Текст книги "Статус: Ещё Клинок Системы (СИ)"

Автор книги: Ascold Flow

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

– Те, кто знал ответ на этот вопрос, уже давно не существуют… Но первые боги, первые дети Системы, возможно, могут подсказать ответ. Одно мы знаем наверняка: когда они появились, чтобы защитить этот мир, он уже был заселён избранными из всех уголков вселенной.

А к тому моменту, когда появилась я, первые боги уже были запечатаны в тюрьме и весь мир представлял из себя хаос. Но та война, ради которой создали Первых, была окончена. Остались лишь её последствия. И было создано новое поколение богов, для того чтобы вместе с избранными принести порядок в этот мир. Только вот наследие Первых и их проклятия оказались столь сильны, что породили множество новых проблем.

Последствия этих «проклятий» до сих пор угрожают Миру Избранных, как и прочим. Демоны, монстры, мутанты, вторжения тварей из заражённых скверной миров в миры, оберегаемые тенью Системы. Не враги Системы уничтожили миры вроде твоего, Алекс. На Землю вашу движется портальный шторм с монстрами оттого, что один из богов проклял свою создательницу и отказался умирать. Его заперли в вечной тюрьме, но оброненная им проклятая сила, подобно болезни, поглотила множество миров, а затем, как вирус, продолжила распространяться.

– И что? Это никак не остановить? – удивился я. – Как они находят миры?

– Через саму Систему… Они и она – части одного целого. Их пытаются остановить по-всякому. Миры скрывали, отключали от Системы, включали режим тишины… Но всё бесполезно. Затем Система начала открывать предварительные врата, дабы подготовить миры к нашествиям. Она, используя свои ресурсы, давала шанс выжить каждому миру. Кто-то справлялся, а кто-то нет.

– Неужели она такая слабая? – удивилась Маша.

– Это лишь моё предположение, но, чтобы создать Первых, ей пришлось отдать значительную часть собственных сил, – сказала Алиса. – И, когда война закончилась, она попыталась их вернуть, но те отказались и стали использовать её же силы против неё. Она ослаблена изнутри, так ещё и большую часть своих сил тратит на то, чтобы контролировать целостность тюрьмы. Добавьте к этому миллиарды избранных, за которыми нужно следить, новых богов, которым она тоже дала часть своих сил, и вы поймёте, что на полноценную борьбу в далёких уголках вселенной сил просто не остаётся. Я вижу это так: мы её воины, её защитники в этой бесконечной войне. И мы должны поддержать её, чтобы те, кто сотни тысяч лет пребывал в заточении и чьи души полны злобы и ненависти, не вернулись в этот мир и не убили всё, что она создала, в отместку за свою судьбу.

– Тогда зачем Фиор и ему подобные хотят их освободить? – нахмурил брови Имирэн.

– Потому что они верят, что их пощадят. Правителям нужны подданные и верные генералы. Они хотят свергнуть Систему и подчиниться новым императорам, стать их верными слугами, получить ответы на вопросы и отомстить Системе за те обиды, что у них накопились… А в этом несовершенном мире, где все то и дело воюют, где миры умирают и мечты оказываются покрыты прахом надежд, очень легко поверить, что это не ты оказался слабым, а это во всём Система виновата. Ты можешь считать, что заслуживаешь куда большего, но Система тебя якобы ограничивает.

Грешные души есть не только у простых смертных и избранных, но даже у богов… – задумчиво произнёс я, начиная понимать, в какой тяжёлой ситуации находится весь этот мир уже тысячи лет.

Система, словно компьютер, разделила свои возможности на триллионы процессов и просто не вытягивает новые глобальные изменения, что исправят ошибки. И всё, что ей остаётся делать, – отражать атаки «вирусов», латать дыры в своей обороне и надеяться на нас – простых смертных. Верить, что среди миллионов существ найдётся достаточное количество крепких духом разумных и понимающих, которые будут готовы помочь ей, стать оружием в её руках и капля за каплей обрести силу, способную уничтожить тех, кто вредит ей.

Мир живёт по своим законам, а Система ведёт войну по совершенно иным. И по крупицам она отбирает тех, кому стоит вручить большую силу, чтобы в конечном итоге отправить их сражаться с истинными монстрами, которые существуют долгие годы и копят силы для очередного удара.

– Кажется… – тихо произнёс я, – до меня дошло, зачем она отправила меня к Тарну Камнелому… Он такой же как и я…

Глава 17

Эльфийский берег появился на рассвете. Сперва тонкой полоской на горизонте, затем – деревьями, скалами и, наконец, песком, на котором отчётливо виднелись сторожевые вышки, замаскированные под высокие эльфийские деревья с чересчур пышными кронами.

Маскировка, надо сказать, отвратительная. Но это я сейчас такой умный и наблюдательный. А когда в первый раз приплыл сюда, ничего подобного не заметил и отличить вышки от обычного дерева не сумел.

Родриго стоял за штурвалом и нервно покусывал мундштук потухшей трубки. За пару дней он привык к нам и странным чудесам, которые нормальные люди не должны показывать. Ну где это видано, чтобы заказавший корабль для перевозки клиент плыл с ним наперегонки и на ужин притащил задушенного своими руками гигантского кальмара с глубины? Кстати, даже Алиса призналась, что он вышел очень недурно после двойной обработки и прожарки. Сперва молнией, а потом ещё и барбекю сделал на выращенной рядом с кораблём льдине. Я же не дурак, чтобы на деревянном корабле кальмара жарить…

Корабль начал разворачиваться и снижать скорость. Капитан нашёл меня взглядом и предупредил:

– Ближе пятисот метров к берегу я не подойду, – прокричал он и вновь уставился на воду. – Рифы хищные…

– В каком смысле «хищные»? – уточнил я.

– В прямом. Эльфийские защитные рифы. Они чуют чужие корабли и тянутся к ним. Слышал я, как одного купца из Овьедо не так давно затащили на дно вместе с командой. Ни одного выжившего. А товар эльфы выловили и себе оставили. А ведь они с разрешением на торговлю приплыли, просто нарушили протокол и без эльфийского сопровождения сунулись к берегу. А это строго-настрого запрещено делать. Рифы убьют наши корабли, если рядом эльфа не будет.

– Так у нас есть эльф… – кивнул я в сторону Имирэна, но капитан лишь скривился… – Да, понимаю. Нет смысла рисковать, когда работа уже фактически сделана.

– Мелкие лодки они не атакуют, так что можете спускаться на воду, – добавил Родриго.

Имирэн подошёл ко мне и, причёсывая волосы, подтвердил опасения капитана.

– Да, не на каждом пляже и не вдоль всего побережья такая защита имеется, но за последние месяцы её могли укрепить. Лучше не рисковать, – объяснил он мне эту странность, с которой я раньше не встречался.

Я посмотрел за борт. Вода здесь была неестественно прозрачной, и на глубине около двадцати метров я действительно заметил длинные тёмные полосы, которые медленно шевелились. Интересный подарочек для незваных гостей от эльфийской природной магии. Очень хорошо показывает их гостеприимство…

– Капитан Родриго, – подошёл я к нашему морскому таксисту, – благодарю за путешествие. Дальше, если вы не против, мы сами. Только шлюпку спустить помогите, – попросил я его и протянул тяжёлый кошель с талантами.

– Ха-ха… Да, я определённо не против, – взвесив его кашель и заглянув внутрь, ответил мне капитан, и я пожал его мозолистую ладонь.

Хороший мужик этот Родриго. Немногословный, не задаёт лишних вопросов и не лезет в чужие дела. Идеальный капитан для тех, кто ценит тишину и порядок.

Вёсла ударили по воде, течение направило лодку к берегу, а за спиной «Ночная чайка» уже развернулась. Ловя парусами ветер, наше такси шустро заскользило прочь от негостеприимных эльфийских вод.

За пятьдесят метров до берега Маша исчезла из лодки, но я всё ещё ощущал её присутствие и видел, почему она так поступила: впереди, в лесу, уже начались шевеления. Пограничники несут свою службу.

Мы выбрались на каменистый пляж, отряхнулись, приняли благопристойный вид. Эльф так вообще нос до небес задрал. Я хлопнул его по спине, возвращая в реальность.

– Что такое? Где-то болит? Чего изгибаешься, словно тебе орк поджопник выписал? – поинтересовался я у него.

– Да так… Дышу родным воздухом… – искоса глянул на меня длинноухий и пошёл вперёд.

Я тоже глубоко вдохнул. Густой, влажный, насыщенный маной воздух. Отличается и от южного морского воздуха Лиссабона, и уж тем более от кревского, более сухого.

«Так… Началось! – недовольно фыркнула Алиса. – Эльфийские боги чувствуют меня. Я прячусь. Ну их, этих странных чудиков… Покажусь только в крайнем случае. Не хочу привлекать внимание их больных на голову жриц. Ты только, пожалуйста, не забудь…»

«Взять вкусняшек… Конечно, я помню. Без эльфийских деликатесов мы отсюда не уйдём. Обещаю!».

«Ты лучший!» — И Алиса радостно растворилась где-то в глубине моей души.

Если про ситуацию в мире и сложности Системы мне стало хотя бы более-менее понятно, то подобные тонкие материи, как Алисины прятки, пока оставались для меня на запредельном для понимания уровне.

Эльфийских пограничников не пришлось долго ждать. Я ощущал их оценивающие взгляды со своих «постов» и то, как они какое-то время стояли под древесными кронами, собирая отряд. Но стоило нам сойти на берег, как они зашевелились и вынырнули вдесятером из-за деревьев.

Экипировка всё такая же – утончённая и изящная. Настоящее произведение искусства. Только в отличие от прошлого раза в ней куда больше изысканности и выпендрёжа, чем практичности. Качество, конечно, на высшем уровне, но сами материалы не созданы для того, чтобы выдержать ярость орочьего эпического ятагана. Они созданы для ловкости и скорости – для того, чтобы догнать и уничтожить вторженца, который эльфами априори считается более слабым, а не для противостояния полноценному вражескому вторжению.

Забавно, но, чтобы понять это, мне пришлось пройти через драконидов, демонов и орков. А ещё разрушить на своей груди несколько доспехов, что были куда прочнее эльфийских. И сейчас я в каких-то обносках непрезентабельных стою… Впрочем, даже эти обноски эпические. Граф их купил по принципу «чем прочнее, тем лучше».

Командир патруля – эльф с серебряной нашивкой на плече – вышел вперёд и открыл рот, злобно зыркая даже не на меня, а на эльфа, явно собираясь начать его отчитывать за что-то, но запнулся на полуслове. Его глаза пробежались по лицу, волосам, одежде. Что-то щёлкнуло в его голове, и он резко выпрямился, прижал правый кулак к груди и склонил голову.

– Достопочтенный хранитель покоя священной рощи! – произнёс он, давая пример остальным эльфам патруля, и добавил с радостной улыбкой: – С возвращением!

Имирэн ответил им стандартным приветствием, сохраняя эльфийскую показушность и уверенность в каждом движении:

– Моё приветствие сынам пограничья, защищающим покой нашего общего леса. Я, урождённый сын дома Лэнгаэш из Истраиля, Имирэн Оэлисе, рад вернуться домой.

Так заявил, будто первое лицо государства прибыло с визитом в родную деревеньку… Эх, не хватило мне этого времени с длинноухим, чтобы выбить из него эльфийские понты. Хотя не особо-то я и пытался, если быть честным…

Пограничники переглянулись. Командир задал ещё пару вопросов о цели прибытия, моём статусе, и, получив ответ, что я являюсь командиром достопочтенного урождённого сына из дома Лэнгаэш, все с отвисшими челюстями покосились на меня.

Нас повели через лес. Двое пограничников шли впереди, двое сзади, остальные вернулись на свои посты. По сути, торжественный эскорт, чтобы по пути никто из местных надменных засранцев не наломал дров, неверно оценив мой внешний вид и статус.

Тропа была узкой, петляла между корнями, но идти по ней оказалось на удивление легко. Жаль только, что так медленно плетёмся… Я не знаю точно, сколько у меня осталось времени, но искренне надеюсь, что все «случайности не случайны» и моя сестра не исчезнет из этого мира на эпохальном турнире до того, как я смогу с ней пообщаться.

* * *

Город показался часа через полтора. Я узнал его сразу и отметил, что в этот раз мы оказались куда ближе к приграничному княжескому городу, чем в прошлый раз. Видимо, поэтому всё побережье и было под защитой хищных рифов. У ворот стояли стражники в полном облачении. Куда более внушительная экипировка, пусть и не такая изящная, как у пограничников.

Город Аэлорина вообще гудит… Такое ощущение, будто собирает войска. Надеюсь, я ошибаюсь…

У ворот нас встретил офицер гарнизона. Один из пограничников подбежал к нему и доложил обстановку, после чего офицер, коротко кивнув, отправил гонца вглубь города. Я заметил, что офицер задержал на мне немного иной взгляд, словно с каплей уважения, и, к моему удивлению, он даже поклонился, прижав кулак к груди на эльфийский манер. Значит, помнят странного человека, гостя князя Аэлорина.

Сам владыка местных земель появился через двадцать минут, причём без свиты советников и толпы приближённых. Только Илларион за левым плечом и двое телохранителей на почтительном расстоянии, а это, можно сказать, один.

Князь из клана Серебряной Ветви выглядел безупречно, словно сошёл с голливудского плаката. Ни морщинки на лице, ни складки на одежде, ослепительная улыбка… Но одет проще, чем в прошлый раз. Ни церемониальной брони, ни местного аналога короны.

– Алекс Лисоглядов, – произнёс Аэлорин. – Не ожидал вашего прибытия, иначе направил бы почётный караул встретить вас!

– Князь Аэлорин, – поклонился я. – Рад видеть вас в добром здравии. Что же до караулов, то это лишнее. Мы маленькие и скромные люди и эльф, простые путники, прибывшие в ваши прекрасные леса по своим делам.

– И всё же, прошло всего мгновение, а друг леса уже снова на нашем пороге. Что это как не признание в любви к нашим лесам и природе?

– По человеческим меркам полгода – это значительный отрезок времени, – с улыбкой ответил я. – Но ваши леса действительно заслуживают отдельного места в сердце того, кто является частью этого мира и почитателем природы.

Мы ещё немного пообменивались любезностями на глазах у удивлённо перешёптывающейся толпы и двинулись через город к его резиденции. Эльфы на улицах реагировали очень по-разному. Все как один кланялись князю, но, кроме этого, отдельных поклонов заслужил и Имирэн. Особенно от старых и высокородных, по эльфийским мерам, воинов и аристократов. А на меня…

Дети тыкали в меня пальцем, матери опасливо заставляли их убрать руку и не тыкать в гостя князя. Я же с удовольствием отмечал одну простую истину, заставляющую испытывать гордость за весь проделанный нашим отрядом путь: Машу никто так и не почувствовал. Она, осознавая важность и сложность охоты за тенями, сама стала призраком, способным противостоять опаснейшему врагу.

Воистину говорят: «Хочешь понять своего врага – поставь себя на его место». Она это сделала и достигла невероятных высот в маскировке. Я даже не знаю, когда именно и как она получала свои «испытания» от Системы и последующие за ними «дары». Но подобные вещи любят тишину. Я могу лишь отмечать её растущее мастерство на выбранном пути и испытывать гордость, как командир отряда.

Илларион шёл молча, держась за спиной отца. Я поймал его взгляд и кивнул. Княжич будто нехотя кивнул в ответ. Всё ещё переживает за своё поражение? Ну, если бы мы сейчас столкнулись в учебной дуэли, боюсь, у него не было бы даже шанса проявить себя.

Зал приёмов я тоже узнал. Те же высокие потолки из переплетённых ветвей, те же хрустальные люстры, тот же длинный стол. Достигнув эстетического совершенства, эльфы не стремятся к изменениям, не страдают синдромом перестановки мебели, как наши любимые женщины раз в полгода. Единственное, что изменилось, – на стене за троном князя появилось широкое полотно с вышитым золотом деревом, ветви которого образовывали корону. Символ нового короля, надо полагать…

Мы расположились за столом. Прислуга мгновенно поставила чай, фрукты и что-то вроде эльфийского печенья с ягодной начинкой. Я попробовал и убедился: как и всегда, вкусно.

– Итак… – Аэлорин сложил руки перед собой. – Ты пришёл не просто навестить старого знакомого, я прав?

– Отчасти. Навестить тоже хотел. Поболтать по душам до утра не выйдет, но узнать новости, проявить вежливость и учтивость князю приграничья посчитал очень уместным. Было бы странно, если бы я появился здесь и не зашёл в гости. Думаю, ты бы даже обиделся.

– У меня нет такой привычки, но то, что ты всё же решил посетить наш славный город, меня радует. Но раз ты не ко мне прибыл, то позволь уточнить, куда тебя ведёт дорога?

– Имирэн по родной роще соскучился… – уклончиво ответил я, кивнув на своего соратника, сидящего рядом и с уверенностью комбайна уничтожающего миску настоящего эльфийского салата.

– Значит, к Тарну? – уточнил Аэлорин.

Я кивнул, подтверждая его догадку. Князь откинулся на спинку кресла и задумался.

– Я, правда, не знаю, дома ли этот медведь. Да и вообще, может, туда нельзя заходить… Вдруг что-то поменялось в ваших землях. Расскажи, что мне нужно знать, чтобы ненароком не обидеть лес и его жителей. А я поделюсь свежей порцией слухов о том, что происходит по ту сторону Синего моря.

Аэлорин кивнул и поднял бокал с эльфийским вином. Надеюсь, он не станет растягивать нашу беседу на долгие часы, но и вытрясти из него информацию и сбежать было бы оскорблением и верхом непочтительности в глазах эльфийского князя.

Мы начали непринуждённую беседу, во время которой я пояснил, что перед Аэлорином сидит герой Дракории, чемпион турнира Новичков. О том, что я уже давно не Новичок, решил не упоминать. Думаю, сам догадается… Он же сказал, что знает об этом: следил за ходом турнира и знаком с несколькими эльфами, отправившимися проявить свою доблесть.

Дальше пошёл разговор о Домене и об орках, о своеобразной передышке и возможностях укрепления свободы для людей. Дань мы больше не платили, но судьба наша будет решаться чуть позже. Судя по реакции Аэлорина, об этом он не знал, и он сильно забеспокоился о своих активах, ведь торговля с Доменом стала его новым источником возможностей и доходов. Конечно, эльфийская бюрократия всё тормозила – они не любят спешки, – но первые товары уже были перевезены, пока что всякие-разные безделушки, и таланты начали пополнять казну двух торгующих эксклюзивом пограничных правителей. Да и, если вспомнить, как резко вырос и укрепился Лиссабон, становилось понятно, что подобные торговые связи идут всем на пользу. Но новые факторы могли помешать Аэлорину, и он явно пойдёт на поклон к новому королю эльфов, дабы выбить больше разрешений и защитить свои торговые пути.

Главное, чтобы они не решили основать эльфийскую колонию на человеческом берегу и заявить свои права на Домен… Будет немного жаль ещё и им доказывать, что жить надо дружно. Боюсь представить, сколько придётся потопить кораблей и сжечь лесов и городов, прежде чем до них это дойдёт. С эльфийским упрямством, не уступающим гномьему, боюсь, понадобятся годы и десятки военных кампаний. Впрочем, эту проблему легко решить: нужно всего-то заявить о себе на турнире с орками и завоевать гарпий.

– У вас тоже неспокойно? – перевёл я разговор, закончив свою часть и дав возможность развить тему с новым королём, о котором он заикнулся.

Аэлорин помолчал немного и заговорил:

– Натимбор пережил тяжёлое время. Смерть короля Авиля Лавионтеля потрясла весь лес. Совет князей три месяца не мог договориться о преемнике. Кандидатов выдвигали семеро, споры доходили до угроз и обвинений. Две фракции чуть не вступили в открытый конфликт.

– И кого выбрали?

– Виошера Лавионтеля. Младшего брата Авиля.

– Брата? – удивился Имирэн, зависнув с долькой чёрной помидорки, наколотой на вилку.

Аэлорин кивнул:

– Авиль был старшим из трёх братьев. Средний, Алионар, погиб в давней войне, полный храбрости и желания расширить границы леса на левый берег от приграничных княжеств. Виошер же всю жизнь оставался в тени короны. Он никогда не стремился к власти. Занимался библиотеками, историей и архивами. Был хранителем Древних Хроник, и в Совете его считали книжным затворником, неспособным управлять королевством. Но смерть Авиля сильно изменила не только Натимбор, но и его брата…

Виошер изменился, стал жёстким, суровым, требовательным, и слова его звучали так убедительно, что сын Авиля добровольно отказался от прав на корону, хотя именно ему изначально пророчили кресло правителя.

– Судьба даёт нам вызовы и возможности… Но лишь мы решаем, как с ними поступить: принять или отказаться. И несём крест последствий собственного выбора до конца своей жизни… – задумчиво произнёс я, и глаза князя расширились от удивления.

– Удивительно мудрые слова… Я ожидал бы услышать нечто подобное от Тарна на совете, а не от человека, чья жизнь коротка, как жизнь костра во время бури, – снова взял бокал Аэлорин.

– Иногда он умеет удивить. Не стоит его оценивать, как обычного человека, – согласился, перехватывая эльфийскую глазунью, Имирэн.

– Короткая жизнь может быть насыщеннее бессмертия. А мудрость, крепость духа и несгибаемую волю появляется от числа не пережитых лет, а встреч с костлявой, что тянет руки к твоему сердцу, желая забрать жизнь.

Мои слова заставили Аэлорина на долгих пять минут погрузиться в молчаливые размышления. Он сидел с поднесённым к губам бокалу вина. Завис и утонул в собственных мыслях, и внезапно выронил сосуд и схватиться за голову.

– Столько лет я искал ответы… Но сейчас я понял, что задавал неправильные вопросы… Система, благодарю тебя за те судьбоносные моменты, что открывают мне глаза на очевидные вещи и ведут вперёд!

Я с удивлением заметил лёгкий свет магии в ладонях и под опущенными веками эльфа. Он явно получил просветление и на своём пути Искателя сделал очередной шаг вперёд.

Проявив недюжинное терпение, я позволил князю собрать мысли в кучу и лишь затем перешёл к вопросу о Тарне Камнеломе.

– Да, он где-то здесь, в Натимборе. С момента выбора короля я ничего о нём не слышал. Даже малейших слухов. А коли так, он наверняка вернулся в свою рощу, ответил Аэлорин.

Я ещё уточнил, есть ли какие-то изменения в праве посещения лесов и идут ли где-то битвы с неизвестным врагом. Узнав, что всё по-прежнему и я могу просто путешествовать по лесу в поисках друида, я поднялся.

Аэлорин покачал головой и жестом подозвал прислугу.

– Уже уходите? Разве вы не устали с дороги? Позвольте предложить вам ночлег и ужин. Утром мои люди снарядят вас в путь и предоставят свежие припасы. Я назначу офицеров для сопровождения…

– Благодарю за гостеприимство, но ночевать мы не останемся. Каждый день на счету. Чему я буду благодарен, так это припасам с вкуснейшей эльфийской едой нам в дорогу.

Князь приподнял бровь:

– Вы настолько торопитесь?

– Увы, нужно успеть решить все дела с Тарном и вернуться до начала турнира. Я не упущу такой возможности настучать в бубен оркам, – улыбнулся я, и мой ответ вызвал лёгкий смех Аэлорина.

– Тогда и от меня передайте им эльфийское приветствие. В тот же бубен!

– Непременно, – кивнул я, улыбаясь в ответ.

– Коли так, позвольте хотя бы выделить отряд стражи для сопровождения. Мой сын, я уверен…

– С благодарностью откажусь, князь. Мы предпочитаем путешествовать налегке и быстро. Со всем уважением к вашему сыну, наш темп он не сможет поддерживать.

– Да ладно, неужели вы… – произнёс князь, но замолчал, увидев резко побледневшее лицо Имирэна, что всё это время с удовольствием поглощал вкусняшки, по которым он соскучился.

– Алекс, только не говори, что мы опять… – Его рука задрожала рука и даже голос изменился.

– Конечно. А ты как хотел?

– О боже… Великий лес, дай мне си-и-и-ил… – с вызовом посмотрел на стол с блюдами Имирэн и набросился на мясо, понимая, что в следующий раз нормально он поесть сможет, возможно, уже только в роще.

Реакция его была столь показательной, что князь с удивлением и немым вопросом посмотрел на меня. Я сразу его успокоил:

– Большой отряд нас замедлит. А со зверями я как-нибудь справлюсь. Не впервой.

– Как пожелаешь. Но, если понадобится помощь, мои следопыты патрулируют основные тропы. Любой из них окажет содействие. В границах моего княжества…

Аэлорин отдал указания, и вскоре нам доставили припасы – несколько туго набитых мешочков из плотной ткани. Я заглянул в один: сушёные фрукты, ягоды, орехи, тонкие лепёшки из какой-то муки, несколько фляг с водой и пара склянок, в которых переливалась жидкость зеленоватого оттенка. О эльфийский тоник, восстанавливающий силы. Полезная штука. Особенно для Имирэна.

– А мясо? – уточнил я.

– И мясо сейчас принесут. Отдельно… – махнул рукой, отдавая таким образом распоряжение, князь.

«Фух… Я чуть в обморок не упала при виде этой закуски…» – встревоженно произнесла Алиса.

«Я же обещал, что накормлю тебя. Не переживай…»

Сам же я был хорошего мнения об эльфийских сухпайках. Ни один гном не смог бы собрать столько полезного в такой компактный свёрток. Гномий паёк обычно состоит из фляги самогона и куска солонины.

– Князь, – поклонился я, когда нам принесли мешки с мясом и предложили выбрать, что-нибудь из этого, – благодарю за гостеприимство. Надеюсь, наша следующая встреча будет столь же мирной. – Я закинул в пространственное кольцо всё, что было предложено, заставляя задёргаться глаз эльфа, что притащил всё это.

– Я тоже на это надеюсь, – ответил Аэлорин. – Удачи тебе с друидом, Лисоглядов. Передавай от меня поклон Хранителю Рощи.

Мы направились к выходу. Илларион проводил нас до дверей зала и, к моему удивлению, первым протянул руку. Я пожал её, ощущая, насколько выросла моя репутация, по крайней мере, в глазах князя.

Мы уже прошли половину коридора, когда я остановился.

– Подождите, – попросил я Имирэна и развернулся.

Эльфийские стражники у дверей напряглись, но я их проигнорировал и прошёл обратно в зал. Аэлорин ещё стоял у стола, о чём-то разговаривая с помощником.

При моём появлении он обернулся.

– Да, кстати… – Я остановился у порога и заложил руки за спину. – Забыл упомянуть кое-что… Отличным жестом доброй воли со стороны Натимбора стало бы освобождение всех человеческих рабов, что оказались в эльфийских лесах. А если среди них есть браконьеры и нарушители, было бы справедливо передать их для отбывания наказания в наш Домен. У нас суды местами не менее строгие, чем ваши.

Аэлорин задумчиво взглянул на меня.

– Это… не в моей власти, – ответил он осторожно. – Подобные решения принимает король.

– Я знаю, – кивнул я. – Но ты уж передай ему как-нибудь, при случае. Между делом, между строк. Мне кажется, это будет полезно для отношений между нашими народами. Мы ведь стремимся к сотрудничеству, верно? А добрая воля, проявленная вовремя, всегда окупается сторицей. Глядишь, это вам зачтётся.

Я не стал ждать ответа. Поклонился и вышел. В коридоре Имирэн стоял, прислонившись к стене, и его лицо выражало сложную гамму чувств, среди которых преобладало что-то вроде уважительного раздражения.

– Ты только что попросил эльфийского князя стать гонцом и донести твою просьбу до короля, – констатировал он.

– Ага… Он же меня просит поклон Тарну передать. А я чем хуже?

– Ну… Это немного другое…

– Я о вашем Натимборе и забочусь… Пока человеческие рабы живут и работают на ваших землях, даже если они мрази и ублюдки, нарушившие законы и совершившие страшные злодеяния, – а таких у вас на самом деле меньшинство, – люди будут относиться к вам так же, как к оркам. Как к угрозе. А угрозу лучше держать далеко, при возможности обмануть, использовать. А лучше вообще убить. Думаю, Аэлорин достаточно умён, чтобы понять это, и не менее заинтересован в том, чтобы для его торговых путей не появлялось преград от агрессивно настроенных граждан Домена.

Имирэн не ответил. Он, вероятно, не парился с такими вопросами и рассуждениями, а потому и не имел своего мнения на этот счёт. У него своих рабов не было, как у многих эльфийских аристократов, потому ему было плевать.

Мы вышли из дворца и направились к городским воротам. Десять минут быстрой ходьбы через эльфийские улицы и две минуты торга у одной из больших лавок с одеждой. Имирэн решил приодеться…

Остановились у ворот, и мой спутник молча взял эликсиры бодрости и закрепил их на поясе, затем снял свою верхнюю экипировку и сапоги, переобулся, переоделся в лёгкий дорожный гамбезон – что-то вроде нашего спортивного костюма, – протянул мне оставшиеся вещи, и я спрятал их в кольце.

– Готов?

– Нет, – ответил эльф.

– Отлично. Тогда бежим.

Я рванул с места так, что стражники у ворот отшатнулись и потянулись к оружию. Ветер ударил в лицо, деревья замелькали зелёно-золотыми полосами, и город остался позади через несколько мгновений. Я проскочил пару сотен метров по лесной тропе и остановился, оглядываясь.

Имирэн стоял у ворот.

– Имирэн, не отставай! – крикнул я.

Стражники и горожане у ворот уставились на нас. Для них зрелище было, мягко говоря, необычное: человек, только что беседовавший с их князем, прыгает по лесу с быстротой, недоступной большинству эльфов.

Маша появилась из ниоткуда. Буквально соткалась из воздуха рядом с Имирэном, махнула рукой и исчезла так же стремительно, как и возникла. Пара стражников отскочила от неожиданности, а один из них начал озираться и применять магию, чтобы найти странного невидимку.

Имирэн опрокинул в себя первый флакон зелья, отшвырнул пустую склянку, закрыл глаза и медленно развёл руки в стороны. Его ладони засветились мягким зеленоватым свечением, и я увидел, как с ближайших деревьев потянулись тончайшие нити маны и начали проникать в его тело через пальцы, кожу и даже волосы. Листья на ветвях чуть поблёкли, а сам эльф заметно вырос в плечах, прибавив на глазах в мышечной массе. Стражники и простые эльфы у ворот наблюдали за происходящим с разинутыми ртами.

– Золотые леса Натимбора, дайте мне силу! – закричал Имирэн и рванул вперёд.