Текст книги "Город, которого нет 7 (СИ)"

Автор книги: Артемис Мантикор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

Но в этом был и свой плюс.

– А по чём мечи, кстати?

– Это призрачные вещи, мастер, – ответил дух. – В материальном мире они не существуют.

– Мы пришли за оружием для неё, – улыбнулся я и кивнул в сторону Ааэа.

– А-а, вот как. Тогда сделаю вам большую, очень большую скидку.

– Оплата временем? – уточнил я.

– Да, подходит, – кивнул дух и полез наверх, в надстройку над своим ларьком.

– Скажи, если духи как и люди теряют память при переходе на новый круг, то почему можно расплачиваться временем?

– А что не так?

– Они знают о том, что мы в петле времени?

– Сейчас я бы сказала, что Город редактирует их память под эхо, – ответила Ааэа. – Так же как в твоей истории. Но время жизни – это универсальная валюта. Ведь это запас годов, которые ты проживёшь.

– Спасибо, – кивнул я ей.

Торговец как раз спускался, неся несколько клинков на выбор.

– Как у вас со средствами, уважаемый?

– А как у вас с ценами? – спросил я в ответ.

– Это самый лучший, что у меня есть. Сиреневая китара. Существует только на Изнанке реальности, но ничем не будет уступать вашему.

Его взгляд коснулся Герания на поясе, и я понял, почему он вынес мне именно этот меч. Клинок действительно был похож. На редкость красивая работа, которую я не ожидал увидеть вот так в первом попавшемся ларьке. Смотрел оружие я больше из вежливости, чтобы не сразу наскакивать с вопросами.

Взял меч и взвесил его в руке. Тяжелее Герания, и форма немного иная, но этот металл я узнаю. Будто серебро, только с оттенком и слабым свечением.

– Это меч из иного мира. Но металл как у вашего. Стоит всего сто лет…

– Дядя! – вмешалась Ааэа.

– Шестьдесят, конечно. Со скидкой, как для своих. От души отрываю.

– И всё-таки мы пока посмотрим оружие попроще.

Это мне, наверное, чтобы я не зазнавался, что за один круг поднял почти сорок лет.

– Ладно. Вот вам попроще, Рунический духовный меч. Кельтская работа. Тоже непростая штука, но, конечно, попроще.

– Сколько за него? – спросил я, глядя на старое и покрытое трещинами оружие.

– Год.

– За сломанный меч? – удивился я.

– Не сломанный он, просто старый. Сколы на нём – часть дизайна. Вот, смотри, – он выхватил у меня меч и рубанул по тренировочной деревянной колоде.

Надо отдать оружию должное, со своей задачей оно справилось и никаких признаков разрушения не подало.

– Всё равно дорого для такой штуки.

– Шесть месяцев с учётом скидки. Меньше не будет.

– Тебе как? – спросил я у Ааэа.

Та смотрела на меч зачарованно, с блеском в глазах.

– Моё первое боевое оружие! – просияла она. – Оно прекрасно! Спасибо вам, кельты!

– А кстати, что за дар-то открылся? Если не секрет, конечно? – торговец посмотрел на меня.

Я кивнул.

– Если хочешь, покажи, – кивнул я.

– Брось в меня яблоко! – с готовностью предложила Ааэа.

Я представил перед глазами Таню в душе, сердце забилось быстрей, дыхание участилось, акцессия принялась поднимать навык лидерства, призрак под фокусировкой от моего лидерства, клинком остановила яблоко, перекатила по лезвию, подбросила вверх. Подключилась её собственная акцессия, ещё больше поднимая фокусировку и вскоре на ладонь Ааэа упало аккуратно нарезанное яблоко.

Торговец присвистнул.

– Боги с вами, пусть будет четыре месяца, вам этот клинок и правда нужнее, – улыбнулся дух-продавец.

21. Рогатый союзник

– Довольна? – спросил я у призрака с улыбкой.

Ааэа часто закивала головой.

– Кстати, – продолжил я расспросы торговца. – А правда, что у обитателей изнанки есть свой рейтинг могущества родов духов?

– Есть, это не тайна, – улыбнулся он. – Вам кто интересен?

– Стегоатли, гоатли, гоа… не знаю, как их сейчас называют.

– Рогатые? Слышал о таких. Мелкие пакостники с окраин. Где-то в хвосте первых пятидесяти домов. Вроде, в конце третьей или четвёртой десятки. Вам они зачем?

– Да так, ищу кое-кого оттуда.

– Зачем? – повторил с удивлением торговец. – Они и вам насолили чем-то?

– Да нет, скорее наоборот. Если есть возможность, мне бы весть передать кое-кому, чтобы встретиться. Он будет рад меня видеть.

– Впервые вижу того, кто дружит с их склочным племенем. Ну, если так, ищи козьи тропы.

– А это где?

– Заброшенные районы Города. Недалеко от края мира. Кажется, на заброшенной консервной фабрике.

Мы с Ааэа переглянулись… если так можно сказать по отношению к ней.

– Тогда мы, пожалуй, к ним прямо сейчас и наведаемся.

– Вдвоём? Да их там не меньше сотни! – воскликнул торговец.

– Я же говорю, мы идём как друзья.

– Хм, ну ладно… Чудно…

Я протянул клинок Ааэа.

– Великие боги… не могу поверить, что у меня появился мой собственный меч… Крутой! Стоит так дорого! Я – великий боевой дух, не имеющий себе равных!

– Ну, не настолько.

– Среди своих братьев и сестёр – первая, – ответила Ааэа.

– Угу, – подтвердил торговец. – Даже чудно, что такой талант в тебе все проглядели. А твой шаман умён, разглядел.

– Что вы, скорее мой мастер способен даже из зонта сделать чудовище.

– Спасибо за скидку и меч, – кивнул я и поторопил заворожённую Ааэа.

Мы отошли от ларька и сразу же направились к выходу с рынка. Нам повезло, я думал, придётся долго расспрашивать всех подряд, потенциально привлекая внимание, или платить кому-то за информацию. А тут всё разрешилось так просто!

– Последнее было лишним, – заметил я на выходе с рынка.

– А-а?

– Хочешь, чтобы завтра сюда прибежали твои последователи, предлагая вступить в наше славное войско?

– Ну… нет.

– Вот и помалкивай. Это так, на будущее.

Изнанка всегда прекрасна и полна цветов. Даже при первом эхо это место было волшебным. Впрочем, это ведь фактически осознанный сон.

Я попытался вновь срезать путь через неё. Представил нужное место и потом долго блуждал по Городу. На шестом эхо это срабатывало за пол часа максимум, а тут – часа полтора пришлось бродить по ночным улицам. Во многом потому, что мы умудрились немного заблудиться, так что всё равно не сильно сэкономили время.

Наконец, мы вышли к заводу, о котором говорил продавец на рынке. Большая фабрика с печной трубой. Стены из красного кирпича – старая советская постройка, заброшенная уже лет десять назад.

Я припомнил, что это место фигурировало в парочке историй о странностях, которые сочли несущественными.

На месте никого не было. На первый взгляд.

Мы вошли в открытые ворота. Впереди возвышался главный цех – крупное здание с осыпавшимися окнами и отсутствующей дверью. Справа – крупное строение, напоминающее офис. Слева – какое-то техническое сооружение, наверное, склад.

Эти три сооружения окружали небольшой внутренний дворик давно заброшенного и разворованного места.

– Цап! – крикнул я.

Голос раздался эхом и полетел между зданиями. Испуганная стая изнаночных птиц вспорхнула с крыш, издавая низкие каркающие звуки. Вслед за ними устремились в небо цепочкой потревоженные светящиеся мотыльки, рисуя своими телами хаотичные узоры в воздухе.

Тишина.

– Ца-ап!! – повторил я.

– Я чую чужое присутствие, – сообщила Ааэа.

Ей передалась частичка моего могущества, которую многократно усилила её акцессия. Эмоций у духа было хоть отбавляй.

Это была одна из способностей, которые помогала развивать Маруслава на прошлом круге.

Они где-то здесь…

– Ме-ечник, – буркнул чей-то голос на уровне пояса.

Я опустил взгляд и увидел… Цапа и Барана, которых узнал с огромным трудом. Морды моих друзей потемнели и стали больше напоминать козлиные. Теперь они казались хилыми и неуклюжими. Самые натуральные черти, которых хочется пнуть, а не дела иметь.

– По-ойдём отсюда. Они все-е смо-отрят, – сказал Цап и поспешил за пределы заброшенного завода.

Я оглянулся вокруг. Только теперь я заметил лица членов племени Цапа – чертей, выглядывающих из-за окон и стен здания.

Следом метнулся Баран, которого я узнал только по витым рогам на его голове.

– Эк вас эхо покорёжило… – не выдержал я. – Не думал, что так будет.

– То есть это пла-ата за жи-изнь? – спросил Цап.

– Никакой платы, мой друг, просто результат работы эхо. Теперь ты понял, что за силой я тебя наделил?

– Не-е не-е нра-авится эта си-ила. Че-ем така-ая дегра-адация, сме-ерть миле-е…

В голосе рогатого послышалась настоящая боль.

– Всё не так плохо, как тебе кажется. Через шесть дней наступит конец света.

– Опять⁈ – воскликнули оба козла.

– Мало мне было стать сте-егаргоатлем… мало мне ро-одичей-имби-ицилов… Зачем ты отсро-очил нашу поги-ибель? – проблеял Цап.

– Ты не понял. Ты будешь возрождаться со мной в одно время за столько дней до начала конца света, на сколько уйду я сам. Так это работает. Это был единственный способ спасти ваш разум от забвения.

– Хоч-еешь ска-азать, что если бы не ты, мы бы… были одни-ими из этих имби-ицилов?

– Именно так, – подтвердил я.

– Тогда благодарю тебя за это, друг-Мечник. И всё же… что будет в конце-е?

– Полагаю, то же, что и в прошлый раз. Вы умрёте. И мы тоже. А затем Город пересоберёт всё заново. И у нас будет следующее перерождение, подобное этому. Возможно, вы будете тогда в худшем положении, чем сейчас. Возможно – наоборот, ваша жизнь будет раем. Что именно будет в следующий раз – чистая случайность.

– Начинаю пони-имать принцип. Я лю-юбил своё племя. Мне больно ви-идеть их дегенера-атами. Мы опустились до уровня троглодитов… это ужасно.

– Будут и счастливые эхо, – ответил я, подумав, что психологом для духов во сне я ещё не был.

– Спасибо, Мечник…

– Если не хотите на это смотреть, вселяйтесь… ну скажем, в мои сапоги, – я вспомнил носки Красноглазки.

– Позор для гоа и честь для стегаргоатля…

– О чём ты? Мы союзники. Если хочешь, я даже могу наделять вас частичкой своей силы.

– Это возможно?

– Конечно, если на это будет моя воля.

– Хорошо, я согла-асен. Сейчас я не чу-увствую себя до-ома.

– И я согла-асен, – закивал Баран.

* * *

Затем был долгий путь по Городу обратно домой. Точнее, в офис аномальщиков.

Всю дорогу козлы ныли и возмущались тем, что их племя деградировало. Из их объяснений я понял, что их вид в этом мире был гораздо слабее, что выражалось в том числе низким интеллектом. Эта версия гоатлей была чем-то сродни кобольдам, даже, пожалуй, тупей их. Просто стадо всеядных козлов, а их «пакости» носили примитивный характер физических побоев, грабежа и установки простых ловушек.

Их самих в племени не уважали. Местные только бухали, жрали, устраивали оргии и нападали на всех подряд. Мои знакомые в момент, когда я их встретил, уже были на уровень выше их сородичей. Да, злопамятные, проказливые, но в общем-то безобидные ребята. Они даже пришли нам на помощь, когда Луричева пыталась похитить Красноглазку. Эти же – вряд ли додумались бы до такого.

Теперь я понимал, почему призрак на рынке был так удивлён моими словами. Я бы сам не поверил, что это стадо способно с кем-то вести дела. Там даже концепцию союзничества бы не поняли.

Рогатые без остановки рассказывали о том, как им здесь плохо живётся, а я смотрел вперёд, впитывая в себя местность Города. Изнанка передавала запахи. Здесь пахло свежестью и свободой. В домиках, мимо которых мы проходили, кипела жизнь. Вернее, её отблески на изнанке – домовые и духи, обитающие в жилищах. Заблудившиеся сновидцы.

За разглядыванием окрестностей на прогулке я не заметил, как потерял сознание, так и не дойдя до дома. Верней, я потерял его там, а обрёл в реальности, от стука чего-то рядом со мной на столе.

Я открыл глаза в своём реальном теле.

– Так и знала, что ты заработаешься и заснёшь… у тебя отпечаток на лбу, – Рита мило улыбнулась и смущённо опустила голову. – И ты ведь наверняка не ел? Я принесла тут… что сама сделала. Вьетнамские блинчики, нашла рецепт. Тебе вроде бы они понравились?

Как же она не вовремя… прямо во время такого важного сна! Хотя, самое главное уже закончилось. Не знаю только, как моё пробуждение выглядело для Цапа и Барана.

Но девушке показывать своё раздражение лучше не стоит.

– Спасибо, – улыбнулся я и посмотрел на два рисовых блинчика в пластиковой упаковке и соевый соус.

– Пробуй! – настояла девушка, глядя мне в глаза.

Я взял вилку, макнул первый кусок в соус. Одобрительно закивал.

– У тебя определённо есть талант к этому.

Острота, приятная кислинка, яркий солёный привкус соуса – всё вместе давало непередаваемый аромат вьетнамских нэмов. Сколько же лет я не ел этого блюда? С юности нулевого мира, наверное.

Рита просияла, поняв, что блюдо мне действительно понравилось.

– Кстати, если хочешь, я пришла заранее и тут ещё никого нет… – девушка хитро улыбнулась и присела на край стола.

– Й-ухху! – ногой открывая дверь, в офис ворвалась Саша.

На лице Риты мелькнула злость, граничащая с ненавистью.

Но, справедливости ради, она была не одна. На пороге, следом за ней, возникла как всегда мрачная Марта в готическом чёрном платье.

– Полярис, доброго утра. У тебя на столе список потенциальных аномалий.

– Да, я уже изучил. Нужно проверить каждую.

– Тогда я пойду ещё поищу. Но лично я пока не вижу в этом никакого смысла.

– Твои предложения? – спросил я.

Она пожала плечами.

– Я бы сказала, если б они были. Поэтому я пошла искать странности дальше.

Рита слезла с моего стола и направилась к своему. По пути подмигнула мне и улыбнулась.

Я погрузился в списки аномалий от Марты и тяжело вздохнул. Понимал я не больше, чем она. Да, если прям перерыть все сайты в интернете, залезая на каждый форум, то найти странности можно, но ни одна из них не тянула на причину проблемы или хотя бы ниточку к ней.

Мне только стал ещё более очевиден вариант с тем, что изменение режима эхо было лишь следствием прихода стирателей на прошлом круге. Видимо, механика сработала, и Город смог прислать их, чтобы разобраться с источником искажения. Но одновременно с этим включился режим первого эхо.

Но если так, то что тогда случится в начале кризиса? Ведь он – это как раз и есть приход стирателей? По моей версии – ничего.

Может, конечно, Город решит натравить стирателей на аномалии, которые мы ищем, но… я рассчитывал на другой результат. Заметить некую тенденцию, на что обращать внимание. Как тогда с симулякрами, суть кризиса была с самого начала рядом.

А здесь просто набор мелких багов Города.

День обещал быть весьма скучным…

Так и вышло – я собирал по парам или тройкам своих подчинённых и отправлял проверять какую-нибудь мелочь. Координировал их действия по телефону.

К концу дня случилось ещё одно событие, которое заставило меня думать, что мы копаем не в том направлении.

– Алло? Поляр, прикинь, мы только что наших коллег встретили! – произнёс Полоскун.

– Каких коллег? Аномальщиков?

– Ага. Тоже странности ищут и нашли это место.

Я глянул на отмеченную галочкой аномалию с адресом и коротким описанием. В одной заброшенной хате на окраине ржавая нерабочая плита кипятила воду, если на неё поставить чайник. Причём без огня – вода будто сама нагревалась.

– Они что, тоже пришли проверять вашу плиту?

– Ага, даже чайник с собой взяли. У них там такая девчонка работает, ух!

– Саша там тебя не обижает?

– Да не, она забавная. Не пойму, чего её все боятся. Кстати, она нас сейчас слышит, я на громкой связи.

– Вот и хорошо, а то детсад какой-то. Кстати, они сказали из какого отряда? Спрашивали что-то?

– Группа Полночного Поня. Забавные ребята. Ну и нас спросили. Я ответил. Не надо было?

– Да не, есть такие. Вроде бы имя главы мне знакомо. Ладно, возвращайтесь в офис, – сказал я и положил трубку.

Просто трата времени…

Августа Всеведущая: нашла ещё две аномалии

Полярис: отлично )

Августа Всеведущая: одна девочка утверждает, что волшебник заколдовал ей кошачий лоток, и тот теперь очищается сам. Ещё есть мост, на котором лежит вечная монета. Можно её забрать, и через час, когда никто не будет смотреть на нужное место, появится новая.

Полярис: ого чит. Так мы теперь богаты?

Августа Всеведущая: ты сам сказал искать всё…

Полярис: никаких претензий. Я скорее к тому, что ты была права, и мы делаем что-то не то. Не хочешь выпить чаю?

Ответ я ждал минут пять, которые потратил на то, чтобы налить воду в электрочайник и поставить его разогреваться. Феликс ушёл с Сашей и Полоскуном. Таню я отправил с Элой и Лёхой. Непривычно видеть её здесь. Я не представляю, какие выверты эхо затащили её в отдел аномальщиков.

Вся история с её «братом» была шита белыми нитками. Какого она вдруг решила спасать неизвестного стирателя? Зачем притащила домой и выхаживала, почему начала считать братом?.. На все эти вопросы ответов не было. Но это не мешало самой Тане упрямо упорствовать в отстаивании правильности её взглядов на мир.

Августа Всеведущая: сейчас Марта выйдет

Я глянул на сообщение. Передо мной уже была чашка готового чёрного чая с бергамотом.

Из огороженного растениями и книжными полками уголка показалась готесса.

– Налей себе чаю, вода только что закипела.

Девушка сделала несколько шагов к чайнику, засыпала чай, залила кипятком, и по помещению разнёсся запах молочного улуна с чем-то ещё.

– Что хотел обсудить? Вы поссорились с Ритой?

Я вздохнул.

– Дела хотел обсудить. Смотрю на карту аномалий, на то, что мы нашли, и понимаю, что это обычное дело для Города. Их даже совсем немного на этом круге.

– Потому что эхо низкое. Думаю, сильно много я уже не найду. Нужно прочёсывать Город. Может, дать клич на форумах пробуждённых? Напиши Михаилу, он оплатит расходы. Установим плату в часов пять-десять за информацию, этого будет достаточно. Ещё, технически, это задание могут выполнять даже первоуровневые, так что можно предложить деньги простым людям за информацию о странностях.

– Сделаю, – кивнул я. – Но… слушай, если бы ты была стирателем, на что бы ты нацелилась в первую очередь?

– Ну, на самоубирающиеся лотки для котиков я бы точно не вызывала спецназ, – чуть улыбнулась Марта. – Серьёзных аномалий я не вижу, как и ты.

– Нет, если не ограничивать себя аномалиями. Вот ты теперь можешь тыкать пальцем во врагов Города и говорить: «фас» армии стирателей. Твои действия?

Марта задумалась, отхлебнула чай и ответила:

– Беспредельщиков, наверное, гоняла бы. Если бы не они, мы все бы жили спокойней. Они враги для всех.

– Интересная мысль.

– Очевидная, как по мне, – пожала плечами Марта. – Думаешь, Город сейчас влезает в разборки пробуждённых? Раньше он не делал разницы между нами. Скорее всего, он её не видит вовсе.

– Тем не менее, в этом что-то есть. Что, если аномалий нет не потому что их нет, а потому, что мы их просто не видим? За время своего существования, неспы могли устроить себе тайное логово в Городе, а затем ещё и похищать туда местных. Если их там скопилось достаточно много, то он мог бы отправить стирателей на их базу. А где она, мы не знаем.

– Тебе стоит рассказать твои идеи Мише, – сказала Марта. – Что-то в этом есть.

– Всяко лучше, чем проверять лотки и чайники, – чуть улыбнулся я.

В этот момент послышались шаги в коридоре. Возвращалась одна из групп. Рита с Маруславой.

Я глянул в список аномалий. Эта была про исчезающую собаку на заброшенном участке. Люди слышали лай и иногда видели изголодавшуюся обезумевшую псину, сидящую на цепи. Но когда они возвращались, чтобы в лучших традициях Города покормить несчастное животное, там уже никого не было.

– Ну что, нашли собаку? – спросил я.

– В моём мире это был бы большой злой спектр, – ответила Маруслава за всех. – А здесь почти нет магии, так что вышло что-то вроде ментального слепка. Призрак брошенной на цепи собаки.

– Разве в Городе бросают животных вот так, на смерть? – удивился я.

– Ты прав, меня тоже это удивило, – сказала Рита. – Я думаю, это может быть ниточкой. Больше, чем остальные аномалии, что мы видели. Нужно узнать, что случилось с хозяином и кто здесь жил. Поднять архивы полиции…

– Отличная идея, – одобрил я. – Тогда занимайтесь, а я, наверное, поеду к Мише. Завтра к утру буду. Есть идеи, куда могут ударить стиратели.

22. Эхо больших неприятностей

– Значит, ты думаешь, стиратели могут напасть на базу неспящих? – задумался Михаил.

– Поиск аномалий бессмысленен, Миш. Хотя мы продолжаем их искать, и не только мы. Я так понял, все группы сейчас заняты тем же самым.

– Да, может ты и прав. Мне нужно подумать.

Я поморщился. От «нужно подумать» становилось немного тошно.

Встретиться нам не удалось. Шеф был чем-то занят, так что вышел лишь короткий телефонный разговор. Теперь я собирался направиться в офис и вздремнуть. Все уже должны были разойтись, кроме Элы и Саши, которые там жили.

День казался бесполезным, а цикл раздражал. Может, поехать к родителям, вспомнить о том, что есть Город и выкинуть из головы всё несущественное?

Затем короткая техника по выходу из тела в осознанный сон и переход в изнанку…

На той стороне меня уже встречала Таня, сперва бросаясь с поцелуями, а затем потащив в какие-то приключения. Мы с кем-то сражались, затем целовались друг с другом, потом снова куда-то бежали… а затем я проснулся в офисе от громкого лая собак.

И понял, что ни черта я не попал в осознанный сон, а просто спал как убитый сурок.

Оказывается, чтобы на первом эхо попасть на изнанку одного могущества недостаточно, и иногда бывает вот так. Даже с двенадцатью единицами в этом параметре.

Проснулся я вовремя, чтобы увидеть на своём столе чашку ароматного кофе с молоком и хмурую Риту.

– Спасибо… доброе утро, – с трудом сказал я, потягиваясь.

– Полярис… ты ведь избегаешь меня. Я вижу.

Ох, только не сейчас…

– Я же говорил, ищем аномалию. Возможно, это происки неспящих.

– Угу. Только ты не такой, как раньше. Что-то изменилось и… прости, я знаю, что никто не любит такие разговоры и всё такое, но я просто хочу понять, где накосячила и как исправиться.

– Ты здесь совершенно не при чём, – ответил я и хорошенько отхлебнул кофе, чтобы взбодриться.

– Тогда почему мы почти не бываем наедине на этом круге?

– Потому что реальность, какой ты её видишь – иллюзия, созданная Городом.

– При чём тут это?

– Садись, – я задумался над тем, стоит ли это делать и что будет хуже: и дальше бегать от ответа или сказать Рите правду?

Если инкарнация переключится и изменит историю на следующем круге, Рита забудет о наших с ней «отношениях», которые придумал Город, как он заставил Таню забыть о реальности.

Рита внимательно смотрела на меня.

– Видишь ли, ты… да и все остальные попали в ловушку. На этом эхо произошло некое искажение, повлиявшее на нашу с тобой предысторию. И то, что ты помнишь о прошлом круге, – иллюзия.

– Как это?

– Уровень инкарнации. Поэтому я повысил твой. Надеюсь, что на следующем круге это вернёт твою память.

– Вернёт… память? Хочешь сказать… мы никогда не были вместе?..

– То, что ты об этом сожалеешь, тоже влияние предыстории. На прошлом круге тебе это было не нужно. Мы просто коллеги, может быть друзья. Хотя мы и общались не очень много. Поэтому… мне кажется, что просто продолжать эту историю… как-то неправильно, что ли.

– Почему?

– Странный вопрос… У меня есть знакомый псионик. Он каждый свой круг превращает в гаремный симулятор свиданий. Думаешь, это правильно, пользоваться тем, что Город изменил тебе память?

– Вот как… А может, он просто дал нам с тобой шанс? – голос её задрожал. Девушка встала и посмотрела в окно, откуда в помещение лились лучи утреннего солнца. – Получается, наши совместные ужины при свечах. Наши прогулки. Та ярмарка, наши обещания быть вместе навсегда…

Потекли слёзы. Девушка всхлипнула.

Кажется, я выбрал неправильный вариант.

– Прости, я…

– Я понимаю, – перебила она меня. – Я всё понимаю. Будь проклят этот Город с его шутками!

– Подожди, – остановил я её. Девушка уже хотела выскользнуть из офиса, когда я её ухватил за руку.

– Мы попали в аномалию, принцип которой не понимаем. На следующем круге ты даже не вспомнишь об этом.

– Потому что ты повысил мой уровень, чтобы стереть нашу историю, – ответила она. – Знаешь, ты мог бы просто притвориться, что всё так, как должно быть. Всё равно моя память сотрётся.

Когда я остался в одиночестве, долго думал над тем, что есть совесть и когда её стоит слушать. И стоит ли вообще в условиях изменившегося мира?

Но небеса сжалились и подали мне знак сообщением на телефон:

Тень: ты был прав. у меня есть параметр, которого я не помню.

Тень: но я всё равно тебе не верю, так не бывает _

Хотя какая мне разница, если на следующем круге с изменением эхо её память всё равно изменится? Вернётся ли старая Таня, или он создаст ей предысторию заново?

Последняя информация о Городе сильно всё меняла, и я начинал понимать, почему некоторые, сильно разозлившись, бросают всё и уходят к неспам. В такие моменты перестаёшь верить в Город. В нулевом было плохо, но там было всё настоящее, а тут… нельзя вот так обнулить совместно пережитое и подсунуть другого человека.

Рита – прекрасная девушка и наверняка подходит мне, Город не ошибается. Но моя судьба уже пошла иначе, и я нисколько на неё не жаловался.

На следующий день мы прекратили исследовать аномалии. Ранним утром после ещё одной неудачной попытки прорваться в осознанный сон, я был разбужен Михаилом.

– Смотрю, ты даже спишь на работе. Удивительное усердие! Может, тебе премию выдать?

– В пару дней? Лучше грамоту. Повешу над своим рабочим местом и буду гордиться по вторникам.

Мне по большому счёту было всё равно, где оставить тело на то время, которое я проведу на изнанке. Но вот уже второй день подряд я просто не могу туда попасть…

– И как успехи в работе? – спросил шеф, открывая свой кабинет.

– Все кошачьи лотки проверены. Кипящие чайники тоже. И исчезающие кирпичи на площади. А как другие группы, нашли что-то?

– Пару призраков, одно несуществующее животное… тарелку, на которой еда не портится. Очень полезная в хозяйстве вещь. Её кто-то из вторых забрал, – улыбнулся Михаил фирменной улыбкой и вошёл в кабинет.

Бросил шляпу на стол и сел, сложив руки на груди. Я вошёл за ним в кабинет. Место казалось мрачным из-за преобладания тёмных тонов и высокого потолка. Будто в бункере. Окон здесь не было вовсе.

– Ты же понимаешь, что это не ответ. Аномалии не помогут.

Миша кивнул.

– Поэтому с сегодняшнего дня задача меняется. Теперь только полевая работа. Спускаемся во все дыры, обращаемся к диггерам, ходим по тоннелям метро, лазим по заброшкам и стройкам… как-то так.

– Неправильно вы используете аномальщиков, товарищ начальник.

– Хе, не только. Это решение совета сходки, с таким заданием отправили все доступные нам отряды. Всех, кого смогли. Противодействие, ликвидаторов, просто желающих. Многие не хотят работать на первом эхо. Боятся стирателей или просто не хотят тут быть. А большинство вообще пропустило круг и прибудет к его финалу, когда Город сам скажет.

– Их можно понять.

– В любом случае, нужно что-то делать.

– А зачем? – спросил я. – Если это не к нам, то какая разница? Пусть неспы волнуются.

– Мы не знаем куда. А сюрпризов не хотелось бы.

– Что может быть в худшем случае?

– Не знаю, – покачал головой Михаил. – Наверное, сотрут какой-то район, и кто-то из пробуждённых пострадает. Но мы изучили и полицейские архивы, и статистику происшествий. Никаких признаков странностей, которые бы могли привлечь их внимание, нами не обнаружено.

– А как насчёт охоты на стирателей?

– Посмотрим. Честно говоря, мы только что обзавелись одним таким и пока не готовы к пополнению. В прошлом бою с неспами и старателями было потрачено слишком много ресурсов. Но отстоять район мы попытаемся. Вопрос в том, что мы можем не успеть понять, что происходит.

– Наши враги, я так понимаю, так же.

– Скорее всего. В бою силы были примерно равны.

– Зря вы вообще всё это перед хаосом затеяли.

– Может, и зря… – согласился Миша. – Но не я принимаю решения. Кстати, как моя приёмная дочь?

– Почти не выходит из своей комнаты. Вы так и не поняли, что делает её навык?

– Честно говоря, не до этого сейчас. Хочешь – займись сам. Буду благодарен. Тебе характеристика бонусом.

– Не мне, а команде. Я понятия не имею, кому из нас она вообще будет полезна.

– Идёт.

– А что такого важного вы сейчас делаете, если не секрет, если у Вечных нет времени даже на изучение новой силы?

– Если бы там было что-то полезное для будущего сражения, так бы и сделали. А брать неизвестную характеристику мало желающих. Когда станет ясно, что эта способность из себя представляет и как она работает, тогда и возьмут.

– К чему такая предосторожность? Навыки стирателей ведь не опасны в небольшом количестве. Та же Луричева просто прокачала себе десяток навыков до значений, где отката ещё нет.

– Ты не застал времена, когда пошла мода ставить себе характеристики монстров. И ты не представляешь себе, как многие рушили себе судьбы, рискнув поднять себе незнакомую характеристику. Люди сходили с ума, причиняли себе вред… некоторым повезло, но больше половины закончили или плохо, или очень плохо.

– Значит, страх?

– Опасение, Полярис. Вот, смотри, одна моя знакомая с тех времён, – Михаил полез рукой в ящик слева от меня, достал там рисунок и положил на стол.

Там изображалась девушка-монстр с искажённым ртом, демонстрирующая ладони, из которых выходила белёсая жидкость.

– Сила вискозной коагуляции, – пояснил Миша. – Способность гуманоидного арахнида. Казалось бы, что может пойти не так?

Его улыбка стала мрачной, даже слегка саркастичной, но с оттенком горечи.

– Навык превратил её в паука?

– Он плохо работает с человеческим телом. Но это самый показательный случай. Большинство просто ехали крышей. Названия навыка редко говорят что-то о принципах его работы, и сложно предположить, чем обернётся тот или иной эксперимент. Тем не менее, лучше всё тщательно проверять, и только потом пробовать на себе. Это то, чему на сходке научились через очень болезненный опыт.

– Тогда я попробую разобраться с навыком твоей воспитанницы.

– Хорошо. Что ж, работай, Полярис, а мне нужно немного побыть в одиночестве. Пусть меня не беспокоят несколько часов. Просто работайте как обычно.

Я кивнул и вышел. Шеф закрыл за мной дверь – было слышно, как щёлкнул замок.

Следующие два дня мы занимались изучением подземных тоннелей. За нами закрепили один район, в котором нужно было изучить канализационные люки, заброшки и все подозрительные места. Миша настоял, чтобы мы все свои силы вкладывали именно сюда и работали сверхурочно.

Я уже не надеялся что-то найти, сдался перед буднями и просто размышлял о жизни и Городе, ожидая финала этой истории. Поймал себя на том, что ничего не жду уже от этого круга. Даже кризис казался мне пустым и малоинтересным – монстров для заработка времени не будет. А затем – начнётся круг с огромным магическим эхо и пришествием хаоса.

Близилось третье сентября.

Миша снова наведался к нам утром второго, сообщив, что одна из групп ликвидаторов совершенно случайно вышла на признаки вражеской базы где-то под землёй.

Эта новость всколыхнула всё наше застаивающееся болото. В первую очередь, Вечных, которые пустили все силы на исследование этого места. Затем Миша сказал, чтобы мы посматривали, если вдруг что случится, но в целом готовились к кризису. На случай если стиратели всё же явятся и будет бой.