Текст книги "Переписать судьбу (СИ)"

Автор книги: Диана Курамшина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 28

– Не тяни… там грязно! – шипела я, усиленно сопротивляясь, так что в проём мы попали последними из всей компании.

Несмотря на худобу, Фредерик был сильнее меня, и своими действиями я лишь немного отсрочила неизбежное.

Секретный ход был не очень широк. Чуть больше полутора метров разделяли две каменные стены. Самое неприятное, что пол был при этом покрыт пылью и усеян каким-то мусором, стены облепляла паутина и непонятные наросты, похожие на плесень. А из-за камина у входа образовался чёрный налёт сажи и копоти. Не место для девушки в бальном платье.

– Зачем нам туда? – обречённо спросила я, когда мы прошли несколько метров.

– Тебе разве не интересно? Ты же мне жить не давала в прошлом году, заявляя, что обязательно должна увидеть секретный ход! И я, как джентльмен, должен его найти!

– А в этом году мне уже неинтересно… – старательно копируя вальяжную интонацию дам высшего света, проворчала я.

– Ты издеваешься? – зло поинтересовался парень, остановившись. – Я для тебя игрушка?

Основная группа исследователей сначала оглядывалась на нас, но затем, пошушукавшись и посмеявшись, поспешила вперёд и вскоре исчезла за одним из поворотов.

Я обречённо молчала, уставившись куда-то ему в переносицу, чтобы не провоцировать конфликт. Но молодой человек почему-то только больше злился. В свете свечи его бледное лицо покрывалось красными пятнами, и он начал напоминать леопарда. Тут взяли верх гормоны, и я нервно хихикнула.

Фредерик почти впритык придвинул ко мне своё лицо, наполненное странной решимостью.

– Не смей, – прошипела я, подозревая, что он собирается меня поцеловать, воспользовавшись моментом.

– Ладно… – он отодвинулся и даже отошёл на пару шагов. – Маленькая дрянь… ты будешь молить меня сама…

Парень дунул – и свеча, что он держал в руке, погасла. Темнота не была полной, так как свет лился из открытого прохода. Вредина поспешил туда первым. Пожав плечами, старательно глядя под ноги, я пошла в том же направлении.

Но недооценила степень его обиды. Проход почти заполнила тень, а затем я услышала скрежет камня по камню, и потайная дверь закрылась передо мной.

– Фредерик! – возмутилась я. – Немедленно открой!

– И что ты готова сделать для этого? – насмешливо поинтересовался парень, но звук шёл глухо.

Я стояла прямо, стараясь не прикасаться ни к чему, боялась, потом платье будет не отстирать. И хоть вокруг была кромешная темнота, зажмурила глаза, пытаясь сосредоточиться.

Приняв решение, сняла перчатки и аккуратно засунула их в лиф. Нужно будет контролировать пальцами стену, но после такого их только выбросить. А замену я не взяла. Вот будет посмешище, вернись я на бал без перчаток. О том, как появлюсь в грязном платье, вообще пыталась не думать.

Постаравшись сориентироваться, в какую сторону направилась молодёжь, и нащупав стену, я медленно пошла вперёд. Делала маленькие шаги, чтобы не подвернуть ногу. А также усиленно старалась не замечать, если пальцы натыкались на что-то склизкое или мягкое.

Не знаю, сколько я так брела в темноте. Не сказала бы, что в полной тишине: то тут, то там были слышны глухие звуки и даже немного музыка. Уже решила начать считать, чтобы хоть как-то контролировать время, а то постепенно подступала паника. Казалось, что я уже часами бреду, хотя остатками самообладания повторяла себе, что это не так.

Неожиданно стена закончилась, и я резко остановилась. Что впереди, было совершенно непонятно. Это поворот? А может, тут дыра в полу? Лестница?

Тварёныш Фредерик… как только я отсюда выберусь… я тебе такое устрою… Хотя… что я могу ему устроить? Истерику? На посмешище окружающим? Не-е-ет… Нужно подумать и отомстить со вкусом…

Ладно. Куда дальше? Идём аккуратно вперёд или заворачиваем? Потому что противоположную стену я не смогла нащупать, а ступать дальше вбок поостереглась.

Встал извечный вопрос: «Что делать?»

Подумала… Эхо! Кричать? Вот эта малолетняя тварь обрадуется. Не буду доставлять ему такое удовольствие. Что тогда? Петь? Хм… Караоке я любила. Представляю лица случайных свидетелей, если они услышат за стеной «Рюмку водки» или про лабутены. На русском… Гы-гы-гы…

Смех немного вернул мне самообладание, а также остатки критического мышления. Местных песен я вообще не знаю, а из будущего… APT? A-ha, a-ha… Из меня точно будут изгонять бесов!

Хотя… одна из соседок в Рае увлекалась церковными песнями. Она включала их на полную громкость и подпевала сама. Некоторые даже отложились в памяти. Если слушать ежедневно, то волей-неволей… Хоть и не старинные, но во всяком случае более подходящие для этого времени. Тем более а капелла. Как там было…

– В глубины вод меня призвал Ты, мне не пройти их без Тебя… Но вера крепнет в океанах, там явишь мне, Господь, Себя… – прошептала я первые строчки, вспоминая нужную мелодию.

Постепенно голос окреп. Закрыв глаза, я пела во всю мощь лёгких и прислушивалась, откуда идёт эхо. Но казалось, что оно отражалось отовсюду, усиливая резонанс.

– Spirit lead me where my trust is without borders, let me walk upon the waters wherever You would call me. Take me deeper than my feet could ever wander and my faith will be made stronger in the presence of my Saviour[1]. (*Безгранично доверяюсь Духу Бога, пусть ведёт меня по водам туда, куда призвал Он. И в глубинах тех, что не преодолеть мне, станет вера моя крепче, когда рядом мой Спаситель.)

При этих словах я, отпустив руку от стены, пошла вперёд. Повторяя и повторяя этот стих, я просто осторожно двигалась, надеясь не впечататься в стену или же не провалиться.

– Мисс? – неожиданно раздалось за моей спиной.

Я остановилась, замолчав. Раскрыв глаза, заметила проступающие контуры стен и колеблющиеся от свечей тени. Тихо выдохнув, аккуратно развернулась. В раскрытом проходе, приподняв над собой канделябр, стоял… Дарси. Тьфу ты, Рассел.

– Что вы тут делаете, мисс? – спросил он, с интересом меня разглядывая.

– Пою… – ответила, хмыкнув. – И ищу выход.

– И как вы сюда попали? – заинтересованно приподнял он бровь.

– Долгая история, – парировала я, шмыгнув носом, и, подойдя поближе, постучала его по руке, попросив пропустить внутрь.

Эта комната, в отличие от той, где меня втянули в проход, оказалась небольшой. Интересно, что он тут делал? Я даже скосила взгляд на кровать, но та была аккуратно застелена и не несла на себе никаких отпечатков запретных игрищ. А вот взглянув в открытую дверь, напротив увидела… ватерклозет. Спасибо, Господи! И ринулась туда, подобрав повыше подол.

Видимо, сделав свои «важные дела», мужчина услышал непонятные звуки и решил узнать, что там происходит. А тут я… во всей… грязи.

Вымыв руки и лицо, принялась пристально разглядывать платье. М-да-а-а…

– Я могу вам чем-то помочь, мисс? – спросил Рассел.

Без чопорной маски на лице он выглядел значительно лучше. Надеюсь, у Лизки будет в будущем не всё так плохо, как я опасалась.

– Навряд ли вы здесь чем-то поможете, сэр, – ответила я с тяжёлым вздохом.

Его бровь вновь взлетела вверх, а в глазах появился огонёк интереса. Вот блин! Только не это! Ты должен сестрой увлечься! Вот же засада! Хотя… Я стряхнула воду с мокрых рук прямо на пол и под ошарашенным мужским взглядом вытерла их об элегантную занавесь. Огонёк тут же потух, и на лицо вновь легла маска презрения. Вот и хорошо!

– Хотя… вы всё-таки можете мне помочь, сэр, – радостно заявила я, разглядывая себя в зеркало.

– И чем же? – Лицо Рассела стало ещё кислее.

– Вы могли бы позвать мою горничную, Сару.

– Что? – Маска с него вновь слетела. Мужчина выглядел ошарашенным.

– С нами для помощи приехала горничная, Сара. Она должна была привести в порядок нашу уличную одежду и ждать в лакейской или другой комнате для слуг. Вы могли бы найти Сару и привести сюда? Не думаю, что мне стоит передвигаться по дому в таком виде.

– А? Да, конечно… – Фицуильям был явно смущён таким обыденным вопросом. – Я сейчас…

– М-да-а-а… – произнесла я вслед. – А было столько пафоса…

[1] Hillsong United © Oceans (where feet may fail)

Глава 29

Сара не заставила себя ждать. Появившись, она тут же закрыла дверь, отрезав мистера Рассела от самого интересного.

– Мисс, это неприлично, – еле слышно запричитала горничная.

Я уже хотела пуститься в объяснения, но удивилась, когда девушка лишь вытащила у меня из корсажа перчатки, возмутившие её.

– Что о вас могли подумать? – выдохнула она, поворачивая меня вокруг своей оси.

Интересно, но только это вызвало негодование Сары. Хотя я видела, как девушку распирает от желания меня расспросить об остальном. Но она лишь покачала головой и молча занялась моим платьем. Грязные пятна пришлось замывать прямо в раковине. Саре даже понадобилось обратиться за помощью и разжиться утюгом.

Единственное, что не удалось привести в порядок, – бедфордширское кружево[1], что шло по самому подолу платья. После приключений его следовало не просто отстирывать, но и вываривать в щёлочи. Поэтому Сара безжалостно его отпорола.

Это было, конечно, не дорогущее фламандское кружево, которое из-за слишком хорошего качества одно время запрещали ввозить на остров, так как местные производители не выдерживали конкуренции. Жаждавших красоты модниц было не остановить, так что оно всё равно пробиралось на рынок, только контрабандой, под видом английского. С тех пор и стало носить название «англетер». Что интересно, и мировую известность эти брюссельские кружева получили под этим же названием. Странный парадокс.

Атласные бальные туфли пришлось выбросить. Благо с собой всегда брали запасные. Во время танцев туфли легко могли прийти в негодность, и к этому всегда были готовы.

Я вернулась в зал как раз в тот момент, когда меня уже хотели искать. К счастью, за моей спиной виднелась Сара, и пришлось рассказать, что неожиданные позывы заставили меня искать ватерклозет, а также помощь горничной.

Обвинить во всём угощение на балу было бы странно, ведь за стол ещё не приглашали. Так что Фанни списала произошедшее на мою нервозность и нежелание танцевать с бывшим кавалером. У неё сейчас было слишком хорошее настроение для более детальных разборок.

Свой танец с мистером Бёрли я пропустила, так что мужчина воспользовался моментом и ангажировал второй раз Джанет. А матушка уже подсчитывала, успеют ли объявить помолвку к Рождеству или же придётся переносить её на новый год.

Когда уже рассаживались за стол, в поле зрения появился гад, Фредерик. Он какое-то время обводил взглядом помещение, а потом, наткнувшись на меня, долго с интересом рассматривал. Но, видимо, что-то прочитал в моём выражении лица и предпочёл затеряться в толпе.

Джанет пригласили сесть рядом с собой сёстры мистера Бёрли. Лиззи расположилась в обществе Миранды Ривз и ещё нескольких девиц. Они с удовольствием что-то обсуждали.

Мне же пришлось воспользоваться помощью Марии и Кэтрин, чтобы оттеснить Фанни от особо болтливых маминых подружек. Не хотелось портить старшим девочкам времяпрепровождение. Может, это чуть ускорит сюжет и Дарси… тьфу ты… Рассел не увезёт Бёрли в Лондон на зиму.

То, что произошло потом, выбило из колеи и обратило на меня внимание почти всех присутствующих.

Чёртов Фицуильям Рассел подошёл ко мне и пригласил на танец. За весь вечер он танцевал только дважды, с сёстрами Бёрли. И всё! Я же глупо хлопала глазами и продолжала сидеть. Протянувший мне руку мужчина даже вопросительно приподнял свою бровь.

Получив ощутимый толчок по рёбрам от Фанни, я дёрнулась и протянула в ответ свою.

Какое-то время мы танцевали молча. Странно, но нужные па выходили легко и непринуждённо. Может, потому что я больше думала не о танце, а о партнёре?

– Что вы пели… там… в темноте секретного прохода? – наконец задал вопрос Фицуильям.

Его взгляд время от времени соскальзывал в моё декольте, но он возвращал его обратно.

– Песню… – ответила, состроив серьёзное выражение.

По лицу мужчины пробежала рябь недовольства. А что ты хотел, милый? Ты должен сейчас в сторону Лизки смотреть и впечатляться. А ты, конь такой… на малолетку заглядываешься.

– Какую песню? – натягивая губы в улыбке, переспросил он.

– А вам зачем? – решила я отыгрывать до конца. – Вы увлекаетесь пением?

Мужчина тяжело вздохнул и ненадолго прикрыл глаза, видимо, борясь с раздражением. Поняв, что нормального ответа не дождётся, мистер Рассел вернул привычное «лимонное» выражение лица и до конца танца не проронил больше ни слова.

Ну и слава богу! Я и так чувствовала спиной прожигающий ненавистью взгляд мисс Бёрли. Нафиг, нафиг! Пусть Лизка со всем этим мучается. Мне пекарню развивать нужно.

Вернувшись домой и даже не переодевшись, мы все вместе завалились в гостиную, где тут же с бокалом удобно устроился у камина Эдмунд Стонтон. Фанни, возбуждённо двигаясь между столом и креслами, воодушевлённо рассказывала ему в подробностях обо всём, что он пропустил, удалившись слишком рано в комнату с карточными столами в компании других мужчин.

Все три старшие сестры расположились на диване, и только мы с Кэтрин, скинув обувку, забрались с ногами на кресла, чем вызвали раздражение чопорных зануд.

Младшая сегодня была очень довольна. Она единственная из всех нас не пропустила ни одного танца и теперь с наслаждением двигала пальцами ног, постанывая и с удовольствием прикрывая глаза.

Даже Мария, обычно не танцевавшая, в этот вечер была несколько раз приглашена. Всё-таки наставления Фанни и правильная причёска добавили ей привлекательности. Ничего… я её ещё как-нибудь зажму в уголке и нанесу макияж… Будет фурор в нашем захолустье.

– … пел ангел… – встрепенулась я на последних словах матери.

– Что за вздор, дорогая! – возмутился отец, а я начала прислушиваться.

– Многие слышали это, Эдмунд! – упрямо вздёрнула подбородок женщина. – Мистер Коппин теперь уверен, что точно продаст поместье, раз ангелы восславляют Господа в его стенах. Всё-таки это бывший монастырь! Какие могут быть сомнения? И столько свидетелей!

Мужчина закатил глаза, а Фанни раздражённо фыркнула. Я же пыталась сохранить бесстрастное выражение лица и не заржать.

– Ну а что же ты не восхищаешься вторым молодым человеком? Не планируешь помолвку? У него же даже больше денег. Говорят, он выделил нашу младшую дочь из всех присутствующих на балу и единственную пригласил на танец, кроме своих сопровождающих.

– Ну уж нет! Такой дерзкий и невоспитанный молодой человек! Я разрешила Элис танцевать с ним, да… но я просто не знала, что до этого он так обидел Лиззи, посчитав недостаточно интересной для него. Как он мог?!

– Неужели? – И отец с недоумённым выражением лица повернулся ко второй по старшинстве сестре. – Мою любимицу кто-то нашёл недостаточно интересной? Что за вздор?

Лиззи лишь безразлично пожала плечами. Как понимаю, её тоже не впечатлил мистер Рассел, и никакой горечи от подобного неуважения она не испытывала.

По комнатам мы разошлись только через час, когда Кэтрин вдруг захрапела прямо в кресле.

На следующий день после завтрака меня вызвал в библиотеку отец. Он странно смотрел на меня и долго молчал. Уже начала в мыслях придумывать про себя приемлемый вариант объяснений, как именно я попала в треклятый секретный проход, что ничего страшного со мной там не происходило, а также как отвратить отца от возмездия глупому Воксу. Дуэли сейчас совсем не редкость. Но услышала совершенно не то, чего ожидала.

– Я получил письмо от наследника… как ты и говорила, – хмуро произнёс мистер Стонтон, прожигая меня немигающим взглядом.

Мой расслабленный выдох стал для мужчины неожиданностью, и он изумлённо приподнял бровь. Затем нахмурился.

– И что пишет кузен? Когда собирается навестить нас? Вы уже ответили ему? – затараторила я.

– Мне это всё не нравится, милая! – медленно произнёс отец. – Очень не нравится.

– То, что ваш наследник стремится к примирению? – поинтересовалась я.

– Нет, – ответил мистер Стонтон. – То, что твои высказывания сбываются. Что происходит?

– Представьте, отец… – уставившись в окно, отрешённо проговорила я через какое-то время, – что вы вдруг открываете книгу, а там описана ваши жизнь. Как она есть.

– Это слишком жутко, чтобы быть правдой, – прошептал мужчина.

– А я с этим живу… – пробормотала еле слышно.

[1] Графство Бедфордшир, где производилось знаменитое кружево, расположено на востоке центральной части Англии, прямо на границе с Хартфордширом.

Глава 30

Мистер Стонтон не стал меня больше расспрашивать. Видимо, был слишком ошарашен.

Фанни же решила брать быка за рога. Схватив в охапку двух старших дочерей, матушка направилась наносить

справедливость

визит мистеру Бёрли. Она бы нас всех взяла за компанию, но я быстренько укатила в Редборн, прихватив Кэтрин, а Мария отговорилась обучением и готовкой. После нескольких танцев на балу сестрёнка явно вдохновилась.

Дела в пекарне шли неплохо. Простимулированный пинком со стороны отца, Бэрти стал немного шевелиться. Во всяком случае, несколько таверн с его помощью не только подписали с нами контракт, но и интересовались выпечкой, о которой, оказывается, уже говорят по всей дороге.

Я же страдала над дилеммой расширения. Если к концу года у нас будет прогнозируемая прибыль, то отец должен будет внести ещё деньги, дабы и остальные дочери получали в будущем долю от этого дела. Так что мне нужно было решить… оставаться в Редборне и строить отдельное здание или же попробовать открыть небольшую пекарню в Лондоне. Как я понимала, без разведки на местности не обойтись. Но кто меня пустит одну в столицу?

– Что на этот раз случилось? – спросила я Марию, что с раннего утра пряталась от гиперактивной Фанни в саду. Даже нужда в обучении не остановила её от эвакуации из кухни.

– Сёстры мистера Бёрли должны сегодня вернуть нам визит, – обречённо выдохнула девушка.

– Ага… значит, мне сегодня срочно нужно на урок рисования! – заявила я, постукивая по скамейке, где мы расположились.

– Возьмёшь меня с собой? – с надеждой спросила сестра.

– Извини, я не знаю, смогу ли выцарапать Кэтрин, но уж тебя матушка точно не отдаст.

С этого момента и на две недели началось форменное издевательство. Дело в том, что наших новых горстедвудских соседей приглашали в гости все кому не лень. А учитывая, что в основном местным аристократам делать было нечего и они страдали от скуки, количество приглашений превышало все известные границы. Благо чопорные сестрички Бёрли отвечали далеко не всем. И вот… Фанни добивалась того, чтобы нам тоже присылали приглашение, если была уверена, что мистер Бёрли с компанией посетит какой-либо дом. Джанет всегда должна быть на виду! Как ей это удавалось? Ума не приложу.

Мы ездили на званые вечера как на работу, по три раза в неделю. На мои попытки отказаться Фанни устраивала такую истерику, что Эдмунд Стонтон сам приходил ко мне уговаривать не сопротивляться материнскому экстремизму.

И самое гадкое, я заметила, что чёртов Фицуильям Рассел обращает на нас с Лизкой одинаковое внимание. А всё из-за того, что на одном из вечеров я встретила мистера Келли и не отставала от него, пока мы не обговорили кое-какие детали поставок и индивидуальные наборы специй, что он мне обещал.

Оказывается, этот чопорный зануда стоял недалеко за нашим диванчиком и всё время слушал.

Может, любовника завести?.. Вернее, этого, как его… воздыхателя. Чтобы Рассел от меня отстал. Правда, боюсь, при любом намёке на ухаживания Фанни тут же поведёт меня под венец, я и ахнуть не успею. Значит, нужно завести множество воздыхателей. Но где их взять?

Спасение пришло откуда не ждали. Вернее, если бы не расшатывающие нервы гормоны, я бы вспомнила, что на сцене вот-вот должны появиться военные. Слава Тебе, Господи!

В конце октября в окрестностях Сент-Олбанс разместили какой-то военный полк. Точнее, его остатки. Большинство солдат и офицеров имели ранения разной степени тяжести. Скорее всего, его будут тут переформировывать.

Благодаря такому обилию военных местное общество буквально взорвалось небывалой активностью. Чуть ли не каждый день теперь приглашали на чай, обед, танцы или охоту. Мужчины в основном обсуждали одну тему: эти русские как-то перебрались через Альпы и вступили в Швейцарию. А австрийский корпус эрцгерцога Карла уже покинул эту страну. Ужас, да и только… Мне хотелось встать и похлопать, но никто бы не понял.

Первое время меня постоянно окружали как минимум трое кавалеров разной степени потасканности – от двадцати до сорока лет. Я о своих финансовых возможностях не распространялась. Узнав же у окружающих о размере моего приданого, взрослые быстро отваливались. Так что оставшаяся парочка совсем молоденьких лейтенантов, видимо, только вступившая в полк, была готова мною восхищаться и флиртовать только из любви к искусству и от жажды развлечений. Большим сюрпризом был интерес капитана Картрайта. Он тоже всего лишь несколько месяцев назад купил свой патент, так что пороху пока не нюхал и особого интереса не представлял. Всего лишь младший сын небогатого аристократа без гроша за душой. Не знаю, чем я его привлекла. Ведь я старательно напоказ отыгрывала роль пустоголовой дурочки.

Это принесло результат. Мистер Рассел наконец прекратил смотреть в мою сторону. Правда, это привело к постоянным и назойливым чтениям морали со стороны старших сестёр. Ну как объяснить Лизке, что я для неё же стараюсь? Не думаю, что поймёт и оценит.

Ведь даже Кэтрин не позволяла себе флиртовать со всеми офицерами сразу. Её нравился один – лейтенант Андерсон. Ничем не примечательный молодой человек лет двадцати. Кажется, из джентри. В принципе, они все тут были такими: младшие сыновья или даже старшие отпрыски обнищавших фамилий.

Сестрёнка как-то спросила, смогу ли я дать ей хотя бы пять тысяч на приданое. Конечно, смогу… правда, только через несколько лет. Печально покивав, Кэтрин удалилась, снова что-то записывая в свою книжку.

Но Фанни меня постоянно защищала от нападок старших сестёр. По её словам, именно сейчас я смогу безбоязненно покорять молодые сердца. Ведь военная форма так красит мужчин.

А кстати… по сравнению со штатскими, офицеры действительно выглядели более мужественно. Они не носили корсеты, редко завивали волосы, чаще всего щеголяли усами или бакенбардами. И самое, на мой взгляд, главное – не только не носили бриджи и чулки, так меня раздражавшие, но и не имели дурацких повадок, присущих модным денди.

Лёжа в постели, протанцевав весь день на одном из вечеров, я вдруг осознала, что веду себя как моя изначальная героиня. Точно отыгрывая её роль. Хорошо сие или плохо? Это ввергло меня в ужас, и, отговорившись уроками и плохим самочувствием, я старалась больше не посещать никаких развлечений, занимаясь только пекарней и приспосабливая новые рецепты.

– … если наша дочь серьёзно заболеет или, быть может, даже умрёт, каким утешением будет осознавать, что произошло это в погоне за мистером Бёрли, осуществлённой по вашим указаниям.

Я застала часть речи отца, когда вместе с Кэтрин входила в комнату перед обедом. Мы только приехали из Редборна и переоделись, так как на улице шёл проливной дождь.

– Я не опасаюсь за её жизнь, мой дорогой. От простуды не умирают! – защищалась Фанни, грея руки у камина. – За ней будут ухаживать... уж в этом я не сомневаюсь!

– Джанет поехала к сёстрам Бёрли вчера на обед и попала под дождь, – тихо поведала нам с сестрой Мария. – Теперь к ней вызвали доктора Джонса.

Я еле удержала себя от хохота… сюжет шёл по плану. Итак… если я всё правильно помню, завтра Лиззи отправится к старшенькой на помощь, и у меня будет дней пять спокойствия. Ведь именно там, кажется, у Рассела должны развиться чувства к ней.

На следующее утро солнце ярко сияло и радовало хорошей погодой. Я из чувства противоречия предложила Лиззи подвести её до Горстедвуда, и та неожиданно согласилась. А как же грязное платье? Хотя… блин… это было со мной!

Когда мы отъезжали от большого красивого дома, я незаметно перекрестила сестру и пожелала ей удачи. Когда вся эта чертовщина с их любовями закончится, я вздохну спокойно, ведь сюжет прекратит, наконец, вмешиваться в мою жизнь.

И вправду. Целую неделю ноябрь, как по заказу, радовал отличной погодой. Правда, несколько первых дней родители постоянно ругались по поводу Джанет. Вернее, отец тыкал Фанни этим при любом удобном случае. Она даже не выдержала и подорвалась поехать её навестить. Благо нас с Кэтрин уже не было дома. Теперь я старалась уезжать пораньше и возвращалась только к обеду.

Вернувшаяся Фанни была довольна. Джанет шла на поправку, и подначки мистера Стонтона сошли на нет. Да и сами старшие сёстры через пару дней вернулись и постоянно шушукались.

А сюжет шёл как по писаному. Через пару дней за завтраком отец всё же зачитал письмо кузена. Значит, именно сегодня к ужину у нас будет гость, которого я жду уже несколько месяцев. Даже больше, чем появления пресловутого Дарси. В этом варианте – Рассела.

Но что такое Рассел – всего лишь безбедная жизнь Лиззи. А вот возможность оставить в семье поместье – это беспроигрышная комбинация. Во всяком случае, Фанни прекратит давить на мозг отцу, и, может, родители смогут наладить общение?