Текст книги "Никто, кроме тебя"
Автор книги: авторов Коллектив
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 31 страниц)
Глава 45
Антонио велел отвести Мерседес одну из задних комнат, предупредив домашних, что она останется здесь на несколько дней. Антонио опасался, что если позволить Мерседес уйти, то она скроется так же, как и ее подруга Хулиа. Обдумав все, что стало ему известно, Антонио был почти уверен: Мерседес обманула Ракель, не узнав Роберто Агирре в Максе, да и Ракель сказала ему, что волнение Мерседес при встрече с Максом в гостинице, дрожащий голос, опущенные глаза, – ей тоже показались подозрительными. Было необходимо добиться от нее правды.
Утром Мерседес, как и приказал ей Рамон, пошла на кухню. Не зная, чем себя занять, она села за стол и, выбрав яблоко, осторожно надкусила. Когда на кухне появился Рамон, она отложила яблоко и, не глядя на него, опустив голову, попросила:
– Послушайте, не говорите никому, что я здесь.
– Что значит «никому»? – строго вопросил Рамон. – Вы не хотите, чтобы об этом знал этот оборванец Чучо?
Девушка замялась: нет, нет, ему можно, а вот тем, кто живет в этом доме – не надо, особенно, – лицо Мерседес пошло пятнами – брату хозяина.
– Вы не хотите, чтобы знал сеньор Максимилиано?
Девушка закивала головой и умоляюще попросила еще раз:
– Пожалуйста, а? Я вас очень прошу.
Рамон, снисходительно улыбаясь, взглянул на Мерседес и, не торопясь, двинулся в гостиную, где уже звонил телефон.
Рамон снял трубку. Антонио, который, собираясь ехать за Ракель, уже спустился вниз, с некоторым удивлением заметил, что на всегда спокойном лице Рамона появилось выражение растерянности.
– Одну минуту, – сказал он и протянул трубку Антонио. – Сеньор Роберто Агирре.
– Роберто Агирре? Он спрашивает Ракель?
– Нет, он хочет поговорить с вами.
Антонио взял трубку. Незнакомый мужской голос сказал, что он звонит по поручению Роберто Агирре.
– Агирре хочет поговорить с вами и вашей женой, – сказал мужчина.
– Хорошо. Где?
– Вы должны немедленно идти в порт. Там поднимитесь на корабль под названием «Диана» и мы отвезем вас к Агирре и сеньоре Ракель.
– Она с ним?
– Да. Только предупреждаю, сеньор Ломбарде: вы должны быть один, без оружия и не вздумайте предупредить полицию. Один неверный ход, и вы никогда больше не увидите вашу жену.
Взгляд Антонио стал напряженным. Это ловушка, подумал он.
– Что нужно этому Агирре? – спросил он.
– Деньги.
– Сколько? Я могу заплатить сразу…
– Делайте, как вам говорят, если хотите увидеть когда-нибудь вашу жену.
В трубке послышались короткие гудки.
…Антонио позвонил в гостиницу и попросил к телефону Ракель. Однако трубку взяла Марта. Она сообщила, что примерно полчаса назад Ракель уехала с каким-то служащим из его конторы смотреть дом. Не дослушав ее, Антонио положил трубку. Прервали, решила Марта и подождала у телефона. Антонио не перезвонил. Странно, подумала она, и голос у него какой-то взволнованный…
Антонио бросился к машине и через десять минут был в порту. Он оставил машину возле какого-то крана и, не торопясь – знал, что за ним наблюдают, – пошел по причалу, вглядываясь в названия судов.
Вот она – «Диана». Антонио перепрыгнул через борт и, увидев подошедшего к нему мужчину, спросил:
– Где моя жена?
– Скоро поплывем за ней, – ответил человек, которого все называли Артуро. – Вам не о чем беспокоиться, сеньор Ломбардо. Сеньор Агирре и ваша жена ждут нас на другом корабле, вне бухты. Как только договоритесь насчет денег, мы доставим вас на сушу.
В это время через борт перепрыгнул Кот – в светлом костюме, с модной спортивной сумкой через плечо – и быстро скрылся в каюте.
– Кто этот человек? – спросил Антонио.
– Один из друзей сеньора Агирре.
– Или Родриго Тонелли?
Ничего не ответив, Артуро громко крикнул стоявшим на палубе людям:
– Отдать концы! Отплываем!
Ровно шумел мотор, яхта стремительно разрезала блестящую синюю гладь, оставляя за кормой пенный след. Антонио в раздумье расхаживал по палубе, незаметно поглядывая по сторонам. Через некоторое время он заметил, что они вышли из бухты и направляются в открытое море. Поблизости не было видно ни одного судна. «Что-то здесь не то», – подумал Антонио. Он еще раз прошелся по палубе, потом подошел к трапу и стал осторожно спускаться вниз – на этой яхте, похоже, можно ждать любых сюрпризов, подумал он. Уже поставив одну ногу на нижнюю палубу, он вдруг услышал разговор – он доносился из полуоткрытой двери каюты, – который заставил его насторожиться.
Разговаривали двое. Один голос, – Антонио напрягся, чтобы вспомнить, где он его раньше слышал, – сказал:
– А твой хозяин не любит болтать насчет «Ла-Игеры»!
– Да. Ему нравится возжаться с чистоплюями из высшего света, – ответил другой.
Этот голос Антонио узнал сразу – Луис, служивший когда-то в их доме!
– Ну, что же, это неплохо, – продолжал первый голос. – А кстати, ничего себе красотка – жена дона Антонио!
– Да, она ничего. Но если бы ты видел ее сестру… – Луис прищелкнул языком.
– Правда? И чего? – спросил первый голос. – Неужели ты с ней… уже?
– Нет еще, – ответил Луис. – Но когда дона Антонио не будет, сеньора Ракель достанется моему хозяину, а Марта – мне.
– Ну, а деньги?
Слышно было, как Луис хмыкнул и спросил:
– Слушай, а ты уже отвез сеньору в тот дом?
– Конечно, она, наверное, и сейчас еще там. В каюту вошел кто-то третий.
– Уже? – спросил его Луис.
– Нет, еще нет. – Антонио узнал глухой голос Артуро.
– А чего мы ждем? – спросил первый голос.
– Надо выйти подальше в открытое море, – сказал Артуро и тут же кому-то приказал, – ну-ка, выйди. Мне надо поговорить с Луисом.
– О чем? – спросил голос, который казался Антонио знакомым.
– О том, что тебя не касается, – грубо ответил Артуро.
Боясь, что выходивший из каюты мужчина заметит его, Антонио быстро сделал несколько шагов вверх по трапу. Но тот, кого только что выставили из каюты, остался, по-видимому, на нижней палубе. Антонио снова спустился вниз.
– А почему вы решили убить его? – услышал он голос Луиса.
– Потому что Коту нельзя доверять. Он кое-что сделал, чего не должен был делать…
– А где дон Антонио?
– Там, наверху, – ответил Артуро. – Ты бы мог обезоружить Кота? Под каким-нибудь предлогом, чтобы он ничего не заподозрил…
– Я здесь не для того, чтобы кончать Кота… – недовольно сказал Луис.
Все было ясно. Антонио быстро поднялся наверх.
Максимилиано нервно расхаживал по кабинету Род-риго. Тот, поглядев на него, как всегда спокойно, произнес:
– Я связался по радио с кораблем. Они уже вышли из бухты.
– Дай Бог, все будет нормально, – охрипшим от волнения голосом сказал Максимилиано.
– А какие у него шансы спастись в открытом море, одному против целой команды?
Максимилиано перестал метаться по комнате:
– Ладно, я пошел. Когда вернется корабль, предупреди меня, и потом поговорим.
…Максимилиано не находил себе места. Не дожидаясь известия от Родриго, он снова пришел к нему. Родриго был в той же комнате у телефона с бесстрастным замкнутым выражением лица.
– Ну, что у тебя? – спросил Максимилиано.
– Пока ничего. Звонили из дома Антонио, спрашивали, не приходил ли он сюда.
– А какие новости с корабля?
– Там все в порядке.
Максимилиано сел и, нервно потирая руки, сказал:
– Через несколько дней их объявят пропавшими без вести, и тогда я потребую, чтобы меня назначили попечителем его имущества. Но придется ждать шесть лет, пока его официально не признают погибшим.
– А Ракель согласится?
– Ей ничего другого не останется. Максимилиано вскочил, резко зашагал по комнате, чертыхнувшись, отбросил попавшийся ему под ноги стул. Родриго усмехнулся.
– Я думал, ты лучше умеешь себя контролировать. Ты слишком нервничаешь.
– Еще бы мне не нервничать! Случайности всегда возможны.
– Какие, например?
– Не знаю. Антонио может предложить им всем денег или их задержит пограничный корабль… Почем я знаю?
– Не беспокойся, все будет нормально, – заверил его Родриго.
Глава 46
Ракель не знала, что и подумать. Утром к ним в номер зашел молодой незнакомый мужчина и сказал, что сеньор Антонио просил отвезти ее смотреть дом. Она, уже одетая, принялась было будить Марту, но посыльный остановил, – сеньор Ломбарде ждет ее одну.
Они подъехали к дому, где молодой человек простился, сказав, что сеньор Антонио скоро будет. Она осмотрела весь дом, сопровождаемая приветливой женщиной. Дом ей понравился, но Антонио так и не приехал. Она позвонила в дом Ломбарде, и Рамон сообщил ей, что сеньору рано утром звонил Роберто Агирре; поговорив с ним, сеньор быстро ушел и до сих пор не возвращался. Повесив трубку, она вернулась в гостиницу и теперь раздумывала, чтобы все это значило: наверное, это опять какие-нибудь козни Максимилиано, или Мауры, или Камилы, решила она. Опять настроили Антонио против нее. Но она вспомнила вчерашний вечер, нежные объятия Антонио, его слова: «Я люблю тебя, Ракель…» Нет, нет, она не должна в нем сомневаться! К тому же Марта сказала, что он звонил и показался ей чем-то озабоченным. И опять Роберто Агирре – предвестник несчастья… Только бы с Антонио ничего не случилось! Погруженная в самые мрачные мысли, она прилегла на кровать. И вдруг – стук в дверь. Наконец-то! Ракель вскочила, распахнула дверь и увидела… Родриго. Он предложил ей поехать, как они вчера договорились, к адвокату. Но Ракель, поблагодарив, отказалась – вчера они с Антонио помирились.
Лицо Родриго осталось непроницаемым. Конечно, было бы во всех отношениях лучше, если бы исчезновению Антонио предшествовало заявление о разводе, подумал он. Но можно в конце концов обойтись и без этого.
– Отлично. Я очень рад, – сказал он. – Ну, раз я тебе не нужен, ухожу. Увидимся на днях в доме Ломбарде.
Ракель распрощалась с ним и вновь прилегла, но скоро опять вскочила – в дверь снова постучали. На этот раз Пабло. Он был не на шутку встревожен. Не дождавшись Антонио в конторе, он искал его на всех объектах, обзвонил знакомых, – но Антонио нигде нет.
Ракель рассказала Пабло, что утром вместо Антонио за ней пришел какой-то служащий из конторы и сказал, что Антонио велел привезти ее в новый дом.
Пабло забеспокоился еще больше.
– А что за человек приходил за вами? Кто-нибудь из шоферов, что работают в доме? – спросил он.
– Нет. Он сказал, что работает в конторе.
– Странно, – сказал Пабло, – мне он ни о каком доме не говорил. Вчера он сказал, что собирается заехать за вами, но сперва хотел поехать поговорить с Родриго Тонелли. Но так к нему и не поехал.
– А зачем ему нужно было к Родриго?
– Так, по одному делу, – уклонился Пабло.
– Это имеет отношение ко мне? – настаивала Ракель.: – Нет, нет… – рассеянно сказал Пабло. «Интересно, кто за ней заезжал, – думал он. – Может, этот человек знает что-нибудь о сеньоре Антонио?» Он попросил Ракель съездить с ним в контору и показать этого человека.
Ни в одном из служащих Ракель не узнала утреннего визитера, да и секретарша, как оказалось, не отдавала и не получала никаких указаний по поводу нового дома.
Ракель и Пабло смотрели друг на друга испуганными глазами и не знали, что думать, но в голове у каждого из них тяжелым молотком стучала страшная мысль: с Антонио что-то случилось…
…Максимилиано вернулся к себе домой только под утро: в помятом костюме, под глазами – темные круги.
– Где ты был? – бросилась к нему Виктория.
– Я пил, мама! Пил! Чтобы обо всем забыть! – и он прошел в свою комнату.
Виктория пошла было за ним, но у неплотно закрытой двери в комнату сына остановилась. Она увидела: он сидит на широкой кровати, обхватив голову руками и тихо раскачиваясь. Виктория, словно сдерживая готовый вырваться у нее крик, прижала руку ко рту и тихонько отступила.
К обеду приехала Камила – узнать, нет ли каких новостей и не собирается ли Виктория вернуться обратно.
– Ах, Камила, – пожаловалась Виктория, – Максимилиано не ночевал сегодня дома. А когда он вернулся, у него было такое выражение лица… Я хочу еще побыть здесь. Вдруг Антонио придет разбираться с Максом…
– А если Макс и Антонио захотят подраться, как в прошлый раз, они это могут сделать, где угодно. Ни ты, ни кто другой не в силах им помешать, – рассудительно сказала Камила.
– Не знаю, меня это так беспокоит, Камила. Очень беспокоит…
В гостиную, где они разговаривали, вошел Макс и, не глядя на Камилу, направился к выходу.
– Сынок, подожди, ты куда? – окликнула его Виктория.
– Я ухожу. Не сидеть же мне тут целый день?!
– Я боюсь, что ты встретишься с Антонио… – сказала Виктория.
Максимилиано бросил на нее быстрый взгляд, махнул рукой и вышел, так и не заметив Камилы, крайне удивленной его поведением.
Виктория пыталась сгладить неловкость и заговорила о переживаниях Макса.
– Все это просто ужасно, Камила. – И неожиданно спросила. – от кого Ракель ждет ребенка?
– От Антонио или от Макса, не все ли равно? – раздраженно ответила Камила и стала прощаться.
Яхта, набирая обороты, все дальше уходила в море.
Поднявшись наверх, Антонио неспешной походкой прошел вдоль борта. Он заметил неизвестно откуда взявшихся троих мужчин. Готовятся… Неужели это конец? Конец всему? А Ракель, а его ребенок? Нет, без борьбы он им свою жизнь не отдаст! Он прошел на корму, и тут его взгляд упал на баллоны акваланга, лежащие на палубе. У Антонио забилось сердце. Вот он – шанс! Антонио незаметно огляделся по сторонам и отвинтил вентиль одного из баллонов. Убедившись, что баллон заряжен, Антонио нашел канат, привязал к нему баллон и незаметно выбросил его за борт. Баллон с тихим всплеском ушел под воду.
Рядом с ним неслышно появился Кот.
– Что вы тут делаете? – спросил он, подозрительно рассматривая уходящий под воду канат.
– Тихо. Теперь мы с тобой действительно в одной лодке. Тебя тоже собираются убить.
Но Кот не обратил внимания ни его слова, может быть даже не услышал их – его мысли были заняты канатом.
– Что вы там привязали? – опять спросил он.
– То, что в конце концов может нас спасти.
– Нас? – удивился Кот.
– Да. Потому что тебя тоже решили прикончить. Я слышал, как один тип говорил об этом Луису Трехо. У тебя есть пистолет?
– Да… – Кот недоумевающе посмотрел на Антонио.
– Побереги его, – предупредил Антонио, – у тебя хотят его отнять.
Кот не успел ответить. К ним подошли трое вооруженных мужчин.
– А! Кот… – протянул один из них и, повернувшись к Антонио, предложил. – сеньор Ломбардо, не хотите ли отдохнуть? Мы еще не скоро доберемся до того корабля, где ваша жена.
– Да, спасибо.
Антонио обвел взглядом всех троих, словно запоминая их лица, и направился в каюту.
Когда он исчез из виду, один из мужчин вплотную подошел к Коту и сказал:
– Слушай, Кот, тебе придется отдать мне твой пистолет.
– Почему? – удивился Кот.
– Потому что ты приставлен к сеньору Ломбардо. Вдруг он чего заподозрит и отнимет его у тебя? Давай, – от тронул Кота за рукав, – вынь его двумя пальцами и давай сюда. Чего ты ждешь? – поторопил он его. – Потом я тебе его верну. Только тихо!
Кот увидел, что один из мужчин, отступив на несколько шагов, поднял автомат. Тогда он осторожно, как ему приказали, вытащил из-за пояса пистолет и протянул его говорившему.
– Ладно, теперь иди, развлекай сеньора Ломбарде Кот спустился в каюту, где сидел Антонио.
– У меня забрали пистолет, – сказал он. Антонио встал из-за стола, прислонился к стене, пристально посмотрел на Кота.
– Где моя жена? – спросил он.
– В Акапулько. Я ее отвез в один дом, выставленный на продажу, и там оставил.
– Кто это все задумал?
– Родриго Тонелли и ваш брат Макс.
– Сколько человек на корабле?
– Восемь.
– И никакой другой корабль нас не ждет?
– Нет.
– Есть тут кто-нибудь, кто за деньги согласится нам помочь?
– Нет. Это все люди Родриго и вашего брата.
– Берега уже почти не видно. Когда решено убить меня?
– Не знаю.
Они замолчали, думая каждый о своем и напряженно прислушиваясь к равномерному шуму двигателя. Неожиданно наступившая тишина заставила их вздрогнуть.
– Остановили машины, – тихо сказал Кот.
– Ты умеешь плавать под водой? – спросил Антонио.
– Более или менее.
– У меня там, под кораблем, баллон с кислородом. Когда увидишь, что я прыгнул, прыгай за мной и следуй моим указаниям – там, под водой.
Кот согласно кивнул.
В каюту вошел Артуро, за ним – несколько вооруженных людей.
– Путешествие закончилось, сеньор Ломбарде, – сказал он и знаком показал на выход.
Побледневший Кот молча последовал за Артуро, который шел, держа на прицеле Антонио. Кота сопровождал вооруженный пистолетом Луис. Их привели на верхнюю палубу, поставили у борта. Антонио заметил еще троих – теперь они были взяты в кольцо.
– Не надо… Я не сделал ничего плохого, – заныл Кот.
– Это надо было сказать хозяину, – заметил Артуро. Антонио обвел взглядом окруживших их бандитов и сказал:
– Я заплачу вдвое больше того, что вам предложили, если высадите нас на берег.
– Меня не интересуют ваши вонючие деньги, – ответил Артуро.
– Макс не даст тебе и пятой части того, что могу дать я, – сказал Антонио.
– Я вам не верю. Если бы вы могли, то убили меня. В эту минуту из рулевой рубки высунулся человек:
– Сеньор Артуро! – крикнул он. – Вас вызывает дон Родриго.
– Сейчас! – крикнул ему в ответ Артуро и кивнул Луису, – веди их наверх.
Они стали подниматься на мостик. Луис шел первым, за ним – Антонио, сопровождаемый вооруженным бандитом, потом Кот. Замыкал шествие молодой парень с автоматом в руках. На последней ступеньке трапа Антонио развернулся, стремительным движением вышиб автомат у шедшего за ним бандита и, прежде чем Луис успел обернуться, прыгнул в море. Погружаясь в воду, он краем глаза заметил – Кот прыгнул за ним.
Бандиты заметались по палубе. Перебегая с одного борта на другой, они пропарывали морскую гладь огненными вспышками и ждали, не всплывет ли кто-нибудь из беглецов. Прошло уже не менее пятнадцати минут с момента бегства.
– Никто не может оставаться под водой так долго. Пошли вниз! – крикнул Артуро. – Проклятье! Чтобы их акулы сожрали! Посмотрите с той стороны!
Луис бросился на корму. Из рубки снова звали к радиотелефону.
– Скажи, что я скоро свяжусь с ним, – мы заняты делом! – крикнул Артуро.
Бандиты продолжали вглядываться в воду, изредка постреливая и перебрасываясь словами.
– Надо сообщить сеньору Родриго, – сказал наконец Артуро.
– И что ты ему скажешь? – спросил Луис.
– То, что есть. Они мертвы. О чем беспокоиться? Луис промолчал. Такая работа была не в его правилах. Он любил точность.
Глава 47
Максимилиано резко повернулся к Родриго, только что положившему трубку.
– Так его, что, не убили?
– Нет. Они бросились в море и больше не выплыли, – увидев, как скривилось лицо Максимилиано, добавил, – не все ли равно – пристрелили его или он утонул?
– Нет, не все равно, – со злостью ответил Максимилиано. – Этот негодяй живуч как кошка.
– Не преувеличивай, – успокоил его Родриго. – Они были в открытом море. Никаких кораблей поблизости не было. К тому же, они так и не всплыли на поверхность.
– Как бы там ни было, я предпочел бы, чтобы он попал в воду уже трупом.
– Он и есть труп, – сказал Родриго. – Антонио кончился. Путь для тебя открыт.
Максимилиано побарабанил пальцами по столу.
– Что думаешь делать с Ракель? – спросил Родриго.
– Отвезу ее к себе домой.
– А от кого она беременна? – в глазах Родриго блеснул темный огонек.
– До скорого, – бросил Максимилиано, как будто не слыша его вопроса.
…Теперь наступает самое трудное, подумал он. Нужно делать вид, что он стал другим человеком: умным, сдержанным, раскаявшимся в своих поступках… Ведь ему нужно получить право управлять всеми делами семейства Ломбарде И завоевать сердце Ракель. Лучше всего, пожалуй, начать с матери.
– Мама, – сказал он, приехав к себе домой, – мне нужно поговорить с Антонио.
Виктория испуганно взглянула на него:
– О чем?
– Мы поговорим по-хорошему, мама, не волнуйся. Если хочешь, можешь присутствовать. Я хочу сказать ему, что это я во всем виноват, что я заставил Ракель притвориться его женой и что мы с ней никогда не были близки.
– Но для чего, Макс? – удивилась Виктория.
– Я хочу, чтобы он был спокоен и уверен в том, что это его ребенок. Чтобы любил ее и хорошо с ней обращался. Я предупрежу Ракель о своем решении, а потом заеду за тобой, и мы поедем к Антонио.
– Но Ракель, наверное, уже дома, с ним… – растерялась Виктория. – И потом, я не хочу, чтобы… А вдруг Антонио… Не знаю…
– Мама, не беспокойся. Я поговорю с ним, а если Ракель уже дома, тем лучше. Тогда я поговорю сразу с ними обоими.
– Но Макс, она ждет ребенка… – Виктория просто не знала, что и думать.
– Все, все… – отмахнулся от нее Максимилиано, и направился в гостиницу, к Ракель, – теперь пришел ее черед изменить свое мнение о нем.
Ракель, как всегда, отказалась разговаривать с ним. Но Максимилиано на разговоре не настаивал: он сообщил, что в ближайшее время уезжает за границу и перед Отъездом хотел бы поговорить с Антонио: сказать ему, что во всем виноват он.
Ракель слушала его рассеянно, вся сосредоточившись на ожидании звонка. Но и видя ее отрешенность, Макс продолжал говорить, каяться, признавать свои ошибки. Ракель с недоверием посмотрела на него: новая игра, новая роль…
– Ты мне не веришь? – наконец спросил Макс.
– Нет, – покачала головой Ракель.
– Ты права, но я докажу тебе делом. Все, что я сказал тебе, я скажу Антонио. И не ради него, а ради тебя. Он этого не стоит, другое дело – ты, дорогая.
Но Ракель, занятая мыслями об Антонио, почти не слышала его.
– Ты говорил вчера вечером с Антонио? – спросила она. – Я… что-то беспокоюсь.
– Антонио пропал куда-то на весь день, – встрял в разговор дон Даниэль. – Ракель боится, что с ним что-нибудь случилось. Сеньор Пабло тоже очень обеспокоен.
Ракель заметила, как насторожился Макс, и спросила:
– Скажи мне правду: ты имеешь какое-то отношение к Роберто Агирре?
– Нет, конечно, – не задумываясь, ответил он.
Выходя из номера, Максимилиано столкнулся с Мартой. Он скромно сообщил ей в ответ на изумленный взгляд, что зашел попрощаться с Ракель перед своим отъездом, – ведь у них так ничего и не получилось.
Марта дотронулась до его плеча:
– Правильно. Надо уметь проигрывать.
Марта поднялась в номер, где отец и сестра пререкались по поводу Макса: наивный дон Даниэль уже готов был верить в искренность его раскаяния, но Ракель была непреклонна: Макс – законченный негодяй, сознательно творивший зло.
Марта уселась в кресло и включилась в разговор:
– Я видела, как он выходил. Мне показалось, он очень подавлен.
– Он ðàñêàÿëñÿ, äî÷êà. Íóæíî óìåòü ïðîùàòü.
– Не знаю… – ответила Ракель. – Пойду позвоню, может, Антонио уже вернулся…
– Да, дочка, иди, – он повернулся к Марте. – Как думаешь, что могло случиться?
– Не знаю… – Марта пожала плечами. – Вчера вечером, когда я зашла в комнату, они выглядели вполне счастливыми. Даже целовались!
Марта задумалась: не в ее характере сидеть у моря и ждать погоды. Лучше идти навстречу событиям. И она предложила отцу:
– Может, нам вдвоем с тобой сходить к нему домой? Пустят не пустят, но мы хоть что-нибудь узнаем.
Внизу они сказали Ракель, что идут прогуляться и отправились в дом Ломбарде.
В гостиной было на удивление пусто. Их встретил Рамон, который тоже ничего не знал об Антонио.
Марта, как ни в чем не бывало, попросила дворецкого принести им прохладительный напиток. И, повернувшись к испуганному дону Даниэлю, спросила:
– Мы ведь подождем Антонио, папа?
Сеньор Саманьего согласно кивнул: да, дочка.
Брови Рамона поднялись, – но не даром им гордится дом Ломбарде – он лишь с легкой иронией заметил:
– А вам, сеньор, пива, как обычно?
Но дон Даниэль, в пику ему, предельно вежливо сказал:
– Нет, мне тоже прохладительное.
К обеду в гостиной дома Ломбарде стали собираться все его обитатели. Первым Марта и дон Даниэль встретили Андреса, который, приветливо поздоровавшись с ними, поинтересовался, где Ракель.
– Она осталась в гостинице. Антонио обещал заехать за нами утром, но так и не заехал. Вы тут не знаете, что случилось? – спросила Марта.
– Нет, я его вообще сегодня не видел. Он ушел рано утром и даже к обеду не вернулся. Я подумал, что он у вас.
– Значит, тебе уже известно? Ну, о том, что они помирились и… все остальное? И что ты об этом думаешь?
– Я предпочел бы оставить свое мнение при себе. Твоя сестра кажется искренней, но… и Макс тоже.
– Послушайте, – вмешался в разговор дон Даниэль, – Максимилиано лжет. Во-первых, мы не знали, что Ломбарде – миллионеры. А потом, посмотрите на нас, разве мы похожи на людей, способных задумать весь этот обман?
– Честно говоря, не похожи, – признался Андрее. Так и не дожавшись Антонио, дон Даниэль и Марта заторопились в гостиницу, беспокоясь за Ракель.
Вскоре пришел встревоженный Пабло и чуть ли не с порога забросал Андреса вопросами об Антонио: не приходил? Не звонил? Его волнение передалось и Андресу, оно особенно усилилось после рассказа Пабло: оказалось, что накануне вечером сеньор Антонио сказал ему, что, похоже, его брат и Родриго что-то против него замышляют. Кроме того, он сам разузнал, что у Родриго, хозяина притона «Ла-Игере», работает некто по кличке Кот, который, как он знал от Антонио, приходил зачем-то к сестре Габриэля, и расспрашивал ее о Роберто Агирре. «Что-то нехорошее за этим кроется…» – заключил Пабло. Они сошлись во мнении, что, если к вечеру Антонио не появится, нужно будет звонить в полицию.
Едва Пабло ушел, приехали Виктория и Максимилиано.
– Где Антонио? – спросил Максимилиано, едва войдя в гостиную.
– Он еще не пришел, – ответил Рамон, вышедший встречать приехавших.
– А Ракель наверху?
– Нет, ее тоже нет.
– Ладно, подождем, – и Максимилиано развалился на диване.
Виктория пошла поздороваться с Камилой и вскоре вернулась вместе с ней и Клаудио. Все разговоры вертелись вокруг того, где может быть Антонио и почему он так долго не появляется.
Клаудио первый предложил, правда, в свойственной ему туманно-обтекаемой форме, поставить в известность полицию.
Виктория, всегда думающая прежде всего о том, как бы не повредить чести дома Ломбарде, заколебалась. Один Макс был настроен оптимистично.
– Я думаю, нам нечего беспокоиться, – в его голосе не было и тени тревоги. – Антонио не ребенок. Может, он поехал в Сиуатанехо или в Игуалу… Он не первый раз уезжает, никому ничего не сказав.
– Но он пообещал заехать за Ракель… – возразил Андрее.
– Может, он передумал, – Максимилиано встал: этот разговор тяготил его.
– Куда ты, сынок? – встревожилась Виктория.
– Домой, к себе домой. Что мне тут делать? Ты, если хочешь, оставайся, – бросил он матери. – А когда он придет, позвонишь мне.
Но и после его ухода обстановка оставалась такой же напряженной. Виктория видела, как серьезны лица всех сидящих здесь, но она, не проведшая долгих часов в ожидании, все еще не верила, что с Антонио случилось что-то дурное, – он просто задерживается по своим делам!
Они молчали, и каждый мысленно прилагал к случившемуся то, что ему известно. Не выдержала гнетущего, молчания Камила.
– Клаудио, почему ты не говоришь нам о том, что знаешь? – спросила Камила. – Ты ведь говорил мне, что с Антонио может случиться что-то плохое. И я боюсь, что это уже случилось.
– А, ну да… – неохотно вспомнил Клаудио. – Я имел в виду отношения между Антонио и Ракель и ребенка, которого Макс считает своим. Я думал, что Антонио с Максом могут схлестнуться на этой почве, но если Макс готов все обсудить по-хорошему, проблем не будет. Это я и имел в виду, Камила.
Виктория вздохнула.
– Дай Бог, чтобы все уладилось! Я так устала от всех этих проблем. Надо уже примириться с этой женщиной и будь что будет.
Зазвонил телефон, все замерли, напряженно вслушиваясь в слова Андреса, снявшего трубку. Звонила Ракель. Андрее слышал, как дрожит от волнения ее голос.
– Что нового? – спросила она. – Антонио вернулся?
– Нет, еще нет.
– Нет? Андрее, что могло случиться?
– Не волнуйся. Наверняка, ничего серьезного. Может, ой поехал в какой-нибудь соседний город и у него сломалась машина.
– Как это – не волнуйся? Нужно, наверное, предупредить полицию или не знаю что…
– Мы уже это сделали, Ракель. Пабло этим занимается, – успокоил ее Андрее.
– Андрее, я должна быть там, у вас. Вы первые обо всем узнаете, и я хочу быть среди вас.
– Да, конечно, конечно. Я скажу шоферу, чтобы поехал за тобой.
Поняв, с кем беседует Андрее и о чем идет речь, Камила возмутилась: неужели авантюристка, из-за которой столько неприятностей им пришлось пережить и которая не имеет к их семье никакого отношения, снова появится здесь? Камила с нескрываемым раздражением выговорила Андресу свое неудовольство:
– По какому праву ты распоряжаешься здесь?
– Камила, ради Бога! – вмешался Клаудио. – Андрее прав. Я съезжу за ней. Чучо знает, где она живет.
– Ну, это уж слишком! – зашипела Камила.
– Антонио твердо намеревался вернуть Ракель. Так ведь, Виктория? – Клаудио еще не привык открыто не соглашаться с женой и нуждался в поддержке.
– Да. Пусть приезжает, – согласилась с ним Виктория.
…Рамон проводил Клаудио на кухню, где тот, увидав Мерседес, выразил удивление, но недолго поразмыслив, решил не пропускать возможности узнать что-нибудь у этой женщины, ловко уходящей от всех вопросов.
– Мы очень обеспокоены, – сказал он. – Сеньор Антонио исчез, поговорив по телефону с неким Роберто Агирре.
– Вот как? – Мерседес опустила глаза.
– Я так понимаю, вы знакомы с этим Роберто Агирре? – в упор спросил ее Клаудио.
Но Мерседес, не отвечая на его вопрос, к удивлению Клаудио, спросила:
– А где сеньор Максимилиано?
– Сеньор Максимилиано тоже беспокоится. Он весь день ждал дона Антонио.
Услышав это, Мерседес бросила на Района умоляющий взгляд.
– Сеньор Рамон, позвольте мне уйти, пожалуйста! Я не сбегу! Ведь мой брат в больнице.
…Теперь, когда Мерседес окончательно уверилась, что Максимилиано и есть Роберто Агирре, жизнь ее сильно осложнилась. Она боялась Максимилиано, боялась Антонио, боялась за Габриэля… Ее окружала стена страха. И тогда она решила все рассказать Габриэлю – вдвоем они, может быть, что-нибудь придумают. Габриэль сразу сказал, что она должна признаться во всем Антонио. «К тому же, – добавил он, – сеньор Клаудио уже что-то подозревает, и лучше сразу все рассказать, пока нас кто-нибудь не опередил. Да и несправедливо, если сеньоре Ракель и дальше придется терпеть все эти гадости».
Мерседес сказала ему, что сегодня утром сеньору Антонио позвонили от имени Роберто Агирре, потом он ушел и до сих пор еще не вернулся. И это ее очень беспокоит. Тогда Габриэль потребовал, чтобы она рассказала все Ракель. Мерседес пообещала ему сделать это.
Однако выполнить свое обещание она не смогла.
Войдя в гостиницу, Марта столкнулась с Луисом. Он пригласил ее поужинать где-нибудь сегодня вечером.
– Я бы с удовольствием, – нерешительно сказала Марта. – Только не знаю… Мы с самого утра ждем Антонио. Он обещал заехать за нами.
