355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Брендон Сандерсон » Сокрушитель Войн » Текст книги (страница 35)
Сокрушитель Войн
  • Текст добавлен: 8 апреля 2017, 16:00

Текст книги "Сокрушитель Войн"


Автор книги: Брендон Сандерсон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 39 страниц)

Услышав это, жрец заметно содрогнулся. Они пошли обратно вверх по лестнице к главному тоннелю прямо под дворцом. Гимн все еще ощущал жизнь внизу в боковом тоннеле, но выбрал для исследования другое ответвление. Вскоре стало очевидно, что тоннель неоднократно разделяется и изгибается.

– Проходы ведут к некоторым другим дворцам, – предположил он, ощупывая бревно, подпиравшее потолок. – Старые – гораздо старше тех, которые тянутся к казармам.

Лларимар кивнул.

– Тогда ладно, – подвел итог Гимн. – Пора проверить, куда ведет главный тоннель.

Когда Гимн добрался до главного тоннеля, Лларимар пошел за ним. Гимн закрыл глаза, пытаясь определить, насколько близко находится жизнь. Она была слабой, почти на грани его способности ощутить ее. Если бы все остальное в этих катакомбах не было камнями и землей, он бы вообще не заметил жизни. Гимн кивнул жрецу, и они продолжили идти по тоннелю так тихо, как могли.

Похоже, он был способен продвигаться с удивительной незаметностью. Хранилось ли в глубинах его памяти умение красться? У него определенно получалось лучше, чем у Лларимара. Конечно, перекатывающийся валун, возможно, производил бы меньше шума, чем жрец, учитывая его громоздкое одеяние и громкое пыхтение.

Тоннель шел прямо и без ответвлений. Гимн посмотрел вверх, прикидывая, что сейчас над ними. «Дворец короля-бога?» – предположил он. Он не был в этом уверен – под землей трудно судить о направлении и расстоянии.

Он чувствовал возбуждение. Трепет. Он делал то, что не положено богу. Красться в ночи, пробираться через тайные тоннели, выискивая секреты и улики. «Странно, – подумал он. – Нам предоставили все, что, по их мнению, мы можем пожелать, с избытком насыщая наши ощущения. И при этом настоящих чувств – страха, тревоги, воодушевления – нас полностью лишили».

Он улыбнулся. Расслышав вдали голоса, он притушил фонарь и, сделав знак Лларимару держаться позади, пошел дальше с удвоенной осторожностью.

– ...его наверху, – произнес мужской голос. – Как я и говорил, он пришел за сестрой принцессы.

– Тогда ты получил что хотел, – ответил другой голос. – На самом деле ты уделяешь этому слишком много внимания.

– Не стоит недооценивать Вашера, – сказал первый голос. – Он в своей жизни добился большего, чем сотня человек вместе взятые, и сделал людям больше добра, чем ты сможешь оценить.

Молчание.

– Разве ты не планируешь его убить? – спросил второй голос.

– Планирую.

Молчание.

– Ты странный тип, Дент, – продолжал второй голос. – Но все равно наша цель достигнута.

– Твой народ еще не добился этой войны.

– Добьемся.

Гимн Света сидел, скорчившись, за грудой щебня. Он видел впереди свет, но почти ничего не мог разглядеть за движущимися тенями. Ему повезло, что он прибыл сюда вовремя, чтобы услышать этот разговор. Доказывало ли это, что его сны вещие? Или просто совпадение? Уже глубокая ночь, и любой, кто остается на ногах в этот час, вполне может оказаться вовлеченным в незаконную деятельность.

– У меня есть для тебя работа, – произнес второй голос. – Надо кое-кого допросить.

– Очень жаль, – ответил первый голос, отдаляясь. – Мне еще старого друга пытать. Я просто немного прервался, чтобы избавиться от его чудовищного меча.

– Дент! Вернись!

– Я к тебе не нанимался, малыш, – сказал первый голос, становясь слабее. – Если хочешь заставить меня что-нибудь сделать, приведи своего начальника. Ты знаешь, где меня найти.

Молчание. Рядом с Гимном что-то зашевелилось. Развернувшись, он с трудом разглядел пробирающегося сюда Лларимара. Гимн махнул ему оставаться на месте и сам подполз к нему.

– Ну что? – прошептал жрец.

– Впереди голоса, – тихо ответил Гимн. Их окружала темнота тоннеля. – Говорят о войне.

– Кто они такие? – спросил Лларимар.

– Не знаю, – прошептал Гимн. – Но собираюсь выяснить. Жди здесь, пока я...

Его прервал громкий крик. Гимн подскочил. Вопли доносились с того места, где разговаривали незнакомцы, и этот голос...

– Пустите меня! – кричала Аврора. – Вы соображаете, что делаете? Я богиня!

Гимн резко выпрямился. Голос что-то сказал Авроре, но Гимн был слишком далеко, чтобы разобрать слова.

– Живо отпустите меня! – закричала Аврора. – Я...

Слова резко оборвались, сменившись криком боли.

Сердце Гимна бешено заколотилось. Он шагнул вперед.

– Ваша милость, – сказал Лларимар, выпрямляясь. – Надо идти за помощью!

– Мы и есть помощь, – ответил Гимн, делая глубокий вдох.

Удивив самого себя, он бросился бежать по тоннелю. Он быстро достиг освещенного места, обогнул угол и вышел в часть тоннеля, выложенную камнем. За пару секунд он пересек ровную каменную поверхность и ворвался в помещение, похожее на подземную темницу.

Связанная Аврора сидела на стуле. Вокруг нее стояли люди в одеждах жрецов короля-бога и несколько солдат в форме. Губы богини кровоточили, и она пыталась кричать сквозь кляп. Не ней была изысканная ночная рубашка, грязная и измятая.

Мужчины удивленно подняли головы, пораженные тем, что сюда кто-то пришел. Гимн воспользовался преимуществом неожиданности и двинул плечом ближайшего солдата. Превосходящие размеры и вес бога позволили ему с легкостью толкнуть противника, и тот врезался в стену. Встав на колени, Гимн быстро вытащил меч из ножен поверженного солдата.

– Ага! – произнес он, направляя клинок на мужчин перед собой. – Кто первый?

Солдаты тупо смотрели на него.

– Я вижу, ты! – воскликнул Гимн, делая выпад в сторону ближайшего стражника.

Он промахнулся на добрых три дюйма, действуя неуклюже и потеряв равновесие. До стражника наконец дошло, что происходит, и он обнажил собственный меч. Жрецы стали спиной к стене. Аврора, моргая сквозь слезы, выглядела потрясенной.

Ближайший к Гимну солдат атаковал, и Гимн неуклюже поднял меч, со страшной неловкостью пытаясь блокировать удар. Вдруг упавший стражник бросился Гимну под ноги, повалив его на землю. Затем один из стоящих солдат ткнул его мечом в бедро.

Нога обагрилась кровью, такой же красной, как у любого смертного. Гимн узнал, что такое боль. Эта боль в прямом смысле была самым сильным ощущением в его короткой жизни.

Он закричал.

Сквозь слезы он увидел, как Лларимар героически пытается бороться со стражником, но его атака оказалась почти такой же неудачной, как и у Гимна. Солдаты отошли, несколько человек стали охранять тоннель, а один поднес окровавленный клинок к горлу Гимна.

«Забавно, – подумал Гимн, стискивая зубы от боли. – Все вышло не так, как я себе представлял».

Глава 53

Вивенна ждала Вашера. Тот не возвращался.

Она сидела в маленьком однокомнатном убежище – шестом по счету. Они никогда не задерживались в одном месте дольше нескольких дней. Обстановка здесь была чрезвычайно скудной – только постельные принадлежности, мешок Вашера и единственная мерцающая свеча.

Вашер сделает ей выговор за то, что она потратила свечу. Он был невероятно бережлив для человека, обладающего королевским запасом дыхания.

Вивенна продолжала расхаживать. Она знала, что, скорее всего, ей следует просто лечь спать. Вашер сам способен о себе позаботиться. Похоже, что во всем городе единственная, кто на это не способна, – это она сама.

И все же он сказал ей, что собирается разведать по-быстрому. Он хотя и был одиночкой, но, видимо, понимал ее желание быть в курсе дел, поэтому обычно ставил ее в известность о том, куда идет и когда вернется.

Она никогда не проводила бессонных ночей, ожидая Дента из его вылазок, а с Вашером она сотрудничала намного меньше времени, чем провела с наемниками. Почему же сейчас она так волнуется?

Хотя Вивенна считала Дента другом, на самом деле она никогда о нем не беспокоилась. Он был забавным и обаятельным, но далеким. Вашер же... ну, он такой, какой есть. В нем нет вероломства. Он не прячется за фальшивыми масками. Она встречала еще только одного подобного человека: свою сестру, ту, которая вынашивает ребенка короля-бога.

«Владыка Цвета! – подумала Вивенна, продолжая мерить шагами комнату. – Как все стало таким запутанным?»

* * *

Вздрогнув, Сири проснулась. Из коридора доносились крики. Вскочив с кровати, она подошла к двери, приложила к ней ухо и услышала звуки борьбы. Если она собирается бежать, то, наверное, сейчас самое время. Она толкнула дверь, почему-то надеясь, что та не заперта. Напрасная надежда.

Она выругалась. До этого она уже слышала звуки борьбы – крики умирающих людей. Теперь снова. «Может, это кто-то пытается меня спасти? – с надеждой подумала она. – Но кто?»

Вдруг дверь рывком отворилась, и Сири отскочила. В дверном проеме стоял Треледис, верховный жрец короля-бога.

– Скорей, дитя, – сказал он, махнув ей рукой. – Ты должна пойти со мной.

Она отчаянно искала способ сбежать. Когда она отшатнулась от жреца, тот, выругавшись, жестом велел двум солдатам в форме городских стражников войти и схватить ее. Сири громко позвала на помощь.

– Тихо, дура! – рявкнул Треледис. – Мы пытаемся тебе помочь.

Его слова прозвучали фальшиво, и она стала отбиваться от солдат, когда те потащили ее из комнаты. Коридор был усеян телами, одни в форме стражников, другие в доспехах без опознавательных знаков, некоторые с серой кожей.

Услышав шум сражения дальше по коридору, она закричала, но солдаты грубо потянули ее в противоположном направлении.

* * *

Старик Чаппс – так его звали, если вообще к нему обращались.

В маленькой лодке он медленно плыл по темной воде залива. Ночная рыбалка. Чтобы рыбачить в водах Т'Телира днем, нужно заплатить. Собственно, предполагалось, что ночью тоже надо платить.

Но зато ночью тебя никто не мог увидеть. Старик Чаппс захихикал, опуская сеть с борта лодки. Ударяясь о борт, волны издавали характерное «плюх, плюх, плюх». Темно. Он любит темноту. Плюх... плюх... плюх...

Время от времени ему давали работу получше. Забрать у одного из трущобных лордов трупы, привязать к ногам мешок с камнями и бросить в залив. Наверное, их здесь уже сотни, течение колышет их, а груз на ногах тянет ко дну. Вечеринка пляшущих скелетов. А они все пляшут и пляшут.

А сегодня трупов нет. Очень плохо. Придется рыбачить. Рыбалка, за которую можно не платить. Бесплатная рыбалка – хорошая рыбалка.

«Нет, – сказал ему голос. – Чуть правее».

Иногда море с ним разговаривало. Убеждало плыть туда или сюда. Старик радостно направился куда ему указали. Он выходил в плавание почти каждую ночь. Они должны уже хорошенько его узнать.

«Хорошо. Опускай сеть».

Он так и сделал. В этой части залива было не очень глубоко. Он мог бросить сеть с лодки и протащить ее утяжеленный край по дну, вылавливая мелкую рыбешку, приплывшую кормиться на мелководье. Не самый лучший улов, но небо выглядит слишком опасным, чтобы удаляться от побережья. Надвигается шторм?

В его сеть что-то попало. Старик с ворчанием дернул ее. Иногда она цеплялась за обломки кораллов. Сеть оказалась тяжелой. Слишком тяжелой. Он перетащил ее через борт и открыл щиток на фонаре, рискнув посветить на добычу.

На дне лодки лежал запутавшийся в сети меч. Серебристый, с черной рукоятью.

Плюх, плюх, плюх.

«Ах, замечательно, – проговорил голос, на этот раз гораздо отчетливее. – Терпеть не могу воду. Там внизу так мокро и противно».

Застывший на месте старик Чаппс протянул руку и взял оружие. Оно оказалось таким тяжелым.

«Не думаю, что ты захочешь уничтожать зло, да? – спросил голос. – Если честно, я не знаю точно, что это означает. Просто доверю решать тебе».

Старик Чаппс ухмыльнулся.

«О, отлично, – сказал меч. – Можешь еще немного повосхищаться мной, если нужно. Но после этого нам нужно вернуться на берег».

* * *

Вашер с трудом пришел в себя.

Он был подвешен за запястья к крюку, вбитому в потолок каменного помещения. Вашер заметил, что его связали той же веревкой, которой он сам опутал служанку. У веревки полностью отсутствовал цвет.

Вообще все вокруг него оказалось одинаково серым. Он был раздет, за исключением коротких белых подштанников. Вашер застонал, его руки занемели от того, что запястья вывернуты под неудобным углом.

Рот ему не заткнули, но дыхания у него не осталось – в схватке пришлось потратить последнее, чтобы пробудить плащ упавшего громилы. Он опять застонал.

В углу горел фонарь, рядом с которым кто-то стоял.

– Итак, мы оба вернулись, – тихо произнес Дент.

Вашер не ответил.

– Я также все еще должен тебе за смерть Арстила, – продолжал Дент. – Я хочу знать, как ты его убил.

– В поединке, – прохрипел Вашер.

– Ты не побил его в поединке, Вашер. – Дент шагнул вперед. – Я это знаю.

– Тогда, быть может, подкрался и ударил его сзади, – сказал Вашер. – Он это заслужил.

Дент ударил его по лицу тыльной стороной руки, заставив качаться на крюке.

– Арстил был хорошим человеком!

– Когда-то. – Вашер ощутил вкус крови. – Когда-то мы все были хорошими, Дент. Когда-то.

Дент помолчал.

– Ты думаешь, твое маленькое геройское приключение исправит то, что ты натворил?

– Это лучше, чем становиться наемником, – ответил Вашер. – Работать на любого, кто заплатит.

– Я такой, каким меня сделал ты, – тихо произнес Дент.

– Та девушка тебе доверяла. Вивенна.

Дент повернулся. Свет фонаря не полностью освещал его лицо, и глаза оставались в тени.

– Так и было задумано.

– Ты ей нравился. А потом убил ее друга.

– Все немного вышло из-под контроля.

– У тебя всегда так, – заметил Вашер.

Дент поднял бровь, и на его лице в тусклом свете появилось выражение веселья.

– У меня всегда так, Вашер? У меня? Когда последний раз я разжигал войну? Убивал десятки тысяч людей? Это ты предал самого близкого друга и убил женщину, которая тебя любила.

Вашер не ответил. Какие доводы он мог привести? Что Шашара должна была умереть? Плохо было уже то, что она обнаружила приказ, создающий безжизненных из единственного дыхания. Что, если бы способ пробуждать стальные предметы, подобные Крови Ночи, начал применяться на Всеобщей войне? Чудовищные ожившие мертвецы с жаждущими крови пробужденными мечами устроили бы бойню?

Ничего из этого не имело значения для человека, видевшего, как его сестра погибла от руки Вашера. Кроме того, Вашер знал, что и сам не заслуживал доверия. Он создавал собственных монстров, чтобы сражаться в той войне. Не из пробужденной стали, как Кровь Ночи, но по-своему довольно смертоносных.

– Я собирался отдать тебя Тонку, – сказал Дент, снова отворачиваясь. – Ему нравится причинять боль. Это его слабость. У нас у всех есть слабости. Я заставил его ограничиваться животными.

Дент повернулся к нему с ножом.

– Мне всегда было интересно, что такого приятного он находит в том, чтобы причинять боль.

* * *

Близился рассвет. Неспособная уснуть, Вивенна отбросила одеяло и начала одеваться. Она была расстроена, но не понимала, почему. Возможно, Вашер в полном порядке. Наверняка где-нибудь кутит.

«Ну конечно, – с мрачной иронией подумала она. – Кутит. Очень на него похоже».

Раньше он никогда не задерживался на всю ночь. Что-то пошло не так. Затягивая пояс, она помедлила, глянув на мешок Вашера со сменой одежды. «С тех пор как я покинула Идрис, каждое мое дело с треском проваливается, – подумала она, продолжая одеваться. – Я провалилась как революционерка, провалилась как нищенка и провалилась как сестра. Что мне делать? Искать его? Я даже не знаю, откуда начинать».

Она отвернулась от мешка. Неудача. Совсем не то, к чему она привыкла в Идрисе. У нее отлично получалось все, что она там делала.

«Может, именно в этом причина, – подумала она, садясь. – Моей ненависти к Халландрену. Моей настойчивости в спасении Сири, стремления занять ее место». Когда отец предпочел ей Сири, она впервые в жизни почувствовала, что недостаточно хороша. Поэтому она пришла в Т'Телир, полная решимости доказать, что проблема не в ней. А в ком-то еще. Все равно в ком. Главное, что не в ней.

Но Халландрен снова и снова доказывал, что проблема именно в ней. И теперь, после того, как она столько раз терпела неудачи, ей было трудно действовать. Если она решит действовать, то может провалиться – и это так обескураживало, что казалось предпочтительным ничего не предпринимать.

Это был верх высокомерия. Она склонила голову. Последний штрих лицемерия, украшающий ее королевские локоны.

«Ты хочешь быть умелой? – подумала она. – Хочешь научиться контролировать происходящее вокруг тебя вместо того, чтобы тобой помыкали? Тогда ты должна научиться справляться с неудачами».

Это пугало, но она понимала, что это правда. Вивенна встала, подошла к мешку Вашера и вытащила из него помятую рубашку и пару леггинсов. С манжет и отворотов обеих вещей свешивались лохмотья.

Вивенна надела то и другое, а затем еще и запасной плащ Вашера. От ткани пахло хозяином, и, как и первый плащ, он был выкроен приблизительно по очертаниям человека. Вивенна поняла по крайней мере одну причину, почему его вещи напоминают лохмотья.

Она достала пару пестрых платков.

– Защищай меня, – приказала она плащу, представляя, как он хватает людей, попытавшихся напасть на нее.

Засунула руку в рукав рубашки, она произнесла:

– Когда скажу, станьте моими пальцами и держите то, что должна держать я.

Вивенна только пару раз слышала, как Вашер отдает приказ, но еще не знала толком, как визуализировать то, что она хочет от рубашки. Она вообразила прильнувшие к ее рукам лохмотья, как видела это у Вашера.

Пробудив леггинсы, она приказала им усиливать ее ноги. Лохмотья на леггинсах начали закручиваться, и Вивенна приподняла одну за другой ступни, чтобы лохмотья обвились вокруг подошв. Они укрепили ноги, леггинсы плотно прижались к коже.

Наконец она прикрепила меч, который дал ей Вашер. Она все еще не умела им пользоваться, хотя и научилась держать. Взять его казалось правильным.

Затем Вивенна покинула убежище.

* * *

Гимн редко видел, как плачут богини.

– Такого не должно было случиться, – проговорила Аврора, не замечая текущих по щекам слез. – Я держала все под контролем.

Темница под дворцом короля-бога была тесной. Вдоль двух стен стояли клетки, похожие на те, в которых держат животных. Достаточно большие, чтобы в них поместился бог. Гимн не мог понять, совпадение ли это.

Аврора всхлипнула.

– Я думала, что жрецы короля-бога на моей стороне. Мы работали вместе.

«Здесь что-то не так», – подумал Гимн, посмотрев на группу жрецов, встревоженно переговаривающихся на другом конце помещения. Лларимар понурив голову сидел в соседней клетке.

Гимн перевел взгляд на Аврору.

– Как долго? – спросил он. – Как долго ты с ними работала?

– С самого начала, – ответила она. – Предполагалось, что я получу командные фразы. Мы вместе разработали план!

– Почему они напали на тебя?

Она покачала головой, опустив глаза.

– Они заявили, что я не выполнила свою часть. Что я о чем-то умолчала.

– А ты умалчивала?

Аврора отвела заплаканные глаза. Она выглядела очень неуместно в своей камере. Прекрасная женщина с божественной фигурой, в изысканном шелковом наряде, сидящая на земле за решетками. Плачущая.

«Мы должны отсюда выбраться», – подумал Гимн. Он подполз к решеткам, отделяющим его клетку от клетки Лларимара, стараясь не замечать боль в бедре, и шепотом позвал:

– Тушкан. Тушкан!

Жрец поднял голову. У него был измученный вид.

– Как взломать замок? – спросил Гимн.

Лларимар моргнул:

– Что?

– Взломать замок, – пояснил Гимн, показывая на клетку. – Может, окажется, что я умею это делать, если правильно приложу руки. Я до сих пор не понял, почему так плохо владею мечом. Но это я наверняка умею. Мне бы только вспомнить, как это.

Лларимар изумленно уставился на него.

– Может, я... – начал Гимн.

– Да что с тобой? – прошептал жрец.

Гимн помедлил.

– Чтоб тебя! – проревел Лларимар, вставая. – Ты был писцом, Гимн. Цветом проклятым писцом. Не солдатом. Не сыщиком. Не вором. Ты был счетоводом у местного ростовщика!

«Что?» – пронеслось в голове у Гимна.

– Ты был таким же идиотом, как и сейчас! – закричал Лларимар. – Ты даже не отдавал себе отчета о том, что делаешь, прежде чем просто взять и сделать! Почему ты не можешь хотя бы изредка остановиться и спросить себя, конченный ты дурак или нет? Я тебе намекну! Обычно ответ – да!

Потрясенный Гимн отшатнулся от решетки. Лларимар! Лларимар орал!

– И каждый раз, – продолжал жрец, отвернувшись, – я попадал вместе с тобой в неприятности. Ничего не изменилось. Ты стал богом, а я, как и раньше, оказываюсь в тюрьме!

Грузный жрец плюхнулся на пол, тяжело дыша и качая головой от досады. Аврора во все глаза смотрела на них. Так же, как и жрецы.

«Что в них мне кажется странным?» – подумал Гимн, пытаясь разобраться в мыслях и эмоциях, когда жрецы подошли.

– Гимн Света, – сказал один из них, останавливаясь рядом с клеткой. – Нам нужны ваши командные фразы.

Он фыркнул:

– Сожалею, но я их забыл. Возможно, вам известна моя репутация слабоумного. Я хочу сказать, какой дурак прибежал бы сюда и так легко позволил себя захватить?

Он ухмыльнулся.

Жрец рядом с клеткой вздохнул и махнул рукой остальным. Они отперли клетку Авроры и вытащили ее. Она кричала и сопротивлялась, и Гимн улыбнулся тому, какие она доставила им проблемы. Но жрецов было шестеро, и они наконец справились с нею.

Затем один из них достал нож и перерезал ей горло.

Гимн был потрясен так, будто его на самом деле ударили. Он застыл с расширившимися глазами, в ужасе глядя на то, как из горла Авроры полилась алая кровь, пачкая красивую ночную рубашку.

Но гораздо более шокирующим был панический ужас в ее глазах. Таких прекрасных глазах.

– Нет! – закричал Гимн, бросаясь на решетку и тщетно пытаясь дотянуться до богини. Он напряг свои божественные мускулы, напирая на сталь и чувствуя, как его тело начинает дрожать. Бесполезно. Даже идеальное тело не может пробиться через сталь.

– Ублюдки! – завопил он. – Цветом проклятые ублюдки!

Он изо всех сил бил рукой по прутьям, в то время как глаза Авроры начали тускнеть.

Ее биохрома поблекла. Подобно тому, как пылающий костер угасает до огонька свечи, когда его задувают.

– Нет...– проговорил Гимн, в оцепенении оседая на колени.

Жрец пристально посмотрел на него.

– Значит, она была вам небезразлична. Сожалею, что пришлось это сделать. – Он торжественно стал на колени. – Тем не менее, Гимн Света, мы приняли решение убить ее, чтобы вы поняли, насколько все серьезно. Мне известна ваша репутация, и я знаю, что обычно вы ко всему относитесь легкомысленно. Это хорошо подходит ко многим ситуациям. А сейчас вы должны осознать, насколько все опасно. Нам пришлось продемонстрировать вам, что мы будем убивать. Если вы не будете делать то, что мы попросим, умрут и другие.

– Сволочь... – прошептал Гимн.

– Мне нужны ваши командные фразы, – сказал жрец. – Это важно. Важнее, чем вы можете представить.

– Ты можешь их у меня выбить, – прорычал Гимн, чувствуя, как понемногу шок сменяется яростью.

– Нет, – ответил жрец, качая головой. – Мы на самом деле новички во всем этом. Мы не знаем, как правильно пытать, и нам потребуется слишком много времени, чтобы все-таки заставить вас говорить. А те, кто искушен в пытках, не стремятся сейчас с нами сотрудничать. Наемнику нельзя платить за работу вперед.

Жрец махнул рукой, и его соратники, оставив труп Авроры на земле, подошли к клетке Лларимара.

– Нет! – закричал Гимн.

– Мы серьезно, Гимн, – промолвил мужчина. – Очень, очень серьезно. Мы знаем, насколько вы дорожите своим верховным жрецом. Так знайте, что мы убьем его, если вы не сделаете то, что мы скажем.

– Почему? – спросил Гимн. – О чем вы вообще? Король-бог, которому вы служите, может приказать нам отправить армии, если ему так хочется! Его мы бы послушали. Почему вас так волнуют эти командные фразы?

Жрецы вытащили Лларимара из клетки и бросили на колени, а один из них поднес нож к его горлу.

– Красная пантера! – закричал Гимн с рыданием. – Это командная фраза. Пожалуйста, оставьте его.

Главный жрец кивнул остальным, и те вернули Лларимара в клетку, а тело Авроры оставили лежать лицом в луже крови.

– Надеюсь, вы нам не солгали, Гимн Света, – сказал главный жрец. – Мы не в игры играем. И будет прискорбно, если окажется, что вы все еще играете.

Он покачал головой.

– Мы не жестокие люди. Но мы работаем над тем, что очень важно. Не надо нас испытывать.

С этими словами он ушел. Гимн едва заметил это. Он все еще смотрел на Аврору, пытаясь убедить себя в том, что у него галлюцинация, или что богиня не настоящая, или сейчас что-то изменится, и он поймет, что все это был просто тщательно продуманный обман.

– Пожалуйста, – прошептал он. – Пожалуйста, нет...


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю