Текст книги "Я пришёл (СИ)"
Автор книги: Артём Соболь
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 28 страниц)
Соблазн… Выбор… Что мне делать? Даже не с Конохой, не со всей этой планетой, а вообще… Смотреть как галактика тонет в крови, травит сама себя какой-нибудь синтетической превращающей мозг в губку дрянью? Смотреть как на загибающихся мирах, матери с целью продлить агонию продают своих детей? Как сотни тысяч разумных, сходятся в смертельной битве за болтающийся в космосе, богатый ресурсами планетоид? Или, взять и всё изменить? Изменить, потому что сейчас, в моих руках сила… Сила не поддающаяся измерению или даже пониманию. Я могу всё… Всё…
Эйфория сменяется холодным ужасом. Приходит понимание что такие возможности, просто не должны находится в руках разумного существа. Соблазны, слабости… И это ещё хорошо что у меня нет жажды власти, а жадность на минимуме, потому что в другом случае… Галактика легко может встать на колени. Редкие синтетические расы и Технократия, ничего не смогут сделать. Их банально количеством закидают. Да одной расы Таланианцев, если превратить их из учёных пацифистов в солдат, что легко можно сделать, очистят галактику от всех ненужных.
Один шаг, одно решение и мир изменится. Мир… Что мне делать? Действовать или…
– Я не знаю… – хватаясь за голову закрываю глаза. – Не знаю!
– Джирайя, тебе плохо? – спрашивает заходящая на кухню Мей.
Незаметно проглатываю свою копию, мотаю головой…
– Нет, всё хорошо. Просто голова разболелась. Что в моём возрасте…
– У тебя жар, – прижавшись губами к моей несчастной голове выдыхает девушка. – Пойдём, тебе надо прилечь, а я приготовлю травяной чай. Пошли…
– Мей…
– Не спорь со мной. Сказала надо, значит надо. Не всё тебе обо мне заботиться. Теперь я поухаживаю за нашим спасителем.
Мей отводит меня в комнату. Укладывает на кровать, стянув ботинки укрывает одеялом. Гладит волосы и уходит.
Через несколько минут возвращается с подносом. Помогает мне сесть и с рук поит травяным чаем. Укладывает, притащив стул садится у кровати и берёт мою руку.
Люди, как и все разумные вы очень странные существа. У вас есть всё, но вам всегда хочется большего. Вы способны на невероятные чувства. Ваша любовь, привязанность, верность, преданность, благодарность, иногда не имеют границ. Но в тоже время, не имеют границ ваши: злость, жадность, ярость, ревность… И дурацкие лживые цели, ради которых вы готовы на всё. Перевороты, кровавая резня системных масштабов, войны, вами же устроенные эпидемии.
Иногда мне жаль что в моё тельце вложили разум. Так бы я хотя бы не понимал всего происходящего. Но увы.
– Может позвать медиков? – гладя мою руку спрашивает Мей.
– Не надо.
– Но ты весь горишь. Тебя трясёт.
Слушай…
Опустив голову Мей протягивает мне руку, кивает…
– Укуси меня. Выпей, тебе легче станет.
– Не буду.
– Почему? Это быстро. Мне не привыкать. Я…
– Я не хочу причинять тебе боль. Пусть мне плохо. Пусть больно, но с тебя хватит. Никогда больше не предлагай мне подобное. Я отлежусь, скоро мне станет лучше. А если я сделаю тебе больно, я себя никогда не прощу.
Вздохнув Мей забирается на кровать. Лезет под одеяло, обнимает…
– Это что?
– Чтобы не проспать, – уверенно говорит она. – Так я смогу следить за твоим состоянием. Если станет хуже, извини, но я побегу в госпиталь. Спи, сон лучшее лекарство. Ох ты… Ты стал дрожать сильнее. Дыхание… Тебе хуже.
– По другой причине. Ты не поверишь, но… В одной постели с девушкой. Вот так, в обнимку… Можно сказать, так я впервые раз.
– Серьёзно?
– Ты не поверишь.
– А я и не верю. Джирайя, ты шутишь. Да за тобой женщины толпами ходят. С такой внешностью, телом, характером. Нет, ты однозначно шутишь.
– Нет… Всё, мне стыдно. Хватит об этом.
– Хи-хи, ну как скажешь.
Зевнув, Мей поудобнее устраивается у меня на руке. Обнимает, что-то бормоча закидывает на меня ногу.
Она не сломалась. Она прошла через ад, но сохранила себя. Почему мы так не можем. Цунаде, Какаши, я… Почему мы так цепляемся за прошлое? За любовь, которой в моём случае, возможно, никогда не было. Почему? Не знаю… И наверное не узнаю. Спать, почему-то хочется…
Глава 27
Утро. С памятной во всех смыслах ночи, минула целая неделя. Неделя не простая, полная странностей и необычных происшествий.
Первым делом стоит отметить разошедшуюся по Конохе новую книгу. Читают сие непотребство все, извращенцы проклятые. Им это зашло. Деньги пошли. Типография готовится напечатать ещё и отправить в другие страны.
Вторым пунктом, идёт скорое открытие ресторана. Бургеры, хот-доги, в скором времени пицца, кое-какие кондитерские изделия и молочные коктейли. Думаю, где-то через неделю можно будет открываться. С желающими поработать проблем нет. Их хоть отгоняй, особенно Като рвётся на помощь. Хлебобулочные изделия поставляет подруга. Мясо и прочие ингредиенты с огромной скидкой готовы продавать Акимичи. Специи и травы продадут Нара. Строение и кое-какие деньги на открытие предоставила Цунаде которая ведёт себя так, как будто вообще ничего не случилось.
Третий, самый странный пункт – местное женское население во главе с Цунаде. Ну и, свихнувшиеся главы кланов, которые всерьёз вознамерились женить меня на ком-то из своих. Недвусмысленные намёки, приглашение в гости. От Цуме аж четыре штуки, но она сама замуж выйти не против. Подарки. Коробочки со всякой всячиной, от еды до одежды и сладостей. Они горами обнаруживаются с утра у барьера. А ещё, письма и записки. Они, вдруг, непрерывным потоком полились на мою несчастную голову. Что мне не надо, хоть очень хочется.
Четвёртый пункт… Узумаки Мей. С хорошим питанием и надлежащим уходом, девушка быстро приходит в себя и набирает в весе. Настроение у неё всегда на высоте. Но, после той ночи когда она следила за моим состоянием, то есть спала в обнимку со мной… Её взгляд изменился. Стал оценивающим, долгим, изучающим. Нет, никаких действий она не предпринимает, лишних слов не говорит. Просто старается быть рядом и смотрит. Что настораживает. Конечно, женской ласки хочется. Хочется так, что даже соответствующего содержания сны снятся, но… У меня к ней ничего кроме сочувствия. Можно сказать я её люблю, но люблю как младшую сестру, не более…
Ну и последнее – ученики. Наруто, Карин и прочно прописавлийся у нас Саске. Тренируются, учатся. Стараются узнать больше и все трое считают дедом. Иногда спорят кому из них я дед сильнее, но никогда не ругаются. А когда узнали что скоро начнут изучать фуин, не зря закорючки рисовали, то от восторга чуть из штанов не выпрыгнули. И тут надо отдать им должное. Они стараются. Не только на тренировках, а и в обычной жизни. Находят время помогать нам с Мей по дому. А два дня назад, случилось нечто… Саске начал учить Наруто и Карин, читать и писать. Он умеет, он ихэз клана. А Карин и Наруто, только рады. Молча слушают неуклюжие объяснения Учиха, потом пыхтя и прикусив языки пытаются писать. Что радует уже меня. Такое рвение…
А ещё Наруто скучает по Какаши, который забил на нас и не показывается. А если попадается в деревне, то утыкается в книгу и делает вид что не заметил.
Я же… Ну, я стою в переделанном под мастерскую сарайчике. Напильником подгоняю изготовленные по заказу детали. Шлифую наждачной бумагой. Собираю. Тяжёлым молотком разбиваю заклёпки. В идеале, у меня должен получиться пистолет. Однозарядный, но мощного калибра, с длинным стволом. Гладкоствольный, что такое нарезка здесь не знают и приспособлений для неё не имеют. Но тем не менее, у меня будет огнестрел. А после сборки всего заказанного появятся ещё несколько станков для изготовления патронов. Станок для нарезки ствола, соберу позже. Короче сейчас у меня получится не настоящий пистолет, а уродливый и очень простой обрез охотничьего ружья стреляющий или мелкой дробью, что неплохо, или картечью что ещё лучше. Можно и пули, но точность и дальность оставит желать лучшего. А вот мелкая дробь, в лицо врагу. Хе-хе-хе-хе-хе… Мягко скажем неприятно. Особенно в глаза.
Заканчиваю сборку пистолета. Переламываю его, смотрю в ствол. Взвожу курок, жму на спусковой крючок.
– Идеально.
Ствол толстый, массивный. Диаметр миллиметров двадцать. Простейший механизм. И с патронами проблем нет. Проклеенный тканево-бумажный контейнер для хоть какого сжатия. Вместо пороха взрыв печать. Вместо капсюля ещё одна печать, но другая. Вместо дроби пока рубленные гвозди.
– Эх, мне бы хоть один нормальный принтер. Я бы не то что ручное оружие, я бы звездолёт собрал. Знаний у меня… Хм…
Нужно собрать радио. Не такое как здесь продаётся, а нормальное. И послушать на определённых частотах что в небе творится. И это немного напрягает. Хорошо если я ничего не услышу. А если писк Таланианского маяка? Или бинарный код Технократии? Тогда мне конец. Мне, конец. Не кому-то, а именно мне. И слушать страшно. Но жить в неведении ещё страшнее. Потому как если что, я хотя бы готов буду. А то так десант Конфедерации на деревню спустится, а я буду спать…
Если десант Конфедерации спустится, то сон мой не прервётся, а перейдёт в смерть. Но я надеюсь что нет. Я соберу приёмник, благо что с радио здесь знакомы. Забабахаю антену и, конечно, же ничего не услышу. Потому что… Ох…
Мрачно улыбаясь заколачиваю последнюю заклёпку. Осматриваю получившееся у меня убожество… Вздыхаю…
Символ на руке нагревается. Значит гости у барьера. Спрятав оружие в тайник, снимаю фартук, вытираю тряпкой руки и иду проверять кто пожаловал. У ворот… Женщина с символом клана Учиха на рукаве. Ещё одна по виду Яманака. Третья явно Нара. Четвёртая, самая большая – Акимичи. Все стоят с подносами. Смотрят друг на друга с превосходством.
Но меня интересуют не они, а трое серьёзно настроенных Хьюга. Два парня и девушка.
– Утро доброе, – выходя за барьер киваю. – С чем пожаловали?
– Хиаши-сама, требует чтобы ты перестал шуметь по утрам, – проталкиваясь вперёд кивает Хьюга.
– Я мешаю?
– Ты чем-то стучишь. Хиаши-сама в это время просыпается. Ты мешаешь ему ему совершать утренние процедуры и гулять по территории наслаждаясь утренней прохладой.
– Значит слушай сюда, хрен белоглазый. Мне плевать на Хиаши, плевать на его наслаждения и утротренние процедуры. А если вы, уроды, ещё раз побеспокоите меня, я приду к вам, и натяну главу вашего ущербного клана на молоток. Вот тогда он насладится прохладой на полную. И утренние процедуры ему больше не понадобятся. Во сне под себя ходить будет. Всё поняли? Исчезли отсюда. Девушки, тысяча извинений за моё неподобающее поведение. Просто на голову слабенькие одолели. Что у вас?
У них, всё… В буквальном смысле. Еда, самолично приготовленная. Одежда, сладости, выпивка. Восхищение мной. Вопросы, по типу: как дела, как Наруто и тому подобные.
Уходить женщины, все как одна слегка за тридцать не спешат. Но и в гости не напрашиваются. Предлагают снять пробу с блюд, на месте.
Снимаю… Потому как не уйдут. Если что заскочу за барьер, там меня не достанут.
Первым делом пробую угощения Нара. Вкусно, просто, ничего необычного. У Яманака, ещё вкуснее. Стряпня Акимичи, крупной слишком фигуристкой женщины… Там всё такое, почти два раза как у Цунаде. Кхем… Стряпня Акимичи заставляет закрыть глаза и замычать от удовольствия. Надо отдать им должное, готовить умеют. Но…
Пробую блюда от Учиха. Начинаю как говорит гостья с чашечки. Закусываю мясом…
Какой коктейль веществ. Успокоительные, много. Тело расслабляется, мысли путаются. Какие-то действующие на голову вещества. Из четырёх женщин вижу только Учиха. Красивую женщину с большими чёрными глазами. Возбуждающее от которого дыхание сбивается, в животе холодеет, а то что надо, то на что нацелено вещество, напрягается и начинает гореть.
– Вкусно? – смущённо отводя взгляд спрашивает Учиха.
– Невероятно. Вот… Кажется я себе невесту нашёл. Скорее, в клан.
– Зачем?
– Ну как? Сообщим главе. Соберёшь вещи. Завтра свадьба.
Схватив бутылку, в которой веществ больше чем саке, выпиваю половину. Чувствуя что крыша совсем съезжает, взяв женщину за руку, закидываю её на плечо и бегу к кварталу Учиха. Бегу быстро, даже прохожих перепрыгиваю.
(Несколько минут спустя. Учиха Фугаку.)
Сообщение о том что прибежал пьяный Джирайя, немного выбивает из колеи. Никто, ни я, ни старейшины клана, не ожидали что всё получится так быстро.
Значит нам повезло. Значит мы угадали с выбором. Значит Наоки ему понравилась. Аха-ха, борьба закончилась не начавшись. Закончилась нашей победой. Не буду задаваться вопросом как тридцатилетняя вдова смогла расположить к себе Саннина. Но то что Саннин теперь с нами…
Улыбаясь своим мыслям прохожу в комнату для совещаний. Там сидя на полу, пьяный Джирайя одной рукой держит бутылку, второй обнимает Наоки и заставляя её краснеть шепчет на ухо что-то явно непристойное.
– Джирайя…
– О, Фугаку. Глава клана Учиха. Здравствуй. А я тут… Ты не поверишь. Жениться хочу, сил нет. Вот, пришёл к тебе. Обрадовать.
– Очень рад. Наоки, выйди…
– Нет, она останется, – крепче обнимая её кивает Саннин. – Мне она понравилась. Вот смотрю на неё и задаюсь вопросом… Как? Скажи мне Фугаку, как можно быть такой красивой?
– Джирайя-сама, вы меня смущаете, – стыдливо отворачиваясь мямлит Наоки.
– Ой, засмущалась. Ну какая же прелесть. Точно женюсь. Только вот из-за этого. Но сначала вопрос. К главе клана. Можно?
– Конечно. Любой.
– Ты так сильно хочешь со мной поссориться, Фугаку? – мгновенно трезвеет Джирайя.
Что-то не так… Что-то… От взгляда Саннина сердце пропускает удар. Плечи вздрагивают, по спине пробегает холодок. Изо всех сил пытаясь сохранить лицо, пытаюсь понять о чём он. А он, обнимая Наоки прожигает меня взглядом.
– Джирайя, я не совсем понимаю о чём ты.
– Да? А я думаю как никто понимаешь. Женщины которых я никогда не видел начинают виться у ворот моего дома. Подарки, знаки внимания. После того как те безумные, сидя в кустах решили устроить за меня борьбу, а наблюдатели увидели это, мне на улицу выходить страшно. И чёрт бы с ними, мне эта возня, даже забавной кажется. Но вот сегодня, вы перешли все границы. Накачать меня убойной смесью успокоительного и возбуждающего… Фугаку, это ты придумал, или старейшины клана? Если тебя заставляют, ты только скажи. Я помогу. Мы же союзники. Мы друзья.
– Это я придумал, – понимая что Наоки начудила киваю Саннину.
– Зачем? – удивляется Джирайя.
– Как лучше хотел. Извини…
Если взбесится, если не поймёт… Он головы Анбу Не ломал. Ударами вминал их лица в головы. В одиночку напал на Траву и практически уничтожил деревню. На его стороне Нара, Яманака и Акимичи. К дьяволу гордость, к дьяволу то что я об этом ничего не знал. Мне надо клан сохранить, поэтому…
– Ну мы же друзья, – качает головой Саннин. – Разве можно так с другом?
– Но я действительно как лучше хотел. Вот, сам посмотри. Наоки. Красавица. Хозяйственная, готовить умеет. Джонин. А ещё она ласковая, умная… И тебе хорошо, и она в надёжных руках.
– Про себя забыл, – ворчит Саннин.
– Джирайя, пойми. Я глава клана. Мне нужно не только управлять, мне надо о всех заботиться. И о тебе тоже.
– Да ты что? А с чего?
– Ну как же?! Ты учишь моего сына. Принял его как своего, а он вообще тебя дедом считает. Кстати я против, не тянешь на деда. Слишком молодо выглядишь. Но в остальном. Пусть и такими способами, но это именно забота. Так же как у тебя. Ты ведь заботишься о клане Узумаки. Заботишься, в одной деревне переворот устроил, другую почти уничтожил. А мы… Ну, ма-а-аленькая шалость. Маленькая. Можно сказать невинная выходка.
Джирайя сжав губы пытается не смеяться. Толкает в плечо бледную Наоки, кивает на меня. Хлопает себя по колену…
– В конце-концов, мы же не отравить тебя пытались?
– Ой, Фугаку, перестань. Рассмешил… А теперь давай серьёзно. Вот эту, клафилинщицу, чтобы я рядом с собой не видел. Хватит с меня. В остальном… Ну мы же друзья. На первый раз, сделаем вид что ничего не было. Вообще ничего. Но, если повторится, разговаривать будем по-другому. Приду к тебе с друзьями, свести всё в шутку не получится. Гамабунта, Гамахиро и Гамакен, чувства юмора лишены. С ними когда неудачно пошутишь, они беситься начинают. Прыгают, матерятся, маслом плются. Со спичками балуются, а жабье масло оно очень горючее. А мои наставники, Шима и Фукасаку, вообще не знают что такое шутки. Сходу жабье гендзюцу используют. А это всё, это смерть, сразу же. Но, поскольку мы друзья, мы ведь не допустим ещё одного такого недоразуменя? Да?
– Конечно, Джирайя, безусловно. Я…
– Я пойду. Всего доброго. Заходите в гости. Саске будет очень приятно, если отец поинтересуется его успехами. Всего доброго и хорошего настроения.
Джирайя улыбаясь уходит. Облегчённо выдыхаю, смотрю на Наоки.
– Кто надоумил?
– Фугаку-сама, вы сами приказали использовать все возможные средства. Вот я…
– Это Джирайя, один из Трёх Саннинов. Человек очень сильный, невероятно опасный и, что самое главное – полностью бесстрашный. Ему как ты можешь знать, плевать на кого нападать. Главы кланов, руководство деревни, целые деревни. Он не боится никого и ничего. И если надо будет, если увидит угрозу для себя или своих воспитанников, он нападёт. Что будет в таком случае, я спрогнозировать не могу. Поэтому…
– Я всё поняла, – опускает голову Наоки. – Больше я не окажусь рядом. Даже случайно.
– А вот… Он тебе нравится?
– Да, Фугаку-сама. Очень. Особенно сейчас. Но… Я вдова. Мне тридцать три. В моём возрасте поздно задумываться о новых отношениях.
– Значит так. Смотрел он на тебя с интересом, и если ты всё ещё жива, интерес этот сильнее чем кажется. Подождёшь несколько дней, лучше пару недель, приготовишь что-нибудь, без веществ, и пойдёшь к нему. Извинишься, скажешь что не так поняла меня, то есть правду. Попытаешься расположить, с твоей внешностью это должно сработать. Вот только давай без глупостей.
– Обещаю… Фугаку-сама, а ты… Ты заступился за меня…
– Ты Учиха. Ты в клане. Я не мог поступить по-другому. Иди, мне подумать надо.
Мог… Мог и поступил бы. В другом случае, я бы сдал тебя. Более того, я бы сам тебя и наказал. Но в случае с Джирайей, так поступать нельзя. Поэтому… Поэтому вот так. Ух, до сих пор руки трясутся. Нельзя с ним шутить. Нельзя… А вот прибрать к рукам можно. Даже нужно. Приду в гости, объясню ему некоторые моменты. Объясню правильно. Джирайя, конечно, упёртый. Но не дурак, каким раньше хотел казаться. Поэтому… Он не должен упускать выгоду. Надо только подождать, выкроить удобный момент.
Час спустя. Джирайя.
Странные, но в тоже время интересные существа эти люди. Я думал Фугаку начнёт валить всё на женщину, будет. А он вот так. Ну что я скажу, молодец. Надо домой, мелочь тренировать.
На подходе к дому, вижу кое-что необычное. То есть кое-кого. У ворот, с книгой в руках, торчит Какаши. Без маски, что удивительно. Повязка на лбу, глаз просто закрыт. Листает книгу назад, понятно что нервничает. Ну и за каким его сюда принесло?
– Хатаке…
– Джирайя, извини, – улыбается он. – Погорячился. Вы как ушли, я места себе так и не нашёл. Скучаю я.
– И? От меня ты что хочешь?
– Ну… Я не знаю. Кхем… Хочу помочь тебе тренировать мелочь. Да и приказ охранять вас никто не отменял. Я…
– Стоять. Иди…
– Джирайя, я же извинился. Ну запутался. Сказал не подумав. Скучаю я без вас. Очень. Смотри, я даже маску снял.
– Иди за мороженым, – улыбаюсь ему. – Если придёшь с пустыми руками, тебя дети не простят. А я пока тебя в барьер внесу, чтобы пропускал.
– Так ты не злишься?
– А надо? Если бы мы не ушли, ты так и прятался за маску. А тут подумал, в тишине, и всё понял. Денег надо?
– У меня есть. А может, по бутылочке?
– Давай. Не задерживайся. Мы тебя ждём.
Какаши кивнув исчезает. Я же стою у ворот… Понял. Он понял. А когда поймём мы с Цунаде? Наверное нам уже поздно. Или нет? Или да? Или… Посмотрим. Будущее покажет. Ну, а если не покажет. А вот возьму и женюсь на другой. Ну и что что по расчёту. Ну и подумаешь. Так все делают. Зато какой-нибудь клан основательно так за спиной встанет. Это плюс. Наверное…
Глава 28
Планы по женитьбе, планы дурацкие, отодвигаются на неопределённый срок. Потому что на самом деле дурацкие. Занимаюсь другими делами. Тренирую свою мелочь, откармливаю Мей. Вожусь с рестораном, или скорее с забегаловкой. Места в заведении «У Саннина» не так много. Десять столиков на четверых, стойка на десять человек. Летник на двадцать столов. Вообще летника не было, но тут законы интересные и самовольный захват половины улицы ничем не карается. Машин и прочего транспорта здесь нет, по дорогам кроме Майто Гая никто не носится. А у меня почти всё готово.
Продукты закуплены, некоторые даже нарезаны. Персонал нанят. У меня целых восемь официанток, к моему великому удивлению половина из них представители клана Яманака, вторая половина из Учиха. Два повара из клана Акимичи. Администратор, она же Мей. Сидеть спокойно девушка не хочет, и в знак благодарности собирается помочь. Конечно, она нихрена не умеет. Но и обязанности у неё не сложные. Встречать гостей, отводить из к столам, сообщать мне о проблемах и если что помогать официанткам.
Завтра открытие, поэтому всем скопом ходим по деревне, расклеиваем на столбы объявления, ставим плакаты.
Мелочь бегая за прохожими суёт им в руки листовки. Даже Какаши и тот с нами.
– Джирайя, – отвлекает меня Чоуза. – Здравствуй.
– Здравствуй. Ты…
– Не терпится попробовать, – облизывается Чоуза. – Наши говорят получилось нечто. И это… Ты невесту пристроил. Не сложно ей? Худенькая всё-таки.
– Н-невесту? – округляет глаза Мей. – Ты обо мне…
– Ну все так говорят, – разводит руками Чоуза. – А почему нет? Ты насколько я знаю одна. Джирайя у нас тоже свободен.
Мей, что из-за бледной кожи хорошо заметно, густо краснеет. Пытается что-то сказать…
– Отстань, кретин! – слышится за спиной рассерженный женский возглас.
Слышится вздох, звук падения. Поворачиваюсь, смотрю… Девушка, в плаще, с тёмно-фиолетовыми волосами. Под плащом сетки и короткая юбка. Толкнула Наруто который хотел отдать ей листовку. Толкнула так что мой человечек упал. Но! Саске и Карин, встали перед ним и закрыли. Сейчас, несмотря ни на что готовы защищать своего.
– Я её убью, – шипит Мей.
– Нет, тебе нельзя, – отодвигаю Мей. – Я сам её убью. Эй ты, лошадь. Ты чего толкаешься?
– Кто лошадь? Я? – возмущается девушка.
Нагло улыбается, зубами снимает с палочки шарик данго. Крутит палочку в руках, хмыкает и метает её в меня.
– Вот ведь какая невоспитанная, – поймав палочку двумя пальцами и отбрасывая её киваю. – Надо исправлять. Я кому-то, почему-то и за что-то…
– Отстань старик. Следи лучше за своим уродцем! – выкрикивает несчастная, в скором времени хорошо так избитая.
– Ладно, – закрыв глаза выдыхаю.
Там же. Какаши.
Джирайя закрывает глаза. Глубоко вздыхает, отставляет ногу назад… Взрыв ногами землю уносится вперёд и таранит выставившую руки Митараши плечом. Сбивает её с ног, бьёт в бок, в живот и за ногу тащит к обочине. Садится, закидывает хватающую ртом воздух Анко к себе на колени. Прекращая сопротивление ещё раз пробивает ей в бок. Поднимает плащ, задирает юбку и выдохнув на ладонь… Звонкий шлепок по заднице.
– Полудурок! – дёргая ногами кричит Анко. – Отпусти.
– Нет, – продолжая шлёпать её и морщась от крика качает головой Джирайя.
Анко верещит, угрожает, матерится. Обещает убить Саннина.
Мей поднимает Наруто, отряхивает его. Гладит по волосам и обняв шепчет что-то успокаивающее.
Крик Анко переходит в обиженный визг. Затем в плачь…
Джирайя грубо скидывает её, хватает за ухо и тащит к Наруто.
– Ну вот, теперь будем разбираться. Наруто, чем ты оскорбил девушку?
– Я попросил её взять листовку и пригласил на открытие, – бормочит мелкий.
– А она?
– А она толкнула его и отругала, – рассерженой кошкой шипит Карин. – Дура!
– За языком следи, козявка, – рычит Анко, но тут же начинает плакать потому что Джирайя сильнее выкручивает ей ухо. – Отпусти. Больно же.
– Отпущу, – улыбается Джирайя. – Потом. Когда в себя придёшь. Теперь ты, скажи мне… Кстати как зовут?
– Анко…
– Красивое имя. И внешность тоже. Но содержание… Мешок дерьма в красивой упаковке. Толкнула ребёнка, накричала. Что плохого он тебе сделал? Отвечай!
– Ничего, – морщась от боли шипит Митараши.
– Чем он оскорбил тебя? – сильнее выкручивая ей ухо звереет Джирайя. – Тем что пригласил на открытие ресторана? Этого по твоему достаточно? Как он обратился к тебе?
– Куноичи-сан, – шмыгает носом Митараши. – Отпусти…
– Извиняйся.
– Ещё чего?! Перед кем? Перед мелким выродком…
Джирайя зеленеет. Скручивает Анко, садится ей на спину и хлещет по заднице так, что пыль с дороги сдувает.
– Извини! – не выдержав кричит Анко. – Мальчик, хороший мой, прости, пожалуйста!
– Вот так, – вставая и рывком ставя рыдающую Анко ворчит Джирай. Встряхивает Анко, смотрит в глаза: – Запомни, девочка. Обращаясь с другими как с мусором, знай что кто-нибудь отнесётся к тебе точно также. Идём дальше. У нас много работы. Наруто, ты как? Не ушибся?
Мелкий отрицательно мотает головой и с жалостью смотрит на Митараши. Все уходят, Анко поправляет юбку, садится прямо на дорогу и обхватив колени руками опустив голову плачет.
– Сильно больно? – подойдя к ней интересуюсь.
– Обидно, очень… Чакру заблокировал, отшлёпал. Хорошо что колготки не снял. Так бы все увидели. Все меня ненавидят. Никто не любит.
– А что ты для этого сделала? Ну, для того чтобы тебя любили?
– А просто так нельзя?
– Увы, нет. Вспомни меня. Ходил как тень, рожу книгой закрывал, никого не замечал. Меня тоже никто не любил. Но я сделал шаг и вот… У меня целая семья. Наруто и Карин считают меня старшим братом. Мей, Джирайя относятся ко мне как к родному.
– Зачем ты мне это рассказываешь? – смотрит на меня Митараши.
– Хочу поделиться. Есть у меня, хочу чтобы у всех было. Пойдём.
– Куда?
– В гости, Анко. В гости. Туда где тебя примут, выслушают, согреют. Вкусно накормят.
– Где такое волшебное место? – прикусывает губу Митараши.
– Пошли, покажу.
Идём. Заходим за мороженым, после топаем к дому Джирайи. Они, судя по смеху из дома с раздачей листовок уже закончили.
Провожу Анко через барьер, подвожу к крыльцу… Услышав смех Джирайи Анко дёргается, пятится назад. Ловлю её за руку, подвожу к двери…
– Какаши! – выглядывает довольная Карин. – Мороженое! А это… Дедушка, мама, тут Какаши подружку привёл.
– Не обращай внимания, – улыбаюсь Митараши. – И веди себя естественно. Чтобы не случилось. Просто…
– Какаши! – вылетает на крыльцо Джирайя в переднике. – Радость какая. Девушку себе наконец-то нашёл.
– Джирайя я…
Джирайя не слушает, затаскивает нас в дом и отправляет мыть руки. Сам усаживает за стол, подаёт ужин.
– Она красивая, – шепчет на ухо Наруто Саске.
– Точно, – кивает мелкий.
– Я пойду… – шепчет Анко. – Извините…
– Сидеть! – рявкает Джирайя. – Поужинаешь, выпьешь чаю, тогда пойдёшь. Пока же, рассказывай.
– Что именно?
– Всё, – кивает Джирайя.
Анко молчит, опустив голову краснеет, ерзая на стуле судорожно вздыхает. Под столом берёт меня за руку… Подняв голову смотрит на Джирайю. Икает… И тут её прорывает. Она вываливает на Джирайю всё. Что беспокоит, чего боится, чего на самом деле хочет. В конце рассказа извиняется, просит понять и простить.
– Ну что же, – качает головой Саннин. – То что нашла в себе силы поделиться, рассказать… Молодец. Что касается тебя… Пока не поздно, пока ещё есть возможность, возьмись за ум. Потом, сложнее будет. А у тебя впереди целая жизнь. Тебе жить надо. Жить и радоваться.
– А как? Ради чего… Ради кого? У меня нет никого!
– Так уж и никого? – схватив Наруто и усадив его себе на колени спрашивает Джирайя. – А если повнимательнее посмотреть?
– Вы… – округлив глаза подпрыгивает Анко. – Но почему? Я же… Я как… Я не хорошо поступила, я…
– Я тоже не всегда хорошо поступал, – улыбается ей Джирайя. – Часто ошибался. Настолько часто, что исправить ошибки жизни не хватит. Некоторые исправить вообще невозможно. Поэтому я стараюсь не совершать новых, и тебе это же советую.
– Но почему? – ещё сильнее выкатывает глаза Анко. —
– Потому что могу, – разводит руками Джирайя. – А почему нет? Могу помочь, помогаю. И за это, я получаю не деньги, не какую-то материальную выгоду, а нечто значительно большее.
– Что это? – шепчет Анко.
– Любовь, – растрепав Карин волосы и обняв Наруто улыбается Джирайя. – Радость, смех. Тепло… Раньше, всю свою жизнь, я считал это ерундой. Но когда попробовал… Теперь я это не потеряю. Не отдам. Никому.
– Дедушка, а ты сделаешь нам молоко с мороженым? – потянув Джирайю за волосы пищит Карин.
– Конечно, радость моя. Тебе три порции. Всем по три порции. Но только после ужина. Кто всё съест, тот больше всех получит. Налетайте. Анко, не стесняйся. Здесь, в нашем доме, тебе стесняться нечего. Какаши, рот закрой. Ешь, чего сидишь?
Ем, заодно наблюдаю за всеми. Мелкие стуча палочками о тарелки, быстро сметают всё и просят добавки. Мей, несмотря на то что еды в доме навалом, воровато озирается и машинально прикрывает тарелку рукой. Анко распробовав не уступает мелочи.
Джирай, положив добавки всем, особенно много Мей, уходит готовить коктейль. Гремит посудой, что-то бормочет. Накладывает, наливает, взбивает, как вдруг бросает чашки мне. Встав ловлю их, причём ловлю не расплескав и двигаю всем. Что вызывает у детей восторг. Они кричат, хлопают в ладоши и заверяют что скоро смогут также. Хлюпая пьют угощение, с обожанием смотрят на довольного Джирайю. Анко снова теряется…
– Тебя никто не заставляет, – обойдя стол и погладив Мей по волосам обращается он к Анко. – Тут всё зависит от тебя. Хочешь измениться, сможешь это сделать, этот дом станет твоим. Нет…
– Я смогу, – медленно вставая кивает Анко. – Наруто, ещё раз прости. Мир?
– Мир, – важно надувается мелкий.
– Всё, доедаем, на тренировку и спать. Сегодня пораньше. Завтра у нас открытие. Какаши, проводи гостью. Вижу, ей подумать надо.
Провожаю… Сначала допиваю коктейль, благодарю за ужин и уже потом веду её на выход. За воротами…
А что если… Стесняюсь. Но… Ай, к дьяволу. Джирайя иногда так делает, почему мне нельзя?
Взяв Митараши за руку, улыбаюсь и тут же, ожидая чего угодно отворачиваюсь. Однако ничего не происходит, Анко крепче сжимает мои пальцы и спокойно идёт рядом.
– Он смешной, – наконец-то выдыхает Митараши. – Я много слышала о нём. Но сейчас…
– Это ещё что, вот когда…
– Спасибо. Ты привёл меня сюда, показал что не все люди сволочи. А можно вопрос? Мей и Джирайя…
– Тебя тоже это интересует? Нет, они друзья. Конечно, намного больше. Могу сказать что Мей влюблена в него. Но тут дело в Джирайе. Он…
– Жаль они так хорошо смотрятся вместе.
Что? Она не втрескалась в Саннина? Нет? Что-то новое. А как…
– А почему у неё все руки в шрамах от укусов? Ощущение такое, как будто её съесть хотели.
