Текст книги "А мы служили на крейсерах"

Автор книги: Борис Васильев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

О службе морской, о жизни такой.

– И молодые лейтенанты !

Опережая собственный визг !

И наступая друг другу на уши !

Мчатся в кают-компанию !

И там жрут ! ! !

А потом в каюту !

Рога в подушку!

И завязывают их, чтоб от подушки не оторвать!...

И после, рожи не разгладив – к личному составу !!!

Лучше уж бы к нему жопой встали,

На ней хоть одна вмятина !!

А мыслей – ни там ни там нет !!!

+ + +

Фрахтованный танкер вышел из Италии, должен подойти на эскадру...

На связь не выходит…

По "мосту" на флагмане мечутся начальник тыла, начштаба, подтягивается командир корабля, командир эскадры…

– Где "Бугуруслан"? (название танкера)

Ну где "Бугуруслан" ??? – командир эскадры – начальника тыла – тот – командира корабля – тому...блин…он – вахтенного офицера:

– Где "Бугуруслан"?

Вахтенный...(морда нарочито тупая, непонимающая) – пожал плечами...

– Не знаю... На Урале где – то…

+ + +

Рассказывают подводники...

"РТ"-шка должна подойти утром к плавбазе. Ночью всплыли... Оперативный эскадры – бывший подводник инструктирует:

– Командир, не опозорьтесь, корабль – один из лучших на эскадре, высокая морская культура, блестящая организация службы, порядок… Не ударьте в грязь лицом...

Светает, заходят на швартовку.

На плавбазе – тишина… Вдруг открывается дверь надстройки, и – в бинокль видно: вылезает на палубу волосатый мужик в цветных трусах и зеленых ! тапках... Закуривает...тупо смотрит на подходящую лодку…брюхо чешет...

Штиль, тишина. Слышно далеко...

Мужик вдруг:

– Вахтенный офицер! ! !...ё...!…б...!…х...!…я...урод !…! …Чтоб...!

Забегало...

Командир лодки, облегченно старпому:

– Фу, б...! Наши люди!

+ + +

– Ты хороший парень, но ТАКОЙ ДОЛЖНОСТИ НА ФЛОТЕ НЕТ ! ! !

+ + +

Выпито уже хорошо...

– Я пеми..тьфу…меси…тьфу…пети...

– Ты что сказать-то хочешь?

– А…а...а что сейчас все херово, а дальше еще херовее будет…

– А… так ты – Письмист!

+ + +

– Мне порядок на любом пароходе навести – семь минут надо…

– Почему семь?

– А вот команда – "Команде вставать, койки убрать", а через пять минут – "Команде на физзарядку"... Выбегают, а на рее пара человек, в петле висят. И таблички на груди – "Они тянулись по подъему".

Две минуты – на обалдение...

Порядок и воинская дисциплина – гарантируются…

+ + +

Семидесятые, застойные...

Стоим под Италией, в кают-компании накурено, сидят штабные, корабельные (в основном молодежь), смотрят телевизор...

По телевизору – какая – то итальянская поп – дива поет, принимая эротические позы...

Кончилась песня…

Из лейтенантского угла:

– Вот это баба...

Из флагманского:

– Молодой, таких женщин е..ут только ОТЛИЧНИКИ БОЕВОЙ И ПОЛИТИЧЕСКОЙ ПОДГОТОВКИ ! !

+ + +

Ракета у нас упала...

Грузили – и упала. Лежит веточкой сломанной на площадке пусковой установки…

Погрузке – дробь. Разборка…

Ну и разобрались…

По решению младших офицеров БЧ-2 – по 15 рублей с каждой получки от жен удерживать… На погашение долга за ракету.

И удерживали…

+ + +

Конец 80-х. Сборы вспомогательного флота ВМФ СССР в Севастополе...

Все докладывают – столько – то судов отправлено на боевую, оценки -отличные...воспринимается спокойно – работа и есть работа...

В заключении сборов – показной строевой смотр.

Экипажи, задроченные строевой подготовкой ходят, поют, "рубят" шаг…

Начальник Вспомогательного флота на подведении итогов, в глазах – огонь:

– Вот !! Строевой смотр ! ! Сразу видно, ЛЮДИ ДЕЛОМ ЗАНИМАЮТСЯ ! !

Блядь!

+ + +

– Вот стоишь ты вахтенным на ходу... Командир на крыло моста вышел, и вдруг – брык за борт ! Твои действия ???

– Даю три звонка – командир сошел с корабля !

– ………...! ! !

+ + +

Плотников.

«Четыре письма, два разговора, и два заключения».

Здравствуй, милая моя.

Уже три недели, как мы в море. Потихоньку привыкаю, только укачиваюсь немножко. Качает сильно, почти все время на ходу, на якоре не стоим, сильный ветер, волны, полетов нет.

Конечно многое совсем не так, как на берегу, но в общем жить можно…

Занимаюсь тем, что лазаю по кораблю – вернее по тем местам, за которые отвечаю. А вообще корабль очень здоровый, кажется его невозможно выучить весь...

Как там Люшка? Учит новые слова?

Берегите себя.

Я скучаю...

Декабрь 1977

Здравствуйте, солнышки мои!

Скоро уже Новый год...

Пришли письма из Союза – а мне ничего нет. Поленились написать?

А я пишу уже второе – редко, конечно, но когда отправлю – не знаю. Здесь это называется "оказия", когда какой-нибудь корабль в Севастополь идет. И когда это будет – не знаю...

Объявляют об отправке писем внезапно – через два часа мол будем отправлять, так что пишу заранее.

Потихоньку освоился. Корабельные офицеры – ребята нормальные, но общаемся редко, даже кают-компании у нас разные.

Были полеты. Вроде справился. Не ругали по крайней мере.

Очень тоскливо без вас. Уж и не знаю, когда нас сменят. Хорошо, что мы всего на четыре месяца.

Целуй Люшку, скажи ей, что что папа ее очень любит и скучает.

Целую вас крепко.

Декабрь 1977

Привет!

Получил наконец – то твое письмо. Читал несколько раз – сначала быстро и все сразу, а потом перечитывал медленно каждую строчку.

Так радостно, что у вас все хорошо.

Я тебе пишу, но письма в союз идут долго и редко, так что не обижайся, наверное уже получила первое?

Люшка молодец, вся в мать

А мать я люблю, люблю, люблю !!!

Новый год встречали сначала всем экипажем в верхнем вертолетном ангаре, а потом посидели по каютам, я был с Сашкой и Витей.

Скоро увидимся, осталось немного, в конце марта замена.

Много ходим по морю и летаем, все нормально, мне нравится.

Погода в основном хорошая, иногда даже загораем.

Целую тебя.

Январь 1978

Здравствуйте, мои девочки.

Январь заканчивается, осталось всего десять дней. А потом коротенький февраль, и замена в марте.

Завтра идем в море, будут полеты, много работы.

Очень очень скучаю.

Жалко, что не было заходов ни в какие порты, хотелось бы Люшке что-нибудь купить в подарок…

Январь1978, недописано.

………………………

– Четверку он подготовил, проверил – и решил видно не уходить вниз, сел в верхнем ангаре на водило тягача, задремал. Ему кусок лопасти в затылок – и полбашки снес.. Сначала не увидели, вертолет тушить бросились... А потом… В санчасть, да что толку, мозги на три метра по палубе размазаны были…

Убирали потом – моряки обблевались нах...

Б…! Ведь пошел бы вниз, на пост, жив бы остался...

…………………...

– Зам, ты объясни морякам, что в морозилке, куда Плотникова положили, никакого продовольствия нет... А то что-то шумят вроде в низах...

– Есть!

……………………...

Заключение комиссии.

По расследованию аварийного происшествия на противолодочном крейсере "Юрьев"

21 января 1978 года, в ходе проведения поисковой операции…

……...

……...

В связи с погодными условиями, близкими к критическим для полетов, было принято решение на проведение запуска вертолетных звеньев в воздух с подворотом корабля по ветру. Одновременно производилась проверка отсутствия контрслежения многоцелевыми подводными лодками ВМС НАТО.

Взлет первой пары, ведущий – командир эскадрильи подполковник Куликов А. Ю. прошел успешно.

Учитывая рекомендации командира эскадрильи, было принято решение полеты проводить.

В 05.07, 21 .01.78 была подготовлена к полетам четверка – первое звено.

По команде руководителя полетов двигатели вертолетов были запущены и опробованы, руководитель полетов сообщил на ГКП корабля о готовности звена к повороту на курс взлета.

В момент поворота на курс взлета, вертолет командира звена майора Шевчук В. В., находившийся на первой взлетной площадке, по-видимому, под порывом ветра, возникшим вследствие завихрений в районе надстройки – дымовой трубы, упал на бок и загорелся.

Экипаж покинул вертолет через дверь пилота.

Пожар вертолета потушен в течении десяти минут силами палубной команды.

При падении вертолета лопасти винта при ударе о палубу разрушились.

Обломок лопасти длиной 50 сантиметров был впоследствии извлечен из обтекателя радиолокационной станции вертолета, находившегося на взлетной площадке четыре.

Другой кусок лопасти, длиной 30 сантиметров влетел в открытые двери верхнего вертолетного ангара и отрикошетив от трубопровода системы орошения ударил в затылочную часть инженера – оружейника лейтенанта Плотникова С. М., находившегося не на своем боевом посту.

В результате л-т Плотников С. М. получил травму, несовместимую с жизнью. Реанимационные мероприятия успеха не принесли.

………...

Выводы:

…………...

Председатель комиссии – контр-адмирал …………...

Члены комиссии капитан 1 ранга………

полковник……...

полковник м/с……………

……………...

Тело Плотникова было доставлено в Севастополь рефрежератором «Бузулук»

У него остались жена и годовалая дочь.

Правила плавания.

Все прекрасно знают, что такое проверки. Имеется ввиду конечно вышестоящие штабы. Как к ним готовятся, как их проводят, как после них замечания устраняют... Что рассказывать, сюжет один примерно.

Но возможны варианты.

То есть вроде бы начальники высокие у тебя в части, ходят, живут не один день, а с другой стороны – вроде ничего и не проверяют.

Состояние прямо скажем погранично -напряженное. Кто его знает, что какому нибудь из этих ребят в голову взбредет. К примеру жил у нас на пароходе как-то начальник ОУС (отдела устройства службы) ВМФ, вроде бы и не по нашу голову приехал, а все же как -то между двумя ударами кия, играя с кэпом на бильярде, озадачил его своим ответом на вопрос кэпа все ли нравится на и какие мол пожелания есть, заявив тому прямодушно в тоне пожелания, что мол все в порядке, но к утру все офицеры и мичманы должны быть пострижены…

Не лишне заметить, что со схода народ встречал парикмахер, и посидев у него в кресло полторы-две минуты народ приобретал сходство с теми самыми бильярдными шарами.

Кэп кстати с той поры зарекся с гостями на бильярде играть, а потом и вовсе развлечение это ликвидировал.

А случилось это по случаю прибытия на пароход Будущего Главкома. Сергей Георгиевич к тому времени уже к той черте подошел, когда не заменять его уже нельзя было, вот его будущий преемник и собрался посмотреть, что там и как на флотах, в том числе и на Средиземноморской эскадре.

Корабль у нас был первой линии постоянной готовности, кто на флоте служил – понимает, так что особо-то готовить его не пришлось, хотя конечно кое-какую аппаратурку дополнительно подкинули, ну и проверяли "ход подготовки" не за страх а за совесть, на уровне главных флотских специалистов.

Отвлекаясь слегка от конечной цели повествования, вспомнилось, что первая из этих проверок, проходившая весьма стандартно – весьма нестандартно кончилась.

Сидим на подведении итогов проверки в кают-компании, все командиры боевых частей, все главспецы флота, начштаба флота разбор проводит.

Как водится – штурмана – не готовы, артиллеристы – не готовы (это штаб флота выступает), и так далее, по порядку номеров, оканчивая службами и командами – не готов короче корабль в море идти…

Начальник штаба флота сперва что-то на листочке рисовал, потом ручку отложил – так слушает. Головой покивает очередному выступающему – и – пусть следующий докладывает.

Доложились все. НШ :

– Командование корабля?

Встаем. Командир, зам, и я грешный – старпом то есть. Стою и думаю: "Сейчас решение о снятии примет – или просто отдерет, а потом – на решение комфлота?"

А тот тем временем:

– Командир, есть уверенность, что успеете устранить недостатки, и подготовить корабль к выходу?

– Так точно!

– Старпом?

– Так точно! (Куда уж нафиг, и так у офицеров с мичманами рабочий день до двадцати одного тридцати, мне доклад – в двадцать два, а я кэпу в полодиннадцатого докладываю… И ведь не просто сидит народ, дурака валяет – работает)

– Зам? – А, ладно…

– Так точно. Политико...

– Ладно.

– Главным специалистам флота – неготовность корабля – ваша недоработка. Объявляю местом пребывания штаба – на борту корабля. Сход на берег – запрещаю до устранения недостатков. Старпом!

– Есть!

– Каютами всех сможешь обеспечить?

– Так точно.

– Ну и хорошо. Устранение недостатков докладывать старпому. Я пошел.

Взял фуражку – и на трап, в машину – уехал.

Главспецы – на борту.

Потом конечно расползлись потихоньку по своим береговым делам. Но никогда ни до ни после этого у меня – капитана третьего ранга капразы добро на сход не спрашивали, и не просили прикрыть, если что…

Зато после этого разбора все вопросы во всех штабах решали – ух!

До сих пор душа радуется, когда вспоминаю... Жалко только, что за всю службу такой случай – единственный…

Но однако ж подготовились – вышли.

Дорога знакомая, кэп по традиции на мост только к Босфору да подменить меня на обед-ужин поднимался, да еще и гости на борту – с ними занимается.

На мосту – вахтенный наш, два вахтенный офицер походного главного штаба, да я.

Что чего народу штабному помочь – дежурный бегает, рассыльный , еще толпа народу обеспечивает.

Все вроде ничего. Только этим самым штабным – в кои веки в море вышедшим – на мосту неймется. Заступает через четыре часа очередной и понеслась. РТС-овец помнится до шлюпки дободался. Да как закреплена, да заведен ли бакштовный конец, а есть ли вода в анкерке. Блин! Лучше бы своей локацией занимался… А то вспомнил, чему в училище учили...

Да и другие не лучше. Причем не по специальности достают, а так, в сопутствующих вопросах. Единственно – зам начальника УРАВ(управления ракетно-артиллерийского вооружения), погуляв по верхнему мостику – у нас там автоматы 2м-3 да счетверенные "Стрелы" стояли, прямо сказал, что не будь у него хорошего настроения – он бы всему флоту двойку поставил за наше содержание матчасти. Хотя оно в общем вполне приличное (этим он закончил)

В общем весело. Как в песенке, где мы везем с собой кота, чижика, собаку – и далее по тексту...

Но к вечеру – дело пролетарское, народ подготовленный и закаленный долгими годами офицерской службы – вопросы несколько в другую плоскость стали переходить – в основном насчет соленых огурчиков – и сопутствующих изделий пищевой промышленности – как твердых так и жидких. Их у нас как говорится было, так что успокоилось.

Ну да суть да дело – Босфор прошли, вопросов нет, еринственно, вместо якобы "прогулочного катера " с разведчиками неа борту, в этот раз военный катерок сопровождал. Из уважения видимо. Мы хоть флаг старшего на борту – по его приказанию конечно – не поднимали, но ведь связь так "светила", дуракам ясно было, кто тут едет.

Подходим к Дарданеллам. Пролив этот в принципе широкий, хоть поперек плавай, но есть там одно местечко.

Ну да подошли, я к Будущему Главкому в каюту спустился – тот Рэя Бредбери сидит читает, доложил, что мол можно на мост. Поднялся тот. Едем. Катерок турецкий опять же рядышком тянется.

Подходим к этому самому мерзопакостному местечку, про которое в "Правилах плавания .." написано, что в поворот надо входить плавно, с перекладкой руля не более чем на пять градусов.

Уж и не знаю кокая беда кэпа в голову стукнула, но командует он смело это так:

– Лево руля!

Конечно, рулевой руля положил, пароход резвенько так скатился… Куда не надо.

Едем потихоньку.

Ощущение какое – то необычное, вроде не так чего.

Штурман на мост выскочил, мне на ухо шепчет, что мол выкатились. На встречную в смысле полосу.

Да что там шептать – невооруженным глазом видно, что в аккурат к косе Чанаккальской причаливать целимся.

Кэп это дело тоже осознал, но посчитал видимо, что время есть еще, руль – право пять скомандовал, пароход послушался, выправляемся потихонечку.

Все на мосту делают вид что все так и должно быть – а может действительно не сразу поняли, они – то, Главштабовские, не так часто Дарданеллами ходили, да и когда...

И умолчалось бы все, да только турок проклятый не дремал.

Выскакивает эта скотина – катерок турецкий ввиду имею – на левый борт. Весь во флагах каких – то разноцветных. Будуший Главком этим делом заинтересовался.

– Это что они там?

Что они, что они…х-х-х-хрен его знает, что они…Б...!

Смотрю – сигнальцы лихорадочно МСС (Международный Свод сигналов) листают…

К ним. За мной – пара капразов подтянулось...

С-с-с-с-у-уки !!! и капразы московские, и сигнальцы…все вместе.

На том месте, где эти самые флажки были нарисованы наверное были – сигаретой дырка прожжена. Причем не на самих флажках, а в аккурат на тексте поясняющем...

Капраз один книгу эту схватил – и как икону на крестном ходу к груди необъятной прижав – к Будущему Главкому кинулся..

Другие, опоздавшие с крашеным яичком к Христву дню – вокруг заклубились, зажужжали... Будущий, смотрю, уже глазами меня ищет...

И тут один, самый опоздавший – на турок пальцем показывает.

Все туда смотреть.

А та-а-м !

Турки, бедные убедились видно, что никакими флажками этих русских дураков не проймешь – на палубу верхнюю катерка своего выскочили, карту Дарданелл р азвернули – один в руках держит, как бы в режиме подставки, а другой – пальцем – то в нас – то в карту тычет, и руками на нас машет, будто отодвинуть хочет, мол отходите, отходите…

Пантомима называется, однако...

Будущий царственно эдак:

– Командир, надо отойти… Не раздражайте турок. В их террводах идем.

Кэп скомандовал…отъехали на свою полосу.

Дальше – без замечаний.

Прошли, в Эгейское, на простор вышли.

Тут меня конечно потоптали, и за незнание сигнальщиками МСС (А она когда им нужна, трехфлажка эта самая), и за дырку в книге (У вас курят на вахте !!!) и вообще за неготовность к плаванию в проливной зоне (Организация не отработана, никто ничего не знает!!!)

В общем бери лопату , старпом, копай могилу на юте, и засыплют тебя всяческим говном, только что вываленным из штабных глоток... И еще на памятник останется…

Слава богу, через пару суток – пересадили мы всю эту камарилью на крейсер имени великого флотоводца Жданова.

Но уходить – команды не. Пока проливы закажут, пока то – се.

А Будущий тем временем реконгсцировку закончил, и из Сирии – самолетом домой, в Москву.

На подведении итогов, на эскадре, когда про нас ему напомнили, что мол оценить как -то надо, он , видно вспомнил что – то, – и – "Да, – говорит – тоже нормальные ребята. Хороший корабль". Может книгу интересную вспомнил… А может пословицу, на теме "Не дери где живешь – и не живи где…"… ну сами понимаете.

Так что хорошо нас оценили. Никто перечить не посмел, естественно…

Связь.

После этого я твердо решил – на берег…

Что угодно, как угодно, но только на берег, и чтоб уродов этих – подчиненных, любимого личного состава – и близко не видеть.

Конечно, может и не так все страшно, если по полочкам разложить, да вот только бывает иногда: капля, дрожит, дрожит, висит, висит, и вдруг – шлеп – и все. Больше уже не помещается, и некуда деваться, как только все накопленное обратить в одну мысль, одно действие, и бить, бить, бить в эту точку до конца…

На берег...

И начиналось то вроде все неплохо, новый кэп пришел, со своими правда загибами – но нормальный вроде, посмотрел, на чем мы работаем, сам пошел к главному специалиста флота, добился, кое-что новенькое дали, из матчасти, вздохнул хоть спокойно, перед боевой… Да не долго мучалась старушка…

Дали мне этого урода, чтоб он всю жизнь оставшуюся икал, как я его поминаю… Чтоб у него хер на пятке вырос…

Били его на "систер-шипе". Что верно, у нас не били… Но уж после всего что было с ним – стал он – а может и был вроде как мешком пыльным пришибленный…Ни рыба ни мясо…

Да ладно, в общем – то, подготовились , на боевую вышли, и отходили больше полсрока – вроде бы ничего, жить можно, и тут Кэп пароход решил помыть, перед приходом в лоно так сказать, мы после долгого отсутствия – к штабному кораблю подходили…

Старпом наш – Бобер, его так за зубы бобриные в верхней челюсти прозвали, да еще за то, что любил он перед тем, как впилить кому – ни будь по полной схеме повторять "Человек по своей природе добр", при этом щерился так, что вместо "добр" у него "бобр" получалось...

Вот этот самый Бобер и предложил Кэпу систему СВЗ включить. А это такая на всякий случай гадость , что когда включаешь ее , пароход полностью как в облаке водяной пыли оказывается. В принципе – то она на случай "форсирования зараженных участков моря" – как в умных секретных книжках пишут придумана. Ну да не на всякого Бобра…книжки эти не писаны.

Кэпу идея понравилась, тревогу сыграли, дали команду , позадраивать все…

И ведь два раза скотину эту переспрашивал, "Все задраил?"...

Все…

Врубили в конце концов на мое горе СВЗ, ждем-с…

И тут вопль из передающего, где гад этот сидел

–Передатчики топит! ! ! !

Ля-ааа…

Понять не могу ничего, как это передатчики, что двумя палубами выше меня расположены топить может, по идее значит я в своем посту уж на три метра под водой, а ноги сами по трапам вверх несут…

Только и успел на мостик крикнуть, что передатчики залило...

В пост ворвался – а из передатчиков – что из пожарного рожка вода хлещет. На палубе уже вполне лужа сформировалась...

Потоп .

А тут и Кэп со старпомом нарисовались... Оказалось, как мои крики услышали – СВЗ выключили и тоже в передающий бегом.

А это чудище стоит, ничего сказать не может, пальцем в передатчик тычет, и мычит невнятно…

Кэп на это дело посмотрел…усами пошевелил... Что-то типа про мать пробормотал – и на палубу. Мы за ним…конечно...твою…Лючок вдувной вентиляции передатчиков отдраен.

Кэп мать помянул уже вполне внятно, причем явно мою…

– Вы докладывали , что вся вентиляция задраена?

– Я (а что еще скажешь. Хоть и вопрос глупее – некуда…)

– Ну и что делать будем?

Хрен его знает, откуда силы взялись ответить – вспоминаю сейчас – и понять не могу. В середине боевой службы – без передатчиков остаться. Без связи то есть... За такие веши в войну сразу к стенке ставят.

– Промывать спиртом и сушить !

– Спиртом, говорищь? Старпом, сколько у нас осталось ?

Дальнейший разговор у меня из памяти выпал слегка, но буквально минут через пятнадцать приволок старпом две двадцатилитровые канистры, лагун сорокалитровый, и началось..

Кэп – то ушел, а старпом остался, для контроля. Мы с передатчиков блоки снимаем, и в лагун. Прополощешь хорошенько в чистом спиртике – и на солнышко. Если где пятнышко белое – соль – снова появляется – опять в спирт.

А старпом над душой стоит, и сквозь бобриные свои зубы рассказывает, что он сделает со мной за порчу сорока литров ценнейшего продукта, совершенно не предназначенного чтобы полоскать в нем сраные железяки, а наоборот, для полоскания особо ответственных мест прибывающих на корабль комиссий, и о том, каким особо извращенным образом он будет теперь любить весь наш дружный коллектив... В общем разные добрые и хорошие веши говорит.

Понять его конечно можно, вон уж эскадра на горизонте, флагмана наверное лапы потирают, ввиду предстоящих проверок… Однако огрызаюсь, мне главное матчасть, будь она проклята во веки веков, да еще этот, виновник торжества, его туда и растак…

А по юту народ ходит, собак с верховым чутьем изображают, спиртовый – то дух хорошо к корме разносит...

Суть да дело, помыли мы матчасть, собрали, запустили...часа через полтора...

Стерли трудовой пот со лба , обошлось.

Спирт оставшийся я к доктору унес. Он чего – то помараковал, дистиллятор свой запустил, спас короче говоря часть продукта.

Кое-что конечно старпом забрал, но кое – что и нам с доком осталось.

Обошлось и обошлось, дни идут потихоньку, в славный город Тартус нас наконец направили, а то уж совсем мы одичали без земли, крыша вполне явственно едет. Дошли, встали, на следующий день – погрузка свежих овощей.

Старпом на юте народ построил, доктору слово дал, тот произнес речь, что мол сирийские овощи.все заражены дизинтерией, и есть их немытыми никак нельзя, а то заболеешь.

Старпом после его выступления сморщился, как от уксуса, и говорит.

– Я конечно не доктор. Вся эта ихняя медицина – ритуальные пляски над трупами и заклинание туч, но от себя скажу. Зубы у всех болели? – толпа вроде "А-а-а-а" промычала – Так вот, дизентерия – это полная жопа больных зубов. Всем ясно?

Толпа опять "А-а-а" – Ну тогда на погрузку !

Погрузились, все вроде в порядке, денька через два сидим с доком, славненько так подтопленый передатчик вспоминаем, по чуть – чуть, для общего тонуса организма.

Тут фельдшер ему звонит…

Док пока трубку слушал, у него морда белее и белее становилась, и взгляд как у идиота стекленел.

Трубку повесил, и тихо так мне говорит, что все мои связисты – с лазарете. Причем явное подозрение – дизентерия. Моя очередь в ступор впадать настала...

Рассказывать дальнейшее – даже сейчас, по прошествии стольких лет – язык не прворачивается. Но уж "флекснер шесть"-помирать буду вспомню.

Док по пароходу мечется, на борт врачей из Тартусской группы усиления приняли, мероприятия все как при применении противником биологического оружия – а что ни день – еще три-четыре человека в лежку.

Кэп уже даже не ругается. Только каждый день у дока "Сколько?" спрашивает, и все.

Через неделю нервы у него видимо не выдержали, высказал он на совещании офицеров все, что думает про доктора, со всеми его клистирами. А потом спрашивает:

– А вообще, Шишигин (это доктор значит) вы учились чему нибудь? У вас левомицитин есть?

Док мол да, есть, НЗ, целых 273 грамма – эту цифру я точно запомнил.

Тут кэп проговорил еще минут сорок, поминая всех врачей от Гиппократа в самых что ни есть сопрягательных наклонениях, а также их старших родственников по женской линии.

А в конце концов приказал – нам всем обеспечить, а доку, под свою ответственность – каждому члену экипажа в пасть четыре раза в день – по таблетке.

И как бабка пошептала. Кончилось у нас "распространение"…

А тем временем, как карантин с нас сняли – опять загрузка продовольствия, подъели, пока с этим самым флекснером боролись.

Подошел водолей наш, подали на кран – палубу жратву, матросики ящики носят в рефкамеры.

Я как раз на левом шкафуте стоял, с артиллеристом младшим болтали о чем – то.

И вижу вдруг боковым зрением – летит что-то вдоль надстройки. Поворачиваюсь – а из иллюминатора передающего поста торчит довольная рожа урода моего, и рука, а в руке – тушка куриная...

И тут на меня озарение снизошло. Ведь не могли понять никак, почему связисты в погрузке не участвовали, а дизинтерия – с них началась…

А эта дрянь, оказывается конвейер наладила, прямо со шкафута – подкинуть то всего на метр – в иллюминатор, и, минуя все обработки – на стол.

Даже и упомнить не могу, как я в посту оказался... А вмятины в обшивке переборок то тела этого чудовища только в ремонте заделали... До сих пор не понимаю, как я его не убил…

А кэп с той поры нас с доком …весьма, скажем так...невзлюбил.

Раньше хоть иногда "Сан Саныч", а после этого – только "Вы", "связист", "товарищ старший лейтенант"…

И тогда то я и понял. Все. Надо уходить.

И ушел.