332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Бет Рэвис » Электрическое тело (ЛП) » Текст книги (страница 17)
Электрическое тело (ЛП)
  • Текст добавлен: 2 сентября 2020, 20:30

Текст книги "Электрическое тело (ЛП)"


Автор книги: Бет Рэвис






сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

А потом все меняется.

Мой мозг − это компьютер, а информация с него никогда не стирается. В темноте я вижу картотечный шкаф.

Простой картотечный шкаф с надписью от руки зелеными чернилами: «ДЖЕК ТАЙЛЕР».

С одной стороны шкафа стоит мой отец. В руке у него серебряный ключ.

− Ты запер мои воспоминания о Джеке? − спрашиваю я.

Папа протягивает мне ключ. − Я не мог, − говорит он.

И тогда я понимаю: все это правда.

Я встретила Джека, влюбилась и встречалась с ним − после смерти отца.

Нет.

Я смотрю на серебряный ключ.

Нет.

Нет.

Я бы не смогла.

Только один человек может изменить воспоминания.

Я вставляю ключ в замок, и ящик легко открывается. Воспоминания выплескиваются, как фотографии, сменяясь быстрыми сценами. Неловкая встреча. Первый поцелуй. Последний бой. А потом я вижу, что все вокруг поглощает чернота.

Я дотрагиваюсь до нее и погружаюсь в воспоминания, настолько внутренние, что кажется, будто я живу ими. В моей руке медальон с печеньем. Я смотрю вверх, только что испытав воспоминание, но оно скрылось.

Я уже делала это раньше − я искал истину и нашла ее. Это была еще одна вещь, о которой я, как и Джек, забыла.

Мисс Уайт стоит передо мной. Не та мисс Уайт, что сегодня, и не та, как в других грезах, а мисс Уайт, которую я узнала из более недавнего прошлого.

Злые слезы навертываются. − Ты убила меня! – обвиняю я. − Ты убила моего отца.

Мисс Уайт машет рукой, отпуская меня.

− Я не позволю тебе контролировать меня, − кричу ей.

Мисс Уайт щиплет себя за переносицу. − Я и не хочу контролировать тебя, − отвечает она. − Я просто хочу, чтобы мне заплатили. Знаешь, я вложила в тебя достаточно много времени и сил.

− Папа никогда бы…

− Твой отец не хотел умирать. Так или иначе, об этом бы вссе равно пришлось поговорить. И как только я получу формулу, что создал твой отец, я поделюсь с тобой частью денег. А теперь можешь идти и делать все, что захочешь.

И тут я осознаю самое паршивое: я испытываю искушение.

− Если я расскажу, ты сядешь в тюрьму!

− Нет, дорогая, не сяду, − мисс Уайт выглядит скучающей.

− Я заберу маму и убегу!

Своей ответной улыбкой мисс Уайт буквально насмехается надо мной. − Ты не можешь сбежать с матерью, видишь ли, болезнь буквально поразила ее полностью, − и снова она пытается манипулировать мной, хотя раньше я этого даже не осознавала.

Я с трудом сглатываю.

− Я все равно уйду, − тихо произношу я, глядя на нее.

Глаза мисс Уайт немного расширяются, а затем ее взгляд меняется на тот самый, с помощью которого она умело манипулировала людьми. − Это из-за того мальчика, да? Джека.

− Я люблю его! − кричу я. Чувства вспыхивают, угрожая прорваться сквозь меня, словно поток.

Мисс Уайт смеется. − Ну, − говорит она, − допустить этого мы, конечно, не можем. Если он хочет, чтобы ты сбежала от меня, − то мне придется его убить. Как я сделала это с его родителями.

Меня охватывает ужас. Она ведь действительно может сделать это.

− Нет!

− Право же, дорогая, ты не оставляешь мне выбора.

− Я останусь!

Она качает головой в притворной печали. − Я не поверю, что через какое-то время ты не передумаешь, и он не уговорит тебя снова уехать.

− Он не сможет! − кричу я.

Мисс Уайт выглядит искренне извиняющейся. – Он уже делает это, просто существуя на этом свете, − говорит она. − Он напоминает тебе о свободе, а я не могу позволить тебе думать, что ты можешь просто так оставить меня.

− Не сбегу, − шепчу я. − Клянусь.

− Твои обещания ничего не значат.

Я останавливаюсь на мгновение и вдруг осознаю всю свою власть. И какой ничтожной она кажется, пока мисс Уайт держит жизнь Джека буквально на волоске.

− Я знаю способ, − говорю я.

Скандал на похоронах родителей. Я сгораю от стыда и отвращения к собственным действиям, но знаю, что единственный способ удержать Джека подальше от меня − это причинить ему такую дикую боль, чтобы он возненавидел меня.

− Я больше не хочу тебя видеть! − кричу я, вкладывая в эту ложь всю свою любовь.

Жалобная мольба Джека. Его вопрос.

− Почему?

Я сижу в кресле грез, дрожа от холода и страха, в то же время Мисс Уайт смотрит на меня с сомнением. − Ты уверена, что сможешь это сделать, дорогая? − спрашивает она.

Я знаю, о чем она думает. Если я облажаюсь, она сможет повторить все заново, но на этот раз с новой версией меня.

− Смогу, − говорю я. − Я сотру Джека полностью.

− Ты могла бы просто отдать мне результаты исследований твоего отца, − уговаривает мисс Уайт.

Мои глаза горят от страха и разочарования. − Я не знаю о каких исследованиях речь! − умоляю я. − Я ничего не понимаю. Но если я заставлю себя… подчиниться… – я на мгновение замираю, − я − компьютер, вот что ты говорила. Ты можешь взломать меня… и найти то, что тебе нужно. Просто… не трогай Джека. Позволь мне остаться с мамой и не трогай Джека.

Мисс Уайт обдумывает мое предложение. Папа спрятал информацию глубоко-глубоко в моем подсознании, и единственный шанс, что она найдет ее, − только если проникнет в мой разум. И на это потребуется время.

− Тогда предлагаю сделку: ты будешь находиться рядом со мной столько, сколько потребуется, пока я не получу нужную мне информацию, − выдвинула свое условие мисс Уайт

Я киваю, соглашаясь. – Можно сделать так, чтобы я не знала, когда ты будешь это делать?

Эмоции мисс Уайт на мгновение отразились на ее каменном лице. − Да, − говорит она, − можно. Я могу проводить тесты ночью, пока ты спишь или когда погружена в грезы.

Отвечаю, разглядывая свои руки. − Спасибо.

− Но если ты попытаешься меня покинуть, − добавляет мисс Уайт ледяным тоном, − я буду считать, что тебя просто невозможно взломать, и сделаю вивисекцию. Знаешь, что это значит?

Я с трудом сглатываю. − Я не убегу, − отрицаю я.

− Если ты сделаешь это, я буду знать, что тебе нельзя доверять, а значит, что этот мальчик, Джек, мешает нам, а помеху обычно устраняют, − отвечает она, глядя мне в глаза. – И это будет легко. Кстати, просто хочу, чтобы ты знала: он записался в армию после того, как ты разбила ему сердце. Ты знала об этом? Я хочу, чтобы ты поняла, как просто будет устроить его смерть. Немного огня и чу-у-уточку несчастного случая…

− Я все сделаю, − повторяю я.

И открываю глаза.

− Привет, дорогая, − говорит мисс Уайт, улыбаясь мне.

− Привет! − улыбаюсь я, начиная снимать электроды.

− У тебя были хорошие грезы?

Легкая хмурость омрачает мое пустое лицо. − Я не… я не помню.

− Ты собираешься увидеться с Джеком позже? – тут же спрашивает мисс Уайт.

− С кем? – переспрашиваю я, состроив непонимающее выражение лица.

Я сделала это.

Только один человек может изменить воспоминания.

И это Я.

Только один человек мог установить трекер на Джека и оставить программу трекера в личных файлах, чтобы суметь найти его. Только один человек мог заложить основу для того, чтобы я заново открыла свое прошлое. Прошлое, которое я стерла.

Я.

Я уничтожила собственные воспоминания о Джеке.

Я сделала это, чтобы спасти его и себя. Но это я стерла его из памяти.

И это не спасло ни его, ни меня.

Глава 72

Я прихожу в сознание в кресле грез, надо мной нависает мисс Уайт, а я обнаруживаю свои руки связанными. Позади мисс Уайт я вижу отца, улыбающегося, напоминающего мне, что все это не реально, все это – галлюцинация; еще один способ попытаться вытянуть из меня секреты отца.

− Это все ненастоящее, − говорю я, и вижу, что путы тают. Я встаю.

− Элла, − зовет мисс Уайт, − разве ты не видишь, насколько лучше мы можем сделать мир? Просто дай мне формулу твоего отца. Если мы узнаем, как он создал тебя, мы сможем воссоздать процесс, улучшить циклонов.

И я вижу, вернее, слышу легкую дрожь в ее голосе.

Она боится меня.

Несмотря на браваду, несмотря на все планы, есть один недостаток.

Я.

Без меня у нее не будет идеальных циклонов. Никто не станет подписываться на то, чтобы стать одним из них, если все, что они видят, − это бездушная, пустая Акила в качестве примера того, чем они станут.

Мы погружены в грезы, и я управляю сном.

− Отец знал, кто вы, и спрятал свои исследования в единственном месте, куда вы не можете попасть − внутри меня.

− Отдай их мне! − мисс Уайт кричит, бросаясь на меня.

Но я просто закрываю глаза.

Мисс Уайт обманом заставила меня поверить, что грезы реальны. Это было умно с ее стороны. Потому что единственное, что я могу контролировать, − это грезы.

Я открываю глаза и вижу перед собой бледную мисс Уайт. Затем протягиваю руку и касаюсь ее лба. − Пора тебе открыться мне, − шепчу я.

Ее разум борется, но мне не сложно с ним справиться. Ее воспоминания разливаются вокруг нас. В голове у мисс Уайт крутятся мысли − некоторые из них не более чем туманные чувства, такие как вина или любовь – некоторые более отчетливые. Воспоминания обо мне − как о ребенке − вспыхивают и гаснут, словно молния за грозовой тучей.

− Ты когда-нибудь по-настоящему любила меня? − интересуюсь я. Образы льются дождем. Все те разы, когда мисс Уайт уговаривала меня пойти в колледж, частью этого были манипуляции. Но отчасти это было желание, чтобы я сбежала. И когда она увидела меня с Джеком, под волнами горя и печали была лишь меньшая часть ее, которая хотела бы отпустить меня, которая не хотела использовать меня в своем заговоре.

Но внутри нее пустота, и когда она увидела шанс на получение огромных денег, шанс на власть и контроль − она воспользовалась им.

Джек. Я не могу спасти мисс Уайт, также как маму или папу. Но я все еще могу спасти Джека.

− Пора просыпаться, − говорю я и хлопаю ладонью по ее лбу.

Это реально. Я нахожусь в кресле грез, это похоже на сон, но все реально. Я пытаюсь встать, но и здесь меня удерживают ремни. Я чувствую, как сжимаются мои челюсти. Будто меня могут удержать какие-то ремни.

Я не человек.

Я лучше.

Я дергаю рукой, и ремни отстегиваются. В комнату вваливаются андроиды в сопровождении ПМ Янг. Они двигаются как один, вытянув руки в попытке поймать меня, но мое тело запрограммировано на знание, о котором я не подозреваю. И я позволила этому знанию взять все под контроль. Я бью и пинаю, бью и швыряю, а андроиды валяются вокруг меня, как мусор.

ПМ Янг меняет позу, готовясь ударить меня. − Что вы делаете? − кричу я на нее. − Как вы можете быть на стороне мисс Уайт? Вы прошли гражданскую войну − вы не можете…

Она не отвечает, просто нападает молча. Я бегу через комнату, выдергиваю кусок металла из обломков, оставшихся после того, как ПМ Янг ворвалась в комнату, и бью ее по спине, заставляя упасть на одно колено. Затем использую инерцию, чтобы вскочить и кинуться на нее, целясь в голову, но она уворачивается, и я просто хватаю ее за плечо.

Острый металл рвет ее шелковую блузку в клочья, разрезая уже обнаженную кожу − и блеск проволоки и костей смешивается с кровью и плотью. Искры электричества пробиваются сквозь поток крови, стекающей по ее руке.

ПМ Янг тихо чертыхается.

Я двигаюсь инстинктивно, наматывая металл на ее руку, заворачивая его назад и сгибая как бечевку. Прежде чем она успевает пошевелиться, я отрываю кусок от кресла и обматываю сталью ее лодыжки. Я не могу победить циклона, но могу его обезвредить.

Пока я стою, тяжело дыша, над борющимся с проволокой премьер-министром всего правительства Содружества Стран, в комнату спокойно входит мисс Уайт.

− Даже ее? − я задыхаюсь, указывая пальцем.

− Разве ты не помнишь наш с ней разговор, когда вы впервые встретились в Триумфальных Башнях? Она сказала, что каждый должен заплатить за войну. Такова была ее цена: стать циклоном.

Интересно, как это случилось. ПМ Янг добровольно вызвалась на это? Неужели она позволила себе умереть ради шанса стать бессмертной? Знала ли она, что мисс Уайт сможет контролировать ее, как марионетку? Или мисс Уайт заставила ее измениться?

− Ты становишься лучше, − говорит мисс Уайт, оценивая ущерб, который я нанесла. − Я не ожидала, что ты очнешься от своих грез или сделаешь все это. Твой отец гордился бы тобой.

Я прищуриваюсь. Ей не позволено говорить о моем отце, никогда больше.

Она знает, что я киборг-клон. Она знает, что мои кости сделаны из металла, а плоть усилена наноботами. Она знает, что я могу сломать ее, как веточку. Но она входит в комнату с таким видом, будто я и вправду такая безобидная, какой себя когда-то считала.

Мои руки сжимаются вокруг части от кресла грез, и металл поддается, сминаясь, как оловянная фольга.

Я раздавлю ее.

Я буду смотреть, как жизнь покидает ее тело.

− Было намного легче, когда твоя мать была здесь, − говорит мисс Уайт. – Ради нее ты была готова остаться без вопросов, и так крепко спала, пока я тренировалась на тебе каждую ночь. Мы просто должны найти другой путь. В конце концов, я раскрою твои секреты. Просто помни про вивисекцию, как я и обещала. Сначала проведем опыт на Джеке, просто ради забавы.

Мои кулаки сжимаются. − Можешь идти на…

Мисс Уайт перебивает меня: − Элла, дорогая, ты знаешь, что можно сделать с компьютером, помимо взлома? Его можно контролировать.

Она поднимает руку и проводит пальцами по наручКОМу.

Мои мышцы напрягаются, мое тело вибрирует, борясь с какой-то энергией, которую я никогда раньше не чувствовала.

− Я контролирую тебя, Элла, − говорит мисс Уайт, улыбаясь. − Нам обеим будет легче, если ты примешь это сейчас.

Я пытаюсь покачать головой, но не могу. Пытаюсь убежать − но ничто во мне не движется без ее разрешения. Мисс Уайт вздыхает с печалью в глазах. − Я не хочу этого делать, дорогая. Ты мне как дочь − или, по крайней мере, была ею до того, как стала не совсем человеком. Мне больно от всего того, что происходит с тобой.

Мисс Уайт встает. Несмотря на то, что я совершенно неподвижна, она придвигается ближе, так что наши лица находятся всего в нескольких сантиметрах друг от друга. И смотрит мне в глаза, как будто видит в них ответ. А потом она откидывается назад и смирение разливается по ее лицу. Когда она снова заговаривает, то медленно растягивает слова, как будто прячет свою боль за насмешкой.

– Будет скучно, если отныне я буду вынуждена контролировать тебя таким образом. Тебе больно, я знаю, и это дополнительная работа для меня. И ты мне небезразлична, дорогая, конечно, небезразлична. Твое сотрудничество сделает наше будущее намного лучше. Киборг-клоны, которые соглашаются, живут гораздо лучше. Точно так же, как это делают люди.

Я изо всех сил пытаюсь открыть рот и закричать, но не могу даже дернуться. Мои автоматические функции − сердцебиение, моргание, дыхание − все работает в автономном режиме. Только вот сердце должно бешено колотиться, а по факту совсем наоборот. Интересно, это она тоже контролирует? Может она остановить его, просто отдав команду из наручКОМа?

Глава 73

− А теперь, Элла, вот что мы делаем дальше, − начинает мисс Уайт. − Ты рассказываешь мне все секреты твоего отца, затем убедимся, что формула работает. У представителя Белл остался сын – вот на нем и проверим как раз. И когда ты сделаешь все, что мне нужно, убедимся, что формула рабочая, − я отпущу тебя. И твоего маленького бойфренда. И даже дам тебе достаточно денег, чтобы покинуть этот богом забытый остров и тогда делай со своей жизнью все, что ты угодно.

Прежде чем я успеваю хоть что-то ответить, она добавляет: − Или могу убить Джека у тебя на глазах, но тебе все равно придется делать то, что я говорю.

Нет, я ничего ей не скажу, и она меня не заставит.

Хотя, кому я вру…

− Помни, дорогая, − говорит мисс Уайт. − Я контролирую тебя.

И что-то после этой фразы щелкает у меня в голове. Ведь если бы она могла меня контролировать, ей бы не понадобились все эти уловки и ложь… Она бы не стала выуживать из меня информацию. Она бы не боялась, что я сбегу…

Мисс Уайт – одна большая ложь и манипуляция. Она пытается контролировать меня страхом, потому что не может делать этого больше никаким другим способом!

Мои глаза широко распахиваются от осознания. Глаза − это окно в душу. Видимо огонь в моих глазах полыхал так сильно, что мисс Уайт поднялась с кресла и делает несколько шагов назад.

Я поворачиваюсь к ней.

Пальцы мисс Уайт отчаянно барабанят по наручКОМу, но безрезультатно.

Она больше не контролирует ситуацию.

− Я знаю, что они попытаются использовать тебя, − шепчет папа. − Я сделал все, что мог, чтобы спасти тебя. Все технологии, которые они заставили меня сделать… я сделал их безотказными, − он смотрит мне в глаза. – Я сделал тебя.

Отчаянно моргаю. Я так запуталась. Вон там я мертвая, а здесь живая и слышу голос отца − он говорит мне вещи, которых я не понимаю.

− Компьютеры быстрее людей, − продолжает папа. − Сталь прочнее кости. И я убедился, что твой мозг нельзя контролировать. Ты обходишь любую технику. Они этого не знают, но знаешь ты, − он тихо смеется. − Они многого не знают. Например, не знали, что я был в курсе о том, что они делают твой клон, что они хотели использовать тебя как рычаг давления на меня. Ну что ж, теперь у них есть формула. Но у меня-то есть кое-что получше.

Он наклоняется, его рот в нескольких дюймах от моего уха. Я чувствую, как тепло обволакивает меня − отец обнимает меня.

− У меня есть ты. По крайней мере, сейчас у меня есть ты.

Когда он отстраняется, на его глазах появляются слезы. − Ты − ключ ко всему. Ты сильнее их и не можешь быть использована кем-либо. Ты можешь сломать систему. Если хоть когда-нибудь тебя попытаются заставить что-то сделать, я прослежу, чтобы ты нашла способ получить доступ к своим передовым технологиям, чтобы ты могла…

− Доктор Шепард? − голос мисс Уайт доносится из дальнего конца комнаты. Шаги эхом разносятся по комнате по мере ее приближения.

− Ты − пчелиная матка, − шепчет папа перед тем, как мисс Уайт мягко отталкивает его от меня, и ее улыбающееся лицо заполняет мой взор.

− О, хорошо, что ты проснулась, а не умерла, Элла. Полагаю, это означает, что формула и процедуры, которые показал нам доктор Шепард, были законными? − она смотрит на папу. − Должна сказать, я рада, что ты не дал ей умереть. Было бы некрасиво делать ее клоном-киборгом без твоего ведома.

− Теперь ты знаешь, как это делается, − говорит папа, расправляя плечи и глядя на мисс Уайт. − Отпусти мою дочь. Она и моя жена не имеют к этому никакого отношения. У тебя есть я.

Мисс Уайт проводит пальцем по стволу пистолета. − Да, но теперь ты мне не нужен, − смеется она, а затем резко меняется в лице и сердито смотрит на коллегу. − Соберите всех его маленьких мятежников и приведите сюда. Мы хотим, чтобы это выглядело как несчастный случай, − она переводит взгляд с пистолета на лицо отца.

− Это за то, что ты забрал у меня Розу, − говорит она без эмоций в голосе.

Выстрел слишком громкий и слишком долгий, я кричу, звук пронзает мои барабанные перепонки…

Тишина в вакууме отсутствующего крика отдается эхом в моей голове, когда я смотрю на мисс Уайт. Она выглядит испуганной и взволнованной, ее пальцы скользят по поверхности наручКОМа.

Это был последний подарок моего отца. Из-за него у меня отняли жизнь. Из-за него контроль над собой принадлежит только мне. Мисс Уайт не может меня контролировать.

Я делаю шаг вперед.

− Не подходи! − кричит она дрожащим от страха голосом.

Для меня так необычно видеть ее испуганной.

И я знаю, что вызвало этот ужас.

− Ты убила меня, − говорю я. – И ты убила моего отца.

− Элла, дорогая…

Папа был прав. Его технология гораздо более разрушительней любой бомбы. Не из-за того, что она может кого-то убить, а из-за того, что может уничтожить, не убивая.

− Не подходи! – снова кричит мисс Уайт, когда я делаю еще два шага вперед. Она все еще пытается использовать рычаги управления на наручКОМе; она не может поверить в то, что они не влияют на меня. Но когда я подхожу ближе, ее глаза сужаются. Мисс Уайт поворачивается ко мне, поднимает правую руку и хватает меня за горло.

И тут я вспоминаю. Мисс Уайт не циклон, но она частично киборг − одна из ее рук железная. Руку она потеряла в гражданской войне, спасая мою мать.

Мои глаза вылезают из орбит, а рот открывается в жалобном мяукающем звуке. Я задыхаюсь. Но мне ведь не нужно дышать − я доказала это, когда пряталась под лодками в районе Фокры, − но сейчас мне неудобно и больно, и мне на мгновение становится интересно, сможет ли она задушить меня своей железной рукой.

Я чувствую, как свет мерцает в моих глазах.

Но не могу позволить ей победить.

Я направляю всю свою силу в руку, всю свою надежду. И хлопаю ладонью по руке мисс Уайт, используя всю силу, которая есть во мне. Та ломается, словно ветка, обрываясь одним быстрым движением.

Провода, искрящиеся электричеством, свисают с ее локтя, а биогель вытекает из плеча, где прежде был протез. Мисс Уайт отступает, крича в агонии. Я отцепляю ее пальцы от своего горла и бросаю на землю.

Мисс Уайт отсоединила руку киборга от плеча, что также отсоединило ее от нервной системы. Но она бледна и потрясена, все еще чувствуя призрачную боль от отрубленной руки. Она прислоняется к дверному косяку, тяжело дыша, ее волосы вспотели, глаза остекленели.

Используя ее боль в своих интересах, я протискиваюсь мимо нее и бегу к лестнице. Я должна найти Джека, должна сбежать – неважно каким способом.

Глава 74

− Нет! – кричит мисс Уайт, когда я проскакиваю мимо нее. Я не сомневаюсь в том, что она сделает со мной. Перенесет меня в другую версию себя, и снова сотрет память, чтобы я успокоилась. А я проведу остаток жизни так же, как последний год без Джека. Слепо делая то, что говорит мисс Уайт, в то время как она тайно накачивает меня роботами и проводит на мне тесты, пока я сплю, пытаясь проникнуть в мой разум, как будто это ни что иное, как запертая коробка.

Мое отчаянное желание избежать этой судьбы делает меня сильнее. Я бегу по ступенькам, перепрыгивая через четыре за раз. Мисс Уайт хватает меня, но я наваливаюсь всем телом, сбрасывая ее с себя вниз по лестнице.

Я отчетливо слышу ее шаги позади, вне пределов досягаемости.

Я распахиваю дверь и бегу по вестибюлю. Я справлюсь. Я могу сбежать.

Но в вестибюле полно андроидов. Их мертвые и пустые лица поворачиваются ко мне, как одно целое, и они одновременно начинают маршировать к лестнице прямиком ко мне, их тяжелые шаги заставляют стены вибрировать в равномерном ритме. Я поворачиваюсь на каблуках, но мисс Уайт уже здесь, так близко, что ее ногти оставляют длинные неровные царапины на моей руке. Я снова бросаюсь к лестнице, направляясь к единственному месту, которое у меня осталось, − к своему дому. Я бегу вверх по лестнице, хлопаю ладонью по замку – ничего, он не работает. Теперь у меня другой наручКОМ, другое удостоверение личности, но я вышибаю дверь ногой, чего не смогла бы сделать раньше, будучи обычным человеком.

Не знаю, о чем я думала. Я бежала вслепую. Но когда я снова поворачиваюсь, то вижу мисс Уайт и армию андроидов стоящих в дверях. Тогда-то я понимаю, что сама себя загнала в ловушку.

Мисс Уайт отталкивает андроидов. Она кажется неровной без одной руки, и на ее лице ярость, не похожая ни на что, что я когда-либо видела.

А потом я слышу шаги в коридоре, доносящиеся из моей собственной спальни. Сапоги глухо стучат по полу, и из тени появляется Джек. Мое сердце подпрыгивает в груди − с надеждой и с чем-то еще, с чем-то более сильным.

Больше года назад меня убили, мои воспоминания насильно запихнули в клонированное тело, усиленное кибернетикой, кусочки меня постепенно исчезали. Включая мои воспоминания о Джеке.

Так почему же моя душа реагирует, когда я его вижу?

Потому, что…

Потому что он все еще любит меня, даже после того, как я забыла его.

У меня нет никаких воспоминаний о Джеке. У меня нет причин спасать его из-за общего прошлого. Эти воспоминания никогда не вернутся. Все, что у меня есть от Джека − это последние несколько недель. Как мы спали бок о бок в бегах. То, как он прижал руку к моему сердцу, уверенный, что это доказывает мою человечность, несмотря на циклонное тело. То, как его поцелуй обжигал меня, отчаянный и страстный, как будто он пытался вложить все свои чувства в давление на мои губы.

Меня не волнует, что он заставлял меня чувствовать; я хочу спасти его из-за того, что он заставляет меня чувствовать сейчас.

Сейчас. Сейчас, в этот самый момент, когда я понимаю, что он нуждается в спасении. Потому что его глаза остекленели. Кожа желтоватая.

И я помню, как Джули и Ксавье избитые после драки с Акилой, а мы с Джеком − нет. Я помню, как Джек служил в армии, в том же подразделении, что и Акила. Помню все мелочи, моменты, когда он не был уставшим или ранен или не был… человеком.

− Как долго? – спрашиваю я, медленно пятясь.

Отвечает мисс Уайт. − Мы обратили его прежде, чем обратили Акилу.

Итак, с момента нашей второй встречи Джек уже был циклоном.

Идеальный шпион в Зунзане. Во мне.

Всегда на шаг впереди. Всегда, неосознанно, сообщая мисс Уайт наше точное местоположение и точную информацию, которую она хотела. Появление Джека подтолкнуло меня открыть папины секреты. Какие бы тесты ни проводила мисс Уайт, они не сработали − ей нужно было, чтобы я нашла информацию и передал ей. Она знала, что я не дам ей это вслепую, поэтому она использовала Джека.

− Он знал? − спрашиваю я. Он подходит ближе. Еще ближе.

Мисс Уайт заливается смехом. − Он был так же невежествен, как и ты, − это звучит как развлечение для нее.

Что-то холодное, горькое и твердое встает на место в моей душе.

И в этот момент он нападает.

Глава 75

− Я не хочу причинять тебе боль, − кричу я в панике.

− Взять ее! − кричит мисс Уайт, стоя в дверном проеме.

Джек бросается вперед, но я уворачиваюсь и швыряюсь в него стульями. Он отбрасывает их в сторону, продолжая наступать. Он двигается быстро, словно молния, перепрыгивая через край стола, используя инерцию, чтобы ударить меня ногами в живот. Я согнулась пополам, хватая ртом воздух, и он тычет ладонью мне в подбородок. Я отшатываюсь, боль от удара отдается во всем теле.

Я делаю ложный выпад в сторону коридора, затем вырываюсь из рук Джека и соскальзываю на кафельный пол. У меня кружится голова от открывающихся передо мной возможностей. Я не могу навредить ему. Даже зная, что Джек уже не Джек, я не могу причинить ему боль.

Поэтому пытаюсь убежать.

В дверях стоит мисс Уайт со своей армией андроидов. Я вращаюсь на каблуках, направляясь к зияющей дыре в стене, покрытой брезентом, к пробоине в стене, вызванной взрывом андроида. Джек хватает меня за ноги, «укладывая» на пол. Я больно ударяюсь головой о кафельный пол, чувствуя во рту привкус крови. Сконцентрировавшись, понимаю, что могу отключить болевые датчики в мозгу. Удобно.

Джек лежит на мне, его колени больно давят мне на грудь. Я пытаюсь сбросить его, но его бедра опускаются, а бицепсы напрягаются, когда он опускает мои руки. Моя спина выгибается, и ударяюсь головой об пол, ломая плитку, пытаясь обрести хоть какую-то хватку.

Это бесполезно.

− Джек, − выдыхаю я. − пожалуйста. Пожалуйста! Я люблю тебя. И знаю, что ты любишь меня. Пожалуйста. Не делай мне больно. Не будь этой пустой оболочкой.

Но ничего не происходит. Он находится под полным, абсолютным контролем мисс Уайт. И это то, что она хочет сделать для людей. Пусть живут своей жизнью, пока они ей не понадобятся. Дать им силу великанов, но не силу контролировать ее.

Давление на грудь усиливается.

Мисс Уайт небрежно идет вперед. − Итак, − говорит она, как будто диктуя повестку дня андроиду-секретарю, − стало до боли ясно, что я не могу рассчитывать на то, что ты дашь мне формулу сознательно или подсознательно, поэтому мне просто придется взять ее из твоего тела. Очень жаль, но ничего не поделаешь. И раз уж ты так любезно взяла меня за руку, возможно, мне следует попросить этого мальчика сделать это.

Его пальцы впиваются в мою кожу между грудей, и мне кажется, что он хотел бы вырвать бьющееся сердце из моей груди и раздавить его в своих руках.

Я закрываю глаза на секунду − не больше.

Отец дал мне то, что нужно для выживания.

Когда я открываю глаза, я уже знаю, что должна делать. Мое тело − лишь тело, которое является копией меня самой, наполненное наноботами, стальными костями и деталями, изготовленными на фабрике, − мое тело не подведет меня. Потому что, даже если оно было собрано по кусочкам, это сделал мой отец, а папа не подведет меня.

Я переношу вес, подпрыгиваю и отбрасываю Джека. Затем вскакиваю с пола, соскальзываю на одно колено и вонзаю пальцы в солнечное сплетение мисс Уайт, заставляя ее пролететь через всю комнату, хватая ртом воздух. Я оборачиваюсь вокруг Джека, одной рукой хватаю его за затылок, а другой бью по шее. Джек быстрее и сильнее, чем я думала, он может выскользнуть из моих рук, несмотря на удар, но он недостаточно быстр. Я падаю на оба колена, проскальзываю под его широко расставленными ногами и одновременно отталкиваю его от пола. Он тяжело падает, а я бросаюсь на него сверх.

Мы близко к тому месту, где взорвался андроид Рози, в нескольких метрах от нас зияет дыра. По-прежнему пахнет разрушением и пожаром. Выжженные следы размазаны по земле, а гигантский брезент, закрывающий дыру, хлопает на ветру.

Но вместо того, чтобы попытаться причинить ему боль, я смотрю ему в глаза. Они пусты и мертвы внутри, лужи ярко-синего цвета, в которых нет ни единой искры эмоций.

Глаза − это окно в душу.

Я обхватываю его лицо обеими руками, вглядываясь в него. И изливаю все свои эмоции: любовь, доверие и надежду, но также страх, боль и печаль. Мои глаза горят так же, как и раньше, когда я впервые осознала, какую силу оставил мне отец. Когда я смотрел на Акилу. Все мое тело замирает − и его тоже.

Он моргает. И когда он снова открывает глаза, я вижу его, настоящего Джека, в которого я снова влюбилась.

− Нет! − Мисс Уайт кричит и делает что-то и жизнь вырывается из Джека, словно лопнувшая резинка.

Он пытается оттолкнуть меня, пытается вырвать мои руки, сломать их.

Но я не отпускаю.

Я могу это сделать.

Я взломала компьютер представителя Белл. Я взломала собственный разум. Значит, могу взломать и его.

Руки Джека поднимаются вверх, его рука обвивается вокруг моего горла.

Сжимает. Сжимает

Как иронично было бы умереть от рук того, кого пытаешься спасти. Перед глазами плывут черные пятна. Я не могу дышать. Это хуже, чем когда я пряталась под водой. Джек душит не только меня, но и саму мою жизнь.

Черные точки сливаются в желтую полоску.

− Ты пчелиная матка, − сказал папа. Забавно.

Пчелы следовали за мной повсюду.

Я чувствую мед во рту.

Нет, это не мед.

Это кровь.

Жужжание наполняет мои уши.

− Ты − пчелиная матка.

Но папа не был частью Зунзаны, он не знал о секретном коде Джека.

Королева пчел.

Королева… улья.

Все компьютеры в мире в сети. Они связаны нашими наручКОМами. Но я компьютер. Джек компьютер, Акила, ПМ Янг − все циклоны. Мы все компьютеры.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю