Текст книги "Власть Мотылька 2 (СИ)"

Автор книги: Артемис Мантикор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

– Да. Максу оно тоже не помешает. А у нас… нечто вроде клуба взаимопомощи по добыче времени.

– Я была там, – вдруг сказала Маруслава. – Смотрела издали на аномалию. Мороз по коже. Когда эти существа проявляются, это незабываемое зрелище. Оно притягивает так, что я опомнилась, когда меня окликнула добрая бабка, сказав, что по таким местам приличные женщины не ходят… добра ей. Меня как заворожило.

– А почему вы это говорите с такой радостью? – спросил я на улыбку, которая проскальзывала у неё на этом рассказе.

– Это… сложно объяснить, пока не увидишь. Издали явление зловещее, но красивое. А вблизи… ты становишься его частью.

– Кто его пробовал «штурмовать»? Такие, как мы? И откуда у вас вся эта информация?

Эти знания уже выходили за рамки интернет-аналитики Марты.

– Наверное, такие же как вы. Я ни с кем не знакома. Но у меня тоже есть некоторые способности, как и у племянника.

– Макс об этом не говорил, – удивился я.

– Правильно, я сама просила об этом не распространяться. Моя способность небоевая. Она скорее связана с копанием в книгах.

Как это соотносится со знанием о входивших на объект группах, я так и не понял, но не хочет говорить – её право.

– Можете подробней рассказать, что это за существа?

– У каждого они немного свои, – пояснила она. – Образ берётся из… памяти, наверное. Сложно сказать. В них можно увидеть то, чего нет, и после этого уже не собрать свой рассудок обратно. Хотя, кое-что сделать действительно можно. Хотите знать, что?

Мы сосредоточились.

– Допили? Давайте пройдём в сад, я хочу увидеть ваши способности. А то нечестно что только я делюсь информацией.

Знакомство перестаёт быть просто формальностью…

Оставив посуду здесь, мы отправились на лестницу. Было немного жаль покидать уютную кухоньку, сочетвшую старину и функциональный минимализм.

Винтовая лестница привела нас на на второй, где был длинный коридор с рядом комнат напротив друг друга. Здесь атмосфера была попроще и напоминала советское общежитие – крашенный в коричнево-бордовый пол, голубые стены с грубой краской и трещины, намекавшие на то, что дом нуждался в ремонте.

Мы прошли мимо него, на третий, где ситуация резко менялась.

Третий этаж был единым застеклённым садом. Выглядело так, будто помещение было после свежего ремонта, когда всё уже сделано и остались лишь мелкие косметические детали. Но растений здесь практически не было – большинство клумб пустовали.

– Красиво у вас тут… – впечатлилась Рита.

– Моя сестра с мужем делали. Хотели здесь выращивать экзотические растения или фрукты на продажу. А у меня тут только одна грядка со специями. Только начала, может потом засею больше, если живы будем…

– Вы про конец света? – спросила Рита.

– Он самый. Может статься так, что через год растить будет уже нечего… – задумчиво сказала Маруслава.

– Давайте стараться сделать так, чтобы этого не случилось, – улыбнулся я. – Если вы можете помочь нам способом зачистки дома…

– Не зачистки, – перебила она меня. – А лишь наблюдения, которые вам помогут. Ну что, показывайте!

Я криво улыбнулся. Особенно когда уловил азартный блеск в её глазах, как у Ааэа.

– Почему вы так на этом настаиваете? – настороженно спросил я. – Подозрительно это как-то.

– Ох, я с вами в одной лодке. И племянник мой, – она махнула в сторону Макса. – Я… просто хочу видеть чудеса. Разве это странно? Знаешь, Андрей, я с детства хотела только одного, чудес. Узнать, что мир не такой скучный, и что в нём есть место для чего-то необъяснимо светолого. Магия, сверхспособности… я буду, наверное, мечтать об этом даже когда мне будет за восемьдесят. Я ведь знаю, что необъяснимое есть и хочу стать его частью!

Прозвучало очень искренне.

– Я очень вас понимаю! – с чувством сказала Настя и даже шагнула к Маруславе, чтобы крепко её обнять. – Сколько бы чудеса не прятались и не убегали, нельзя сдаваться!

– Можно и на «ты», – улыбнулась женщина. – Вот какими чудесами ты владеешь?

– Никакими, – просияла Настя белоснежной улыбкой.

– У неё брат из другого мира и послания по всему городу, так что аномальщины и так хватает, – сказал Вася. – А я могу увеличивать физические возможности тела.

Она перевела взгляд на Риту.

Та пристально посмотрела на Маруславу, после чего её глаза налились ализариновым, и цвет потянулся к тени женщины.

Не знаю что именно передала ей Рита через навык, но на лице у тёти Макса появилось странное выражение лица, немного мечтательное, расслабленное и вдохновлённое, что ли.

– Это… твой навык меняет настроение? – спросила она.

– Я могу только передать свои чувства. То что они приживутся – не обещаю, тут зависит не от меня. Но эффект в любом случае будет заметен.

– Интересная способность. Очень вдохновляет… – задумчиво закивала женщина.

– У меня всё проще, – сказал я. – Попробуйте в меня что-нибудь бросить.

Старый трюк с ловлей камешков, летящих в лицо, и жонглирование ими произвёл нужный эффект.

– Никуда не годится, – резюмировала она в финале.

– Меня моя способность полностью устраивает, – буркнул я и порадовался, что не оглашал весь список.

– Верю. Но чтобы выйти живыми из шипящего дома, нужно совсем другое, – она улыбнулась. – Они воздействуют на разум через звук. Когда я наблюдала за этим местом, то уловила закономерность, что воздействие рассыпается, если не слышать и не смотреть. И ещё хорошо бы концентрировать внимание не на них.

– Значит, просто не смотреть? – задумался Вася.

– И надеть наушники с тяжёлым роком, – усмехнулась Маруслава. – Если серьёзно, нужен какой-то звук, чтобы сбивать концентрацию. Например, записать на диктофон какой-то резкий писк раз в какое-то время. И не позволять им увести внимание. Ты умеешь молиться, Андрей?

– Молитвы от нежити?

– Или читать мантры. На самом деле, не важно что ты возьмёшь, хоть песню пой или стихи повторяй. Смысл в том, чтобы мозг отвлечь от образов. Ну и друг за другом нужно следить, можно отвлекать, если кто-то тупить начал. Говорить во время прогулки. Можно взять магнитофон и включить на полную музыку. Фактор отвлечения.

– Просто внимание и звук?

– Так ты сможешь ходить вокруг здания и посматривать на аномалии. Что происходит внутри тебе никто не скажет. Но самоубийц после прогулки по этому зданию хватает. Что-то там давит на разум. Поэтому и говорю, что место интересное, но лучше бы вам выбрать что-то ещё.

– Спасибо, но не люблю менять уже принятые решения. Однако буду рад за советы и знания, которые приносит ваш навык неким таинственным образом.

24. Шипящий дом

– Воля твоя. Впрочем, отговаривать тоже не стану. Разве что Макса, – она повернулась к нему. – Не ходи туда.

– Всё равно ведь пойду, – равнодушно пожал он плечами.

Маруслава кивнула. Интересные у них взаимоотношения. Будто оба заранее знали и вопрос, и ответ.

– Тогда рекомендую включить музыку погромче и молиться, – она снова улыбнулась. – И за подсказку хотелось бы в ответ получить какие-то записи оттуда. В идеале если бы у вас была камера.

– Даже так? – я слегка удивился от такого резкого поворота событий.

– Не волнуйтесь, я всё задокументирую. Могу в принципе и камеру взять, но фотки точно будут. Каждый раз делаю.

– О, очень разумный подход, – одобрила Маруслава.

– Я веду свой дневник в интернете, – похвасталась Настя. – Рассказываю про исследования разных таких мест. С фотками, описаниями и мыслями на тему.

– Интересно. Я вроде бы знаю всех, кто интересуется этой темой. Может, я тебя знаю?

– Я Тальхеорка, – гордо ответила девушка в клетчатой куртке.

– О! Теперь понимаю, почему ты в такой компании, – широко улыбнулась женщина. – Прими моё уважение. Я на тебя подписана. Ты в пятёрке моих любимых аномальщиков.

– Спасибо, – слегка покраснела девушка.

– Тогда буду ждать твой блог об этом месте. А если будет что-то, что нельзя написать там, жду здесь, пообщаемся.

– Буду рада!

– Так что насчёт музыки и молитв? – спросил я, возвращая диалог в нужное русло.

– Аномалия реагирует на звуки и мысли, – пояснила Маруслава. – Музыка подойдёт любая, но в идеале без пауз. Не знаю, будут ли сильнее работать звуки в эзотерическом контексте, вроде тех же мантр. Мне помогала и обычная музыка. Главное громкость и желательно без долгих затиший.

– Это как-то снижает влияние аномалии?

– Если ты не слышишь, как шипит дом, ему трудней на тебя влиять, – пожала плечами Маруслава. – Насчёт молитв примерно так же, хорошо, если вы будете молиться или читать мантры, но главная цель здесь не в святости, а в том чтобы сбить внутренний диалог. Подойдёт считалка, текст песни, что угодно, главное без остановок.

– А откуда вы всё это знаете, если не секрет?

– Навык, – пожала плечами Маруслава, как можно более равнодушно.

– И как далеко он заходит? Как много вы можете так узнать?

Она немного подумала и затем нехотя призналась:

– Я знаю только то, что знают книги, – пояснила она. – Нужная информация мне просто попадается случайным образом.

– Мне нужно узнать об одной аномалии всё возможное. Мы можем договориться? Возможно, вам будут полезны специалисты нашего профиля.

– Интересно, – улыбнулась Маруслава. – Смотря что за аномалия. Не могу ничего обещать. Опишите, возможно, я уже о ней знаю.

– Мы ищем Принцессу Многогранника.

Маруслава удивилась.

– Та, которая знает всё?

– Угу, она самая. Я пытаюсь как-то решить вопрос с концом света.

– Слышала о ней, но если честно, звучит она странно даже по моим меркам. Но я попробую разузнать о ней. То, что вы этим интересуетесь, само по себе интересный повод. Вы уверены, что она правда есть? И зачем она вам?

– Причин много. Я думаю, что как-то связан с этой легендой. И есть кое-какие заинтересованные лица внеземного происхождения, которые её тоже разыскивают.

– Очень интересно! Что вы о ней знаете?

– Только то, что она где-то есть и обитает в некоем неведомом пространстве, которое появляется где и когда угодно.

– Хорошо, в следующий раз я расскажу всё, что найду о ней. А платой за историю будет другая история. Так будет справедливо.

– Могу рассказать свою, – приняла на себя эту ношу Настя.

– О твоём «несуществующем брате», про которого ты писала в блоге? Это было бы замечательно!

– Тогда я могу заскочить завтра в это же вромя, – обрадовалась Тальхеорка.

– Договорились. Главное, доживи до рассвета в такой компании. Думай своей головой и не лезь в пекло, – она подняла взгляд на Макса. – Это всех касается. Её породило какое-то страшное существо из другого мира, и у него есть какая-то цель. То что там обитает чуждо обычному миру.

– У него есть название? Или что-то более подробное? У нашей Насти есть волшебная книжка с ответами на все вопросы.

– Книжка? – удивилась Маруслава. – Очень интересно.

– Это вы уже потом обсудите. Но если ты опишешь, что там находится, возможно, она сможет найти ответы в ней.

– Хм. Те кто их видели, описывали силуэты людей из белого шума. Серость и шипение как на телевизоре, но в форме движущихся гуманоидов. Аномальные свойства проявляются, когда ты слышишь шум и ловишь их облик в фокусе зрения Затем они начинают за тебя думать и транслировать тебе то, что хотят.

– Они атакуют какой-то формой внушения?

– Можно сказать и так. Они сами по себе не атакуют вообще. Но внушают образы, которые ведут человека к смерти, в том числе мотивируют к суициду. Поэтому ваши способности уворачиваться от камней или разгонять возможности тела, там будут совершенно бесполезны.

– Спасибо за информацию, – кивнул я.

– Так что, мы не идём? – с разочарованием в голосе спросила Настя.

– Идём, конечно, – криво улыбнулся я. – Но теперь с подготовкой и более осторожно.

– Магнитофонов надо взять несколько, – заметил Вася. – Всё равно будут вырубаться.

– Удачи. Жду новости и отчёты. Но если начнётся невыносимое желание шагнуть в окно и освободиться от бренности бытия, валите оттуда к чёрту. Это не нечисть в привычном понимании, а именно какая-то аномалия. Она не работает по привычным законам.

Разговор оказался действительно очень полезным. Впечатление от Маруславы осталось самое положительное. Даже просто смотреть на неё было уже приятно, а уж променять невероятно важную для нас информацию о Многограннике и его Принцессе на то, что Настя расскажет о своём брате, что она и так делала с большим удовольствием всем желающим… это вовсе великая победа.

Намного лучше, чем куча времени, которую я должен отдать за ту же просьбу Ане. Если её инфа будет хуже, я сильно на неё обижусь, мягко говоря.

Возвращались домой с небольшим запасом времени. Мы с Максом возвращались в дом, а Вася, Рита и Настя отправлялись по своим домам в поисках всего необходимого по новым вводным.

– Ну, как тебе моя тётка? – улыбнулся он, когда мы остались вдвоём.

– Это слово ей не подходит. По духу она будто одна из нас.

– Так и есть. Она ведь тоже видит цифры в зеркале.

– А что это за способность такая?

– Ну, раз она сама рассказала… – неуверенно начал он. – Ей можно сказать, везёт с правильной литературой. Пару раз она даже попадала в аномалии – заходила в книжный, которого не существует, а потом была в каком-то кафе, которое потом не могла нигде найти. Один справочник по магическому устройству тела человека нашла лет десять назад, во время сильного ливня. Он просто приплыл ей под ноги вместе с мусором с рынка. Пришлось собирать часть книги по вырванным листам, но фолиант был невероятным.

– Бывают и такие способности, – удивился я. – Полезный навык.

– Ну, ты же можешь читать прошлое артефактов.

Я кивнул.

Трамвай затарахтел по рельсам, неся нас к ставшему нашей базой дому.

На пороге нас встретила Марта. Было немного непривычно видеть её без готичного образа с пышными платьями и юбками, в простых джинсах и в рубашке на размер больше.

– Как прошло? – спросила она.

– Ну, мы стали на шаг ближе к принцессе, так что твой Владыка точно должен быть доволен.

– Рада это слышать. Я хотела сказать, что закончила часть работы на четвёртом. Ещё немного времени и будет готово.

– Готово что? – не сразу понял я.

– Водный источник.

Мы с Максом переглянулись.

– Покажешь?

– Разумеется, – улыбнулась она с явным удовольствием от интереса к её работе.

Затем мы проследовали на четвёртый, не заходя домой. Марта открыла дверь к кикиморам как к себе домой, и вошла внутрь.

– А где монстры? – спросил я.

– Они не монстры. Скорее полуэлементали.

– Когда вы успели подружиться?

– Рита нас познакомила, дальше изъясняемся жестами. Они не мешают, всё же для них стараюсь.

Я посмотрел себе под ноги. Вода была где-то по щиколотку, но из квартиры аномальным образом вытекала лишь тонкая струйка, остальная часть удерживалась будто невидимой стенкой, причём очень хлипкой.

Объём работ, проделанный Мартой, впечатлял. Она постелила по всему коридору водонепроницаемую плёнку, которая удерживала влагу внутри помещения, не позволяя просачиваться на голову Ника.

– Ты хорошо постаралась. От лица всего этого дома тебе благодарность.

– Особенно от котов со второго, – улыбнулась Марта. – Я много работала со степлером и клеёнкой, так что ничего для меня нового.

– Всё равно ты большая молодец. Я даже не знал, когда и как к этому подступиться – работа…

– Видишь, я гораздо больше пользы приношу на базе, – улыбнулась она. – Но вообще, я просто хочу наконец искупаться. В моей квартире даже бойлер есть. Была б хоть холодная вода…

– Тогда ты вдвойне молодец. Хотя я пока слабо представляю, как это всё будет работать с разорванными трубами в подвале.

– Спасибо.

– Тебе спасибо. Ладно, мы собираться к «шипящему дому». Если вдруг передумаешь и захочешь с нами – у тебя есть время.

По глазам девушки понял, что надеяться на это не стоит.

* * *

Дом находился в лесу. Это была часть города, которую планировалось построить ещё одним спальным районом, но как-то идея заглохла ещё в самом начале. Напоминанием об этом служили три недостроя, один на уровне фундамента и первых опор, второй построен этажа на четыре с половиной, а третий – почти готовый к сдаче шестнарик. Осталось только провести коммуникации и поставить двери с окнами. Сама конструкция была уже почти завершена.

Затем когда-то давно был пожар, отразившийся тёмными пятнами в нижней части, до пятого этажа. Откуда именно произошло возгорание – толком уже было не ясно. То ли на втором, то ли на первом, но охватило оно приличный кусок. Хотя казалось бы, чему там гореть, в голой железобетонной конструкции?..

Мы встретились в крайней к дому точке города. Только на этот раз в кармане лежал Ник, за спиной висела Ааэа из которой торчал самый красивый предмет моей коллекции артефактов, а в руках вместо трости был Гераний, замаскированный под неё. Ну и кинжал на поясе, как без него.

Что из этого реально мне понадобится, я мог только догадываться.

– Ну что, всех приветствую, – начал я. – Все взяли с собой необходимое?

– У меня колонка на батарейках, – продемонстрировала большой белый предмет с двумя динамиками. – Я записала тяжёлый рок. Как я поняла, чем громче, тем лучше? И ещё с телефона могу запустить. Там, правда, качество не очень, и не так громко, но может помочь.

Она продемонстрировала дисковый плеер, соединённый с колонкой проводом. Выглядело ненадёжно, как по мне.

Вася притащил крупный кассетный магнитофон. Что-то дешёвое, китайское, чего будет не очень жалко разбить, если аномалия взбесится.

Рита же оказалась самой оригинальной и принесла с собой шаманский бубен, свисток и возможно что-то ещё в сумке за спиной. Но может это и правильно – если вырубет всё сразу, у нас по крайней мере свисктки и бубен останутся. Может, тоже сработает – шаманы же как-то изгоняли злых духов музыкой?..

Над головой как раз начинался закат, и небо окрашивалось в алые оттенки. Закатное солнце было над злосчастным домом, которому не повезло.

Выглядел он издали как самый обычный шестнарик. По приближении – показались следы запустения.

Перед домом стоял огороженый старым дряхлым забором участок. Как раз на том углу неиспользуемой улочки он не выдерживал собственный вес и проваливался внутрь, создавая прямой путь к нужному зданию.

Место выглядело странно – будто среди леса кто-то бросил кусок города.

Осень, несмотря на начало октября, сюда ещё не добралась, и здесь было много зелени, чередующейся с янтарными красками.

Первое впечатление о доме было скорее положительным. Именно так я себе это место и представлял, но ожидал ощутить тяжёлый дух, как в доме у Ника или у нас на Василькова до зачистки от нечисти. Скорее наоборот, место навевало лёгкую ностальгию по тем временам, когда я бы бегал здесь с палкой и самодельным луком.

Из-за густых одичавших деревьев проглядывало садящееся солнце.

– Ну что, начнём, – сказал я. – Я пойду первым, а вы смотрите в оба, следите за тылом и за мной.

Вася встал рядом и поднял с акцессией тяжёлый металлический щит. Макс достал альбом. Я с удивлением посмотрел на неожиданное «оружие». Неужели что-то придумал и не поделился, решил похвастаться идеей в бою?

Рита неожиданно с рогаткой. Ещё один сюрприз.

И только Настя осталась верна себе и крепко сжала мыльницу.

Мы вошли внутрь тёмного подъезда. Электричеством, как и проводкой в принципе, здесь даже не пахло. Включились фонарики. Три луча прочертили мрак и высветили мрачный вид почерневших от копоти стен.

Аура мистики и таинственности под светом стала быстро спадать, вместе со страхом перед неведомыми «шипящими силуэтами». Стены были исписаны похабщиной и руганью, на полу валялась битая тара, а под стенами, похоже, устроили общественный нужник…

– Что-то это не катит на аномалию, – нахмурился Вася.

– Ты не прав, – не глядя бросила Настя и щёлкнула вспышкой. Перед нами на стене была выцарапана на черном надпись «Dead End 592007».

– Такое чувство, что стены говорят с нами… – заметила Рита.

– Вы лучше вот сюда посмотрите, – сказал Вася, отходя назад и пытаясь обхватить расширившимся лучом фонаря новую картину знакомого автора.

Часть потолка обвалилась, создав небольшой колодец с высоким потолком. Здесь на идеально чёрном полотне почти светилась, будто со светоотражающей краской, новая картина с Настей в главной роли. Только волосы и полоски на куртке намерено светились так, чтобы выделить персонажа из фона и придать ощущение мистичности этой фигуры.

Нарисованная Настя с вдохновлённым счастливым лицом, игралась с облепившими её светящимися мотыльками, парившими вокруг неё. Затем луч света опустился чуть ниже, и я увидел, что в ногах у девушки лежит человеческое тело в искажённой маске с разными глазами. Заметить его очертания сразу было непросто – тело было покрыто целыми стаями мотыльков, создавшими на первое впечатление образ светящегося озера.

– Ты же не видишь здесь ничего странного, правда? – спросил я у реальной Насти.

– М-м? Ничего, кроме того, что какому-то идиоту хватило на это времени и желания, – бросила она с лёгкой брезгливостью.

– О как. Опиши, что ты видишь.

– Издеваешься? – спросила она, но по моему голосу поняла, что нет, и ответила серьёзно. – Грубое изображение полового акта с гипертрофированными…

– Понял, достаточно, – оборвал я её. – Мы видим абсолютно другое.

«П▣М»

– Принцесса Многогранника…

– Стоп. Там опять картина, которая типа со мной? – насупилась Настя. – Какая-то пошлятина?

– Нет, наоборот, милый образ. Но довольно зловещий.

– Какой?

– Ты выглядишь счастливой, в своей любимой куртке. Вокруг тебя облако светлячков, а на полу под ногами – тело какого-то типа в маске.

– И ещё тут какие-то руки летают, и бабочки светятся, – добавила Рита. – Краси-иво!

– Колись, ты соблазнила какого-то великого колдуна? – спросил Вася.

– Вряд ли великий колдун называл бы себя «Принцессой», – заметил я.

– А с чего вы взяли, что «ПМ» – это она? – заинтересовался друг.

– Ну так это же просто. Буквы совпадают, а символ всегда разный, но это всегда геометрическая фигура. Не просто же так? – спросила Рита.

– Да ну вас, у меня нет никого знакомого с таким ником! – бросила Настя. – Давайте уже подниматься. Мне не интересно то, что нельзя сфотографировать как свидетельство чуда.

Мы прошли по тёмному коридорчику к лифтам. Вместо них сейчас была лишь чернота колодца. А за ними начиналась лестница вверх.

Уже на втором этаже ситуация менялась. Выше вандализм не поднимался – надписей практически не было, да и писали по большей части что-то хорошее или нейтральное.

Я постоял какое-то время здесь, прогулялся до квартир в поисках того самого аномального эффекта. Заглянул в квартиры – серые бетонные коробки без дверей и с квадратными отверстиями незастеклённых окон.

Ничего интересного так и не найдя, я вернулся к лестнице и мы продолжили путь.

Через узкие окна на лестничной клетке внутрь дома проникали алеющие лучи закатного солнца.

– Стойте, – остановил на третьем нас голос Риты. Она нахмурилась и прислушалась.

Где-то вдалеке раздался едва слышный смех. Женский и весёлый. Не издевательский, а лёгкий, будто просто в одной из комнат кипела обычная жизнь.

В подтверждения этого где-то наверху цокнули вилкой по тарелке.

– Началось, – резюмировал Вася.

25. Эхо чужих голосов

Я кивнул. Мы продолжили подъём. На уровне четвёртого этажа снова послышался голос, вроде бы, бег по полу и детский смех.

– Я сейчас, – кивнул я и скользнул на площадку.

Прошёл мимо шахт лифта и заглянул в квартиры. На первый взгляд – никого. Зайти внутрь… нет, пока что-то не хочется. Хотя, если там что-то есть, и оно зайдёт нам в спину, когда мы поднимемся выше… нет, надо.

На третьем тоже были признаки пожара и запустения. Поднял голову и увидел, как кто-то на почерневшем потолке у шахты лифта отметил в сердечке надпись «Саша+Алёна».

Подошёл ко входу в одну из квартира. Узкое пространство коридора – худший вариант для моих способностей. Очень легко оказаться в ловушке.

Пересилил себя и вошёл внутрь. Звуки жизни вокруг стали будто бы чуточку громче. Теперь я различал, как громко работал телевизор наверху, как внизу кто-то включил музыку, где-то смеялись дети, где-то на кухне шкварчал на сковороде ужин.

Но ничего подобного я так и не видел. Квартира пустовала. Дом был непригоден для жизни и не сдан в эксплуатацию. Здесь никогда не жили люди, следовательно, это не могут быть призраки прежних жильцов.

Шагнул в квартиру. На всякий случай вытащил Гераний и перевесил поближе Слезу теней. Затем отчётливо услышал бой часов. Жужжание холодильника.

Шипение.

Оно было резким. Как будто кто-то на доли секунды включил на полную громкость телевизор с белым шумом.

Я обернулся к комнате. Больше она не была пустынной и серой. Это была комната с красивым советским ремонтом, ещё свежим. Резная мебель, ковры, шкаф с сервантом и хрустальным сервизом.

На душе стало светлее и спокойнее. Место не казалось злым, напротив, атмосфера была уютной и тёплой. Я будто попал в своё глубокое детство и вновь ощутил себя совсем мелким. Возникло большое желание остаться бросить всё, включить телевизор, подключить денди и гори оно всё к чёрту.

В голову пришли строчки из песни «КиШ».

Подвальный ужас… слияние тьмы во коте. Подвальный ужас… тебе не скрыться нигде…

Стоп. Разве у них была такая песня? Тогда откуда в голове эти слова и мелодия?..

Шипение. Оно мгновенно выбило меня из размышлений. Я посмотрел на комнату, и та полностью изменилась. Теперь ремонт был современным, в минимализме. Прежним осталось в некоторой степени только расположение объектов. Но сама мебель полностью переменилась.

– Адрей, седись ужинать. Дети тебя уже устали ждать, – произнесла Таня в лёгком домашнем халате. – Переодевайся.

– Стоп. Ты не настоящая, – сказал я уверенно. – И всё вокруг – это часть аномалии.

Она улыбнулась.

– Самая настоящая. Если что-то не нравится – сам такую выбрал, – игриво сказала она. – Переодевайся.

Кивнула на кровать, где лежали белые льняные штаны и футболка.

В голове начали вспыхивать одни за другим воспоминания. Мы купили этот дом недавно, заселились среди первых жильцов. Познакомились в универе, затем отношения быстро набрали оборотов – оба влюбились друг в друга до беспамятства, как говорят. Будто две половинки единого целого. Стихи, разговоры обо всём на свете, долгие ночи и совместные рассветы. Теперь вот воспитываем сына и дочку. А я…

Обернулся назад на чистенький подъезд нашего дома.

Главное, не забывать… что? Я что-то важное должен был сделать.

– Самого Дагона сын из морских пришёл глубин, – тихо напел я себе под нос и услышал, как море отозвалось мне плеском волн, а шипение навестило в третий раз, возвращая в действительность.

Теперь в свете закатного солнца я видел Таню стоящей у окна. Она смотрела на город, такая красивая и такая далёкая.

– Уверен, что хочешь уйти? – спросила она, с трудом сдерживая слёзы. – Неужели я настолько хуже? И… детей ты тоже бросишь? Почему, Андрей? Она красивей меня? Моложе? Тебе с ней интересней? ПОЧЕМУ?!!

В конце она перешла на истеричный крик и сорвалась на слёзы.

Стоило огромных усилий подавить импульс подойти к ней и успокоить. Я ощущал, что творится что-то сильно не то.

Развернулся и вышел на лестничную клетку, продолжая слушать болезненные всхлипывания отчаявшейся женщины. Но ещё больней было мне самому – в голове горела огнём мысль о том, что я мог просто вернуться, и всё бы закончилось на этом. Любимая жена, дети, спокойная жизнь в уютном семейном гнёздышке. И никакого сентября седьмого года. Мы его уже здесь давно пережили.

Уже идя мимо пустых провалов с шахтой лифта, услышал барабанную дробь. Настя врубила «Рамштайн», и я мигом вспомнил о том, кто она такая, и что никакой Тани здесь нет и быть не могло.

Друзья заподозрили, что я слишком долго, и решили устроить целительную дискотеку. К счастью, я и сам сумел не поддаться аномалии. Значит, всё не так и страшно, и человек способен сопротивляться и сам. Уже добрая весть.

Вот только как превратить эту аномалию во время?.. Надеюсь, это не будет тупой психологической игрой с убийством призраков, которые принимают вид близких людей. Это было бы слишком банально.

– Ты как? – встречал меня Вася. – Выглядишь, будто призраков видел… что, правда видел?

– Видел! – кивнул я и подождал, пока Настя сделает потише. – И даже смог бороться, так что и вы, думаю, сможете. Они насылают видения. Сам силуэт видишь первые пару секунд, потом очень быстро белый шум превращается в сюжет… видимо, из фантазий. И да, Маруслава была права. Умная женщина…

– Угу! – довольно улыбнулся Макс.

– Слова песни все знают? – спросил я.

– На немецком? – спросил Вася. – Ну… с ошибками, наверное.

– Нужно что-то, что будут знать все, – произнёс я. – Задача такая. Идём, поём песни. Думаем, о чём поём, периодически вспоминаем. Нужно, чтобы у слов песни был узнаваемый образ, так что желательно на понятном языке, чтобы понимать, о чём поёшь.

– Это всё ты понял, когда столкнулся с ними? – удивился Вася.

– Да. Если погружаешься в игру и начинаешь вестись на иллюзии – не знаю, что будет, но ничего хорошего точно. Если сопротивляться – в принципе тоже погружаешься в иллюзию. Потому надо именно переключаться. Песни петь, думать о чём-то несвязанном с иллюзией, будто её нет. Игнор, в общем. По крайней мере, у меня работало так.

– Принято, командир, – шутливо отсалютовала Рита. Её рыжие волосы озарились в свете заходящего солнца и стали будто светящимися.

А я поднял голову выше и тоскливо посмотрел на чёрную, обгоревшую бетонную лестницу без перил. По законам жанра дальше должно быть ещё веселее…

Мы медленно продолжили путь по лестнице. В прошлый раз я растерялся от нахлынувших картин. Теперь буду пытаться атаковать силуэты как только увижу. Если окажется, что время с них собрать нельзя – то мы просто забьём и пойдём искать другой объект.

На четвёртом было тихо. Но пройтись всё равно нужно было. Я шёл, напевая себе под нос песню про пришествие Дагона, и заглянул в квартиры. Никого.

С лёгким разочарованием вышел и направился мимо открытой шахты обратно к своим. Как вдруг увидел бело-серые линии, собиравшиеся в некий гуманоидный силуэт прямо в лифте. Предполагалось, что нечто неведомое с невероятной скоростью заберёт меня вниз, и я сверну себе шею с такой высоты. Но фокусировка с акцессией считали иначе – я успел молниеносно махнуть Геранием, поражая противника.

Меня обдало волной сажи и пепла. В глаза попало, вынудив жмуриться и отплёвываться.

– Что случилось? На тебя напали? – воскликнула Рита. – Откуда?

– Лифт, – отозвался я, потирая глаза.

– А времени за них дают прилично, – заметил Вася.

Я с трудом сфокусировался на полу. Там зависла цифра 509. Правда, всего одна.

– Не, эт мало, – поморщился я. – Но главное, что убивать их всё-таки можно.

На пятом шли вместе с Ритой и Васей. Настя под прикрытием Макса берегла колонку, оглашавшую дом музыкой.