерскую он считает искренним баловством.

Так что даже если я сейчас позвоню матери и попрошу содействия – не поможет. Она попытается, конечно, но перебороть ослиное упрямство отца никому не по силам. Да и не дело это – на мать свои проблемы скидывать. Я вполне взрослый, чтобы решить их сам.

Мне надо домой, причем чем скорее, тем лучше.

Надо как-то ускоряться с Лизой, чтобы уже официально привезти ее в Краснодар в качестве своей невесты, поселить у себя. Если понадобится, и распишемся по-быстрому, чтобы дело не имело обратного хода. Хрен с ней с пышной свадьбой, я ее не очень-то и хотел.

Родственники обидятся – это само собой. Но ведь это не им жить всю жизнь с женщиной, а мне.

Кроме моих родственников, взбесятся и Оганесяны. Но тут нюанс. Отец у Милены из той породы людей, что никогда своей выгоды не упустит. Сотрудничество с моей семьей ему выгодно, иначе не стал бы водить дружбу с моим отцом и тем более заключать договора. А значит, есть шанс, что, если не закусит удила, так же будет сотрудничать с родительской фирмой, и мы ровным счетом ничего не потеряем.

В любом случае мне надо ускорять процесс сближения с Лизой и Лешей.

Но как тут ускоришься, когда они даже в гости не идут?

Уже седьмой час вечера, а от них ни слуху ни духу.

Пробую писать Лизе – сначала нейтрально: «Жду вас с Лешей, как договорились».

Потом настойчивее: «Леша очень расстроится, если не придете».

И наконец почти с отчаянием: «Лиза, ну хоть ответьте, придете или нет?»

Однако эта нахалка попросту не отвечает! Сообщения светятся доставленными, но даже не прочитаны.

Специально игнорирует – это очевидно.

На психику давит. Мне! Только тут она не угадала, меня продавить не получится.

Хожу от окна к двери, заглядываю в холодильник, проверяю, все ли на месте. Машинки разложены, цветы стоят, еда ждет. А толку?

К восьми вечера уже успеваю окончательно убедиться, что не придут, и все старания зря. Дико расстраиваюсь – прямо как пацан, которого не взяли играть в футбол. Хотя какой я пацан, мужчина уже, которого бортанули.

И тут – звонок в дверь.

У меня все внутри аж подпрыгивает от этого звука.

Кидаюсь к глазку – и правда они!

Конечно же, сразу открываю.

На пороге стоят недовольная Лиза в домашних джинсах и мягкой белой кофте и счастливый Лешка в спортивных штанах и футболке с Человеком-пауком.

– Заходите, заходите! – приглашаю их войти.

При этом едва сдерживаясь, чтобы не схватить Лизу под мышки и не чмокнуть в щеку или губы. И Леху тоже… Пацана вроде бы можно, сын же. Но мы еще не настолько с ним близки, как хотелось бы.

Лиза проходит первой, губы поджаты, взгляд строгий.

Сообщает безапелляционным тоном:

– У нас час, Арам. Максимум. А потом Лешу надо укладывать спать, завтра в школу.

– Конечно, – киваю с самым умным видом. – Час так час!

Мысленно праздную победу – пришли! Время со мной проведут – уже хорошо.

Прохожу вслед за ними и тут замечаю, что от обоих довольно сильно пахнет… котлетами? И жареным луком. И чем-то еще домашним, уютным. Причем от Лизы в большей степени.

Это какой-то новый вид духов, о котором я не знаю?

Вкусный запах, надо отметить, прямо слюнки текут.

Глава 28. Приручить драконицу и детеныша

Арам

Час у них всего, ага-ага…

Первые полчаса мы только и делали, что разбирались в играх, которые у меня имеются на приставке. А потом началась такая веселуха, что за временем следить было некогда, да и некому.

Точнее, Лиза поначалу честно пыталась со скучающе-недовольным видом сидеть в сторонке. Но надолго ее не хватило. Потому что не выдержала душа бывшего геймера такой пытки. А то, что она раньше много играла, стало очевидно очень скоро.

Мы втроем расселись на ковре перед широкоэкранным телевизором, подложив под задницы диванные подушки. Весь вечер там просидели, передавая джойстики из рук в руки, просто балдели.

Что удивило больше всего, так это то, что и Лиза, и Леша остановили выбор на игрушке, в которую мы с Артуром когда-то рубились сутки напролет – «Жажда скорости».

Ничего сверхъестественного, просто выбираешь классную тачку, разукрашиваешь ее по вкусу и гоняешь на скорости по маршрутам разной сложности. Кто первый, тот и выиграл.

Поскольку джойстика было два, а нас трое – вылетевший переходил в разряд болельщика, а остальные продолжали гонку.

Конечно же, мы по очереди поддавались Лехе. Но было время, когда он уступал, и мы с Лизой гоняли по дороге вдвоем.

Этот бодрящий дух соперничества поглотил нас с головой. Ни с чем не сравнимо…

Я, непревзойденный профессионал в этой игре, честно и откровенно охренел, когда Лиза сделала меня на очередном повороте.

– Ты где научилась так гонять? – не удерживаюсь от вопроса.

– У меня было много времени, пока училась на дому после аварии. Я почти год не ходила в нормальную школу, и вот… – бросает Лиза. – Но давно не играла, если честно.

Последнее она выдает, входя в поворот на виражах. Зад ее красной гоночной машины так и мелькает впереди моей.

Она снова делает меня!

Надо бы потренироваться, а то заржавел, причем настолько, что какая-то девчонка-модель разделывает меня под орех. Как такое вообще могло случиться?

Впрочем, если вспомнить, как она водит в реале… По заднице бы надавал за такое вождение. Впрочем, в тот единственный раз, когда я оказался в ее машине в роли пассажира, она спешила к сыну, так что можно сделать на это скидку.

Про еду мы вообще даже не вспоминаем, зря только набивал холодильник вкусностями.

Леха в полном восторге от всего, верещит от удовольствия, когда его маманя снова выделывает крутой вираж.

Следующая его очередь, и я отдаю ему джойстик.

С удовольствием смотрю, с каким азартом пацан вступает в игру.

Мне даже ни капли не обидно, что позорно продул.

Сам процесс наблюдения за Лехой и Лизой, так увлеченно занятыми игрой, мне очень приятен.

Вот оно, оказывается, как бывает… Просто сидишь и кайфуешь с дорогими сердцу людьми, ловишь их эмоции, переживаешь их как свои. Напитываешься!

Я раньше не понимал, отчего Артур так тащится, проводя время со своими пацанами. В футбол с ними гоняет, в бассейн возит и прочее.

А теперь понимаю, в общем-то разделяю даже.

Обидно, конечно, что я пропустил первые шесть лет Лехиного взросления. Но машину времени еще не изобрели, так что работаем с тем, что есть.

Неожиданно Лиза взвизгивает:

– Уже начало одиннадцатого! Нам давно пора спать.

– Ну мам, ну еще чуть-чуть… Одну-преодну игру… – хнычет Лешка.

Я напрягаюсь, уверенный, что Лиза сейчас возьмет мальца за руку и утащит. И закончится мой замурчательный вечер с этими двумя. А мы ведь даже не поговорили ни о чем, все время съела игра. Как же так случилось?

Однако Лиза, поджав губы, отвечает:

– Ладно, но только одну игру. Я пока в туалет схожу.

На этом она оставляет нас с Лехой вдвоем. Я уже готовлюсь к старту, однако у меня хватает мозга не начинать игру, а обернуться на сына.

Он почему-то медлит.

Потом и вовсе откладывает джойстик, подсаживается поближе, смотрит на меня удивительно взрослым взглядом. Заговорщическим тоном произносит:

– Надо поговорить по-мужски.

Услышать такое от шестилетнего сына я уж никак не ожидал.

Но до дрожи приятно, что даже в столь юном возрасте он считает себя мужиком, поэтому, естественно, и разговор у нас мужицкий.

– Говори, – с готовностью отвечаю.

Дико любопытно узнать, что у него там на уме.

Пацан не тянет кота за хвост, сразу выдает свое искреннее желание:

– Женись на маме. Она хорошая, вон видишь, как играет!

Это, конечно же, серьезный аргумент, тут не поспоришь.

Я в осадке.

От всего, в общем-то. И от того, как Леха преподносит мне свою просьбу, и от того, что так сильно хочет, чтобы я окольцевал его мать. Но главное – меня умиляет, что он вообще в принципе воспринимает меня как будущего мужа Лизы.

Это признание, ведь так? Признание!

Хочу сразу ответить, но что-то останавливает. Мне попросту любопытно, что еще он скажет.

И таки пацану есть что сказать:

– Еще она готовит вкусно. М-м-м… вообще… Она добрая, особенно когда не злая! Еще красивая, вот. Она самая красивая из всех мам!

С этим тоже не поспоришь.

Но какой у Лизы находчивый адвокат, оказывается. Как трогательно рекламирует мать! И какой же он удивительно взрослый для своих шести лет.

Не удерживаюсь от вопроса:

– Леш, а почему ты хочешь, чтобы я женился на маме?

– Ну, чтобы мы вместе жили.

Охренительный повод, кстати. Лучше и не скажешь. Вот это союзника в лице сына я себе нашел! Бесподобный пацан, обожаю его.

Дольше не тяну резину:

– Договорились. Я женюсь на твоей маме.

– Обещаешь? – Он смотрит на меня с подозрением.

– Зуб даю… – Я показательно провожу ногтем большого пальца по клыку. – Но только если она точно вкусно готовит.

– Ой, она знаешь какие котлеты сегодня готовила, во! – Леха демонстрирует мне большой палец.

О, значит, я не ошибся, от них вправду пахло котлетами – настоящими.

Но как забавно Леха выглядит, описывая мне кулинарные способности матери. Еле удерживаю смешок, ведь парень принял мою шутку по поводу готовки за чистую монету.

Решаю дольше его не мучить:

– Раз такое дело, то, конечно, женюсь. А что, играет отменно, готовит тоже, еще и красивая. Отчего б не жениться, я ж именно такую жену и искал.

Надо видеть, как после моих слов улыбается Леха, прямо сияет.

И тут за нашими спинами раздается возмущенный голос Лизы:

– Что вы тут обсуждаете?

Опа, попались мы с сыном.

Главное, как Лиза незаметно подкралась – словно пума. Поговорить с ребенком не дала, я б, может, еще какие секреты про ее таланты выведал. А то очень уж любопытно.

Но самое интересное – это реакция Лехи на приход мамы.

Он поворачивается к ней, хлопает длиннющими черными ресницами и как ни в чем не бывало отвечает:

– Котлеты… Я рассказывал папе, какие ты классные котлеты пожарила.

Зачетно он съехал с темы, я бы даже сказал, профессионально. Уважаю!

Краем глаза подмечаю, как лицо Лизы слегка перекашивает.

Скорей всего, она слышала мою фразу про женитьбу. Но, как и сын, не подает виду.

– Лиза, какая ты все-таки невнимательная. Могла бы и мне котлет принести, я их тоже люблю… – нагло ее подначиваю.

А сказать-то ей нечего. Ведь и вправду не принесла.

Тут за мать снова вступается Леха:

– Ой, она принесет. Правда, мам? Мы ж поделимся с папой котлетами?

Ты ж мой золотой ребенок, так бы и расцеловал. Это ж надо так виртуозно и, главное, нечаянно подколоть мать. Ну точно моя кровь, никаких других мнений быть не может.

Лиза недовольно фырчит, но сдерживает себя:

– Леша, пошли домой, пора спать.

– Сейчас я только игрушки соберу.

Казалось бы, парень был очень увлечен игрой в приставку, на купленные мной машинки едва обратил внимание. Но сейчас он с воодушевлением ходит по гостиной, аккуратно собирает их все в пакет, причем очевидно – заранее приметил, где что лежит.

– Леша, нужны они тебе? – спрашивает Лиза с прищуром.

– Очень, – благоговейно отвечает парнишка.

Приятно до мурашек: что вечер парню понравился, что игрушки все приметил.

Лизе тоже понравилось, она может сколько угодно это отрицать, но я это чувствую.

– Пойдемте провожу вас.

Я поднимаюсь с места, веду своих гостей в прихожую. Когда они обуваются, не удерживаюсь от подколки:

– Я жду котлеты, Лиза.

Моментально получаю от нее полный возмущения взгляд.

В нем легко читается: «Хрен тебе, а не котлеты!»

Но что-то мне подсказывает, что я их все-таки получу, ведь адвокат по имени Алексей Арамович наверняка будет работать на два фронта.

Глава 29. Маленький сват

Лиза

Котлеты ему, ага, щас…

Прям побежала их приносить!

Не для него готовились, не ему и есть. Пусть свои заказывает. Или жарит сам.

Однако, когда мы приходим домой, Леша тут же просит с самым умоляющим видом:

– Ты же принесешь папе котлеты, да? А то он голодный, наверное…

От детской интонации внутри все переворачивается.

Ты посмотри, какой заботливый! И главное – как стремительно на Араме зациклился. С чего это все? Понятно, с чего – всему виной дурацкая приставка! Может, мне проще купить ее ему, чтобы играл дома и не хотел к Араму?

Хотя где мне такие деньги взять? Эти игровые штуки стоят, как половина моей зарплаты. А моя старая приставка его вряд ли заинтересует, да и непонятно, работает ли она вообще.

– Мам, ты не ответила. – Лешка настойчиво теребит рукав моей кофты.

Ткань натягивается – и мои нервы тоже.

Маленький хитрый предатель! Как шустро он переметнулся на сторону Арама. А ничего, что это я ему была и за маму, и за папу все эти годы? Да, справлялась не идеально, как могла, но справлялась же. Бессонные ночи, когда он болел, походы по врачам, школьные собрания, где я одна среди полных семей…

Но и отказать Леше в грубой форме я не могу, потому что не хочу казаться в его глазах злой ведьмой, которая обижает его драгоценного отца. Которого он вчера впервые в жизни видел – это так, на секундочку…

Опускаюсь на корточки перед сыном, смотрю ему в глаза – такие же темные, как у Арама, – и отвечаю максимально спокойно:

– Давай так: ты сейчас быстренько умываешься, чистишь зубки, укладываешься спать. А когда ты заснешь, я соберу целый контейнер котлет и отнесу Араму. Годится?

Разумеется, никакого контейнера я никуда нести не собираюсь. Но Леша об этом не узнает, потому что будет уже сладко спать. А утром скажу – отнесла, конечно же.

Так будут и волки сыты, и овцы целы. То есть мне не придется еще раз видеть этого… этого… Я даже эпитета достойного для Арама подобрать не могу.

– Неси сейчас, – упрямится Леша.

Вижу в его взгляде такую знакомую мне настойчивость – прямо как у его папаши.

Даже мимика одинаковая!

– А ты один, что ли, останешься? Бабушка ведь у Василия Ивановича в гостях.

Будь он неладен, мамин любовник! Так хорошо жили втроем – мама, я и Лешка, – и тут на нас набросились эти мужики: что Арам, что этот Василий. Спасу от них нет.

– Ничего, я побуду один, – машет рукой Леша с таким видом, будто ему уже не шесть, а все шестнадцать. – Ты же оставляла меня, когда ходила в магазин, помнишь? Целых пятнадцать минут ходила, я засекал по часам.

Ах ты ж хитрющий мелкий проныра!

Нехорошо так думать про собственного сына, нехорошо… Впрочем, в материнстве ключевое – не озвучивать все то, что приходит в голову, а думать можно все что угодно.

Но надо признать, что Лешка – настоящий стратег.

Однако неужели я шестилетку не переиграю?

– Лешенька, – улыбаюсь ему самой мягкой улыбкой. – Так дело не пойдет, мы же как с тобой договаривались? Как только сходим в гости, ты сразу ляжешь спать. Уже и так поздно, а тебе завтра в школу рано вставать. Я потом отнесу. Честно-пречестно.

Сын нехотя кивает, но вижу – не очень доволен компромиссом.

Веду его в ванную, включаю воду. Леша послушно чистит зубы, умывается прохладной водой – лицо сразу розовеет. Потом идем в его комнату, где я помогаю ему переодеться в пижаму с динозаврами – его любимую.

Укладываю сына в постель, поправляю одеяло, но Леша засыпать явно не хочет. Лежит и смотрит на меня такими глазами, что видно – что-то его аж распирает изнутри. Ерзает, поворачивается то на один бок, то на другой.

– Что такое, солнышко? – спрашиваю я, присаживаясь на край кровати.

– Мне очень понравился этот папа, – выпаливает Леша и тут же добавляет: – Давай, может, не будем другого искать?

О как…

Интересно, ему правда Арам понравился или просто папу хочется? Любого, лишь бы был? Но какой-то у него тотально неправильный взгляд на отцов. Надо это исправлять.

Потому что, что бы ни творилось между мной и Арамом, он никогда не перестанет быть отцом моего сына. Уж какой есть, пусть не самый лучший. И вроде как хочет быть отцом, старается. По крайней мере, пока что.

– Лешенька, папа у человека бывает только один, – объясняю я терпеливо.

– Неправда, – тут же возражает сын. – У Клячкина вот уже третий папа по счету, он сам говорил в школе!

Хочется шлепнуть себя ладонью по лбу.

Ну конечно, дети же между собой обо всем болтают.

– Муж мамы – не всегда папа. Если он ребенку не родной – это отчим. У Клячкина отчимы, понимаешь?

Говорю это и не нахожу ровным счетом никакого понимания на детском лице. Леша хмурится, явно пытаясь переварить информацию.

Поэтому перефразирую так, чтобы было ему понятнее:

– Мы не будем искать другого папу, у тебя будет этот. Арам – твой настоящий папа.

– Хорошо, – кивает Леша и наконец-то закрывает глаза.

Он уже вроде бы засыпает, дыхание становится ровным, и я спокойно выдыхаю. Представляю, как сейчас наберу себе горячую ванну, высыплю туда полбаночки релаксирующей соли с лавандой и буду балдеть под звуки тихой музыки… Разумеется, забуду про Арама и все эти сложности. Хоть ненадолго отключусь от реальности.

Но тут меня пронзает током одна очевидная мысль.

Арам ведь завтра никуда не денется, раз даже потрудился снять квартиру рядом. А Лешка его обязательно спросит про эти чертовы котлеты. И Арам не будет прикрывать мою задницу, так прямо и скажет – не принесла. Кем я после этого покажусь сыну? Правильно! Пакостной врушкой, которая не держит слова.

Неужели придется нести?

Сама себя в угол загнала! Ведь могла же просто сказать «нет», и все.

Неожиданно Лешка, который, казалось, уже заснул, приоткрывает левый глаз и смотрит на меня с хитрой улыбочкой.

– Мам, можно рассказать тебе секрет? – шепчет он заговорщически.

– Давай, – отвечаю я, предчувствуя неладное.

– Я договорился – папа на тебе женится! – выпаливает сын и сияет так, будто сообщил мне лучшую новость в мире.

Бл**ь…

Как на такое реагировать, а?