Текст книги "Безудержный ураган (СИ)"

Автор книги: Данта Игнис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 9. Тени в ночи

Дарен и Анели оказались в хвосте каравана. Все потому, что девочка никак не могла распрощаться с братом. Теперь она ехала на лошади с угрюмым видом. Дарен ее не беспокоил, понимал – слова сейчас не помогут.

Лошадей для них достал Левир. Дарен радовался, что не пришлось плестись пешком, путь предстоял неблизкий. Но к вечеру у него болело все тело. Болело вдвойне: из-за незаживших еще побоев и от непривычной нагрузки – верховой езды.

Когда остановились на ночлег, плотник распластался в траве и чуть ли не постанывал от удовольствия просто лежать. Казалось, он весь провонял лошадьми. В ссадины на теле буквально въелась дорожная пыль, что не прибавляло приятных ощущений. Однако поблизости не было ни реки, ни озера, чтобы освежиться.

Вальдары, покинувшие своих, держались рядом. Видно Левир попросил их присмотреть за сестрой, подумал Дарен. От этого на душе у него становилось спокойнее. Зато военные игнорировали хвост каравана, не простили неповиновения.

Ночью Дарена разбудили испуганные выкрики и говор множества людей. Весь караван всполошился, люди проснулись и суетились. Но никто ничего не мог понять и, тем более, объяснить. Плотник пошел к другому концу лагеря, желая выяснить что происходит. Он шел и все спрашивал людей по дороге не знают ли они в чем дело, пока наконец не получил ответ.

Мужчина с пивным брюшком с удовольствием рассказывал о произошедшем, явно наслаждаясь своей минутой славы. Вокруг него собралась внушительная толпа любопытствующих.

Дарен остановился за спинами людей и прислушался. Из незамысловатого рассказа он понял, кто-то превратился в ворлока и успел убить троих, пока его не уничтожили солдаты.

По дороге назад плотник с опаской поглядывал на встречавшихся людей, по спине пробегали мурашки. За всей этой суетой он совсем забыл – бояться надо всех и каждого. Мужчина прибавил шагу, вспомнив, что оставил Анели одну.

После этого происшествия Дарен долго крутился, но так и не смог уснуть. Через несколько часов отчаялся и присел к догорающему костру. Поглядывая на тлеющие угли, задумался о том, как сможет выдержать такой путь без сна. К нему подошла Анели и уселась рядом.

– Тебе тоже не спится? – спросил Дарен.

– Мне страшно, – тихо проговорила девочка. – А еще я боюсь за Левира.

– Все будет хорошо. И не переживай за брата, он сильный, закончит свои дела и обязательно отыщет тебя, – сказал Дарен. – Нужно только немного подождать и все у тебя наладится.

– Вы, взрослые, всегда говорите, что все будет хорошо. И никогда не бывает хорошо, – спокойно заметила Анели и подбросила в костер мелкие прутики, которые собирала с земли. Они вспыхнули и заиграли в ночи россыпью маленьких миров. – Ты замечал, что в костре можно увидеть ночное небо? То же множество звезд, только на огненном фоне?

Дарен удивился и посмотрел на танцующее пламя. Анели была совершенно права. Почему он раньше этого не замечал? Мужчина промолчал и лишь пожал плечами.

– Расскажи мне что-нибудь о себе… Почему ты один? Есть же на целом свете тот, кого ты любишь? – спросила Анели и замялась. – Или был?

Дарен вздохнул, потер виски и скрестил руки на груди. Чуть подался вперед, словно ему было больно.

– У меня была жена… – ответил плотник.

– Знаешь, мне не нравилось помогать матери на рынке. Мне было скучно. А сейчас… Сейчас я бы все отдала за один такой день.

Оба задумались и долго молчали. Анели поднялась, собрала немного веток неподалеку. Лагерь разбили возле леса и этого добра здесь хватало. Вернулась и подкинула дров в костер.

– Расскажи, как ты встретил свою жену? Как ее звали? Какой она была? – снова попросила девочка.

– Это долгая история, – отмахнулся Дарен.

– А мы никуда и не спешим, – возразила Анели. – Что было с тобой после того, как твой отец сбежал?

– После того, как мой отец сбежал, жизнь начала потихоньку налаживаться. Местный плотник взял меня подмастерьем и потихоньку обучал всему что знает. Жил я один в родительском доме и самостоятельно зарабатывал себе на кусок хлеба. Тогда я впервые почувствовал себя свободным… И мне это понравилось. Я мог делать что хотел. Постепенно обзавелся хозяйством, отремонтировал дом. Хорошее было время. Вот только людей я побаивался и сторонился, поэтому несколько лет жил один. И общался только с плотником, нанявшим меня. А потом на меня обратила внимание одна местная девушка, – Дарен вдруг замолчал.

Анели, увлекшаяся рассказом, поторопила:

– Это и была твоя жена?

Дарен отрицательно качнул головой:

– Нет. Я был глупым тогда и совсем не знал жизни. Она оказалась… Как бы это сказать… Легкого поведения. Жила со мной, но погуливала на стороне. Забирала все, что я зарабатывал, пила. Я думал, что люблю ее и ничего не мог с ней поделать. Пару раз пытался расстаться, но она вертела мной как хотела. Стоило ей прижалиться, подластиться, и я таял. Не знаю сколько бы это продолжалось, но однажды она просто ушла и не вернулась. Соседи потом говорили, будто она втюрилась в заезжего парня, и они вместе укатили искать счастья в каком-то крупном городе.

– Пожалуй, тебе немножко повезло? – осторожно улыбнулась Анели.

– Без сомнения, – засмеялся Дарен. – Но тогда я этого не понимал. Долго скучал по ней. Несколько лет. Все не мог ее забыть и на других женщин не смотрел. А потом решил: все, хватит. Захотел семью, детей. И стал искать себе жену. Ярких, взбалмошных, своенравных я попросту боялся. Искал себе милую скромницу. И я ее нашел. Оказалось, она все эти годы была прямо у меня под носом, а я и не замечал. Я влюбился в дочь плотника. И даже имя у нее было нежное и теплое, как журчание ручейка в летний полдень – Темия. Люди не считали ее красавицей, но для меня не было никого прекрасней в целом свете. А еще она была добрейшей душой и на мою несмелую ласку откликнулась. Мы полюбили друг друга и вскоре поженились. То были самые счастливые годы в моей жизни. Вот только детьми нас боги не наградили. Но при нынешних делах, может, оно и к лучшему… Я до сих пор не понимаю, что Темия нашла во мне, непутевом, мягкотелом…

– Мне ты тоже нравишься, – заявила Анели. – Ты хороший. И храбрый.

Девочка улыбнулась и обняла Дарена.

– Ага, храбрый, конечно! – усмехнулся плотник. – Я всю жизнь всего боялся. Раньше думал, случись какие страшные обстоятельства, хоть ложись и помирай. Но случилось. И не лег, и не помер. А раз не помер, пришлось выкручиваться…

– Твою жену убила Волна, как маму и дедушку?

– Нет. Она умерла раньше. Два года назад, – голос Дарена стал глухим. – Заболела, лекари сказали водянка. Умирала долго… С тех пор я не знаю для чего живу. Хожу, ем, говорю, но все не так, словно неживой. Часть меня умерла тогда, вместе с Темией.

Тишину ночи нарушило хлопанье множества крыльев. Огромные тени замелькали в фиолетовом небе. В темноте заметались чудовища с клыкастыми клювами, выпученными, красными глазами и уродливыми наростами на телах. Только неестественно торчащие перья могли навести на мысль, что когда-то эти существа были птицами. Твари с гигантским размахом перепончатых крыльев размером с человека.

Дозорный вальдар сразу заметил опасность, успел разбудить остальных. Воины среагировали быстро, а обычные люди не были столь проворны. Птицы хватали их спящих и уносили во тьму. Вальдары почти сразу перешли в атаку, стараясь оградить людей. Ночь разрезали причудливые всполохи их красноватых и голубых заклинаний, но чудовищ было слишком много. Птицы плевались магией, похожей на зеленоватые вспышки молний и наносившей глубокие раны.

Дарен и Анели спрятались за телегой. Хлопанье крыльев, мельтешение когтей, звон мечей – сбивали плотника с толку. Он растерянно озирался по сторонам. Пахло горелой плотью, кровью и еще чем-то кислым. От резких воплей пернатых звенело в ушах. Птица, размером с молодого теленка, вылетела из-за телеги и плюнула в Дарена и Анели зеленой молнией. Они отпрыгнули, чудом успев уклониться. Чудовище метнулось к ним, щелкая множеством острых зубов.

– Анели, в лес! Скорее! – крикнул Дарен. Вскочил и побежал к лесу, надеясь скрыться под деревьями.

Анели бросилась с ним. Не добежала пары шагов – птица сомкнула зубы на ее плече, дернула, взмывая с добычей повыше. Дарен успел схватить девочку за ноги. Рванул на себя, что было силы. Тварь, не ожидавшая такого напора, выронила добычу. Плотник поймал Анели на лету, не позволил упасть. И с девочкой на руках скрылся под деревьями.

Монстр-переродок не собирался сдаваться так просто. Деревья росли редко и не мешали его полету. Дарен оглядывался и петлял между стволами, мешая твари нацелиться. Деревья росли все гуще и, наконец, чудовище отстало. Но плотник не был в этом уверен. Он еще долго продолжал бежать.

Анели застонала и Дарен пришел в себя, паника отступила. Он опустил девочку на землю.

– Ты ранена?

– Кажется, не очень сильно, но кровь идет, не переставая. Уже все платье мокрое, – прошептала Анели.

– Значит сильно, – сказал Дарен и наклонился осмотреть рану. – Жить будешь, но надо чем-то перевязать.

Он оглянулся по сторонам, снял с себя рубашку и оторвал рукава. Затем перевязал рану и присел рядом:

– Не жизнь у нас с тобой, а сплошные приключения.

Анели тихонько засмеялась. Потом резко осеклась:

– Думаешь, они сумели отбиться?

– Конечно, королевские вояки должны были прийти на помощь… – ответил Дарен. – Надо возвращаться.

Они встали и побрели назад к лагерю, вглядываясь в темноту впереди. Один страх прошел и тут же сменился другим. Даже в обычном лесу ночью опасно. Жутко было подумать, что могло таиться в изменившейся после Волны чаще. Мужчина и девочка молчали. Старались ступать бесшумно и вздрагивали от множества звуков, которыми наполнился лес.

Сквозь листву показалось посеревшее на рассвете небо. Анели спросила:

– Долго нам еще идти?

Дарен молчал.

– Дарен, что с тобой?

– Кажется, мы уже давно должны были прийти… Мы заблудились.

***

Измученные и голодные они брели по лесу. Дарен пытался найти дорогу, но не знал как. Он понятия не имел как ориентироваться в лесу. Рана Анели перестала кровоточить, но нещадно болела. Оттого на лице девочки застыла совершенно несчастная гримаса. Дарен поглядывал на нее и кусал губы, чувствуя свою вину. Мысленно клял себя за трусость, за то, что бездумно убежал так далеко в чащу. Миновал полдень, а они все шли и шли, и деревьям не было конца. Анели начала спотыкаться и попросила устроить привал. Дарен понимал – после отдыха идти будет еще тяжелее. И если они не выберутся из леса до сумерек, то еще одну ночь могут не пережить.

К вечеру деревья как будто стали редеть. Плотник прибавил шагу. И вскоре показалась опушка. Дарен облегченно вздохнул и порадовался:

– Вот мы и выбрались.

– Отлично, – сказала Анели. – А что будем делать дальше? Как мы найдем караван?

Веселость Дарена, как ветром сдуло. Он не знал, что делать дальше.

– Мы его не найдем. Даже если бы мы знали, где он, то не смогли бы догнать. Поищем жилье…

Уже почти стемнело, когда путники вышли к реке. Анели бросилась к воде и долго жадно пила. Дарен последовал ее примеру. Когда утолили жажду стали присматривать место для ночлега. Нашли небольшой овраг на берегу и решили ночевать там. Перед сном искупались, с удовольствием смыв с себя грязь и кровь. Рана Анели на плече выглядела скверно. Чистую повязку было сделать не из чего, поэтому постирали старую, из рукавов рубашки.

К ночи похолодало. Дарен пытался высечь огонь с помощью двух камней и сухих листьев камыша, но у него так ничего и не вышло. Пока плотник разбивал себе пальцы в кровь, Анели натаскала сухой травы и камышей и выстлала ими дно овражка. А потом сверху набросала еще в три раза больше, соорудив своеобразное одеяло. Когда пришло время спать, мужчина и девочка забрались внутрь этого гнезда.

– А ничего так получилось. Мягко, как в кровати, и, кажется, тепло, – порадовалась Анели.

– Да, ты молодец, в отличие от меня, – посетовал Дарен.

– Ой, да ладно тебе. Без тебя я бы даже из леса не выбралась. Нет, меня сожрала бы та зубастая птица, – Анели положила руки под голову и уставилась в небо. – А знаешь, я всегда боялась ночного неба.

– Что? – улыбнулся во весь рот Дарен. Он приподнялся на локте, взглянул в затянутое фиолетовой дымкой ночное небо, потом повернулся к девочке. – Как можно бояться неба? Вот уж никогда не слышал такого?

– Я знаю, что это глупо, – засмеялась Анели. – Ляг на спину, я попытаюсь объяснить. Вот так, да, запрокинь голову. Отлично. Теперь внимательно всматривайся в звезды и в темноту между ними. У меня возникает чувство… Будто я проваливаюсь туда. Нет, не так… Словно меня туда затягивает. Вот! И сейчас! Начинает слегка кружиться голова и, кажется, будто я отрываюсь от земли, и меня тянет в эту бесконечную бездну.

– Нда… Ну и воображение у тебя.

– Сейчас это кажется смешным. А раньше я знаешь как этого боялась. В детстве могла даже от этого расплакаться и потом плохо спать всю ночь. И кошмары мне такие снятся. До сих пор. Хотя сейчас уже реже.

Что-то громко плеснулось в реке. Дарен приложил палец к губам, дав девочке знак замолчать. Всплески повторялись снова и снова. Плотник бывал на рыбалке и подозревал – рыбы так себя не ведут. Вскоре раздались громкие шлепки и режущий уши вой. Дарен понял каким идиотом был, когда решил искупаться в реке, и пустил туда Анели. Оставалось надеяться, что твари, затеявшие бой в воде, не выберутся на сушу. Мужчина и девочка обнялись и долго прислушивались, готовые в любой момент сорваться с места. Они больше не разговаривали и старались дышать тише. Страх и еще голод долго не давали уснуть, даже когда все стихло. Только перед рассветом они забылись тревожным сном.

К вечеру следующего дня путники набрели на большую деревню. Дарен всматривался в нее издалека, пытаясь понять, станет она их спасением или нужно обходить ее стороной. Подошли ближе и плотник сказал:

– Подожди меня здесь. Я пойду, разведаю, что там к чему.

– Нет! – сказала Анели, и голос ее стал слишком высоким. – Я пойду с тобой. Даже не думай, я не останусь тут одна. И тебя одного не отпущу. Можешь оставить при себе весь этот ваш взрослый бред про то, что так надо, – выставив пятерню перед собой, заявила девочка. – Я послушала Левира и что из этого вышло? Я иду с тобой.

Видя ее возбуждение, Дарен не стал спорить.

– Ладно, – пожал он плечами. – Держись рядом и будь наготове.

– Наготове для чего? – спросила Анели и на всякий случай завязала узлом волосы на затылке.

– Для всего. Возможно, придется уносить ноги.

– Только не это, только не бегать, – проворчала Анели.

– Ты можешь подождать меня здесь.

– Нет.

– Тогда идем.

В деревне царил тот же погром, что и в Азироне. Половина домов в развалинах, кругом разруха и запустение. Они медленно шли мимо пустых жилищ, беспрестанно оглядываясь. Опасаясь, не выскочит ли из них какой-нибудь монстр.

На пути встретилась двухэтажная таверна с заколоченными досками окнами. Это могло говорить о присутствии людей, понадеялся Дарен. Или они раньше там были. Подошли поближе. Массивная дверь таверны почти бесшумно отворилась. Мужчина с девочкой шарахнулись в сторону. К ним вышла стройная темноволосая девушка, одетая на походный манер, в черные брюки и высокие сапоги. Она подняла руки ладонями вперед, давая понять – им ничто не угрожает. Спросила:

– Вам нужна помощь? – голос звучал с незнакомым мелодичным акцентом.

Дарен кивнул и ответил:

– Мы попали в беду, не ели два дня и ночевать нам негде.

– Заходите внутрь, на улице опасно, – пригласила девушка. – Меня зовут Элерия.

Дарен и Анели переглянулись и шагнули внутрь. В таверне было просторно и очень светло. Множество удобных деревянных столов и лавок занимали добрую половину зала. Широкая лестница в дальнем конце уводила на второй этаж.

– Присаживайтесь, – указала рукой на ближайший стол Элерия, а сама зашла за барную стойку. Перетянув ленточкой невероятно длинные волнистые волосы, она принялась что-то готовить и улыбнулась. – Сейчас я вас чем-нибудь угощу.

Дарен присел. Анели придвинулась поближе к нему и прошептала на ухо:

– Что-то все это подозрительно. Слишком красивая, слишком милая и пустынно тут как-то. Знаешь, в страшных сказках…

Элерия будто услышала их и сказала:

– Я здесь не одна. Просто все уже спят.

Девушка накормила их и рассказала – после Волны от деревни мало что осталось. Многие обратились в серых тварей, и большинство погибло от их рук в первый же день. Остальные спрятались и, когда монстры разбрелись, подались в бега. Кто-то отправился в Азирон, кто-то решил, что надо бежать в сторону противоположную той, откуда пришла Волна.

– А почему же ты не ушла? – поинтересовался Дарен.

Элерия печально улыбнулась.

– Там, в комнатах наверху, полно раненых. Многие не смогут дойти даже до выхода из таверны. Нам не до путешествий, по крайней мере, пока. Мы забили окна, запираем дверь и еще у нас есть надежный подвал, на крайний случай. Я проверяла тут все перед сном, когда заметила вас во дворе.

– И больше в деревне никого нет? – спросил Дарен.

– Есть еще верующие, паства Трехликого бога.

– А они почему здесь?

– Не знаю, может, ждут какого великого знамения, – немного раздраженно ответила Элерия, махнув рукой.

– Что, чем-то они тебе не по нраву? – улыбнулся плотник.

– Не то чтобы… – замялась девушка. – У них есть повозки, они бы могли нам помочь вывезти раненых. Я просила… Их жрец, Деян, наотрез отказался. Сказал, Трехликий помогает только тем, кто служит ему. На деле просто этот мерзкий старикашка не хочет нам помогать. Телеги он загружает своим добром, у него там полно всякой всячины: утварь золотая, посуда серебряная, подсвечники с драгоценными камнями. Богу это ж все необходимо.

– Понятно. А что за говор у тебя такой интересный? Мне не доводилось такого слышать.

Элерия улыбнулась:

– Что, до сих пор заметно? Живу здесь уже два года, а все еще не переняла вашу манеру речи. Я родом из Хистрии, а выговор талийский.

– Хистрия? – переспросила Анели и вопросительно глянула на Дарена.

Он посмотрел на девочку и пояснил:

– Хистрия – это континент, что к востоку от нашего. Государство магов… Слышала? А Талия это одна из провинций, славится, если я не ошибаюсь, – сморщил лоб Дарен, – самыми сильными магами.

– Все, я вспомнила, – кивнула Анели.

– Так значит ты чародейка? – с восхищением спросил Дарен и даже чуть подался вперед.

– О, нет, природа меня такими талантами не наградила, – ответила девушка и резко встала. – Если закончили, я провожу вас отдыхать.

Дарен легко коснулся ее руки:

– Спасибо, но нам бы еще… Анели ранена.

Элерия кивнула и деловито осмотрела рану, отодвинув повязку:

– Ничего страшного, сейчас промоем и дезинфицируем… Идемте наверх.

Глава 10. Плата за добро

Утром в селение со стороны леса пришла пожилая женщина. Прожитые годы иссушили ее тело, но поступь осталась легкой. Лицо покрывала причудливая сеть морщин, не сумевшая отнять присущего ему благородства. Путешественница окинула внимательным взором большую, некогда оживленную, деревню Нерра. Дома смотрели на мир слепыми глазницами заколоченных досками окон. Изрядно истощившийся ручеек жизни все еще бурлил возле церкви, где прихожане что-то грузили на повозки, и в таверне, вывеска над коей гласила: «Мурчащий костер».

Путница, лишь мельком, с прищуром, взглянула в сторону прихожан и, вздернув подбородок, направилась в таверну. Подошла к барной стойке и молча уставилась на хозяйку – Элерию. От глаз старушки не укрылось, что молодая девушка выглядит утомленной. В темно-зеленых выразительных глазах затаилась накопившаяся усталость. А каштановые волосы, обычно идеальными локонами ниспадающие до поясницы, небрежно отброшены на спину и перехвачены шнурком – только бы не мешали.

Элерия спросила с легким оттенком удивления в голосе:

– Где же ты была, Криза? Я уж думала с тобой случилась беда.

Криза, травница и чародейка, жила одна в лесу. Отшельническую жизнь вела вынужденно. Десять лет назад в деревне обосновался жрец Трехликого бога – Деян. С тех пор, покоя старухе не было. Служитель считал ее ведьмой, обвинял в любом несчастье, случившемся в округе, и грозился сжечь на костре. Год назад она переселилась подальше и жрец угомонился.

– Где была? – проворчала старуха. – В лесу, в своей избушке. Почуяла я, неладное в мире творится. Сны черные видятся. Пришла узнать что к чему. Давай присядем, деточка, и ты мне все расскажешь.

Бровь Элерии изогнулась.

– Хочешь сказать, что не знаешь? От всего Шантаха камня на камне не осталось, а ты умудрилась все пропустить?

Криза отвела глаза, смахнула несуществующие пылинки с подола длинного синего платья.

– Не знаю. Откуда мне знать? Отшельница я.

Элерия налила Кризе пахучего травяного чаю.

– Люди всякое болтают. Поди разберись где тут правда, а где выдумка, – вздохнула талийка, ставя перед старушкой угощение. – Говорят, в Приволе стряслось что-то вроде магической катастрофы. Множество людей погибло. Целые города и деревни опустели. Выжившие, в основном, бегут к океану в надежде спастись на других материках. Говорят, можно сесть на корабль и добраться до Левии.

– Часть со спасением понятна, опустим ее. Что за магическая катастрофа? – перебила Криза.

– Да я не знаю почти ничего. Прозрачная Волна пронеслась и все изменилось. Люди, животные стали превращаться в монстров. Вот, Дарен, вчера рассказывал, что даже растения стали опасны. Погоди, я сейчас его позову. Он с девочкой пришел из Азирона, они там больше видели, – Элерия обернулась, позвала черноглазого плотника. – Дарен, подойди к нам, сделай милость. Расскажи Кризе что в мире творится.

Прошло несколько дней. Анели скучала. Ее рана затянулась и уже почти не беспокоила. Дарен тоже слонялся без дела. И тоже успел поправить здоровье и даже немного отъелся. Нашел у Элерии шкафчик с книгами и целыми днями читал. В детстве ему нравилось читать, но в доме почти не было книг – несколько потрепанных валялись на чердаке. Когда отец увидел Дарена с книжкой – побил сына и книгу порвал. С тех пор Дарен читал только изредка и украдкой. Позже он ходил в библиотеку, ничего не говоря родителям. Книги, впрочем, только убеждали его в собственной никчемности. Ведь персонажи в них были выдающимися, сильными, храбрыми, а он… Сравнение с ними, по мнению плотника, лишь подчеркивало всю его ничтожность. Когда женился, стал откладывать деньги и потихоньку собирать коллекцию. Поход на рынок к книготорговцу для него всегда был праздником. Дарен долго выбирал, при этом светился от счастья и предвкушения. Приносил покупку домой, бережно, как ребенка, ставил на заготовленное заранее место. Снова брал оттуда том, листал, гладил, ставил обратно… Книги стоили дорого, но ему удалось собрать полных шесть полок. Дарен очень любил свой маленький книжный шкаф. А потом эта катастрофа… Вспоминая свою библиотеку, плотник чуть не плакал.

Анели подошла почти бесшумно, присела рядом:

– Что читаешь?

Дарен развернул книгу, показал обложку:

– «Война с фаурренами. Победа, которая казалась невозможной». Автор Фриласт.

– Интересно?

– Не очень. Я большей частью не понимаю…

– Зачем тогда читаешь?

– Я заметил, что чем больше читаешь, тем больше начинаешь понимать.

– Думаешь, Левир найдет меня здесь? – спросила Анели.

Дарен заглянул в ее голубые глаза и не смог соврать:

– Не знаю… Он думает, что ты совсем в другом месте. Но шанс есть. Нерра по пути, вальдары могут заглянуть сюда, чтобы проверить есть ли здесь выжившие.

– Только бы заглянул… Я так скучаю по дому. По ночам мне снится, что я снова там. И так счастлива… А потом превращаюсь в чудовище и убиваю маму, дедушку и даже брата. Дарен, а что если я превращусь в чудовище и убью тебя? Или Элерию? Она такая добрая и очень мне нравится. Я не хочу вас убить.

– Ну что ты, маленькая, – Дарен погладил девочку по плечу. – Это просто кошмары. Ты столько пережила, это нормально, что тебе снятся плохие сны. После смерти Темии я возненавидел свой дом. Все там напоминало о ней и без нее казалось таким пустым, мертвым. Но сейчас… Сейчас я тоже скучаю. По своим книгам, по огороду… А ты не раскисай, все будет хорошо и новый дом у тебя появится, и ты полюбишь его.

– А у тебя появится новый дом? – спросила Анели.

– И у меня появится, – как-то механически ответил Дарен. Он таких планов не строил. Просто хотел подбодрить девочку.

***

В таверну с шумом ввалились пятеро мужчин. Несколько дней назад они прибыли в Нерру больные и голодные. Элерия приютила и вылечила их, после чего они нанялись к жрецу Деяну в охрану. Один из них, Нихрай, крупный низкорослый мужчина, подошел к хозяйке таверны:

– Мы завтра едем к океану. Деян приказал у тебя припасов взять в дорогу.

Элерия изумленно взглянула на него, нахмурилась:

– Возьмите нас с собой. И мы поделимся всем что есть.

– Хм… Нет, Деян не возьмет вас. Ваши раненые – обуза. И телеги все заняты, для твоих убогих места нет, – морща лоб, старательно объяснил Нихрай.

– Добром одного жадного жреца телеги заняты? А люди обуза? Совсем недавно вы сами были в том же положении. И я вас приняла, и в помощи не отказала.

Нихрай скривился:

– Ну и дура! Мы и без твоей помощи обошлись бы!

– С какой радости мы должны сдохнуть вместе с вами? – вмешался в разговор рябой дружок Нихрая.

Еще один, мускулистый и белобрысый, медленно, развязно приблизился к Элерии.

– Ты, красотка, можешь пойти со мной, не пропадешь, – окидывая сальным взглядом гибкий девичий стан, процедил он. – Всех все равно не спасти.

Широкая улыбка обнажила его желтые неровные зубы. Еще двое из шайки, совсем молодые ребята, не вмешивались. Один, приоткрыв рот, наблюдал, как его приятели выполняют поручение жреца; другой присел на краешек скамьи и сосредоточенно рассматривал несуществующие узоры на деревянном полу.

Элерия, пожав плечами, сказала спокойно, но с пренебрежением в голосе:

– Идите, спасайте свои жизни. Еды не дам. Она нам самим пригодится.

Нихрай побагровел. Его дыхание стало частым и шумным, сжатые кулаки взлетели в воздух.

– Тогда мы сами возьмем! – прорычал он, приближаясь к талийке.

Элерия сверкнула на него зелеными глазами, положила ладонь на рукоять изогнутого клинка на поясе.

– Не возьмете. Уходи, Нихрай. Пока жив и здоров. Пока еще можешь уйти.

К Элерии подошел Даре. Его обычная доброжелательность сменилась угрюмым взглядом исподлобья. Из-за столика в дальнем конце таверны тяжело поднялся раненый мужчина и, прихрамывая, встал между враждующими сторонами. Несколько долгих мгновений Нихрай смотрел в глаза хозяйки таверны, затем, гаденько улыбаясь, достал длинный боевой нож:

– Маловато у тебя защитников, девка. Сейчас поучим тебя уму-разуму.

Сзади заржали его дружки, весело переглянулись:

– Поучим! А то! Лишняя наука еще никому поперек горла не встала.

Элерия выхватила кинжал, несколько раз провернула его вокруг кисти.

– Ты смотри-ка, девица фокусы умеет показывать! – захохотал Нихрай.

Талийка побледнела, вымученная злая полуулыбка скользнула по лицу:

– Иди поближе, покажу фокусы.

Дарен достал свой нож и оттолкнул Анели. Девчонка тоже собиралась ввязаться в драку. Плотник зашипел на нее:

– Уходи, сейчас же.

Анели обиженно зыркнула на него, но скрылась за барной стойкой.

Нихрай, только что стоявший в расслабленной позе и поигрывавший оружием, сорвался с места. В два шага подлетел к Дарену и с размаха ударил в грудь. Плотник отлетел через стол и свалился позади него. Рябой и белобрысый наступали на раненого мужчину. У него был меч, и они не могли пока приблизиться к нему. Главарь пошел на Элерию, ударил ножом. Девушка увернулась, сразу атаковала, целясь в грудь. Нихрай успел отшатнуться. Сквозь порез на рубашке выступила кровь.

– Ах ты, сучка! – прорычал Нихрай и снова двинулся к ней, но уже осторожнее.

Дарен выбрался из-за стола, запрыгнул на Нихрая со спины. Двое молодых оттащили его, свалили с ног и принялись избивать. Анели закричала за стойкой и начала швырять в бандитов все, что под руку попадется. Двое других из шайки обезоружили раненого воина и теснили к стене. Нихрай напал на Элерию. Она ускользнула и воткнула кинжал ему в плечо. Главарь взвыл и ударил ее в грудь. Талийка отшатнулась и согнулась, задыхаясь. Нихрай двинулся к ней, зло скалясь и матерясь.

Вдруг воздух в таверне загудел от напряжения, взвихрился потоками ветра. Криза стояла у лестницы, подняв руки вверх и злобно сверкая глазами. Воздух собрался в пять плотных сгустков, каждый из которых метнулся к одному из нападавших. Сгустки быстро нашли Нихрая и его дружков. Били их, как огромные кулаки, отлетали и снова врезались в мягкие тела. Спотыкаясь и постанывая, вся компания поспешила унести ноги из таверны.

Дарен тяжело поднялся, вытирая кровь с лица. Анели подбежала к нему. Элерия опустилась на лавку, руки у нее дрожали.

– Ты волшебница? – спросил раненый воин у травницы.

Она сморщилась и отмахнулась.

– Правильно говорить чародейка. Нет, я не владею магией.

– А что же это тогда было?

– Просто… Один фокус, – ответила Криза и подошла к Элерии. – Что с тобой? Чего ты дрожишь? Все уже позади.

– Ничего. Все в порядке. Мне нужно побыть одной, – талийка поднялась и быстро ушла.