Текст книги "Развод. Больше не люби меня (СИ)"

Автор книги: Даша Черничная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 33

Саша

Кавказские семьи известны своей многочисленностью.

Сестры, братья, дяди, тети, дедушки и бабушки. И так далее, и тому подобное. Все рядом, все дружат и общаются друг с другом.

Семья Ардашева, очевидно, ничем не отличается от такой модели семьи.

Я стою на пороге холла, в котором находится ресепшн и зона ожидания. Сейчас тут и в соседнем помещении, которое, скорее всего, является рестораном, накрыто множество столов с фуршетными закусками.

Гостей человек тридцать, все разного возраста. Есть и дети, и пожилые мужчины. Видно, что они тепло общались, пока не появились мы.

И те и другие смотрят на нас, а я четко ощущаю себя белой вороной и уже жалею о том, что согласилась на предложение Ардашева, не выяснив у него ничего о предстоящем мероприятии.

От группы гостей отделяется женщина лет сорока. Вежливо улыбаясь, подходит к нам:

– Александра, да? – спрашивает у меня приветливо.

– Можно просто Саша, – стараюсь говорить спокойно и ничем не выдавать своего волнения.

– Я Марьям. – Смотрит на Федьку, который стоит по левую руку от меня, и Милу, прячущуюся за моей юбкой. – А это?..

– Это мои дети: Федор и Мила.

– Как чудесно! – произносит вполне дружелюбно. – Здорово, когда в доме звучит детский смех!

В целом Марьям выглядит довольно доброжелательно настроенной, но я не особо раскатываю губу, потому что не стоит подобные разговоры путать с обыкновенной человеческой вежливостью.

– Тимур предупреждал нас о том, что ты приедешь с детьми, и попросил встретить, если он не застанет тебя.

Хорошо хоть так и я не оказалась нежданным гостем вместе с детьми. А раз Тимур предупреждал, значит, ждали моего приезда.

– А где он сам? —оглядываюсь вокруг, но, конечно, Ардашева нигде нет, иначе, полагаю, он бы подошел.

– Он отошел, ему надо поговорить с отцом и братом.

Обвожу взглядом пространство:

– Насколько я поняла, вся эта территория принадлежит брату Тимура?

– Да, – кивает Марьям благосклонно. – Все принадлежит Арману, моему мужу.

Ага. Значит, она жена брата Тимура. Что ж, тогда понятна ее властность и внимание.

– У вас вещи, – Марьям опускает взгляд. – Предлагаю расположиться в вашем домике, а потом уже я познакомлю тебя со всеми.

– Да, наверное, так будет лучше.

Хотя какого, собственно, хрена? Я стою на пороге, в паре метров от меня люди, а меня, как непонятно кого, уводят с глаз долой.

Женщина кивает и оборачивается, кричит кому-то:

– Рус, помоги с вещами.

– Не надо! – встревает Федор. – Я сам.

Марьям окидывает взглядом Федю и даже теряется немного:

– Что ж, как скажешь, Федор. Идемте.

Вещей у нас всего ничего, парочка рюкзаков и небольшая сумка. Мы не собирались ехать сюда надолго, а для одной ночи много вещей не нужно.

Выходим на улицу, и Марьям ведет нас по озелененной территории.

– Мы будем жить отдельно? – спрашиваю у женщины.

У меня складывается ощущение, будто от нас пытаются избавиться и расположить как можно дальше от остальных гостей. Уверена, что вся родня расположится в главном шале.

– Тимур попросил подготовить для вас отдельный коттедж, – улыбается вежливо. – Он предположил, что там вам будет удобнее.

Киваю.

Раз Ардашев сам дал такое указание, ему виднее.

– Здесь очень красиво, – делаю вежливый комплимент, и Марьям отвечает:

– Арман сам участвовал в подготовке проекта ландшафтного дизайна. Он попросил максимально аккуратно вести стройку и сохранить как можно больше деревьев и растений.

База действительно невероятно красивая. Уют и комфорт органично вписан в природу.

– Вот ваш домик, – Марьям, как и полагается хозяйке, заходит первая. – Надо разуться.

– Конечно.

Разуваюсь сама, помогаю снять обувь Миле.

Дом шикарный и внутри, и снаружи, видно, что все тут сделано с умом и денег на обустройство не жалели.

– На заднем дворе у вас собственный небольшой бассейн. Он теплый, можете им пользоваться. Тимур попросил подготовить дом к вашему визиту, так что все работает.

– Благодарю.

Марьям складывает руки в замок и бегло окидывает меня взглядом:

– Располагайтесь и приходите в шале. Думаю, Тимур к тому времени вернется.

Она уходит, а Федя цедит, проходя в дом:

– Интересно, у Тимура Зауровича вся родня такая?

– Какая?

– Чересчур приветливая.

– Это элементарная вежливость, – стараюсь сгладить углы.

– Ага. Если бы у нее, как у Супермена, были лазеры в глазах, то она бы убила тебя.

Значит, заметил.

– Ладно, Федя, Мила, предлагаю переодеться с дороги и вернемся в шале.

– Может, все-таки бассейн? – спрашивает сын умоляюще.

– Вечером.

Федор вздыхает со стоном, проходится по гостиной с камином, проводит по нему рукой.

– А Веста точно должна была приехать?

– Тимур Заурович так сказал, – пожимаю плечами.

– Ладно, тогда пошли.

В шале мы идем неспешно. Единственный человек, у которого все в порядке с настроением, это Милка. Для нее тут много интересного.

Федя дергает меня за руку и шепчет:

– Мам, смотри. Тимур Заурович, – указывает подбородком.

Я прослеживаю его движение и вижу Тимура в компании другого мужчины. Они что-то сосредоточенно обсуждают.

Будто почувствовав мой взгляд, Тимур поворачивает голову, а я позволяю себе пару секунд полюбоваться им.

Привычные костюмы сменили джинсы и легкий свитер, но даже в такой одежде Ардашев выглядит невероятно мужественно и приковывает взгляд.

Наш путь проходит как раз мимо них, и мы подходим ближе.

– Добрый день, – здороваюсь первая.

– Здрасьте, – подхватывают дети.

– Саша, – кивает мне Тимур, – как добрались?

– Прекрасно, спасибо.

– Прости, что не смог встретить, мы отлучались по делам с отцом и братом. Кстати познакомься – мой отец, Заур Рамилевич. Отец, это Александра, мой партнер и просто замечательная женщина. Ее дети, Федор и Мила.

Заур Рамилевич по-отечески пожимает руку Феде, подмигивает Миле, а мне дарит легкую улыбку.

– Наслышан, Александра. Приятно наконец познакомиться.

– Взаимно.

Интересно, что именно и от кого он слышал обо мне?

Как нельзя более кстати у отца Тимура звонит телефон.

– Прошу меня простить, нужно ответить.

Он отходит, а следом Федя и Мила убегают вперед. Мы с Ардашевым идем за ними.

Дорожка узкая, и Тимур касается меня плечом.

– Это семейное торжество, – говорю, чувствуя неловкость.

– Практически, – кивает невозмутимо и бросает на меня насмешливый взгляд.

– Мне здесь не место. Тут все свои, – обнимаю себя руками.

Тимур протягивает руку и расплетает мои руки, берет одну и легко касается ее губами.

По венам искрами проносятся разряды. Бросает то в жар, то в холод. Сердце заходится заполошно, а взгляд затуманивается.

– Может, я хочу, чтобы ты тоже стала своей?

Глава 34

Саша

Все семейство расположилось в холле. Козырные места во главе стола у мужчин семьи. Далее идут жены, матери. Потом двоюродные сестры и просто близкие к семье люди.

И только после них я.

Не то чтобы я хотела сидеть ровно посередине, в самом эпицентре.

Дети уже поели и убежали играть в детскую комнату. Там полно развлечений для всех, от мала до велика. И игрушки для совсем маленьких, и приставки для детей постарше.

– Мам, не парься, я присмотрю за Милкой, – сказал Федя и утянул Милу в игровую.

Минутой ранее туда ушла Веста.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, почему так себя ведет Федор.

Ох сынок-сынок. Не к той девочке тебя занесло.

А сама-то, Сашка? Тебя саму туда занесло?

Обрати внимание, как все смотрят на тебя!

Конечно, никто не выказывает негатива напрямую. Не подпускает яда, не оскорбляет. К сожалению, даже не нужно всего этого, чтобы понять, что тебе тут не очень-то и рады.

– Хорошее дело ты начал, сын, – гордо произносит Заур Рамилевич. – Арман, теперь надо расширяться!

– Будет, папа! Все будет! – уверенно заявляет мужчина и подмигивает своей жене.

Та лишь отмахивается от него:

– Арман, сначала бы тут до ума кое-что довести да персонал полностью укомплектовать.

– Тимур, а у тебя как обстоят дела с теми магазинами? – спрашивает отец.

Тимур сидит поодаль от них всех, на противоположной от меня части стола.

Полагаю, выбор места сделан не просто так, а дабы лишний раз не нервировать семью.

– Все идет по плану, отец, – размыто отвечает мужчина.

– Эльдар ждет от тебя отмашки.

Все взгляды обращаются к Эльдару.

Это старший из братьев Ардашевых. Я заочно знаю его, поэтому сразу узнала человека, который поможет мне разрушить бизнес мужа.

Эльдар властно кивает:

– Все готово, Тимур. Только тебя и жду.

Эльдар переводит взгляд на меня, разглядывает без стеснения.

– Все-таки нужно озеленить холл, – задумчиво говорит Марьям, обводя глазами помещение. Все следят за ее взглядом.

Все, кроме старшего брата Тимура. Тот не отрываясь смотрит на меня.

– Надо фикус!

– Ой, нет, Мари, что ты! Он осыпается, как только ветер не с той стороны подует.

Женщины смеются, мужчины их поддерживают.

…А он все буравит меня взглядом. Уставился так, будто знает обо все и даже больше. Будто в моей жизни для него нет ни одного секрета и ни одной тайны.

Интуитивно в поисках защиты я смотрю на Тимура.

Тот как коршун не сводит взгляда со своего брата, явно заподозрив того в чем-то.

Мое сердце начинает быстро колотиться в груди. Становится страшно, ведь я не знаю, что взбредет в голову мужчине.

Напряжение, исходящее от него, напоминает ледяной кладбищенский ветер, который обдает тело в слишком легкой одежде. Так и хочется съежиться, чтобы хоть немного почувствовать тепло.

– Александра, – зовет меня Эльдар громко, и я сглатываю.

Все взоры обращены ко мне, как будто я на сцене и сейчас начнется кое-что интересное.

– Я так понимаю, вы тоже участвуете во всем этом? – спрашивает он немного язвительно.

– В чем именно? – уточняю.

– В том, чтобы уничтожить бизнес собственного мужа.

– Эльдар! – голос Тимура разрезает пространство, и я дергаюсь от неожиданной злости, которую распознаю в нем.

Я видела Тимура разным. Зачастую собранный и спокойный, даже немного насмешливый мужчина. Практически всегда он оставался невозмутимым, разве что тогда, в школе, потерял над собой контроль. Сейчас же я четко ощущаю злость, которая исходит от Ардашева.

Судя по тому, что я вижу, у братьев уже произошел некий конфликт, виновницей которого была я. Прямо сейчас Эльдар поднимает запретную тему, а Тимур пытается предотвратить ее развитие.

Старший брат переводит взгляд на Тимура и дергает бровью:

– А что такого я спросил, Тимур? Простой вопрос.

Тимур подается вперед к брату.

Их разделяет стол, и мне кажется, что если они не остановятся, то этот стол полетит в сторону.

Все замолкают. Женщины вжимают головы в плечи, мужчины хмурятся, особенно Заур Рамилевич, который явно недоволен представлением.

– Я запретил тебе поднимать эту тему, – медленно произносит Тимур.

Эльдару хоть бы хны.

– Тем не менее мне интересны мотивы женщины, которая впахивала несколько лет на благо этого бизнеса, – Эльдар смотрит на меня. – Неужели жажда мести изменившему мужику настолько сильна, что вы, Александра, готовы развалить то, что строили так долго?

– Эльдар, – Тимур повышает голос, – если у тебя есть вопросы, задавай их мне. Сашу не трогай.

Ощущения странные.

Костя никогда не вступался за меня в открытую. Вот так, перед всей семьей, – никогда.

Предпочитал отшучиваться или переводить тему разговора.

Он всегда боялся, что снова схлопочет неодобрение от мамочки.

То, что Тимур выступает в открытую против брата, конечно, доставляет мне удовольствие. Такое чисто женское. Когда ты понимаешь, что можешь просто встать за спиной мужчины и он все сделает. Тебе просто нужно позволить ему решить все.

Сейчас я меж двух огней. Ответить грубо Эльдару нельзя, мне нужна его помощь. Пасовать тоже нельзя. Это просто не в моей натуре.

– Я отвечу, – говорю тихо.

– Саша, – Тимур переводит взгляд на меня, – тебе не нужно…

Выставляю руку вперед, останавливая мужчину, и продолжаю мягче:

– Я знаю, Тимур. Но я отвечу твоему брату, – прямо смотрю на заинтересованного Эльдара. – Месть – это про разрушение. Про то, что негативные эмоции берут верх. Про мелочность. Я не мщу своему бывшему мужу. Все, чего я хочу, – получить назад свое. Вы правы, я много работала, чтобы подняться с самых низов. Перестать экономить на еде для детей. Перестать выбирать все самое дешевое, лишь бы они не мерзли. По третьему кругу штопать дырявые колготки себе и детям. Мой муж решил, что может без проблем откинуть меня назад, туда, откуда мы вместе выбирались. Ему было плевать на мои чувства, на чувства детей. Так скажите мне, Эльдар, почему я должна переживать за то, что мой муж окажется банкротом?

Мне страшно, когда я это говорю, но постепенно я ощущаю, как мои слова обретают силу.

Я не лгу. Не юлю и не строю из себя оскорбленную невинность. Это моя правда. И кто-то может принять ее, а может осудить меня. По большому счету мне плевать и на тех, и на других.

От намеченного пути я не отступлюсь.

Эльдар смотрит пронизывающе. Непонятно, удовлетворяет его мой ответ или нет.

– Все предельно ясно, Александра, – выдает он по-деловому. – Буду ждать банкротства вашего мужа. Все необходимое для торгов уже готово.

– Благодарю, – киваю. – А теперь простите, я отлучусь ненадолго.

В напряженной тишине я скриплю ножками стула и поднимаюсь, накидываю на себя вязаную кофту и выхожу на улицу,

Меня немного потряхивает от напряжения, так что свежий воздух – как раз то, что мне нужно.

Сворачиваю на тропинку, ведущую к пруду. Обнимаю себя руками и иду вперед.

Шале и домики уже далеко позади.

До озера остается совсем ничего, когда я слышу торопливые шаги позади и оборачиваюсь. В меня врезается мужское тело. Хватает секунды, чтобы понять, кто передо мной, но я и слова не успеваю произнести – губы Тимура грубо накрывают мой рот, и он требовательно целует меня.

Глава 35

Тимур

– Эльдар, я не понимаю, какого хера ты себе позволяешь! – не сдержавшись, срываюсь на брата.

Моя семья – кремень.

Я знаю, что они всегда будут рядом. Что бы я ни делал, на какую бы дичь ни подписался, они не отвернутся.

Дадут потом пиздюлей, но не осудят, не откажутся.

В моей жизни было много разных и рискованных ситуаций. Всегда я подходил ко всему с умом, и если был риск, то он был обоснован.

Все Ардашевы знают, что я никогда не лезу в дело, если не уверен в успехе.

В последнее время моя семья будто решила прокачать меня.

Они не трогали меня в двадцать, когда я сидел за покерным столом. Не трогали в двадцать пять, когда я тоннами сбывал валюту.

Но сейчас какого-то хера они решили показать себя во всей красе.

Эльдар. Мой старший брат. Моя титановая стена. Смотрит на меня с холодом и раздражением:

– Мне не нравится ситуация, Тимур! – выпаливает он. – Я не узнаю тебя! Ты ведешься на бабу, которая что тебе пообещала, напомни? Алмазы в пещере?

Метафора читается слишком откровенно, я не могу игнорировать это. Кровь вскипает моментально. Резко вскакиваю на ноги, стул отлетает назад.

– Стоп! – голос отца тормозит нас, а кулак, опущенный на стол, и звон посуды охлаждают, как ничто другое. – Марьям, идите с женщинами, посмотрите СПА-зону, нам нужно поговорить.

Женщины быстрыми шагами покидают мужскую компанию. Отец отправляет восвояси и племянников с двоюродными братьями, оставляя лишь меня, Эльдара и Армана, нашего младшего.

Тот всегда был чересчур внимательным. Он никогда не пылит, предпочитая долго присматриваться и выжидать, прежде чем делать что-то.

Именно поэтому он молча наблюдает за мной и Эльдаром.

– Вы же братья, черт возьми! – отец срывается на нас.

Нельзя было доводить до этого. Возраст. Сердце. Нахер эти качели бате?

– Вот именно, Эльдар, – дергаю бровью. – Мы же братья. Так какого черта ты позволяешь себе это? Саша моя гостья. Нравится тебе это или нет, но я требую уважения к ней!

Эльдар включает дурачка:

– Я просто хотел спросить у нее о том, что меня беспокоило, – произносит бесяче спокойно. – И она, заметь, ответила мне на вопрос без проблем.

Втягиваю носом воздух:

– Меня бы это так не выносило, если бы я неделю не пытался донести тебе, что Саша неприкосновенна! Но ты все равно полез…

Эльдар наконец сбрасывает маску и вскакивает на ноги, Арман следом, готовый разнимать нас.

– Ты завел себе бабу, Тимур! Баба пытается уничтожить своего мужа! Муж для женщины – святое. Она должна преклоняться перед ним, уважать, ценить. Что это за женщина, которая так легко предает своего мужчину?

– Ее муж перетрахал полгорода, а когда она ушла, забрал у нее все бабки. С его подачи ее увольняли, он натравил на нее опеку, а в довершение ударил ее. Скажи-ка мне, дорогой брат, за что уважать и ценить такого мужа?

Эльдар буравит меня взглядом.

До последнего я не вдавался в подробности, не рассказывал, что да как. Это не моя правда, и не мне ее рассказывать – но, видимо, не обойтись без таких подробностей, иначе сожрут.

– И да, Эльдар. Саша не баба.

– И кто же она, сын? – спрашивает отец, устало глядя на меня.

Саша…

Саша нечто большее, чем просто красивая и умная женщина. Выше всех правил этикета. Чище норм и морали. Вернее монахинь.

Я не смогу объяснить отцу и братьям своих чувств.

Не принято у мужиков открываться перед друг другом, выворачивать душу наизнанку. Мы все боимся насмешек, а на деле прошиваем себя как пулями из-за некоторых женщин.

Вот так и с Сашей.

Когда я увидел ее впервые, под руку со мной шла жена.

Женщина, которая была идеальной спутницей жизни. Настоящая кавказская жена. Верная. Тихая. Скромная. Чистая, как слеза младенца. Мать – безупречная. Жена такая же.

Любил ли я ее? Возможно.

Уважал – да.

Когда я впервые увидел Сашу… Яркую… притягательную, сильную, смелую, свободную, несмотря на удавку – своего мужа – на шее, я понял, что попал.

Она всегда смотрела на меня мельком, будто не особо придавая значение тому, кто я, ну а я понимал, что горю в геене огненной.

Жанна ушла быстро. Не помогли ни бабки, ни связи, ни молитвы.

Жены не стало, а Саша как была под запретом, так и оставалась.

И этот огонь продолжил жрать меня.

В какой-то момент я так свыкся с ним, что он перестал обжигать изнутри. Я просто принял это ненормальное влечение. Я перестал видеть границу между тем, что запрещено, и тем, что доступно.

Любовь ли это?

Не знаю…

Помешательство – уж точно.

Саша была несвободна. И я не имел никакого права лезть в ее жизнь.

Но я знал, чувствовал, что однажды… когда-нибудь все изменится.

– Саша… – подбираю слова. – Женщина, которая дорога мне.

Отец серьезно кивает, отводит взгляд к окну.

Ему не нравится то, что я говорю, я вижу.

Эльдар трет глаза. Мы оба устали от этого диалога.

– Что ты предлагаешь нам делать со всем этим?

– Ты знаешь, что требуется от тебя, Эльдар. Ничего сверх этого делать не нужно.

– С Сашей твоей нам что делать?

– А что делают в нашей семье с уважаемыми гостям? – дергаю бровью.

Вмешивается отец:

– Эльдар, довольно. Хватит допрашивать своего брата. Он тебе ответил на все вопросы, и его позиция по отношению к этой женщине была ясна еще до того, как она пришла на порог дома. Нравится она тебе или нет, я запрещаю тебе вмешиваться. И больше никаких публичных допросов, ясно?

Брат разворачивается, уходит, не проронив ни слова. Арман вздыхает и смотрит на меня виновато.

– А как же София?

– Кто? – хмурюсь.

Снова вздох.

– Марьям нашла тебе кандидатку в жены. София – дочь наших знакомых. Красивая, умная, воспитанная. Ей восемнадцать.

– Ты ебнулся, Арман? Весте пятнадцать! Ты мне еще невесту возраста дочери подгони.

– Ну не настолько же! – отводит взгляд.

– Никаких невест и сватовства, ясно? – спрашиваю, но ответа не получаю.

Вечер благополучно просран.

Я выхожу из шале и иду к пруду. Мне кажется моя гостья пошла туда.

Бледно-розовую вязаную кофту видно издали, и я догоняю Сашу.

Столько лет… Год за годом, день за днем. Запрещал себе. Ненавидел. Проклинал.

Чтобы в конце концов капитулировать.

Я целую ее спешно, не давая опомниться ни ей, ни себе.

Губы Саши сладкие. Чуть пухлые, нежные.

И я, к своему позору, просто стекаю куда-то вниз. Мозг отключается, остаются только чувства и обостренные рефлексы.

Я ощущаю ее язык, который отвечает мне. Ее запах сводит с ума.

Мне хочется наплевать на все и просто трахнуть ее прямо тут, невзирая на то, что где-то поблизости родня, но торможу себя.

Руками касаюсь ее лица, талии, волос. Я не могу, мне мало… мне катастрофически мало этого.

Мне нечем дышать, я чувствую себя пацаном, который впервые в жизни касается девушки. Все настолько остро и по-живому.

– Тимур, – шепчет Саша в те секунды, когда мы оба ловим ртом воздух. – Тимур…

Хватается за меня, и я поддерживаю ее, потому что понимаю – Саша еле стоит.

Мне требуются усилия, чтобы остановиться. Но мне мало… мало всего. Недостаточно.

Я быстро дышу, Саша тоже судорожно вдыхает, смотрит на меня пьяно.

Кладу руку ей на лицо и веду большим пальцем по щеке.

Хочется многое сказать, но я боюсь спугнуть ее. Боюсь, что не поймет, испугается, улетит.

Саша кладет голову мне на грудь, а я вжимаю ее в себя и целую волосы.

Пусть так… пока так, а остальное будет позже. Обязательно будет.