Текст книги "Город, которого нет 7 (СИ)"

Автор книги: Артемис Мантикор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)

Вечером второго Маруслава привезла к нам Церхеса с Красноглазкой. Я снял для них комнату в гостинице поблизости. Нужно ли будет их выводить во время кризиса, я не знал, но мало ли что. Если вдруг появится повод самому ввязываться в бой со стирателями, хорошо бы парочку иметь на своей стороне.

Я зашёл к ним, проведать Красноглазку.

На пороге меня встречало серебровласое зубастое чудо, которое крепко меня обняло, схватило за руку и потащило внутрь комнаты.

– Пояис! Покажу к-асивое! – почти связно сказала она и указала двумя руками на изрисованную комнату отеля, где теперь было сиреневое небо над иномирным тропическим пляжем.

Хорошо, что номер нам сдавать не придётся – конец света наступит раньше.

– Ты уже такая умная, – потрепал я её по голове.

Она растянулась в зубастой улыбке и бросилась бежать на кухню.

– Йогурт закончился! – бросила Маруслава, и в ответ послышался полный грусти возглас.

– Она стала разумней?

– На прошлом круге уже были зачатки интеллекта, а с начала этого у неё большой скачок в развитии. Она сейчас на уровне младшеклассницы, только речь запаздывает. А ещё страшно любит молочку. Сыр, творог, молоко, кефиры – всё.

– На следующем круге можно надеяться на то, что она будет себя полноценно осознавать?

– Похоже, – кивнула Маруслава, улыбнулась и с горящими глазами добавила. – Представляешь, как расширяются наши возможности, когда Красноглазка будет управлять акцессией осознанно?

– Меня беспокоит вопрос отката. Ты не замечал, что она… как-то страдает?

– Ээ… как именно?

– Не знаю. Просто у каждого стирателя какая-то проблема из-за слишком большого параметра. Вон как у Церхеса ловушки отовсюду прут, а сам он боится собственной тени.

– Не знаю, насколько это можно считать страданием, но ей нужно постоянно что-то рисовать. Я понятия не имею, её заставляет что-то или она сама это любит.

– Она сау-уа, – выговорило дитя цветов и протянула лист бумаги, на которой она обнимала меня, Церхеса, Маруславу и… странное существо, несущее одновременно признаки Тани и Риты.

Я взял её рисунок и серьёзно всмотрелся. Клетчатая рубашка – как у Тани. Расстёгнута, под ней видно футболку с принтом смайла, как любит носить Рита. Волосы чёрные, но длинные и слегка вьющиеся, как у Риты.

– Кто это? – спросил я, указывая на рисунок.

– Рита? – неуверенно предположила Маруслава.

Красноглазка улыбнулась во всю ширину своих акульих зубов и отскочила к стене, где вооружилась карандашами и принялась рисовать на листе бумаги, расположив его на полу.

– Что делаем? – серьёзно спросила Маруслава. – Есть новости?

– Вечные тоже ждут и ничего не понимают. Просто смотрим. Может случиться так, что никто не придёт, или что они придут по души неспов. Тогда это нас вообще не касается. А мы… Не знаю, я предлагаю сидеть тут и спокойно ждать конца. Если что, подтянитесь к офису.

Сутки до кризиса. Мы скучали в офисе, откровенно убивая время. Феликс что-то читал, Марта не покидала своего угла, Таня, которую я всё никак не мог привыкнуть видеть в офисе, лениво листала форумы и единственная из всех продолжала выполнять свой рабочий долг и искать истину.

Саша жрала пиццу и запивала пивом. Но понять, пьяна она или нет, никто бы не смог – она в любом состоянии вела себя странно. Рита с кем-то переписывалась, стуча по клавиатуре.

Я в этом просиживании смысла не видел, но это была просьба Михаила – сидеть, если что, на подхвате. «Мало-ли что случится». Ну а я сам – пытался провести время с пользой, из-за старой памяти о нулевом мире, где время начало искажаться за несколько лет до апокалипсиса.

– Как работает твоя зона коррекции? – спросил я у Миттани, зайдя в её комнату.

Девчонка с волосами чуть ниже плеч, окрашенными в вишнёвый цвет, и манерами аристократки выглядела превосходно. Ни малейшего намёка на беды с башкой и прочие странности. Все черты её характера и внешности укладывались в норму странноватого, но человека.

– Как-то, – пожала плечами она. – Я не могу этого объяснить. Уже пробовала так сделать Михаилу. Повторять не хочу.

– А ты попробуй мне, вдруг я умнее?

– Не льсти себе. Я корректирую реальность в отмеченной навыком зоне. Параметр означает количество лэй лжематерии по окружности вокруг меня.

– Вроде бы всё понятно. А что значит коррекция реальности?

– Перестройка реальности согласно синхронизации парадигм и духовного ресурса с построением проекции и принудительной эрранизацией, приводящей к ассимиляции участка реальности парадигмой носителя согласно правки базовых принципов мыслеединства.

– Да вроде бы… всё понятно, – криво улыбнулся я. – А как это выглядит на практике?

– Я не могу показать. Нужен подходящий повод, – ответила она.

– Это атакующий навык?

– Как навык может быть атакующим, если он основан на правках принципов мыслеединства? Ты дурак? Тогда бы я сама убивала.

– Хорошо, какой повод тебе нужен для применения?

– Попробуй меня убить, – сказала она.

Мда. От такой идеи я поморщился. Занёс кулак над девочкой лет тринадцати, замахнулся и… остановил у самого её лица.

– Так не годится, – сказала она и глазом не моргнув. – Ты должен пытаться убить меня по-настоящему. Или хотя бы хотеть мне сильно навредить.

Я оглянулся, рассматривая комнату Миттани. Она была довольно мрачной. Марта наняла рабочих, чтобы те сделали ремонт под её вкусы, но они оказались специфичными. Что-то в стиле тёмного фэнтези. Будто опочивальня графини в полузаброшенном древнем замке на окраине условной империи. Ещё и пахло чем-то вроде ладана с пряностями. Чем бывший стиратель, интересно, занимается в этой комнате круглыми сутками?

Попытался напомнить себе о том, что передо мной стиратель, а не девочка-подросток, и если я её ударю – это будет избиение ксеноса, а не хрупкой девочки.

Попытался расчеловечить её в своих глазах, но на злобного пришельца она точно не походила.

– Хорошо. Сейчас я отойду и запущу в тебя табуреткой. Это не смертельно, но очень больно. И остановить табуретку в полёте я не смогу. Идёт?

– Делай как пожелаешь, – пожала плечами Миттани с издёвкой.

Я отошёл подальше, схватил мягкую табуретку, собрал волю в кулак, напомнил себе, что в любой момент могу отклонить удар, используя фокусировку под акцессией, и швырнул мебель в лицо девочке.

Она протянула навстречу табуретке руки и поймала в объятия плюшевого мишку «Тедди», из серии игрушек эмо, что были популярны в две тысячи седьмом.

А на меня вдруг накатили сильные эмоции, странность которых я понял только спустя пару часов после завершения моего разговора с Миттани.

Это было похоже на то, что я чувствовал рядом с Альфридой, только вместо похоти – сильное чувство умиления и желание защитить это милое и совершенно безобидное существо. На душе стало гадко, будто я только что собирался избить котёнка.

– Понял? – спросила Миттани, вырывая меня из омута самобичевания.

– Ты заставляешь всё, что тебе угрожает, быть дружественным к тебе?

– Это частный случай, – покачала она головой. – На самом деле я могу намного больше.

– А что взамен? Какой откат у этой способности?

– Не знаю. Мне дали достаточно времени, чтобы я миновала период деградации. Поэтому я не успела его ощутить. Мой навык полностью вписывается в логику Города.

– То есть ты потеряла большую часть своих сил.

– Зато сохранила рассудок. Сейчас мой радиус составляет пять лэй… – произнесла она и сжалилась. – Семь с половиной метров. Это максимум, допустимый на этом эхо.

– Интересно, что твой параметр определяет не силу воздействия.

– У этого навыка нет такого параметра. Он просто меняет мир вокруг меня.

– Иными словами, тебе нельзя навредить в радиусе семи с половиной метров?

– Неверно, – улыбнулась Миттани. – Ты не понял, как я и думала.

Затем вздохнула и добавила, будто сжалившись:

– Никто не понял. Это нормально. Наверное, это нельзя объяснить словами. Только почувствовать.

– А если я, например, получу твой навык, это пойдёт мне во вред или на пользу?

– Хороший вопрос, хитрый, – снова улыбнулась Миттани. – Ответ: я не знаю. Для этого мне нужно залезть в твою голову, стать немножко тобой.

– А ты так умеешь?

– Нет. Хочешь – ищи способы сам. Я не против показать тебе всё, но слова тут плохой помощник.

Теперь понимаю, почему Михаил не спешил с навыком. Мне, помимо всего прочего, вообще было опасно брать котов в мешках. Ведь любая единица, которая никак не проявится у кого-то другого, у меня может быть неожиданно забафана акцессией, а затем ещё и передаться лидерством по всей группе. А там сработает ещё и их собственная акцессия, у кого она есть.

Один гнилой навык может зарубить всю идею.

– У тебя есть предписания насчёт кризиса стирателей? Ты подчиняешься мне или просто сидишь тут?

– Мне поступит распоряжение в таком случае, – ответила Миттани.

Поутру в решающий день я проснулся у себя дома от звона будильника. Наверное, впервые я в ночь перед кризисом тупо спал.

Я ловил себя на мысли, что хочется просто перемотать поскорей этот кризис и перейти в исправленный мир. А затем напоминал себе, что я и так уже в раю, и на такой мелочи как отношения ничего не заканчивается.

Наверное, здесь дело даже не в Тане. В конце концов, она не исчезла, и ничего критического не случилось. Скорее… меня впечатлило то, что Город вообще может так поступить.

Зачем что-то менять, если всё уже и так хорошо? Тем более, против воли нас обоих. Почему я получил, вроде как, лучшую девушку по мнению Города, а у Тани отняли её мечту, предсказанную Сивиллой.

Сивилла… вот с кем бы я хотел ещё раз поговорить. Когда мы встречались в прошлый раз, я ещё вообще ни черта не понимал во всём этом. Вокруг куча мутных типов, странные теории, все от всех скрывают что-то… теперь я понимаю намного глубже механики Города, и наш разговор с ней был бы куда более осмысленным.

Моя вера в Город сильно пошатнулась со всем этим. Но это, конечно, не повод переходить на сторону шайки фанатиков апокалипсиса. Просто нужно понять этот механизм до конца, вот и всё.

Перевернул календарь. Вновь наступило третье сентября. Знаковый день, за который мы не могли перевалить с момента моего пробуждения. Посмотрел на фотографию улыбающейся Риты. Точно такое же фото у нас было с Таней…

Погода как всегда в этот день была пасмурной. Напротив дома гремел трамвай. На остановке стояла троица работяг. Чуть поодаль – мама с дочкой, которые появились на том круге, когда в Городе появилось море и портовый район.

В метро меня уже ждали две эмочки, обсуждавшие «трушность» музыкальных групп. Затем они стали бросать на меня любопытные взгляды. Я посмотрел в своё отражение и понял, что на автомате накинул на плечи свой призрачный ящик, а потому выгляжу сейчас как косплеер. Ещё Гераний в ножнах на поясе и вишнёвый японский зонт в руке. Полный набор для косплея какого-то персонажа. Жаль, мои глаза они не видели.

Иногда невозможное находится на расстоянии вытянутой руки, но в обычной жизни оно просто проходит мимо, не застревая в памяти.

Так, погружённый в свои мысли, я вышел в центре и пошёл пешком к нашему офису, впитывая в себя запахи и ароматы осенней улицы. Увы, насладиться долгой прогулкой мне было в тот день не суждено.

Раздался звонок. Телефон запел «сентябрь горит».

Звонил Михаил.

– Да?

– Полная боевая готовность, Полярис, – мрачно сказал он. – Собирай всех. Выдвигайтесь в центр.

– Что случилось?

– Здесь сорок восемь стирателей. Все, кто был во второй волне на прошлом круге, – произнёс он. – И у них явно есть чёткая цель.

23. Охота

– Сколько⁈

– Вот именно. Мы ничего им не сделаем.

– Тогда в чём наша задача?

– Пока просто наблюдаем и собираем силы. Если жертва допустима, они сотрут какой-то район, мы не станем вмешиваться, слишком большой риск.

– А что является недопустимой жертвой?

– Надеюсь, нам не придётся об этом думать, – ответил шеф. – До связи.

На входе меня приветствовала хмурая Рита. Она смотрела в сторону. Бросила короткий взгляд и отвернулась. Внутри пела песни Саша. Как раз подходил к концу последний куплет «Дагона».

У стены на диванчике сидел Феликс, как всегда залипнув в телефоне.

– Так, все, кто может охотиться самостоятельно, подойдите на совет клана, – процитировал я одну старую книгу.

– Смотрю, настроение у нашего уважаемого начальника на высоте. Что-то хорошее случилось?

– Очень, – ответил я. – Этот круг заканчивается, и, возможно, кого-то из нас сегодня сотрут. Кто помнит, сколько было максимально стирателей за один раз?

– На прошлом круге сперва четверо, а потом сорок восемь, – спокойно ответил Феликс.

– А до этого?

Молчание.

– Восемнадцать во время кризиса Несбывшейся. Это самый крупный отсечённый участок Города, – сказала Марта, выходя в коридор.

– Сегодня у нас вновь сорок восемь. И мы понятия не имеем, какого хрена они припёрлись. В Городе нет крупных аномалий, тем более на такое количество стирателей.

– Что говорит Миша? – спросила готесса.

– Собираться и выходить в центр. Но в целом они тоже не в курсе, что происходит.

Город спал. Это было частью кризиса стирателей. Обычные первоуровневые засыпали, чтобы плавно перейти в следующую жизнь. Стиратели шли через Город, попутно избавляясь от всего, что может ходить и не наряжено в жёлтый.

Мы вышли всей компанией из офиса. Вооружённые, насколько это позволяло первое эхо. Миша сбросил карту с отметками, где было хорошо видно множество красных точек. Стиратели шли со всех сторон, окружая центр города, чтобы никто не мог выбраться.

У меня закрались некоторые смутные подозрения, и я хотел набрать начальству, но Михаил меня опередил.

– Полярис! Вы где сейчас⁈ – голос у него был нервным, что для Миши явление нестандартное.

– Идём в центр…

– Феликс с Тобой? Где Миттани?

– Да, со мной. Твоя дочь осталась в офисе, сказала, что ты ей напишешь.

– Точно! – он обрадовался, будто забыл о ней. – Смотри, войдите в ближайший дом с подвалом, или глубоким погребом. Спрячь Феликса там, затем в центр. Задачу понял?

– Да. А что… – в ответ послышались гудки.

Я так и не задал вопрос, но два и два сложить умею. У Феликса и Миттани была лишь одна общая черта.

Беру телефон и набираю Маруславу, которая осталась у офиса вместе с Красноглазкой и Церхесом.

– Полярский?

– Бери своих подопечных и дуй в подвал. Самый глубокий. Спрячь их где-нибудь.

– Что случилось?

– Не знаю, но сходка прячет бывших стирателей. Перестраховка лишней не будет.

– Поняла. Здесь рядом маркет с подземной парковкой. Пойдёт?

– Сильно не гуляйте по улицам. Избегайте всего что шевелится, первоуровневые все спят.

– Поняла, – повторила Маруслава и положила трубку.

Я посмотрел на побледневшую Таню.

– Где твой брат?

– Дома… как всегда… И он не пользуется телефоном…

– Езжай домой. Я отмечу тебя лидерством, остальное сделает акцессия. Береги себя. Не позволяй себя стереть.

Она кивнула и отошла от группы. Присела на асфальт и начала вытаскивать спрятанные внутри подошвы обуви колёса роликов.

– Личное всегда превыше общественного, – не удержалась Саша, на что Таня только скривилась.

– Феликс! – обратился я к искателю. – Тебе Миша говорит спускаться в самую глубокую нору и не отсвечивать.

Парень удивился, но кивнул и не стал задавать лишних вопросов.

– Считай, что меня уже нет.

– Если что-то изменится, я пришлю сообщение.

– Или просто знай, что я буду вон там, – он указал на возвышавшийся над домами купол церкви. – В этом храме очень глубокий подвал, выходящий в подземные кельи. Только связь там не ловит, понятное дело.

– Если что, я зайду за тобой, но, скорее всего, мы прощаемся до следующего круга. Береги себя.

– Не сомневайся, буду. Ты тоже берегись и береги остальных, шеф.

На площади была уже собрана вся элита пробуждённых. Я впервые увидел своих коллег-аномальщиков, с которыми до этого общался только в чате. А под памятником вождю собралась верхушка сходок. Полуликая в маске, закрывающей половину лица, в окружении пафосных ребят в косплее. Именно так это смотрелась на фоне относительно современного города.

– О, Малигос! Привет, вы тоже тут! – радостно приветствовала нас пробуждённая, которая слегка шепелявила из-за отсутствия трёх верхних передних зубов.

– Рад вас видеть! – обрадовался мой друг и принялся обниматься с девушкой и её спутниками, кудрявым бородатым парнем и ещё кем-то. Моё внимание привлёк их лидер.

– Полночный Понь, – протянул мне руку высокий блондин с длинными волосами, собранными в хвост. Одет он был в простую рубашку и джинсы.

– Полярис, – я пожал руку пробуждённого.

– Наши имена похожи. Хороший повод для начала дружбы.

– Я только за, коллега, – улыбнулся я. – Есть новости, зачем мы здесь? Надеюсь, не воевать со стирателями?

Понь засмеялся но как-то нервно.

– Что, я угадал? Их сорок восемь штук, ты в курсе?

– В курсе, – ответил он. – Тут даже оргия с богами хаоса не поможет. Но, наверное, наверху же есть хитрый план, да?

– Приятно видеть человека с чувством юмора, – улыбнулся я. – Они выжидают. Вообще непонятно, что стирателям тут нужно. Есть, кстати, идеи?

– Вы же, как и мы, бродили по Городу в поисках аномалий. Я бы сообщил наверх, если бы нашёл что-то серьёзное.

– Гляди-ка, – обратил я внимание аномальщика на кудрявую девушку в жёлтом плаще, за которой шли двое мужчин с большими мешками.

Внутри были другие жёлтые плащи с капюшоном.

– Не нравится мне всё это, – выразила общее мнение Марта.

– Но от халявы отказываться не будем, – криво улыбнулся я и шагнул к раздаче.

Другие тоже собирались поближе и создавали толпу. Я задержался, не горя желанием толкаться ради плащей, которых и так на всех хватит. Со стороны памятника как раз шли ещё двое с мешками.

А дальше, под самым постаментом, стояли наряженные точно такие же плащи Вечные.

Где-то вдали раздался трубный рёв. Будто охотничий рог, которому вторил механический звон сирены. Я обернулся и увидел фигуры в красном, двигающиеся на нас из-за переулка.

Стиратели уже были тут, и они пришли за нами на площадь.

Почему так быстро?

Что, если мы сильно ошибались, и их целью были всё это время пробуждённые? Город решил избавиться от всех с инкарнацией выше единицы?

Я выхватил протянутую мне связку плащей и потащил их к остальным. Полоскун был тут как тут, хватая ещё несколько и сразу принимаясь раздавать остальным. Накинул желтизну и я. Не знаю, насколько это помогает, и почему вообще должно. Ладно, у монстров реакция может быть такая на жёлтое, а эти-то относительно разумны.

Через ряды в нашу сторону направлялся Михаил. Но не к нам, а мимо. Он шёл в сторону показавшейся группы стирателей, а жёлтый плащ трепетал на ветру.

– Руководствуясь правом древнего договора, я требую ответ! – воскликнул Миша и встряхнул свитком, который развернулся почти до самой земли.

Тишина. Стиратели застыли, глядя на него и не предпринимая никаких действий.

– Руководствуясь правом древнего договора, я требую ответ! – повторил Михаил во второй раз.

Тишина.

Площадь замерла. Ряды ничего не понимающих людей стояли, глядя на страшного противника, с которым никто здесь не хотел иметь дел. Аномальщики не были спецназом, и к бою с такого рода существами никто не был готов. Да что там, от всех собравшихся толку почти не будет. На первом эхо большинство присутствующих – просто обычные люди. Стиратели же против нас, как супергерои.

– Руководствуясь правом древнего договора, я требую ответ! – повторил Михаил в третий раз. – Зачем вы явились⁈

У стирателя, который шёл первым как главный, будто бы не было голоса. Он что-то прохрипел неразборчиво, а затем указал длинным крючковатым пальцем в сторону площади.

Миша обернулся. И побледнел. Я проследил за его взглядом. Стиратель указывал в постамент под статуей, где стояли остальные лидеры сходки.

Вернее, их скорей всего интересовал один конкретный лидер.

Полуликая – она ведь бывший стиратель, как Феликс.

– В бой! Задержите их! – послышался мужской голос. Приказ отдал незнакомый мне Вечный.

Напряжённые как струна нервы сорвались, и все обладатели дальнобойного и метательного оружия, атаковали стирателей.

– Кого хрена? – одёрнул я Полночного. – Это самоубийство!

– Это отступление, – сказал он и кивнул в сторону постамента. Полуликая уходила с площади в составе вооружённой до зубов группы.

Стиратели бросились на первые ряды, и я понял, почему с бойцами первой линии среди пробуждённых всегда напряжёнка. Один из противников сбил с ног незнакомого мне коллегу, а затем открыл пасть крокодильей маски и принялся втягивать в себя некую призрачную субстанцию. Надо понимать, душу.

Заметил это не только я. Примерно половина развернулась драпать вслед за храбрым командованием. Противодействие готовилось честно положить жизни и бессмертные души, но среди ликвидаторов и аномальщиков таких героев было немного. И поступали они абсолютно правильно, потому как навредить они ничем не могли, только бесславно лишиться души в самом начале долгой счастливой вечности.

Это не геройство, это тупо суицид. Не забивать же нам супергероев камнями и палками?

– Ну нахрен такое, я сваливаю, – выругался Понь.

– Мы тоже, – принял я решение.

Поступок со стороны Полуликой, конечно, крысиный. Мнение о ней у меня сильно просело. Фактически, она использовала нас как живой щит, чтобы сбежать.

– Народ, отступаем, – сообщил я своим.

– Сдрейфил, звёздочка? Очко жим-жим? – начала спорить Саша.

– Кому ты служишь? – спросил я у неё. – Тем, кто свалил первей всех? Ты что, поддерживаешь крысятничество?

Простая фраза вразумила её, и она больше не сопротивлялась здравому смыслу.

– Эй, Поляр, а ты в какое-то конкретное место уходишь? – спросил Понь.

– Туда же, куда и Полуликая. Мне интересно, что будет дальше.

– Вмешаешься, если что?

– Если в этом будет смысл, – ответил я прежде чем подумал.

У Полуликой точно есть навык. И она возможно захочет отблагодарить тех, кто её спасёт. Если же нет – будем просто смотреть, что произойдёт с первых мест.

– Мы с вами! – вообщил Понь.

– Тебе говорили, что твоё имя плохо сочетается с магией хаоса? – вдруг спросил я.

– Блин, и ты туда же. Слушай, хаоситы разные, я вообще за мир, дружбу, жвачку. У меня ничего общего с Бешеным Конём.

Я только хмыкнул.

Обернулся, когда мы уже были близки к выходу с площади. И подумал, что мог быть несправедлив к Полуликой. Группы стирателей плевать хотели на пробуждённых, и карали лишь тех, кто стоял у них на пути. В остальном же они слишком спешили за одним из лидеров сходки и до нас им не было никакого дела. А главное, траектория их пути смещалась, и жертв становилось значительно меньше.

Приказ атаковать это, впрочем, не оправдывает, но побег сильно помог остальным.

Мимо мелькали спящие дома. С неба накрапывал осенний дождь. За моей спиной шли семеро товарищей, а чуть правей – ещё пятеро людей из группы Полночного. Стиратели окружали площадь по кругу, специально чтобы никто не вырвался. Но кое-что они не учли. Впереди была станция метро с подземным переходом.

Я нырнул в темнеющее подземелье, будучи уверенным, что именно так бежала Полуликая.

Свет был погашен. Метро будто находилось в спячке, как и весь Город. Мы пролетели по тёмному переходу под светом фонариков. Зачем за мной увязался хаосит, я понятия не имел, но едва ли он на стороне стирателей.

Проскочили турникеты, пробежали по высоким ступеням застывшего эскалатора и оказались на станции. Следующий вопрос, куда они могли отправиться – в сторону окраины или дальше, к вокзалу?

Посмотрел на названия станций. Я бы на их месте выбирал окраину. Самая окраинная станция – на стороне шестого района.

– Туда, – сказал я и направился, куда подсказывало чутьё.

Мы спрыгнули на пути и направились вдоль рельс.

– Порялис, у нас есть план? – спустя пять минут пути спросила Марта.

– Я же его озвучил.

– Мы не ровня стирателям. Даже все вместе мы не сможем победить и одного.

– Ну, бестий я, предположим, валил.

Плащ ждал меня в ящике, но стоит ли им светить перед лидером сходок? Наверное, лучше обойтись без него.

Всегда мечтал побродить по ночному метро…

Впереди была станция с переходом на ветку, которая шла в сторону моего дома. Каков шанс, что Полуликая ушла сюда?

И чего я вообще дёрнулся идти за ней? Просто надеясь получить её навык в награду?

В любом случае, мы ушли от стирателей.

Я посмотрел на свой таймер.

До нового круга было ещё пять часов. Смерть мне в ближайшее время не грозит. Хотя… тут вообще всё странно.

И куда же нам теперь идти? Дальше во мрак тоннеля или к переходу на другую ветку?

Ответ пришёл сам в виде далёкого отголоска крика.

Я обернулся и показал знак соблюдать тишину. Затем ускорился и поспешил в сторону перехода.

В тишине метро с громадными помещениями и сильным эхо любой звук расходился далеко. Вскоре до нас долетели обрывки слов. Мужчина и женщина о чём-то спорили на повышенных тонах.

– … должна была сражаться в первых рядах! Я воин, а не трусливая крыса!

– Твоя жизнь слишком важна для нас! Мы не можем допустить, чтобы тебя стёрли.

– Погибли люди!

– Если бы они стёрли тебя, погибло бы гораздо больше людей! Порой нужно принимать суровые решения. Если бы там сдох я, ничего бы не изменилось. Меня можно заменить. Тебя – нет!

Послышался всхлип.

– Прости. Я всегда презирала тех, кто жертвует другими ради каких-то там высших целей. Я понимаю, что ты прав, но в такие моменты я ничего не могу сделать с ненавистью к себе.

– У тебя слишком чистая душа для этого мира.

– Мой новый дом в этом. Новый мир дал мне семью и смысл жить. А я поступаю, как…

– Как ответственный лидер. Боги, ты так себя не вела, когда тебя на части рвал тот дендроид несколько кругов назад.

– Потому что лучше смерть с честью, чем жизнь без чести!

– Ты слишком много общалась с Леей…

– Я совсем не похожа на неё. Я воин, а не мученик… подожди, Макс. Я чувствую чьё-то присутствие. Здесь кто-то есть!

В голосе Полуликой послышалась тревога. У меня самого в этот момент душа ушла в пятки, будто меня поймали на чём-то очень нехорошем.

Но затем судьба расставила всё по своим местам.

Послышались звуки выстрелов и идущего боя. На парочку напали,

– Быстрей, – махнул я рукой.

Мы быстро пересекли переход метро и вынырнули на другую станцию.

Здесь шёл бой. Помимо парочки тут оказалось ещё двое. Двое мужчин, одного из которых прямо сейчас потрошили выпиванием души.

Стирателей было лишь двое, но на их стороне были способности с читерным значением. Нас никто пока что не видел.

По нервам ударило страхом, каким всегда окружались бестии и стиратели. И эта их особенность была мне сейчас на руку.

Сердце застучало чаще, кровь побежала по венам разнося адреналин. Акцессия вырвалась на свободу. Я отметил лидерством своих товарищей и с уверенностью сказал:

– Двоих мы осилим. Верьте мне!

Моя логика исходила из того, как я сражался с бестией. Фокусировки хватало, чтобы побеждать в бою с ней один на один. Но я не учёл, что каждый стиратель – существо разумное, с воспоминаниями некоего героя из другого мира, за которым стоит сверхсила.

Я устремился вперёд к тому, кто только что выпил чужую душу. Тот успел развернуться ко мне и поднять руку. Меня отбросило резким порывом ветра.

Вот и узнали, какой у него навык.

Отскочил за колонну. С лестницы Марта выпускала в сторону стирателя стрелу из небольшого чёрного лука. Рита бежала мимо неё, отправляя в сторону монстра смазанный ядом дротик.

Стиратель отбросил обе атаки взмахом руки, после чего собрал над рукой уплотнённый ветер, со множеством потоков, хаотично облетавших руку стирателя.